Загрузка...



  • Глава 1. ЛЕВ-ЛЕОПАРД, СЛОН-ГИППОПОТАМ И ДРУГИЕ ТВАРИ
  • Глава 2. МНГВА, АФРИКАНСКИЙ ТИГР РОСТОМ С ОСЛА
  • Глава 3. АГОГВЕ, ВОЛОСАТЫЕ КАРЛИКИ МОЗАМБИКА
  • Глава 4. ДРАКОН, КОТОРЫЙ ЖДЕТ СВОЕГО СВЯТОГО ГЕОРГИЯ
  • Глава 5. ТРЕТРЕТРЕТРЕ, ВУРУПАТРА И К°
  • ЧАСТЬ ПЯТАЯ

    НА ЧЕРНОМ КОНТИНЕНТЕ

    Ex Africa semper aliquid novi (Африка всегда преподносит что-нибудь новое).

    (Греческая поговорка, переданная Плинием)

    Глава 1. ЛЕВ-ЛЕОПАРД, СЛОН-ГИППОПОТАМ И ДРУГИЕ ТВАРИ

    Африка — земля удивительных секретов. Отчего? Из-за испарины ее непроглядных ночей, ее безжалостного солнца, выжигающего все живое, из-за обнаженных ее обитателей и бесстыдства ее танцев. Этот Черный континент всегда ставил всех и вся с ног на голову. В этом влажном климате, полном эротики и загадочности, и нужно искать ключи к зоологическим тайнам.

    Жаркие ночи Черного континента

    В средние века, когда монахи впервые увидели в пустыне огромного страуса, они подумали, что это продукт любви верблюда с кем-то из царства пернатых. И не поэтому ли арабский писатель аль-Касвини приписал жирафу аналогичную генеалогию, в которую многие африканцы до сих пор верят.

    Добавим к этому, что, по Аппиану, гиена, как в саге Терезия, одновременно и самец и самка и это помогает ей бесстыдно оборачиваться в любовных утехах. Брунетто Латини, учитель Данте, считал, что «йенса», как он ее называл, может менять пол по желанию. Вот и удивляйтесь после этого легендам африканцев, считающих, что гориллы и даже бабуины выращивают своих детей только для того, чтобы удовлетворять с ними свою похоть…

    Трезвый европейский путешественник пытался найти рациональные объяснения всем нападкам на природу. Андре Теве, космограф Карла IX, побывавший в Африке на пути в Бразилию в 1555 году, оставил такой пассаж, восходящий еще к традициям Аристотеля: «По причине скудности вод многие звери собираются в местах, где воды сколько-то имеется, и часто общаются друг с другом из-за жары, которая делает их податливыми и доступными друг другу. Отсюда и получаются некие монстры, разные виды, произошедшие от одного. Что и породило поговорку, что Африка всегда преподносит что-то новое».

    Да и сегодня, африканцы, если встречают животное, соединяющее в себе характер двух определенных видов, хотят видеть в них гибриды, как в легенде о леопарде-гиене и кукуламбе (шимпанзе-горилле).

    Но сегодня наука доказала, что половые контакты между животными разных видов не дают результатов и все эти легенды африканцев — не что иное, как красивые сказки. Конечно, против науки не пойдешь, но свидетельства свидетельствам рознь. Не кажется ли вам естественным и даже забавным, что африканцы, которые не знали никаких научных теорий, пытались сами доказать эти черты «скрещиванием» разных существ? [35]

    На самом деле, невзирая на аксиому о невозможности произведения потомства разными видами, случается и обратное. В мюнхенском зоопарке Хеллабрюн производились удивительные опыты по гибридизации — гуся скрестили с лебедем, а белого гуся — с бурым. Лисицу — с кобелем померанской собаки. И «продукты» этого брака вовсе не были стерильными и тоже давали потомство. Дитя последней пары скрестили с койотом. И брак этот дал смешных щенков — лисособак, унаследовавших одинаковые черты и тех и других.

    Многие ученые настолько убеждены в невозможности получения таких гибридов, что Морис Бертон из Британского музея написал в своей известной книге «Тайны мира зверей»: «Гипотеза, по которой в собаках живет лисья кровь, невзирая на сообщения о таких случаях, не имеет под собой никаких оснований». Что до меня, то я знаю собачку, родившуюся в Северной Африке от… фенека и суки фокстерьера. И я не столь категоричен в своих выводах!

    На самом же деле ученые знают ничтожно мало о возможностях скрещивания между разными животными, и ненаучно отрицать такие возможности. Поэтому мания африканцев приписывать разным животным черты сразу нескольких зверей не кажется такой уж невероятной…

    Мир глазами африканцев

    Название — имеет ли оно значение? Способ, которым африканцы пытаются обозначить некоторых существ, кажущихся им странными, вовсе не означает, что они не существуют. Может быть, из-за этого и возник тот скептицизм, который сопровождает местные легенды?

    Никто не хотел верить в полосатого осла пигмеев вамбути — лесную зебру, оставляющую следы раздвоенных копыт, да и окапи вовсе не миф. Считали мифом нингбве — лесную свинью черного цвета с клыками, и млуларука — шакала, которого принимали за летучую мышь, и оба имеются в наших зоологических коллекциях. Улыбались, когда слышали рассказы жителей Южной Родезии [36] о метисе гиены и леопарда, и именно поэтому королевского гепарда не могли открыть до 1926 года.

    И сегодня многие натуралисты продолжают закрывать глаза и нечленораздельно мычать, когда им напоминают о марози-коддоело, чемисете, мнгва, агогве, мокелембембе, лау, конгамато и многих других существах, чье существование пытаются доказать некоторые европейские авторы. И все это потому, что многие истории оказываются приправленными небылицами, без которых африканцы по своей природе просто не могут обойтись.

    То, что черные люди изъясняются особым манером, мыслят иррационально, что ими владеют магия и страх, заставляющие по-своему передавать подлинные факты, — несомненно. Но в основе их рассказов всегда лежат конкретные наблюдения — не сны и не галлюцинации.

    Я часто вспоминаю рассказ о конголезском мальчике, которого хозяин отправил на каникулы посмотреть на море из дебрей Африки. Оно его поразило, это море, но вместо того, чтобы послать домой матери красочные почтовые открытки с видом побережья с пальмами, он закупорил бутылку с морской водой и послал ее домой с оказией — пусть в деревне попробуют на вкус. Эта история мне доказала раз и навсегда, что африканцы ближе, чем мы, к материи как таковой, чем к абстракции.

    Когда семейная пара встречает на улице красивую элегантную женщину, она обычно обращает внимание на ее туалет, а мужчина на то, что «внутри». Не абсурдно ли при этом утверждать, что прав тут кто-то один из них?

    Африканцы давно уже доказали, что они прекрасные наблюдатели и их манера интерпретации фактов не так абсурдна, как мы привыкли думать. Ну, а что касается гиены, способной менять свой пол, то разве не доказано уже, что самка пятнистой гиены нередко демонстрирует феномен псевдогермафродитизма: ее половые органы симулируют деятельность мужских…

    Похищали ли гориллы женщин?

    Мы закончили предыдущую главу разговором о межвидовых браках. Чем подтверждаются эти легенды? Дадим слово профессору Иельского университета Клеланну С. Форду и Ф.А. Бичу: «Имеются случаи, когда животные проявляют интерес к мужчинам и женщинам. Есть много свидетельств половых связей между самцами животных и женщинами. Кроме того, имелись случаи наблюдения в неволе связи бабуина с собакой. У обезьян всегда есть тенденция спариваться с людьми или другими животными, даже рептилиями, например, морскими черепахами».

    В Африке циркулирует множество легенд о похищении людей гориллами и бабуинами. Предрассудок? Но между животными тоже бывают сложности во взаимоотношениях. Такого не происходит в многочисленных группах, где обезьяне нетрудно выбрать нового партнера. Но у горилл, живущих маленькими группами? Когда самец гориллы становится взрослым, он покидает родную семью и ищет новую группу. Там он затевает бой не на жизнь, а на смерть. Один из нас имел возможность лицезреть скелет жертвы — старого самца, погибшего в зарослях банановых кустов, со сломанной рукой и ребрами.

    А что бывает, если горилла не находит подходящего партнера? В джунглях часто видят самцов-одиночек. Лишенные искомого, они сильно страдают. Надо быть обезьяной или воспитываться в их семье, чтобы понять силу их любви, тягу к общению, к компании. Просто невероятно, чтобы гориллы, проявляющие в неволе такую четкую сексуальную ориентацию по отношению к людям противоположного пола, не хотели бы этого в природе. Желание провоцирует их на многое. Каков бы ни был страх перед человеком, озабоченный самец, без сомнения, нападет на одинокую женщину и утянет ее в лес…

    Спику в 1860 году в Руанде рассказывали о таких случаях, когда самец гориллы так сильно обнял женщину, что она умерла. И если женщина не оказывает сопротивления, у нее есть шансы остаться в живых.

    Легенды, по которым некоторые из них подолгу жили с гориллами и те с ними хорошо обращались, вовсе не так уж невероятны. Но что в результате — можно только предполагать. Во всяком случае, скепсис в разговоре на эту тему неуместен.

    Континент консерваторов

    Можно посмотреть на некоторые легенды африканцев с иной точки зрения. Они нередко сообщают об очень редких животных, между тем как вряд ли знакомы с трудами барона Кювье и его последователей-палеонтологов. Но они утверждают, что это видят. И проблема выживания ископаемых в Африке актуальна.

    Не забудем, что климатические условия здесь не менялись с древнейших времен. Великие оледенения, потрясшие Европу, Азию и Северную Америку, не затронули африканские земли к югу от экватора; все, что здесь имело место, так это лишь длительные сезоны дождей.

    С геологической точки зрения континент тоже не знал катаклизмов десятки миллионов лет. Он избежал подвижек земной коры, потрясших Европу. Когда Альпы рождались в Европе, Кордильеры, Скалистые горы и Анды — в Новом Свете, а Гималайский массив — в Азии, африканский рельеф был долгое время стабильным. Поэтому неудивительно, что здесь сохранились животные, когда-то процветавшие в Европе, — макаки, слоны, носороги, гиппопотамы, жирафы, львы и гиены.

    И с точки зрения фауны, и что касается флоры — вспомним хотя бы хрестоматийную вельвичию. Африка всегда отставала от других регионов в геологическом смысле. Приведем один лишь пример. В Центральной Африке откопали останки динотерия в «возрасте» 199 тысяч лет, в то время как эта группа гигантских животных исчезла в Европе 5 миллионов лет назад.

    Отметим, наконец, таких африканских реликтов, как окапи, исполинская лесная свинья и водяной оленек, доказывающих своим наличием, что этот континент — резерват живых ископаемых, уцелевших только здесь. И так как проникнуть без треска и шума в этот глубинный мир невозможно, то можно предположить, что эти и другие животные скрываются здесь неоткрытыми очень долгое время. Лишь местные жители, обитающие на кромке .еса, подозревают, что там что-то есть. И неудивительно, что именно влажные тропические леса хранят больше всего тайн и оживших легенд.

    Карликовый носорог с гор и водяной слон

    Когда Ханс Шомбургк в 1913 году решил проверить слухи о загадочном карликовом бегемоте, его подняло на смех пол-Европы — мало ли какие мифы рождаются в далекой Африке! Но Шомбургк поехал в Либерию и обнаружил карликового гиппопотама.

    Однако был и другой слух — о карликовом носороге, жившем в горных районах той же Либерии. Сначала Шомбургк думал, что речь идет о крупной черной свинье с клыками (она оказалась гигантской свиньей Мейнерцхагена), которая действительно там водилась. Более пристальное изучение вопроса позволило ему сделать вывод, что племена кру четко различают клыкастую свинью и горного носорога-карлика. Но все попытки обнаружить его ни к чему не привели. Он был как иголка в стоге сена.

    Однако возможно ли вообще существование карликового носорога в этой части Африки? Для положительного ответа есть, похоже, все основания.

    Говоря о карликовом бегемоте, профессор Труэссан утверждал, что «наличие вида в уникальном регионе излучины Нигера позволяет предположить, что эти земли образовывали остров в эпоху эоцена». И животные, обитавшие здесь, были меньше ростом по сравнению с теми, что жили по соседству, на «континенте». Аналог — копытные и носороги Зондских островов, которые мельче тех, что обитают в Индокитае. В третичном периоде на островах Средиземноморья — на Сицилии, Сардинии, Корсике, Мальте и Кипре — жила целая группа видов карликовых слонов и гиппопотамов. Такое странное уменьшение роста видов Мориц Вагнер назвал сегрегацией. Генетические нарушения из-за малого выбора производителей, однообразная пища, менее благоприятные климатические условия — все это сыграло свою роль в создании феномена карликовости.

    И почему тогда здесь, в Африке, не могут водиться карликовые носороги? Если посмотреть на карту распространения ископаемых и ныне живущих форм, можно заметить, что они каким-то образом исчезают в районе к югу от рек Сенегал и Нигер. Это странно, потому что Hyppopotamides и Proboscidiens в контакте с Rhinocerotides должны были здесь обитать. Может быть, действительно, карликовые носороги ускользнули от нашего взгляда по причине своей карликовости? Не доказывает ли это, что карликовые носороги находятся в этой ограниченной зоне?

    Аборигены экваториальных лесов рассказывали Шомбургку о животном с черной шерстью величиной с овцу, с зубами собаки и скверным характером, которое они называли «too». Может быть, речь идет о том самом загадочном звере, которого кенийцы называют медведем найди и к которому мы еще вернемся?

    Один человек из района Лефини на Верхнем Конго передал торговцу Карла Гагенбека кусок кожи, похожий на кожу обычного слона, но покрытый рыжеватой шерстью. Она принадлежит, объяснял он, так называемому речному слону с привычками гиппопотама. Слухи о нем ходили вокруг озера Леопольда II, и его считали продуктом любви тембо, слона и кибоко, гиппопотама. Сам Шомбургк оказался неспособным проверить эту легенду, но все это, однако, не помешало в 1914 году Анри Шутедену, директору Музея Конго в Тервюрене, Бельгия, описать под названием Elephas africanus fransseni карликового слона, ведущего водный образ жизни, из района озера Леопольда II, известного жителям под названием вакавака.

    До сих пор существование вакавака остается под вопросом.

    Маленький пятнистый лев с горы Кения

    Тем, кому предыдущие байки показались слишком скудными, чтобы насытить свое любопытство, предлагаем еще одну — о марози, пятнистом льве с горы Кения. Тот самый капитан Мейнерцхаген, который первым обнаружил шкуру гигантской лесной свиньи, получил в 1903—1908 годах сведения о пятнистом льве. Но только в 1931 году странное животное заставило говорить о себе, что называется, официально, при этом использовались сведения заготовителей дичи в колонии Кении.

    В тот год Р. Дент, возглавлявший рыбный отдел этой администрации, заметил четырех кошек, пересекавших тропу впереди него недалеко от истоков реки Кагита близ Серу. Было это на высоте 3—3,5 тысячи метров над уровнем моря. Львы показались капитану Денту более мелкими, чем обычные. Через несколько месяцев ребята, ставившие капканы на леопарда у восточного склона Абердэрских гор, сообщили тому же Денту, своему начальнику, что поймали какое-то странное животное. То был не лев, не леопард, а некий метис этих двух зверей. К сожалению, по какой-то причине осмотреть его не удалось.

    Через некоторое время европейский фермер Майкл Трент чуть было не заполнил этот пробел. Следуя за водяной антилопой, там же, в Абердэрских горах, на высоте 3 тысяч метров, он убил трех мелких львов, попавшихся в ловушку. Но он, не будучи натуралистом, не придал этому ни малейшего значения. По счастью, одному чиновнику из управления досуга удалось увидеть законсервированные куски кожи. И они поразили его, о чем он и сообщил в Найроби капитану А. Ричи.

    Тот сообразил, что речь идет о чем-то экстраординарном — самце и самке, правда, если судить по гриве, несколько уменьшенных размеров. По возрасту они соответствовали львам-трехлеткам, видимо, то была пара. Но они были пятнистые!

    Известно, что львята рождаются с крупными пятнами, но они исчезают с возрастом, и довольно быстро. Или кто-то, значит, подкрасил эти шкуры…

    Ясно одно — без скелета, черепа и других деталей, которые позволили бы определить возраст, факт остается недоказанным.

    Блейн Персиваль, заготовитель дичи и замечательный натуралист, рассказывал, что в 1924 году убил львицу и двух львят, все были пятнистые. Может быть, некоторые особи и в зрелом возрасте продолжают сохранять детскую окраску? Все может быть. Независимый эксперт Кеннет Гайдар Доуэр, обследовавший шкуры, высказался по этому поводу так: «Похоже, они принадлежат львам двух или трех лет, и похоже, пятна совсем не собираются исчезать. Известно, что некоторые львы сохраняют пятнистость до значительного возраста, но их окраску нельзя сравнивать с этой, когда пятна распространяются на лапы, бока и идут вдоль всего спинного хребта».

    Доуэр был настолько уверен в существовании нового вида, что организовал в 1933 году особое сафари, чтобы отловить загадочного зверя. Ему попадались кошачьи следы, но слишком крупные или слишком маленькие…

    Проигрыш не обескуражил уже известного нам Гандара Доуэра, и он выпустил в 1937 году книгу о поисках мифического льва, наделавшую много шума в английской прессе.

    Есть симба и есть марози

    В нашем деле очень важны свежие свидетельства. Самое интересное из них — рассказ Гамильтона-Сноубилла, побывавшего в горной цепи Абердэр. В письме, адресованном в «Филд», журнал английских охотников, он пишет, что однажды убил животное, которое принял за леопарда. Хотя оно было крупнее размерами, но темной окраски. Сопровождавшие его мальчики кикуйю сказали, что это дамазия, а не шуи (леопард), подчеркнув, что он отличается от леопарда так же, как лев отличается от марози.

    Когда он спросил у чернокожих, что такое марози, то ему сразу же сказали, что это животное поменьше ростом, чем лев, что их чаще встречают парами, что они редки и появляются только на большой высоте. И, наконец, это пятнистый зверь.

    «Однажды весной 1923 года, — продолжает Гамильтон-Сноу-билл, — я пересекал Абердэрские горы пешком из Л накипи в Нджбини, по плато Кинангоч, и на второй день, часов в 16, при довольно плохом освещении в кустарнике на высоте 2500 метров я заметил в двухстах метрах от себя нечто, напоминающее леопарда светло-бежевой окраски и как будто „полинявшего“. Обернувшись к помощнику за карабином, я услышал, как чернокожие возбужденно перешептываются:

    — Марози! Марози!

    Пока я тянул винтовку к себе, пара кошек исчезла в кустах. Я спросил у африканцев, как эти животные могли так высоко подняться в горы, на такой холод.

    — Конечно, львы не могли, а марози мог! — последовал ответ.

    Следы существ напоминали больше львиные, чем леопардовые, и окрас шкуры был бежевый, с пятнами. И если бы не носильщики, я никогда бы не поверил в существование пятнистых львов!»

    Опрос среди кикуйю подтвердил, что они четко различают симбу (льва) и марози (малого горного пятнистого льва).

    Узел свидетельств

    Согласно Р. Хуку, белому охотнику, сопровождавшему Доуэра в высокогорный район Кении, марози — мифическое существо. Но, добавляет он, вовсе не невозможное теоретически.

    Вполне может статься, что небольшая группа мелких львов, отделившаяся от равнинных и загнанная высоко в горы, выжила в заброшенных уголках дикой природы. Этот подвид, если он только существует, мог претерпеть трансформацию по цвету — в соответствии с новым районом обитания. Но все же Хук считает, что одних свидетельств недостаточно.

    Другие эксперты не столь пессимистичны. П. Кобб из Элементейты, знающий разных животных, считает, что неизвестный вид обитает в древнем лесу Maу — очень густом и неисследованном. Это предположение основывается на довольно точных данных.

