Загрузка...



* * *


— Павел, как фактический руководитель новой религии, систематизировал общую идеологию христианства, — продолжил свой рассказ Сэнсэй. — В своём учении он действительно опирался на слова Иисуса, очень грамотно и тонко делая подмены в ключевых моментах Учения, к примеру, вводя понятия именно телесного воскресения из мёртвых, вводя понятие греховности человека с рождения, и так далее. Если, к примеру, Иисус вскользь говорил о том, что Сатана является истинным князем мира сего, в общем-то оставляя эти моменты неразъяснёнными для «свободных слушателей», то именно Павел «разъяснил» Его слова «пастве» и развил эту тему таким образом, что связал власть Сатаны над человечеством с первородным грехом, да и самого Сатану превратил в некое космически всесильное существо.

— Зачем? — в недоумении пожал плечами Стас.

— Как зачем?! Чтобы вызвать страх у паствы, ибо страх порабощает человека. Хотя, заметьте, в иудаизме Сатана, означает в буквальном смысле слова как «противоречащий», «наушник», «подстрекатель». В традиционной передаче иудаизма образ Сатаны впервые более полно был расписан в библейской книге Иова, написанной в V веке до нашей эры. И там он представлен как зловредный ангел, который, однако, во всём зависел от Яхве (имя еврейского Бога) и творил зло только с Его позволения. Иудей Павел в своём Учении, предназначенном в основном для «язычников», возводит Сатану уже в ранг космического врага, противостоящего Богу. Кроме того, он заложил основы, по которым впоследствии Иоанн описал эсхатологическую всемирную битву между адским воинством Сатаны и воинством Бога. И что, по-вашему, за этим кроется? Элементарное порабощение паствы. Так как за счёт нагнетания страха люди Архонтов возвеличили Сатану, служащего Богу, до противостоящего Богу, присвоив ему чуть ли не равную силу и могущество.

Более того, именно Павел дал определение, на которое потом стало опираться христианство, кто такой Христос и что такое Его Церковь. Чтобы закрепить эти формулировки новой религии, которые впоследствии и стали христианскими догматами, Павлом были написаны многочисленные послания, где он поучал помимо этого и обязанностям, и способу жизни в христианских общинах, вплоть до того, какими должны быть отношения в семье, в быту. Он даёт свои наставления, чтобы поставить этих людей «на правильный путь» и дабы они строго следовали «правильному учению». Предупреждает, чтобы их никто не ввёл в обман, остерегаться «лжеучителей», которые якобы хотят захватить власть и руководство христианскими общинами.

Володя тихо промолвил:

— Да, серьезные люди взялись за дело.

— А ты как думал. Всё это не просто так. Потрудились они, конечно, немало. Но всё это были лишь первые шаги к созданию мощной мировой религии. — Согласился с ним Сэнсэй и стал повествовать дальше. — В начале 60-х годов нашей эры в связи с подготовкой к определённым политическим событиям, которые по замыслу Архонтов должны были произойти в 66 году, задействуются люди Гамалиила. Хотя сам Гамалиил к тому времени уже умер ещё в 52 году, но созданная им организация продолжала активно действовать. На 66 год намечались серьёзные политические изменения. Архонты, следуя своим правилам игры, подготовили сразу несколько параллельных вариантов решения этого вопроса. Один из которых включал в себя план людей Гамалиила, где Петра предполагалось возвести в ранг верховного пастыря для новой религии «язычников», и естественно, удобной марионетки для них самих.

— А зачем им это было нужно? — не понял Виктор. — У них же были римские понтифики-жрецы, которые как я понял, и так всем заправляли.

