Загрузка...



ГЛАВА 42. ВЕЛЬЗЕВУЛ В АМЕРИКЕ 

Два «дионоска» спустя, когда межсистемный корабль «Карнак» возобновил свое падение и убежденные последователи нашего уважаемого муллы Наср-эддина снова сели на свои обычные места, Хусейн еще раз обратился к Вельзевулу со следующими словами:

– Мой дорогой дедушка! Можно мне напомнить тебе, как ты велел мне, о… трехмозговых существах… планеты Земля… об этих… как они называются?.. о существах, которые плодятся и существуют как раз на диаметрально противоположной стороне того места, где процветает современная земная цивилизация?.. О тех трехмозговых существах, которые, как ты говорил, очень большие приверженцы «фокстрота».

– А! Об американцах?

– Да, правильно, о тех американцах, – радостно воскликнул Хусейн.

– Конечно, помню. Я действительно обещал рассказать тебе немного об этих современных тамошних чудаках.

И Вельзевул начал так:

– Я побывал в той части поверхности твоей планеты, называемой теперь «Северной Америкой», как раз перед своим окончательным отбытием из той солнечной системы.

Я отправился туда из своего последнего места существования на той планете, именно из города Парижа на континенте Европа.

С континента Европа я отплыл туда на пароходе по обычаю всех современных так называемых «обладателей долларов» и прибыл в главный город «Северной Америки», город Нью-Йорк, или, как он там иногда называется, «город, переплавляющий нации Земли».

С пристани я прямо отправился в гостиницу, под названием «Мажестик», которую мне рекомендовал один из моих парижских знакомых и которая по той или иной причине, неофициально, называлась еще «еврейской».

Устроившись в этой гостинице «Мажестик», я в тот же день пошел навестить там одного «мистера», который также был рекомендован мне еще одним моим парижским знакомым.

Словом «мистер» на этом континенте называется всякое существо мужского пола, которое не носит того, что называется «юбкой».

Когда я нашел этого мистера, к которому у меня было рекомендательное письмо, он, как и полагается всякому настоящему американскому бизнесмену, был по уши в бесчисленных, как говорят там, «долларовых делах».

Думаю, здесь, в самом начале моих разъяснений об этих американцах, пожалуй, надо заметить, что те трехмозговые существа, особенно современные, которые составляют основное население на этой части поверхности твоей планеты, вообще почти все заняты только этими долларовыми делами.

С другой стороны, ремеслами и «профессиями», необходимыми в процессе бытийного существования, у них занимаются исключительно те существа, которые поехали туда с других континентов на время, с целью, как говорится, «заработать денег».

Даже в этом отношении окружающие условия обычного бытийного существования у твоих современных любимцев, главным образом, у плодящихся на этом континенте, превратились, так сказать, в «траляля-ойляля-ляля», или, по определению нашего уважаемого учителя муллы Наср-эддина, в «мыльный пузырь, который сохраняется только в спокойной среде».

У них там в настоящее время эти окружающие условия обычного совместного существования стали уже такими, что если бы по той или иной причине всякие специалисты-профессионалы, необходимые для их обычного совместного существования, перестали бы приезжать к ним с других континентов «зарабатывать деньги», то вполне можно сказать, что в течение месяца весь установленный порядок их обычного существования совсем развалился бы, поскольку среди них не нашлось бы никого, кто сумел бы хотя бы испечь хлеб.

Главной причиной, постепенно приводящей там у них к таковой ненормальности, является, с одной стороны, установленный ими самими закон в отношении прав родителей над своими детьми, и, с другой стороны, учреждение в школах так называемой «долларовой сберегательной кассы» для детей, вместе с принципом внедрения в детей любви к этим долларам.

Из-за этого и еще разных других своеобразных внешних условий обычного существования, также установленных ими самими, эта-то самая любовь к «долларовому бизнесу» и к самим долларам стала в общем присутствии каждого коренного жителя этого континента, достигающего ответственного возраста, господствующим стремлением во время его ответственного, так называемого «лихорадочного существования».

Вот почему каждый из них всегда занимается «долларовым бизнесом», и, более того, всегда несколькими сразу.

Хотя вышеупомянутый «мистер», к которому у меня было рекомендательное письмо, был также очень занят этими самыми «долларовыми делами», он, тем не менее, принял меня очень сердечно. Когда он прочел рекомендательное письмо, которое я ему вручил, в нем сразу начался странный процесс, который был уже замечен даже некоторыми твоими любимцами, поскольку тоже стал присущ твоим современным любимцам вообще, и который они называют «бессознательным важничаньем».

И этот самый процесс проходил в нем потому, что в привезенном мною письме упоминалась фамилия некоего другого моего знакомого, также «мистера», который, по мнению многих, а также и этого «мистера», считался, «чертовски ловким парнем», как они называют его за его спиной, то есть «специалистом по долларам».

Несмотря на то, что он был полностью охвачен этим свойством, присущим твоим современным любимцам, тем не менее, разговаривая со мной, он постепенно успокоился и, в конце концов сообщил мне, что «готов предоставить себя в полное мое распоряжение». Но вдруг он вспомнил что-то, после чего добавил, что, к своему глубокому сожалению, в силу обстоятельств, над которыми абсолютно не властен, он никак не может уделить мне этот день, а только завтрашний, поскольку чрезвычайно занят важными делами.

И действительно, при всем своем желании, он не смог бы сделать этого, поскольку эти несчастные американцы, которыми всегда управляют их долларовые дела, могут делать, что им хочется, только по воскресеньям, в то время как день, в который я зашел к нему, не был воскресеньем.

Там, на этом континенте, все долларовые и другие дела никогда не зависят от самих существ, как раз наоборот: твои любимцы там всегда сами полностью зависят от этих своих «дел».

Короче говоря, поскольку день не был воскресеньем, этот истинный американский мистер не смог поступить так, как ему хотелось, а именно, не мог пойти со мной и представить меня нужным мне людям, и потому нам пришлось договориться встретиться на следующее утро в определенном месте на знаменитой там улице, называемой «Бродвей».

Эта улица Бродвей является не только первейшей и главной улицей этого Нью-Йорка, но, как там утверждают, самой длинной улицей любого большого города современного города твоей планеты.

Итак, на следующий день я отправился туда.

Поскольку «автомобиль такси», в котором я поехал в это место, оказался не с завода мистера Форда, то я прибыл слишком рано, и, следовательно, того «мистера» там еще не было.

Ожидая его, я стал прогуливаться, но поскольку все нью-йоркские так называемые «маклеры» совершают «моцион» перед своим знаменитым «быстрым ленчем» как раз в этой части улицы Бродвей, то толкучка на этом переполненном народом месте стала такой большой, что, чтобы избежать ее, я решил пойти и сесть где-нибудь в таком месте, откуда мог бы увидеть прибытие мистера, которого ждал.

Подходящим местом там, по-видимому, был типичный ресторан по соседству, из окон которого можно было видеть всех прохожих.

Я должен, между прочим, сказать, что там на всей твоей планете нет столько ресторанов в местах существования никакой другой группы твоих любимцев, как в этом Нью-Йорке.

Особенно много их в главной части, а владельцами этих ресторанов там являются, главным образом, «армяне», «греки» и «русские евреи».

Теперь, мой мальчик, для того чтобы ты мог немного отдохнуть от активного мышления, я хочу на время ограничиться исключительно формой мышления нашего дорого учителя муллы Наср-эддина и поговорить об одном, в высшей степени оригинальном, обычае, который очень распространен в последние годы в этих современных нью-йоркских ресторанах.

Поскольку производство, ввоз и потребление так называемых «алкогольных напитков» недавно было строго запрещено обычным существам там власть имущими существами этой группы, а также были даны соответствующие распоряжения тем существам, на которых власть имущие возлагают свои надежды на собственное благополучие, то предполагается, что простому существу там сейчас почти невозможно получить такие напитки. В то же самое время в этих нью-йоркских ресторанах можно получить в любом количестве, в каком пожелаешь, различные алкогольные напитки под названиями «араке», «дусико», «шотландское виски», «Бенедиктин», «водка», «Гранд Марнье» и многие другие со всевозможными этикетками и изготовленные исключительно только на так называемых «старых барках», лежащих в море у берегов этого континента.

Самый «цимес» указанной практики состоит в том, что если вы вытянете безымянный палец и, прикрывая половину рта правой ладонью, произнесете название любого желаемого вами напитка, то сразу, без лишних слов, этот напиток подается на стол – правда, в бутылке для лимонада или знаменитого «французского виши».

Теперь постарайся изо всех сил напрячь свою волю и осуществить в своем присутствии общую мобилизацию своих «органов восприятия» так, чтобы, совершенно ничего не упустив, воспринять и пресуществить в себе все, относящееся к тому, как же эти перечисленные алкогольные напитки приготовляются на старых баржах в море у берегов этого континента.

Я весьма сожалею, что упустил возможность как следует познакомиться со всеми потребностями этой современной земной «науки».

Все, что мне удалось узнать, это то, во все рецепты этих приготовлений входят следующие кислоты: «серная», «азотная» и «соляная», а самым важным является «заклинание» знаменитого современного немецкого профессора Кишменхофа.

Эта последняя составная часть, а именно заклинание профессора Кишменхофа для алкогольных напитков, восхитительно интригующа, и стряпается она, говорят, следующим образом.

Прежде всего, нужно приготовить, по любому старому рецепту, уже знакомому специалистам этого дела, тысячу бутылок напитка; нужно приготовить ровно тысячу, потому что если будет хоть одной бутылкой больше или меньше, то заклинание не подействует.

Эту тысячу бутылок нужно поставить на пол, а между ними тихо поставить одну бутылку любого существующего там настоящего алкогольного напитка и держать ее там в течение десяти минут; по истечении этого времени, потирая правое ухо левой рукой, очень медленно и с некоторыми паузами следует проговорить это указанное спиртное заклинание.

После этого не только содержимое всей тысячи бутылок мгновенно превращается именно в этот самый алкогольный напиток, который содержится в указанной единственной бутылке, но и все бутылки этой тысячи приобретают даже такие этикетки, что и та единственная бутылка настоящего алкогольного напитка.

Среди фокусов этого беспримерного немецкого профессора Кишменхофа есть, как я узнал, несколько действительно чрезвычайно поразительных.

Этот знаменитый немецкий профессор, специалист в данной области, начал, как говориться, «изобретать» эти свои замечательные фокусы совсем недавно, то есть в первые годы после большого последнего общеевропейского процесса взаимного уничтожения там.

Когда в его отечестве, Германии, наступил продовольственный кризис, он, из сочувствия к затруднительному положению своих соотечественников, изобрел свой первый фокус, который состоял в приготовлении очень дешевого и экономичного «куриного бульона».

Этот его первый фокус называется немецким куриным бульоном, и его приготовление также чрезвычайно интересно, а именно:

В очень вместительную кастрюлю, поставленную на очаг, наливается обычная вода, и в нее бросают очень тонко нарезанные листья петрушки.

Затем нужно широко открыть обе двери кухни, или, если имеется только одна дверь, то нужно широко открыть и окно и, очень громко произнося заклинание, через кухню на полной скорости прогнать курицу.

После этого в кастрюле готов чрезвычайно вкусный «куриный бульон».

Я слышал потом, что в годы этого большого процесса взаимного уничтожения существа Германии применяли этот фокус в колоссальном масштабе, так как этот метод приготовления куриного бульона на практике оказался, так сказать, хорошим или, по крайней мере, чрезвычайно экономным.

Причина та, что одна курица могла выполнять обязанность довольно долго, поскольку ее можно было гонять и гонять до тех пор, пока по той или иной причине курица сама, как там говорят, не «забастует» и не откажется дальше дышать.

А в случае, если курица устояла перед заразой лицемерия, несмотря на то, что она существовала среди твоих любимцем, и действительно лишилась желания дальше дышать, то для такого непредвиденного случая, как я потом узнал, у существ той группы, называемой Германией, был установлен общий обычай.

А именно, когда курица бастовала, ее владельцы очень торжественно зажаривали ее в печи и для такого торжественного случая непременно приглашали к обеду всех своих родственников.

Интересно также отметить, что другой их, также знаменитый, профессор, по фамилии Штейнер, во время своих так называемых «научных исследований сверхъестественных явлений», математически установил, что в случае, когда эти куры подаются во время таких «званых обедов», их владельцы всегда должны декламировать одну и ту же вещь.

А именно, каждая хозяйка, закатив глаза к небу и указывая на курицу, с большим чувством говорила, что это – «знаменитый памирский фазан» и что он был специально прислан им из Памира их дорогим племянником, который находится там в качестве консула их великого «Фатерланда».

На этой планете вообще существуют фокусы для всех возможных целей.

Эти фокусы стали множиться особенно сильно после того, как многие существа этой своеобразной планеты стали специалистами в сверхъестественных явлениях и стали именоваться «оккультистами», «спиритуалистами», «теософами», «фиолетовыми магами», «хиромантами» и т. д.

Кроме того, что они умеют вызывать «сверхъестественные явления», эти «специалисты» умеют также очень хорошо делать так, чтобы непрозрачное казалось прозрачным.

Это самое американское запрещение потребления алкоголя может служить там опять-таки примером, прекрасно освещающим то, до какой степени, у этих современных ответственных власть имущих существ атрофировались возможности кристаллизации данных для бытийного мышления в том отношении, что такая нелепость там фактически повторяется.

Там, на этом континенте, из-за этого запрещения, теперь все без исключения потребляют этот самый алкоголь – даже те, которые при других обстоятельствах, возможно, никогда не потребляли бы его.

Там, на континенте Америка, с потреблением алкоголя происходит то же самое, что происходило с жеванием семени мака существами стран Маралплейси.

Различие только в том, что в стране Маралплейси существа пристрастились тогда к употреблению по крайней мере настоящих семян мака, в то время как в Америке существа теперь употребляют любую жидкость, которая им попадается, лишь она носила название какого-либо алкогольного напитка, существующего где-нибудь на их планете.

А другое различие в том, что в отношении сокращения потребления ими запрещенного продукта от глаз правительства современные существа, плодящиеся теперь на континенте Америка, отнюдь не так наивны, какими были существа эпохи Маралплейси.

Как далеко пошли в этом отношении твои современные любимцы, ты сможешь очень хорошо понять из следующих примеров.

В настоящее время там, в том месте, каждый молодой человек, у которого едва обсохло на губах «материнское молоко», обязательно носит с собой то, что по внешнему виду кажется совсем обыкновенным безобидным портсигаром или сигаретной коробкой; и, сидя в ресторане или в одном из знаменитых дансингов, он небрежно вынимает из своего кармана этот портсигар или сигаретную коробку, и все вокруг воображают, конечно, что он собирается закурить.

Ничуть не бывало! Он делает этим своим портсигаром или сигаретной коробкой просто небольшое вращательное движение, и вот, гоп-ля, в его левой руке появился миниатюрный стаканчик, после чего правой рукой он преспоко-о-о-йно наливает себе из этого портсигара или сигаретной коробки в этот свой миниатюрный стаканчик какой-нибудь напиток – возможно, шотландское виски, однако состряпанное, как я уже тебе говорил, на какой-нибудь барже у американского побережья.

Во время своих наблюдений там в то время я однажды был свидетелем еще одной сцены.

В одном из упомянутых ресторанов недалеко от моего столика сидели две молодых американки.

Служитель ресторана, или, как они говорят, «официант», подал им бутылку какой-то минеральной воды и пару стаканов.

Одна из женщин провернула особенным образом ручку своего модного зонтика, после чего какая-то жидкость, очевидно, также шотландское виски, или что-то в этом роде, стала подобным образом преспоко-о-о-йно течь из ручки в их стаканы.

Короче говоря, мой мальчик, на этом континенте Америка повторяется то же самое, что произошло совсем недавно в большом сообществе, называемом Россия. Там власть имущие ответственные существа также запретили употребление знаменитой «русской водки», в результате чего существа очень скоро приспособились употреблять вместо этой «водки» не менее известную «ханжу», от последствий которой тысячи этих несчастных существ все еще умирают там ежедневно.

Но в данном случае мы, конечно, должны отдать должное современным американским существам. По своему искусству скрывать от властей употребление ими этого знаменитого алкоголя они бесконечно более «цивилизованны», чем существа сообщества Россия.

Так вот, мой мальчик, для того чтобы избежать уличной сутолоки, я вошел в типичный нью-йоркский ресторан и, сев там за один из столиков, стал смотреть из окна на толпу.

Поскольку там, на этой твоей планете, принято, чтобы люди, сидящие в ресторане или любом подобном месте, должны всегда обязательно платить так называемые «деньги» за что-нибудь в пользу владельца заведения, я сделал тоже и заказал себе стакан их знаменитого «оранжада».

Этот знаменитый американский напиток состоит из сока, выжатого из апельсинов или их знаменитых так называемых «грейпфрутов», и существа этого континента пьют его всегда и везде в неимоверных количествах.

Надо признать, что этот их знаменитый оранжад действительно иногда освежает их в жаркую погоду, но, с другой стороны, своим действием на так называемые «слизистые оболочки» желудка и кишок этот их напиток является там еще одним из многих факторов, которые, взятые вместе, постепенно вызывают – хотя и медленно, но совершенно неотвратимо – разрушение этой «ненужной» и «пренебрегаемой» функции, называемой «пищеварительной функцией желудка».

Итак, сидя в упомянутом ресторане с этим знаменитым оранжадом и наблюдая за проходящими в надежде увидеть среди них мистера, которого ждал, я начал посматривать и на окружавшие меня в ресторане предметы.

На столе, за которым я сидел, среди прочих вещей я увидел и так называемое «меню» ресторана.

«Меню» там, на твоей планете, обозначает лист бумаги, на котором написаны названия всех разновидностей блюд и напитков, имеющихся в данном ресторане.

Читая содержание этой бумаги, я обнаружил, между прочим, что в этот день там можно было заказать не менее семидесяти восьми различных блюд.

Это поразило меня, и я заинтересовался, какую же плитку должны иметь у себя на кухне эти американцы, чтобы быть в состоянии приготовлять на ней за один только день семьдесят восемь блюд.

Должен добавить, что я бывал там на всех континентах и бывал в гостях у очень многих существ различных каст.

И я видел приготовление пищи бесчисленное число раз и в своем собственном доме тоже. Так что я уже более или менее знал, что для приготовления одного блюда требуются по меньшей мере две или три кастрюли; и я подсчитал, что, поскольку эти американцы готовят семьдесят восемь блюд на одной кухне, то им конечно необходимо около трехсот кастрюль и сковородок.

И мне пришло в голову самому посмотреть, как это можно поместить на одной плите триста кастрюль, поэтому я решил предложить так называемые там «хорошие чаевые» официанту, подавшему мне оранжад, чтобы мне дали посмотреть кухню ресторана своими собственными глазами.

Официант как-то устроил это, и я прошел на кухню.

Когда я оказался там, и что ты думаешь?.. Какую картину я увидел?.. Печь с сотней кастрюль и сковородок?

Ничего подобного!..

Я увидел там лишь маленькую так называемую «газовую плитку» – такую, какая бывает в комнатах у так называемых «старых холостяков» и «мужененавистниц», то есть «никчемных старых дев».

Рядом с этой «плитой-крохотулей» сидел чрезвычайно толстый повар «шотландского происхождения» и читал газету, которая неотделима от американца; он читал, кажется, газету «Таймс».

Я в изумлении поглядел вокруг и также на шею этого повара.

Пока я так изумленно осматривался, из ресторана в кухню вошел официант и на своеобразном английском сказал некое весьма сложное блюдо этому толстошеему повару.

Надо сказать, что по акценту этого официанта, заказавшего это блюдо с затейливым названием, я тогда заметил также, что он совсем недавно прибыл туда с континента Европа, очевидно, с мечтою набить карманы американскими долларами – той самой мечтой об этих американских долларах, которая действительно есть у каждого европейца, никогда не бывавшего в Америке, и которая теперь в Европе никому не дает спокойно спать.

Когда этот претендент на «американское мультимиллионерство» заказал упомянутое изысканное блюдо толстошеему повару, последний, не спеша, тяжело поднялся со своего места и прежде всего снял со стены малюсенькую, так называемую там «холостяцкую сковородку».

Затем, зажегши свою «карликовую плитку», он поставил на нее сковородку, и, двигаясь все так же тяжеловесно, подошел к одному из многочисленных шкафов, вынул из него банку каких-то консервов, открыл ее и выложил содержимое на упомянутую сковородку.

Затем, таким же образом он подошел к другому шкафу и опять вынул банку каких-то консервов, но на этот раз положил на сковородку только небольшую часть содержимого и, размешав полученную смесь, аккуратно все это выложил на поставленную им на стол тарелку и опять сел на свое прежнее место, возобновив прерванное чтение газеты.

Официант, заказавший это «изысканное блюдо», вскоре вернулся в кухню, неся очень большой так называемый «медный» поднос, на котором было огромное количество пустотелого металла, того, что называется медными ножами и вилками, и, поставив блюдо с этой странной пищей на упомянутый поднос, понес все это в ресторан.

Когда я вернулся и снова сел за свой столик, я увидел, что за другим столиком неподалеку сидит мистер и причмокивает губами, поедая блюдо, приготовление которого мне случилось увидеть.

Выглянув опять из окна на улицу, и наконец заметил в толпе ожидаемого мной мистера, поэтому, тотчас заплатив по счету, вышел из ресторана.

А теперь, мой мальчик, придерживаясь формы мышления нашего дорогого учителя, пожалуй стоит рассказать тебе также немного о «речи» этих американских существ.

Тебе следует знать, что до прибытия на тот континент я уже мог говорить на языке существ того континента, а именно на так называемом «английском языке».

Однако, с самого первого же дня своего прибытия в главный город этой Северной Америки, я уже испытал большое неудобство во время своего «словесного общения», потому что, как оказалось, хотя эти существа пользуются этим английским языком для своего словесного общения друг с другом, этот их английский язык довольно специфичен и поистине весьма своеобразен.

Итак, ощутив это неудобство, я решил выучить и этот их своеобразный «разговорный английский».

На третий день своего прибытия туда, по дороге к своему новому знакомому мистеру, к которому я шел специально, чтобы попросить его рекомендовать мне учителя этого «английского языка», я неожиданно увидел отраженную на небе прожекторами «американскую рекламу» со словами:

ШКОЛА ЯЗЫКОВ ПО СИСТЕМЕ М-РА ЧАТЕРЛИЦА,

Северная 293-я улица, 13

Языки и время обучения были указаны и, в частности, об «американском английском языке» говорилось, между прочим, что он может быть освоен в пределах от пяти минут до двадцати четырех часов.

Сначала я ничего не мог понять, но все же решил пойти на следующее утро по указанному адресу.

Когда на следующий день я нашел этого министра Чатерлица, он принял меня лично, и, когда услышал о том, что я хочу изучить «американский английский язык» по его системе, он прежде всего объяснил мне, что по его системе этот разговорный язык может быть изучен в трех формах, каждая из которых соответствует специальным требованиям.

«Первая форма, – сказал он, – это разговорный язык для человека, который вынужден у нас зарабатывать наши американские доллары.

Вторая форма требуется человеку, который, хотя и не нуждается в наших долларах, тем не менее любит заниматься долларовым бизнесом, и, кроме того, для того чтобы в его светских отношениях с нашими американцами все думали бы, что он не «кто-нибудь», а настоящий «джентльмен» с английским воспитанием.

Что касается третьей формы английского языка, то эта форма необходима всякому, кто хочет уметь достать везде и всюду и в любой час – шотландское виски».

Поскольку время изучения второй формы английского языка по этой системе подходило мне больше всего, я решил заплатить ему сразу взимаемые им доллары, для того чтобы узнать секрет его системы.

Когда я заплатил ему полагающиеся доллары и он внешне совершенно небрежно, однако в действительности не без той жадности, которая также уже стала свойственной всем существам твоей планеты, – положил мои доллары во внутренний карман, он объяснил мне, что для того чтобы изучить эту вторую форму, нужно запомнить только пять слов, а именно:

1) maybe (может быть),

2) perhaps (возможно),

3) tomorrow (завтра),

4) oh, I see (о, понятно),

5) all right (прекрасно).