    Однажды, привлеченный шумом в углу фермы, он увидел странное кошкоподобное существо, напавшее на скот. Он пришпорил лошадь и бросился в погоню, «проводил» животное до самого леса. Потом оно скрылось, но остались следы — отпечатки лап маленького льва.

    А вот мнение другого соратника Гандара Доуэра, восточно-африканского колониста Дж. Полларда: «Мое собственное мнение, основанное на разговорах кикуйю, таково, что неизвестный вид семейства кошачьих живет в горных дождевых лесах, ибо те районы избежали визитов человека».

    И, наконец, упомянем, что аборигены местечка Эмбу описывали майору Дж. Одду-Брауну «лесного леопарда, похожего на льва», живущего на юго-восточных склонах горы Кения. Конечно, это не означает, что речь идет именно о нашем с вами пятнистом льве…

    Короче говоря, вот уже полвека в горах Кении циркулируют слухи о таинственных кошках. И это несмотря на упорные утверждения ученых о том, что «это обычные львы, сохранившие детскую окраску». Каждый раз наблюдатели говорят об одном и том же: маленький рост и пятна, напоминающие скорее гепарда, пятна, похожие на маскировку леопарда, и рудиментарная грива…

    Неубедительные возражения

    Отношение многих натуралистов и специалистов к этой теме неоднозначно. Реджинальд Покок, знаток диких кошек, относится к версии положительно. Интересно и мнение полковника С. Питмэна, охотника и знатока животных: «До сегодняшнего дня свидетельства не очень-то убедительны. Я лично склоняюсь к теории, по которой в Восточной Кении имеется порода маленьких горных львов».

    Дж. Флетт, хорошо знающий район Абердэрских гор, показывает нам, каким образом рождается миф: «В двух случаях за два года мне удалось побывать в самых удаленных местах Кении, и я видел львов достаточно близко. Каждый раз тела животных были пересечены тенями от кустов и деревьев. И это производило впечатление пятнистости. Я тоже было подумал, что увидел не известный науке вид льва. Так же, наверное, ошибся и Поллард».

    Вообще-то мне очень хотелось бы понять, как тени от листьев остались на шкуре особей, убитых фермером Трентом…

    Более импонирует мне мнение майора У. Роберта Форана. В статье «Пятнистый лев из легенды» он пишет, что это животное нельзя рассматривать как новый подвид, но не преминул подлить воды на мельницу сторонников марози. «В двух случаях в 1906 году, — рассказывает он, — я убил льва и львицу недалеко от горы Кения, и каждому было лет по пять. Пятна отчетливо проглядывались на животе, боках и лапах, а самец был еще и украшен гривой. Мне показалось, что звери эти необычны из-за того, что у них сохранились пятна, но это очень большая редкость».

    Спрашивается, почему Форан утверждает, что речь идет об индивидуальной изменчивости, а не о видовой принадлежности?

    В другом месте он делает еще одно замечание, которое противоречит его собственным утверждениям: «Нет ничего странного в том, что львы водятся на такой высоте: это лесные львы, и ростом они меньше, чем обычные кошки, которые водятся на равнине».

    Итак, нет ничего удивительного в том, что они встречаются в горах, но то, что они обосновались в лесах к востоку от горы Кения, — дело необычное. Лев — животное саванны, и его не тянет в леса. Так что там могут водиться особые львы — более мелкие и более темного окраса.

    Майор Форан так объясняет легенду о марози. В Восточной Африке зоологи знают две разновидности — масайского и сомалийского львов. Второй мельче, не имеет гривы, и у него более длинные уши, а окрас более светлый, почти буланый. «Может статься, что сомалийские львы обосновались в Кении». Но ведь о них неизвестно, что они сохраняют детскую окраску шерсти!

    И все-таки новый вид?

    Доктор Фречкоп склонен отрицать наличие большого числа подвидов, которые рождаются по вине систематиков, не разбирающихся в африканских животных. И приводят пример, что в одном лишь парке Альберта в Бельгийском Конго водятся несколько разновидностей льва — с короткой гривой и пышной шевелюрой и пучками волос на передних лапах. Но этих отличий еще недостаточно, чтобы говорить об отдельных подвидах.

    Ситуация парадоксальна: сами систематики, столь скорые на создание новых видов на основе зыбких данных, никак не хотят утверждать пятнистого льва как новый вид.

    И все-таки вероятнее всего, что порода львов с детскими признаками сформировалась в Кении и скрылась в горах. Изолированные от других животных, эти звери, по законам сегрегации, претерпели значительные изменения. Это выразилось в некоторой карликовости: 1 метр 40 сантиметров от кончика носа до основания хвоста. Не забудем о карликовых бегемоте и носороге, гиббоне-сиаманге…

    Его место в зоологической систематике могло бы быть определено зоологами на основе исследования скелета и внутренних органов.

    А если это гибрид?

    Вспомним, что мальчики кикуйю говорили о дамазия, тем-ноокрашенном леопарде, который так же отличается от обычного леопарда, как лев от марози. Вполне вероятно, что дамазия — обычный леопард черного окраса (пантера), который может рождаться у нормальных родителей. А не проявляется ли меланизм у львов в виде детских пятен? И горные леса способствуют появлению этих свойств.

    И еще остается гипотеза о гибридизации. Помните, как часто проводились скрещивания между львами и тиграми? Раньше их считали двумя видами одного рода фелис. Однако различия в черепе и по внешности позволили ученым отнести их к двум разным родам. Так что возможно и скрещивание между леопардом и львицей (но не наоборот — между львом и самкой леопарда, ибо размеры новорожденных будут слишком велики для нее). И получится гибрид, который соберет черты тех и других.

    Медведь нанди, или Африканский ужас

    В Кении местные охотники, даже самые опытные, тряслись от страха, услышав имя «чемозит (чемосит)». А когда они случайно набредали на свежие огромные следы, сразу же ретировались. И говорили, что любой человек, который услышит рычание этого зверя, не забудет его никогда…

    Не пытайтесь просить колонистов — будь то охотники или профессиональные зоологи, — чтобы те дали вам точные сведения об этом живом кошмаре. Они вам поведают только гипотезы, скептически пожимая плечами. И тем не менее понадобилась бы целая книга, чтобы собрать все рассказы о нем, циркулирующие по английской Восточной Африке и приграничной зоне Бельгийского Конго среди чернокожих и белых, — о жестоком медведе большого роста. Британские поселенцы окрестили его найди, по названию племени, которое живет в месте его обитания.

    Что же это за зверь?

    Большой африканский медведь? Но на Африканском континенте неизвестен ни один представитель семейства медвежьих. [37]

    И нет ни одного достоверного свидетельства, что нанди — действительно медведь, хотя сходство явно имеется, и черты, описанные многими наблюдателями, настолько характерны, что заслуживают серьезного внимания. Удивительно то, что несмотря на полное отсутствие медведей в Черной Африке, суахили и соседние племена с берегов Таны используют арабское слово «дуба» — «медведь», имея в виду зверя, живущего в окрестных лесах. (С другой стороны, в древних свидетельствах тоже есть упоминания медведей в сердце Африки. Геродот говорил о медведях в Ливии, называя также питонов, львов, слонов, ослов с рогом — носорогов или, может быть, либитериев, вымерших родственников окапи. Плиний же оспаривал наличие медведей в Африке. О. Даппер тоже упоминал в 1668 году медведей в Конго среди прочих реальных животных.)

    На протяжении веков натуралисты были едины во мнении, что на Черном континенте никаких медведей нет. Но в 1905 году впервые был поставлен вопрос о том, что на плато Уазин-Гишу видели нечто, называющееся сегодня медведем нанди. Более полное свидетельство появилось только в 1912 году, после того как распространились постоянные слухи среди колонистов. И именно один из них, Джоффри Уильямс, участвовал в начале века в знаменитой «Экспедиции нанди» и записал свои впечатления в «Journal of the East Africa and Uganda Natural History Society». Его статья стоит того, чтобы привести ее почти полностью: «Меня просят описать странное животное, которое я увидел на плато Уазин-Гишу. Это дело довольно рискованное, но я постараюсь.

    Мы расположились лагерем в Матайе и пошли к скалам Сир-гоит, там-то и увидели зверя. Он возвышался над кустарником. Мой кузен и бой шли впереди всего сафари, когда трава вдруг расступилась. Кузен закричал: «Что это такое?» Повернув голову в ту сторону, я увидел животное в десяти метрах от нас. Оно было похоже на обычного зоопаркового мишку, а роста достигало 1 метра 50 сантиметров. Правда, в таких условиях рост определить довольно трудно. Приблизительно оно было равно нашему медведю. Потом оно скрылось в кустах в направлении Сиргоита этаким характерным галопом. Заря тогда только занималась, но зверя мы хорошенько рассмотрели.

    Я вскинул свой карабин и выстрелил поверху, прежде чем он скрылся в скалах. Я подождал, он остановился и повернул голову, чтобы нас рассмотреть. В этом положении он был виден лучше всего. По росту он явно превышал медведей из зоопарка, был более мощным. Вся передняя часть оказалась покрыта густой шерстью, и четыре лапы тоже, а спина была сравнительно голой. Такое несоответствие поразило нас. Голова была слишком вытянута для медведей и не соответствовала телу. Точно не помню уши, но запомнил, что они маленькие, а хвост почти неразличим. Шерсть показалась нам темной, как у гну, но это могла быть игра бликов. Почва была сухой и скалистой — следов не осталось… Спустя несколько недель, — продолжает Дж. Уильямс, — мы показали бою, который нас сопровождал, книжку с картинками, изображающими животных разных стран, и попросили его указать в ней увиденное недавно. Он указал на рисунок бурого медведя и заявил, что это тот самый зверь.

    Так я узнал, что среди нанди он известен под именем чемозит и его описания совпадают с моими.

    Спустя несколько дней в Найроби один друг привел ко мне юношу нанди, и я показал ему иллюстрированную «Книгу джунглей» Киплинга — не покажется ли кто-нибудь ему здесь знакомым? Он сразу же указал на Балу — малайского медведя!

    В районе Какумега, недалеко от Кабраса, как мне рассказывали, люди тоже знают нечто подобное и даже спят в палатках с поднимающимся пологом из страха перед шивуверре. Они описывают его как ночное животное, немного похожее на гиену, покрупнее и более дикое. Говорят, что у жителей даже есть шкуры этих животных. Нанди утверждают, что убили одного много лет назад, когда оно забралось на крышу хижины. Оно провалилось внутрь и убило тех, кто был в хижине, но другие подожгли дом, и оно сгорело. Убить его трудно, ибо это ночное животное и весьма редкое, нападает только на одиночек».

    Приток свежих свидетельств

    Надо думать, что такое обстоятельное свидетельство было выслушано со всей серьезностью, особенно во времена, когда страна полнилась слухами о таинственном животном. Давайте прислушаемся к тому, о чем говорили тогда. Читатель не может не заметить некоторых противоречий в описаниях нанди-бэра — все зависит от обстоятельств. Многие авторы подсознательно стремились показать, что речь идет всего лишь об обычном животном.

    Прежде всего надо отметить, что имя «медведь нанди» — изобретение колонистов, основанное на первых наблюдениях, и эти колонисты чем дальше, тем более верили в то, что это мифическое животное. Заблуждения перемешались с реальностью.

    Британский антрополог С.У. Хобли собрал много данных, среди них — свидетельство майора Тулсона, известного на плато Уазин-Гишу и поведавшего нам следующее: «Вечер уже опускался на лес, когда один из моих боев вошел в комнату и в возбуждении сказал, что возле кухни бродит леопард. Я тут же поспешил наружу и увидел странное животное: у него были длинные волосы сзади, а впереди шерсть чуть удлинялась. Мне показалось, что оно 18—20 локтей высотой, черного цвета, а манера ходить напоминала медвежью — нечто вроде приволакива-ния ноги. К сожалению, было уже довольно темно, и я не успел рассмотреть подробности — особенно голову.

    Многие голландцы незадолго до этого спрашивали меня, что это за странное животное водится на плато, они говорили лишь, что оно похоже на медведя и издает жалобные звуки. Другие свидетельства исходили от инженерного персонала и других строителей железной дороги в Магади. Они утверждают, что видели странные следы при прокладке шпал. Один из инженеров, Шиндлер, не только увидел следы, но и снял копию.

    В марте 1913 года местный чиновник Н. Корбетт видел нечто, что и описывает в рапорте: «Я позавтракал возле ручья около Сиргои, у фермы Тулсона, потом спустился к воде, чтобы немного порыбачить, и тут-то нос к носу столкнулся со зверем. Он находился в метре ниже меня, наклонился к воде, чтобы попить. Я сделал движение, чтобы убежать, а зверь рванул влево и исчез в кустарнике. Со мной не было очков, местность была немного заросшая, и единственное, что я понял, что такое животное никогда не видел. У него были длинные красно-коричневые волосы со слабой белой полосой вдоль позвоночника. Длинную лапу я видел от коленного сустава до ступни, и он был больше гиены ростом, но по внешнему виду животное не так чтобы очень уж мощное… Происходило это днем, около 12.30».

    Через несколько дней после этого случая некто Хикенс, инженер-дорожник, тоже встретил это животное. «8 марта 1913 года я ехал один на дрезине по дороге из Магади. В 9 часов на 16-й миле в 50 метрах от дороги я увидел животное, которое вначале принял за гиену. Оно находилось прямо на путях, но потом сдвинулось вправо. Мне было довольно чудно видеть гиену в столь ранний час, но скорость дрезины была довольно приличная, километров 40 в час, и меня быстро пронесло мимо. Было довольно светло, кустарник не превышал 45 сантиметров, земля черная с прогалинами бурого латерита. И все же я заметил, проезжая, что это не гиена, ведь размером оно было со льва. По виду оно напоминало бежевого льва-черногривку, но с длинными ниспадающими волосами. Тело коренастое, шея короткая, нос приплюснутый. Тварь даже не удосужилась на меня посмотреть, а пустилась бежать, выбрасывая сразу и передние, и задние ноги. Ноги покрыты волосами — я заметил это, когда оно их вскидывало. Остановиться я не мог в силу обстоятельств, хотя при мне была винтовка „Rigby-350“. Скорее всего, это то самое животное, о котором много говорили на дороге.

    За ним наблюдали многие рабочие при постройке трубопровода, видели и следы в лужах. Следы были очень похожи на медвежьи. Описания очевидцев были похожи на мои.

    Мне довелось изъездить всю Африку, и я видел сотни самых разных зверей и птиц. Но такое — никогда!»

    У страха глаза велики?

    Последнее из свидетельств, собранных Хобли, на первый взгляд, не относится к нашему подопечному. Судите сами. «Имеются истории, — сообщает нам известный антрополог, — и о другом звере, живущем в речных долинах в нижнем и среднем течении Таны. Мистер Кабербатч, полицейский офицер этого округа, рассказал мне, что немецкие миссионеры, жившие долгое время в районе Нгао, утверждают, что местные жители покомо знают лесного зверя коддоело. Одного даже застрелили возле Нгао несколько лет назад.

    Однажды миссионеры заметили, что все жители в районе покомо покинули деревню и перебрались на другой берег, ибо близ поселка появился коддоело. Местный житель описал его как существо ростом с человека, но ходящее на четырех лапах, иногда оно поднимается только на задние, внешне слегка походит на бабуина-гиганта, жестокого и сильного. Скорее всего, — заключает Хобли, — речь идет о каком-то не открытом пока антропоиде в долине реки Тана».

    Неизвестный антропоид? Вот уж действительно, скажете вы, далеко от нашего «медведя»!

    Не так далеко, как кажется поначалу. Мы увидим дальше, что сами найди называли чемозитом и большую обезьяну. С другой стороны, когда мистер Хобли получил немного спустя дополнительные детали о коддоело, добытые анкетированием местных жителей, то выяснилось, что речь идет о тех же чертах, что и в рассказах дорожников в Магади.

    Цвет от красноватого до желтого; длина около 1.80, высота в холке 1.05; шерсть длинная, все информанты сходятся на наличии гривы, шея короткая, крепкая; когти длинные, морда вытянутая, зубы большие, но не такие, как у льва, передние лапы толстые.

    Покомо утверждают, что многих таких зверей убивали, главным образом, за то, что они воруют из деревень овец. Когда зверя замечают возле деревни, местные жители перебираются на другой берег реки и бьют в барабаны, чтобы испугать его. Охотники вабоне хорошо знают его, но предпочитают не трогать.

    Так не одно ли это и то же — коддоело и чемозит? Что очевидно — слухи, исходящие из Кении, крутятся вокруг существ, одинаково не известных науке.

    Прибрежные жители, говорящие на суахили, испытавшие на себе арабское влияние и, следовательно, знающие о медведях, как мы уже говорили, называют это животное арабским словом «дуба» — «медведь». В более глубинных районах животное именуют на языке лумба — гетейт (герейт, кетейт, керит). В Руанде слово звучит как иеимизи, в других местах — кткамбангве. Жители в районе горы Элгон предпочитают употреблять слово сальруку. Но какое бы ни было прозвище, надо признать, что образ зверя сильно «поэтизирован». Али, проводник знаменитого охотника Роджера Куртни, говорил о нем как о «белом пушистом звере, который ходит только на задних лапах и питается мозгом своих жертв». Уильям Хиченс же из административной службы Кении считает, что это «полузверь-полугорилла, с глазом, горящим посреди лба, исторгающий нечеловеческое рычание». Такие описания, конечно, не следует принимать всерьез.

    Как становятся людоедами?

    Тем временем наблюдения, сделанные европейцами — колонистами, инженерами и даже натуралистами, высветили проблему под новым утлом зрения. Если описания местных жителей были окрашены в мистические тона и сделаны под воздействием религиозного страха, это вовсе не значит, что они лишены реальных оснований. То, что в глазах белых людей было лишь мифическим монстром, постепенно обрастало реальными костями и шерстью. Родилась легенда о медведе найди. Но это породило еще одну сложность. Теперь все непонятное относили на счет нанди-бэра. За ним прочно укоренилась дурная слава кровавого хозяина леса. Он не только похищал домашних животных, но и нес ответственность за смерть жителей, найденных со свернутой шеей и разбитым черепом, — считалось, что нанди-бэр охотится ради добычи головного мозга.

    Надо сказать, что таким способом не убивает своих жертв ни одна дикая кошка.

    Это могло бы быть какое-то иное стопоходящее животное большого роста. Медведи, атакуя, могут встать на задние лапы и когтями сорвать скальп с человека. Но критику здесь вызывает не способ нападения, приписываемый медведю найди, а сам факт агрессии. Дело в том, что большинство диких животных никогда не нападает на человека первым и всегда старается скрыться подобру-поздорову. Поэтому я считаю, что можно выделить такое правило: животное становится опасным с ростом страха. Чаще всего, пишет Хайатт Веррилл, людоедами становятся старые львы или тигры: не способные больше охотиться на сильных копытных, они находят более легкую добычу — человека. Были целые эпидемии антропофагии, поразившие львов в 1860 году и с 1904 по 1909 год, что привело к настоящему террору в Кении. В период дождей львы тоже могут голодать, но бывает это в течение сезона. А в сухой период лев держится у источника воды и должен питаться тем, что имеется у него «под лапой». Словом, причин для людоедства много…

    Паника на востоке

    Факты людоедства довольно редки. Репутация людоеда у того или иного зверя все-таки вызывает у натуралистов недоверие. Но в случае с нанди-бэром он покоится на надежной и проверенной информации. Если верить А. Блейну Персивалю, знаменитому таксидермисту и охотнику, единственный пример жестокости чемозита был в провинции Макарет в 1914 году: «В один „прекрасный“ момент животное стало настолько злобным, что потребовалось его убить. Несколько охотников соорудили манекен и расположились возле хижины. Сели внутри и стали поджидать зверя. Его убили стрелами».

