Загрузка...



12. Уверенность невинности

Мы рассмотрели вопрос о бунте внутри тюрьмы: как все реформаторы, идеалисты и тому подобные деятели, проявляющие неустанную активность в достижении известных результатов, все время бунтуют в стенах собственной обусловленности, в стенах собственной социальной структуры, внутри культурного стандарта цивилизации, которая есть выражение коллективной воли масс. Я думаю, что теперь нам стоило бы выяснить, возможно ли рассмотреть вопрос и о том, что такое уверенность и как она проявляется.

Уверенность проявляется благодаря инициативе; однако инициатива внутри известного стандарта приносит только уверенность в себе, которая полностью отличается от уверенности без «я». Знаете ли вы, что это такое – иметь уверенность? Если вы делаете что-то своими руками, если вы сажаете дерево и следите за тем, как оно растет, если вы пишете картину или поэму, или, став старше, строите мост, или чрезвычайно успешно ведете какую-то административную работу, это дает вам убежденность в том, что вы умеете что-то делать. Но поймите, такая уверенность, которая нам при этом известна, всегда заключена в тюрьму – в ту тюрьму, что возвело вокруг нас общество – коммунистическое, индуистское или христианское. Инициатива внутри тюрьмы в самом деле создает известную уверенность, так как вы ощущаете свою способность что-то делать: сконструировать мотор, быть очень хорошим врачом или превосходным ученым и так далее. Однако это чувство уверенности, приходящее вместе со способностью добиться успеха в пределах социальной структуры, произвести улучшение, дать больше света, как-то украсить внутреннее помещение тюрьмы, – это в действительности самоуверенность: вы знаете, что можете что-то делать и, делая это, чувствуете себя важным. А вот когда благодаря исследованию, благодаря пониманию вы порываете с этой социальной структурой, частью которой являетесь, приходит уверенность совершенно иного рода, лишенная ощущения собственной важности; и я думаю, что если мы сможем понять разницу между этими двумя видами уверенности, – между уверенностью в себе и уверенностью без «я», – это будет иметь большое значение в нашей жизни.

Когда вы хорошо играете в какую-нибудь игру, например, в бадминтон, крикет или футбол, вы обладаете известным чувством уверенности, не правда ли? Оно дает вам ощущение, что вы хорошо знаете свое дело; и если вы быстро решаете математические задачи, это также создает чувство уверенности в себе. Когда уверенность рождена из действия внутри социальной структуры, разве вместе с ней не приходит всегда странное высокомерие? Уверенность человека, умеющего делать некоторые вещи, способного достичь известных результатов, всегда окрашена этим высокомерием личности, чувством «именно я делаю это». Поэтому в самом действии достижения результата, в проведении какой-то социальной реформы внутри нашей тюрьмы, присутствует такое высокомерие личности, чувство, что вот именно я сделал это, что важен мой идеал, что успеха добилась именно моя группа. Чувство «я» и «моего» всегда идет рука об руку с то уверенностью, которая проявляется внутри социальной тюрьмы.

Обращали ли вы внимание на то, как высокомерны идеалисты? Политические лидеры, которые добиваются известных результатов, осуществляют крупные реформы, – обратите внимание, как они полны собой, раздуты своими идеалами и достижениями. В собственной оценке они очень важны. Прочтите несколько политических речей, понаблюдайте за кем-нибудь из тех людей, которые называют себя реформаторами, и вы увидите, что в самом этом процессе реформирования они культивируют собственное «я»; их реформы, какими бы обширными они ни были, все еще заключены внутри тюрьмы, а потому являются разрушительными – и в конечном счете приносят человеку новые несчастья и конфликты.

