К. МАРКС

ФРАНЦУЗСКИЙ CREDIT MOBILIER (СТАТЬЯ ВТОРАЯ)

Следует напомнить, что Бонапарт произвел свой coup d'etat [государственный переворот. Ред.] под двумя диаметрально противоположными предлогами: с одной стороны, он объявил своей миссией спасение буржуазии и «экономического порядка» от красной анархии, которая якобы должна была начаться в мае 1852 г., с другой стороны — спасение трудового народа от буржуазного деспотизма, средоточием которого было Национальное собрание. Кроме того, ему необходимо было уплатить свои собственные долги, а также долги респектабельного сброда Общества Dix Decembre[30] и обогатить как себя, так и этот сброд за общий счет буржуазии и рабочих. Миссия этого человека, надо прямо признать, была полна затруднений противоречивого характера, ибо он был принужден выступать одновременно и как грабитель и как патриархальный благодетель всех классов. Он не мог давать одному классу, не отнимая у другого, он не мог удовлетворять свои собственные нужды и нужды своей клики без грабежа обоих классов. В эпоху Фронды[31] самым обязательным человеком во Франции называли герцога Гиза, ибо он все свои имения превратил в обязательства, держателями которых были его сторонники. Так и Бонапарт вознамерился стать самым обязательным человеком Франции посредством превращения всей собственности и всей промышленности Франции в личное обязательство, держателем которого был бы сам Луи Бонапарт. Украсть Францию, чтобы затем купить Францию, — такова была великая проблема, которую этот человек должен был разрешить, и в этой сделке, заключавшейся в том, чтобы отнять у Франции то, что надлежало потом возвратить Франции, немаловажной стороной для него являлись проценты, которые при этом могли получить он сам и Общество десятого декабря. Как можно было примирить эти противоречивые притязания? Как можно было разрешить эту щекотливую экономическую проблему? Как распутать этот сложный узел? Весь разносторонний прошлый опыт Бонапарта указывал на одно великое средство, помогавшее ему выпутываться из самых серьезных экономических затруднений, — кредит. И как раз во Франции весьма кстати оказалась школа Сен-Симона, которая как при своем возникновении, так и во время своего упадка обольщала себя мечтой о том, что все классовые противоречия должны исчезнуть перед лицом всеобщего благоденствия, которое будет достигнуто благодаря некоему вновь изобретенному плану общественного кредита. Ко времени coup d'etat сен-симонизм в этой форме еще не окончательно умер. Был Мишель Шевалье, экономист из «Journal des De-bats»[32] был Прудон, который пытался худшую часть сен-симонистской доктрины прикрыть маской эксцентричной оригинальности, и были, наконец, два португальских еврея, практически связанные с биржевой спекуляцией и Ротшильдом, которые в свое время были поклонниками отца Анфантена и которые на основании своего практического опыта имели смелость разглядеть за социализмом биржевую спекуляцию, за Сен-Симоном — Ло. Эти люди — Эмиль и Исаак Перейра — являются учредителями Credit Mobilier и инициаторами бонапартистского социализма.

Есть старая пословица: «Habent sua fata libelli» [ «Книги имеют свою судьбу». Ред.]. Доктрины, как и книги, тоже имеют свою судьбу. Сен-Симон в роли ангела-хранителя парижской биржи, пророка мошенничества, мессии всеобщего взяточничества и коррупции! Более жестокой иронии история не знает, кроме разве воплощения Сен-Жюста в человеке juste-milieu [золотой середины. Ред.] — в Гизо, и Наполеона — в Луи Бонапарте.

Человеческая мысль не поспевает за ходом событий. В то время как мы, на основании изучения принципов Общества и экономической обстановки, указываем на неизбежность краха, предвещаемого самой конституцией Credit Mobilier, история уже работает над осуществлением наших предсказаний. В конце мая обанкротился на сумму в 10 млн. франков один из директоров Credit Mobilier, г-н Плас, который всего лишь за несколько дней до того был «представлен г-ном де Морни императору» как один из dieux de la finance. Les dieux s'en vont! [финансовых богов. Боги уходят! Ред.]. Почти в тот же самый день газета «Moniteur»[33] опубликовала новый закон о societes en commandite [командитных товариществах. Ред.], который, будто для того, чтобы сдержать спекулятивную горячку, отдает эти товарищества на произвол Credit Mobilier, ставя учреждение их в зависимость от воли правительства или Credit Mobilier. А английская пресса, которая даже не знает, что существует разница между societes en commandite и societes anonymes [анонимными обществами. Ред.], в жертву которым, таким образом, принесены первые, приходит в восторг от этого великого «благоразумного акта» бонапартистской мудрости, воображая, что французские спекулянты в ближайшем будущем приобретут солидность английских Садлеров, Спейдеров и Палмеров. В то же самое время закон о мелиорации, только что изданный знаменитым Corps Legislatif [Законодательным корпусом. Ред.] в прямое нарушение всего прежнего законодательства и Кодекса Наполеона, санкционирует экспроприацию должников по ипотекам в пользу правительства Бонапарта, который посредством этой махинации предполагает завладеть землей, подобно тому как при посредстве Credit Mobilier он завладевает промышленностью, а при посредстве Французского банка — торговлей Франции; и все это с целью спасти собственность от угрозы социализма!