    Для нас более интересно другое сообщение, исходящее от чиновников колониальной администрации. В 1925 году одна деревня подверглась настоящему террору такого вот «медведя», и жители вынуждены были обратиться к властям за помощью. Зверь унес ночью девочку, проделав дыру в крыше хижины. И он же пробрался в загон для скота и задушил несколько крепких коров. Значит, он может не только скальпировать людей, но и преодолевать высокие загородки. Чего, кстати, не скажешь о львах, которые ни за что не совершат таких действий. Значит, у зверя должна быть густая шерсть, чтобы преодолеть острые колючки на высокой загородке.

    Испуганные жители решили, что зверь обосновался в соседнем лесу, в сорока километрах. Чиновник, прибывший из провинции, посоветовал установить наблюдение за песчаной полосой, отделяющей лес от поселка, — уж там-то следы проявятся. Охотник, прибывший с чиновником, был в недоумении от рассказов жителей, которые представляли бестию полузверем-полуптицей с мордой обезьяны. На следующее утро охотник был разбужен предсмертными хрипами своей собаки, а потом некто быстро удалился от палатки. Нанди-медведь не побоялся — по иронии судьбы — задушить даже собаку охотника.

    Страшное удалявшееся рычание заставило волосы встать дыбом на голове. Земля дрожала от его топота, будто бежал слон или носорог…

    Конечно, страх и возбуждение наложили отпечаток на состояние свидетелей. Но когда нашли его следы на песчаной почве, размеры оказались действительно поразительными. Лапы были раза в четыре больше, чем ладонь человека. Отчетливо видны три загнутых когтя. Ни у одного льва не было такой лапищи.

    Сравним это описание с тем, что оставил в своей книге «Зов Африки» Р. Куртни: «Однажды, когда я охотился в лесу, один следопыт дрожащим пальцем указал мне на огромные, будто блюдца, следы, вдавленные в глиняную почву. Следы были направлены внутрь. Когти были невтяжными, ибо я отчетливо видел зазубрины, оставшиеся в земле. Этот факт свидетельствует о том, что следы несомненно принадлежали медведю. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что их могла оставить прабабушка гиен. Гигантская гиена — не она ли хозяйка этих следов?

    Все, кому довелось осматривать следы чемозита, едины в одном: речь идет не о кошке. Как подчеркивает капитан Хиченс, среди этих людей есть много старых лесников, которые могут отличать по следу льва и леопарда, не говоря уже о запахах и других показателях. Что касается следа из Магади, то тут мнение всех единодушно — речь идет о прямоходящем животном. Только медведь может так ходить. [38]

    Террор на юге

    Кем бы он ни был, абсолютная таинственность не могла не вызвать законных подозрений. Это только в сказках страшные чудища являются под видом разных людей, и всех их рано или поздно побивает добрый молодец. Нет ли у него родственников — самок, детей?

    Да, надо прежде всего найти в этом «животную» основу. Далеко не все тигры и львы — людоеды, почти никто из них не нападает на домашний скот, не выискивает жертв в деревнях, это монополия старых, немощных, вкусивших «человечины» животных. Значит, и чемозиты есть разные — «добрые» и «злые». И о тех и о других приходят слухи из разных концов Африки. Так нужно ли приписывать именно нанди-бэру все злодеяния, имевшие место на огромном протяжении к северу от Трансвааля в 30-е годы? Никто толком не видел это животное, пишет капитан Хиченс, изучавший все, связанное с загадочными африканскими зверями, но многие видели следы и слышали крики. Местные жители зовут его кодумодумо — то есть «лесное чудовище с огромной глоткой». Под покровом ночи этот мародер пробирается в краали, преодолевая заграждения до двух метров высотой, хватает ягнят, телят и даже взрослых животных, снова перебирается через загородку и исчезает с жертвой.

    Его отпечатки, округлые, в форме подковы, со следами длинных, в пять сантиметров, когтей, так до сих пор никто не может идентифицировать. Они не подходят к следам ни одного из известных животных. Рейды кодумодумо чаще всего отмечались в районе Грааф-Рейнета, где даже был создан отряд в сто охотников, а его голову оценили в круглую сумму.

    Эти рассказы позволяют заключить, что ареал существа очень широк, однако его видовая принадлежность по-прежнему остается загадкой. Здесь уместно вспомнить описания двух англичан — майора Бресуэйта и Кеннета Арчера, имеющих самые добрые рекомендации. Они имели возможность рассмотреть нанди-бэра в саванне. Сначала они подумали, что это львица, но когда посмотрели в профиль, усомнились — уж слишком нехарактерным для кошек был нос. Да и голова была очень крупной. В холке оно достигало где-то около 130—137 сантиметров. Походка напоминала медвежью. Шерсть — коричневая, длинная. В конце концов оно быстро скрылось в кустах у реки…

    Официальное признание

    За последнее десятилетие накопилось такое количество сообщений, что известный английский натуралист Ф. Лейн не преминул заметить: «В этот период, пожалуй, не нашлось ни одного белого человека в тех районах, который каким-то образом не оказался причастным к какому-то приключению, с медведем связанному…»

    Среди знаменитых осталось припомнить Ф. Селоуса, знатока африканской фауны, А. Блейна Персиваля из Кении, капитана У. Хиченса из той же страны. Их мнение высказал один охотник и таксидермист из Уганды: «Я думаю, что медведь найди может быть гигантской гиеной, неким неведомым нам существом. Но кем бы он ни был, его нужно прежде всего поймать и идентифицировать». Еще два описания. Первое принадлежит капитану Хислопу, региональному комиссару из Капсбета: «Я, конечно, не на сто процентов уверен. Это произошло на рассвете, в 800 метрах от перекрестка дорог из Лондиани и Элдамы. Мы вдруг заметили в стороне от дороги, на краю леса, темную тень, обладатель которой был около метра высотой, с маленькой тупой головкой. Он передвигался на четырех лапах, но задние казались более мощными. Так он пробежал метров пятьдесят, а потом, найдя отверстие в сплошной стене леса, исчез.

    Трудно назвать какое-либо еще животное, кроме медведя. Но что это не гиена и не бабуин — точно. И вообще я не видел похожего животного. Только медведей в зоопарках».

    Второй рассказ принадлежит Гуннару Андерсену и относится к области Каймози, на территории Зинга.

    «Однажды в дождливый день я услышал крики моих боев. Взглянув, я заметил их в нескольких сотнях метров от дома: они носились вокруг трупа лесного кабана, лежащего в огромной луже крови. Видимо, его убило какое-то очень сильное животное, которое было весьма недовольно, что его согнали с жертвы.

    Я попросил боев пойти за ним по следу, но те категорически отказались, ибо не хотели иметь дела с «шайтани», как они называли его на диалекте найди. А одному в лес идти не хотелось… Позже, когда мальчики успокоились, я расспросил их о происшедшем. «Он был очень большой, с черной шерстью и длинным хвостом». «Шерсть черная, длинная, хвост держал как собака, голова небольшая, но baya sana».

    Черные волосы мы заметили, они клочьями лежали на месте битвы. И принадлежать свинье никак не могли. Вауа — очень плохая. Мальчики не могли объяснить, почему они так охарактеризовали его голову… В траве отпечатки были нечеткие и походили на следы старого леопарда, у которого уже не втягивались когти.

    Свинья была убита странным образом, как будто проколота неким клювом, пронзившим позвоночный столб. А потом перевернута, чтобы когти приникли в живот, который был разворочен.

    Я спросил, не гиена ли это, у которой задние лапы короче передних. Они слышали о гигантской лесной гиене, но у той другого цвета шерсть. Нет, то был настоящий дьявол! Пошел дождь, и отпечатки на траве потеряли форму».

    Слово за экспертами

    Таково досье на нанди-бэра. Выслушав свидетелей, перейдем к мнению экспертов. По мнению Персиваля, если сообщения и варьируют, то в чем-то они все-таки совпадают: животное большого роста, иногда встает на задние лапы, ведет ночной образ жизни, весьма хищное, убивает людей и животных.

    Чтобы воссоздать облик твари, капитан Питмэн пользуется всеми сообщениями: «Днем существо имеет красно-коричневую шерсть, похоже ка гигантского антропоида, чаще всего его видят издалека, в высокой траве. Ночью оно представляется покрытым шерстью и больше похоже на медведя или гигантских размеров гиену, или же на южноамериканского муравьеда».

    Да, облик довольно размыт, ведь нельзя походить одновременно на всех животных сразу. Но давайте наберемся терпения и разберемся. И начнем с самого невероятного.

    Это не трубкозуб

    Начнем с гипотезы «муравьед» как с самой невероятной. Речь идет о представителе отряда неполнозубых Нового Света. Думаю, гут всему виной недоразумение. Речь-идет об африканском «муравьеде» (в кавычках!). Это редкое животное и проводит весь день в подземельях, называется оно трубкозуб, или аардварк, «земляная свинья» на языке буров. Снизу он слегка покрыт шерстью, и в этом отличие южного подвида от эфиопского. И никоим образом эта шерсть не напоминает медвежью. Он иногда может вставать на задние лапы, опираясь на хвост на манер кенгуру, и это второй пункт сходства с медведями.

    Итак, может ли медведь найди быть трубкозубом? Ясно, что последний очень мало известен и поэтому вокруг него много предрассудков. Особенно у племени ватуси в Руанде. Те совершенно искренне считают, что это «адское животное». Наверняка потому, что живет большей частью под землей. Но питается оно вовсе не грешниками, а муравьями и термитами.

    В физическом плане трубкозуб не отвечает требованиям семейства медвежьих. Все описания свидетелей противоречат характеристикам трубкозуба. И к тому же аардварк ведет себя слишком характерно при опасности: начинает быстро зарываться в землю, поднимая тучи пыли, как экскаватор. В то время как все мифические животные бегут со всех ног…

    Это не медведь?

    Кажется логичным и само собой разумеющимся, что нанди — медведь. Разве большинство свидетелей не связывают его с таковым и суахили не давали ему арабское имя «дуба»?

    Конечно, можно не верить зоогеографам, утверждающим, что в Африке нет медведей. Они ведь жили даже в Марокко. Действительно, если они могли перейти из Европы в Северную Африку, почему бы им не оказаться на востоке и в центре Черного континента?

    Аргумент вроде бы убедительный, но свидетельства говорят о другом. Наблюдатели указывают на видимый хвост. Другие, правда, его не замечают… А что делать с гривой и шерстью на загривке? Бегают медведи очень характерно, и многие свидетели говорят именно о медвежьем галопе. Ни одна обезьяна так не бегает. Единственное более-менее удовлетворительное описание монстра было составлено Хиченсом после поездки на дрезине. Помните — выбрасывал передние и задние ноги одновременно? Снова неясность. И мы подходим к следующей гипотезе. Нанди-бэр — не обезьяна ли?

    Гигантский бабуин

    Напомним сначала, что африканцы племени найди называют именами «чемозит» и «керит» вид гигантской обезьяны, а «коддоело» у племени покомо — огромный бабуин. И не имеет ли значения эпизод, описанный найди, — о существе, забравшемся на крышу? Это скорее могла сделать обезьяна, нежели лев или гиена.

    «Во многих свидетельствах, — пишет Б. Персиваль, — сходство этой твари с обезьяной заметное. Но ночной характер охоты вроде бы, на первый взгляд, сводит это предположение на нет».

    Я хочу возразить Персивалю. Имеется много данных о ночной жизни приматов, прежде всего это касается долгопятов и лемуров. В Новом Свете особенно много ночных обезьян. Дурукули (Nyuctipithecus), как явствует из названия на латыни, ночные животные. Отмечены ночные похождения и у других обезьян, например плосконосых. Мой капуцин в Бразилии выходил из своего убежища и делал все, что ему заблагорассудится, именно ночью. А если есть какая-то ночная африканская обезьяна, не известная науке?

    Капитан Хиченс отнесся к этой гипотезе с интересом: «Многие из нас, охотников, разделяют мысль о некоем неизвестном антропоиде. Его следы неоднократно находили в тропических лесах этого района. А тем, кто считает, что антропоиды не питаются животной пищей, можно возразить следующее: собако-головая обезьяна чакма плотоядная и представляет опасность для овечьих стад Южной Африки. Или же на них нападают стада бабуинов, выхватывают ягнят и раздирают их своими острыми и длинными, как кинжалы, когтями в клочья — когти у них не хуже, чем у львов…»

    Совершенно очевидно, что у большинства людей, даже у многих натуралистов искаженное представление о питании обезьян. Среди них мало исключительно растительноядных, большинство — всеядные, едят ящериц, насекомых, мелких птиц.

    Доказано уже, что даже гориллы отчасти плотоядные. А иначе как объяснить нахождение в желудках горилл паразитов, которые встречаются исключительно у плотоядных животных? И все же представление о кровожадном антропоиде вызывает улыбку. Гориллы, почему-то повсеместно считающиеся жестокими, беспощадными зверями, на самом деле пугливы, хотя и сильны физически. Но что их сила перед винтовкой?

    Взаимоотношения их с человеком лучше всех сформулировал Альбер Махейдер, французский исследователь: «Контакт между ними весьма затруднен, ибо человек очень боится гориллы, а та боится человека».

    Имелись сигналы об агрессии со стороны горилл. Например, в Кайоне в 1920 году онди самец без видимых причин убил местного жителя. Без видимых? А может быть, причины все же были? Разве абориген не подошел к дереву, под которым располагалась семья с детенышами?

    Это на самом деле пугливое животное, но умом превосходит собратьев. И разве удивительно, что горилла, у которой убили семью, станет нападать на людей, мстя за смерть близких? Не следует превращать животных в роботов, действующих по внутреннему физиологическому приказу. Кстати, кибернетики подсказывают нам, что и роботы, случается, совершают непредсказуемые действия…

    Но не в правилах горилл нападать на деревни. Это просто исключено.

    Этого, однако, не скажешь о собакоголовых обезьянах — южноафриканской чакме, абиссинской геладе и мандрилах центральноафриканских экваториальных лесов. Они, как мы говорили, нападают на ягнят, потрошат и пожирают их. Гамадрилы — об этом писал еще Брем — отличались жестокостью даже при нападениях на людей. Пропадали девушки в лесу — в этом обвиняли старых самцов. Рюппель прямо называет этих обезьян самыми опасными противниками человека. В районе Буньоро пятеро людей подверглись нападению гамадрилов. И были буквально выпотрошены живьем.

    Я считаю, что причиной такого поведения обезьян является их исключительная похотливость. То, что обезьяны возбуждаются от вида женщин, не вызывает сомнения… И так как зачастую эти обезьяны ростом с человека, все превращается в кровавую драму.

    Зубы взрослых собакоголовых обезьян ничем не отличаются по размерам и остроте от зубов леопарда и гиены. И стоит ли удивляться тому, что эти хищники боятся обезьян.

    Не походит ли описание медведя найди на облик какого-нибудь бабуина? В случае коддоело у племени покомо вопрос просто не стоит — их данные прямо указывают на это животное. Длинные волосы на шее и спине, образующие триву, более короткие задние лапы, вытянутая морда, клыки, короткая шея. И способ передвижения — все это подходит бабуину, он может вставать на задние лапы, не ведет древесный образ жизни.

    Так что за зверь появился на плато Уазин-Гишу в Магади под названием чемизет или корит?

    Если мы сравним три наиболее веских европейских свидетельства, они совпадут в следующих чертах:

    1. поджарое тело;

    2. выгнутая спина;

    3. грудь покрыта шерстью, по бокам более лысая;

    4. морда вытянутая, суженная;

    5. уши маленькие;

    6. хвост не виден (отмечено, что у мандрилов и дрилов он не более длинен, чем у медведей);

    7. окрас от бежевого, как у льва и гиены, до темно-коричневого цвета.

    Эти черты дополняются некоторыми деталями, сообщенными Хиченсом, например лапами, поросшими шерстью, широким крупом и более приплюснутым носом.

    Впечатляют внушительные размеры животного. Уильяме называет цифру 1,5 метра и говорит, что размеры близки к человеческим. Хиченс сравнивает его и со львом — в холке тот достигает метра. Бресуэйт и Арчер называют цифры 1,3 метра и 1,37 метра — это рост быка. А сами ва-покомо приписывают коддоело такие «параметры»: длина тела 1,8 метра и высота в холке 1,05 метра.

    Между тем размеры самых крупных собакоголовых, например гелады (Theropithecus gelada), не могут претендовать даже на самые скромные прикидки. Наиболее крупные бабуины не превышают самые скромные прикидки. Наиболее крупные бабуины не превышают роста 90 сантиметров, да и стоя на задних ногах, они ненамного выше. Но некоторые натуралисты все же утверждают, что, бывает, самцы достигают роста человека.

    Таким образом, получается, что таинственное животное оказывается вдвое больше всех возможных претендентов на его роль.

    Можно понять, почему свидетели спутали собакоголовых с медведями. Это происходило еще в древности. Топфель «обозвал» мандрила Arctocyon — «медведь-собака» и считал это результатом скрещивания обоих.

    С какой стати, воскликнете вы. Не бывает бабуинов таких больших размеров. Погодите, однако, с выводами. В современной фауне, по имеющимся данным, нет собакоголовых обезьян такого роста. Но раскопки показывают, что в древности в Индии обитал гигантский бабуин (Symopithecus) ростом в два раза больше, чем сегодняшние его родственники. Не могли ли такие монстры сохраниться в африканских экваториальных лесах? Ведь Брум в свое время находил в Южной Африке останки гигантских бабуинов. Не они ли во всем виноваты? Тогда это были бы существа с силой гориллы и хитростью и ловкостью бабуина…

    Медведь нанди — бурая гиена?

    Скептически настроенные зоологи припасли для нас более прозаическую версию о гигантской гиене, «привычном» африканском животном. Именно к этой версии тяготеет известный британский ученый из Зоологического общества Р.И. Покок. Он уверен, что это даже не гигантская гиена, а обычная пятнистая.

    Что касается жестокости, идентификация не совсем верна. Трусливая гиена боится нападать на стада, где запросто может погибнуть под копытами и ударами рогов. Она предпочитает подбираться по ночам к хижинам африканцев и утаскивать слабых животных. Иногда ее жертвами становятся дети. У многих африканцев лица изувечены с детства — это последствия типичного ночного рейда гиены.

    Как и все трусливые создания, гиены отваживаются иногда на невероятные подвиги. Так, случается, они нападают на одиноких путников в саванне — обычно то бывают дети, отошедшие от лагеря или поселка по нужде или что-то в этом роде.

    Шерсть медведя нанди, описанная разными свидетелями то как красноватая, то как черная, по мнению Покока, наводит на мысль о пятнистой гиене, окрас которой весьма варьирует (от альбинизма до эритризма — красной окраски). Бывают черные (меланисты) особи. И в некоторых областях животных с редкими цветовыми вариациями местные жители могут принимать за неведомых зверей.

    В качестве доказательств реальности зверя английские натуралисты часто демонстрируют шкуру, доставленную из Ньясаленда, — якобы шкуру нанди-бэра. На самом деле это, несомненно, шкура пятнистой гиены необычного бурого цвета. А череп, который прислали вместе с ней, принадлежит леопарду непривычно больших размеров.

    Но не все кабинетные зоологи разделяют скептицизм Покока. Писатель Ф. Лейн собрал тысячу сообщений о неведомых явлениях природы, большинство которых не подчиняются никакому объяснению. Пококу возражают: гиены столь же многочисленны у границы лесов и саванн, как зайцы в Англии. Их привычки прекрасно известны жителям, равно как и следы и внешность. И спутать с нанди-бэром гиену африканцы так же не могут, как британцы — перепутать лису с зайцем.

    Никогда у гиены не может быть гривы, и она не встает на задние лапы, не говоря уже о многих других чертах. Она не может перелезть через ограду высотой 1,8 метра. К тому же она шумная — нападая кричит.

    Портрет по-прежнему расплывчатый

    Если нанди-бэр не гиена, не трубкозуб, не обезьяна, то может быть, это дьявол?