И вот если вы в состоянии видеть сквозь всю целостность этой социальной структуры, сквозь культурный стандарт коллективной воли, который мы называем цивилизацией, – если вы можете понять все это и порвать с ним, пробиться сквозь тюремные стены вашего отдельного общества, индуистского, коммунистического или христианского, тогда вы обнаружите, что к вам приходит особая уверенность, которая не запятнана чувством высокомерия. Это уверенность невинности; она подобна доверчивости ребенка, который настолько полон невинности, что берется за все без исключения. Именно эта невинная уверенность принесет новую цивилизацию; однако она не сможет проявиться, пока вы остаетесь в пределах социального стандарта.

Пожалуйста, послушайте это внимательно. Моя личность не имеет ни малейшего значения; но для вас очень важно понять истину того, о чем я вам говорю. В конце-концов, ведь и это тоже образование, не так ли? Функция образования не в том, чтобы привести вас в соответствие с социальным стандартом; наоборот, она заключается в том, чтобы помочь вам глубоко и полно понять этот социальный стандарт и благодаря этому порвать с ним, так чтобы вы стали индивидом без высокомерия «я», а имели уверенность лишь потому, что действительно невинны.

Разве не является великой трагедией то обстоятельство, что почти все мы озабочены только тем, как бы приспособиться к обществу или реформировать его? Заметили ли вы, что большая часть заданных вами вопросов отражает именно такой подход? В действительности вы говорите: «Как могу я приспособиться к обществу? Что скажут отец и мать, если я не приспособлюсь, что случится со мной? «Такое отношение разрушает любую уверенность, любую инициативу, которой вы обладаете. И вот, выходя из школы или колледжа, вы похожи на автоматы одной серии, способные, пожалуй, к высокой продуктивной работе, но лишенные какого бы то ни было творческого пламени. Вот почему столь важно понять общество, окружающую вас среду, – и в самом этом процессе понимания порвать с ними.

Понимаете, данная проблема охватила весь мир. Человек ищет новый ответ, новый подход к жизни, потому что старые пути распадаются повсюду – и в Европе, и здесь, и в России. Жизнь являет собой постоянный вызов, и пытаться всего лишь установить лучший экономический строй – это не полный ответ на такой вызов, который является всегда новым; и когда культуры, народны, цивилизации оказываются неспособны дать полный ответ на вызов нового, они гибнут.

Если вы не получили правильного образования и воспитания, если вы не обладаете этой необыкновенной уверенностью невинности, тогда вы неизбежно будете поглощены коллективом и затеряетесь в посредственности. Вы будете ставить несколько букв после своей фамилии, заведете семью и детей – это окажется вашим концом.

Понимаете, большинство из нас охвачено страхом. Ваши родители боятся, ваши воспитатели боятся, правительства и религии боятся, – они боятся, что вы станете целостными индивидами, потому что всем им хочется чтобы вы оставались невредимыми внутри темницы, созданной влияниями культуры и окружающей среды. Но только те индивиды, которые пробиваются сквозь социальный стандарт, поняв его, которые поэтому не связаны обусловленностью собственного ума, – только такие люди могут принести новую цивилизацию, – а не те, которые всего лишь приспосабливаются или сопротивляются какому-то одному частному стандарту, потому что сформировались под воздействием другого стандарта. Искание Бога, или истины, невозможно внутри темницы; оно состоит в понимании пробиться сквозь стены этой темницы, – и уже одно такое движение к свободе создает новую культуру, иной мир.

Вопрос: Сэр, почему мы хотим иметь какого-нибудь товарища?

Кришнамурти: Девушка спрашивает, почему нам нужен товарищ. Почему человеку нужен товарищ. Почему человеку нужен товарищ? Можете ли вы жить в этом мире уединенно – без жены, без мужа, без детей, без друзей? Большей частью люди не способны на уединенную жизнь, поэтому они нуждаются в товарищах. Для того, чтобы оставаться одиноким, требуется огромное понимание; вы должны оставаться одиноким, чтобы найти Бога, истину. Приятно иметь товарища, мужа или жену, а также детей; но поймите, что мы теряемся во всем этом – в семье, в работе, в скучной, монотонной рутине разрушающегося существования. Мы привыкаем к нему, и впоследствии одна мысль об уединенной жизни становится чем-то ужасным, пугающим. Большинство из нас вложило всю свою веру в одну вещь, как все яйца – в одну корзину; и наша жизнь не имеет никакого содержания без товарищей, семьи и работы. Но если в жизни человека есть богатство – не деньги или знания, которые может приобрести каждый, – а то богатство, которое представляет собой движение реальности без начала и без конца, – тогда наличие товарищей становится второстепенным делом.