Между тем мы считаем нелишним продолжить наш анализ Credit Mobilier, учреждения, которому, как мы думаем, суждено еще показать такие достижения, в сравнении с которыми вышеописанные представляют лишь скромное начало.

Мы видели, что основное назначение Credit Mobilier состоит в обеспечении капиталами таких промышленных предприятий, которые принадлежат анонимным обществам. Цитируем отчет г-на Исаака Перейры:

«По отношению к ценным бумагам, представляющим промышленный капитал, Credit Mobilier играет роль, аналогичную функциям, выполняемым учетными банками по отношению к ценным бумагам, представляющим торговый капитал. Первая обязанность этого Общества — способствовать развитию национальной промышленности, облегчать учреждение крупных предприятий, которые, будучи предоставлены самим себе, наталкиваются на большие препятствия. Его миссия в значительной мере облегчается том, что оно располагает различными недоступными для частных лиц способами осведомления и обследования, в целях правильной оценки действительного положения или перспектив предприятий, обращающихся к нему за помощью. В периоды процветания наше Общество будет служить путеводителем для капитала, стремящегося найти прибыльное применение; в моменты затруднений его назначение состоит в том, чтобы предоставлять свои богатые ресурсы для поддержания занятости рабочих и смягчения кризисов, вызываемых быстрин сокращением капиталов. Усилия, которые наше Общество будет прилагать к тому, чтобы вкладывать свой капитал во все предприятия только в таких размерах и на такие ограниченные сроки, которые позволят изымать его без риска, дадут ему возможность умножать своя операция, оплодотворять в короткое время большое число предприятий и уменьшать риск своего сотрудничества путем увеличения partial commandites» (вложений в акции).

Ознакомившись с тем, каким образом Исаак развивает идеи Бонапарта, мы считаем важным взглянуть также и на то, каким образом Бонапарт комментирует идеи Исаака; этот комментарий можно найти в представленном Бонапарту министром внутренних дел [Персиньи. Ред.] 21 июня 1854 г. докладе относительно принципов деятельности и управления Credit Mobilier:

«Среди всех кредитных учреждений, существующих в мире, Французский банк справедливо считается таким, которое может похвалиться самой прочной организацией» (такой прочной, что небольшая февральская буря 1848 г. опрокинула бы его в один день, если бы не поддержка, оказанная ему Ледрю-Ролленом и К°; временное правительство не только приостановило обязательства Французского банка оплачивать свои банкноты звонкой монетой и таким образом повернуло вспять толпу держателей банкнот и бон, запрудившую все ведущие к нему улицы, но также дало ему право выпустить банкноты достоинством в 50 фр., в то время как при Луи-Филиппе ему никогда не разрешалось выпускать банкноты достоинством ниже 500 франков; таким образом, правительство не только покрыло своим кредитом неплатежеспособность Банка, но в придачу заложило ему государственные леса за привилегию получать кредит для государства). «Французский банк является одновременно и опорой и путеводителем для нашей торговли, и его материальное и моральное влияние создает для нашего рынка весьма ценную устойчивость». (Эта «устойчивость» такова, что французы переживают регулярный промышленный кризис всякий раз, когда Америка и Англия отделываются лишь небольшим крахом в своей торговле.) «Благодаря осторожности и благоразумию, которые дают направление всем его операциям, это замечательное учреждение выполняет, таким образом, роль регулятора. Но коммерческий гений прежде всего нуждается в поощрении, чтобы произвести на свет все чудеса, которыми он чреват; и именно потому, что спекуляция во Франции строжайше ограничена, не было никакого неудобства, а напротив, было большое преимущество в том, чтобы рядом с Французским банком было создано учреждение, задуманное в плане совсем других идей, которое в сфере промышленности и торговли должно было быть носителем духа инициативы.

К счастью, образец для такого учреждения уже существовал: его родиной была страна, прославленная своей исключительной аккуратностью, благоразумием и солидностью, которыми были отмечены все ее коммерческие операции. Ставя на службу всякой здоровой идеи и всякого полезного предприятия свой капитал, свой кредит и свой моральный авторитет, Всеобщая нидерландская компания. расширила в Голландии сеть каналов, произвела мелиоративные работы и тысячи прочих улучшений, которые во стократ подняли стоимость собственности. Почему бы и Франции таким же образом не извлекать выгоды при помощи учреждения, преимущества которого были доказаны столь блестящим опытом? Вот та мысль, которая привела к созданию Credit Mobilier на основе декрета от 18 ноября 1852 года.

