Загрузка...



Огонь недовольства

В течение нескольких дней шел очень сильный дождь, и потоки воды были огромными и шумными. Коричневые и грязные, они текли от каждого оврага и присоединились к более широкому потоку, который протекал через середину долины, а он в свою очередь впадал в реку, которая спускалась к морю несколькими милями дальше. Река была полной и быстро текла, пролегая через сады и открытую местность. Даже летом река никогда не высыхала, хотя все ручьи, которые питали ее, демонстрировали свои голые камни и сухие пески. Теперь же река текла быстрее, чем человек мог идти, и на обоих берегах люди наблюдали грязные воды. Это случалось не часто, когда река была настолько переполнена. Люди были возбуждены, их глаза блестели, потому что стремительная вода вызывала восхищение. Город около моря мог пострадать, поскольку река могла выйти из берегов, затопив поля и рощи и нанося ущерб домам. Но здесь, под одиноким мостом, коричневые воды пели. Несколько человек удили рыбу, но они не могли бы поймать много, так как течение было слишком сильным, неся с собой развалины ото всех впадающих потоков. Снова пошел дождь, но люди все же остались, чтобы наблюдать и восхищаться простыми вещами.

«Я всегда была искателем, — сказала она. — О, я прочла так много книг по многим предметам. Я была католичкой, но оставила эту церковь, чтобы присоединиться к другой. Ее я оставила также и присоединилась к религиозному обществу. С недавних пор я читаю восточную философию, учение Будды, и, вдобавок ко всему этому, сама прошла психоанализ. Но даже это не остановило мой поиск, и теперь я здесь и говорю с вами. Я чуть ли не поехала в Индию в поисках мастера, но обстоятельства помешали мне поехать».

Она продолжала, рассказывая, что была замужем и имела двоих детей, ярких и интеллектуально развитых, которые ходили в колледж. Она не беспокоилась за них, они могли сами о себе заботиться. Общественные увлечения больше ничего не значили для нее. Она серьезно пробовала медитировать, но ни к чему не пришла, и ее ум был столь же глуп и блуждающ, как и прежде.

«То, что вы говорите о медитации и молитвах, так отличается от того, что я читала и думала, что меня это очень озадачило, — добавила она. — Но во всем этом утомительном беспорядке я действительно хочу найти истину и понять ее загадку».

Вы думаете, что, ища истину, вы ее найдете? Не может ли случиться так, что так называемый ищущий никогда не сможет найти истину? Вы никогда не вникали в это побуждение искать, не так ли? Все же вы продолжаете искать, переходя от одного к другому, в надежде найти то, что вы хотите, которое вы называете истиной и делаете из него тайну.

«Но что плохого в нахождении того, чего я хочу? Я всегда находила то, что хотела, и чаще, чем не находила».

Может быть и так, но не считаете ли вы, что можете добывать истину, как вы бы добывали деньги или картины? Вы думаете, что это еще одно украшение тщеславия? Или же ум, который стремится к приобретению, должен полностью прекратить это, чтобы возникла истина?

«Возможно, что я слишком стремлюсь найти ее».

Нисколько. Вы найдете то, что ищете в вашем рвении, но оно не будет реально.

«Тогда что же вы мне предложите делать, просто лежать и прозябать?»

Вы поспешно делаете выводы, не так ли? Разве не важно выяснить, почему вы ищете?

«Ну, я знаю, почему я ищу. Я полностью недовольна всем, даже тем, что я нашла. Боль недовольства возвращается снова и снова. Я считаю, что я овладела чем-то, но это вскоре исчезает, и снова боль недовольства сокрушает меня. Я испробовала все способы, о которых можно только подумать, чтобы преодолеть ее, но так или иначе она слишком сильна внутри меня, и мне нужно найти что-нибудь, истину, ну, или что-то другое, что даст мне мир и удовлетворенность».

Не надо ли вам быть благодарной, что вам не удалось потушить этот огонь недовольства? Преодолеть недовольство было проблемой для вас, не так ли? Вы искали удовлетворенность, и, к счастью, вы его не нашли, найти ее означает остановиться в развитии, оставаться обездвиженной.

«Наверное, это то, что я в действительности ищу: спасение от этого грызущего недовольства».

Большинство людей недовольны, ведь так? Но они находят удовлетворение в простых вещах жизни, то ли это лазанье по горам, то ли удовлетворение некой амбиции. Неугомонность из-за недовольства по глупости превращают в достижения, которые удовлетворяют. Если мы потревожены в нашей удовлетворенности, мы скоро находим способы преодолеть боль недовольства, так что мы живем на поверхности и никогда не проникаем в глубины недовольства.

«Как же проникнуть под поверхность недовольства?»

Ваш вопрос указывает на то, что вы все еще желаете убежать от недовольства, верно? Жить с той болью, без того, чтобы пробовать убегать от нее или изменять ее, означает проникнуть в глубины недовольства. Пока мы пробуем добраться до чего-нибудь или быть кем-то, обязательно будет боль конфликта, и тогда, вызвав эту боль, мы хотим убежать от нее, и мы убегаем с помощью разных видов деятельности. Объединиться с недовольством, остаться с ним и быть его частью без наблюдателя, вынуждающего его вписаться в общепринятые виды удовлетворения или принятия его как неизбежного, значит позволить тому, что не имеет никакой противоположности, никакого секунданта, возникнуть.

«Я слежу за тем, что вы говорите, но я боролась с недовольством так много лет, что для меня теперь очень трудно быть его частью».

Чем больше вы боретесь с привычкой, тем больше жизни ей придаете. Привычка — это мертвая вещь, не боритесь с ней, не сопротивляйтесь ей. Но с восприятием сути недовольства прошлое потеряет значение. Хотя это и болезненно, но быть недовольным изумительно, вместо того, чтобы душить это пламя знанием, традицией, надеждой, достижением. Мы забываемся в таинстве достижения человека, в таинстве церкви или реактивного самолета. И опять же, все это поверхностно, пусто и приводит к разрушению и нищете. Есть тайна, которая вне способностей и силы ума. Вы не может разыскать или пригласить ее, она должно прийти без спроса, и с нею приходит благословение для человека.