    Несомненно, наиболее трезво свою позицию насчет чимизета высказал Блэйни Персиваль: «Уже много лет я пытаюсь дознаться, что же скрывается за легендами о животном, известном под именем „чимизет“. Чем больше о нем рассказывали, тем труднее становилось мне отнести его к какой-нибудь конкретной группе. Я склоняюсь все же к мнению, что речь идет о древесном (?) существе с ночными повадками в лесах племени нанди. Его научное открытие, описание и латинское наименование — все это еще впереди».

    Интересно, что в 1914 году, когда распространились слухи, Персиваль был далек от таких мыслей: «Лично я в полном неведении относительно этого зверя, хотя выслушал о нем немало. Мое мнение — это описание совокупности многих животных, причем шимпанзе лежит в основе, и плюс к нему леопард, лев, бабуин, гиена… Но главный довод в пользу его существования такой — у него есть местное название, и он очень хорошо известен найди…

    Но сведения, идущие от нанди и магади, относятся, по-видимому, к разным животным и никак не могут рассматриваться вместе».

    Как видим, с годами мнение британского натуралиста сильно эволюционировало. Он уже не ставит под сомнение наличие мифического существа.

    Медведь нанди — черный медоед?

    Добавим несколько штрихов в наше досье. Речь идет о свидетельстве одного этнографа из Бельгийского Конго, которого трудно заподозрить в предвзятости. Это Джордж Сэндрафт, долгое время живший в Руанде-Урунди [39].

    «В 1936 году я оказался на водоразделе Конго — Нил на высотах между 2400 и 3599 метрами над уровнем моря, где сохранились последние оазисы первичного девственного леса. Однажды, ближе к полудню, возвращаясь с маршрута, я увидел при ярком солнце маленького медведя. Ростом он был меньше, чем карпатский медведь. Цвет его был почти черный с коричневым отливом, с треугольником серебряных волос на лбу, отчетливо наблюдалось полное отсутствие хвоста, форма головы, маленькие ушки, изгиб спины, относительно длинные ноги — все напоминало медведя. Но — в Африке?»

    А ведь Сэндрафту это не приснилось. Сопровождавший его местный чиновник в точности подтвердил сказанное ученым.

    Чуть позже оказалось, что его же видели двое пигмеев батуа. У них оно известно под названием исата — поедатель меда. Они даже добыли шкуру этого существа. Оказалось, что это редкий зверь, но тем не менее прекрасно известный охотникам и зоологам — медоед Mellifora ratel. Живет он по всей Африке, в Аравии и Индии. Он, кстати, тоже может становиться на задние лапы и обладает мощными когтями, похож одновременно на представителей и куньих, и медвежьих.

    Я всегда был убежден, что медоед — некрупное животное, меньше размером, чем европейский барсук, но заинтересовавшись рассказом Сэндрафта, я выяснил, что некоторые шкуры медоедов в Африке имели размеры 1 метр 10 сантиметров. Это почти как у некоторых медведей. Меня поразило другое. Серо-серебристая полоса, которая пересекает голову и спину медоеда, как, скажем, у зориллы из семейства виверровых, — как это сочетание контрастных цветов черного и белого осталось незамеченным столькими свидетелями?

    В 1906 году Лидеккер описывал в Западной Африке полностью черного медоеда и посчитал это проявлением меланизма. Такое случается у леопардов. Мне кажется, что можно сказать о некоем новом виде, тем более что имеются сведения о целых семьях черных медоедов — без серебряной полосы. Но о ком бы мы ни говорили, у нас есть доказательство того, что в Африке водится какой-то некрупный зверь, похожий по всему на маленького черного медведя. Свидетельства Тулсона, Хислопа и Андерссена доказывают, что речь идет о медоеде. Но ведь есть и другие наблюдения…

    Осталось упомянуть таинственного too, о котором Г. Шом-бургк собрал сведения в Восточной Африке. Размером с овцу, с зубами, как у собаки, черной шерстью и мерзким нравом. Не о нашем ли это старом знакомом — черном медоеде?

    Нужно ли опровергать версию Сэндрафта о гигантском рателе? Необязательно. Доктор Уэшп отмечает, что медоеды сильно различаются ростом. Основываясь на измерениях пяти живых зверей и 26 шкур и черепов, привезенных из разных мест, он замечает: «Различие в размерах настолько велико, что я склоняюсь к мысли о двух разных видах».

    Медведь нанди — два разных животных?

    Мой друг, писатель Девис, тоже занимающийся загадочными животными, предложил такую гипотезу: легенда о нанди-бэре основывается на версиях о двух зверях — пятнистой гиене и медоеде. Кровавые подвиги первой приписываются некрупному, но агрессивному зверю, видимому крайне редко. Не обвиняют ли безосновательно животное во всех смертных грехах?

    И второе животное в Африке достигает больших размеров, чем, скажем, в Индии. Это — медоед. Манера убивать у него тоже похожа. А у него, в свою очередь, много общего с медведем как в одиночной охоте, так и вообще по кровному родству…

    Это — люди?

    Патрик Боуэн, известный английский охотник и путешественник, полагает, что мифический нанди берет на себя зверства, вершимые местными колдунами и знахарями. Они способны наводить на ложный след. Они искусственно создают следы якобы убийства, совершенного животным.

    Если в Бельгийском Конго и Нигерии существуют секты людей-леопардов, знаменитых аниото, если у нас, в Европе, были люди-волки — оборотни, жертвы ликантропии, почему бы в Кении и Уганде не быть людям-медоедам или людям-медведям, воспетым еще арабским фольклором? (Надо сказать, что в мифах африканцев подобные животные считались выходцами из преисподней.) Известно, что аниото надевают шкуры этих животных, пользуются также высушенными лапами, для того чтобы оставлять следы. С помощью когтей можно запросто сымитировать те ранения, которые медведь наносит людям.

    Эта гипотеза объяснила бы некоторые описания чемозита, сделанные местными жителями, характеризующими его как получеловека-полуптицу, с лицом обезьяны и сверх того прямоходящим.

    Можно предположить, что за часть загадочных убийств ответственна и секта мау-мау, члены которой — в основном это представители народности кикуйю — вознамерились бороться против белых и местных коллаборационистов.

    Медведь нанди наших дней — не медведь. Это местный апокалипсис. Явившийся к нам из темноты собирательный образ четырех живых существ — огромного бабуина, старого черного медоеда, бурой гиены и колдуна. Из всех них только один представляет загадку — первый, чемозит, ходящий на задних ногах дьявол, охотящийся ночью, персонаж фольклора племен нанди.

    Френк Лейн рассказывал, что один энтузиаст построил несколько хижин на разных высотах от 3000 до 3800 метров над уровнем моря, чтобы поймать невидимку. Но — увы. Единственное, что остается сегодня, — кусок шкуры с длинными коричневыми волосами в Британском музее. Его до сих пор никто не может идентифицировать.

    Глава 2. МНГВА, АФРИКАНСКИЙ ТИГР РОСТОМ С ОСЛА

    Истошный крик женщины нарушил тишину маченькой деревеньки на берегу озера Танганьика. В тусклом утреннем свете на еще свежем от росы песке лежала бесформенная куча костей и мяса, только что бывшая человеком. Постепенно вокруг останков собрались жители. Все молчали. И один, подойдя ближе, подобрал несколько серых волос.

    — Мнгва!

    Это слово эхом отозвалось среди остальных жителей.

    — Мнгва! — повторил другой, склонившись над следами на влажном песке.

    Оно нашло себе новую жертву.

    Мнгва — еще одна тайна Африки. На языке суахили она называется mu-ngwa, что значит «невидимый».

    Очень часто африканцы путают это животное (его еще называют нунда) с нанди-бэром. В то время как чемозит представлен в виде многих образов, мнгва исконно кошачье создание — механизм из точных мускулов, действующих при прыжке как стальные рессоры, мощных безотказных когтей и зубов. И в то время как место действия первого распространено на юг аж до Трансвааля, второй имеет очень ограниченный ареал — берега озера Танганьика.

    Африканский тигр ростом с осла… Неизвестное животное размерами со льва…

    «Можно предположить, что такое животное не существует, — пишет У. Хиченс. — Но я столько раз слышал о его жертвах, что для меня не представляет сомнения, что это неведомое существо водится в глухих лесах у озера. Многие уголки этого леса еще не знали человека».

    Легенды султана Маджнуна

    Можно сказать, что мнгва — такое же мифическое животное для рыбаков Танганьики, как оборотень для наших западноевропейских лесов. Он фигурирует во многих сказаниях и стихах на суахили. Капитан Хиченс приводит песню воина Леонго Фумо ва Ба-Уриу:

    Sikae mnyini kuwa kitu duni
    nangie mwituni haliwa na mngwa.
    (Я не живу в городе, чтобы не стать ленивым.
    Я погружаюсь в лес, чтобы быть сожранным мнгвой.)

    Этой песне 1150 лет. Сегодня этот образ по-прежнему живет среди местного населения.

    Если обратиться к легенде о султане Маджнуне, приводимой Эдвардом Стилом в «Сказках суахили», можно убедиться, что там этот образ занимает то же место, что и дракон в легендах Востока. Судите сами.

    Однажды кот султана сбежал из дому и пошел «малость» поохотиться в курятнике. Охрана спросила у султана разрешения убить кота, но тот ответил: «Кот мой и куры мои». Кот покончил с курами и принялся за овец и коров, не забыл даже верблюдов. И каждый раз султан не давал убить кота, говоря, что все, кого он убивал, принадлежит ему, султану. Все это длилось до тех пор, пока однажды кот не задрал трех сыновей султана. На этот раз Маджнун изменил свою политику: «Это больше не кот, это нунда!»

    Седьмой сын султана решает убить злое животное. Он убивает крупную собаку и возвращается домой с песней:

    Mama wee niulaga
    Nunda mia watu.
    (О, мамп, я убил нунду-людоеда.)

    Но мать засомневалась. Юноша затем убил циветту, зебру, жирафа, носорога, слона, думая каждый раз, что убил нунду, и каждый раз мать говорила, что он ошибся.

    И вот однажды, предупрежденный о том, что его не пустят домой без трупа нунды, юноша углубился в лес и там увидел настоящего убийцу: «Это должна быть нунда. Мать мне говорила, что у нее маленькие уши, и они маленькие. Мать мне говорила, что она должна быть широкая в кости, а не продолговатая. Она такая и есть. У нее должны быть два пятна, как у циветы, и у нее они имеются. Хвост такой короткий, как у той, что упоминала мать, и все признаки налицо».

    Молодой человек убил ее из ружья. Мать встретила его песней:

    Mwanangu ndiyiyi
    Nunda mla watu!
    (О, сын, она твоя, нунда-людоед!)

    Конец у истории классический: сын наследует власть отца, женится на красивой девушке и долго живет в любви и согласии с народом. У этой легенды есть один важный аспект. Она пытается сблизить нунду со всем известным животным — кошкой.

    Монстр не любит полиции

    Что такое мнгва? Какое-то мифическое животное, рожденное воображением африканцев. Так думали до 20-хтодов. Сегодня, как со свойственным ему юмором говорит Фрэнк Лейн, ряд событий, происшедших на берегах озера Танганьика, перевели нунду из страны фантазии в разряд правительственных сводок. Досье, собранное по этому поводу капитаном Хиченсом, наиболее подробное. Первое сообщение уводит нас в 1922 год в городок Линди.

    «Местные торговцы каждый вечер оставляли все свои товары на главной площади городка, чтобы утром возобновить торговлю. Дабы уберечь товары от воров, возле них оставался аскари — полицейский из местных, сменявшийся с двумя коллегами через каждые четыре часа. Придя на смену товарищу, аскари не обнаружил его на месте. Поискав рядом, он увидел его — разодранного на куски. Белый офицер, прибывший на место убийства, констатировал, что солдат стал жертвой льва. Рука убитого судорожно сжимала прядь серой шерсти из гривы льва. Но возле городка уже много лет не было замечено ни одного льва.

    Наутро мы сидели и обсуждали эту историю у местного старосты, когда к нам пришел ливали, арабский губернатор, с двумя испуганными жителями. Они видели ту самую гигантскую кошку, которая растерзала аскари.

    Ливали рассказал, что нунда уже наведывалась в поселки. Это не лев и не леопард, а тип гигантской кошки ростом с осла и окраской «табби» (как наша обычная кошка). В ту ночь другой полицейский был разодран в клочья. В его скрюченных пальцах была та же самая шерсть…»

    В поселке установилась атмосфера страха и подозрительности. Число солдат удвоилось. Заговорили о колдовстве. Уверенный, что речь идет о льве, Хиченс послал в штаб-квартиру эти волосы, которые должны были принадлежать льву. Ответ был неожиданным. Волосы нехарактерны для гривы и вообще льву не принадлежат. Это должна быть какая-то другая кошка.

    Повсюду разложили отравленное мясо, расставили ловушки — не попался никто. Полиция прочесала всю местность вокруг. Увы! Убийства продолжались. И однажды неожиданно как начались, так и кончились.

    Возобновились только после десятилетнего перерыва, в конце 30-х годов. Снова обратимся к записям Хиченса: «Довольно давно в Мчинге, небольшой деревушке на берегу Танганьики, меня позвали к носилкам, на которых лежал человек, на которого напало животное больших размеров. Он сказал, что то была мнгва. Это был опытный охотник на львов, леопардов и других хищников. Он не мог ошибиться, признав нападавшего на него хищника за неведомого монстра. Да и врать ему было не с руки: ведь на карту поставлена его честь. У местных жителей четко разделены в языке три названия — simba (лев), nsui (леопард) и mngwa— нечто среднее между всеми крупными кошками».

    Доктор Патрик Боуэн, высказавший столько скептических замечаний по поводу действий медведя найди, приписывая их злодеяниям колдунов, оказался совершенно иного мнения в отношении мнгвы. Дело в том, что он своими глазами видел след этого существа.

    В сопровождении известного охотника-бура Боуэн пришел в деревню, где незадолго до того мнгва убила человека. Идя по следам виновника несчастий, оба сначала думали, что следы принадлежат крупному льву. Но петом они дошли до песчаной почвы, где отпечатки были отчетливо видны. Следы больше походили на отпечатки лап гигантского леопарда, но никак не льва.

    Шерсть, найденная на кольях крааля, где орудовала мнгва, была крапчатая, но совершенно не похожая на волосяной покров леопарда.

    Вот и все. Под конец этой неоконченной главы приведем поговорку суахили, до боли напоминающую известное высказывание Гамлета:

    Si taayabuni waane Adanu, mambo yalio dumani.
    (He удивляйтесь, дети людей, вещам, что происходят в этом мире.)

    Глава 3. АГОГВЕ, ВОЛОСАТЫЕ КАРЛИКИ МОЗАМБИКА

    Самые ужасные монстры древности имели человеческие черты. Вспомните циклопа, сфинкса, сирен, горгону, более странную, чем обычные головоногие, целый легион гарпий, стригов и иных существ. Все наши сегодняшние оборотни, вампиры, Франкенштейны и мистеры хайды — тоже люди. Можно посчитать парадоксальным, но то, что нас сегодня больше всего пугает, известно нам больше всего. А страх перед неизвестностью? Жестокость — удел животных, а злоба — людей. Может быть, поэтому медведя найди гуманизировали,-а чемозит, по некоторым данным, наш родственник?

    Так или иначе, в Африке охотники и путешественники свидетельствовали о присутствии человекообразной обезьяны не известного науке вида. Правда, описывали множество видов шимпанзе, хотя сегодня зоологи склоняются к двум. Но географические вариации все же имеются — из Верхней Гвинеи — Pan troglodytes verus — с пигментацией на морде, похожей на очки; из Нижней Гвинеи — P. t. troglodytes — с темно-коричневой шерстью; из Центральной и Восточной Африки — P. t. schweinfurthi. Их черты в целом схожи.

    Гориллы не намного более известны, чем шимпанзе. Есть единственная Gorilla gorilla и ее географические формы — береговая (западная) и горная (восточная) — более крупная и волосатая, чем первая. Карликовая горилла — предмет особого разговора.

    Новый антропоид?

    Пришло время, и из Африки стали поступать сведения о крупных приматах, которые не были ни гориллами, ни шимпанзе. Сам Поль де Шайю, первым сообщивший нам о горилле, верил в существование двух других антропоидов из Африки — нчигом-буве и кулу-камба — оба величиной с самку гориллы. В первом быстро признали старого самца шимпанзе из Нижней Гвинеи, которых местные жители часто называют лысыми.

    Черные пятна на морде этого антропоида долго еще волновали натуралистов. В конце прошлого века в Дрезденском зоопарке жила горилла Мафука, похожая на взрослого шимпанзе. Этот случай вошел в мировую литературу по зоологии.

    В 1926 году Эрнст Шварц исследовал в Британском музее шкуру и три черепа якобы антропоида, которого жители среднего течения Конго называли дидиека. Внимательный анализ материала показал, что шкуры принадлежат лысому шимпанзе мужского пола, а два других черепа — самкам гориллы.

    В своем «Романе о горилле» в 1936 году Джордж Триал выдвинул теорию о метисах кулу-камба от самца гориллы и самки шимпанзе.

    Много рассказывают об одиноких самцах гориллы, прекрасно приживающихся в группах шимпанзе, в результате чего появляются метисы, которые по движениям напоминают шимпанзе, а ростом достигают размеров гориллы. Последние сообщения такого рода относятся к 1936 году. В тот год доктор Рейн-терд описал антропоида из Габона, происходившего от шимпанзе и гориллы. Он опирался на свидетельства очевидцев из местных жителей. Спустя год на основе фотоснимков Эрнст Шварц установил, что коба-нгуя — не что иное, как шимпанзе с черной мордой обычного вида.

    Так что все эти местные названия оказались синонимами, обозначавшими одно и то же реальное животное. Но тут интересно другое: карликовая горилла, и горный подвид, и карликовый шимпанзе, которых никто еще не наблюдал в природе (ученые обладают только их шкурами и скелетами), еще в прошлом веке не были известны исследователям. Не может ли статься, что этот век еще преподнесет нам открытые в Африке новых антропоидов?

    Что сказать о mulahu — огромной обезьяне, о которой рассказывают пигмеи вамбути из леса Итури? Она абсолютно черная, только лицо белое… Если бы речь шла о средних размеров обезьяне, то можно было бы приписать эти черты шимпанзе, однако речь идет о гиганте.

    Аттилио Гатти, охотившийся на горилл многие годы, считает, что мулаху — неизвестная обезьяна крупных размеров. В книге «Тамтамы» он рассказывает, что ему довелось исследовать шерсть «интересного красноватого цвета». Не о коричневых ли волосах идет речь? Тогда ничего особенно в этом нет, ведь шерсть на голове у гориллы иногда бывает каштанового цвета, что, кстати, позволило в 1862 году Слэку выделить ее в отдельный вид Gorilla castaneiceps. Проза жизни все же такова, что Гатти, пустивший слухи о новом виде, получил разрешение на отстрел и поимку новых экземпляров горилл. Этого отъявленного браконьера до сих пор считают персона нон грата в Бельгийском Конго.

    Очень интересна, с нашей точки зрения, версия охотников племени мбети в Келле, Французская Экваториальная Африка: они утверждают, что есть совершенно белые гориллы, но они весьма редки. Скорее всего, речь идет об альбиносах. А если новый вид?

    Странные истории

    Самые таинственные истории, циркулирующие по Африке и касающиеся существ с человеческими фигурами, относятся не к гигантам, а к карликам агогве — маленьким, высотой в четыре локтя, покрытым шерстью людям, живущим на востоке и юго-востоке континента. Капитан Хиченс, которому мы обязаны очень интересной информацией, рассказывает: «Несколько лет назад я участвовал в охоте на львов в лесах Уссуре и Симбити (на западной границе плоскогорий Вембере). Поджидая людоеда, я заметил двух коричневых, маленького роста существ, выбиравшихся из чащи. Что о них можно сказать? Рост — около одного метра двадцати сантиметров, они шли прямо, были покрыты красноватой шерстью. Местный охотник, стоявший рядом, смотрел на них со смешанным чувством страха и удивления. „Это агогве, — сказал он мне, — маленькие волосатые человечки, которых можно увидеть лишь раз в жизни…“

    Капитан Хиченс предпринял попытки разыскать неведомых существ, но в таких обширных лесах это оказалось сродни поискам иголки в стоге сена. «Может быть, то были обезьяны, — заключает он, — но в таком случае — необычные, ибо не походили ни на бабуинов, ни на колобусов, ни на одно из известных в Танганьике животных. Кто же они такие?»