Он добавил, что если мне случится разговаривать с одним или несколькими их мистерами, мне следует только время от времени произносить любое из этих пяти слов.

«Этого будет вполне достаточно, – добавил он, – чтобы убедить всякого в том, что, во-первых, вы очень хорошо знаете английский, и, во-вторых, что вы не новичок в долларовом бизнесе».

Хотя система этого высокочтимого Чатерлица была очень оригинальной и достойной похвалы, все же мне так и не представилось случая применить ее на практике.

А случай не представился потому, что на другой день я случайно встретил на улице старого знакомого, так называемого «редактора» с континента Европа, который в разговоре сообщил мне доверительно еще более идеальный секрет американского языка.

«Знаете что, мой дорогой доктор, поскольку вы являетесь подписчиком нашей газеты там, я не могу не открыть вам одного секрета здешнего языка».

И далее он сказал:

«Зная несколько наших европейских языков, вы можете, применяя этот мой секрет, овладеть здешним языком в совершенстве и действительно разговаривать обо всем, о чем пожелаете, а не просто заставлять других думать, что вы знаете английский язык, – для каковой цели, я не отрицаю, система Чатерлица действительно превосходна».

Далее он объяснил, что если, произнося какое-нибудь слово, взятое из любого европейского языка, вы воображаете, что у вас во рту горячая картофелина, то в результате обычно получается какое-нибудь слово английского языка.

Если же вы представите себе, что эта самая горячая картофелина еще и посыпана молотым «красным перцем», то у вас уже будет произношение местного американского английского языка в совершенстве.

Он посоветовал мне, кроме того, не стесняться в выборе слов из европейских языков, поскольку английский язык состоит вообще из случайного смешения почти всех европейских языков и поскольку этот язык содержит несколько слов для выражения каждого простого понятия, в результате «вы почти всегда попадаете на нужное слово».

«Ну, а в случае, если вы невзначай употребите слово, совершенно отсутствующее в этом языке, беда не велика, в худшем случае ваш слушатель только подумает, что он сам его не знает.

Все, что вам следует делать, это помнить упомянутую горячую картофелину и… больше «не морочьте себе голову» этим.

Я ручаюсь за этот секрет и могу без риска сказать, что, если при точном следовании моему совету ваш «язык» здесь не окажется идеальным, вы можете отказаться от вашей подписки».

Несколько дней спустя мне нужно было поехать в город Чикаго.

Это второй по величине город на том континенте и, так сказать, второй главный город «Северной Америки».

Провожая меня в Чикаго, тот мистер, мой нью-йоркский знакомый, дал мне рекомендательное письмо к одному тамошнему мистеру.

Как только я прибыл в этот город Чикаго, я прямо направился к этому упомянутому мистеру.

Этот чикагский мистер оказался весьма любезным и очень обходительным.

Его звали «мистер Беллибаттон».

Этот любезный и обходительный мистер Беллибаттон предложил мне вечером в тот же день пойти с ним в дом каких-то его друзей, чтобы, как он выразился, я «не скучал» в чужом городе.

Я, конечно, согласился.

Прибыв, мы нашли там довольно большое число молодых американских существ, гостей, как и мы.

Все гости были чрезвычайно веселы и весьма «навеселе».

Они по очереди рассказывали «смешные истории», и смех от этих рассказов висел в комнате как дым в такой день, когда над трубами американских фабрик, где изготовляют американские сосиски, называемые «горячими собаками», дует южный ветер.

Поскольку я тоже нахожу смешные истории забавными, то этот мой первый вечер в Чикаго прошел действительно очень весело.

Все это было бы вполне разумно и очень приятно, если бы не одна «особенность» рассказанных в тот первый вечер историй, которая очень удивила и озадачила меня.

А именно, я был удивлен их, что называется «двусмысленностью» и «непристойностью».

Двусмысленность и непристойность этих рассказов были таковы, что любой из этих американских рассказчиков мог бы дать дюжину очков вперед «Боккачио», известному там, на планете Земля.

Боккачио – это фамилия одного автора, написавшего для существ Земли очень поучительную книгу под названием «Декамерон»; ее очень широко читают там в настоящее время, и она является любимой книгой современных существ, плодящихся там на всех континентах и принадлежащих там почти ко всем сообществам.

На другой день, также вечером, этот любезный мистер Беллибаттон опять повел меня к еще одним своим друзьям.

Здесь также было много молодых американских существ, как мужчин, так и женщин, сидевших в разных углах очень большой комнаты и спокойно и очень безмятежно разговаривавших.

Когда мы сели, вскоре подошла хорошенькая молоденькая американка, села рядом со мной и начала со мной болтать.

Я поддержал разговор, как там принято, и мы болтали обо всем на свете, при этом она, между прочим, задавала мне много вопросов о городе Париже.

В середине разговора эта американская, как они говорят, «молодая леди» вдруг без всякой видимой причины начала поглаживать мою шею.

Я сразу подумал: «Как это мило с ее стороны! Она, конечно, должно быть, заметила «блоху» у меня на шее и теперь гладит это место, чтобы унять раздражение».

Но когда я вскоре заметил, что все присутствовавшие американские молодые существа также поглаживают друг друга, я был очень удивлен и не мог понять, в чем же дело.

Мое первое предположение относительно «блох» уже не годилось, поскольку нельзя было предполагать, что у всех на шее блохи.

Я стал раздумывать, в чем же дело, однако сколько ни старался, не мог найти никакого объяснения.

Только потом, когда мы уже вышли из дома и были на улице, я попросил у мистера Беллибаттона объяснения всему этому. Он тотчас же разразился неудержимым смехом и назвал меня «простаком» и «деревенщиной». Затем, немного успокоившись, он сказал:

«Какой вы чудак; ведь мы сейчас были на «вечеринке для парочек с обниманием и поцелуями». – И все еще смеясь над моей наивностью, он объяснил, что перед этим мы были тоже на вечеринке, но на «вечеринке анекдотов». А завтра, – продолжал он, – я собираюсь повести вас на «купальную вечеринку», где молодые люди купаются вместе, конечно, все одетые в специальные костюмы».

Увидев, что на моем лице по-прежнему остается выражение удивления и недоумения, он сказал:

«Но если вам почему-либо не нравятся такие «пресные развлечения», мы можем пойти на другие, не каждому доступные. Здесь существует много таких «компаний», и я состою членом нескольких из них.

На этих вечеринках, которые открыты не для всех, мы можем, если хотите, иметь кое-что более «существенное"».

Но я не воспользовался этой любезностью этого услужливого и чрезвычайно «милого» мистера Беллибаттона, так как на следующее утро я получил телеграмму, которая заставила меня вернуться в Нью-Йорк.

В этом месте своих рассказов Вельзевул вдруг задумался и после довольно продолжительного молчания, глубоко вздохнув, продолжал рассказывать:

– На следующий день я не поехал утренним поездом, как решил, получив телеграмму, а отложил свой отъезд до вечернего поезда.

Поскольку причина задержки моего отъезда может хорошо проиллюстрировать тебе зло, являющееся результатом одного изобретения этих американских существ, которое очень широко распространено по всей твоей планете и является одной из главных причин продолжающегося, так сказать, «вырождения психеи» всех остальных трехмозговых существ твоей несчастной планеты, я расскажу тебе о нем несколько подробнее.

Именно это вредное изобретение существ этого континента, которое я сейчас собираюсь объяснить тебе, было не только причиной ускорения темпа еще большего «вырождения» психеи всех трехмозговых существ, плодящихся на этой твоей несчастной планете, но оно было и еще остается также причиной того, что у современных существ всех остальных континентов уже полностью разрушилась как раз та бытийная функция, которую надлежит иметь всем трехмозговым существам и которая была той единственной функцией, которая еще до последнего столетия самостоятельно возникала в их присутствии, а именно, та бытийная функция, которая везде называется «здоровым инстинктом веры в реальность».

Вместо этой функции, весьма необходимой всякому трехмозговому существу, постепенно выкристаллизовалась другая особая вполне определенная функция, действие которой вызывает у ее носителя постоянное сомнение во всем.

Это свое вредоносное изобретение называемое «рекламой».

Для того чтобы было понятнее последующее, я должен сначала рассказать тебе, что за несколько лет до этой своей поездки в Америку, однажды, во время путешествия по континенту Европа, я купил несколько книг, чтобы читать в поезде и скоротать предстоящую длинную и утомительную дорогу в поезде. В одной из этих книг, написанной очень известным там писателем, я прочел статью об этой Америке, в которой много говорилось о так называемых «бойнях», существующих в этом самом городе Чикаго.

Бойней там называется специальное место, где трехмозговые земные существа производят уничтожение существования тех существ различных других форм, чьи планетарные тела они имеют привычку употреблять в качестве своей первой бытийной пищи, опять-таки из-за тех ненормально установившихся условий обычного бытийного существования.

Более того, совершая это свое проявление в этих специальных заведениях, они даже говорят и воображают, что делают это по необходимости и, так сказать, совершенно, как они говорят, «гуманным образом».

Этот упомянутый земной современный очень знаменитый писатель, автор этой книги, с восхищением описывал, как «очевидец», по его мнению, великолепную, превосходно организованную бойню этого самого города Чикаго.

Он описывал совершенство ее всевозможных машин и ее необыкновенную чистоту. Не только, писал он, гуманность по отношению к существам других форм достигает на этой бойне степени «божественности», но даже машины настолько совершенны, что получается чуть ли не так, что живого быка вгоняют в дверь с одной стороны, а спустя какие-нибудь десять минут из двери на другом конце вы можете получить, если желаете, горячие сосиски, готовые к употреблению. Наконец, он особенно подчеркивал, что все это делается исключительно одними «современными» машинами, без прикосновения человеческой руки, вследствие чего, как он говорил, все там настолько чисто и аккуратно, что чище и аккуратнее и представить себе невозможно.

Через несколько лет после прочтения этой книги, мне случилось опять прочесть почти то же самое об этой чикагской бойне в одном, также серьезном русском журнале, в котором эта бойня восхвалялась таким же образом.

И потом я слышал об этой чикагской бойне от сотни различных существ, многие из которых были якобы свидетелями описываемых ими чудес.

Короче говоря, еще до своего прибытия в город Чикаго я уже был полностью убежден, что там существует небывалое на Земле «чудо».

Здесь надо упомянуть, что меня всегда очень интересовали такие их заведения, а именно те места, где твои любимцы уничтожают существование различных форм земных существ, и, более того, с того времени, когда я начал организовывать свою обсерваторию на планете Марс и должен был иметь дело с различными необходимыми для нее машинами, я всегда и везде стал очень интересоваться также всякими другими машинами.

Таким образом, когда мне случилось быть в этом самом городе Чикаго, я подумал, что было бы непростительно с моей стороны не воспользоваться случаем посмотреть эту знаменитую «чикагскую бойню». И вот, утром в день своего отъезда оттуда я решил пойти в сопровождении одного из моих новых чикагских знакомых осмотреть это редкостное сооружение твоих любимцев.

По прибытии туда, мы взяли в качестве гида, по совету одного из помощников главного директора, служащего одного из отделений тамошнего банка, связанного с этой бойней и, вместе с ним отправились осматривать бойню.

Сопровождаемые им, мы сначала прошли через места, куда пригоняются эти несчастные четвероногие существа и где они остаются до убоя.

Это место нисколько не отличалось от подобных мест всех заведений такого рода на твоей планете за тем исключением, что здесь это место было гораздо большего масштаба. С другой стороны, оно было гораздо грязнее любой из боен, виденных мной ранее в других странах.

Потом мы прошли еще через несколько так называемых «пристроек». Одна из них была «холодильным складом» для готового мяса, в другой они уничтожали существование четвероногих существ просто с помощью молотов, а также сдирали их шкуру опять-таки так же, как это обычно делается на других бойнях.

Между прочим, проходя по этой последней пристройке, мне помнится, я подумал: это место, по всей вероятности, отведено для убоя скота, предназначенного специально для евреев, которые, как я уже знал, уничтожают четвероногих существ, согласно закону их религии, особым образом.

Переход по упомянутым пристройкам занял довольно много времени, и я все время ждал момента, когда мы наконец прибудем в отделение, о котором так много слышал и которое решил обязательно посмотреть.

Но когда я выразил нашему гиду свое желание поспешить в это отделение, то узнал, что мы уже видели все на этой знаменитой чикагской бойне и что никаких других отделений не существует. Я не видел, мой дорогой мальчик, нигде там ни одной машины, если не считать вагонеток на рельсах, которые есть на всех бойнях для перевозки тяжелых туш; а что касается грязи, то на этой чикагской бойне ее можно было увидеть сколько угодно.

По чистоте и общей организации бойня города Тифлиса, которую я видел за два года до этого, могла бы дать много очков вперед этой бойне города Чикаго.

На тифлисской бойне, например, ты нигде бы не нашел на полу ни одной капли крови, в то время как на чикагской бойне повсюду, на каждом шагу, были целые лужи ее.

Очевидно, какая-то компания американских дельцов, постоянно прибегающая к «рекламе» каждого бизнеса вообще, должна была рекламировать также чикагскую бойню, для того чтобы распространить о ней по всей планете ложное представление, не имеющее никакого отношения к действительности.

Как там вообще принято, они, конечно, не пожалели долларов и в этом случае, а поскольку у современных земных так называемых «журналистов» и «репортеров» полностью атрофировалась священная бытийная функция «совести», то в результате у всех твоих любимцев, плодящихся там на всех континентах, выкристаллизовалась именно это определенное, чудовищно преувеличенное представление о бойне города Чикаго.

И можно действительно сказать, что они сделали это истинно по-американски.

На континенте Америка трехмозговые существа стали такими мастерами в этом своем рекламировании, что к ним можно вполне применить поговорку нашего дорого муллы Наср-эддина, которая гласит, что «тот человек станет другом козлоногих, который досовершенствует себя до такого разума и такого бытия, что может сделать из мухи слона».

Действительно, они стали настолько искусными в этом «делании из мухи слона» и они делают это так часто, что уже в нынешнее время при виде настоящего американского слона человеку приходится «всем своим существом помнить себя», чтобы не получить впечатления, что это только муха.

Из Чикаго я снова вернулся в Нью-Йорк, и, поскольку все мои планы, для осуществления которых я прибыл на этот континент, тогда неожиданно быстро и довольно успешно осуществились, и видя, что окружающие обстоятельства и условия обычного существования трехмозговых существ того города оказались соответствующими тому, что было нужно для моего периодического полного отдыха, который уже стал обычным для меня во время моего последнего личного пребывания на поверхности твоей планеты, я решил еще остаться там и существовать так с существами просто в соответствии с неизбежно текущими во мне бытийными ассоциациями.

Существуя упомянутым образом в этом центральном пункте существ этой большой современной группы и общаясь по разным поводам с различными типами среди них, я тогда же, без всякого предварительного намерения, а благодаря лишь приобретенной мной привычке собирать, так сказать, «походя» материал для этой своей статистике, которую, как уже говорил тебе, я собирал в течение всего своего последнего личного пребывания среди твоих любимцев, главным образом, с целью сравнения того, в какой степени распространены все болезни и все странные так называемые «бытийные субъективные пороки», имеющиеся у существ различных групп, я констатировал факт, который очень меня заинтересовал, а именно, что в общих присутствиях почти половины встреченных мной там трехмозговых существ происходящее функционирование трансформации первой бытийной пищи дисгармонизировано, то есть, как они сами сказали бы, их пищеварительные органы испорчены, и что почти четверть из них имеют, или кандидаты на то, чтобы иметь, ту свойственную существам болезнь, которую они называют «импотенцией», вследствие каковой болезни большое число современных существ твоей планеты навсегда лишены возможности продолжать свой род.

Когда я случайно установил это, у меня возник большой интерес к существам именно этой новой группы, и я поэтому изменил ранее намеченный образ существования у них и уделил половину времени своего личного отдыха специальному наблюдению и исследованию причин этого факта – такого странного для меня и такого плачевного для них. Преследуя эту цель, я даже воспользовался случаем, чтобы посетить разные другие провинциальные пункты существ этой новой современной группы; хотя я никогда не оставался более одного или двух дней, за исключением города «Бостона», или, как он иногда назывался, «города людей, избежавших расового вырождения». Там я существовал целую неделю.

И вот, в результате этих моих наблюдений и статистических исследований стало ясно, что обе эти вышеуказанные болезни, до известной степени распространенные вообще у современных существ, плодящихся на всех континентах, на этом континенте распространены так непомерно, что их ближайшие следствия стали сразу мне очевидными, а именно, если это будет продолжаться у них с такой же скоростью, то эту большую современную самостоятельную группу заинтересовавших тебя трехмозговых существ постигнет та же судьба, какая недавно постигла то большое сообщество, которое называлось «монархической Россией», то есть эта группа также будет уничтожена.

Разница будет только в процессе самого уничтожения. Процесс уничтожения большого сообщества «монархической России» произошел вследствие ненормальностей, так сказать, разума тамошних власть имущих существ, в то время как процесс уничтожения этого сообщества Америки произойдет вследствие органических ненормальностей. Другими словами, «смерть» первого сообщества произошла от, как они говорят, «ума», в то время как смерть второго сообщества придет от «желудка и секса» его существ.

Дело в том, что уже давно было установлено, что вообще возможность долгого существования для трехмозговых существ твоей планеты зависит в настоящее время исключительно лишь от нормальной деятельности этих двух вышеупомянутых бытийных функций, а именно, от состояния их, как они говорят, «пищеварения» и от функционирования их «половых органов».

Но именно эти два функционирования, необходимые их общему присутствию, в настоящее время оба идут в направлении полной атрофии, и, более того, в очень ускоренном темпе.

Это сообщество Америка в настоящее время еще совсем молодо; оно еще, как говорят там на твоей планете, подобно «пухлому младенцу».

Итак, если в отношении этих двух главных двигателей своего существования эти еще столь юные его существа так отклонились вспять, то, по моему мнению, и в этом случае – как вообще происходит со всем в Мегалокосмосе – степень дальнейшего продвижения с целью слияния опять с Бесконечным будет зависеть от направления и степени сил, полученных от первоначального импульса.

В нашем Великом Мегалокосмосе даже установлен для всех существ, имеющих разум, так сказать, закон, по которому всегда и везде нужно остерегаться именно первоначального импульса, поскольку, приобретая энергию, он становится силой, которая является основным двигателем всего сущего во Вселенной и которая ведет все обратно к Исходному Бытию.

В этом месте рассказа Вельзевулу подали «лейтучанброс», и, окончив прослушивание содержания сообщения, он опять вернулся к Хусейну и сказал:

– Я думаю, мой мальчик, тебе будет весьма полезно для более детального представления и понимания странности психеи вообще этих заинтересовавших тебя трехмозговых существ, возникающих на планете Земля, если я несколько подробнее объясню тебе причины, вызывающие в общих присутствиях американских трехмозговых существ дисгармонию обоих их основных функционирований.

Для удобства изложения я объясню тебе причины дисгармонии каждой из этих двух основных функций отдельно и начну с объяснения причин дисгармонии в функционировании трансформации их первой бытийной пищи, или, как они сами сказали бы, с причин порчи их желудков.

Для дисгармонии этой их функции имелось и теперь еще имеется несколько определенных причин, понятных даже разуму обычных нормальных трехмозговых существ, однако главной и основной причиной является то, что с самого начала образования их сообщества они постепенно привыкли вследствие всяких установившихся окружающих условий и влияний, исходящих от власти, которая сама образовалась ненормально, – а теперь уже и совсем привыкли, никогда не употреблять в качестве своей первой бытийной пищи вообще абсолютно ничего свежего, а исключительно лишь уже разложившиеся продукты.

В настоящее время существа этой группы почти никогда не употребляют в качестве своей первой бытийной пищи никакого съедобного продукта, который еще сохраняет в себе все те активные элементы, заложенные в каждое существо Самой Великой Природой, которые необходимы для накопления в себе силы для нормального существования; а заранее «консервируют», «замораживают» и «экстрагируют» все эти свои продукты и употребляют только тогда, когда большая часть этих активных элементов, необходимых для нормального существования, из них уже улетучилась.

И эта ненормальность происходила в обычном процессе бытийного существования заинтересовавших тебя трехмозговых существ – в данном случае существ этой новой группы – и продолжает распространяться и утверждаться там повсеместно, конечно, также вследствие того, что с того времени, когда они – то есть вообще все трехмозговые существа этой твоей планеты – перестали реализовывать в себе обязательные бытийные усилия, то у них постепенно была погублена возможность кристаллизации в их общих присутствиях тех бытийных данных, благодаря которым, даже при отсутствии водительства истинного знания, вред их собственных проявлений для них самих может осознаться инстинктивно.

В данном случае, если бы хотя бы немногие из этих несчастных обладали таким присущим трехмозговым существам инстинктом, они могли бы – пусть даже просто благодаря привычным случайным бытийным ассоциациям и сопоставлениям – сначала осознать сами, а затем проинформировать и всех остальных о том, что как только первоначальная связь вообще любого продукта, годного служить первой бытийной пищей, с общей Природой разорвана, тогда, вне зависимости от того, будет ли этот продукт храниться совершенно изолировано, то есть «герметически закупоренным» или «экстрагированным», он должен, как и все во Вселенной, изменить свою форму и разлагаться в соответствии с тем же принципом и в том же порядке, в каком был образован.

Здесь тебе следует знать относительно активных элементов, из которых вообще образованы Природой все космические формации – как подверженные трансформации через Тетартокосмосы, так и являющиеся продуктами первой пищи существ, так же как и вообще все другие полностью одухотворенные и полуодухотворенные возникновения, – что, как только наступает соответствующее время, эти активные элементы, в каких бы условиях они ни находились, начинают обязательно отделяться в определенной последовательности от тех масс, в которые они были сплавлены во время трогоавтоэгократического процесса.

То же самое происходит, конечно, с теми продуктами, так ценимыми американскими существами, которые они сохраняют в так называемых «герметически закупоренных консервных банках».

Как бы герметически» эти банки с продуктами ни закупоривались, как только наступает время, так сказать, «дезинтеграции», соответствующие активные элементы неизбежно начинают отделяться от общей массы. И отделенные таким образом от общей массы эти активные элементы группируются, как правило, в этих герметически закупоренных банках в соответствии со своим происхождением в виде «капель» или «пузырьков», которые, так сказать, немедленно растворяются, как только банки открывают для употребления этих продуктов, и, испаряясь в пространство, рассеиваются в соответствующие места.

Существа этого континента иногда все же потребляют свежие плоды, но что касается этих их плодов, то это не плоды, а, как сказал бы наш дорогой учитель, просто «уроды».

Посредством деревьев, существующих в изобилии на этом континенте, различные ученые «новой формации» мало-помалу добились своими «мудрствованиями» того, что в настоящее время делают из этих американских плодов, так сказать, только «приятное зрелище для глаз», а не один из видов бытийного питания.

Плоды там теперь уже получаются такими, что не имеют в себе почти ничего из того, что предусмотрено Великой Природой для употребления существами для нормального бытийного существования.

Эти ученые новой формации там, конечно, очень далеки от того, чтобы понимать, что когда какая-либо напланетная формация искусственно прививается или обрабатывается каким-нибудь таким же образом, она приходит в состояние, определяемое Объективной Наукой как «абсоизомос», в котором она поглощает из окружающей ее среды космические вещества, пригодные только для покрытия того, что называется ее «автоматически самопроизводящим субъективным присутствием».

Дело в том, что с самого начала этой их последней современной цивилизации у существ всех бесчисленных отдельных групп там каким-то образом случилось так, что из семи аспектов основной заповеди, данной трехмозговым существам Свыше, а именно: «стремись приобрести внешнюю и внутреннюю чистоту», единственный аспект, который они выбрали и в искаженной форме сделали своим идеалом, это – аспект, который выражается следующими словами:

«Помоги всему тебя окружающему, как одушевленному, так и еще неодушевленному, приобрести красивый вид».

И действительно, в особенности последние два века, они там стремились просто добиться «красивой внешности», но, конечно, только в отношении тех разнообразных, внешних по отношению к ним, предметов, которым случилось в данный период стать, как они выражались, «модными».