— Всем да не всем, — возразил Сэнсэй. — Дело в том, что Иисус уже своим приходом в этот мир как Бодхисатва, поднял не просто духовный всплеск, а мощную волну, в результате которой, в том же Риме в I веке нашей эры стало внезапно и стремительно расти число приверженцев различных древних культов, к примеру, таких как египетской богини Исиды, малоазийской Великой Матери и тому подобное. Храмы традиционных богов быстро пустели. И этот процесс был связан не столько с расширением Римской державы, вхождением в неё новых племён и народов (со своими богами и религиями), сколько на самом деле с приходом Иисуса, подлинными духовными целями Его миссии и направлением Учения. Ситуация в римском обществе тогда была точно такая же, как сейчас у нас (несмотря на то, что у нас идет процесс развала, а у них тогда было укрепление империи): та же духовная напряжённость, неуверенность в завтрашнем дне из-за той же политической и социальной нестабильности. Более того, точно так же как и сейчас появлялось множество людей, утверждавших, что они новоявленные пророки и обладают сверхъестественными способностями, объявлявшие себя сыновьями различных богов, ясновидящие и чудотворцы, обещавшие излечить людей, спасти мир и сделать поверивших в них людей счастливыми. Для многих власть имущих был непонятен этот, так называемый ныне «массовый психоз» на религиозной почве. Но только не Архонтам. Уж они то знали настоящую причину, вызвавшую подобное явление среди людей, почему практически сразу начали действовать против сторонников Иисуса и так поспешно стали организовывать централизованную структуру под новую религию.

Вот теперь и представьте, если только один приход Иисуса в этот мир, поднял такую мощную духовную волну среди людей, по сути, отнимая значительную часть электората у жрецов-понтификов Римской империи. Я уже не говорю о Его Учении, пробуждающем души людей, а также последующей деятельности Его истинных учеников! Ну, действительно, кто будет слушать сказки священников, понтификов, жрецов и смотреть на отъевшиеся лица власть имущих, обожествляя их, если Иисус и Его ученики фактически открывали людям глаза на суть вещей и говорили правду за этот мир, в том числе и за тех, кто его возглавляет. Кто пойдет в рабство к жрецам, если Иисус через своё Учение давал подлинную Свободу людям! В политике же такой отток электората — это более чем серьёзная проблема, поскольку фактически ведёт к утрате власти.

После прокола с Имхотепом, Архонты уже хорошо представляли себе возможные исторические последствия. Поэтому ими и была поспешно создана новая религия. Ведь их принцип, как я уже говорил, если какое-то движение нельзя запретить или подавить, то его нужно возглавить. Вот Архонты и включили на полную катушку поддержку среди людей новой идеи — Учения Иисуса, правда, интерпретированного в аримановском стиле в учение их Павла со всей надлежащей шумихой: с секретностью распространения, с недовольством властей, даже гонениями — всё как положено по психологии убеждения масс. Ведь люди любят обиженных и страдающих, таких вот героев-борцов «за права и свободу трудового народа». Правда, те гонения на Павловские общины христиан были больше показушными. А вот на истинных последователей Иисуса, его истинных учеников и апостолов велась настоящая охота, проводились целые карательные операции и безжалостное их истребление. Таким образом, они насильно навязывали людям свою неизменную старую власть в обновлённом ими формате, объявляя, что это совершенно новое.

— Ну, всё правильно, новое — это хорошо забытое старое, — прокомментировал с улыбкой Женя.

— Если бы забытое, — с какой-то печалью в голосе промолвил Сэнсэй. — На Петра и особенно Павла сторонники Архонтов возлагали не просто большие надежды. Предполагалось, что Пётр как публичный лидер новой религии, должен был стать одним из их звеньев соединения религиозной и политической власти…

— Кифа в политике?! — усмехнулся Николай Андреевич. — Мда-а-а, это но?нсенс!

— Да нет, — возразил Сэнсэй. — Это как раз и есть sensus! Причём благодаря стараниям Архонтов он актуален и по сей день.

Володя, усмехнувшись, подтвердил:

— Вечная правда.

— Смысл большой политики в чём? — продолжал объяснять Сэнсэй. — По правилам Архонтов, чтобы оказывать значительное политическое влияние на государство, нужно контролировать либо большую часть его финансов, либо большую часть электората. А самый лучший контроль электората, как известно, религия, как идеология единой веры. При слиянии же контроля над финансами и над электоратом воедино получается абсолютная власть. А тот, кто владеет абсолютной властью над государством, делает с ним всё что ему захочется. Как говорил Великий Понтифик всех времён и народов Ариман, только «разделяй и властвуй»… В те же времена жрецы-понтифики имели контроль над финансами, ибо их негласному влиянию был подчинён римский сенат…

— Высший государственный совет, — прокомментировал Виктор, глядя как Руслан предпринял попытки задать Сэнсэю наводящий вопрос.