    Когда расспросили местных жителей, они рассказали об агогве странные истории: если оставить на плантации бутылки пива нтули или еду, эти существа станут полоть и пахать грядки в благодарность за подарки. «Это, я думаю, из области мифов, — говорит Хиченс. — Но то, что я видел, явно к мифам не относится».

    Лично я не нахожу эту легенду очень уж странной. Не согласуется ли она с преданиями, бытующими на северо-западе Европы, о домовых, эльфах, гномах? Эти подземные бородатые жители любят помогать людям, особенно в домашних делах.

    Одно очевидно — эти истории поразительным образом совпадают в разных районах Земли. Вспомним, как в конце прошлого века в Швайцгебирге, около Шаффхаузе в Швейцарии обнаружили кости людей — настоящих пигмеев каменного века. Кольман, их изучавший, утверждал, что их карликовость ни в коем случае не является патологией. «Вполне может быть, что эти мифы — отражение реальности карликов и гномов, живших в горных пещерах и бывших как бы отражением неолитических пигмеев», — говорит Джек Чейки, шотландский геолог. Но то уже иная история…

    В поддержку заявления Хиченса Ф. Лейн приводит письмо, полученное от Катберта Бергойна. «Это было в 1917 году. Мы с женой находились на борту японского судна у берегов Португальской Восточной Африки. Мы стояли довольно близко к берегу и осматривали в подзорную трубу подробности прибрежной зоны. Пляж был наклонным, покрытым невысоким кустарником. Многие бабуины собирали там крабов и другие дары моря, если судить по их движениям. Среди них находилисв два бабуина чисто белого цвета. Они довольно редки, но я слышал о таких. Пока мы ими любовались, из чащи вышли два коричневых человека и направились к обезьянам.

    То не были обезьяны в нашем понимании, но они, видимо, были близки к ним, иначе бабуины разбежались бы. На расстоянии трудно было разглядеть детали, но рост их составлял около метра десяти — метра пятидесяти, держались они высокомерно. Мы несказанно удивились, ибо они были и не животные, и не люди, а что-то среднее. Позже один охотник на крупную дичь рассказал мне, что видел семью — маму и ребенка, таких же. пересекших поляну в лесу. Жители всегда просят не стрелять в них».

    Пигмеи или бабуины?

    Эти описания, без сомнения сходные, потому и убедительные, ибо на свете нет ни одного вида обезьян, ходящих на задних конечностях. Если и встанет какая обезьяна на задние ноги, то совсем ненадолго — это необычное для нее положение. Честно говоря, только гиббоны из Юго-Восточной Азии способны на это, им помогают балансировать длинные руки, но это древесные обезьяны, и спускаются они на землю только в исключительных случаях.

    Правда ли, что агогве — маленькие человечки? Во многом они походят на пигмеев. Вспомним, что чистокровные негрил-ли достигают 1,45 сантиметра и кожа их не такая гладкая, как у остальных африканцев. Она покрыта красновато-коричневыми волосами, особенно на конечностях. Руки сравнительно длинные, а ноги, наоборот, короткие, как у некоторых обезьян.

    То, что они могут жить в мире с бабуинами, странно, но не удивительно. Это подтверждает опыт взаимоотношений с животными на протяжении всей человеческой истории. С другой стороны, наличие негрилли в Мозамбике еще не доказано. Но это не означает, что какая-то ветвь не могла там сохраниться. Ведь могли они добраться до Великих озер, в область проживания масаи.

    Уже известный нам Дж. Сэндрафт говорил, что мифические карлики Мозамбика могут быть чистокровными бушменами, их рост не превышает рост негрилли. Кожа у них с желтоватым оттенком, даже медного цвета, по сравнению с другими африканцами. Сегодня область их обитания ограничена пустыней Калахари, но раньше была обширна. Зулусы зовут их аба-тва, тсвана — ба-роа, готтентоты — саан. Влияние их языка на языки банту ощущается на огромных территориях Южной Африки — до Замбези. Сэр Гарри Джонстон нашел их следы даже на берегах озера Танганьика — в виде каменных орудий.

    Они редко строят хижины, предпочитая жить в природных укрытиях — на земле, пещерах, в полной дикости. [40].

    Вполне может быть, что, спасаясь от захватчиков банту, они укрылись, с одной стороны, в песках Калахари, с другой — в лесах и горах Танганьики и Мозамбика.

    В своих традициях жители Восточной Африки делают четкое различие между пигмеями и прямоходящими существами маленького роста, которых они считают родственниками обезьян. Здесь важно выслушать мнение носильщика Роджера Куртни, черного оруженосца Али. «Ты слышал когда-нибудь о карликах, которые живут в May и походят больше на людей, чем на обезьян?» — спросил он своего хозяина. И рассказал, как его отец, который пас овец на склонах горы Лонгенот, попал однажды в руки этих гномов, когда пошел по кровавым следам.

    «Они ростом даже меньше лесных людей, хвостов не было видно, но я подумал об обезьянах. Их кожа была белой, как брюхо леопарда, а лицо и тело покрыто густыми черными волосами». К счастью, отец заметил копье, лежащее неподалеку. Этого мау не ожидали, не думали, что я воспользуюсь оружием и убью несколько человек».

    Конечно, этому рассказу можно не верить, но мы уже убедились, что большинство легенд имеет под собой реальную историческую основу.

    Итак, если маленькие волосатые человечки не идентифицируются ни с одним из «подопечных» зоологов и антропологов, может быть, они известны палеонтологам? Я имею в виду австралопитеков Они жили в Южной Африке 500 тысяч лет назад, в эпоху, когда африканское животное царство уже сформировалось.

    Прометей животного царства

    Сегодня известно, что австралопитеки, населявшие поросшие кустами плато в долине Вааля, были маленькими созданиями около 120 сантиметров высотой, лица их напоминали морды шимпанзе, зубы почти как у человека, а походка и пропорции тела совсем как у людей. Первый череп такого гнома был найден в 1924 году рабочими в пещере в Бакстоне, в области Таунг, в Бечуаналенде. Широкая долина Харгс-Ривер изобиловала известняковыми новыми пещерами, и туф здесь разрабатывали со времен первой мировой войны. Фрагмент черепа был отправлен Раймонду Дарту в Витватерсрандский университет, и тот назвал его обладателя Australopithecus transvaalensis — по месту находки.

    Человеческие черты этого черепа были настолько очевидны, что сначала думали, что он принадлежит бушмену. Но его «крестный отец» утверждал, что существо, белее вероятно, чем яванский питекантроп, является связующим звеном между обезьяной и человеком.

    На первый взгляд, он действительно напоминает череп молодого шимпанзе: зубы говорят о шестилетнем возрасте, но объем мозга — около 500 кубических сантиметров — значительно больше, чем у сегодняшнего шимпанзе (у него около 370 — у самки и 280 — у самца).

    У взрослых австралопитеков он достигал 650 «кубиков» — это подтверждают последние палеонтологические исследования.

    После находки черепа из Таунга в Трансваале обнаружили останки десятков австралопитеков, среди которых были и дети, и взрослые особи.

    Очень большое значение имеет характеристика зубов австралопитека: зубная дуга полукруглая, как у человека, клыки не превышают по размерам других зубов, в верхней челюсти между клыком и первым премоляром нет особой обезьяньей диастемии — пространства, в которых входит нижний клык, когда пасть захлопывается.

    Но самое интересное в черепе австралопитека — выступающее положение затылочной впадины, расположенной выше, чем у антропоидов.

    Она доказывает, что голова австралопитека свободно покоилась на позвоночном столбе, как у нас, людей, что свидетельствует о лрямохождении. Это же подтверждают и иные анатомические особенности.

    Конечно, относительно больший вес головного мозга еще не говорит о развитости психики, но это, тем не менее, важный признак.

    В 1948 году Дарт обнаружил достаточно полные останки австралопитека в Макапаногате, в самом сердце Трансвааля. Тот факт, что рядом были следы костра, доказывает, что он знал огонь, и потому он был назван Australopithecus prometheus.

    Уничтожал ли человек низкорослых соперников?

    За этим «Прометеем» не замечено никакой полезной деятельности — ни с камнем, ни с утварью. Однако профессор Дарт полагает, что он пользовался костями животных, применяя их головки как молотки. Антилоп такие существа загоняли в ямы-ловушки коллективно, так как орудий охоты у них еще не было.

    Рядом со стоянками находят также разбитые черепа бабуинов. Значит, австралопитеки ели их мозг? Но есть и другая версия — они были каннибалами.

    Напомним, отворение черепа и поедание мозга «родственников» распространено у примитивных народов, особенно у охотников за головами на Борнео и Новой Гвинее, где этот обычай приобрел форму магии — поглощение души пораженного врага.

    Конечно, за австралопитеком такого еще не водилось. Но не занимаются ли бабуины сходными вещами? Некоторые исследователи склоняются к выводу, что наличие в пещерах останков бабуинов и австралопитеков одновременно означает, что и те и другие были добычей человека той эпохи. Против этой гипотезы восстали южноафриканские антропологи, которые хотели сделать австралопитека «недостающим звеном» дарвиновской теории, прямым предком человека. (Доктор Р. Брум настолько в этом уверен, что осмелился окрестить австралопитека Paranthropus — «сосед человека».)

    Останки австралопитека были открыты в пещерах, а не в геологических слоях, что затрудняет подсчет их возраста. Его высчитывали по костям животных, найденных рядом, но это не научный метод.

    Сегодня большинство палеонтологов признают, что австралопитек должен быть современником человека и именно ему это существо обязано своим исчезновением. То, что они исчезли, в отличие от своих древесных сородичей, — неудивительно, утверждает Лорен Эйсли, руководитель отдела антропологии Пенсильванского университета. Они жили близко к человеку, слишком близко, и поэтому были уничтожены…

    Это произошло около полумиллиона лет назад. Но если австралопитеки обладали разумом, то как они могли позволить себя уничтожить? Ясно, не позволили бы. И наверняка попытались бы укрыться в районах, где у них имелся шанс выжить. Почему бы не предположить, что они удалились в леса, как это позднее сделали пигмеи восточноафриканских лесов под натиском масаи. [41]

    Спросим себя — возможно ли такое? Австралопитеки выжили в девственных африканских лесах, и наши с вами агогве очень напоминают тех, кого доктор Дарт охарактеризовал как «умных, энергичных прямоходящих существ с приятными для глаза пропорциями». А их сожительство с бабуинами — не напоминает ли это тот факт, что их останки всегда находятся рядом? Не существовало ли между ними некоего «джентльменского» соглашения, что нередко случается с животными. [42]

    Среди обезьян социальный инстинкт бабуинов получил наиболее сильное выражение — их общество отличает строгая иерархия. И ассоциация австралопитеков и бабуинов была бы полезна для обеих групп. Ум и «духовность» первых в сочетании с жестокостью и предприимчивостью вторых прекрасно кооперировались. Они могли помочь им выжить перед лицом нового покорителя саванн — голого прямоходящего существа, использующего разные типы новых, неведомых им орудий…

    Глава 4. ДРАКОН, КОТОРЫЙ ЖДЕТ СВОЕГО СВЯТОГО ГЕОРГИЯ

    Застывшее в жарком мареве болото кажется мертвым. Полная тишина. Даже солнечные лучи, пробившись сквозь стены эпифитов и лиан, становятся блеклыми. Только большие пузыри воздуха, время от времени появляющиеся на поверхности воды, напоминают о какой-то неведомой жизни. Неизвестная нам химия распорядилась минеральными веществами на дне болота…

    Но это болото — сама жизнь, причем неожиданная и поразительная, жизнь червей и членистоногих, ракообразных и пауков, прозрачных головастиков и светящихся насекомых, рыб с мальками во рту… На поверхности тут и там плавает пена — саван неизвестной жизни, кувшинки, икринки, горки слизистой массы.

    Не скрывает ли этот полог неведомые нам гигантские формы жизни — ростом с гиппопотама или крокодила? Даже внимательный взгляд ничего не различит между разводьев. Что это там плавает зеленое? Всего лишь всплыло, разогнав со спины потоки мутной воды. Выгнутый горб, покрытый чешуей, шея, которая, похоже, никогда не кончится, а в конце маленькая зубастая головка. Кто это? Выходец из мезозоя? Реконструкция монстра вторичной эпохи?

    Нет, это день сегодняшний. Такая сцена могла бы разыграться в любой день в одном из болот Конго. Сотни свидетелей утверждают, что такие существа водятся здесь и сегодня. Здесь — это на огромном протяжении от истоков Нила до Анголы и Южной Африки.

    Динозавр? Да, это он или нечто похожее.

    Эта тема заведет нас в такие дебри в прямом и переносном смысле слова, что выбраться из них будет совсем не просто. Мы не в состоянии сделать это на сегодняшний день.

    Когда речь шла о гигантских бабуинах, неведомых кошках и карликовых носорогах, было проще. Все-таки эти звери были родственниками тех видов, которые нам хорошо известны, и особых усилий для доказательства их существования не требовалось. Мы вели беседу о тех животных, которые исчезли век-два назад — моа, дипродоне, гигантском ленивце Южной Америки. Но сейчас мы говорим о диплодоках и цератозаврах. А может быть, о зауролофе?

    Давайте обратимся к фактам. Отметим, что все слухи и легенды об африканском драконе вовсе не обязательно относятся к одному и тому же виду, семейству и отряду…

    Гигантский пловец торговца Хорна

    Первым европейцем, собравшим в Центральной Африке рассказы о неведомой рептилии, был Альфред Алозиус Хорн. По мотивам его книги голливудский режиссер У. Ван Дайк сделал в 1935 году приключенческий фильм.

    «Недалеко от горы Камерун я видел существ, о которых ничего не знаю. Яго-нини — о нем рассказывают, что он водится в болоте и реках окрест. „Гигантский пловец“ — так его здесь зовут. Он выходит из воды и нападает на людей. Старики вам расскажут, что их деды его видели. Я всегда думал, что это то же, что и амали. Однажды я видел следы величиной с хорошую сковороду, с тремя когтями…»

    Далее старый путешественник отмечает: «Я видел портрет этого амали в одной из пещер бушменов. Даже подарил рисунок, сделанный с этой скалы, президенту Гранту на память. Это маленькие люди, которые изображены невольниками в цепях вместе с динозавром, вылезающим из болота…»

    Надо сказать, что Хорн зарекомендовал себя отличным натуралистом, все его заметки о тех местах, где он побывал, подтверждают это. Кто это сказал? Доктор Альберт Швейцер, нобелевский лауреат, гуманист из Ламбарене. Весомое свидетельство!

    Луквата из озера Виктория

    Сэр Гарри Джонстон был первым, кто привлек внимание научной общественности в 1902 году, опубликовав в книге об Уганде сведения, касающиеся таинственного животного, обитающего в озере Виктория. Приведем отрывок: «Среди местных жителей живет легенда о том, что в водах озера живет дракон луквата. Это может быть небольшое китообразное, или ламантин, или, что более вероятно, крупная рыба. Одному европейцу удалось увидеть это существо. Сэр Клемент Хилл пересекал озеро в 1900 году на небольшом паровом катере и видел огромную квадратную голову, похожую на рыбью».

    Свидетельство Клемента Хилла важное. Более подробное сообщение пришло благодаря антропологу С. Хобли. «Несколько лет назад, — писал он в 1912 году, — Клемент Хилл ехал из Кисуму в Энтеббе на паровой катере, на широте горы Хома, когда из воды высунулась голова и попыталась схватить туземца, сидящего на носу судна. Это ей не удалось, и Клемент Хилл увидел голову уже за кормой. Она была округлой формы, темного цвета. Речь, видимо, шла не о крокодиле».

    Хобли не в первый раз слышал подобные рассказы об агрессивности существа. Жители по берегам Виктории часто рассказывали ему о крупной пресноводной твари, которую баганда называют луквата. Она гоняется за пирогами и позволяет себе другие шалости. Но наш антрополог считает, что речь идет о крупном питоне, возбудившем воображение африканцев.

    Мистер У. Грант, экс-комиссар провинции в Джинге, однажды обратил внимание на странное существо, плывшее по заливу Наполеона, высунув голову из воды, но находилось оно слишком далеко.

    Прошли годы, и американский спортсмен Бронсон в книге «На запретных землях» поведал любопытную историю. Когда он охотился в землях к западу от Сотика, то встретил другого охотника по имени Джордан, который подробно описал ему, как он увидел странное существо по имени дингонек. Это произошло на реке Гори, впадающей в озеро Виктория с востока. По Джордану, животное было около 4,5 метра длиной, имело голову размером с львиную, но пятнистую, как у леопарда. Два длинных белых клыка выходили из верхней челюсти. Оно было покрыто чешуей, как броненосец, спина широкая, как у гиппопотама, и тоже пятнистая. Хвост довольно толстый и длинный. Следы таких же размеров, как у гиппопотама, но видны отпечатки когтей, как у рептилий.

    «Когда эти истории были опубликованы, — пишет Хобли, — их сочли сказками для привлечения туристов. Но спустя некоторое время я встретил человека, который ездит по этим землям. Он мне рассказал с волнением, что сам видел животное в месте, где река Мера пересекает границу английских и немецких территорий и уровень воды очень высок. Оно опиралось на ствол дерева, и по тому, что было видно на поверхности, удалось определить его длину в 4,8 метра. Но хвоста не было видно, поэтому данные неточные. Он рассказал, что тело выглядело как у леопарда, было покрыто чешуей, а голова похожа на голову выдры; клыков, описанных Джорданом, не было. Рассказчик стрелял в животное и ранил его. Оно соскользнуло со ствола в воду и больше не показывалось».

    Соседние масаи называют это животное ол-имайна и приводят такое описание: длина около 15 локтей (4,5 метра), голова, как у собаки, маленькие ушки схожи с таковыми у рогатой гадюки. Лапы короткие, с когтями. Ползает, как ящерица, по песку по берегам рек и соскальзывает в воду, причем видна только голова.

    Это описание почти полностью совпадает со сведениями о луквате и дингонеке. Несомненно, «маленькие ушки, как у рогатой гадюки» — то, что Бронсон принял за poia, растущие из верхней челюсти.

    Слухи о нем продолжали распространяться, особенно после того как офицер увидел с катера «странное доисторическое животное с длинной шеей». А Арнольд Дрюммон-Эй, известный путешественник, видел на берегу животное, напоминающее… морского змея. Правда, эксперты решили не без оснований, что он видел просто крупного питона. Ведь эти рептилии достигают 6 и даже 6,7 метра. И толщиной они с тело человека. Они отличные пловцы и могут преодолевать огромные расстояния по воде. Но все прочие описания никоим образом не могут относиться к питонам, особенно то, что касается лап.

    Около 1935 года Дж. Вейланду, директору геологической службы Уганды, показали фрагмент кости луквата. Он подтвердил, что вера в это существо живет в землях кавирондо. Жители заявляют, что луквата ведет смертельные схватки с крокодилами и при этом «теряет части тела», из которых туземцы делают амулеты. Они иногда слышат крики монстра, распространяющиеся на большие расстояния, и Вейланд утверждает, что сам их слышал. Эти звуки не похожи ни на один из известных криков в джунглях.

    Уточним, что сегодняшние рептилии абсолютно лишены вокальных данных и могут издавать в лучшем случае только свист. Поэтому загадочная рептилия, о которой идет речь, имеет больше всего шансов оказаться крупным млекопитающим или — что еще более вероятно — амфибией.