В течение указанного периода их не интересовало, имеет ли какой-либо внешний по отношению к ним предмет вообще какое-либо содержание: все, что требовалось, – это чтобы он имел «поразительную внешность».

Что же касается достижений современных существ этого континента в отношении реализации «внешней красоты» этих плодов, то действительно, мой мальчик, я нигде не видел, не только на других континентах этой же планеты, но даже и на других планетах той солнечной системы, плодов столь прекрасных по внешности, как в настоящее время на этом континенте Америка; с другой стороны, что касается внутреннего содержания этих плодов, то тут можно лишь применить любимое выражение нашего дорого учителя, состоящее из следующих слов:

«Величайшим из всех бытийных благодеяний для человека является действие касторового масла».

А на какую высоту они вознесли свое искусство изготовления своих знаменитых консервов из этих плодов, то об этом, как говорится, «ни в сказке сказать, ни пером описать». Нужно видеть их самому, чтобы испытать в своем общем присутствии ту степень импульса «восторга», до которой можно дойти, воспринимая органом зрения внешнюю красоту этих американских фруктовых консервов.

Когда проходишь по главным улицам городов существ этого континента, особенно города Нью-Йорка, и видишь витрину какого-нибудь фруктового магазина, то трудно сразу сказать, что видит глаз. То ли это выставка картин футуристов города Берлина на континенте Европа, то ли это витрина знаменитых парфюмерных магазинов для иностранцев «столицы мира», то есть города Парижа?

Только через некоторое время, когда вам, наконец, удается ухватить различные потребности внешнего вида этих витрин и кое-как опять начать соображать, вы можете ясно констатировать, насколько более разнообразны цвета и формы банок в этих американских витринах фруктовых консервов по сравнению с упомянутыми витринами континента Европа; и это, очевидно, объясняется тем, что в общей психеи существ этой новой группы комбинация, происходящая от смешения прежних самостоятельных народов, оказывается, полнее отвечает лучшему восприятию и глубокому познанию смысла и блага достижений разума как существ современного сообщества Германия в отношении изобретенных ими химических веществ, называемых там «анилин» и «ализарин», так и существ сообщества Франция в отношении «парфюмерия».

Я сам, когда впервые увидел там такую выставку, не удержался и вошел в один из этих магазинов и купил более сорока банок всех форм, содержащие фруктовые консервы всех цветов.

Я купил их, чтобы доставить удовольствие сопровождавших тогда меня существам с континента Азия и Европа, где плодов, столь редкостно прекрасных на вид, еще нет. Когда я принес свои покупки домой и раздал их им, эти существа действительно сначала были удивлены и восхищены их видом ничуть не меньше, чем я, но потом, когда они употребили их в качестве своей первой бытийной пищи, то нужно было видеть их гримасы и изменившийся цвет лица, чтобы понять, какое действие эти плоды вообще оказывают на организм существ.

Еще хуже обстоит дело на этом континенте с тем продуктом, который для них, так же как и почти для всех трехмозговых существ Вселенной, является самым важным как первая бытийная пища, а именно с тем продуктом, называемым «просфора», который они сами называют «хлеб».

Прежде чем описать судьбу этого американского хлеба, я должен сказать тебе, что эта часть суши поверхности твоей планеты, называемая «Северной и Южной Америкой», образовалась благодаря различным случайным комбинациям, происходившим, во-первых, от второго великого «незакономерного катаклизма», случившегося с этой несчастной планетой, а, во-вторых, от положения, которое эта суша занимает по отношению к процессу «общесистемного движения», имея слой так называемой «почвы», которая была и еще остается подходящей для производства того «божественного зерна», из которого делается эта самая «просфора». При сознательном использовании ее, почвенная поверхность этих континентов способна дать за один, как говорят, «хороший сезон» «полное завершение процесса священного Гептапарапаршиноха», или, другими словами, «сорокадевятикратный урожай», и даже при полусознательном ее использовании, чего не происходит, почва там дает гораздо большее количество этого «божественного зерна» по сравнению с остальными континентами.

Итак, мой мальчик, когда у существ этого континента, благодаря различным благоприятным обстоятельствам, стало много тех предметов, которые для этой странной психеи заинтересовавших тебя современных трехмозговых существ являются предметом мечтаний и там везде называются «долларами», вследствие чего, по давно установившемуся там обыкновению, они приобрели в своих «представлениях» так называемое «чувство превосходства» по отношению к существам всех остальных континентов, в результате чего, что также сейчас обычно у них, они стали всячески мудрствовать, чтобы достичь того своего современного идеала, стали изо всех сил мудрствовать и с этим божественным зерном, из которого делается просфора.

Они начали применять всевозможные средства, чтобы, так сказать, изуродовать это божественное зерно, для того чтобы придать его продукту «красивый и поразительный внешний вид».

С этой целью они изобрели множество машин, с помощью которых «скребут», «причесывают», «приглаживают» и «полируют» эту пшеницу, которая имеет несчастье возникать на их континенте, до тех пор пока не достигают полного уничтожения всех тех активных элементов, которые сосредоточены на поверхности зерна сразу под так называемой «шелухой» и именно которые предназначены Великой Природой для возобновления в общих присутствиях существ того, что они истратили, достойно служа ей.

Потому, мой мальчик, просфора, или хлеб, производимая теперь там из этой пшеницы, возникающей в таком изобилии на этом континенте, не содержит ничего полезного для употребляющих его существ, и от ее употребления в их присутствиях не возникает ничего, кроме вредных газов и того, что там называют «глистами».

Однако по всей справедливости следует заметить, что, если они и не получают для себя из этой пшеницы ничего, что позволяло бы им служить Великой Природе лучше и более сознательно, все же, производя в себе указанных «глистов», они, действительно, несознательно, очень и очень помогают своей планете в почетном служении Величайшему общекосмическому Трогоавтоэгократу – ибо, разве эти глисты не являются тоже существами, через которые также преобразуются космические вещества?

Во всяком случае, существа, плодящиеся на этом континенте, с помощью своего мудрствования уже достигли в отношении своего хлеба того, чего они страшно желали и стремились достичь, а именно, того, чтобы существа всех других континентов никогда не преминули сказать о них, как, например, в данном случае, что-нибудь вроде:

«Удивительно смышленые парни эти американцы – даже их хлеб что-то необыкновенное: такой «великолепный», такой «белый» – просто прелесть, настоящее чудо из чудес современной цивилизации».

Но что им до того, что после этого уродования пшеницы их хлеб становится не только «бесполезным», но и еще одним из бесчисленных факторов порчи их желудков? Разве они тоже не стоят в первом ряду современной так называемой «европейской цивилизации»?

Самым любопытным во всей этой их наивности является то, что они отдают лучшее и наиболее полезное из того, что Природа образует в этом божественном зерне для их нормального существования, своим свиньям или просто сжигают его, а сами употребляют то вещество, которое образуется Природой в пшенице только для связи и поддержания этих активных элементов, которые находятся, главным образом, как я уже сказал, как раз под шелухой зерна.

Вторым и, также, довольно важным фактором дисгармонизации пищеварительной функции этих несчастных американских трехмозговых существ является система, которую они недавно изобрели для удаления из себя отходов своей первой пищи, это, так сказать, «удобные сиденья» так называемых «ватерклозетов».

Вдобавок к тому, что это зловредное изобретение было и еще остается одним из главных факторов указанной дисгармонизации, происходящей теперь у них самих, а также почти у всех существ других континентов, которые, между прочим, недавно уже начали очень ревностно подражать им во всех их своеобразных методах «помощи» своему трансформирующему функционированию, – твои любимцы, стремящиеся теперь даже эту свою непременную бытийную функцию исполнять с ощущением возможно большего приятного спокойствия, получили, из-за их изобретения, так сказать, новое побуждение к ревностному служению своему богу «Самоуспокоение», который, как я уже не раз говорил, был и остается для них почти что главным злом, порождающим и вызывающим все ненормальности их психеи, так же как и их обычного бытийного существования.

Хорошим примером и даже, так сказать, «просветительно-поучительной картиной для твоего бытийного представления» о том, какие необычные перспективы открываются в будущем от этого их изобретения, является тот факт, что уже некоторые из этих современных американских существ, которые приобрели, конечно, тоже в результате ряда случайностей, некоторое количество их знаменитых долларов, теперь устанавливают в своих «ватерклозетах с удобными сиденьями» такие вспомогательные устройства, как столик, телефон и так называемый «радиоприемник», чтобы, сидя там, они могли заниматься своей «корреспонденцией», обсуждать по телефону со своими знакомыми все свои долларовые дела, спокойно читать газеты, ставшие для них необходимыми, или, наконец, слушать те музыкальные сочинения, работу различных тамошних хаснамусов, которые, поскольку они стали, как говориться, «модными», каждый современный американский бизнесмен также обязан знать.

Главный вред в смысле дисгармонии пищеварительной функции у всех современных трехмозговых существ, твоей планеты, возникающей от этого американского изобретения, порождается следующими причинами.

В прежние времена, когда в общих присутствиях твоих любимцев еще кристаллизовались более или менее нормальные данные для порождения объективного разума и они сами могли размышлять и понимать, когда другие, подобные им, уже просвещенные существа объясняли им это, они принимали указанное положение, какое требовалось; однако впоследствии, когда у них определенно перестали кристаллизоваться упомянутые бытийные данные и они стали отправлять эту свою функцию также лишь автоматически, то, благодаря системе, преобладавшей до этого американского изобретения, планетарное тело могла само, автоматически, благодаря одному лишь так называемому «животному инстинкту», принимать нужное определенное положение. Теперь же, когда американские существа изобрели эти «удобные сиденья» и все они начали пользоваться ими для этой своей непременной функции, их планетарное тело уже никак не может больше принимать, пусть даже инстинктивно, нужную позу, в результате чего у тех твоих любимцев, которые пользуются этими американскими удобными сиденьями, постепенно атрофируются не только некоторые так называемые «мышцы», осуществляющие эту обязательную бытийную функцию, из-за чего у них возникают так называемые запоры, но, вдобавок, еще порождаются причины нескольких новых специфических болезней, которые во всей нашей Великой Вселенной возникают исключительно только в присутствиях этих странных трехмозговых существ.

Среди разных первичных и вторичных причин, совокупность которых постепенно приводит к дисгармонизации этой основной функции в общих присутствиях твоих современных любимцев, плодящихся на этом континенте Северная Америка, существует еще одна, чрезвычайно своеобразная причина, которая, хотя и «вопиюще очевидна», все же из-за их «куриных мозгов» процветает с импульсом эгоистического удовлетворения как бы под шапкой невидимкой.

Эта своеобразная причина возникла и также стала – медленно и незаметно, но неуклонно – дисгармонизировать в них эту функцию просто вследствие того, что в странных присутствиях существ этой новой большой группы распространена «преобладающая страсть» бывать насколько можно чаще на континенте Европа.

Тебе следует сообщить и об этой своеобразной причине, главным образом, потому, что из нее ты узнаешь еще об одном вредном для всех твоих любимцев результате, о «зловредных мудрствованиях» их современных «ученых».

Для того чтобы ты лучше представил себе и понял эту причину постепенной дисгармонизации в общих присутствиях американских существ этой непременной бытийной функции, тебе прежде всего следует познакомиться с одной деталью как раз тех органов, которые осуществляют указанную функцию в их общих присутствиях.

Среди их органов для полной трансформации первой пищи есть один, который существует почти везде под названием «туспусхох», или, как они сами его называют, «слепая кишка», а по их научной терминологии «аппендикс».

Действие этого органа, по замыслу Великой Природы, состоит в том, чтобы в нем собирались различные связующие космические вещества, отделившиеся при трансформации различных напланетных кристаллизаций, составляющий «первую бытийную пищу», в виде так называемых «газов», для того чтобы потом во время удаления из общих присутствий существ уже ненужных остатков указанной пищи, эти «газы» своим давлением помогали этому акту.

Газы, собиравшиеся в этом органе, осуществляют при своей, так сказать «разрядке» предусмотренное Природой механическое действие, независимо от общего трансформационного функционирования, происходящего у существ, причем только в определенные периоды времени, установившиеся у каждого существа по-разному в соответствии с субъективной привычкой.

Так вот, мой мальчик, из-за их частых поездок на континент Европа – путешествие туда и обратно занимает от 12 дней до месяца – создаются условия для ежедневного изменения времени выполнения этой установившейся функции, в результате чего возникает серьезный фактор для постепенного порождения дисгармонии в процессе их общего основного трансформационного функционирования. То есть, когда в течение многих дней из-за изменения установившегося времени, они не выполняют эту свою необходимую функцию и скопляющиеся тогда в этом органе «газы», не будучи использованы ими для автоматического действия с указанной целью и не выполнения назначения, предусмотренного Великой Природой, постепенно выходят из их присутствий непродуктивно в пространство, – совокупность этих их проявлений, между прочим, делает для существа с нормально развитым органом восприятия запахов существование на этих их пассажирских судах почти невыносимым, – тогда, в результате всего этого, у них часто получается так называемая «механическая закупорка», которая, в свою очередь, также ведет к указанной постепенной дисгармонизации этой их основной трансформационной функции.

Когда я начал объяснять тебе, мой мальчик, причины расстройства в присутствиях этих американских существ функции трансформации первой бытийной пищи, и когда я упомянул изобретенные ими «удобные сиденья», я сказал, между прочим, что эти заинтересовавшие тебя странные трехмозговые существа, плодящиеся на планете Земля, «опять» стремятся осуществлять даже эту свою необходимую бытийную функцию с возможно большим для себя ощущением самоудовлетворения. Я сказал «опять», так как раньше, в разные периоды течения времени, эти странные заинтересовавшие тебя трехмозговые существа уже несколько раз вводили в своем обычном существовании в употребление нечто подобное.

Я очень ясно помню один из таких периодов, когда существа того времени, которые, между прочим, по понятиям твоих современных любимцев, были просто-напросто древними «дикарями», изобрели всевозможные удобства для удовлетворения этой самой, хотя и прозаической, но все же необходимой бытийной нужды, ради которой эти современные американцы, рассматривающие себя в своей наивности уже настолько цивилизованными, что дальше некуда, изобрели эти удобные сиденья в своих вертолетах.

Это было как раз в то время, когда главным центром культуры всей твоей планеты была страна Тиклямиш и когда эта страна переживала свой расцвет.

Для этой бытийной функции существа страны Тиклямиш изобрели нечто очень похожее на эти американские удобные сиденья, и это зловредное изобретение также широко распространилось везде у всех остальных существ этой злосчастной планеты.

Если указанное изобретение существ тиклямишской цивилизации сравнить с изобретением этих современных американцев, то, по выражению, иногда употребляемому ими самими, последнее можно назвать «детской игрушкой».

Существа тиклямишской цивилизации изобрели нечто вроде «удобной диван-кровати», которую можно было использовать как для сна, так и для того чтобы «валяться», так что, лежа на этом «удивительном изобретении» и не проявляя ни малейшего бытийного усилия, они могли удовлетворять эту свою неизбежную бытийную нужду, для удовлетворения которой современные существа континента Америка изобрели свои «удобные сиденья».

Эти «чудо-кровати» были так приспособлены для этой цели, что одного легкого прикосновения к находившемуся сбоку рычагу было достаточно, чтобы мгновенно, в самой кровати, удовлетворить эту самую неизбежную нужду легко и, конечно, очень «удобно», а также с величайшим, так сказать, «шиком».

Не лишне будет тебе, мой мальчик, также знать, между прочим, что эти-то знаменитые «кровати» были причиной больших и важных событий в процессе их обычного существования.

Пока там среди этих существ для удовлетворения указанной бытийной функции преобладала прежняя сравнительно нормальная система, все шло очень мирно и спокойно, но, как только некоторые так называемые власть имущие и богатство имущие существа того времени изобрели для этой цели указанные «удобные кровати», которые стали называть «наслаждаться, так уж с треском», среди простых существ того времени началось то, что привело к упомянутым серьезным и плачевным последствиям.

Должен сказать тебе, что как раз в те годы, когда существа Тиклямиша изобретали эти «чудо-кровати», эта твоя планета претерпевала общекосмический процесс «чириуаново», то есть смещение движения центра тяжести этой солнечной системы в движении общекосмической гармонии сопровождалось также смещением центра тяжести самой этой планеты.

В такие годы, как ты уже знаешь, благодаря этому космическому проявлению, везде на планетах – в психее существ, населяющих любую планету, претерпевающую чирнуаново, – усиливается «благонуарирное ощущение», или, как оно иначе называется, «угрызения совести» за свои прошлые действия, противные своим собственным убеждениям.

Однако там, на твоей планете, из-за того, что общие присутствия твоих любимцев по ряду причин, как происходящих извне, так и возникающих по их собственной вине, стали такими странными, результат действия этой общекосмической реализации происходит у них не так, как он происходит во время «чирнуаново» в присутствиях трехмозговых существ, возникающих на других планетах; то есть вместо этих угрызений совести там обычно возникают и широко распространяются специфические процессы, называемые «взаимным уничтожением Микрокосмосов в Тетартокосмосе», процессы, которые, когда они у них происходят, они сами считают так называемой «эпидемией и которые в древности были известны под названиями «калуном», «маркроз», «сельноано» и т. д., а в настоящее время – под названиями «черная смерть», «холера», «испанка» и т. д.

Так вот, вследствие того, что многие эти болезни, называвшиеся тогда «колбана», «тирдианк», «мойясул», «чампарнах» и т. д. и называемые современными существами «сухоткой», «рассеянным склерозом», «геморроем», «ишиасом», «параличом» и т. д., были широко распространены у большинства тех, кто пользовался этими чрезвычайно удобными «диван-кроватями», те существа среди них, в общих присутствиях которых давно для хаснамусских свойств, из-за полного отсутствия реализации бытийной парткдолг-обязанности, уже раньше начали кристаллизоваться более интенсивно, чем обычно (и среди которых были так называемые «революционеры»), заметив эту особенность, решили ею воспользоваться в своих собственных целях; то есть такие типы выдумали и распространили среди масс существ того времени, что все вышеупомянутые эпидемические инфекционные заболевания происходят от того, что из-за этих кроватей «наслаждаться, так уж с треском» «паразиты буржуи» схватили различные болезни, каковые болезни затем путем заражения распространялись среди масс.

Вследствие этого, ранее упомянутого мной своеобразного свойства их присутствий, называемого «внушаемостью», все окружающие существа, конечно, поверили этой их, как они говорят, «пропаганде», и поскольку в таких случаях бывает немало разговоров, то у каждого из них постепенно выкристаллизовался периодически возникающий фактор, который осуществляет в их общих отсутствиях то странное и довольно продолжительное «психическое состояние», которое я бы назвал «потерей ощущения себя», в результате чего, как там также обычно случается, они принялись повсеместно уничтожать не только эти «чудо-кровати», но также и жизни тех существ, которые ими пользовались.

Хотя острая стадия этой, так сказать глупости в присутствиях большинства обычных существ этого периода скоро прошла, тем не менее «бешеное уничтожение» как самих этих кроватей, так и пользовавшихся ими существ по инерции продолжалось несколько земных лет. В конце концов это зловредное изобретение совершенно вышло из употребления, и вскоре даже забыли, что такие кровати когда-либо существовали на этой планете.

Во всяком случае можно с уверенностью сказать, что если «цивилизация» существ, плодящихся теперь на континенте Америка, будет развиваться в своем нынешнем духе и с теперешней скоростью, то они несомненно также «цивилизуются» до того, чтобы иметь такие же удивительные «диван-кровати», как и кровати «наслаждаться, так с треском».

Теперь будет кстати, мой мальчик, также сказать, для примера, об изобретении консервированных продуктов и применении их в качестве первой бытийной пищи в процессе бытийного существования существами этой современной группы, которые в последнее время стали для странного разума существ всех остальных континентов «объектами подражания», главным образом, просто потому, что они, предполагалось, первыми на своей планете изобрели такие полезные и удобные бытийные обычаи, то есть, в данном случае, способ питаться консервированными продуктами, благодаря чему они, так сказать, экономят время.

Несчастные современные трехмозговые существа, плодящиеся на твоей планете, конечно, вообще не знают и, по уже объясненным тебе причинам, неспособны поразмыслить, что их отдаленные предки различных прошлых эпох, которые гораздо нормальнее формировались в ответственные существа, должно быть «немало», как говорится, «ломали себе голову», чтобы найти средства довести до минимума время, затраченное на эту обязательную бытийную необходимость питаться продуктами; и, находя такие, как будто рациональные методы, они всякий раз после короткого испытания их, в конце концов убеждались, что какими бы ни были эти продукты и как бы их ни консервировали, они всегда со временем ухудшаются и как первая бытийная пища становятся бесполезными; и поэтому они перестали применять эти методы в процессе своего обычного существования.

В качестве сравнения с этим современным методом консервирования продуктов для первой бытийной пищи в герметически закрытых сосудах возьмем для примера тот способ консервирования, который я сам видел в стране Маралплейси.

Это было в то время, когда существа местности Маралплейси во всем соперничали с существами страны Тиклямиш и жестоко конкурировали с ними за то, чтобы существа всех остальных стран считали их страну первым и главным «центром культуры».

Тогда-то они и изобрели, среди других вещей, нечто подобное этим американским консервам.

Однако эти существа из Маралплейси консервировали свои продукты питания в герметически закупоренном виде не в «ядоточивых жестяных банках», какими пользуются современные существа континента Америка, а в том, что тогда называлось «сихарененные сосуды».

Эти сихарененные сосуды в Маралплейси изготавливались из очень мелко размолотого так называемого «перламутра», «желтков куриных яиц» и клея, получаемого из рыбы под названием чузнамский осетр.

Такие сосуды имели вид и свойства неполированных стеклянных банок, имеющихся теперь на твоей планете.

Несмотря на все очевидные преимущества консервирования продуктов в таких сосудах, все же тем не менее, когда некоторые существа с разумом в стране Маралплейси установили, что у тех существ, которые постоянно пользуются консервированными таким образом продуктами, постепенно атрофируется то, что называется «органическим стыдом», то, после того как им удалось широко распространить среди остальных обычных существ информацию об этой их констатации, все остальные подобные им окружающие существа постепенно перестали применять этот метод, и в конце концов он настолько вышел из общего употребления, что даже знание о том, что когда-то существовал такой метод, не дошло даже до пятого или шестого поколения после них.

На этом континенте Азия почти во все эпохи существовали всевозможные методы длительного сохранения продуктов питания, и даже теперь там существует несколько таких методов, дошедших до современных существ от их очень далеких предков.

Но из всех этих методов ни один не был настолько вредным для самих существ, как этот метод, изобретенный этими современными существами континента Америка, а именно – хранение продуктов в ядоточивых жестяных банках.

Хотя этот способ хранения продуктов «герметически закрытыми», так чтобы они, не подвергаясь воздействию атмосферу, так сказать, избежали процесса разложения, существует у некоторых современных азиатских групп, но не все они прибегают для этой цели и помощи этих ядоточивых американских банок.

В настоящее время на континенте Азия для этой цели используются только так называемый «курдючный жир».

«Курдючный жир» – это продукт, который в большом количестве образуется вокруг хвоста двухмозгового четвероного существа определенного вида, которое называется там «овцой» и плодится повсеместно на континенте Азия.

В этом «курдючном жире» нет космических кристаллизаций, вредных для общего присутствия трехмозгового существа, и сам по себе он является одним из главных продуктов первой бытийной пищи для большинства существ этих общих групп на континенте Азия. Но что касается металла, из которого эти современные существа континента Америка изготовляют банки для консервирования своих продуктов, то как бы полно они ни были внутри изолированы от влияния атмосферы, через определенное время они, так же как и содержимое банок, выделяют из себя многие свои активные элементы, некоторые из которых очень, как они выражаются, «ядовиты» для общих присутствий существ вообще.

Эти ядовитые активные элементы, которые выходят из олова или сходных с ним металлов, оставаясь в герметически закрытых банках, не могут улетучиваться в пространство и со временем, встречая среди элементов продуктов, находящихся в этих банках, определенные элементы, которые соответствуют им по так называемому «сродству класса по числу вибраций», сливаются с ними по космическому закону, называемому «Слияние», и остаются в них, и, конечно, вместе с этими продуктами входят потом в общий организм потребляющих их существ.