— Сена?т — это, кстати, тоже латинское слово senatus, образованное от senex, что означает «старый», «старец», — дополнил его ответ Сэнсэй. — Сенат ещё в древней Римской республике означал высший государственный совет.

— Опять «республике»? — с усмешкой произнес Стас.

— Безусловно… Она была установлена ещё в 510–509 годах до нашей эры. Когда накалились народные страсти по поводу недовольства царствования Тарквиния Гордого, жрецы-понтифики как всегда вовремя подсуетились. И под счастливое приветствие народа, опьянённого словом «свобода», выдали им новую форму государственного устройства с красивым, необычным для тех времён наименованием res publicus. В переводе с латыни, как я вам уже говорил, это означает «дело публичное», «дело общественное». Царя изгнали, народу объявили, что люди в верховную власть отныне будут избираться самим народом, причём на определённый срок. Правда забыли сказать, что народ будет «выбирать» из тех кандидатур, которые ему будут предоставлены (и, естественно, заранее одобрены) жрецами-понтификами, под негласным влиянием которых и находилась вся та власть. Народ же, осчастливленный demos kratos, то есть демократией — «властью народа» разошёлся по домам. Называется, представление окончено!

И поскольку Сэнсэй замолчал, Костик нетерпеливо спросил:

— И дальше что?

— А дальше всё как всегда: богатые богатеют, бедные беднеют, и история пишется под диктовку.

Виктор одобрительно кивнул.

— Сэнсэй, тебе надо было быть преподавателем на нашем юрфаке. А то мы вроде историю и слушали, а самое интересное мимо ушей пропустили.

— Такой курс истории тебе вряд ли кто прочтёт, тем более на юридическом, — намекнул ему Володя. — Я уже молчу за исторические, философские факультеты…

Он хотел ещё что-то сказать, но Сэнсэй поспешно его опередил:

— Просто у кого есть огромное желание познавать, тот познаёт, вне зависимости от тех условий и обстоятельств, в которые он попадает. А у кого нет желания, у того нет и соответствующего стремления, какие бы хорошие условия для учёбы ему не создавали.

Костик решил тоже высказаться.

— Нет, ну я за такую историю вообще впервые в жизни слышу. — А потом добавил: — Правда, раньше этой темой не сильно интересовался.

— Ну вот, теперь будешь знать, — добродушно промолвил Сэнсэй. — А если хочешь расширить свой кругозор по этой теме — поищи сведения в истории, самостоятельно сопоставь и проанализируй найденные факты. Только потрудись на совесть, поработай с разными источниками, тогда многое поймёшь из того, что я говорил тебе, из того, что было и что сейчас творится в мире.

Сказав это, Сэнсэй вновь обратился к коллективу.

— Но мы опять отвлеклись… В общем, «Вольные каменщики», преследуя свои цели, сделали ставку на религиозную организацию людей Гамалиила. Люди же Гамалиила, готовясь к предстоящим событиям, следовали плану, целью которого являлось возведение Петра в активные лидеры. Дабы подготовить идеологическую почву для прихода Петра в столицу, из Иерусалима в Рим пребывает сам Павел. Причём, Павел пребывает с соответствующей легендой для «паствы», что якобы его, «народного страдальца», упекли за «святые идеи» в темницу в Иерусалиме, и целых два года он там томился, а потом как римский гражданин потребовал суда императора и, уступая его желанию, власти велели отвезти его в Италию. Когда Павел с такой легендой прибыл в Рим, ставленники «Вольных каменщиков» из людей Гамалиила, пребывающих там на влиятельных должностях, дополнительно устроили ему не только подтверждение этой легенды для народа, но и очень умный пиар, предназначенный для его «паствы». А именно, в Риме власти позволили жить Павлу по особым условиям, по которым он мог встречаться с кем угодно, но под надзором приставленного к нему римского воина, к которому того приковали цепью. Правда, в такой наигранной театральности, «мученическом виде», Павел появлялся только перед своими последователями из «паствы», проповедуя им своё учение, а остальное время, скрытно от публики, жил не только без цепей, но и довольно-таки комфортно. В такой роли «страдальца, пребывающего в узах» Павел прожил практически два года, значительно увеличив за это время свой электорат. А затем, как и положено «обрёл свободу».