Согласно своему уставу, это Общество может, помимо прочих операций, покупать и продавать ценные бумаги государственных и публично-правовых учреждений или промышленные акции, давать и брать под них ссуды, брать на себя реализацию государственных займов и, короче говоря, выпускать свои долгосрочные обязательства на сумму приобретаемых этим путем ценных бумаг.

Таким образом, Общество имеет в своих руках средства привлекать и в любой момент сосредоточивать при выгодных условиях значительные богатства. От правильного употребления этих капиталов и зависит плодотворная деятельность данного учреждения. В самом деле, Общество может по своему усмотрению производить вложения (commanditer) в промышленность, приобретать долю в различных предприятиях, участвовать в долгосрочных операциях, то есть делать все то, что Французскому банку и Учетному банку запрещено их уставами; словом, Общество свободно в своих действиях и может менять направление своей деятельности в зависимости от потребностей коммерческого кредита. Если среди постоянно возникающих предприятий оно сумеет распознавать такие, которые могут плодотворно функционировать; если своевременным вмешательством при помощи имеющихся в его распоряжении огромных средств оно поможет выполнить работы, которые сами по себе весьма продуктивны, но требуют для своего выполнения необычайно продолжительного времени и которые в противном случае хиреют; если его сотрудничество будет верным показателем полезности идеи или правильности проекта, то общество Credit, Mobilier заслужит и приобретет всеобщее одобрение; свободный капитал будет направляться в своей массе по таким каналам, где покровительство Общества обеспечит ему наиболее верное применение. Таким образом, в силу примера и авторитета, которые сделают привлекательной всякую оказываемую им поддержку, больше даже чем в силу какой-либо материальной помощи, это Общество станет участником в осуществлении всех общественно-полезных идей. Этим путем оно даст мощный толчок развитию промышленности и повсюду будет стимулировать дух изобретательности».

Мы постараемся при первой возможности показать, как все эти высокопарные фразы едва прикрывают простой план вовлечения всей промышленности Франции в водоворот парижской биржи и превращения ее в теннисный мяч для господ из Credit Mobilier и их патрона — Бонапарта.

Написано К. Марксом около 12 июня 1856 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 4737, 24 июня 1856 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского


Примечания:



3

В 1793 г. герцог Йоркский был назначен главнокомандующим английскими войсками в первой антифранцузской коалиции и отправился во Фландрию с приказом английского правительства захватить Дюнкерк. После вялой и безуспешной осады Дюнкерка войска коалиции потерпели поражение от французской революционной армии в битве при Гондсхооте 6–8 сентября 1793 года; английской армии удалось избежать полного разгрома лишь благодаря тому, что герцог Йоркский, не приняв боя, поспешно отступил под натиском французских войск.

После организации второй антифранцузской коалиции в 1799 г. герцог Йоркский был направлен в Голландию (в то время Батавская республика) в качестве главнокомандующего англо-русской союзной армией, английский корпус которой высадился в Хелдере в конце августа этого года. В октябре, в результате бездарного командования герцога, армия коалиции была разбита французами.



30

Общество Dix Decembre (Общество 10 декабря) — тайное бонапартистское общество, созданное в 1849 г., состояло преимущественно из деклассированных элементов, политических авантюристов, представителей военщины и т. д.; члены его способствовали избранию Луи Бонапарта президентом Французской республики 10 декабря 1848 года (отсюда название Общества). Впоследствии члены Общества были активными участниками и организаторами государственного переворота 2 декабря 1851 года. Подробная характеристика Общества 10 декабря дана Марксом в работе «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» (см. настоящее издание, том 8, стр. 167–170).



31

Фронда — дворянско-буржуазное движение во Франции 1648–1653 гг. против абсолютизма. Дворянские вожаки движения, опираясь на свои свиты и на иноземные войска, использовали в своих интересах имевшие место в это время восстания крестьян и демократическое движение в городах.



32

«Journal des Debats» — сокращенное название французской ежедневной буржуазной газеты «Journal des Debats politiques et litteraires» («Газета политических и литературных дебатов»), основанной в Париже в 1789 году. В период Июльской монархии — правительственная газета, орган орлеанистской буржуазии. Во время революции 1848 г. газета выражала взгляды контрреволюционной буржуазии, так называемой партии порядка. После государственного переворота 1851 г. — орган умеренной орлеанистской оппозиции.



33

«Le Moniteur universel» («Всеобщий вестник») — ежедневная французская газета, выходила в Париже с 1789 по 1901 год; с 1799 до 1869 г. — официальный правительственный орган.