Но, видите ли, вас не обучили оставаться в одиночестве. Случалось ли вам когда-нибудь самой пойти прогуляться? Очень важно гулять в одиночестве, сидеть под деревом – без книги, без товарища, в уединении – и наблюдать, как падают листья, слушать, как плещет вода, как поет рыбак, следить за полетом птицы, следить за собственными мыслями, когда они гонятся друг за другом в пространстве вашего ума. Если вы будете способны оставаться в одиночестве и наблюдать за всем этим, тогда вы откроете необыкновенные богатства, которые не в состоянии обложить налогом ни одно правительство, которые не сумеет испортить никакое человеческое вмешательство, которые никогда не будут доступны разрушению.

Вопрос: Это ваше любимое занятие – читать лекции? Вы не устаете от бесед? Почему вы занимаетесь этим?

Кришнамурти: Я рад, что вы задали этот вопрос. Знаете, если вы что-то любите, вы никогда от этого не устанете. Я имею в виду такую любовь, которая не ищет результата, ничего не добивается от своего дела. Когда вы любите, здесь нет самоосуществления, поэтому жнет и разочарования, – следовательно, нет и конца. Почему я этим занимаюсь? Вы с таким же успехом могли бы спросить, почему цветут розы, почему благоухает жасмин, почему летает птица.

Понимаете, я пробовал не читать лекций, не беседовать, чтобы выяснить, что случится, если я не стану выступать с беседами. И это вполне возможно. Понимаете? Если вы беседуете потому, что извлекаете нечто из своей беседы, – деньги, награду, чувство собственной важности, – тогда здесь имеет место усталость, ваши беседы разрушительны и не обладают глубиной, ибо представляют собой лишь самоосуществление; но если в вашем сердце есть любовь, если оно не заполнено созданиями ума, тогда оно подобно фонтану, источнику, который все время дает свежую воду.

Вопрос: Я люблю одного человека; почему же, когда он на меня сердится, его гнев оказывается таким сильным?

Кришнамурти: Прежде всего, любите ли вы кого-нибудь? Знаете ли вы, что это такое – любить? Это значит отдавать полностью ум, сердце и все свое существо – и ничего не просить взамен, не протягивать чашу для подаяния, чтобы получить любовь. Понимаете? И когда есть любовь такого рода, возможно ли, чтобы имел место гнев? И почему мы сердимся, когда любим кого-то? Я имею в виду так называемую обычную любовь. Это происходит потому, что мы не получаем от любимого нами лица чего-то такого, что ожидали. Не правда ли? Скажем, я люблю жену или мужа, сына или дочь; но в тот момент, когда они делают что-то «не так», я сержусь. Почему же?

Почему отец сердится на сына, на дочь? Потому что он хочет, чтобы ребенок был чем-то или делал что-то в соответствии с некоторым образцом; а ребенок восстает против этого. Родители стремятся нечто осуществить, обессмертить себя при помощи имущества, при помощи детей; и когда поступок их ребенка не вызывает одобрения, родители страшно сердятся. У них есть идеал того, чем должен быт их ребенок, и они добиваются самоосуществления в этом идеале; а когда ребенок не соответствует идеалу, в котором заключено их осуществление, родители охвачены гневом.