— Действительно суперпиар! — промолвил Стас.

— Вот это я понимаю, умная реклама! — согласился с ним Виктор.

— Ну да, кто же такую правду даже ныне стал бы высвечивать в прессе! — не без доли юмора заметил Володя.

На что Сэнсэй процитировал:

— Бернард Шоу как-то сказал: «Читая биографию, помните, что правда никогда не годится к опубликованию». — Старшие ребята усмехнулись, одобрительно закивав головами. Сэнсэй же продолжил свой рассказ дальше. — Так вот, как только Павел «обрёл свободу», он начал активно подключать своих ближайших людей для письменного оформления идеологии новой религии. И для этих целей были задействованы, в том числе, и Марк, и Лука, и Матфей.

— Это те самые, которые писали Евангелия, ставшие потом канонизированными? — уточнил Стас.

— Совершенно верно.

— Разве все они были людьми Павла? — с сомнением в голосе спросил Николай Андреевич.

— Конечно. Марк, которого позже причислят опять-таки к так называемым «апостолам от 70-ти», был племянником Варнавы, точнее сказать Иосифа, своего богатенького дядюшки с Кипра. Марком он стал позже, а с рождения его именовали Иоанном. Дом его матери, которую звали Марией, примыкал к Гефсиманскому саду. И когда людьми Архонтов началось организовываться новое движение, по инициативе Варнавы этот дом часто служил местом пристанища и пункта сбора для их людей. В начале 40-х годов Варнава и Павел, направляясь из Иерусалима в Антиохию, взяли с собой и Марка. Во-первых, он был достаточно грамотным юношей, умел хорошо писать и читать. Помимо своего родного языка знал греческий, латинский, которые были самыми распространёнными языками Римской империи.

— Втроем это не вдвоём, всё чай веселее, — живенько промолвил Женя.

— Просто их «миссионеры» ходили по 2–3 человека. Так для них было не только безопаснее, но и очень удобно. Удобно в плане психологической обработки людей. К примеру, один из них приписывал себе чудотворство, а сопровождавшие всё это подтверждали как «истину», выдавая себя за «свидетелей» творимых им «чудес».

— Вроде как авторитет себе зарабатывали, — заметил Володя.

— Совершенно верно. Даже более того, они приписали Иисусу, что якобы это Он велел своим апостолам ходить по 2–3 человека. Ничего подобного! Иисус советовал своим настоящим апостолам ходить самостоятельно, дабы те искали души открытые, готовые принять Его Учение по желанию, любви и духовной на то потребности. А в задачу Павловских приспешников входило привлечение в свои ряды как можно большего количества людей, независимо от их уровня развития. Для этого и ходили по два, три человека, дабы реализовать эту задачу. А для таких как Павел и Варнава сопровождающие их были ещё и источником силы. Марк как раз и был в числе таковых. Впоследствии, он достаточно долго ходил и с Варнавой, и с Петром. Причём, следуя особым инструкциям людей Гамалиила, дабы снять всякие ненужные подозрения в недостойном поведении, Марк должен был называть Петра при «пастве», особенно «языческой» не иначе как «Papas», что в переводе с греческого означает «Отец», подчёркивая в лице Петра именно духовного наставника.

Впоследствии, уже в созданных ими общинах христиан, так стали именовать духовных руководителей. А уже на рубеже II и III веков восточные христиане назвали «папами» патриархов Александрийской церкви, той самой церкви христиан в Египте, к созданию которой приложил руку Марк. На Западе же этот титул после Петра носили епископы Рима и Карфагена. А уже в эпоху Средневековья данный титул закрепился за епископом Рима. Причём, Пётр почитался как основатель местной епископии, «князем апостолов». И всё это делалось вопреки словам Иисуса, который предупреждал: «И отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах».

— Да, наверное, люди просто воспринимают всё по-своему, приспосабливая даже духовные зёрна на материальные нужды, — рассуждал психотерапевт.

— Интересно, отчего же это зависит? От степени духовного развития людей? — осведомился Стас у Сэнсэя, очевидно, в связи с размышлениями Николай Андреевича.