    Лау с истоков Нила

    Новый эпизод в этой истории открывается с публикации в 1923 году книги британского губернатора провинции Верхний Нил Х.С. Джексона о нуэрах. В ней он пишет о пресмыкающемся огромных размеров по имени лау, которое обитает в болотах истоков Белого Нила. «Ему приписывают всякие фантастические черты. Это могут быть просто выдумки нуэров, но мы не исключаем возможности существования некоего животного в действительности. Некоторые говорят, что у него копна волос сверху, похожая на эгретку цапли. Другие утверждают, что волосы эти скорее напоминают усы нильского сомика, с помощью которых тот ощупывает добычу в мутной речной воде. В сезон дождей его желудок издает трубные звуки похожие на крики слонов, такие слышали в 1918 году в области Бахр-эль-Араб.

    Нуэры утверждают, что существо живет в норах по берегам рек и болот, проводя там светлую часть суток. Если нуэр первым заметит животное, то все обойдется, но если оно окажется первым, нуэра ждет смерть.

    Болота Аддара простираются на 1800 квадратных миль (4600 квадратных километров), а в Бахр-эль-Газале они еще обширнее. Ни одно из них еще не исследовано, и зоологические загадки могут встречаться там на каждом шагу».

    Настало время обратиться к другому английскому натуралисту, Джону Джолю Миллэ, который поднялся в ту же эпоху в верховья Нила. Во время путешествия он слышал от сержанта Стивенса об огромной рептилии, которую местные жители называли лау. Сам Стивене был старым опытным охотником, много раз исходившим эти районы. Он охранял значительную часть телеграфной линии на восточном берегу Нила, и это позволяло ему часто общаться с африканцами. Миллэ много раз расспрашивал Стивенса в Малакале, и вот что он у него разузнал: «Говорят, что лау живет в огромных болотах долины Нила — от Малакаля до Реджафа. Местные жители — шиллуки, дннка и нуэры — называют так крупную рептилию (питона). Она очень редкая, и видят ее раз в жизни. Кому доводилось находить ее труп, говорят, что он длиной от 40 до 100 локтей (12—30 метров), а само тело крупное, как у осла или лошади. Цвет темно-желтый или коричневый, а не зеленый, как у питона. На голове два отростка или осязательные волоски, которыми он ощупывает жертву. Если кто-то увидит его первым, то ему ничего не будет, но если человек увидит лау, человек умрет.

    По сообщению Бимбаши Б. (известного инспектора телеграфной службы), некто Абрахим Мухаммед, клерк компании, видел, как убивали лау возле деревни Богга. Я знаю этого человека и доверяю ему. Он мне несколько раз в одинаковых выражениях давал описание рептилий. За какое-то время до этого такая же бестия была убита шиллуками в Джоро-а-та, в болотах Аддара. Мне подарил один шиллук по имени Билантут несколько позвонков этого существа. Я послал их губернатору Джексону, который, в свою очередь, отослал их в Британский музей, но никаких разъяснений не получил. Впрочем, эти позвонки могли принадлежать и обычному крупному питону.

    Динка из Кило (телеграфная станция у Зерафа) говорил мне, что лау живет в болотах возле станции и по ночам оглашает окрестности громкими криками. Недавно я встретился с одним бельгийским колониальным чиновником в Реджафе. Он только что вернулся из Конго и уверен в существовании лау, потом он сам видел одного такого в болоте, стрелял в него, но пули не возымели действия. Он также сказал, что зверь поднял большую волну, уходя на глубину…»

    Уже известному нам У. Хиченсу тоже довелось заниматься лау, и он опубликовал в журнале «Дискавери» фото скульптуры головы чудовища. Это скорее всего танцевальная ритуальная маска, сделанная из древесины рафии художником Лешенгу ше Гунда. В письме Ф. Лейну он написал по этому поводу: «Лешенгу жил на юго-восточном берегу болота Вамбаре. В детстве он охотился и рыбачил на Виктории — в болотах Нила. Когда я ему сказал, что лау нет в природе, он ответил: „В детстве я считал, что на свете нет автомобилей, потому что я ни одного не видел. Но вот они перед моими глазами. Так же и с лау“.

    Не одно ли это и то же — лау и луквата? Ведь они живут в едином районе континента, связанном общими географическими и климатическими узами… Но можно ли говорить об этих рептилиях как о гипотетических динозаврах? Наверняка нет. Свидетельства не позволяют сделать такой вывод. Это может быть и варан, и крокодил. Но давайте обратимся к другим районам Африки.

    Полуслон-полудракон из Бангвеулу

    Когда в 1910 году Ханс Шомбургк прибыл в сердце Черной Африки, на озеро Бангвеулу в Северной Родезии [43], он сделал любопытное открытие: в то время как все реки в округе кишели гиппопотамами, в районе озера их не было совершенно! Едва он поделился с местными жителями своими наблюдениями, как те поведали ему, что в озере водится странное животное, которое хотя ростом и меньше гиппопотама, но ими и питается. Это что-то вроде амфибии, ни разу не выходившей из озера, потому что жители никогда не видели его следов. А потом, когда он переехал на другое озеро, Дилоло, в 800 километрах к западу, его спутник Карл Гагенбек собрал слухи о чипекве. «К сожалению, — пишет Шомбургк, — я счел его рассказы за байки и не продолжил исследования. Но потом мы с Гагенбеком решили, что речь идет о каком-то неведомом млекопитающем. Данные, собранные мной и Гагенбеком, совпали».

    Вот что писал Гагенбек в книге «О зверях и людях» (1909): «Я получил из двух разных источников известия об огромном и совершенно неизвестном животном, обитающем в сердце Родезии. Во-первых, это рассказы путешественника, во-вторых, сообщения английского джентльмена и охотника на крупную дичь. [44].

    Африканцы рассказали двум моим информаторам, что в глубине болот живет огромный полуслон-полудракон. Но это не единственное доказательство. Не так давно Менгес, которому можно доверять, получил от африканцев ту же информацию и, что очень важно, видел наскальные рисунки зверя в пещере. [45]. Мне кажется, речь может идти о разновидности динозавра, без сомнения родственника оронтозавра. Я верю, что этот зверь существует в действительности».

    Карл Гагенбек был уверен в существовании такого животного. Настолько, что велел готовить экспедицию. Но, увы, тропическая лихорадка не позволила ее участникам добраться до озера Бангвеулу…

    Чипекве с истоков Конго

    К счастью, британский колониальный служащий, проведший восемнадцать лет на берегах озера, сообщил нам в книге воспоминаний очень точные сведения о таинственном обитателе Бангвеулу — чипекве. Думаем, что название, переданное им, более точное, чем то, что дает Шомбургк, — чемпекве. Подробно расспросив местных, Дж. Хьюг собрал много важных сведений. Самое интересное удалось узнать у вождя племени ва-уши, чей дед принял участие в убийстве такого существа в реке Луапула, которая вытекает из озера Бангвеулу и впадает в озеро Мверу.

    «Подробности охоты передаются устно. Они хотели заколоть его гарпуном — вивинго, таким, что и сегодня в употреблении у местных африканцев, охотников на гиппопотамов. У него темное и гладкое тело, без волос, с одним рогом белого цвета, похожим на рог носорога. К сожалению, он не сохранился».

    Хьюг собрал и другие сведения, в частности от британского служащего X. Кроуда. «Когда однажды он установил палатку на берегу озера, ночью его привлек сильный шум. Он вышел и обнаружил огромные следы неизвестного вида, а ведь Кроул считал себя опытным следопытом». Согласно Хьюгу, животное живо и поныне.

    Выслушаем мнение другого специалиста, о котором говорил Дж. Миллэ. «Я встретил одного охотника, который полностью разделяет веру в неведомое существо. Это Денис Лайэлл. Он написал несколько книг об охоте в Центральной Африке. И он уверен, что такая бестия с повадками гиппопотама живет в болотах, но у нее рог на голове. Она водится в болотах и озерах Бангвеулу, Мверу и Танганьика. Ее называют „водяным носорогом“. Думается, что „водяной носорог“ . — не что иное, как чипекве, ведь описание их совпадает в деталях.

    Что касается последнего, то есть свидетельство охотника Х.С. Мейзона, которое он излагает в письме к Ф. Лейну. «Я встретил охотника в Ливингстоне (Родезия). Так вот, он видел монстра в озере Мверу и изучал его следы».

    Мверу, или Моеро, расположено на границе Бельгийского Конго и Северной Родезии [46], туда впадает Луапула, вытекая из Бангвеулу. Это та самая река, где ва-уши убили чипекве. И наконец Танганьика также связана с этой системой, а именно с Моеро и с Бангвеулу, ибо река Лукунга, которая из него вытекает, вливается в Луалабу в 125 километрах от места, где к ней присоединяется Лувуа, выходящая из озера Моеро.

    Короче говоря, речь может идти об одном и том же существе.

    Сообщение правителя Баротсе

    Именно Джону Миллэ и мы обязаны самыми интересными сообщениями об африканском драконе. Речь идет об империи Баротсе в среднем течении Замбези, между ее притоками Шобе и Кафуэ, то есть в районе, удаленном от озер Бангвеулу и Моеро на 700 километров.

    Вот что сообщает Миллэ: «Король Леваника интересовался всякими животными на территории своей империи, часто говорил о крупной рептилии размером со слона, живущей в болотах у его города. К нему не раз приходили люди, рассказывающие о встречах с этим существом, которое вылезало на берег, а потом соскальзывало в воду на брюхе. Лапы у него были, как у гигантской ящерицы, и имелась длинная шея, голова рептилии и рост с человека.

    В сообщении британскому резиденту в Зулуленде полковнику Хардингу король написал о параметрах тела существа — оно размером с бурский фургон, снятый с колес. Напомним, что обычный бурский фургон имеет в ширину около полутора метров. Миллэ ничего не говорил о названии существ, но У. Хиченс приводит его название — иисикукумадеву.

    Фото дракона из Дилоло

    Американский натуралист и исследователь, знаток фауны мира Айвен Сандерсон написал несколько отличных книг о своих поездках в Западную Африку по командировкам Британского музея, а также в Английскую Гайану, Британский Гондурас и Мексику.

    В статье «Это мог быть динозавр» он пишет: «Известный охотник на крупную дичь Южной Африки Ф. Гоблер вернулся из поездки в Анголу и написал в газете „Кейп Аргус“ о животном огромного роста, по описаниям похожем на динозавра, живущем в болотах Дилоло и известном местным жителям под именем чипекве.

    Он говорит: «Вес его достигает четырех тонн, он нападает на носорогов, гиппопотамов и слонов. Охотники видели, как ночью он задрал носорога и вырывал из него огромные куски мяса. Голова у него, как у ящерицы.

    Я отправился к болоту, чтобы увидеть его, но жители мне объяснили, что он встречается очень редко и мне ничего не удалось найти. Но я верю, что чипекве существует. И вот снимок».

    Увы, Сандерсон не сообщил, в каком номере «Кейп Аргус» помещена эта статья.

    Издержки бельгийского юмора

    Зоологам часто приходится извиняться. Правило науки — не принимать ничего на веру. Часто вроде бы все надежно, а оказывается — фальшивка. В свете всего этого нужно осторожно подходить к теме динозавров в Африке. Часто нас уверяют, что «свидетельства абсолютно надежны», «охотник опытен», «натуралисту можно доверять»… Книги полны упоминаний надежных свидетельств, а библиографии нет.

    В досье конголезского дракона есть интересная история. И есть все основания вписать ее в наше повествование. В 1920 году некто Лепаж вернулся из экспедиции в Бельгийское Конго и заявил, что в одном болоте видел странное существо. Оно бросилось на него, и он разрядил в него карабин. Но видя, что это не дало результатов, он пустился бежать. Когда тварь прекратила преследование и удалилась на приличное расстояние, Лепаж рассмотрел ее в бинокль. Она была метров восьми в длину, имела вытянутую морду, короткий рог выше ноздрей и чешуйчатый горб. Лапы были массивные, причем на отпечатках четко выделялись отдельные пальцы. На первый взгляд похоже на динозавра, но некоторые детали подозрительные.

    Прежде всего, если монстр действительно напал на нашего охотника, речь должна идти о бегающем типе динозавра (тероподе или орнитоподе), а не о завроподе (вроде диплодоков). Скорее всего, последний постарался бы скрыться, почуяв опасность. Значит, речь идет об агрессивной быстроходной рептилии. Это не обязательно означает, что она плотоядна.

    Почему он прекратил преследование? Ведь восьмиметровый гигант мог легко нагнать человека, и потом, как Лепаж разглядел в подробностях строение задних лап? Тем более в лесистой местности. Вилли Лей высказался о сведениях Лепажа как о «сомнительных». Поэтому мы склонны отнести этот рассказ к бельгийскому юмору.

    Водяной лев с верховьев Кванзы

    Продолжая наше воображаемое путешествие, мы оказываемся в Анголе, в верховьях реки Кванза. Некто Ильза Нольде, жившая десять лет в Анголе, рассказывала, что жители говорили о существовании какой-то амфибии, которую называли койе йа мения (водяной лев). Она получила свою кличку за рев, который издает. Не раз африканцы обращали внимание фрау Нольде на раскаты, слышимые вдали.

    Животное обычно живет в воде, но появляется и на берегу. В сезон дождей койе йа мения путешествует по рекам и болотам, и именно тогда больше всего шансов его увидеть. Как луквата и лау, водяной лев издает определенные звуки. Как и чипекве, он охотится на гиппопотамов, хотя и ненамного превосходит их по размерам.

    Однажды фрау Нольде встретила туземца, обутого в сандалии из кожи бегемота. Она спросила его, где он добыл этого толстокожего, на что тот ответил, что не он убил его, а нашел уже мертвым: его убил койе йа мения!

    Португальский торговец рассказал фрау Нольде другую историю.

    Однажды в Луанде ему поведали, что «лев» разодрал гиппопотама прошлой ночью. Взяв охотников, он отправился на место происшествия. Они пошли по отпечаткам огромных лап, похожих на слоновьи, где четко различались пальцы. Следы эти и гиппопотамьи перемежались, пока наконец преследователи не вышли на поляну, где все было вывернуто и подрыто. Кожа животного была самым садистским образом содрана, однако само мясо не тронуто.

    Мокеле-мбембе барона фон Штайн цу Лаузница

    Мы завершаем наш «перипл» в Камеруне, откуда и начали. В 1913 году германское правительство послало в Камерун экспедицию для геодезических и картографических работ, а также разведки минеральных запасов колонии. Во главе ее стал барон фон Штайн цу Лаузниц, капитан колониальных войск. Он взялся зa дело с присущей немцам тщательностью. Его официальный отчет так и не был опубликован, потому что после первой мировой войны Германия лишилась колоний. Но сообщение сохранилось в виде рукописи. Благодаря Вилли Лею мы ознакомимся с отрывком из него, где говорится о существе, которое наводит страх на жителей отдельных районов Конго, Нижней Убанги, Санги и Каломбы, существе по имени мокеле-мбембе. Капитан подчеркнул, что информация основывается на надежных показаниях. Сведения были даны совершенно идентичные, хотя друг друга эти люди не знали. «Сообщают, что оно не живет в речках наподобие Ликуалы; там встречаются только отдельные экземпляры. Во время нашей экспедиции отмечен только один экземпляр в непроходимой части Санги. Это где-то между речками Мбайо и Пикунда, там, куда нам, увы, не добраться. Рассказы жителей позволяют нам восстановить его облик.

    У животного грязно-коричневый цвет гладкой кожи. Оно размером со слона, может быть, гиппопотама. У него длинная подвижная шея, один зуб, очень длинный, некоторые говорят, что это рог. Сообщают и о длинном мускулистом хвосте, как у крокодила. Утверждают, что зверь без предупреждения нападает на лодки, убивая людей, но не пожирает их.

    Живет только в пещерах, вырытых в глинистых берегах рек, за добычей охотится даже днем, ведя вегетарианский образ жизни. Его любимый корм мне показывали: это разновидности лианы, с белыми цветками, содержащими молокообразный сок, а также плоды этого растения величиной с яблоко. На реке Ссом-бо мне показывали тропу, проделанную животным в поисках корма. Но так как на берегу было много троп разных животных, трудно было выделить следы монстра».

    Сколько гигантских рептилий живет в Африке?

    Настало время сделать некоторые выводы из нашего путешествия. Давайте составим воображаемую таблицу, где против каждого существа мы по колонкам расположим его основные черты и повадки. Что же у нас получится? В первой колонке у нас было полное единодушие — что касается мест обитания. Все они носят явные черты амфибий.

    Что же касается размеров, то тут тоже есть сходство. Все они в целом одинаковы. Различия минимальные, они могут быть отнесены за счет возраста и пола животных. Единственно выделяется лау, который имеет «параметры» от 12 до 30 метров, но есть и сравнения его с питоном.

    А другие сведения?

    В то время как у дингонека пятнистая кожа, к тому же она покрыта чешуей, у чипекве и мокеле-мбембе она гладкая и темной окраски.

    Тогда как дингонек несет на верхней челюсти два боевых клыка (или два рога), у чипекве и мокеле-мбембе наблюдали один рог, а у лау нечто вроде щупалец.

    В то время как у дингонека короткая шея, у иисикуку-мадеву и мокеле-мбембе она длинная и подвижная.

    Дальше двигаться бесполезно. Ясно, что у дингонека нет ничего общего с чипекве, мокеле-мбембе, иисикуку-мадеву и лау. Если бы не было лап, можно было бы подумать о гигантской рогатой гадюке рода Bitis: у нее такое сбитое тело, что не вяжется с классическими формами змей. Если бы речь шла о чешуе и хвосте, то можно было бы подумать о какой-то увеличенной форме водяного оленька. К тому же отчетливо видны пятна, как на коже у леопарда — только навыворотку, желтым по темному. Ни первая, ни вторая версия не совпадает с гигантскими размерами существа: 4,5 метра.

    Что касается окраски, то опять же есть совпадения: темные тона, темно-коричневый, коричневый и темно-желтый цвета. В то время как по форме тела лау и луквата представляются пресмыкающимися со вздутым телом на рудиментарных лапах, остальные выглядят массивными, с длинной шеей и мускулистым хвостом. Это в принципе все одно и то же.

    Более значительные различия видны в описании украшений головы. У мокеле-мбембе и чипекве речь идет о маленьком белом роге, тогда как видевшие лау говорят о гребне или эгретке, или массе щупалец, или осязательных волосах. Вполне может оказаться, что все эти признаки соединяются у одного животного, как это бывает у некоторых агамовых. Такие особенности не отмечены, впрочем, ни у лукваты, ни у иисикуку-мандеву.

    Даже если такие разные гигантские рептилии или амфибии живут в Центральной Африке и принадлежат к одному роду (что маловероятно), странно, что они так разбросаны друг от друга. Но с другой стороны, на самом деле все эти речки и болота связаны в единую систему. Я уже говорил, что озеро Виктория соединяется с болотами Нила с помощью озер Альберт и Бахр-эль-Джебель, а Моеро и Бангвеулу принадлежат к той же речной системе. Истоки Кванзы, Замбези и Касаи расположены близко. Санга, Конго и Убанги сливаются, а истоки последней находятся вблизи нильских болот. Миграции по этому бассейну вполне возможны для амфибий, особенно в отдаленные исторические эпохи. Сегодня можно лишь предполагать, что раньше ареалы этих животных были обширнее. Скрываясь во все более изолированных болотах и озерах, они обрекли себя на медленное вымирание.

    Кажется, что из всех существ, о которых мы говорили, есть одно, которое четко отличается от других, — лау. Лапы рудиментарны, имеется гребень на макушке, особенности его поведения несколько отличаются от повадок остальных существ. Один взгляд на карту ареалов монстров показывает, что это высоты от 500 до 1000 метров над уровнем моря. Единственное исключение составляют болота Нила — именно места обитания лау.

    Портрет конголезского дракона

    Надо сказать несколько слов о режиме питания упомянутых существ.