Обратите внимание, как вы иногда сердитесь на кого-нибудь из своих друзей! И здесь происходит тот же самый процесс. Вы чего-то от него ожидаете, и когда эти ожидания не осуществляются, вы разочарованы, – в действительности это значит, что во внутренней сфере, психологически, вы зависите от данного человека. Поэтому повсюду, где существует психологическая зависимость, там должно существовать и разочарование; а разочарование неизбежно порождает гнев, горечь, ревность и разные другие формы конфликта. Вот почему очень важно, в особенности, пока вы еще молоды, любить что-нибудь всем своим существом – дерево, животное, своего учителя, кого-то из родителей – потому что тогда вы сами выясните, что это такое – жить без конфликта, без страха.

Но видите ли, обыкновенно воспитатель занят самим собой; он захвачен своими личными тревогами по поводу семьи, заработка, положения. Он не имеет в своем сердце любви, и в этом одна из трудностей образования и воспитания. У вас, в вашем сердце, любовь может быть, потому что для юности естественно любить; но эта любовь скоро разрушается родителями, воспитателем, окружающей средой, обществом. Поддерживать эту невинность, эту любовь, которая представляет собой аромат жизни, необыкновенно трудно; здесь требуется много разума, прозрения.

Вопрос: Каким образом может ум выйти за предел своих ограничений?

Кришнамурти: Для того, чтобы выйти за пределы своих ограничений, ум прежде всего должен видеть их, не так ли? Вам нужно знать пределы, границы, рубежи собственного ума; однако их знают лишь очень немногие из нас. Мы утверждаем не скажем: «Вот здесь барьер, здесь мои внутренние оковы, и я хочу понять их; поэтому я стану их узнавать, увижу, как они проявляются, рассмотрю всю их природу в целом». Если человек знает, в чем заключается болезнь, тогда есть возможность излечения. Но для того, чтобы знать болезнь, знать отдельное ограничение, какую-то связанность или препятствие ума – и понять его, нужно не осуждать его, не называть правильным или ошибочным. Человек должен наблюдать за этим препятствием, не имея какого-то мнения, какого-то предрассудка о нем, – а это необыкновенно трудно, поскольку мы воспитаны в духе осуждения.

Для того, чтобы понять ребенка, в нас не должно быть осуждения; осуждать его не имеет смысла. Вы должны следить за ним, когда он играет, плачет, ест; вам необходимо наблюдать за всеми его настроениями; но вы не сможете этого сделать, если будете говорить, что он некрасив, что он глуп, что он представляет собой то или иное.

Подобным же образом, если человек сумеет наблюдать за препятствиями ума, и не только за поверхностными, но также и за более глубокими препятствиями в области бессознательного, следить за ними без осуждения, – тогда ум сможет выйти за их пределы; и самый этот выход за их пределы; и самый этот выход за их пределы окажется движением к истине.

Вопрос: Почему Бог создал в этом мире так много мужчин и женщин?

Кришнамурти: Почему вы считаете само собой разумеющимся, что нас создал Бог? Ведь существует очень простое объяснение: биологический инстинкт. Инстинкт, желание, страсть, чувственность – все это составляет часть жизни. Если вы говорите: «Бог – это жизнь», тогда другое дело, тогда Бог есть все, включая страсть, чувственность, зависть, страх. Все эти факторы и произвели в мире ошеломляющее количество мужчин и женщин, так что налицо проблеме перенаселенности, которая является одним из проклятий этой страны. Но вы видите, что подобную проблему не так-то легко разрешить. Есть унаследованные человеком различные потребности и побуждения; и без понимания всего этого комплексного процесса просто пытаться регулировать деторождение не имеет особого смысла. Мы превратили этот мир в полный хаос; в этом виновен каждый из нас, ибо мы не знаем, что такое жизнь. Жизнь – совсем не эта безвкусная, посредственная, подчиненная дисциплине вещь, которую мы называем своим существованием. Жизнь есть нечто совершенно иное; она необыкновенно богата, она непрерывно меняется; и пока мы не поймем этого вечного движения, наша собственная жизнь неизбежно будет иметь очень мало смысла.