Помимо того, что твои современные любимцы, группирующиеся на этом континенте Америка, сохраняют свои продукты в этих, столь вредных для них, ядоточивых жестяных банках, они еще и хранят их преимущественно в сыром виде.

Существа континента Азия всегда сохраняют все свои продукты питания в вареном вид, поскольку по этому обычаю, дошедшему до них от их далеких предков, продукты, сохраняемые таким образом, не разлагаются так быстро, как сырые.

Объясняется это тем, что при варке или жарении в продукте происходит искусственное так называемое «химическое слияние» нескольких активных элементов, из которых состоит основная масса данного продукта, и благодаря этому слиянию многие полезные для существ активные элементы остаются в продуктах гораздо дольше.

Я еще раз советую тебе как следует познакомиться со всеми видами слияния, происходящего в Мегалокосмосе, – как химического, так и механического.

Знание этого космического закона очень поможет тебе, между прочим, представить себе и как следует понять, почему и как, почему и как вообще производятся в Природе эти многочисленные и разнообразные формации.

А как от варки или жарения в продуктах получается так называемое «долговременное слияние элементов», ты как следует поймешь, если только, поразмыслив, постигнешь процесс, происходящий во время искусственного приготовления «просфоры».

Просфора, или хлеб, вообще делается везде существами, сознающими ее священное назначение. Только в том современные любимцы относятся к ее приготовлению без всякого понимания ее действия, а просто как к практике, автоматически переданной им по наследству.

В этом хлебе кристаллизация космических веществ получается также по закону Триамазикамно; при этом тремя святыми силами этого священного закона служат вещества из следующих трех относительно самостоятельных источников, а именно: святой утверждающий, или активный, принцип есть совокупность тех космических веществ, которые образуют то, что твои любимцы называют «водой»; отрицающий, или пассивный, принцип есть совокупность веществ, составляющих то, что твои любимцы называют «мукой», получаемой из божественного пшеничного зерна, и святой примиряющий, или нейтрализующий, принцип есть вещество, выходящее, или получаемое, в результате горения, или, как говорят твои любимцы, из «огня».

Для лучшего разъяснения выраженной мной мысли, касающейся значения долговременного слияния космических веществ, имеющих различные источники, возьмем в качестве примера упомянутую относительно самостоятельную совокупность веществ, которая при образовании этой просфоры, или хлеба, является активным принципом, то есть относительно самостоятельную совокупность, называемую твоими любимцами «водой».

Эта относительно самостоятельная совокупность космических веществ, называемых там, на Земле, водой, будучи сама по себе, можно сказать, «Естественной механической смесью», может сохраняться исключительно только в условиях связи с общей Природой. Если связь этой воды с общей Природой прервать, то есть если взять из реки немного этой воды и держать отдельно в сосуде, то через некоторое время вода в этом сосуде неизбежно начинает постепенно разрушаться или, как можно иначе сказать, разлагаться, и для органов восприятия существ этот процесс пахнет очень «зловонно», или, как говорят твои любимцы, эта вода вскоре «завоняет».

То же самое произойдет и со смесью, в данном случае из этой упомянутой воды и муки. Получится лишь временная механическая смесь, или так называемое «тесто», в которой эта вода через некоторое сравнительно непродолжительное время также неизбежно начнет разлагаться.

Далее, если это тесто, то есть воду, смешанную с мукой испечь на огне, то, благодаря веществам, исходящим из огня или им образованным, – веществам, – которые в данном случае, как я уже сказал, служат третьей святой нейтрализующей силой священного закона Триамазикамно, – в этом случае произойдет химическое слияние, то есть «долговременное слияние веществ», в результате которого полученная из этой воды и муки новая совокупность веществ, то есть просфора, или хлеб, будет теперь сопротивляться безжалостному Геропасу, то есть она не будет разлагаться в течение гораздо более длительного времени.

Хлеб, сделанный таким образом, может «высохнуть», «раскрошиться», или даже – по всей видимости – постепенно совсем разрушиться, и все же от этого процесса трансформации в течение указанного довольно продолжительного времени элементы воды не будут дальше разрушаться, а останутся в течение указанного времени в числе так называемых «устойчивых просфорных активных элементов».

И в данном случае, мой мальчик, я опять повторяю, что если современные существа, плодящиеся на континенте Азия, сохраняют свои продукты исключительно в жареном или вареном виде, а не в сыром, как предпочитают делать современные американские существа, то это опять-таки происходит там вследствие того, что эти обычаи дошли до существ Азии от тех их предков, продолжительность существования сообществ которых – многие века и которые, следовательно, имели длительный практический опыт, в то время как продолжительность существования сообществ тех американских существ, как сказал бы наш мудрый учитель, – «всего лишь день с половиной».

Чтобы ты мог лучше оценить значение этого изобретения тех современных существ, плодящихся на континенте Америка, которое является истинным результатом современной цивилизации, я не считаю лишним проинформировать тебя также о методах длительного хранения некоторых других продуктов, каковыми методами теперь пользуются существа континенте Азия.

Таков, например, метод приготовления так называемой «каурмы» – продукта, особенно любимого существами многих групп континента Азия.

Эта каурма на континенте Азия приготовляется очень просто, а именно, кусочки хорошо прожаренного мяса плотно укладываются в «глиняные горшочки» или «бурдюки» из козьих шкур. (Бурдюк – шкура, содранная особым образом с существа, называемого «козой»).

Эти жареные кусочки мяса затем заливаются растопленным курдючным жиром.

Хотя кусочки жареного мяса, покрытые особым образом жиром, также постепенно со временем портятся, все же в течение сравнительно длительного промежутка времени в них не накапливается никакого яда.

Существа континента Азия употребляют эту каурму либо в холодном, либо в разогретом виде.

В последнем случае впечатление такое, что мясо взято от только что убитого животного.

Другим весьма любим продуктом, сохраняющимся там очень долго, является так называемый «яглийеммиш», в котором нет ничего кроме различных фруктов.

Для этой цели свежесобранные с дерева плоды сразу же нанизывают на веревочку в виде так называемого ожерелья, а затем тщательно кипятятся в воде; после того как эти необычные ожерелья остынут, их также погружают несколько раз в растопленный курдючный жир и после всего этого вешают где-нибудь, где они подвержены воздействию потока воздуха.

Как бы долго приготовленные таким образом плоды ни висели, они почти никогда не портятся, а когда эти необычные ожерелья нужно использовать в пищу, их ненадолго кладут в горячую воду, после чего весь жир, нагреваясь, с них совершенно сходит, а сами плоды выглядят так, как будто их только что сняли с дерева.

Хотя сохраняемые таким образом плоды мало отличаются по вкусу от свежих и могут сохраняться очень долго, все же все состоятельные существа континента Азия предпочитают свежие плоды.

И это, очевидно, оттого, что у большинства из них, как у прямых потомков существ долго существовавших древних сообществ, благодаря дошедшим до них по наследству возможностям, кристаллизация данных для инстинктивного понимания реальности происходит гораздо интенсивнее, чем у большинства других твоих современных любимцев.

Повторяю, мой мальчик, там, на твоей планете, существа прошлых эпох, особенно плодящиеся на этом континенте Азия, уже много раз пытались применять различные методы длительного хранения продуктов, и это все кончалось следующим образом: сначала некоторые личности, благодаря своим сознательным или случайным наблюдениям, обнаруживали нежелательные или вредные последствия такой практики как для себя, так и для близких, а затем они сообщали это всем другим существам, которые, также проделав наблюдения с максимально возможной беспристрастностью по отношению к себе, также убеждались в правильности этих выводов; и, в конце концов, все они переставали применять эту практику в процессе своего существования.

Даже совсем недавно на этом самом континенте Азия некоторые существа опять попытались не только найти метод, с помощью которого можно было бы действительно долго хранить продукты питания без порчи, но даже пытались применить какие-нибудь совершенно новые средства для возможно большего сокращения времени, затрачиваемого на эту неизбежную бытийную необходимость питаться первой бытийной пищей; и на этот раз они были почти на грани открытия очень подходящего для этой цели метода.

Я могу сообщить тебе убедительные подробности, касающиеся интересных результатов их новых исследований в этой области, поскольку я не только лично знаю земное трехмозговое существо, которое своими сознательными трудами открыло указанный метод, но даже лично присутствовал на нескольких разъяснительных экспериментов по возможности применения этого метода к существам, проводимых самим зачинателем этих, так сказать, «новых исследований».

Его имя было Асиман, и он был членом группы современных азиатских трехмозговых существ, которые, увидев свою рабскую зависимость от некоторых причин в самих себя, организовали коллективное существование с целью работы над собой, чтобы освободиться от этого внутреннего рабства.

Интересно отметить, что эта группа современных земных трехмозговых существ, одним из которых был этот брат Асиман, раньше существовала в стране, прежде называвшейся Страной Жемчуга, а теперь Индостаном, но потом, когда там появились существа с континента Европа и стали их беспокоить и мешать их мирной работе, они все мигрировали через горы, называемые там сейчас «Гималайскими горами», и осели частью в стране Тибет, а частью в так называемых «долинах Гиндукуша».

Брат Асиман был один из тех, которые поселились в «долинах Гиндукуша».

Поскольку для членов этого братства, работавших над самосовершенствованием, время было дорого, а процесс еды отнимал у них много времени, этот брат Асиман, будучи очень сведущим в науке, называвшейся тогда «алхимией», начал весьма усердно работать в надежде найти так называемый «химический препарат», при введении которого в себя существо могло бы существовать, не затрачивая столько времени на приготовление и поглощение всевозможных продуктов в качестве первой бытийной пищи.

После долгой и напряженной работы брат Асиман нашел для этой цели комбинацию химических веществ в виде «порошка», один маленький наперсток которого, вводимый в существо раз в сутки, давал ему возможность существовать, не потребляя ничего другого в пищу, кроме воды, и без ущерба выполнять все свои бытийные обязанности.

Когда мне довелось посетить тот монастырь, где жил брат Асиман и другие братья этой упомянутой маленькой группы твоих современных любимцев, этот препарат уже применялся всеми братьями в течение пяти месяцев, и брат Асиман при участии других братьев, также очень хорошо знакомых с этим вопросом, интенсивно занимался разъяснительными экспериментами в большом масштабе.

И эти самые эксперименты показали им, этого препарата, в конечном счете, недостаточно для нормального бытийного существования.

После этой своей констатации, они не только совсем перестали применять этот препарат, но даже уничтожили саму формулу его приготовления, найденную братом Асиманом.

Несколько месяцев спустя я опять попал в этот монастырь и сам лично познакомился с документом этого братства, составленный ими в день, когда они окончательно перестали применять этот действительно удивительный препарат.

Этот документ, среди прочего, содержал несколько очень интересных подробностей о действии указанном препарата Асимана. Говорилось, что, при введении этого препарата в присутствие существа, он имел, помимо свойства насыщать, еще одно специфическое воздействие на так называемые «блуждающие нервы желудка»; от этого воздействия в существе сразу прекращалось не только потребность в пище, но, более того, совершенно исчезало всякое желание вводить в себя какой-либо другой продукт питания. А если что-нибудь вводилось насильно, то требовалось много времени, чтобы прекратить вызывать этим неприятные ощущения и состояния.

Говорилось также, что вначале в присутствиях существ, питавшихся этим препаратом, не было заметно никаких изменений.

Не уменьшился даже их вес. Только спустя пять месяцев начало проявляться его вредное действие в общем присутствии существ в форме постепенного ослабления функционирования некоторых органов восприятия и проявлений их, так сказать, способностей и чувствительности. Например, голос становился слабее, а зрение, слух и т. д. – хуже. Кроме того у некоторых из них, с началом расстройства этих бытийных функций, наблюдались изменения и в общем психическом состоянии.

В документе оставленным этим братьями, было, помимо других вещей, длительное описание изменений в характере существ после пятимесячного применения этого замечательного препарата Асимана, и для иллюстрации приводилось несколько превосходнейших и удачных сравнений.

Хотя сами примеры, данные в этом документе для сравнения, не удержались у меня в памяти, однако, благодаря сохранившемуся у меня, так сказать, «аромату» их, я смогу передать тебе их смысл, воспользовавшись языком нашего уважаемого муллы Наср-эддина.

Например, обыкновенный хороший парень с «ангельским», как они говорят, характером вдруг становится раздражительным, как те, о ком наш дорогой мулла Наср-эддин однажды сказал:

«Он раздражителен, как человек, только что прошедший полный курс лечения у знаменитого европейского невропатолога».

Или еще, существа сегодня смирненькие, как «молочные ягнята», которых благочестивые люди подают на праздничный стол во время своих самых важных религиозных праздников, завтра выходят из себя, как немецкий профессор, когда какой-нибудь француз, также профессор, открывает что-нибудь новое в современной науке.

Или еще, существо, такое же любящее, как современный земной поклонник богатой вдовушки – конечно, пока не получил от нее ни копейки, – становится таким язвительным, как те злобные личности, которые с пеной у рта будут поносить бедного автора, пишущего сейчас о тебе и обо мне в своей работе озаглавленной «Объективно-беспристрастная критика жизни человека».

Этого бедного автора-выскочку, между прочим, будут ненавидеть как «полнотелые материалисты», так и «деисты девяносто шестой пробы»; и даже те из заинтересовавших тебя трехмозговых существ, которые, когда их желудок сыт, а «любовницы» не устраивают в данный момент «сцен», – «неисправимые оптимисты», но которые, напротив, когда их желудок пуст, являются «безнадежными пессимистами».

Теперь, мой мальчик, раз уж мы упомянули этого «странного автора-выскочку», то придется рассказать тебе о некотором уже давно возникшем у меня и все возрастающем недоумении относительно его наивности.

Должен сказать, что с самого начала своего ответственного существования он также стал – то ли случайно, то ли по воле Судьбы, не знаю – последователем, притом очень ревностным, нашего мудрого и почитаемого муллы Наср-эддина, и, кроме того, в процессе своего обычного бытийного существования он никогда не упускал ни малейшей возможности действовать в полном соответствии с необыкновенно мудрыми и неподражаемыми высказываниями муллы Наср-эддина. А теперь, по дошедшей до меня в эфирограмме информации, вдруг оказывается, что он постоянно действует вопреки одному очень глубокомысленному и исключительно практичному совету – конечно, доступному не каждому, – этого учителя всех учителей, который формулируется следующими словами:

«Эх, брат! Здесь, на Земле, если ты говоришь правду, ты большой дурак, в то время как если ты кривишь душой, то ты только «негодяй», хотя тоже большой. Поэтому лучше всего ничего не делать, а просто развалиться на своем диване и учиться петь, как воробей, еще не превратившийся в американскую канарейку».

Теперь, мой мальчик, хорошенько усвой информацию о причинах постепенной дисгармонизации – в присутствиях этих современных существ континента Америка – их второй основной бытийной функции, а именно, половой.

Дисгармония этой функции у них обусловлена также несколькими причинами различного характера, однако основной, по моему мнению, является «порожденное в их сущности и уже совсем слившееся с их природой» пренебрежение к содержанию в чистоте своих половых органов.

Так же как и у существ континента Европа, внимание, которое они уделяют своим лицам и так называемой «косметике лица», равно их пренебрежению к указанным органам; тогда как от более или менее сознательных трехмозговых существ требуется соблюдать величайшую чистоту именно этих органов.

Их, однако, нельзя полностью винить в этом, так как в этом больше всего повинны существа континента Европа со своими обычаями, имеющимися в процессе их обычного бытийного существования.

Дело в том, что эта недавно возникшая современная большая группа почти исключительно образована из существ разных других больших и малых групп, населяющих континент Европа, и продолжает пополняться ими.

В результате, хотя большинство трехмозговых существ, составляющих теперь эту недавно образовавшуюся большую группу, сами не эмигранты с континента Европа, их отцы или деды были таковыми и, приехав на этот континент Америка, привезли с собой и свои европейские обычаи, среди которых были ставшие причиной этой нечистоплотности в отношении половых органов.

Так что, мой мальчик, когда я рассказываю тебе о том, как обстоит дело в отношении полового вопроса у американцев, то имей в виду, что все, что я скажу, относится также к существам континента Европа.

Результаты этой нечистоплотности заинтересовавших тебя современных трехмозговых существ планеты Земля, плодящихся на континентах Европа и Америка, очень ясно показывает моя статистика.

Возьмем, например, то, что там называется «венерическими болезнями». Эти болезни так широко распространены на континенте Европа и на этом континенте Америка, что в настоящее время почти невозможно встретить существо, у которого не было бы той или иной формы этих болезней.

Нет ничего плохого в том, что ты узнаешь, помимо прочего, кое-что еще об этих интересных и своеобразных данных в моей статистике, показывающих в цифрах, насколько больше этих заболеваний у существ, населяющих континенты Америка и Европа, чем среди существ континента Азия.

Многие из этих венерических болезней совершенно нет у существ старых сообществ континента Азия, в то время как у существ, населяющих континенты Европа и Америка, эти болезни носят почти эпидемический характер.

Возьмем, например, так называемый «триппер», или, как его там называют ученые, «гонорею». На континентах Европа и Америка почти все существа как мужского, так и женского пола болеют этой болезнью в той или иной стадии, а на континенте Азия она встречается только на границах, где его существа часто общаются с существами континента Европа.

Хорошим примером только что сказанного служат существа, принадлежащие к группе, существующей там под названием Персия, которая занимает сравнительно большую территорию на континенте Азия.

У существ, обитающих в центральной, восточной, южной и западной областях этой сравнительно большой территории, упомянутые болезни совсем не встречаются.

Но в северной части, особенно в местности, называемой Азербайджан, которая находится в прямом контакте с большим полуевропейским, полуазиатским сообществом, называемым Россия, процент существ, зараженных этой болезнью, растет все больше и больше пропорционально близости к этой России.

И то же самое происходит в других восточных странах континента Азия: процент этой болезни возрастает пропорционально контакту их существ с существами континента Европа. Например, в стране, называемой «Индия», и частично в Китае эта болезнь в последнее время широко распространилась среди здешних существ, главным образом, в тех местах, где они вступают в контакт с европейскими существами сообщества Англия.

Таким образом, можно сказать, что главными распространителями этой болезни среди существ континента Азия с северо-запада является существа большой группы Россия, а с востока – существа сообщества Англия.

Причина отсутствия этой болезни, так же как и многих других зол, в указанных частях континента Азия заключается, по моему мнению, в том, что в обычном повседневном существовании большинства существ континента Азия есть несколько очень хороших обычаев, дошедших до них также от их древних предков.

И эти обычая так глубоко внедрены религией в их обычное существование, что в настоящее время, соблюдая их механически, без всякого мудрствования, существ тем самым более или менее застрахованы против нескольких зол, которые, вследствие ненормальности установившихся условий бытийного существования, уже постепенно сформировались и еще продолжают в бесчисленном количестве формироваться на этой злосчастной планете.

Существа большинства групп континента Азия защищены от многих венерических болезней, так же как и от многих других «половых ненормальностей», хотя бы, например, такими обычаями, которые известны там под названиями «суннат» и «абдест».

Первый из этих обычаев, а именно суннат, или как его еще называют, «обрезание», не только спасает многих азиатских существ ответственного возраста от многих венерических болезней, но и предохраняет многих детей и юношей от «бедствия», известного на континентах Европа и Америка под названием «онанизм».

По этому обычаю, существа ответственного возраста в большинстве современных групп континента Азия обычно совершают над своими «результатами» – то есть над своими детьми – в определенном возрасте ритуал, состоящий в том, что мальчикам они обрезают так называемые «уздечку» и «крайнюю плоть пениса».

И теперь те дети твоих современных любимцев, которые, конечно, автоматически подвергаются этому обряду, почти полностью предохранены от неизбежного результата нескольких зол, уже определенно закрепившихся в процессе существования твоих любимцев.

Например, согласно моей статистике, упомянутое «бедствие», то есть «детский онанизм», едва ли встречается там среди детей тех трехмозговых существ, которые соблюдают этот обычай «обрезания», в то время как дети и юноши тех существ, которые не соблюдают этого обычая, все без исключения не защищены от этой половой ненормальности.

Другой упомянутый мной обычай, а именно абдест, который, между прочим, называется по-разному у существ разных групп континента Азия, является не чем иным, как обязательным омовением половых органов после каждого посещения так называемой «уборной».

Благодаря, главным образом, этому второму обычаю, большинство твоих любимцев, плодящихся на континенте Азия, предохранено от многих венерических болезней и других половых ненормальностей существующих там.

Сказав это, Вельзевул задумался и, после длительного молчания, продолжал:

– Тема нашей нынешней беседы напомнила мне один очень интересный разговор, который был у меня там, во время пребывания во Франции с одним молодым симпатичным трехмозговым существом. Думаю, что для того чтобы ты понял все сказанное, пожалуй, лучше всего повторю тебе сейчас этот разговор полностью, тем более что помимо объяснения смысла обычая абдест, или омовения, этот разговор просветит тебя по многим другим вопросам, касающимся своеобразной психеи этих твоих любимцев.

Это самое существо, разговор с которым я вспомнил и теперь собираюсь повторить тебе, было как раз тем молодым персом, который – помнишь, я уже говорил тебе – был, по просьбе нашего общего знакомого, моим «гидом» в городе Париже, где и находился, как я уже рассказывал тебе, как раз перед своим отъездом на этот самый континент Америка.

Однажды я ожидал этого молодого перса в кафе города Парижа – как всегда, все в том же «Гранд Кафе».

Когда он появился, я по его глазам заметил, что на этот раз он был, как там говорят, «пьян» больше, чем обычно.

Вообще он всегда пил имеющихся там «алкогольных напитков» более чем достаточно, и, когда нам в Париже случалось бывать вместе в ресторанах Монмартра, где обязательно нужно было заказывать шампанское, которое я не любил и не пил, он всегда выпивал все один с большим удовольствием.

Он не только постоянно пил, но и был, как там говорят, большим «охотником до юбок».

Как только он видел, как там говорят, «хорошенькое личико» существа женского пола, все его тело и даже дыхание сразу менялись.

Когда я заметил, что он на этот раз пьян больше, чем обычно, и когда он, усевшись рядом со мной, заказал кофе с так называемым «апперитивом», я спросил его:

«Объясните мне, пожалуйста, мой юный друг, почему вы всегда пьете эту «отраву?"»

На этот вопрос он ответил:

«Эх, мой дорогой доктор! Я пью эту «отраву», во-первых, потому, что так привык к ней, что не могу теперь бросить пить, не страдая, а, во-вторых, я пью ее потому, что только благодаря действию алкоголя могу спокойно смотреть на происходящее здесь бесстыдство, – добавил он, обведя кругом рукой.

Я начал пить эту, как вы говорите, отраву потому, что случайно и, для меня, неудачные и несчастные обстоятельства моей жизни сложились так, что я вынужден был приехать и долго жить в этой погибельной Европе.

Сперва я начал пить потому, что все здесь, кого я встречал, тоже пили, и если вы не пьете, вас называют «бабой», «девчонкой», «куклой», «неженкой», «маменькиным сынком», «простофилей», и другими язвительными именами. Не желая, чтобы мои деловые знакомые называли меня такими оскорбительными словами, я тоже начал пить.

А еще и потому, что, когда я впервые приехал в Европу, условия жизни тут в отношении морали и патриархальности были совершенно противоположными тем, в которых я родился и был воспитан, и я, видя, и воспринимая все это, испытывал мучительное чувство стыда и необъяснимое замешательство. В то же время я заметил, что от действия выпитого алкоголя не только уменьшалась испытываемая мной угнетенность, но я мог смотреть на все это вполне спокойно и даже испытывать желание участвовать в этой ненормальной жизни, так противоречащей моей природе и установившимся взглядам.

Так и случилось, что всякий раз, когда я начинал чувствовать это вот неприятное ощущение, то начинал пить этот алкоголь, даже с чувством некоторого самооправдания, и, таким образом, постепенно привык к этой, как вы совершенно правильно называете его, отраве».

Сказав это с ощутимым импульсом искреннего горя, он остановился, чтобы затянуться сигаретой, смешанной с «табаком», и, воспользовавшись этой возможностью, я спросил его:

«Ну, ладно… предположим, что я более или менее понял ваше объяснение вашего непростительного пьянства и могу поставить себя в ваше положение, но что вы скажете о другом и, с моей точки зрения, также непростительном пороке, а именно о вашем «пристрастии к юбкам?

