Загрузка...



Чувствительность

Это был прекрасный сад, с лужайками в виде углублений и со старыми тенистыми деревьями. Дом был большой, с просторными комнатами, грациозный и хорошо спроектированный. Деревья служили пристанищем множеству птиц и белок. К фонтану прилетали птицы любого вида, иногда орлы, но большей частью вороны, воробьи и шумные попугаи. Дом и сад находились в отдалении, более того, они были огорожены высокими белыми стенами. В пределах этих стен было приятно, а вне их стоял шум дороги и деревни. Дорога проходила мимо ворот, и через несколько ярдов по той дороге, в предместьях большого города, располагалась деревня. Деревня была грязной, с открытыми канавами по ее главному узкому переулку. Здания были покрыты соломой, а передние ступеньки украшены. В переулке играли дети. Несколько ткачей протянули длинные пряди нитей ярких расцветок, чтобы делать ткань, и группа детей наблюдала за их работой. Это была веселая, яркая, шумная и имеющая свой запах сцена. Сельчане недавно искупались, и на них почти не было одежды, так как климат был теплый. К вечеру некоторые из них напились и стали шумными и грубыми.

Прекрасный сад отделяла только тонкая стена от пульсирующей деревни. Отрицать уродство и придерживаться красоты значит быть нечувствительным. Культивирование противоположности извечно сужает ум и ограничивает сердце. Добродетель не является противоположностью, а если она имеет противоположность, то прекращает быть добродетелью. Осознавать красоту той деревни означает быть чувствительным к зеленому, цветущему саду. Мы хотим знать только о красоте, и мы отстраняемся от того, что некрасиво. Это подавление лишь воспитывает нечувствительность, оно не дает оценку красоты. Добро находится не в саду, далеко от деревни, а в чувствительности, которая находится вне обоих. Отрицание или отождествление приводит к ограниченности, которая нечувствительна. Чувствительность — не качество, которое тщательно лелеется умом, а то, которое только может отделять одно от другого и доминировать. Есть добро и зло, но преследование одного и избежание другого не ведет к той чувствительности, которая необходима для бытия действительности.

Действительность — не противоположность иллюзии, ложного, и, если вы попробуете приблизиться к ней, как к противоположности, она никогда не возникнет. Действительность может быть только, когда противоположности перестают быть. Осуждать или отождествлять значит порождать конфликт противоположностей, а конфликт только порождает дальнейшее противоречие. Факт, к которому подходишь бесстрастно, не отрицая или оправдывая, не вызывает конфликт. Факт сам по себе не имеет никакой противоположности. Он имеет противоположность только тогда, когда появляется радостное или настороженное отношение к нему. Именно это отношение воздвигает стены нечувствительности и уничтожает действие. Если мы предпочитаем оставаться в саду, появляется противление деревне, а где есть противление, там не может быть никакого действия и по отношению к саду, и по отношению к деревне. Может быть деятельность, но не действие. Деятельность базируется на идее, а действие — нет. Идеи имеют противоположности, а движение в пределах противоположностей есть просто деятельность, какой бы ни была она длительной или сменяющейся. Деятельность никогда не может быть освобождающей.

Деятельность имеет прошлое и будущее, а действие не имеет. Действие всегда в настоящем и поэтому переживаемое нами сейчас. Преобразовывание — это деятельность, а не действие, и тому, что преобразовано, требуется дальнейшее преобразование. Преобразовывание — это бездействие, деятельность, появившаяся как противоположность. Действие происходит от мгновения до мгновения, и, хотя это достаточно странно, оно не имеет никакого свойственного ему противоречия. Деятельность же, хотя она может казаться беспрерывной, полна противоречий. Революционная деятельность пронизана противоречиями и поэтому никогда не является освободительной. Конфликт, необходимость выбора — никогда не станут фактором освобождения. Если есть выбор, тогда есть деятельность, а не действие из-за того, что выбор базируется на идее. Ум может увлечься деятельностью, но он не может действовать. Действие возникает из совершенно другого источника.

Луна появилась над деревней, создавая тени в саду.