    Свидетельские показания сходятся на их агрессивности, однако о плотоядности нет ни слова. Торговец Хорн говорил об особенности яго-нины нападать на людей и тюленей (читай — ламантинов), и он подозревает амали в нападении на слонов. Но основывается при этом на сомнительных свидетельствах. В привычках лау отмечается умение опутывать жертву щупальцами и утаскивать в реку, но о съедении никто не сообщает. Чипекве охотится на бегемотов, чтобы их есть. Койе йя мения рвет их на части, но не ест. Мокеле-мбембе признанный вегетарианец, что не мешает ему убивать пловцов на пирогах… Африканцам непонятно, почему животное убивает, а не ест. Им неведомо такое понятие, как своя территория, на которую нельзя пускать чужаков. Разве не таков генетический код этого монстра?

    Сейчас мы можем набросать приблизительный портрет дракона-амфибии, обитающего по краям гигантской конголезской кюветы. В целом это животное, напоминающее по форме пресмыкающееся, но тело у него вздутое, как у лошади или осла. У него конечности с когтями, как у ящерицы, но более массивные. Оно не тащит брюхо по земле, как крокодил, у него длинная и подвижная шея, мощный мускулистый хвост. По всем оценкам, его размеры колеблются от 7 до 10 метров. Голова короткая, закругленная, как у большинства рептилий, может быть рог чад ноздрями и горб на верхушке головы. Кожа гладкая, как у гиппопотама, темной окраски в гамме серо-коричневых оттенков. Светлую часть дня оно проводит б пещерах под водой, но днем пускается на поиски растительной пищи. Оно убивает любых пришельцев, зашедших на его территорию, пуская в ход мощные когти. Лодки, которые оно, видимо, принимает за себе подобных существ, оно переворачивает по природной глупости. Звуки, издаваемые им, служат для привлечения особей противоположного пола в сексуальной игре.

    Это динозавр?

    Попробуем идентифицировать условно названное животное. Превратить его в рептилию априори. Мы помним, что Денис Лайэлл называл чипекве «водяным львом», — такое определение не выдерживает критики. Но другие люди, более искушенные в зоологии, утверждают, что ранее существовали млекопитающие с растительноядными замашками, когтями и длинной шеей, ведущие водный образ жизни. Это, по Хиченсу, может быть халкотерий, живший в конце миоцена, с лошадиной головой, пальцами на ногах и т.д., но его портрет до конца не вырисовывается.

    Да, гладкая кожа заставляет некоторых исследователей видеть в нем млекопитающее, а не рептилию. Но у некоторых ящериц сегодня тело покрыто настолько мелкими чешуйками, что они фактически незаметны. А потом, разве доказано, что крупные водные рептилии должны быть обязательно покрыты чешуей?

    Но если рептилия, то какая? Не исключено, что это может быть ящерица из группы варанов, распространенных во всех теплых регионах Старого Света. Можно вспомнить, что у варанов Австралии шея довольно длинная и подвижная, что варан с острова Комодо обладает массивными лапами и что в Австралии в недавние времена обитал гигантский варан восьмиметровой длины — Varanus priscus.

    Важная деталь: натуралисты, признающие, что в Африке может сохраниться какая-то неизвестная крупная рептилия, более склонны считать, что это скорее варан, чем небольшой динозавр. Отчего так? Может, вараны принадлежат к более молодой группе, чем динозавры? Отнюдь. Среди последних имеются две большие группы, одна — ящерообразные (самые крупные), другая — птицеящеры — полегче. Первая группа была распространена в триасе и юре, вторая — в юре и меле. Нашего дракона можно отнести ко второй группе.

    Есть взгляд на динозавров как на гигантов. Это мешает экспертам признать, что такой гигант выжил, оставшись незамеченным. Но среди них были и животные средних размеров, и даже карлики, этакие карманные динозавры размером с голубя.

    Что же сенсационного в том, что среди десятиметровых крокодилов-людоедов сохранились мелкие формы динозавров? Ведь нашли же гигантского варана на острове Комодо в Индонезии в 1912 году, гигантских черепах, наконец…

    Сиррух с портиков Иштар

    Интересный аспект истории конголезского дракона поднял в своих книгах Вилли Лей, мой уважаемый коллега. По его мнению, изображение животного представлено не только на рисунках бушменов и других художников, но и на фресках Вавилона.

    В 1902 году профессор Роберт Колдевей после трех лет напряженной работы откопал арку, возведенную царем Навуходоносором в честь бога Мардука. Ее стены были украшены изображениями туров и драконов. Клинопись поведала, что царь расположил ужасающих рими и диких сиррухов на стенах портика, чтобы люди восхищались ими и дивились [47].

    Что касается рими, то в Библии их зовут «реем», тут зоологи определили, что речь идет о турах вида Bos primigenius, доживших в Европе до средневековья. Последний был убит близ деревни Янтаровка в Литве в 1627 году. Но с определением сирруха оказалось сложнее. Он представляет собой покрытое чешуей четвероногое существо с передними лапами, как у льва, задними — как у орла, с головой на длинной шее, есть и язык, имеется грива, как у лошади. Более странной мешанины не придумаешь.

    Явно у архитекторов ворот было задание изобразить реальное животное, а не мифическое, а иначе почему рядом фигурирует обычный прозаический тур? Да и львы подле тоже реальны.

    «Если бы портик богини Иштар раскопали на век раньше, — пишет Вилли Лей, — эта мешанина разных конечностей была бы доказательством того, что „змей“ — такой же объект мифов, как и летучие быки с человечьей головой в ассирийской мифологии. Но за эти сто лет Жорж Кювье успел стать отцом палеонтологии, а профессор О. Марш заслужил честь называться в Америке „отцом динозавров“. И наши представления о возможностях природы резко изменились. Палеонтологи откопали останки таких странных животных, что и самая богатая фантазия не могла вообразить. Они открыли особую группу птицерогов, которые ходили на „курьих ногах“, держа передние на весу. Сам Колдевей опубликовал записки по Вавилону в 1913 году. Там он признал, что большинством черт сиррух соответствует какому-то исчезнувшему млекопитающему, но скромно добавил: „Если бы передние лапы не были такими кошачьими, такое животное могло бы существовать“. Во всяком случае, Ветхий завет четко высказывается за наличие такого животного в Вавилоне.

    «Можно представить, — пишет Колдевей, — что у жрецов было некое похожее животное, рептилия или нарвал, которое они избрали прототипом сирруха». В роскошной книге «Ворота Иштар в Вавилоне», вышедшей в 1918 году, профессор высказался более определенно по поводу отображения рептилий древнейшей эпохи. «Если бы жила на свете такая тварь вроде сирруха, ее можно было бы поместить-в разряд динозавров, а точнее, в группу орнитоподов. Игуанодон мелового периода из Бельгии больше всего походит на нашего сирруха. [48]. По причине того, что халдеи не имели ни малейшего представления о палеонтологии, их сирруха можно назвать реконструкцией. Не результат ли это некоего коктейля из разных мифологических животных? Похоже, что нет. У сирруха долгая жизнь, в отличие от мифических животных, он появился с первыми образчиками халдейского искусства в 2800 году до нашей эры и жил еще до эры Навуходоносора (1146—1123 гг. до н. э.).

    Наивное отображение конголезского дракона?

    Очевидно, изображение сирруха во многих экземплярах на стенах портика и на других вавилонских монументах — не точное воспроизведение бегущего динозавра — игуанодона или цератозавра. Это отличная стилизация. По Лею, оба эти животные — тур и дракон — считались монстрами дальних стран. Ведь реем тоже был удален от Месопотамии, как и сиррух…

    По всем данным, сиррух должен быть родом из Центральной Африки. Осталось только доказать, что халдеи ходили так далеко в дебри Черного континента. Ханс Шомбургк, тот самый, что доставил в Европу слухи о чипекве, привез несколько покрытых эмалью изделий, похожих на вавилонские. Он считает, что между этими находками есть связь.

    Значит, кто-то из этой «команды» — чипекве, лау или мокеле-мбембе — был известен жителям Древнего Двуречья около пяти тысяч лет назад? Если вы сомневаетесь в этом, предложу вам следующий опыт.

    Попробуйте попросить кого-нибудь, кто никогда не видел динозавров, нарисовать вам, скажем, конголезского дракона. Многое говорит за то, что у него получится то же самое, что вышло у художников, оставивших нам рисунок на портике богини Иштар в Вавилоне. Сначала появится какое-то четвероногое с туловищем обычного животного — лошади, собаки, быка или кошки, потом его снабдят хвостом, шеей, головой змеи, лапами с когтями. Возникнут рог и грива. А если вы добавите, что это рептилия, подрисуют чешую. Сделаем выводы.

    1. Облик дракона родился не от прямого описания амфибии из Центральной Африки, а от устной традиции, свидетельств, оставленных путешественниками-халдеями.

    2. Портрет сирруха мог «укомплектоваться» поздними добавлениями.

    3. Описания самих африканцев говорят о рептилии, сильно напоминающей динозавров, на птичьих лапах. Само собой, что все это не означает, будто в конголезских болотах живет настоящий динозавр. Но можно принять версию априори.

    Группа орнитоподов, включая игуанодона, не единственная, представители которой оснащены птичьими лапами. Они характерны и для тероподов, например цератозавра с рогом. Поэтому-то я и говорил, что сиррух мог быть именно им.

    Зоологии нужны реакционеры и авантюристы

    В декабре 1953 году Вилли Лей опубликовал в «Энимал лайф» свою работу «Дракон из Конго», в которой утверждал, что это может быть не обязательно динозавр, а другая рептилия. На эту статью обрушился доктор Эдвин Колберт, сотрудник отдела ископаемых рептилий Американского музея естественной истории в Нью-Йорке, говоря, что Лей реанимирует старую версию о выживании динозавра в наши дни. Он возмущался, почему эта несусветная чушь помещена в солидном зоологическом журнале. Хорошо, что эра Кювье и Оуэна еще не кончилась.

    Конгамато, последний крылатый ящер

    Где грань между мифом и реальностью? Конан Дойл в «Затерянном мире» стер эту грань, доказав, что такие животные могут существовать в действительности.

    В 1923 году в Лондоне появилась книга Фрэнка Мелланда «В зачарованной Африке», одна из глав которой была посвящена будоражащей воображение теме. Находясь в Африке, автор собрал множество слухов о таинственном животном по имени конгамато. Оно живет, считали аборигены, в болотистой местности Джиунду на северо-западе Замбии, на границе с Конго и Анголой.

    Заинтересованный Мелланд спросил африканца:

    — Что такое конгамато?

    — Это птица.

    — А какая?

    — Это не точно птица. Это, точнее, ящерица с крыльями, как у птицы, как летучая мышь.

    Мелланд тогда не задумался над этими словами, но потом ему все же пришла мысль: а не летающий ли это ящер? Он задал новые вопросы и узнал, что животное в размахе крыльев достигает 1,20—2,15 метра, лишено перьев, кожа гладкая, во рту есть зубы. Он изучил книги, где приведены изображения летающих ящеров, и показал жителям несколько рисунков. Без тени колебания те ткнули пальцами в… птеродактиля.

    — Конгамато!

    У этой твари довольно плохая репутация, она переворачивает лодки, глядящий на нее может умереть.

    Местные жители убеждены, пишет Мелланд, что эта бестия жива и поныне.

    Портрет летающего ящера

    Сам факт того, что птерозавр мог дожить до наших дней, идет вразрез с мнением палеонтологов. Останки большинства этих ящеров находят в отложениях юры и реже — меловых. С тех пор прошло 70 миллионов лет. Вот что написал об этом Дж. Янг из Лондонского университета в книге «Жизнь позвоночных»: «Почти все виды открыты в донных отложениях и представляются ихтиофагами, но это не означает, что они жили не на Земле, где шансов для ископаемой формы сохраниться куда меньше».

    До сегодняшнего дня дожил вид «крылатого» ящера Draco volans в индо-малайском регионе. Но он не соответствует названию в полном смысле этого слова, ибо не летает, а планирует с дерева на дерево благодаря перепонкам на ребрах. Максимальная длина таких полетов — метров пять с потерей высоты при этом около полутора метров. У этого животного, конечно же, нет ничего общего с птерозаврами древности, которые летали на манер летучих мышей.

    Настоящий полет, становящийся возможным благодаря крыльям, требует значительных затрат энергии. Для этого и чтобы не замерзнуть, птерозавры должны были обладать системой химического обеспечения, как летучие мыши и птицы.

    Представляется маловероятным, что летающие рептилии были снабжены перьями. Их останки доказывают, что у них были перепончатые крылья, и все. А была ли у них шерсть? Изучение останков рамфоренка доказывает, что это вполне вероятно.

    Размеры птерозавров существенно варьировали. Главным образом, это были существа размером с орла, но был и птеранодон с размерами крыльев 7,5 метра, вдвое больше, чем у сегодняшнего рекордсмена — альбатроса Diomedea exulans. Этот птеранодон был в самом деле замечательной тварью. Голова у него была устроена таким образом, что на ней появился гребень, заменявший своими функциями хвост.

    Слухи о существовании в Африке летающей рептилии предусматривают более скромные размеры этой бестии — не большее двух метров. Речь идет о некоем существе, близком к птеродактилю, — маленьком летающем крокодиле.

    По следам конгамато

    Оказалось, что Фрэнк Мелланд — не единственный свидетель событий, связанных с летающим ящером. В томе 4 сочинений «Вдали от проторенных троп» неутомимый путешественник Стани рассказывает почти ту же историю, что и английский писатель. Дело тоже происходило в болотах Джиунду, в те же годы. Мне лично Стани назвал 1920—1921 годы.

    Познакомившись в Северной Родезии с английским чиновником, он узнал у него следующее:

    — Где-то по соседству от нас живет птеродактиль.

    — Где? — живо спросил Стани, разворачивая карту.

    — Вот здесь, в болоте, впадающем в реку Джиунду, приток Замбези в ее верхнем течении.

    Сам англичанин существо не видел, так как эта территория не входит в его район, но африканцы утверждают, что оно там есть.

    — А как они называют его?

    — Конгамато.

    — Величина?

    — 6—7 локтей длиной.

    — Ого! Около двух метров.

    Стани решил добраться до места обитания конгамато.

    — На это понадобится около недели.

    — Я могу потратить месяцы, лишь бы увидеть его.

    По счастливому стечению обстоятельств Стани познакомился со старухой Нзаке, могучей женщиной из племени мулуба, которая согласилась отвести его в нужное место. Но на вопрос о конгамато местные жители отказались отвечать, а один заявил:

    — Белый, нельзя даже произносить его имя!

    Но, получив подарок, разговорился:

    — Конгамато злой. Он ест руки, уши, нос. Отец моего отца погиб, отправившись на болото…

    — А какого цвета большая летающая ящерица? — спросил Стани, думая о том, что дед этого человека попал в плен к жестокому племени, которое его пытало и убило.

    — Красный, как кровь.

    — А ты видел его?

    — Нет, ведь я жив!

    — А на что похоже?

    — Лучше встретиться лицом к лицу со львом или слоном.

    На том собеседник закончил свой рассказ.

    Стани встретил в Джиунду старого рыбака, и тот ему рассказал о конгамато, а потом это же повторил старик, тело которого было обезображено монстром.

    — Это могло быть корневище или бегемот, — заключил Стани. — Опиши, как оно выглядело.

    — Тело из перьев, длинный клюв, зубы, как у крокодила. Крылья немного напоминают крылья летучей мыши, но большие-большие. — Он развел руками. — Кожа красная, блестящая. Он испускал громкие крики. Я бы лучше умер, чем еще раз увидел конгамато.

    Остановившись в деревне, Стани расспросил богатого старика, видел ли он когда-нибудь мертвого конгамато. Тот ответил, что в болоте все исчезает мгновенно и без следа.

    «У меня в рюкзаке был томик Ларусса, — пишет Стани. — Я показал старику маленький рисунок птеродактиля».

    — Конгамато! — воскликнул он, ткнув пальцем в страницу. — Но у него не хватает мяса, крыльев и зубов. А наш больше.

    Изображение было два на два сантиметра.

    Наконец Стани добрался до болота.

    «Денде, моему бою, понадобилось два дня, чтобы соорудить пирогу. Вместе с ним мы обследовали значительный район с помощью компаса. Заходили в реки и ручьи, где только было достаточно воды. Никаких следов птеродактиля.

    «И все же я верю, что он есть. Во-первых, потому что разные люди давали одинаковые портреты. Если бы это была легенда, описания были бы разные. Никто не описывал его как слона в три-четыре роста человека, носорога более чем с тремя рогами. Речь шла об обычном животном, но более опасном, чем леопард, лев или мамба, извечные враги африканцев». Придя в деревню к своей старой знакомой Нзаке, он застал ее больной — сердечный приступ. Он дал ей лекарство, она почувствовала себя лучше и ответила на его вопросы. Ее муж — лучший охотник. Для него нет невозможной добычи. Да, он убил трех конгамато с помощью стрел. Да, о них еще сегодня вспоминают, но их уже нет.

    — А вам приходилось видеть их кости? — спросил Стани в тайной надежде заполучить останки.

    — Нет, их все очень боятся…

    Да, дело зашло в тупик. Спустя несколько лет, в 1942 году, профессор С. Питмэн написал: «В Северной Родезии я слышал о мифическом животном, за которым держится прочная слава вестника несчастий, оно меня весьма заинтересовало. Говорят, что оно живет в болотистой лесной местности на границах Анголы и Конго. Увидевший его умирает. Но самое странное, что оно похоже на летучую мыль или птицу и еще напоминает птеродактиля. Дьявол ли это или реальное существо?» На этот вопрос в 1928 году и пытался ответить профессор Питмэн из университета в Упсале. Один из его сыновей, живущих в Северной Родезии, обратил внимание отца на книгу Мелланда. Для шведского ученого решение проблемы представилось довольно простым: в Музее естественной истории в Берлине есть кости птерозавров, найденных в Восточной Африке в отложениях нижнего мела немецкими палеонтологами. Целые семьи из племени тандагуру участвовали в тех раскопках. Доктор Питмэн считает, что легенда о конгамато родилась именно на этих раскопках, а распространилась с миграциями этих племен по Северной Родезии… Этим-то и объясняется, почему Стани не обнаружил конгамато в болотах Джиунду.

    Тема закрыта? Но не стоит так быстро складывать оружие. Есть один пункт, по которому можно согласиться с профессором Питмэном: в Африке информация распространяется все-таки медленно, обрастая новыми «подробностями». Но как свидетельства о крылатом драконе разошлись по Африке на 1500 километров без изменений? Как могло получиться, что жители Северной Родезии расположили ареал конгамато в болотах Джиунду, если слухи о нем родом из Танганьики? И кроме того, сходная легенда есть и в Камеруне, на другом конце Африки! Как она могла попасть сюда с другого конца континента, за три тысячи километров?

    Так что тема не закрыта!

    Нападение олитиу

    Настало время обратиться к результатам экспедиции 1932—1933 годов, в которой участвовал А. Сандерсон. Однажды, когда они находились в горах Ассумбо, Сандерсон с товарищами разбили лагерь в лесистой зоне у подножья гор. Вблизи протекала быстрая речка, и двое пошли осматривать, что за ней. Перепрыгивая с камня на камень, они продвигались все дальше. Сан-дерсону удалось подбить летучую мышь, которая упала в реку. Пытаясь достать ее, он поскользнулся на чем-то — возможно, то была водяная черепаха — и рухнул в поток. Выбираясь оттуда, он услышал крик: «Осторожно!»

    «Я поднял голову, — пишет Сандерсон, — и в тот же момент инстинктивно скрылся с головой под водой. В нескольких десятках сантиметров над поверхностью речки прямо на меня летело нечто темное, похожее на орла. У меня не было времени рассматривать ее, но я заметил нижнюю челюсть с рядом белых острых зубов, отдаленных друг от друга тем же расстоянием, что занимает сам зуб.

    Когда я вынырнул, тварь улетела.

    Незадолго до конца дня она вернулась, снова летела вдоль русла. Зубы пощелкивали. Ветер свистел в крыльях.