Вы ведь бегаете за каждой юбкой, если только она облекает длинноволосое существо!»

При этом моем вопросе он, глубоко вздохнув, продолжал:

«Мне кажется, что я приобрел эту привычку также отчасти по упомянутой мной причине, но думаю, что эту мою слабость можно объяснить еще одной очень интересной психологической причиной».

Разумеется, я выразил желание послушать его, но сначала предложил войти в это «Гранд Кафе», в зал самого ресторана, поскольку на улице становилось сыро.

Когда мы сели в зале ресторана и заказали их «знаменитое шампанское», он продолжал:

«Когда вы жили у нас в Персии, мой дорогой доктор, вам, очевидно, случалось наблюдать существующее там отношение мужчин к женщинам, очень характерное для нас, персов.

А именно, у нас в Персии у мужчин есть два определенных, можно сказать, «органических отношения» к женщинам, согласно которым женщины для нас мужчин, даже без нашего сознательного участия, очень четко делятся на две категории.

Первое отношение – это к женщине, настоящей или будущей матери; и второе – к женщине-самке.

Это свойство мужчин нашей Персии, имеющих в своей натуре данные для этих двух самостоятельных отношений и для этого инстинктивного чувства, начало формироваться лишь недавно – около двух с половиной веков назад.

Согласно объяснениям, однажды данным мне моим «дядей муллой», которого все окружающие называли за глаза «муллой старой школы», два или три века назад, по причинам, очевидно, происходящим из определенных высших Мировых законов, на всей Земле и особенно у нас, в Азии, люди начали воевать интенсивнее, чем обычно, и в то же время каким-то образом у большинства людей начало заметно уменьшаться чувство набожности, а у некоторых из них исчезло совсем.

И как раз в этот период среди мужчин распространилось какое-то психическое заболевание, от которого многие зараженные им, в конце концов, или становились совсем не вменяемыми или же кончали самоубийством.

Тогда некоторые мудрые люди различных самостоятельных групп на континенте Азия, с помощью разных людей, представлявших медицину того времени, – которая, между прочим, была гораздо выше современной, – начали очень усердно искать причины этого человеческого несчастья.

После долгих беспристрастных трудов они открыли, во-первых, что поражались этим заболеваниям исключительно те мужчины, в подсознании которых, по той или иной причине, никогда не возникал импульс веры в кого-нибудь или во что-нибудь; и, во-вторых, что те взрослые мужчины, которые периодически совершали нормальный ритуал сношений с женщиной, были совсем не подвержены этому заболеванию.

Когда новость об этом их выводе распространилась по континенту Азия, все правители и вожди отдельных азиатских групп того времени встревожились, так как почти все регулярные войска, находившиеся в их распоряжении, состояли из взрослых мужчин, а постоянные войны не позволили никому из них жить нормально со своими семьями.

Ввиду того, что в тот период все правительства отдельных азиатских стран нуждались в здоровых и сильных армиях и хотели их иметь, они вынуждены были заключить перемирие и либо сражаться сами, либо послать своих представителей в столицу так называемого «Килмантушского ханства», чтобы совместно найти выход из создавшегося положения.

После серьезных размышлений и обсуждений, эти правители различных самостоятельных групп азиатских народов и их представителей, совместно, конечно, с представителями медицины того времени, пришли тогда к выводу, что с создавшимся положением можно справиться, только если на всем континенте Азия установить так называемую проституцию, как теперь на континенте Европа, и только если власть имущие будут намеренно поощрять ее развитие и содействовать ее успеху.

Почти все правители того времени полностью согласились с этим выводом представителей всех народов континента Азия, собравшихся в столице Килмантушского ханства, и без всяких угрызений совести начали с того времени не только поощрять и помогать женщинам вообще – исключая только собственных дочерей – заниматься этим делом, столь «чудовищно отвратительным» природе каждого нормального человека, но и оказывать – да еще благожелательности, как если бы это было проявлением высочайшей человеческой заботливости – всевозможное содействие женщинам, без различия касты и религии, желающим уйти или уехать куда-либо с этой грязной целью.

Раз уж мы коснулись этой темы, позвольте мне, уважаемый доктор, отклониться в сторону и высказать вам здесь, с моей точки зрения, очень интересные и мудрые соображения этого самого муллы, моего дяди, вообще относительно причин возникновения этого зла и бича современной цивилизации.

Однажды, в один из дней «Рамазана», когда мы беседовали, как обычно, в ожидании призыва нашего местного муллы, возвещающего час приема пищи, и как раз говорили об этом человеческом «биче», он, между прочим, сказал:

«С вашей стороны неправильно и несправедливо винить и презирать всех женщин такого рода.

Большинство из них сами неповинны в своей печальной судьбе; виноваты исключительно только их родители, мужья и опекуны.

Следует винить и презирать именно их родителей, мужей и опекунов, которые допустили, чтобы в подготовительном к взрослому бытию возрасте – когда у них еще нет собственного здравомыслия – у них возникло свойство называемое ленью.

И хотя в этом возрасте эта лень у них еще механическая и молодым людям не нужно делать особенно больших усилий, чтобы преодолеть ее, и они, следовательно, приобретая собственное здравомыслие, могут не дать ей забрать над собой власть, однако, что касается организации женской психеи, активный принцип должен, вследствие результатов, независящих от нашей воли, а исходящих из Мировых законов, непременно участвовать во всех их инициативных и хороших проявлениях.

И как раз в первые годы совершеннолетия этих современных несчастных будущих женщин-матерей, из-за различных, теперь уже распространившихся повсюду на Земле, идей современных цивилизованных людей о «женском равноправии», существующих там под лозунгом «равные права», «равные возможности» и т. п., наивных, по понятиям нормального живущего человека, которые бессознательно воспринимаются и большинством современных мужчин, эти современные еще не совсем сформировавшиеся будущие женщины-матери, с одной стороны, не имея около себя необходимых закономерных источников активного принципа, – таких, как родители, опекуны или мужья, к которым переходит ответственность за них с момента замужества, – и, с другой стороны, вследствие происходящего в них интенсивного процесса воображения и восторженности, что также, в этом переходном возрасте, закономерно предопределено Природой с целью лучшей реализации данных для развития их здравомыслия, они, так сказать, постепенно впитывают указанную механическую лень в саму свою природу, и эта лень остается у них в натуре, как прогрессирующая и обязательная потребность.

Женщина с такой природой, разумеется не хочет исполнять обязанности истинной женщины-матери; и, ввиду того, что, будучи проституткой, она имеет возможность ничего не делать и получать большое удовольствие, у нее постепенно формируется – как в ее натуре, так и в присущем ей «пассивном сознании» – фактор непреодолимого желания стать женщиной-самкой.

Но вследствие того, что в инстинкте каждой такой женщины свойственные всем женщинам данные для импульса «стыда» атрофируются не вдруг и не сразу, и любой из них, при всем ее умственном желании, невыносимо стать такой женщиной в своей родной стране, то они все, инстинктивно и полусознательно, всегда стараются уехать в какую-нибудь другую страну, где, вдали от родины, не испытывая никакой внутренней неловкости, а также ничего не делая, они могут полностью отдаться этой профессии, лично для них приятной почти во всех отношениях.

Что же касается распространенности в настоящее время везде на Земле этого человеческого несчастья, причина этого, по моему мнению, – единственно современные мужчины, у которых, по тем же причинам, возникает, как у тех молодых женщин, будущих проституток, подобная же так называемая «органическая сущностная потребность ничего не делать, а только наслаждаться», и одна из форм удовлетворения преступной потребности этих «язв» среди современных молодых людей состоит в данном случае в том, чтобы соблазнять таких женщин и помогать им уезжать со своей родины в какую-нибудь чужую страну.

Многими современными разумными людьми уже было замечено, что эти два различных пола, жертвы одной и той же болезни, как правило, сознательно и инстинктивно ищут и находят друг друга; и, в данном случае, они подтверждают издавна существующую поговорку: «рыбак рыбака видит издалека"».

Итак, уважаемый доктор, именно вследствие выше указанных причин, мудро понятых моим дядей, спустя несколько лет у нас, в Персии, появилось тогда много женщин-проституток из разных других стран.

А из-за инстинктивных отношений, веками, как я уже говорил, приобретавшихся местными женщинами Персии без различия религии в отношении морали и патриархальности в семейных традициях, эти иностранки не могли смешаться с общей массой персидских женщин, в результате чего с тех пор у нас стало две упомянутые мной категории женщин.

Так вот, вследствие того, что большинство этих иностранок, свободно живя у нас в Персии и появляясь всюду на базарах и в других общественных местах, часто становились объектами рассматривания со стороны наших мужчин-персов, у последних постепенно сформировалось, конечно бессознательно, наряду с уже существующим отношением к женщинам, как матерям, еще и другое отношение к женщинам, просто как к самкам.

Свойство иметь это определенное двойственное отношение к женщинам, передаваясь по наследству из поколения в поколение, в конце концов, уже настолько у нас укоренилось, что в настоящее время наши мужчины не только различают эти две категории женщин по их внешнему виду также легко, как отличают человека от овцы, собаки, осла и т. д., но у них даже сформировалось нечто, инстинктивно препятствующее им принять женщину одной категории за женщин другой категории.

Даже я сам всегда мог безошибочно узнать на расстоянии, какая проходит женщина. Как я это узнавал – по походке ли, либо по какому-то еще признаку, – при всем своем желании я сейчас не смог бы объяснить, но это факт, и я никогда не ошибался, хотя, как уже говорил вам, обе категории женщин носили одинаковые покрывала.

И всякий нормальный перс – нормальный в смысле не находящийся под влиянием табака, алкоголя или опиума, употребление которых в последнее время, к несчастью распространяется у нас все больше и больше, – всегда может безошибочно сказать, какая женщина – «женщина-мать», а какая – «женщина-самка», то есть проститутка.

Для всякого нормального перса у нас женщина-мать, к какой бы религии она ни принадлежала и независимо от семейных и личных отношений, – как его собственная сестра, а женщина второй категории – просто животное, которое неизбежно вызывает у него чувство отвращения.

Это свойство инстинктивного отношения к женщинам очень сильно у наших мужчин и совершенно не зависит от нашего сознания.

Например, даже если каким-то образом случилось бы так, что самая юная и самая прекрасная женщина какой-нибудь округи оказалась бы в одной постели с мужчиной той же округи, то этот перс даже при всем своем желании, при условии, повторяю, что он не находится под влиянием опиума или алкоголя, – был бы органически не способен обойтись с ней, как с самкой.

Он обращался бы с ней, как со своей собственной сестрой; и даже, если бы она сама проявила бы органическое действие по отношению к нему, он бы тем более пожалел бы ее и считал бы, что она «одержима нечистой силой», и старался бы сделать все возможное, чтобы помочь ей освободиться от этого несчастья.

И этот же самый перс, в нормальных условиях, с женщиной второй категории, то есть с проституткой, будет обращаться как с самкой, так как, как бы юна и прекрасна она не была, он неизбежно будет испытывать к ней органическое отвращение; и он не сможет обращаться с ней, как с женщиной, если в его организм не введены перечисленные мною вредные для человека токсические вещества.

Итак, уважаемый доктор, до двадцати лет я жил в Персии в условиях этих нравов и традиций, как всякий обычный нормальный перс.

В двадцать лет, благодаря унаследованным мной акциям, я оказался компаньоном одной большой фирмы, экспортировавшей персидские сушеные фрукты в различные европейские сообщества.

И, по своему положению в этой фирме, вследствие различных независящих от меня обстоятельств, мне пришлось быть ее главным местным представителем в тех странах континента Европа, в которые экспортировались эти фрукты.

Сначала, как я уже вам говорил, я поехал в Россию, затем в Германию, Италию и другие европейские страны, и вот, наконец, уже семь лет живу здесь, во Франции.

В жизни всех этих чужеземных стран не существует такого четкого различия между этими двумя типами женщин, между женщиной-матерью и женщиной-проституткой, какое я видел и чувствовал в течение всей своей юности в своей родной стране.

У них везде отношение к женщинам чисто умственное, то есть только обдуманное, а не органическое.

Например, муж там, какой бы неверной ни была его жена, никогда этого не узнает, пока не увидит или не услышит об этом.

У нас же, в Персии, без всякого видения или сплетен муж может инстинктивно сказать, верна ли его жена; и то же относится к женщине – женщина у нас может почувствовать любую неверность со стороны своего мужа.

Что касается этого особого инстинктивного чувства у людей, то несколько ученых с континента Европа недавно даже провели у нас очень серьезные специальные исследования.

Как мне случайно довелось узнать, они пришли к ясному выводу, что вообще там, где приняты «полиандрия» или «полигамия», – то есть там, где, согласно установившимся местным правилам, разрешается иметь «более одной жены» или «более одного мужа», – люди приобретают своеобразную «психо-органическую» особенность в своих отношениях мужчины и женщины.

Эта психо-органическая черта имеется и у наших персов вследствие того, что, как вы знаете, мы, будучи последователями магометанской религии, придерживаемся полигамии, то есть каждому мужчине по закону разрешается иметь до семи жен.

И эта психо-органическая черта у наших персов, между прочим, состоит в том, что ни у одной из его законных жен не возникает чувство неверности мужа в отношении других его законных жен.

Такое чувство появляется у одной из жен, только когда ее муж изменяет с посторонней женщиной.

Только теперь, уважаемый доктор, живя здесь в Европе и видя все, что происходит между мужьями и женами, я полностью оценил наш обычай полигамии, так чрезвычайно разумно устроенный и такой благотворный, как для мужчин, так и для женщин.

Хотя каждому мужчине у нас разрешается иметь несколько жен, а не одну, как здесь в Европе, где преобладает христианская религия, разрешающая иметь только одну жену, однако порядочность и честность наших мужчин по отношению к своим женам вне всякого сравнения с порядочностью и честностью здешних мужчин по отношению к своей единственной жене и вообще к своей семье.

Только оглянитесь кругом и посмотрите, что здесь везде происходит.

Поглядите хотя бы на эти залы «Гранд Кафе», где, наряду с обычными профессиональными проститутками и «наемными партнерами в танцах», которые здесь постоянно, за столиками всегда сидят и весело болтают сотни мужчин и женщин.

Глядя на этих мужчин и женщин, вы сказали бы, что это – супружеские пары, которые вместе приехали сюда, либо чтобы посмотреть Париж, либо по какому-нибудь семейному делу.

Но на самом деле, почти наверняка во всех залах этого «Гранд-Кафе», среди этих мужчин и женщин, так весело болтающих и готовых вместе пойти в какой-нибудь отель, нет ни одной пары, которая была бы законным мужем и женой, хотя, в то же время, каждый из них, возможно, на бумаге, имеет законного мужа или жену.

Другая «законная половина» сидящих здесь мужчин и женщин, оставшаяся дома в провинции, возможно, сейчас думает и умеренно говорит своим знакомым, что его «законная жена» или ее «законный муж» уехал в столицу мира Париж, чтобы сделать для семьи кое-какие важные покупки или чтобы встретиться там с кем-то очень важным для семьи, или что-нибудь еще в этом роде.

Но в действительности, чтобы попасть сюда, эти перелетные птицы должны были целый год плести интриги и стряпать всяческие истории, чтобы убедить свою законную половину в необходимости это поездки; и теперь здесь, в компании таких же лжецов и интриганов, во имя и во славу смысла «эпиталамы», с артистичностью, достигнутой этой великой современной цивилизацией, они украшают своих домоседствующих «законных половин» большими «артистически выполненными рогами».

В Европе, вследствие установленного порядка семейной жизни, теперь уже получается так, что если вы встречаете мужчину и женщину вместе и замечаете, что в разговоре у них слышаться веселые интонации, а на лицах появляются улыбки, то вы можете быть вполне уверены, что очень скоро, если уже этого не сделали, они наверняка очень успешно водрузят на свою законную половину пару большущих прекраснейших рогов.

Следовательно, любой немного хитрый человек здесь уже может считаться весьма «почтенным человеком» и «патриархальным отцом семейства».

Всем окружающим его нет ни какого дела до того, что этот «почтенный» и «патриархальный отец семейства» в то же самое время, может быть, имеет – если, конечно, позволяют его средства – на стороне сколь угодно любовниц; наоборот, окружающие здесь обычно проявляют даже больше почтения к такому человеку, чем к тому, который совсем не может иметь «любовниц».

Здесь эти «почтенные мужья», обладающие средствами, имеют на стороне, кроме своей законной жены, не только семь, но и иногда и семь раз по семь «незаконных жен».

А те европейские мужья, у которых нет средств содержать несколько незаконных жен в дополнение к своей одной законной, почти все время, что называется, «глотают слюнки», то есть целыми днями глазеют на каждую встречную женщину и, так сказать, «пожирают ее глазами».

Другими словами, в своих мыслях или в своих чувствах они предают свою единственную законную жену бесчисленное количество раз.

Но хотя у нас, в Персии, мужчина может иметь до семи законных жен, однако же все его мысли и чувства денно и нощно заняты тем, чтобы наилучшим образом устроить внутреннюю и внешнюю жизнь этих своих законных жен; а эти последние, в свою очередь, поглощены им и стараются, также денно и нощно, делать все возможное, чтобы помочь ему выполнить его жизненные обязанности.

Здесь же внутренние взаимоотношения жены и мужа одинаковы: подобно тому, как почти вся внутренняя жизнь мужа растрачивается на то, чтобы быть неверным своей единственной жене, так и внутренняя жизнь этой единственной жены, с первого же дня их соединения, все время отклоняется в сторону от семьи.

Для европейской жены, как правило, как только она вышла замуж, муж становится для ее внутренней жизни, как они говорят, «ее собственностью».

После первой ночи, уверенная в своей собственности, она начинает посвящать всю свою внутреннюю жизнь поискам «чего-то», то есть поискам того неопределимого «идеала», который с раннего детства постепенно формируется у каждой европейской девушки, вследствие того знаменитого «воспитания», которое все время придумывается для них разными современными бессовестными писателями.

Во время своего пребывания в этих европейских странах я заметил, что там в существе женщины никогда не образуется того «нечто», которое постоянно поддерживало в ней, как в наших женщинах, так называемый «органический стыд» или, по крайней мере, предрасположение к нему, на чем, по моему мнению, основано то, что называется «долгом жены» и что как раз и помогает ей инстинктивно воздерживаться от тех действий, которые делают женщину аморальной.

Вот почему любая женщина здесь может очень просто в любой подходящий момент, без страдания и угрызения совести, предать своего законного мужа.

По-моему, именно из-за отсутствия у них этого стыда, здесь, в Европе, линия, разделяющая женщину-мать и женщину-проститутку, постепенно перестала существовать, и эти две категории женщин уже давно слились в одну, так что в настоящее время здесь ни в уме, ни в чувствах мужчин не сохранилось того разделения женщин на две категории, которое делает почти каждый перс.

Здесь теперь могут отличить женщину-мать от женщины-самки, только если видят все ее проявления своими собственными глазами.

В европейских условиях семейной жизни, ввиду отсутствия благотворного института полигамии – института, который, по моему мнению, давно нужно было бы здесь ввести хотя бы по той простой причине, что, как показывает статистика, число женщин здесь значительно превышает число мужчин, – существуют тысячи других неудобств и непристойностей, которых могло вовсе не быть.

Итак, уважаемый доктор, основной причиной моего второго порока было то, что я, рожденный и воспитанный в традициях морали, совершенно противоположных существующим здесь, приехал сюда в возрасте, когда животные страсти в мужчине особенно сильны. Вытекающие отсюда несчастья для меня лично возникли, главным образом, оттого, что я приехал сюда еще очень юным и, по здешним понятиям, красивым; и благодаря моему истинно южному типу многие женщины здесь, для которых я был новым и оригинальным типом самца, начали за мной настоящую охоту.

Они преследовали меня, как «крупную дичь».

И я был для них крупной дичью не только из-за своего специфического типа истинного южанина, но также из-за своей мягкости и учтивости в отношении с женщинами – качеств, воспитанных во мне с самого раннего детства в общении с нашими персидскими женщинами-матерями.

Когда я приехал сюда и стал знакомиться с женщинами, я был, конечно, хотя не сознавал этого, мягок и учтив также и с ними.

Итак, знакомясь здесь с женщинами и вначале только разговаривая с ними, главным образом, на тему современной цивилизации и, так сказать, отсталости нашей Персии в сравнении с ней, я затем, конечно под влиянием алкоголя, который тогда употреблял в довольно больших количествах, пал в первый раз, то есть, как будущий отец семейства поступил подло.

Хотя в то время это стоило мне больших страданий и угрызений совести, однако же окружение, опять-таки вместе с действием этого алкоголя, заставило меня пасть во второй раз; и после этого все, так сказать, покатилось по наклонной плоскости и привело к тому, что я есть сейчас, по сути дела, в этом отношении весьма грязное животное.

Теперь особенно, по временам, когда я бываю совершенно свободен от влияния алкоголя, я испытываю моральные мучения и презираю себя всем своим существом, и в такие моменты я еще больше спешу опять влить в себя алкоголь, чтобы забыться и, таким образом, потопить свои страдания.

После того как я жил этой жизнью в перечисленных мною странах Европы, я, в конце концов, осел здесь в Париже – как раз в том европейском городе, куда женщины съезжаются со всех концов Европы и с других континентов с очевидным намерением понаставить «рога» другой своей законной половине. И здесь, в Париже, я окончательно пристрастился к обоим этим человеческим поркам, то есть к алкоголю и, как вы сказали, к беганью за юбками, и мотаются налево и направо без всякого смысла. И теперь удовлетворение обоих этих пороков мне более необходимо, чем удовлетворение голода.

Вот как все шло у меня до сих пор, а что будет дальше, я не знаю, да и знать не хочу.

Я даже всегда делаю все возможное и борюсь с собой, чтобы не думать об этом».

Сказав эти последние слова, он искренне вздохнул и удрученно повесил голову. Я же спросил его:

«Но скажите мне, пожалуйста, вы, действительно, не боитесь заразиться этими ужасными болезнями, которыми обычно страдают эти женщины, за которыми бегают подобные вам «любители юбок?"»

При этом моем вопросе он опять глубоко вздохнул и после недолго молчания рассказал мне следующее:

«Эх!.. достопочтенный доктор!

В последние годы я очень много думал об этом вопросе. Он давно стал для меня предметом такого интереса, что в некотором смысле явился благословенным средством, под действием которого моя внутренняя «отвратительная жизнь», несмотря ни на что, протекала более или менее терпимо.

Как врачу, вам, вероятно, будет очень интересно узнать, как и почему этот самый вопрос так сильно заинтересовал меня несколько лет назад и какому выводу я пришел после того, как, в относительно нормальном состоянии, очень серьезно наблюдал и изучал его.

Около девяти лет назад у меня был такой приступ депрессии, что даже алкоголь почти не оказывал на меня действия и не успокаивал мое психическое состояние.

И случилось так, что как раз тогда я часто встречался с некоторыми знакомыми и друзьями, которые много говорили о грязных болезнях и как легко можно ими заразиться.

От этих разговоров я сам стал довольно часто думать о себе и мало помалу начал беспокоиться о своем здоровье, почти как истерическая женщина.

Я часто размышлял над тем, что, будучи почти всегда пьяным и постоянно имея дело с такими зараженными женщинами, очевидно, даже если почему-то у меня нет пока явных симптомов этих болезней, я, по всей вероятности, должно быть, уже заразился одной из них.

После таких размышлений я сперва начал консультироваться у различных специалистов, чтобы выяснить, каковы ранние симптомы болезни, которой я уже мог быть заражен.

Хотя ни один из местных специалистов ничего не нашел у меня, я все же продолжал сомневаться, потому что, с одной стороны, мое беспокойство о своем здоровье и, с другой стороны, мой собственный здравый смысл продолжали меня уверять, что несомненно уже, должно быть, заразился одной из этих ужасных болезней.