— От их внутреннего выбора, в первую очередь.

Николай Андреевич, видно продолжая обдумывать свои мысли вслух, возразил:

— Но пусть даже были такие перегибы… Но всё же, «миссионеры» ведь пробуждали веру в людях.

— Совершенно верно, но веру, основанную на страхе! Возьми такой простой пример. Иисус многие свои чудеса и исцеления творил втайне, причём чудеса совершал благодатные в любви и доброте к людям. Эти же самозванцы, афишируя своё движение, приписывают к своим чудесам акты устрашения. Павлу, к примеру, присовокупляется, как он поразил слепотой волхва Елима только за то, что тот попытался отвратить римского проконсула Сергия от Павловской «веры». И, естественно, Варнава и Марк был тому «свидетели». Этот сюжет описывается в «Деяниях апостолов» (13, 6-12), и описывает его не кто иной, как Лука — ближайший сподвижник Павла.

Или как от осуждающих слов Петра умерли муж и жена, которые принесли ему не все деньги за собственное проданное имущество, и тот обвинил их во лжи и утаивании. И когда их тела «упали бездыханно» неоднократно подчеркивается, как «великий страх объял всех слышавших это». И опять же это описано в «Деяниях апостолов» главе 5 (стих 1-11). Ну, а за то, как Лука возвеличивал Петра, повествуя о том, что люди выносили больных на улицу, когда мимо шёл Пётр, чтобы хотя бы «тень проходящего Петра осенила кого из них», я вообще молчу. Все эти дела, как говорил Иисус, были «от человеческого», ибо исходили от таких людей, как Кифа, желавших научиться чудесам лишь для того, чтобы обладать властью над людьми, дабы все вокруг раболепствовали и трепетали перед ними.

— Ну да, упаси, если кто пойдёт наперекор! — с усмешкой прокомментировал Стас.

— Совершенно верно. Вы понимаете, в чём суть?! Они построили свою религию на противоречиях, на принципе, что дозволено Юпитеру, не дозволено быку. С одной стороны они учат людей всё прощать, и сами тут же показывают, как Пётр убил людей всего лишь за то, что те не отдали ему всех своих денег, как говорят «до последней копеечки». Они учат людей бояться Бога, вызывая тем самым чувство страха у человека, в первую очередь, перед ними «апостолами», как «посредниками» между Богом и людьми и «имеющими власть» даже убивать людей, дабы все их боялись и уважали.

— Прямо как рабовладельцы, — заметил с ухмылкой Володя.

— Ну так, не зря же ими и был введён термин «раба божьего», хотя Иисус говорил людям «вы все дети божьи». Людям вменяли, что за страхом перед Богом должен стоять и страх перед верхушкой управленцев церкви, которым (в отличие от многочисленных ограничений «паствы») позволено многое. — Сэнсэй говорил это с такой силой обличения в голосе, что даже пробирало до глубины души. — Но разве этому учил Иисус?! Он учил искренне любить Бога! А в чистоте любви к Богу нет, и не может быть места страху! Ибо кто в Любви, тот в Боге и Бог в нём, ибо Бог и есть сама Любовь. Ведь Любовь стирает все страхи этой жизни. Жизнь бренна, она есть пыль. Бог же вечен. Тому, кто в Боге, нечего бояться земного. Иисус учил людей быть братьями и сёстрами, любить ближних. Он стирал границы разделений и аримановской иерархии между людьми. И как это всё было перевёрнуто?!

Николай Андреевич, выслушав Сэнсэя, задумчиво проговорил:

— Я помню сюжет, когда Пётр спрашивал у Иисуса, сколько раз ему стоит прощать брата своего, согрешившего против него, семь ли раз. И Иисус ему ответил: «не говорю тебе: «до семи», но до «седмижды семидесяти раз». Я эти слова часто приводил в пример своим пациентам. Но что сам Пётр, не прощая, убивал людей?! Где ты говоришь это описано? В 5 главе «Деяния апостолов»? Надо перечитать. — И подумав, добавил: — Может, они писали так по поводу денег, исходя из того, что Иисус говорил одному богатому юноше, что если тот хочет быть совершенным и следовать за Ним, то пусть вначале продаст своё имение и раздаст деньги нищим, и тогда будет иметь сокровище на небесах, — предположил Николай Андреевич.