    Мое оружие было разряжено, а она летела прямо на Джорджа. Ему не оставалось ничего, кроме как заслониться ладонями. Тварь спланировала на него и скрылась в сумерках.

    Сандерсон с другом вернулись в лагерь, где застали нескольких местных охотников, заготовителей леса.

    — Что за летучие мыши с крыльями вот таких размеров? — спросил натуралист, разведя руками.

    — Олитиу, — закричали сразу несколько охотников на диалекте ассумбо.

    — Где вы видели это существо? — спросил наконец один из охотников, когда наступила тишина.

    — Там, — ответил Сандерсон через переводчика, указывая пальцем в сторону реки.

    Большие летучие мыши слишком мирные, а хищные — чересчур мелкие

    Сандерсон говорил о нем как о летучей мыши, однако далеко не уверен, что так оно и есть. Летучие мыши делятся на две крупные группы — большие и малые. Первые питаются плодами растений, наиболее типичный представитель — летучая лисица, ее максимальные размеры 1,7 метра. Это мирные пугливые создания. Маловероятно, чтобы местные жители прочно закрепили за ними славу агрессивных тварей.

    Но маленькие, как мы говорили, — хищники, питаются они прежде всего кровью крупных млекопитающих. Самая большая из них мышь имеет 80 сантиметров в размахе крыльев, она родом из Австралии. Но в Африке мегадермы размерами не превышают 40 сантиметров. Да и окраска у них совсем не та, что описывает зоолог.

    Итак, ни те и ни другие не соответствуют понятию «олитиу».

    Нужно сравнить конгамато Северной Родезии и олитиу Камеруна. Описание в целом совпадает. Но окраска разная. В рассказе Сандерсона — черная, у местных жителей — красная. Может быть, речь идет о разных видах? Может быть, африканцы приводят красную окраску специально, чтобы придать священный характер этому животному?

    Какое бы оно ни было, оно остается для нас загадкой. И может быть, какому-нибудь натуралисту будущего, как в романе Конан Дойла, удастся открыть ящик с неведомым существом на заседании зоологического общества и приоткрыть тайну живого птеродактиля…

    Глава 5. ТРЕТРЕТРЕТРЕ, ВУРУПАТРА И К°

    Поразительная ситуация сложилась в зоологии. Пока наши зоологи собираются изучать то или иное животное или хотя бы проверяют слухи, эти живые ископаемые (возможно, это последние особи!) исчезают с лица Земли. И изучать можно будет только останки. Может быть, именно из-за этой глухоты многие вопросы науки до сих пор остаются нерешенными. То же и в истории зоологии Мадагаскара, «удивительной страны», как о ней сказал натуралист Филиберт Коммерсон, спутник знаменитого Бугенвиля.

    Вурупатра сира де Флакура и птица арабских эмиров

    Когда в 1658 году адмирал Этьен де Флакур выпустил «Историю Большого острова Мадагаскар», подытожившую его долгое пребывание в этом уголке Земли, в ней оказалось множество самых невероятных сведений, воспринимаемых как басни путешественников, и их правдивость была установлена лишь спустя века. Говоря о птицах, «населяющих леса», Флакур, например, писал: «Вурупатра — большая птица, живущая в Ампатрах, кладет яйца, как страус, в наиболее пустынных местах. [49].

    После Флакура и другие путешественники писали об огромной птице, и их тоже назвали фантазерами. И она тоже несла яйца, большие, чем те, что «производят» страусы, и местные жители использовали их как посуду. Вот что пишет Фердинанд фон Хохштеккер: «Мадагаскарцы приехали на Маврикий, чтобы купить ром. Тара, которую они привезли с собой, представляла собой скорлупки яиц, в восемь раз больших, чем страусиные, и в 135 раз больше, чем куриные; они вмещали более 9 литров. Они рассказали, что яйца эти иногда находят в пустынных районах, да и птиц изредка видят».

    Ясно, что все это воспринималось как анекдоты. Если страус высотой в 2 метра 50 сантиметров считался гигантской птицей-монстром, то что же говорить о великане, несшем яйца в восемь раз большие, чем страус?

    Как полагали востоковеды, эти слухи были не чем иным, как эхом легенды о птице Рухх из сказок «Тысячи и одной ночи», страшного существа, заслужившего сомнительную репутацию у арабских мореходов. Она так огромна, говорили о ней, что, когда появлялась на небе, возникала тень: крылья закрывали солнце. Она так сильна, что может схватить слона и поднять его в воздух, а на рог наколоть сразу несколько животных. Бывало, она уносила целые суда с экипажами…

    Во время своего второго путешествия Синдбад Мореход встречался с этой птицей, после того как нашел яйцо. Оно было 50 шагов шириной!

    Когда Геродот писал о гигантских африканских птицах, их размеры казались более скромными: египетские жрецы говорили ему о расе летучих гигантов, живших по ту сторону истока Нила, и у них была сила поднять человека. Вспомним, что самый крупный орел в состоянии поднять существо не больше кролика…

    Марко Поло в четырнадцатом веке из уст Кублай-хана услышал отголоски той же сказки. Азиатский властитель показал ему перья птицы «длиной около 20 метров» и два яйца значительных размеров. И добавил, что Рок происходит с острова Мадагаскар на южной стороне. Таким образом, рассказы о птице Рухх и мальгашские легенды совпали во времени и пространстве. Но казалось невероятным, что птица весом в несколько сотен килограммов может подняться в воздух. А ведь считалось, что если птица — должна непременно уметь летать. И птица Рок, она же вурупатра, была объявлена басней.

    Яйца эпиорниса

    Шли годы, и в 1834 году французский путешественник Гудо подобрал на острове половинки скорлупы невероятных размеров, служащие бутылками для местных жителей. Он сделал рисунок и послал его в 1840 году в Париж орнитологу Жюлю Верро. Тот, исходя из одного лишь вида яйца, нарек птицу, его снесшую, эпиорнисом, «большой птицей».

    Через несколько лет это имя, вызвавшее поначалу подозрения, было узаконено, когда Дюмарель в 1848 году увидел целое яйцо в окрестностях Диего-Суареса. «В него вмещалось 13 бутылок жидкости».

    И вот в 1851 году наконец было официально признано, что на острове водились гигантские птицы: капитан торгового судна Малавуа привез в Парижский музей два яйца 32 сантиметров длины и 22 — ширины. Они вмещали около восьми литров (8 страусиных и 140 куриных яиц). Из одного такого яичка можно сделать омлет для 70 человек.

    Спустя еще несколько лет известный путешественник Альфред Грандидье вывез из болот Амбалисатры неопределенного вида кости, принадлежавшие, на первый взгляд, какому-то толстокожему. Но исследования показали, что это птичьи кости («птицы-слона»). Если честно, то орнитологи не очень удивились, ибо еще за несколько лет до этого Р. Оуэн описал моа по костным остаткам из Новой Зеландии. Основываясь на имеющемся материале, Исидор Жоффрей Сент-Илер описал вид Aepyornis maximus.

    На самом деле эпиорнис вовсе не больше моа по росту (рост моа — 2 метра 50 сантиметров). В Парижском музее имеется восстановленный скелет эпиорниса — 2,68 метра. —Но и это очень большой рост.

    Если честно, то прямой связи между ростом птицы и ее яйцом нет. Вспомните киви из Новой Зеландии: ее яйца сравнимы со страусиными, а сама птица не крупнее курицы. А по весу получаются такие данные: 440 килограммов для самого крупного эпиорниса и 329 — для моа средних размеров.

    Когда исчезают гиганты?

    Изучение костей эпиорниса показало, что в отличие от легендарной Рухх эта — настоящая — птица не умела летать. Как и другие килевые птицы, ее родственники — казуар, моа, эму… Крылья у них были недоразвитыми.

    Но ту ли птицу обозначил Флакур под именем вурупатра? Яйца, которые находили в песке в дюнах юга и юго-востока или в тине болот, были подозрительно свежими, будто их снесли только что. Да и кости не казались ископаемыми…

    Стали расспрашивать жителей. Те отвечали, что птицы водятся в глухих углах острова, но видят их очень и очень редко. Но натуралисты, находящиеся все еще под влиянием Кювье, не хотят в это верить, поэтому никто сегодня не занимался не только поисками птицы, но и не изучал причины ее исчезновения. Одно очевидно: человек не мог явиться единственной причиной ее гибели, в отличие от истории с моа вурупатру, или воромпатру, не истребляли ради мяса. В легендах об этом нет ни слова (вспомним, как маори с удовольствием рассказывали об охоте на моа с помощью простых пик с каменным наконечником).

    В попытке объяснить гибель эпиорниса доходили до асфиксии, вызванной выходами газа в отдельных областях острова. Но не слишком ли сложно? Скорее всего, дело в самих районах обитания. Климат менялся, человек осушал болота, исчезли последние убежища. Высыхали гигантские болота на высокогорьях Антсирабе и Бетафо. Эпиорнисы забирались все дальше в трясины и гибли там, не находя пищи. Это доказывают их останки, найденные в торфяниках. Ясно, человек ускорил конец воромпатры, она дожила до недавних времен, до 1862 года (когда жители ясно видели ее), не дотянув совсем немного до наших дней.

    Снова о конголезском драконе

    Разные факторы способствовали гибели не только эпиорниса, но и других видов, например мюллерорниса, гигантского казуара района Анкаратра, центрорниса и многих других. Но не рано ли мы их хороним?

    Так же как и на соседних островах — Сейшельских и Маскаренских, — здесь водилась гигантская черепаха Testudo grandidieri весом до одной тонны. Она, видимо, стала жертвой засухи. Но если верить Раймону Декари, знатоку фауны Мадагаскара, истребление черепахи не было повсеместным.

    «Имеются слухи о наличии в отдельных пещерах юго-запада загадочного существа, которое может оказаться гигантской черепахой, — не идет ли речь о последних представителях Testudo grandidieri?» — пишет зоолог.

    Другой вид: на Мадагаскаре водились гигантские крокодилы, череп которых достигал 80 сантиметров ширины. Есть сведения, что они еще остались здесь.

    Тотальное осушение болот привело к исчезновению на острове гиппопотамов. Раньше здесь водились гиганты, напоминающие плейстоценовых бегемотов Африки. Не о них ли писал в 1829 году в книге «Путешествия вокруг света» великий странник Дюмон Дюрвиль, плавая по мадагаскарским рекам? С другой стороны, есть предположение, что именно гиппопотам или, вернее, его образ, трансформированный легендой, послужили основой мифа об цогомби или омбирано — водяном быке, полумуле, полулошади с горбом. Если речь идет о бегемоте, то он сильно изменился в легендах, ибо у цогомби появились огромные висячие уши. К тому же его «одарили» криком, приводящим в ужас кого угодно, а также агрессивными людоедскими повадками. Племена махафали и антрандон, по словам Р. Декари, приписывают ему яйца, на самом деле принадлежавшие эпиорнису.

    Есть слухи и о райлаломена, что означает «отец или предок гиппопотама». Живет он якобы в болотах, и во лбу у него рог. Все это очень напоминает нашего знакомца — конголезского дракона. Может быть, захватчики банту, появившиеся здесь, привезли с собой описания загадочного существа с континента. Обе гипотезы имеют право на существование, и в обоих случаях есть сходство с конголезской рептилией — тело гиппопотама, рог, висячие уши (которые на самом деле могут быть мясистыми наростами по краям головы и видны у дракона с портика Иштар), яйцерождение, говорящие о рептилии, болотное обитание, агрессивный характер и, наконец, дикие крики.

    Если это существо жило на Мадагаскаре, то наверняка могло бы стать одной из первых жертв высыхания болот и озер. Если это, конечно, не гигантская черепаха. Или же гастролер-крокодил с континента…

    Третретретре и человек с собачьей головой

    Мадагаскар называют землей полуископаемых животных. Ни один другой остров не может стать такой витриной древней истории. Останки зверей, птиц, рептилий нередко оказываются настолько свежими, что многие задаются вопросом: а не живы ли их «обладатели»? Часто легенды и устные традиции утверждают, что люди знают их до сравнительно недавнего времени. Вспомним принцип Геннепа, по которому воспоминания о событиях теряются за два века там, где нет устной традиции. Поэтому настолько велик интерес к воспоминаниям путешественников.

    Флакур кроме эпиорниса писал еще об одном загадочном животном: «Третретретре, или тратратратра, величиной с быка и с лицом человека. Он напоминает танахта Амбруаза Парэ. Это одиночное животное, и жители той страны боятся его и бегут от него…»

    Первая реакция натуралистов была, естественно, однозначная — миф. Никогда на Мадагаскаре не жило ничего подобного, там и обезьян-то настоящих никогда не было. Тем более такого удивительного вида. Значит, кто-то повторил наивные басни Марко Поло и Ктесия?

    Первый камуфляж был снят, когда открыли индри (Indris brevicaudatus), самого крупного из лемуров, отвечающего описанию «человека с собачьей головой». Высотой он около метра, почти без хвоста (обрубок), встает часто на задние ноги, будучи на земле, удивительно напоминает человека. Вытянутая его морда похожа больше на лисью, чем на собачью. Глядя на него, понимаешь, почему члены клана Бетсимарака одновременно и убивали его, и обожествляли, называя бабакото (отец-дитя), считая потомком человека, удалившегося в леса. Добавим, что все лемуры для мальгашей — фади (табу), ибо считается, что это другое воплощение человека. Но, повторяю, индри — самый «человечный» из них.

    Затухающее сердце Гондваны

    По логике, на Мадагаскаре можно было бы искать ту же часть Гондваны, что и на Африканском континенте. На самом же деле остров не является африканской зоологической провинцией. Мальгашские животные характеризуются, с одной стороны, оригинальностью форм, а с другой — являют родство с формами Южной Америки и индо-малайского региона.

    Среди типичных форм Мадагаскара — лемуры, отличающиеся от других приматов рядом анатомических признаков. Именно за эту внешность ученые и дали им имя «лемуры», как римляне называли фантомов умерших людей. Но лемуры живут не только на Мадагаскаре. Часть распространена и в Африке — галаго, потто и ангвантибо, и в Малайзии — лори и толстые лори. Но на Мадагаскаре живут формы, совершенно неизвестные в Африке. Более того., они известны на… Антильских островах! И в Южной Америке…

    Весь этот коктейль объясняется наличием когда-то огромного континента Гондваны.

    Изучение ископаемых останков лемуров показало, что еще в недавнюю эпоху их было великое множество. Магадолаписы были настоящими носорогами, лазавшими по деревьям. Они делали это несмотря на свои размеры, благодаря цепким пальцам. А было и множество других… И глядя на них, думаешь, что описания Флакура не представляются такими уж фантастическими…

    Кто такой токандия — «прыгун-четвероног», живущий на деревьях и издающий человеческие звуки? А кто такие колоноро, мальгашские гномы?

    «Все племена, — пишет Декари, — верят в некое подобие наших карликов, домовых и гномов. Их имена меняются по районам: бибиалона, котокели и так далее. Колоноро — что-то вроде амфибии. На озере Алкатра они обитают как сирены или русалки с длинными распущенными волосами, живут в воде, тянут руки к пирогам, хватают детей.

    По верованиям бетсилео, колоноро, наоборот, сухопутное существо высотой в два локтя, покрыт длинными волосами, у него есть жена по имени котокели, живет в пещерах. Она ворует детей у людей и заменяет их своими.

    В районе озера Кинконг у сакалава другая концепция колоноро. Это существо мужского пола, живущее по берегам прудов. Размеры меньше метра. У него сладкий женский голос, питается рыбой, вечерами гуляет по окрестностям. Встречает человека, заговаривает с ним и заманивает в пруд.

    Дальше на севере колоноро живет в лесу и пещерах, не нападает специально на людей, но имеет острые когти и может сильно ранить, когда его пытаются схватить.

    Странные легенды, распространенные по всему острову, свежие кости, найденные на юго-западе, и условия их залегания указывают на то, что гадропитеки могли дожить до недавних эпох в области Бара, Анказоабо. Многие районы Мадагаскара еще совершенно не исследованы, и на этих миллионах гектаров леса могли выжить и гигантские лемуры… Вспомните окапи — он долго жил инкогнито.

    Неведомые копытные или особые лемуры?

    Р. Декари, посвятивший загадочным животным мальгашского фольклора много страниц, считает, что в большинстве своем они родом из мифа, хотя частично ответ можно найти в полуископаемых формах гиппопотамов, лемуров, населявших леса и воды еще века назад, воспоминания о которых еще живут, порождая самые невероятные легенды. Среди них есть несколько таких, которые, по мнению Декари, дают надежду на реальность.

    Упомянем для начала хабеби, которого бетсилео зовут фотсиаондре, или белым бараном. Это чисто ночное животное, которое появляется лунными ночами в горном массиве Исало. У него копыта и шерсть, как у барана, иногда с пятнами бежевого или черного цвета. Уши длинные, заросшие, морда вытянутая, глаза большие. Кое-кто приписывает ему кровожадность, однако, судя по всему, он вегетарианец (это наивность — придавать неизвестному животному заведомо сомнительный характер хищника).

    В самом ли деле хабеби — баран? Я очень сомневаюсь, ибо бараны — не ночные животные. Да и о рогах нет никаких сведений.

    Адмирал Флакур писал еще об одном загадочном животном: «Мангарсаок — крупный зверь, у которого крупная ступня, как у лошади, и очень длинные уши. Когда он спускается с гор, то с трудом может осматриваться, ибо уши закрывают ему глаза. Он испускает громкие крики наподобие осла. Я полагаю, что это разновидность дикого осла».

    Спустя сто лет, в 1776 году, граф Модавский «расположил» загадочное животное в дюжине миль от Форт-Дофина. Вот что сообщает он в корреспонденции, так и не изданной: «Это животное сильно истреблено неграми, и они возводят на него всякие небылицы, на самом деле это всего лишь дикий осел, их, много в этой части острова, но искать надо в лесах, ибо не покидает оно уединенных мест…»

    Сегодня, по Декари, в Анози говорят о животном мангарса-ока (буквально: «тот, у кого уши покрывают подбородок»). Скорее всего, это и есть мангарсаок мсье де Флакура. Интересно, что многие натуралисты, готовые признать на Мадагаскаре наличие диких осла и лошади, никогда не виденных белыми, останков которых никогда не находили, отказываются поверить в существование гигантских лемуров, а ведь у них, по понятным причинам, гораздо больше шансов на выживание.

    Время гигантов прошло

    Легендой о райлаломена мы возродили на Мадагаскаре эхо мифа о конголезском драконе. С мифом о колоноро вспомнили о цейлонских ниттаево, об оранг-пендеке Суматры, об агогве Мозамбика и мау из Кении. У Большого острова есть свой конгамато, или олитиу, в форме фангагабело. У мальгашей своя версия о встречах с буньипом и йемишем, принадлежащим к мифам Австралии и Патагонии соответственно. Верят мальгаши и в гигантскую гидру — семиглавую трехцветную тварь, похожую на «небесное пресмыкающееся» австралийских аборигенов. Считается, что это поэтическое отражение штормов, которые случаются на больших озерах. Но кто может гарантировать, что это на самом деле так?

    Сегодня под влиянием селекции на Земле выживают наиболее приспособленные, компактные, проявляющие большую жизнеспособность животные. Давно прошло время гигантов. Титаны мира — амфибии, рептилии и птицы — уходят. Млекопитающие продержатся дольше, но и они исчезнут. Нам нужно позаботиться о том, чтобы они прожили как можно дольше. Дух Аристотеля и Плиния, Геснера и Альдрованди, Бюффона и Кювье — не угас ли он в лабиринтах сегодняшней зоологии?

    Думаю, не сегодня-завтра у нас появится все же новый родственник в лице «снежного человека» — кем бы он ни оказался. Может быть, им будут маленькие агогве или неуловимый оранг-пендек. Но пусть знакомство с ними не будет связано с убийством. Осторожно с монстрами! Настоящие монстры живут среди нас…