Все это довело меня до того, что я решил любой ценой проконсультироваться здесь в Париже, но на этот раз у ведущих специалистов всей Европы. Я мог себе это позволить потому, что из-за Мировой войны, когда повсюду транспорт вышел из строя и все продукты поднялись в цене, наша фирма, имея везде на складах очень большие запасы сухих фруктов, в тот год получила значительно больше прибыли, довольно большая часть которой выпала на мою долю.

Когда я созвал этих европейских знаменитостей, они – после всяческих очень «обстоятельных» исследований и так называемых «химических анализов», известных им одним, – единодушно заявили, что у меня в организме нет ни малейшего намека на какое-либо венерическое заболевание.

Хотя это их заключение положило конец моему хроническому беспокойству за свое здоровье, однако оно стало причиной роста у меня такого сильного чувства любопытства и желания выяснить этот вопрос, что с тех пор это превратилось у меня в своего рода манию, в своеобразную «idee fixe».

И с тех пор серьезные наблюдения и изучения всего, касающегося этих болезней, оживили и оправдывали смысл того, что я назвал «своей отвратительной жизнью».

В этот период своей жизни я проводил эти свои наблюдения и исследования всегда всем своим внутренним «Я» в пьяном, полупьяном, а также в трезвом состоянии.

И тогда, помимо прочего, я также усердно читал всякую литературу, имевшуюся здесь в Европе, об этих болезнях и притом большинство книг по этому вопросу на французском и немецком языках.

Это я мог делать легко, потому что, как вы видите, я так владею французским, что едва ли можно догадаться, что я не настоящий французский интеллигент, с немецким я также справляюсь очень хорошо, поскольку довольно долго жил в Германии и всегда от нечего делать в свободное время изучал их язык и литературу.

Так что, заинтересовавшись этим вопросом, я смог полностью познакомиться со всем знанием, имеющимся у современной цивилизации по вопросу о венерических болезнях.

В этой литературе, казалось, есть сотни теорий и сотни гипотез относительно причин заражения венерическими болезнями, однако я не мог обнаружить ни одного убедительно объяснения, как и почему некоторые люди заражаются этими болезнями, а другие нет, и вскоре убедился, что выяснить это с помощью знаний, имеющихся в настоящее время по этому вопросу здесь, в Европе, я не могу.

Из всей этой литературы, – конечно, оставляя в стороне и даже не упоминая множества тех толстых «научных трудов», содержание которых сразу показывает всякому более или менее нормальному человеку, что они написаны людьми, которые в этом вопросе, как говориться «полные невежды», то есть совсем не специалисты по человеческим болезням, – получил общее впечатление, что люди заражаются и заболевают венерическими болезнями только из-за своей собственной нечистоплотности.

Когда я пришел к этому окончательному выводу, мне ничего не оставалось, как только сосредоточить все свое внимание на том, чтобы выяснить, в чем же, собственно, состоит моя личная чистоплотность, которая до сих предохраняла меня от заражения.

Тогда я начал рассуждать следующим образом.

Одеваюсь я не чище, чем все остальные, живущие здесь в Европе; я мою руки и лицо каждое утро так же как и все остальные; раз в неделю я обязательно иду в хамам, тоже, по-видимому, как все, – и таким образом я перебрал мысленно много всего и результате не нашел ничего, в чем, в этом отношении, я был исключением; и только один факт оставался фактом, что при своей омерзительной жизни я, конечно, имел больше шансов заразиться, чем кто-либо другой.

С тех пор мои мысли стали руководствоваться двумя определенными убеждениями, уже полностью у меня утвердившимися: во-первых, что всякий, имеющий сношения с такими женщинами, должен неизбежно рано или поздно заразиться; и, во-вторых, что только чистоплотность предохраняет от такого заражения.

В таком духе я продолжал размышлять целую неделю, пока вдруг не вспомнил об одной своей привычке, которую здесь, в Европе, я всегда тщательно скрывал от своих знакомых, а именно, я вспомнил о той своей привычке, которая у нас, в Персии, называется абдест.

Обычай абдеста, который по здешним понятиям, можно назвать омовением, у нас, в Персии, является одним из главных обычаев.

Строго говоря, каждый последователь магометанской религии должен следовать этому обычаю, хотя особенно строго он соблюдается только мусульманами шиитской секты; ну а поскольку почти вся Персия состоит из шиитов, то этот обычай нигде так широко не распространен, как у нас, в Персии.

Этот обычай состоит в том, что каждый приверженец шиитской секты, как мужчина, так и женщина, должен после «уборной» омыть свои половые органы. Для этой цели у каждой семьи имеются необходимые принадлежности, даже считающимися у нас самыми важными, состоящие из специального сосуда, своеобразного кувшина, называемого «ибрх». И чем богаче семья, тем больше у нее должно быть таких кувшинов, поскольку такой кувшин должен быть обязательно сразу предоставлен в распоряжение всякого вновь прибывшего гостя.

Я сам с раннего детства был тоже приучен к этому обычаю, и постепенно он так вошел в мою повседневную жизнь, что даже когда я приехал сюда в Европу, где такого обычая нет, я не мог прожить дня, не совершая этого омовения.

Например, мне гораздо легче обойтись без умывания лица и даже без попойки, чем не омыть холодной водой определенные части своего тела после уборной.

В настоящее время, живя здесь в Европе, я не только вынужден мириться с очень многими неудобствами в связи с этой своей привычкой, но даже вынужден отказаться от некоторых современных удобств, которые я мог бы себе легко позволить.

Например, я сейчас живу в Париже, где, благодаря своим средствам, мог бы вполне позволить себе жить в самом лучшем отеле со всеми современными удобствами, однако из-за этой своей привычки я не могу сделать этого, а должен жить в какой-то грязной гостинице, расположенной далеко от «центра» и от всех тех мест, где мне нужно бывать почти ежедневно.

В гостинице, где я сейчас живу, нет других удобств, кроме одного, очень для меня важного, дело в том, что, будучи старой конструкции, эта гостиница имеет «ватерклозеты» старого типа, а не новые современные американские изобретения, и эта-то старая система является наиболее удобной и подходящей для этой моей привычки.

Вполне вероятно, что я полусознательно даже выбрал Францию в качестве своего главного места пребывания потому, что здесь еще можно везде, особенно в провинции, найти ватерклозеты старой системы, как у нас в Персии.

В других странах Европы эта, как ее теперь называют, «азиатская система» уже почти не существует. Она почти везде была заменена американской системой с ее удобными полированными «креслами», на которых я лично могу только отдыхать и читать книгу под названием «Декамерон».

Так вот, мой почтенный доктор, когда я вдруг вспомнил об этой своей привычке, я сразу без всяких дальнейших сомнений понял, что если до сих пор избежал заражения какой-нибудь грязной болезнью, так это исключительно потому, что я часто мою свои половые органы холодной водой».

Сказав эти последние слова, этот симпатичный молодой перс воздел вверх руки и всем своим существом воскликнул:

«Да благословенна будет во веки память тех, кто создал для нас этот благой обычай».

Потом он долгое время ничего не говорил, задумчиво глядя на сидящую поблизости группу американцев, которые в тот момент рассуждали о том, где лучше одеваются женщины: в Европе или Америке; а затем вдруг обратился ко мне со следующими словами:

«Высокоуважаемый и почтенный доктор!

За время своего знакомства с вами я вполне убедился, что вы очень хорошо образованы и, как говорится, весьма начитаны.

Будьте же любезны, скажите мне свое авторитетное мнение, чтобы я мог, наконец, понять и решить одну проблему, которая последние годы возбуждает мое любопытство и которая, когда я относительно трезв, часто у меня возникает и мешает моим мыслям.

Дело в том, что, живя здесь в Европе, где люди исповедуют религию, последователи которой составляют почти полмира, я до сих пор не встретил в их обычной жизни ни одного хорошего обычая, в то время как у нас, исповедующих магометанскую религию, их очень много.

В чем дело? В чем причина этого? Разве не было соответствующих указаний, предусмотренных Основателем этой великой религии для обычной жизни людей, последователей этой религии?..»

Так вот, мой мальчик, поскольку тот молодой перс за время нашего знакомства стал мне симпатичен, я не мог отказать ему в этой просьбе и решил объяснить ему это, но, конечно, в такой форме, чтобы он даже не заподозрил, кто я и какова моя истинная природа.

Я сказал ему:

«Вы говорите, что в религии, которую исповедует полмира, и вы, вероятно, имеете в виду «христианство», нет таких хороших обычаев, как в вашей мусульманской религии?

Действительно ли это так? Напротив, в этой религии было гораздо больше хороших обычаев, чем в любой другой современной религии; ни в одном из древних религиозных учений не было заложено столь хороших предписаний для обычной повседневной жизни, как именно в том учении, на котором была основана эта самая христианская религия.

Если же сами последователи этой великой религии, особенно так называемые «отцы церкви» средних веков, постепенно стали обращаться с этой религией, как «Синяя Борода» со своими женами, который подвергал их осмеянию и портил всю их красоту и очарование, – это уже совсем другое дело.

В общем, вы должны знать, что все великие истинные религии, существующие до сих пор и созданные, как свидетельствует самая история, людьми равных достижений в отношении совершенствования своего чистого разума, всегда основываются на одних и тех же истинах. Различие между этими религиями заключается только в определенных установленных ими правилами соблюдения некоторых частностей и так называемых ритуалов; и это различие является результатом намеренного приспособления великими основателями этих правил, которые соответствовали степени умственного совершенствования людей данного периода.

В корне всех новых учений, на которых основывается религия, всегда можно найти догматы, взятые из более ранних религий и уже хорошо закрепившиеся в жизни народа.

И в этом случае полностью оправдывается пословица, издавна бытующая в народе: «ничто не ново под Луной».

Новыми в этих религиозных учениях, как я сказал, являются только небольшие детали, преднамеренно приспособленные великими основателями к степени умственного совершенствования людей данной эпохи. И таким образом в основу этой самой доктрины, на которой зиждется христианская религия, было почти целиком положено ранее существовавшее великое учение, называемое теперь иудаизмом, последователей которого некогда тоже насчитывалось, как говорится, «полмира».

Великие основатели христианской религии, взяв за основу иудейское учение, изменили только его внешние детали в соответствии со степенью умственного развития современников Иисуса Христа и нем успешно предусмотрели все необходимое для благополучия народа.

В ней было предусмотрено все, как говорится, и для души, и для тела; и она даже давала все необходимые правила для мирного и счастливого существования. И это все было чрезвычайно мудро предусмотрено таким образом, что эта религия могла быть пригодной также для людей гораздо более поздних эпох.

Если бы доктрина этой религии осталась неименной, она, возможно, годилась бы даже для этих современных людей, которых, между прочим, наш мулла Наср-эддин характеризует выражением: «он моргнет, только если ткнуть ему в глаз бревном».

При зарождении христианской религии в нее вошло, помимо тех специально установленных правил для обычного существования, которые отвечали потребностям современников Иисуса Христа, также много превосходных обычаев, которые уже существовали и хорошо закрепились в жизни людей, последователей иудейской религии.

Даже те хорошие обычаи, которые теперь есть у вас в магометанской религии, были переданы вам из иудейской религии. Возьмите, например, этот вот упомянутый вами обычай «суниат», или обрезание. Этот обычай вначале также содержался и в этой христианской религии и сначала был обязательным и строго выполнялся всеми ее последователями. Только в последствии он очень быстро и неожиданно совершенно исчез из христианской религии.

Если хотите, мой юный друг, я расскажу вам подробно о возникновении этого обычая; и вы поймете, почему такой полезный для здоровья и нормальной жизни людей обычай был включен в иудейскую религию, а поскольку иудейская доктрина была положена в основу христианской религии.

Этот обычай, который вы называете суннат, был впервые создан и введен в иудейскую религиозную доктрину великим Моисеем.

А для чего великий Моисей ввел этот обычай в религию иудейского народа, я узнал из очень древней халдейской рукописи.

В этой рукописи говорилось что, когда великий Моисей был вождем иудейского народа и вел его из земли Египетской в землю Ханаанскую, он во время путешествия установил, что среди юношей и детей вверенного ему Свыше народа очень широко распространена болезнь, называвшуюся тогда «мордортен», которую современные люди называют онанизмом.

Далее в рукописи говорилось, что, установив этот факт, великий Моисей был очень обеспокоен и с тех пор начал вести очень внимательные наблюдения, чтобы найти причины этого зла и средства его искоренения.

Эти его исследования привели этого несравненного мудреца впоследствии к написанию книги под названием: «Туха тес налул пан», что на современном языке означает: «Квинтэссенция моих размышлений».

С содержанием этой замечательной книги мне также однажды довелось познакомиться.

В начале объяснения болезни мордортен, помимо прочего говорилось, что человеческий организм был доведен Великой Природой до такого совершенства, что абсолютно все органы снабжены средствами защиты от всякого внешнего загрязнения, и, следовательно, если какой-либо орган у людей функционирует неправильно, то виноваты в этом сами люди, вследствие ими же самими установленных условий повседневной жизни.

А что касается самих причин появления у детей мордортена, то в главе VI, стих XI, этой несравненной книги говорилось, что эта болезнь случается у детей по следующим причинам.

Среди определенных веществ вырабатываемых человеческим организмом и постепенно выбрасываемых им в виде выделений, есть определенное вещество, называемое «кулнабо».

Это вещество вообще вырабатывается в организме существ с целью нейтрализации других, также определенных, веществ, необходимых для функционирования их половых органов, и оно образуется и участвует в функционировании указанных органов с самого начала возникновения существ обоих полов, то есть с детства.

Великая Природа устроила так, что, после использования, остатки этого вещества выбрасываются из организма мальчиков в месте между «тулхтотано» и «сарнуонино», а у девочек из мест между «картотахными буграми».

Части организмов мальчиков, расположенные на конце так называемого «детородного члена», и которые в этой несравненной книге называются «тулхтотано» и «сарнуонино», в современной медицине называются glans penis и prepuce penis,[13] а «картотахные возвышения», закрывающие так называемые «клитор» у девочек, называются labia majora и labia minora, или, говоря на обычном языке, «большими и малыми срамными губами».

Для вещества «кулнабо» у современной медицины вообще нет названия, так как это самостоятельное вещество ей совершенно неизвестно.

Современная земная медицина имеет название только для всей массы тех веществ, среди которых есть также вещество кулнабо.

И вся эта масса, называемая «смегмой», является смесью совершенно разнородных веществ, выделяемых различными так называемыми «железами», которые не имеют между собой ничего общего, как например, «сальная» железа, «бартолиниева» железа, «куперова», «нолниольная» и другие.

Отделение и испарение этих отработанных веществ, согласно предусмотрительности Великой Природы, должно вызывать в упомянутых местах всякого рода случайными прикосновениями и различными движениями, происходящими в атмосфере.

Но, непредусмотренная Природой, одежда, которую изобрели себе люди, мешает упомянутым факторам свободно осуществить отделение и испарение этих веществ, в результате чего это кулнабо, оставаясь долго на этих местах, вызывает потоотделение; более того, поскольку это вещество является вообще самой лучшей средой для размножения так называемых «бактерий», существующих в атмосфере, а также и в так называемых «субъективных сферах» всевозможных вещей, непосредственно контактирующих с детьми, то от этого размножения на данных частях организма детей начинается процесс, называемый «зудом».

Из-за этого зуда дети начинают, вначале бессознательно, тереть и чесать эти места. Затем, поскольку в этих местах организмом сосредоточены все окончания нервов, созданных Природой для особого ощущения, необходимого для завершения священного процесса эльмуарно, которое нормально возникает и взрослых в конце так называемого совокупления, и поскольку, особенно в определенный период, когда, согласно предусмотрительности Великой Природы, у детей в этих органах происходит процесс подготовки к будущей половой деятельности, они испытывают от этого трения и расчесывания определенное особенно приятное ощущение и начинают, поняв инстинктивно, от каких их действий у них возникает это приятное ощущение, тереть эти места даже тогда, когда нет зуда; и таким образом ряды маленьких «мордортенистов» на Земле все время очень быстро растут.

Что же касается тех мер, которые предпринял великий Моисей для искоренения этого зла, то о них я узнал не из вышеупомянутой книги «Туха тес налул пан», а из одного также очень древнего папируса.

Из содержания этого папируса можно было ясно увидеть, что великий Моисей осуществил на практике идеи, изложенные по этому вопросу в книге «Туха тес налул пан», создав для своего народа те две религиозных обряда, один из которых называется «сикт нер чорн», а второй «цел пуц кан».

Священный «сикт нер чорн» был специально создан для мальчиков, а священный «цел пуц кан» – для девочек, и они должны были обязательно совершаться над всеми детьми обоего пола.

Обряд «сикт нер чорн» был, например, то же самое, что ваш санаит. Путем обрезания так называемого «воджиано», или «fremun penis», у мальчиков, разрывается связь между головкой и покрывающей ее кожей и, таким образом, достигается свободное движение этой кожи, или, как она называется, «prepuce penis».

Согласно дошедшей до нас с древних времен информации, а также согласно нашему собственному здравому смыслу, ясно, что великий Моисей, который, как мы знаем из другого источника, был очень большим авторитетом в медицине, хотел этим способом обеспечить то, чтобы совокупность веществ, скапливающихся в указанных местах, могла бы сама по себе механически удаляться в результате всяких случайных прикосновений и, таким образом, перестать быть фактором для возникновения упомянутого зловредного зуда. Что касается обширных познаний великого Моисея в области медицины, то множество разных исторических источников сходятся на том, что он получил свои медицинские знания во время пребывания в Египте в качестве ученика высших египетских жрецов, к которым эти знания перешли от их предков с континента Атлантида – первых и последних истинно ученых существ Земли, членов общества, называемого тогда Ахалдан.

Благотворные результаты обычаев, созданных тогда великим Моисеем, даже теперь хорошо видны на практике.

Касаясь, например, в частности, обычая обрезания, я, будучи хорошим диагностом, умеющим, лишь раз взглянув на лицо человека, определить, какое у него в организме нарушение, могу с уверенностью сказать, что эта ужасная детская болезнь онанизм едва ли когда встречается у детей, над которыми был совершен этот обряд, в тоже время как дети родителей, не соблюдающих этого обычая, почти все ей подвержены.

Исключением в этом отношении являются только дети тех родителей, которые действительно культурны в полном смысле этого слова и которые ясно понимают, что будущая нормальная умственная деятельность их детей зависит исключительно от того, заболеют ли они в детстве или в юности этой болезнью, или нет.

Такие культурные родители очень хорошо знают, что если хоть раз ощущение кульминации так называемого «уамонваносинного процесса» возникнет в так называемой «нервной системе» их ребенка до достижения совершеннолетия, у него уже никогда не будет полной возможности нормального процесса мышления, когда он встанет взрослым; и, потому, такие культурные родители всегда считают своим первым и главным долгом по отношению к своим детям воспитать их в этом отношении.

Не в пример многим современным родителям, они не считают, что воспитание детей состоит в том, чтобы заставить их заучить наизусть как можно больше стихотворений, сочиненных «мордортенистами-психопатами», или же в том, чтобы научить их «лихо щелкать каблуками» перед своими знакомыми, в каковых достоинствах, по понятиям людей последнего времени, и состоит, к несчастью, вся воспитанность детей.

Вот так-то, мой дорой друг, и, хотя и очень порочный, но все же симпатичный, молодой человек.

Оба эти обряда были созданы великим Моисеем и введены тогда в обычную жизнь иудейского народа для того, чтобы нейтрализовать это пагубное изобретение одежды, из-за которого были уничтожены факторы, предусмотренные Природой для защиты этих органов от вредного действия выделяемых ими веществ; и эти два обряда передавались из поколения в поколение, как самим последователям иудейской религии, так и другим, которые переняли эти два полезных обряда почти без изменения. И только после «смерти великого царя Соломона» обряд «цел пуц кан» по той или иной причине перестал совершаться даже последователями этой иудейской религии, и только обряд «сикт нер чорн» продолжал автоматически совершаться и дошел до современных представителей того народа.

И этот обычай, вместе со многими другими древними иудейскими обычаями, также дошел до последователей христианской религии, которые вначале соблюдали его в своей повседневной жизни очень строго; но очень скоро и сам этот обычай, и даже информация о его усвоении ими одинаково быстро исчезли у последователей этой тогда еще новой религии.

Да… мой дорогой друг, если бы только учение Божественного Иисуса Христа исполнялось в полном соответствии со своими первоисточником, то необычайно мудро основанная на нем религия было бы не только лучшей из всех существующих религий, но даже и из всех религий, которые могут возникнуть и существовать в будущем.

В магометанской религии, за исключением обычая полигамии, нет ничего такого, чего бы также не было в иудейском, равно как и в христианском учениях.

Обычай полигамии, учрежденный на основе научных выводов известного тогда арабского ученого существа Наулана-эль-Ауля, был введен в повседневную жизнь народа вообще после эпохи основания христианской религии.

Ваша религия возникла гораздо позднее, и ее содержание было намеренно ограничено ее великими творцами, стремившимися подчеркнуть значение некоторых вседневных обычаев.

Они сделали это потому, что в то время уже ясно проявились как упадок христианской религии, так и исчезновение у обычных людей способности к созерцанию, то есть к тому состоянию, в котором только и можно понять истины, указанные в подлинных религиозных учениях.

Заметив все это, великие творцы магометанской религии решили, с одной стороны, упростить само учение, а с другой, подчеркнуть некоторые обычаи, чтобы повседневная жизнь последователей этого нового учения, потерявших способность к созерцанию и, следовательно, возможность понять истины сознательно, могла бы по крайней мере механически протекать более или менее сносно.

Именно в это время, наряду с другими обычаями, они ввели и особенно выделили упомянутые вами обычаи суниат, абдест и полигамию, благотворные результаты которых мы видим на практике даже сейчас.

Например, как вы сами справедливо заметили, благодаря обрезанию и омовению у последователей этой религии редко можно встретить как онанизм, так и некоторые венерические болезни; а благодаря полигамии, мы видим у последователей этой религии такое взаимное, так сказать, психо-органическое поддержание основ семейной жизни, какое почти совершенно отсутствует у последователей христианской религии.

От полезных обычаев, первоначально содержавшихся в христианской религии и введенных творцами этой религии в жизнь ее последователей для сохранения здоровья и поддержания основ морали, необходимой для счастливой жизни, теперь ничего не осталось за исключением обычая периодически поститься, то есть воздерживаться в определенные периоды года от потребления некоторых пищевых продуктов.

Да и этот единственный выживший полезный обычай уже либо полностью исчезает из обычной жизни последователей этой религии, либо его соблюдение настолько меняется от года к году, что для постящихся не получается никакого толчка, хотя именно ради такого толчка этот «пост» и был учрежден.

Изменения, происходящие теперь в процессе этого христианского обычая поститься, очень характерны и являются отличным примером для понимания того, как вообще все «хорошие христианские обычаи» мало-помалу подвергались изменениям, пока, наконец, совсем не исчезли.

Хорошей иллюстрацией является современное соблюдение этого поста так называемыми русскими «православными христианами».

Эти русские православные христиане целиком переняли свою религию от так называемых «православных греков», от которых, вместе со многими другими христианскими обычаями, пришел к ним и этот обычай, «поститься».

Большинство миллионов этих русских православных христиан еще продолжает, как говорят, «строго» поститься в соответствии с так называемым «православным уставом», ныне существующим там.

Но что касается того, каким образом они постятся, то тут нельзя не вспомнить высказывание нашего дорого муллы Наср-эддина в подобных случаях:

«Не все ли равно, что я пою как осел, коли меня называют соловьем?»

Пост этих русских православных христиан – как раз такого рода случай.

Раз они называются христианами, да еще православными, то не все ли равно, что они не получают от поста никакого толчка?

Как я уже сказал, эти русские православные христиане, даже в настоящее время очень строго соблюдают сроки и дни постов, указанные в упомянутых «уставах».

Что же касается того, что должно и что не должно принимать в пищу во время поста, то как раз тут-то и «зарыта левая лапа кудлатой собаки экс-императора Вильгельма».

Вы ясно поймете, как постятся эти современные русские православные христиане, если я в точности повторю вам слова одного из этих истинных русских православных христиан, сказанные мне не так давно там, в России.

Я встречался с этим русским там по одному делу и даже подружился с ним и бывал в него в доме.