— Правильно, Иисус говорил «продай и раздай деньги нищим», а не принеси их мне, — сделал ударение на этих словах Сэнсэй. — Смысл заключается в чём. Если ты привязан к богатству своими помыслами и стремлениями, то лучше раздай его бедным. Ибо так лучше будет для твоей души. Ведь постоянная забота о приумножении своего богатства материализует человека, пробуждает в нём качества Животного начала, такие как жадность, зависть, эгоизм. Если же у тебя есть богатство, но ты благодаря ему помогаешь людям и делаешь много хорошего и полезного для людей нуждающихся, а не тех, кто и так с жиру бесится, — это хорошо, ибо помыслы твои будут в заботе о людях, а не в возвеличивании своего эгоцентризма. Иисус учил, что забота человека должна быть прежде всего о душе своей, о накоплении духовных благ и добрых дел. Поэтому и советовал тому богатому юноше освободиться от материального бремени, максимально оказать помощь людям и следовать с чистой совестью по пути к Богу. А Павловские «апостолы» заставляли людей даже имущество последнее продавать и все деньги от проданного приносить им. Запугивали людей скорой расправой, если те так не поступят, или утаят хоть копеечку.

Николай Андреевич с горькой усмешкой произнёс:

— Есть такая старинная латинская пословица: «Наказываю тебя не потому что ненавижу, а потому, что люблю». Очевидно, она была известна и людям Павла.

— Таких желающих обладать хоть маленькой, но властью над себе подобными, и сегодня пруд пруди, — подметил Володя.

— А сколько деструктивных сект сейчас появилось, которые христианскими себя называют, а всё тот же Петровский принцип проповедуют: отдай нам всё до копеечки и верь себе на здоровье. И тоже ведь на Библию ссылаются, — вставил своё слово Виктор.

— А что вы хотели? Архонтские же приспешники трансформировали великое Учение Иссы в религию, вот и имеем неизменный результат и массу противоречий, — ответил Сэнсэй. — Иисус проповедовал своё Учение, основанное на любви к Богу, к людям, чураясь какой бы то ни было власти, объявляя Бога Отцом. Архонты же просто переориентировали духовное начало Учения Иисуса на материальное, дополняя слова Иисуса своими комментариями и таким образом искажая смысл. Если Иисус через своё Учение давал людям истинную свободу, освобождая их от иллюзий материального мира, то Архонты, наоборот, через учение Павла делали из людей послушных рабов материи, закрепощая их страхом.

— Нет, ну может быть раньше и было такое присвоение денег, но сейчас в официальной-то всё по-другому, — с сомнением проговорил Стас.

— Сейчас всё по-другому?! — усмехнулся Сэнсэй. — Точнее сказать сейчас это проворачивается уже в других масштабах. Посмотри на тех же сегодняшних приемников Петра, тот же Ватикан. Эта крохотная страна на сегодняшний день является одной из богатейших стран мира, и это в то время, когда миллионы людей на земле умирают с голода. Вот и делай выводы, кому Ватикан усердно служит.

— Тут не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять очевидное, — пробасил Володя.

Сэнсэй кивнул, тяжко вздохнув, и продолжил свой рассказ о деятельности Павла в Риме.

— Так вот, когда Павел вызвал Марка в Рим, тот как раз находился в Эфесе, где кафедру занимал Тимофей, являющийся любимым учеником Павла, вместе с которым тот в своё время путешествовал с проповедями. С Марком, кстати говоря, и Тимофей прибыл в столицу империи. В Риме Павел пристраивает Марка к Петру и даёт ему советы как именно нужно писать Евангелие от Петра.

— Евангелие от Петра? — удивился Николай Андреевич.

— Да. Раньше Евангелие от Марка называли Евангелием от Петра. Это уже позже, когда данная рукопись несколько раз была переписана другими людьми, её переименовали на Евангелие от Марка. Пётр, как я уже говорил, был неграмотен. Да из языков знал только свой родной арамейский. Потому всё время и приходилось подыскивать ему «толмачей», когда он выступал с проповедями среди других народов.

— Понятно, его использовали как «куклу», — сказал Володя.

— Конечно… За «сочинения» Петра выдавалось то, что было написано Марком, где в качестве главного советчика выступал Павел… Так что и канонизированные книги, приписываемые Петру, а также древние апокрифы (написанные гораздо позже другими людьми) носящие имя Петра, такие как «Деяния Петра», «Откровение Петра», ещё одно «Евангелие от Петра» и так далее были написаны отнюдь не Петром.

— Хорошая, однако, у него была жизнь, — «позавидовал» Женя. — Мало того, что ты начальник, так за тебя ещё и книжки пишут.

— Какая же она хорошая, — возразил ему Стас, — если за тебя и говорят, и пишут, и руководят?!

Сэнсэй усмехнулся, глядя на ребят, и продолжил повествование:

— По распоряжению Павла в эти же самые годы (начало 60-ых) ещё один ближайший ученик Павла — Матфей, начинает писать другое Евангелие в Антиохи. Это Евангелие предназначалось в основном для распространения данной рукописи среди иудеев-христиан, и естественно, писалось на их родном языке. Поэтому Матфею была поставлена задача написать его в иудейском духе, как и положено, с «родословной», искусственно привязывающей Иисуса к иудейским корням, обилием цитат из «Ветхого завета», дабы сформировать доказательную основу исполнения именно на Иисусе древних пророчеств об ожидаемом иудеями Мессии.

— По-моему имя Матфея было Левий, — припомнил Николай Андреевич.

— Да, — подтвердил Сэнсэй. — По церковной легенде Иисус якобы призвал Левия в число апостолов, когда тот был сборщиком пошлин, то есть мытарем. На самом деле Иисус его не призывал. Хотя Левий действительно когда-то был мытарем.

— А что это за должность такая, сборщик пошлин? — осведомился Костик. — Это вроде налогового инспектора?

— Вроде как таможенного досмотрщика, — пояснил Володя.

— Да, — кивнул Сэнсэй. — Мытарь был простым агентом главных откупщиков, чиновник низшего разряда. Эта должность в то время считалась унизительной для иудеев. Поскольку иудеи, которые поступали на эту должность, были отлучаемы и лишались права завещать. Но Левий был не просто мытарем, он ещё и добросовестно работал на людей Гамалиила. Надо отметить, что он был грамотным, и довольно-таки умным человеком, благодаря чему впоследствии его и отметил Павел, который взял его в свою группу. За свои «заслуги» Левий и был удостоен того, что ему присвоили иудейское имя Матфея. И поскольку Матфей довольно долго, в течение пятнадцати лет после организации их общин, проработал в качестве проповедника среди иудеев-христиан, Павел доверил ему написание текста для иудеев.

— Я смотрю, у Павла была довольно грамотная и умная команда, — подметил Володя.

— Как и он сам, — согласился Сэнсэй. — В эти же годы Павел одновременно поручает своему ближайшему сподвижнику Луке, также письменно оформить Евангелие, «Деяние святых апостолов», где описываются первые годы организации их христианских общин, деятельность Петра, миссионерских путешествий Павла. Павел познакомился с Лукой в городе Троада (что находился на западе нынешних земель Турции), во время своей миссионерской деятельности в начале 50-х годов. Лука по профессии был лекарем. А, учитывая то, как Павел грамотно продумывал свои действия по организации христианских общин и привлечению туда людей умных, такой человек, как Лука, со своей профессией был просто необходим. Ведь он оказывал по мере возможности реальную медицинскую помощь своим последователям, чем дополнительно привлекал людей в христианские общины.

В общем, Павел для закрепления «нового учения» в письменном виде задействовал многих своих людей, и не только известных на сегодняшний день Матфея, Марка и Луку. Все они писали с учётом особенностей своей «паствы», имея один общий источник сведений — учение Павла. То есть, выражаясь языком политики, всё это писано было для разного электората. Но в основе лежало учение Павла о раболепном смирении, вместо настоящего Учения Иисуса об истинной свободе. То, что сейчас есть в Библии в «Новом Завете» от истинного Учения Иисуса — это всего лишь остатки, дошедшие до нас после редакции Павла, переписчиков, Великого Понтифика Константина и целой «плеяды» папских особ, вносивших свои индивидуальные поправки. И то, надо отдать должное величию Иисуса насколько Он, зная человеческую природу, талантливо двояко изложил своё Учение, что даже спустя тысячелетия извращений Архонтами его сути, всё равно осталось то, что до сих пор будоражит души человеческие. Ведь истинные слова Иисуса раскрывают духовную сущность человека. И именно благодаря этому человек, действуя по наитию души, открывает для себя Бога, становится на Путь и идёт к Нему. Среди множества плевел, посеянных Павлом и его приспешниками, всё равно остались Зерна, которые задевают душу человеческую и побуждают к поиску духовного.