Он слыл среди окружающих очень хорошим христианином и патриархальным отцом семейства; родом он был из так называемых «староверов"».

Здесь, мой мальчик, тебе, пожалуй, надо также знать, что некоторых существ этой большой группировки России остальные называют «староверами».

Староверами называют тех православных христиан, чьи предки, несколько столетий назад, отказались принять новые правила, кем-то установленные для русских православных христиан, а остались верными последователями существовавших ранее правил, также установленных кем-то всего лишь за одно или два столетия до данного «религиозного раскола», какие время от времени обыкновенно происходят у них.

Итак, упомянутый достойный русский старовер, – продолжал я рассказывать молодому персу, – однажды, когда мы вместе обедали у него дома в обществе еще нескольких русских, также православных христиан, повернулся ко мне и сказал: «Эх, старина!»

Между прочим, надо сказать, что у существ этой группировки после второго стакана настоящей русской водки принято называть своих знакомых разными ласкательными именами, как, например, «старина», «мой запупунчик», «мой толстопузик», «эх, моя кубышечка» и так далее и тому подобное.

Итак, этот достойный истинный православный христианин, обратившись ко мне, как к «старине», сказал:

«Ничего, старина! Скоро у нас будет Великий пост, и тогда мы вместе будем угощаться настоящими русскими блюдами.

Сказать по правде, здесь, в России, во время «мясоедов» мы почти всегда едим одно и то же.

Но совсем другое дело во время постов, особенно во время Великого поста.

Дня не проходит без того, чтобы тебя не осчастливили каким-нибудь вкуснейшим блюдом.

Знаешь что, старина? На этот предмет я сделал на днях очень интересное «открытие».

Это мое новое открытие на версту выше открытия того старого чудака Коперника, который однажды, лежа мертвецки пьяным на земле, ясно почувствовал, видимо, что Земля идет кругом.

Ах, какое чудо! Какое открытие!

Да только в нашей матушке Москве сотни тысяч таких открытий делаются, наверное, каждый день.

Ну нет… Вот мое настоящее открытие и чрезвычайно поучительное и важное.

Это мое открытие в том, что все мы были набитые дураки и безнадежные идиоты, так как воображали и были совершенно убеждены, что множеством хороших, разнообразных и вкуснейших блюд во время поста мы обязаны знаменитому искусству наших поваров и кухарок.

В день, особенно благословенный для моих ближайших, когда я удостоился понять эту истину, то есть когда наша несравненная Дуняша, наконец, сумела поместить среди слоев пирога к ухе с печенью палтуса и воробейником еще ряд вторичных слоев, я понял всем своим существом, что это было большой ошибкой с нашей стороны.

Сначала я понял это сам, а затем доказал всем своим домочадцам, что если у нас во время Великого поста есть так много разнообразных вкуснейших блюд, то этим мы обязаны только нашим благословенным и славным рыбам.

Во время постов, и особенно во время Великого Поста, наши дома осчастливлены частыми визитами:

Достопочтенного Осетра и

Почтенной Стерляди и

Уважаемого Балыка и

Незабываемого Палтуса,

Ее Сиятельного Высочества Семги и

Музыкальной Белой Осетрины и

Безмятежно Гибкой Макрели и

Вечно Сердитой Щуки и

Всегда Степенного Сига и

Животрепетной Форели и

Красавицы Ерешки и

Гордой Шамайки и

Достопочтенного Леща и всех остальных наших таких же благодетелей и заступников.

Одни только названия этих наших подателей добра и веселья – уже для нас величайший дар Божий.

Когда мы слышим их названия, у нас сердце замирает.

Эти их названия – не просто названия, а настоящая музыка. Действительно, можно ли сравнить звуки музыки, сочиненной там разными бетховенами, шопенами и другими модными пустозвонами, со звуками названий этих благословенных рыб?

Всякий раз, когда мы слышим названия этих славных созданий, внутри нас разливается блаженство и растекается по нашим нервам и венам.

Эх, Благословенные Рыбы, впервые сотворенные Нашим Творцом! Помилуйте нас и поддержите нас также и в эти «мясоедные дни». Аминь».

После этой молитвы этот достойный русский православный христианин осушил чудовищный стакан настоящей очищенной русской водки и с умилением уставился на статуэтку «Венеры и Психеи», стоящую поблизости.

И в самом деле, мой друг, почти каждый русский православный христианин имеет такое же представление о посте и такое же к нему отношение.

Во время этих «христианских постов», которые перешли к ним от православных греков, все они едят мясо рыбы.

У них не считается «грехом» есть мясо рыбы, и они с аппетитом едят его как постное блюдо.

Я лично не могу постичь только одного: с чего эти русские «горе-православные» взяли, что во время христианских постов, особенно во время Великого поста, можно есть мясо рыбы?

Я нахожу это непостижимым, поскольку православные христиане, от которых они переняли эту религию, а именно греки, ни в прошлом, ни в настоящем никогда не ели и не едят мясо рыбы во время постов.

Даже современные греки едят рыбу во время Великого поста только в один день и то только, согласно уставу православной церкви, в память дня, связанного с Божественным Иисусом Христом.

Результат поста, разрешающего употребление мяса рыбы, не только не дает никакого толчка постящимся, но и прямо противоречит тому, на что указывал и чему учил сам Божественный Иисус Христос, и для чего этот обычай был установлен великими творцами христианской религии.

В подтверждение того, что я только что вам рассказал, вам полезно было бы, мой юный друг, послушать то, что мне однажды довелось прочитать о христианском посте в одной иудейско-ессейской рукописи.

В этой древней рукописи говорилось, что обычай, установленный для последователей учения Иисуса Христа, поститься в определенные периоды года, был введен много времени спустя после Его смерти, а именно в 214 году после Его рождения.

Обычай поститься был учрежден и введен в христианскую религию великим тайным Кельнукским Собором.

Этот тайный Кельнукский Собор был созван всеми последователями тогда еще нового учения Иисуса Христа в местности Кельнук, лежащей на берегах Мертвого моря. Поэтому он известен в истории христианства как Кельнукский Собор.

И проводился он тайно, поскольку последователи Иисуса Христа тогда везде жестко преследовались власть имущими.

Власть имущие преследовали их, так как очень часто боялись, что если люди будут жить в соответствии с этим учением, то, хотя они сами, то есть власть имущие, смогут также жить очень хорошо, однако исчезнут все мотивы для проявления их власти и тем самым упразднятся те импульсы, удовлетворение которых вызывает щекотание их внутреннего бога, называемого «Самолюбие».

Как раз во время этого Кельнукского Собора его члены впервые установили правило, что последователи учения Иисуса Христа должны в определенные дни воздерживаться от употребления в пищу некоторых пищевых продуктов.

А первоначальной причиной установления этого поста послужил спор на этом Кельнукском Соборе между двумя знаменитыми тогда учеными, а именно между великим Хертунано и великим греческим философом Веггендиади.

Великий Хертунано был представителем всех последователей учения Иисуса Христа, обосновавшихся на берегах Красного Моря, в то время как философ Веггендиади был представителем тогдашних последователей этого учения в Греции.

Философ Веггендиади был известен своей ученостью только в своей стране, а Хертунано знали по всей Земле. Он считался величайшим авторитетом по законам внутренней организации человека, а также авторитетом в науке, тогда называвшейся алхимией, – конечно, не той алхимической науки, о которой имеют понятия современные люди и которую они обозначают тем же словом.

Знаменитый спор между великим Хертунано и Веггендиади возник по следующему поводу.

Философ Веггендиади занял два дня, утверждая и доказывая, что абсолютно необходимо распространить среди всех последователей учения Иисуса представление о том, что убивать животных с целью употребления их мяса в пищу – величайший грех и, кроме того, что это мясо очень вредно для здоровья и т. д.

После философа Веггендиади на кафедру поднялось несколько других представителей, и они выступили за или против него.

Наконец как говорилось в этой рукописи, на кафедру медленно и со сдержанным достоинством поднялся великий Хертунано и заговорил, как ему было свойственно, ясно и спокойно.

Согласно тексту это рукописи, он тогда сказал следующее:

«Я полностью согласен со всеми фактами и аргументами, изложенных здесь нашим братом во Христе философом Веггендиади.

Я, со своей стороны, даже добавлю ко всему сказанному им, что прерывать другие жизни просто для того, чтобы набить себе живот, – позор из позоров, на которые только способен человек.

Если бы я тоже не интересовался этим вопросом много лет и если бы не пришел к некоторым совершенно иным конкретным выводам, то после всего того, что здесь сказал наш брат во Христе Веггендиади, я, не колеблясь не минуты, стал бы уговаривать и заклинать всех вас, чтобы вы не откладывали до завтра, а без оглядки поспешили бы обратно в свои города и там на общественных площадях громко кричали бы: «Остановитесь! Остановитесь! Люди! Не употребляйте больше в пищу мяса! Эта ваша практика не только противоречит всем заповедям Бога, но и является причиной всех ваших болезней».

Как видите, я этого сейчас не делаю. И не поступаю так только потому, что за долгие годы своих неустанных исследований этого вопроса я пришел, как я уже вам сказал, к совершенно иному конкретному выводу.

Относительно конкретного вывода, к которому я пришел, я могу сейчас сказать вам только то, что никогда не произойдет того, чтобы все люди на Земле исповедовали одну и ту же религию. Следовательно, кроме нашей христианской религии будут всегда существовать и другие. И нельзя быть уверенным, что последователи этих других религий будут также воздерживаться от употребления мяса.

Но если у нас сейчас нет уверенности, что когда-нибудь все люди на Земле будут воздерживаться от мяса, то сейчас мы должны в отношении употребления мяса принять совсем другие, более практические, меры, поскольку, если одна часть человечества употребляет мясо, а другая – нет, то, согласно результатам моих экспериментальных исследований, на людей, не употребляющих мяса, может обрушиться величайшее из зол, хуже которого ничего не может быть.

А именно, как показали мне мои собственные исследования, у людей, которые не употребляют мяса, но которые тем не менее живут среди употребляющих его, прекращается образование так называемой «силы воли».

Мои эксперименты доказали мне, что, хотя при воздержании от мяса телесное здоровье людей улучшается, тем не менее, когда эти воздерживающиеся находятся среди тех кто употребляет мясо, их психическое состояние неизбежно ухудшается, несмотря на то, что состояние их организма может в то же время иногда улучшаться.

Таким образом, для людей, воздерживающихся от мяса, хороший результат может быть получен, только если они всегда живут в полной изоляции.

Что касается людей, которые постоянно употребляют мясо или продукты, содержащие элемент, называемый «экнох», то, хотя видимое состояние их организма не подвергается изменениям, тем не менее их психея, особенно ее главная черта, которая иногда обозначается общим словом «характер» человека, постепенно изменяется, в смысле положительности и моральности, к худшему до неузнаваемости.

Я должен сказать вам, что сделал все эти выводы из экспериментов, которые имел возможность проводить на протяжении многих лет, благодаря двум добрым филантропам, а именно, богатому пастуху Алла Эк-Линаху и его деньгам и всеми уважаемому ученому Эль-Куна-Нассу с его замечательным изобретением, аппаратом «аростодесох».

С помощью упомянутого замечательного аппарата аростодесох я имел возможность в течение нескольких лет ежедневно рассматривать общее состояние организма всех тех тысяч людей, которые жили в экспериментальных условиях за счет своего доброго пастыря Алла Эк-Линаха.

Да умножит НАШ ТВОРЕЦ его стада!

Так вот, когда, благодаря этим своим экспериментальным исследованиям, я ясно убедился, что если люди будут продолжать употреблять в пищу мясо, то им это будет очень вредно, и, с другой стороны, если только некоторые из них будут воздерживаться от этого, то из этого также не выйдет ничего хорошего; поэтому я полностью посветил себя на некоторое время выяснениям того, что же, тем не менее, можно сделать для будущего благополучия большинства людей.

Вначале я тогда сформулировал для себя два безусловных положения: первое, что люди, привыкшие в течение стольких веков употреблять в пищу мясо, никогда, при своей слабой воле, не смогут заставить себя перестать употреблять его, чтобы преодолеть эту свою преступную тенденцию; и второе, что, даже если люди решат не есть мяса и на самом деле будут некоторое время выполнять свое решение и даже утратят привычку есть мясо, они все же никогда не смогут воздержаться от него достаточно долго, чтобы приобрести к нему полное отвращение. Они не смогут сделать этого, поскольку на Земле никогда не случится так, чтобы у всех людей была одна и та же религия или чтобы они создали единое правительство, без какового условия не может быть никакого, общего для всех, гипнотического, запрещающего, наказующего или другого принудительного действия, единственно благодаря которому люди, обладающие вообще свойством побуждаться примером, возбуждаться завистью и подвергаться магнетическому воздействию, могут иметь возможность всегда следовать однажды принятому решению.

Несмотря на эти два факта, по моему убеждению, неоспоримо ясные, я, тем не менее, взяв эти факты за основу своих последующих исследований, упорно продолжал поиски какой-нибудь возможности избежать несчастной ситуации, стоящей перед людьми.

Конечно, все мои дальнейшие крупномасштабные исследования проводились опять-таки с помощью неистощимого богатства Алла Эк-Линаха и замечательного аппарата мудрого Эль Куна Насса.

Результаты этих моих последних исследований разъяснили мне, что, хотя в общем психея людей действительно ухудшается от постоянного введения в организм вещества экнох, однако это вещество оказывает особенно вредное воздействие только в определенные периоды года.

Так что, братья во Христе… из всего сказанного мною – и, главным образом, из экспериментальных наблюдений, которые я проводил на людях ежедневно в течение целого года и которые мне ясно показали, что интенсивность вредного воздействия вещества экнох уменьшается в определенные периоды года, – я могу теперь с уверенностью выразить свое личное мнение, что, если распространить и закрепить среди последователей учения Иисуса Христа обычая воздержания – хотя бы в некоторые периоды года – от употребления тех продуктов, в образовании которых это вещество экнох принимает особенное участие, тогда, если такая мера вообще могла быть осуществлена, это принесло бы людям определенную пользу.

Как мне показали мои многочисленные алхимические исследования, вещество экнох принимает участие в образовании организмов всех, без исключения, живых существ, плодящихся на поверхности Земли, так же как и в различных ее сферах, как, например, внутри Земли, в воду, в атмосфере и т. д.

Это вещество присутствует также во всем, что существует для образования указанных организмов, как например, в сосудистой жидкости всякой беременной самки всех видов жизни, и в таких продуктах, как молоко, яйца, икра и т. д…»

Идеи, высказанные великим Хертунано, настолько поразили и взволновали всех членов этого Кельнукского собора, что шум не дал великому Хертунано возможности продолжать говорить, и он был вынужден прервать свою речь и спуститься с кафедры.

Далее в рукописи говорилось, что результатом этого дня было единодушное решение членов Кельнукского Собора установить, с помощью великого Хертунано, те периоды года, когда вещество экнох оказывает более вредное воздействие на людей, и широко распространить среди последователей Иисуса Христа обычай поститься в эти периоды года – то есть воздерживаться в определенные периоды года от продуктов, содержащих вредное для них вещество экнох.

На этом эта иудейско-ессейская рукопись заканчивалась.

Как видно из этого, создатели этого обычая имели в виду, что последователи той религии в указанные периоды должны воздерживаться от тех продуктов, которые содержат вещество, очень вредное для их здоровья и особенно для их психеи.

Русские же горе-православные, считающие себя верными последователями этой великой религии, тоже постятся, но во время поста они едят мясо рыбы, то есть едят именно те организмы, которые содержат, согласно исследованиям великого Хертунано, то вредное вещество экнох, для ограждения от которого как раз и был введен этот мудрый и здоровый обычай».

И на этом, мой мальчик, я тогда закончил свой разговор с этим симпатичным молодым персом.

Что касается уничтожения и переделывания современными существами этих хороших обычаев, переданных из давних эпох, их мудрых предков, то у нашего несравненного муллы Наср-эддина есть для этого также очень подходящее и мудрое выражение:

«Эх, люди, люди! И зачем вы люди? Когда бы вы не были людьми, вы, может быть, были бы умнее».

Излюбленная пословица американского дяди Сэма также очень хорошо подходит для выражения той же мысли.

Говорят, что, когда дяде Сэму из Америки случается выпить джину немного больше обычного, он всегда изрекает, воспользовавшись паузой: «Когда ничего нет правильного – только тогда все правильно».

Что же касается меня, то и в этом случае только скажу: «Негодница Луна».

Во всяком случае, мой дорогой мальчик, я должен признать, что некоторые существующие там обычаи, дошедшие до современных твоих любимцев из далекой древности, чрезвычайно полезны для обычного существования существ некоторых тамошних сообществ.

Эти обычаи полезны потому, что они были изобретены и введены в процесс существования существ теми тамошними трехмозговыми существами, которые довели совершенствование своего разума до такой высокой степени, которой, к сожалению, ни одно из твоих современных существ там больше не достигает.

Современные человеческие существа способны создавать только такие обычаи, которые еще более ухудшают качество их психеи.

Например, они недавно взяли себе за правило всегда и везде танцевать один танец под названием «фокстрот».

В настоящее время этим фокстротом увлекаются везде, во всякое время дня и ночи, но только молодые и еще не сформировавшиеся существа, еще даже и не начавшие осознавать смысл и цель своего возникновения и существования, но и те, чьи лица явно выражают – как может установить всякое нормальное трехмозговое существо, – что в отношении длительности своего существования, как сказал бы наш учитель: «они стоят в могиле не одной ногой, но уже двумя». Дело, однако, в том, что существа во время этого фокстрота переживают процесс, совершенно подобный тому, который происходит во время той детской болезни, которую великий Моисей называл «мордортен».

Болезнь, искоренению которой у детей великий Моисей посвятил половину своего существования, множество твоих современных любимцев ответственного возраста почти намеренно вновь возродило и распространило не только среди детей и общей массы взрослых, но даже и среди пожилых.

Эти полезные для обычного существования обычаи дошли до твоих современных любимцев от древних трехмозговых существ твоей планеты, и очень многие еще существуют сейчас там у существ различных сообществ континента Азия.

Некоторые из этих обычаев, существующих там и теперь, кажутся на первый взгляд до нелепости странными и варварскими, но при внимательном и беспристрастном исследовании внутреннего смысла любого из этих обычаев можно увидеть, как искусно в них была заложена та или иная моральная или гигиеническая польза для людей, следующих им.

Возьми, например, один, на вид бессмысленный, тамошний обычай, который имеется у одного племени азиатских существ, называемого «коленские лурки» или «коленские цыгане», обитающего между Персией и Афганистаном, и который другие тамошние существа называют «цыганским самоокуриванием».

Этот, на вид глупый, обычай служит в точности той же цели, что и персидский обычай омовения, или абдест. Это цыганское племя считается самым низким и самым грязным из всех существующих на Земле племен, и, действительно, они так грязны, что их одежда всегда кишит насекомыми, называемыми вшами.

Их обычай «самоокуривания» служит также, между прочим, для уничтожения этих насекомых.

Хотя человеческие существа этого племени действительно чрезвычайно грязны, однако у них не только нет венерических болезней, но они даже не знают и никогда не слышали, что можно заболеть такими болезнями.

По моему мнению, это целиком и полностью – результат этого их обычая, который какое-то древнее существо придумало там для благополучия людей своей эпохи и который, в конце концов дошел до этих современных грязных существ племени коленских цыган.

Для этой процедуры самоокуривания у каждой цыганской семьи есть и так называемый «атешкайни», то есть табуретка особой формы, которую они считали священной; и весь этот свой ритуал они совершают с помощью этой священной табуретки.

У каждой семьи этих цыган есть также так называемый «тандур», то есть специальная земляная яма, какую можно найти в домах везде на континенте Азия и которая служит очагом, на котором они обычно пекут хлеб и приготовляют пищу.

В Азии в этих тандурах жгут, главным образом, так называемый «кизяк» – топливо, состоящее из помета четвероногих животных.

Сам обряд состоит в том, что, когда семья этих цыган возвращается вечером домой, они сначала снимают всю свою одежду и трясут ее в этом тандуре.

В этом тандуре всегда жарко, поскольку помет горит очень медленно, а зола, образующаяся вокруг кизяка, поддерживает горение огня очень долго.

Между прочим, интересно отметить, что, когда эти цыгане трясут в тандуре свои одежды, это их действие сопровождается очень интересным явлением; а именно, вши выползают из их одежды и, падая в огонь, взрываются перед воспламенением, и разные звуки от взрыва этих вшей, крупных и мелких, создают в целом удивительную «музыкальную симфонию».

От упомянутых взрывов вшей слышащий иногда получает впечатление, что где-то недалеко идет стрельба из нескольких дюжин их так называемых пулеметов.

Так вот, после того как эти «достойные цыгане» вытрясут свои не менее достойные одежды, они переходят к священному ритуалу.

Прежде всего они торжественно и с некоторой церемонностью опускают свою священную семейную табуретку в тандур и по очереди, по старшинству, вступают в тандур и становятся на нее.

Священная табуретка состоит просто-напросто из небольшой доски, к которой прикреплены четыре железные ножки, и таким образом можно стоять в тандуре, не обжигая ноги горячей золой.

Пока каждый член семьи стоит на этой священной табуретке, все остальные члены семьи поют свою священную песню, в то время как стоящий на этой табуретке медленно и торжественно, сгибая колени, приседает и встает и в то же время читает молитвы. Обычай требует, чтобы он делал это до тех пор, пока все части его половых органов не прогреются тандуром.

Другой обычай, очень похожий и на вид такой же глупый, я видел у людей другого небольшого племени, называемого «тусульскими курдами», обитающими в Закавказье недалеко от горы Арарат.

Это племя – не грязное, как племя коленских цыган. Напротив, ежедневно купаясь в реке Араз и живя в основном на свежем воздухе, так как это, главным образом, пастухи, люди этого племени не только очень чисты, но даже не отдают тем специфическим запахом, который характерен почти для всех небольших племен, населяющих эту огромную Азию.

У каждой семьи этого племени есть собственная так называемая «хижина», служащая для жилья и приема гостей, поскольку обычай посещать друг друга очень развит у отдельных семейств этого племени.

Обычно в каждой хижине в углу передней части есть так называемый «священный мангал», то есть очаг, в котором постоянно поддерживается огонь тлеющего древесного угля или упомянутого кизяка, а возле каждого такого священного мангала висит небольшой деревянный ящик, называемый «ктульнец», котором всегда имеются корни определенного растения.

«Обряд самоокуривания» состоит в том, что все члены семьи и все гости обоего пола, прежде чем войти в главное помещение хижины, должны входить в этот священный мангал для того, чтобы, как они говорят, очистить себя от влияния тех злых духов, которые окружают человека, когда он занят честным трудом.

И это очищение производится следующим образом.

Каждый, входящий в хижину, должен подойти и, взяв несколько корней из висящего ящика, бросить их в огонь, после чего, в дыме от горения этих корней окурить свои половые органы. Если это женщина, она просто растопыривает юбку и становится над мангалом. Если это мужчина, он снимает, либо спускает брюки и также становится над упомянутым дымом.

Только после такого очищения они могут войти в главную комнату, иначе, как они утверждают, в дом будут вноситься не только злые влияния, но, вследствие скопившихся влияний, человек может заболеть очень плохими болезнями.

Эти священные мангалы обычно отгораживаются самыми лучшими «джеджимами», то есть специальной материей, которую ткут только курды.

Повторяю, мой мальчик, в настоящее время на том континенте Азия имеется очень много подобных обычаев.

Я лично видел сотни их, которые, на первый взгляд, казались не менее странными и варварскими, но при серьезном и беспристрастном изучении их скрытого смысла всегда обнаруживалась одна и та же цель, а именно, либо уничтожение вредных носителей разных болезней, либо укрепление морального стыда.

Но на континенте Европа я не нашел почти ни одного обычая, специально созданного либо для целей гигиены, либо для привития морали в массах.

Нельзя отрицать, что на континенте Европа также имеются различные обычаи, даже тысячи их; но все они установлены только для того, чтобы существа имели возможность доставлять друг другу удовольствие или скрывать действительное положение дел, то есть замаскировывать нежелательные формы своей внешности – нежелательные, конечно, только в соответствии с субъективным пониманием – и скрывать свое внутреннее ничтожество.