Если вы просмотрите Новый Завет, какие книги в него включены (я уже не говорю за Ветхий Завет), вы сами поймёте, какие цели преследовались, и кто за этим стоит. Из двадцати семи книг «Нового завета» большую часть составляют послания Павла. Остальные книги — это книги его людей. От «Деяния апостолов» до послания Филимону именно Павел фактически является главным действующим лицом…

— Вот это да! — удивлённо промолвил Виктор. — Вот это «Новый завет» — книга… об Иисусе.

— Так вот, помимо включённых в «Новый завет» посланий Павла, Иакова… Кстати говоря, того самого Иакова, так называемого «брата» Иисуса…

— Это родного сына Иосифа? — уточнил Николай Андреевич.

— Да. Тот самый Иаков, который работал на Гамалиила и возглавлял Иерусалимскую общину христиан. Так вот, кроме посланий Иакова, кроме перечисленных уже Евангелий Матфея, Марка, Луки, а также «Деяния апостолов» от Луки, есть ещё и послания Иуды, Евангелие от Иоанна…

— Иоанна — это любимого ученика Иисуса?

— Если кто и был любимым учеником Иисуса, так это Мария Магдалина. А Иоанн был младшим сыном галилейского рыбака Заведея, любимцем своей матери Саломии — дочери того самого Иосифа, у которого работала в своё время Мария, мать Иисуса…

— Дочерью Иосифа? — с удивлением переспросил Николай Андреевич. — То есть, получается, Саломия была сестрой Иакова, Иуды. Значит, Иоанн… всё это одна семья?

— Да. Иоанн был просто в числе близких родственников семейки Иосифа, которая сначала всячески издевалась над Марией, используя её как рабыню, потом обливали грязью Иисуса, а после зарабатывала на Его славе немалые деньги.

— Да уж, — усмехнулся Женя, — «повезло» же Иисусу с такими «родственничками».

— Да какие они ему родственники?! После всего, что они сделали, их даже тяжело назвать знакомыми.

— Подожди, но если Иоанн… А как же его видения будущего, прихода антихриста? Это что получается всё неправда? — видимо попытался разобраться в этом вопросе Виктор.

— Почему неправда? — возразил Сэнсэй. — Правда. Только чья правда, и о чём? — Сделав паузу, он продолжил. — Во-первых, Иоанн писал аллегорически, как его обучали по школе Филона Александрийского.

— О, а это что за фрукт? — с юмором проговорил Женя.

— Этот «фрукт» с того же дерева Архонтов. Это друг Гамалиила. Филон Александрийский происходил из влиятельной богатой еврейской семьи потомственного священнического рода. Он был иудейско-эллинистическим философом, теологом, создателем метода аллегорических толкований Библии с помощью понятий греческой философии. Яркий пример того, как еврейские жрецы потихоньку заимствовали для создания новой религиозной ветви от иудаизма приглянувшиеся им понятия из отвергнутых ими же «языческих» религий, желая возвысить иудаизм в статус мировой особо значимой религии для всех народов.

Иоанн писал аллегорически, причём что немаловажно, базируясь не на своих «видениях» которых у него никогда и не было, а на некоторых предсказаниях Иисуса и событиях прошлого. История-то повторяется. Иоанн всего лишь описывал мифологию прошлого. Затем эта запись дополнялась уже другими людьми в виде планов Архонтов на будущее… Многие люди не любят вникать в историю, она для них скучная наука. Но историю надо знать, потому что история прошлого — это урок на будущее. Её нужно знать хотя бы для того, чтобы правильно поступать сейчас, чтобы не допускать ошибки и не ходить в розовых очках с наивным взглядом на мир.