Эти существующие там обычаи из года в год все более увеличивают «двойственность» личности и ума тамошних существ.

Но главное зло заключается в том, что там в настоящее время все «оскианоцнел» подрастающего поколения, или воспитание детей, сведено лишь к усвоению этих существующих у них бесчисленных обычаев, порождающих только аморальность. Вследствие этого, из года в год данные, десятки столетий кристаллизовавшиеся в них для Существа «по образу и подобию Божьему», а не просто, как они сами сказали бы, «животного», с одной стороны, декристаллизуются, а с другой стороны, их психея уже становится почти такой, какую наш дорогой Учитель определяет словами:

«В нем есть все, кроме его самого».

И действительно, мой мальчик, из-за полного отсутствия хороших патриархальных обычаев и вследствие их знаменитого «воспитания», современные существа того континента уже полностью превратились в так называемые «автоматы», или живые механические куклы.

В настоящее время любой из них может оживиться и внешне проявить себя только тогда, когда случайно нажаты соответствующие так называемые «кнопки» уже имеющихся в нем впечатлений, которые он механически воспринимал в течение всего своего подготовительного возраста.

Но если эти кнопки не нажаты, то существа там представляют собой, как говорит опять-таки наш высокоуважаемый мулла Наср-эддин, лишь «куски прессованного мяса».

Здесь нужно непременно заметить, что одной из главных причин этого состояния существ современной цивилизации также является тот самый их онанизм – болезнь, которая в последнее время стала там почти эпидемической и которая, в свою очередь, также является опять-таки результатом их воспитания детей, вследствие одной зловредной идеи, упрочившейся среди их правителей, которая уже является, так сказать, неотъемлемой частью сознания всех, а именно их зловредной идеи, что «говорить с детьми о половом вопросе совершенно неприлично».

И далее, я опять подчеркиваю, что как раз эта, по их наивному рассуждению, пустяковая идея, значение которой никто из них не принимает во внимание, – считая ее просто вопросом так называемого «приличия» или «неприличия», – является главной причиной того, что они пришли к этой феноменальной, так сказать, «психической механичности».

В совокупности определенных представлений, которую они называют «воспитанием», есть даже раздел, в котором разъясняется и точно указывается, что именно, как они выражаются, «прилично» и что «неприлично» говорить детям.

Тебе следует знать, что в конце своего последнего пребывания на поверхности твоей планеты мне пришлось сделать этот злосчастный земной вопрос предметом своего специального наблюдения и даже подробно изучить его.

Чтобы приблизительно знать, к каким результатам приводит современное земное воспитание детей, я расскажу тебе как раз о том случае, который был первой причиной моего последующего особого интереса к вопросу этого земного недоразумения.

Хотя этот случай произошел в большом сообществе Россия, тем не менее, эта «история», которую я сейчас тебе расскажу, весьма характерна и дает очень хорошую картину вообще воспитания детей их современной цивилизации.

Она характерна потому, что и в этом большом сообществе Россия современные ответственные существа особенно существа так называемого высшего «правящего класса», воспитывают своих детей точно так же, как современные ответственные существа других сообществ, плодящиеся на континентах Европа и Америка, воспитывают своих.

Свое описание этого случая, вызвавшего у меня импульс интереса к тому, чтобы специально познакомиться с вопросом земного воспитания детей, я предварю рассказом о том, что случилось как раз перед этим и что великолепно иллюстрирует значение этого их воспитания, а также является, так сказать, «звеном» в постепенном развитии моего интереса к этому вопросу.

Однажды мне случилось быть на протяжении нескольких месяцев в столице этого сообщества, в городе Санкт-Петербурге.

Во время своего пребывания там я познакомился с одной пожилой четой.

Муж был так называемым «сенатором», а его жена «светской дамой» и покровительницей нескольких «благотворительных заведений».

Я часто бывал в их доме и развлекался игрой в шахматы с этим сенатором, как принято там у так называемых «порядочных людей».

У этой пожилой четы было несколько дочерей.

Все старшие дочери были уже устроены, то есть замужем, только их младшая дочь двенадцати лет оставалась дома.

Поскольку у этой четы не было больше обязательств по отношению к своим другим дочерям, они решили дать этой своей младшей дочери самое лучшее воспитание по понятиям того времени и с этой целью поместили ее в специальный «пансион», высшее учебное заведение, называемое «институтом».

Эта их младшая дочь приезжала домой только по воскресеньям и по главным праздникам, и раз в неделю в определенные дни отец и мать обычно навещали ее в пансионе.

Я почти всегда бывал у них по праздникам и встречался с этой очаровательной и еще неиспорченной девочкой и иногда даже гулял с ней в соседнем так называемом «парке».

Во время этих прогулок мы либо шутили, либо она рассказывала мне о своих занятиях и о новых впечатлениях.

Во время этих встреч и разговоров между нами мало помалу возникла связь, что-то похожее на дружбу.

Она была очень быстрой по своим восприятиям и проявлениям, или, как твои любимцы сами определяют у себя таких людей, «живой и вдумчивой» девочкой.

Этот мой знакомый сенатор был послан в какую-то, как они там говорят, «инспекционную поездку» куда-то далеко в Сибирь.

Его супруга решила сопровождать его, так как сенатор страдал так называемой «болезнью печени» и постоянно нуждался в уходе; из-за своей младшей дочери они не могли совершить это совместное путешествие, так как некому было навещать ее в институте и забирать домой по праздникам.

И вот, однажды утром родители – эти мои пожилые знакомые – приехали ко мне на квартиру и спросили, не соглашусь ли я во время их отсутствия навещать вместо них их младшую дочь еженедельно в институте и забирать к себе домой по праздникам.

Я, конечно, тотчас же согласился на это их предложение и, когда вскоре после этого сенатор с женой отправились в Сибирь, стал пунктуально выполнять обязательства, взятые на себя по отношению к их дочери, которая к тому времени стала моей любимицей.

При своем первом посещении этого учебного заведения, существующего специально для воспитания детей, я заметил одну странную вещь, которая также послужила одной из причин моих последующих наблюдений и изучения влияния на твоих современных любимцев этой «пагубы», придуманной ими самими.

В день моего посещения этого, как они его называют, «благородного заведения» в приемной, где происходили встречи родителей или опекунов со своими детьми или подопечными, было много посетителей.

Один или двое родителей или опекунов только что вошли, другие уже разговаривали со своими детьми или подопечными, некоторые ждали прихода своих детей, и все их внимание было приковано к двери, через которую обычно входили ученицы этого заведения. Я тоже, войдя в эту приемную и объяснив дежурной инспектриссе, кого я хочу видеть, сел и стал ждать свою случайную подопечную. В ожидании я смотрел по сторонам. Все ученицы этого «благородного заведения» были одеты одинаково, и волосы у всех были заплетены одинаково в две косы, концы которых, завязанные лентами, висели вдоль спины.

Но мне бросилась в глаза одна особенность их лент и кос. У одной ученицы эти ленты просто висели вдоль спины; у других же, хотя они также висели вдоль спины, концы этих лент были связаны особым образом.

На следующий праздник, когда я взял свою подопечную домой, я, разговаривая с ней за так называемым самоваром, спросил ее:

«Соня, пожалуйста, скажи мне, почему, хотя все ученицы вашего заведения одеты во всем одинаково, все же есть эта особенность на концах их кос?»

Она сразу покраснела и, не отвечая на мой вопрос, задумчиво уставилась в свой чай и только через некоторое время, волнуясь, ответила:

«Это у нас не просто так. Хотя это наш большой институтский секрет, я все же не могу не рассказать о нем вам, мой друг, так как совершенно уверена, что вы никому не выдадите этот наш большой секрет».

Она стала откровенно рассказывать мне следующее:

«Эта манера завязывать ленты была нарочно придумана ученицами для того, чтобы мы могли узнавать друг друга; то есть узнавать, к какому клубу принадлежит ученица, и чтобы, в то же время, классные учителя и надзирательницы и вообще все не институтки не узнавали бы и не раскрывали этого секрета.

Все ученицы нашего института делятся на две категории, одна принадлежит к так называемому «мужскому клуб», а другая – к так называемому «женскому клубу», и мы распознаем друг друга как раз по тому, как завязаны эти ленты».

После этого она мне подробно объяснила, в чем именно заключается различие между двумя клубами.

Она рассказала, что, как правило, все вновь прибывшие в институт являются сперва членами женского клуба и только потом, если ученица оказывается смелой с учителями или вообще покажет себя очень активной в том или ином отношении, то, то с общего согласия всех учениц, она избирается членом мужского клуба и с этого момента связывает вместе концы лент своих кос.

«Обычно местом встреч нашего клуба бывают свободная классная комната или спальня, но чаще туалеты.

Члены мужского клуба вообще имеют следующие привилегии: они имеют право выбирать сколько угодно и кого угодно из учениц, членов женского клуба, и командовать ими; а эти последние всегда обязаны удовлетворять все желания данного члена мужского клуба и делать все возможное, чтобы облегчить ее пребывание в нашем пансионе, как, например, стелить утром ее постель, переписывать ее уроки, делиться с ней подарками, присланными из дома, и так далее и тому подобное.

Главное занятие клубов состоит в совместном чтении запрещенных книг, добытых одной из учениц. Они, главным образом, читают одну очень редкую рукопись, купленную на деньги, собранные по общеинститутской подписке, в которой подробно изложено все учение знаменитой поэтессы Сафо».

Я должен сказать тебе, мой мальчик, что Сафо – имя одной греческой поэтессы, впервые открывшей там, на твоей планете, «путь к настоящему счастью» многим женщинам греко-римской, а также и современной цивилизаций.

Местом обитания этой великой создательницы «женского счастья» был остров «Лесбос», от какого слова произошло название тех женщин, которые уже удостоились понимания и реализации в процессе своего существования учения этой замечательной женщины и которые в настоящее время называются «лесбиянками».

Эта моя подопечная, которая волей случая стала моим просветителем в тонкостях психеи существ женского пола на твоей планете, далее объяснила мне, что каждая ученица института, являющаяся членом мужского клуба, может выбрать себе столько партнерш, сколько пожелает, для совместного время препровождения; это, конечно, происходит в полном соответствии с учением поэтессы Сафо.

Думаю, что благодаря только одному этому факту, который я рассказал тебе из тысячи других моих наблюдений, ты уже можешь ясно представить себе, что такая феноменальная мерзость не могла бы существовать среди подрастающего поколения, если бы там не было распространено понятие, что говорить с детьми о «половом вопросе» чрезвычайно «неприлично».

Это понятие о «приличии» дошло до современной цивилизации по наследству от существ эпохи, называемой «средневековьем».

Эти средневековые кандидаты в хаснамусы, одни из главных деятелей по уничтожения истинного смысла учения Божественного Учителя Иисуса Христа, тогда изобрели и ввели в качестве правила в повседневное существование зловредное изобретение, которое они назвали «хороший тон». И это зловредное изобретение затем так прочно закрепилось в психеи большинства, что стало у них органическим и начало переходить по наследству из поколения в поколение, так что теперь твои современные любимцы, ставшие совершенно слабовольными, неспособны, как бы не старались, преодолеть такой ненормальный психический комплекс, как, в данном случае, представление, что неделикатно говорить с детьми о «половом вопросе».

Что? Говорить с детьми о «поле»? Разве это «прилично»?

В настоящее время люди современной цивилизации разговаривают со своими детьми только о том и наставляют их только в том, что было выдумано или выдумывается в учебниках разных кандидатов в «хаснамусские индивидуумы» под указанием заглавия «хороший тон».

И поскольку во всех этих учебниках считается, что говорить о «половом вопросе» очень не прилично, а с детьми – даже «аморально», то, даже если современные люди видят, что их любимый сын или дочь портится, они просто не могут и даже, как я уже говорил тебе, при всем своем умственном желании не осмеливаются откровенно объяснить своим детям вред и греховность этих преступных привычек.

Итак, мой мальчик, когда мои добрые знакомые, сенатор и его жена, вернулись из Сибири и я освободился от обязанностей, взятых на себя в отношении своей любимицы – их младшей дочери, – тогда-то и произошло вышеупомянутое событие, послужившее началом моих специальных наблюдений и исследований этого современного земного вопроса, пагубного и для них самих.

Это печальное событие произошло там в самом Санкт-Петербурге, в другом таком же учебном заведении, и состояло в следующем. Директрисса этого заведения, найдя, что одна из ее учениц поступила вразрез с их знаменитыми правилами «приличия», сделала ей внушение так резко и так несправедливо, что в результате обвиненная и ее подруга, две растущие девочки с задатками нормальных женщин-матерей, повесились.

Мои расследования этого случая выяснили следующее.

Оказалось, что среди учениц упомянутого учебного заведения была одна девочка, Елизавета, привезенная родителями из отдаленного имения в столицу для того, чтобы там, в специальном учебном заведении, она могла получить это самое их современное «воспитание».

Здесь, в Санкт-Петербурге, в этом упомянутом пансионе случилось так, что эта тринадцатилетняя девочка Елизавета очень подружилась с другой девочкой Марией, которая, как и она, было еще не развита.

В том же году, в день «весеннего праздника», или, как его там иначе называют, «майский день», всех учениц этого учебного заведения повели по традиции на экскурсию за город, и эти две «закадычные подружки» оказались в разных группах, которые шли на некотором расстоянии друг от друга.

Случилось так, что в поле Елизавета увидела некое «четвероногое животное», называемое там «быком», и, очень желая по той или причине, чтобы ее закадычная подруга Мария не пропустила это милое четвероногое, закричала: «Мария! Мария! Смотри, вон идет бык!»

Не успела она произнести слово «бык», как все так называемые «воспитательницы» столпились вокруг этой самой Елизаветы и обрушили на нее всякое резкие нравоучения.

Как можно произнести слово «бык»!! Разве это четвероногое не занимается тем, о чем ни в коем случае не говорит ни один воспитанный человек и, тем более, ученица такого «благородного заведения»?

Пока воспитательницы терзали эту бедную Елизавету, вокруг собрались все институтки и подошла сама директрисса, которая, узнав, что случилось, стала, в свою очередь, отчитывать Елизавету.

«Как тебе не стыдно! – сказала она. – Произнести такое неприличное слово».

Наконец, Елизавета не могла больше сдерживаться и спросила через слезы:

«Как же должна была назвать это четвероногое, если это действительно бык?»

«Этим словом, – сказала директрисса, – которым ты называешь животное, называет его всякий простолюдин. Не ты, раз ты здесь в институте, не простолюдинка, потому ты всегда должна находить, как назвать неприличные вещи именами, которые не звучат неприлично для уха.

Например, когда ты увидела это неприличное животное и захотела, чтобы твоя подруга посмотрела на него, ты могла бы крикнуть: «Мария, посмотри, вон идет бифштекс», или «Мария, посмотри туда, там идет что-то очень подходящее для еды, когда мы голодны» и т. п.»

От всего этого бедная Елизавета так разнервничалась, особенно потому, что эти «выговоры» происходили в присутствии всех ее друзей, что не удержалась и закричала во всю мочь:

«О, вы, несчастные старые девы! Страшилища полосатые! Исчадия ада! Из-за того, что я назвала что-то своим именем, вы сразу начинаете пить мою кровь. Будьте трижды прокляты!!!»

Произнеся эти последние слова, она упала, как там говорят, «в обморок», а вслед за ней упали в обморок сама директрисса, несколько классных дам и воспитательниц.

«Классные дамы» и «воспитательницы» этого «благородного заведения», не упавшие в обморок, подняли тогда такой «галдеж», какой бывает разве на так называемом базаре, где торгуют исключительно «еврейки» из города Бердичева.

Результатом всего этого было то, что, когда «классные дамы» и «воспитательницы», упавшие в обморок, пришли в себя, они тут же на поле устроили под председательством этой самой директриссы заведения так называемый «педсовет», по приговору которого было решено немедленно по возвращении в город телеграфировать отцу Елизаветы, чтобы он приехал за своей дочерью, так как она исключается из института с потерей права поступления в любой другой институт Российской империи.

В то же день, через час после того как ученицы были отправлены домой, один из так называемых «дворников» института случайно обнаружил в «дровяном сарае», что две еще неразвившиеся растущие матери весят на веревках, привязанных к балкам.

В кармане Марии была найдена записка такого содержания:

«Вместе с моей дорогой Елизаветой я не хочу больше жить с такими ничтожествами, как вы, и ухожу с ней в лучший мир».

Этот случай тогда так меня заинтересовал, что я начал, конечно частным образом, психоаналитически исследовать со всех сторон психею всех участников этой печальной истории. Я частично выяснил, среди других вещей, что, в момент проявления неистовой вспышки Елизаветы, в психеи бедной девочки было то, что там называется «хаосом».

И действительно, было бы удивительно, если бы такого «хаоса» не было в психеи этой еще не осознавшей себя тринадцатилетней девочки, которая до этого несчастного события все время жила в большом имении своего отца, где всегда видела и чувствовала такое же богатство природы, как и в тот день в поле вблизи города Санкт-Петербурга.

Ее провезли в этот душный шумный город Санкт-Петербург и долго держали в импровизированной коробке. Неожиданно она оказалась в окружении, котором каждое внешнее впечатление вызывало всякие воспоминания о прежних приятных ощущениях.

На твоей планете так называемой «ранней весной» действительно иногда бывают картины, очарованию которых трудно не поддаться.

Представь себе следующее: вдали видны пасущиеся коровы; рядом, под ногами, из земли робко выглядывают подснежники; около самого уха пролетает птичка; справа слышно щебетанье какой-то незнакомой птицы; слева обоняние щекочет аромат какого-то тоже неизвестного цветка.

Короче, в такие моменты, как эти, в тамошних существах, особенно в таких юных, как Елизавета, оказавшихся, после долго периода тягостного существования в душном городе, в окружении такого изобилия всяких непривычных впечатлений, умственные ассоциации, вызванные естественной бытийной радостью, возникают естественно сами по себе от всякой воспринятой внешней вещи.

Елизавета должна была почувствовать это особенно сильно, поскольку до института жила, как я уже сказал, в большом имении своего отца, которое находилось далеко от уже чрезвычайно ненормальных условий городской суеты.

Благодаря этому всякое вновь воспринятое ею впечатление естественно вызывало прежние воспоминания детства, каждое из которых, в свою очередь, было связано с разными другими приятными случаями.

Так что нетрудно себе представить, что неожиданное появление этого четвероного животного под названием «бык», которого она видела дома на ферме и который пользовался привязанностью всех детей, даже тайком носивших для него со стола хлеб, было для этой еще не сформировавшейся впечатлительной девочки толчком к соответствующим ассоциациям, под влиянием которых она, будучи полна чувства искренней радости, еще не испорченная установившимися ненормальными условиями бытийного существования, захотела сразу поделиться радостью со своей закадычной подругой, которая было на некотором расстоянии, и крикнула ей, чтобы та посмотрела на этого милого быка.

Так вот, я спрашиваю тебя, как она должна была назвать это четвероногое существо, так как это действительно был бык?

Неужели «бифштексом»? – как советовала «уважаемая» директрисса этого «уважаемого высшего учебного заведения», которое существовало там специально для «воспитания детей» согласно их варварской системе, существующей там, к их несчастью, и поныне.

Как видишь, мой мальчик, намереваясь рассказать тебе еще немного о заинтересовавших тебя трехмозговых существах, которые плодятся на том континенте Америка, я, между прочим, сказал много вообще о трехмозговых существах, возникающих и существующих на всех континентах той своеобразной планеты.

Я не думаю, что у тебя ко мне есть какие-нибудь претензии за это, поскольку тебе в тоже время удалось узнать еще много фактов, освещающих подробности их странной психеи.

Касаясь специальной так называемой «степени нарождения» общих присутствий тех, которые составляют эту современную большую группировку на континенте Америка, в отношении потери возможности приобретения Бытия, более близкого к нормальному Бытию трехмозговых существ вообще, я могу сказать тебе кое-что до некоторой степени для них утешительное, а именно, что, по моему мнению, у них остается еще большой процент существ, в чьих присутствиях указанная возможность еще не полностью утрачена.

Хотя эту новую группу составляют и еще продолжают пополнять трехмозговые существа, плодящиеся на континенте Европа, где таких существ с вышеуказанной возможностью уже надо, особенно в последнее время, как говорится таких случаях наш мудрый Учитель мулла Наср-эддин, «искать специально с самыми мощными электрическими лампами», тем не менее, повторяю, в этой большой группировке есть больший процент таких существ, чем на континенте Европа.

Мне кажется, что это случилось потому, что туда мигрировали и еще продолжают мигрировать с континента Европа, главным образом, так называемые «простые существа», не являющиеся, так сказать, «потомственными отпрысками» европейских существ, принадлежащих к «правящей касте», у которых, вследствие передачи по наследству из поколения в поколение на протяжении многих веков предрасположения к хаснамусским свойствам, в настоящее время столь много так называемого «внутреннего чванства», что оно никогда не позволит им слиться с общей массой для того, чтобы вместе общими усилиями стать такими трехмозговыми существами, какими им надлежит быть.

Только благодаря тому, что среди трехмозговых существ, плодящихся на том континенте, лишь очень немногие были «отпрысками правящей касты» и общая масса существ само по себе была средой, к которой «нашему брату» еще можно было существовать и не подвергаться местным излучениям, образующимся от окружающих существ и вредно действующим на так называемые «субъективно-естественные внутренние силы» всякого существа, я и мог во время своего пребывания у них отдыхать, как мне хотелось.

Теперь, мой мальчик, раз уж я потратил столько времени, объясняя смысл всевозможных новшеств и возрождений у существ этой большой современной группировки прежних пагубных обычаев, уже много раз существовавших на их планете и в настоящее время уже ставших, в объективном смысле, вредными не только для них самих, но и для всех остальных заинтересовавших тебя трехмозговых существ, плодящихся на совсем других континентах, то, по моему мнению, совсем уж необходимо, в качестве, так сказать, «заключительного аккорда» посвятить тебя также и в те мои мысли, которые начались в моем мышлении в последний день моего пребывания у них в городе Нью-Йорке и кончались на пароходе, когда он уходил от этого континента на восток.

В тот день я сидел там в одном типично местном кафе под названием «Чайлдс», расположенном на так называемой площади «Коламбас серкл», в ожидании существ с континента Европа, приехавших со мной этот континент, чтобы идти с ними на пристань к отплывающему пароходу, и смотрел в окно на разных проходящих существ из числа обитателей этого города, которые, хотя при механическом восприятии и были различимы в тот день по внешнему виду – главным образом, конечно, благодаря все тому же обычаю, в последнее время закрепившемуся у них больше, чем у каких-либо других существ любых других континентов, становиться «рабами» все той же зловредной выдумки, которую они называют «модой», – однако мне почему-то казались, в отношении своего внутреннего содержания, особенно одинаковыми.

Наблюдая их, я думал как раз о сделанном мною накануне окончательном выводе, что в настоящий период течения Геропаса в общепланетарном процессе обычного существования этих вообще странных трехмозговых существ источник интенсивного проявления той уже давно установившейся особенности общей совокупности их странной психеи, который один из высочайших священных Индивидуумов однажды охарактеризовал словами «периодический основной источник распространения новых причин ненормальности», представлен как раз существами этой новой группировки.

На этот раз толчок для начала ассоциаций и моих дальнейших активных размышлений была сделанная мной констатация того факта, что все, составляющее так называемую «совокупность субъективной внешности» каждого из них – то есть одежда, жесты, манеры и вообще все установившиеся привычки, приобретаемые всеми трехмозговыми существами в обычном процессе своего коллективного существования, – являются абсолютно точным подражанием лишь всему тому, что есть у существ разных других самостоятельных группировок, плодящихся на других континентах, подражанием как раз тому, что свободными существами этих других группировок – то есть теми из них, которые уже испытали все, что может дать процесс обычного бытийного существования, и, следовательно, разочаровались в нем, – считается недостойным для проявления такими существами как они.

Эта моя случайная констатация сразу очень удивила меня, главным образом, потому, что я был уже всесторонне информирован и совершенно убежден, что в данный период везде на этой планете существа почти всех остальных группировок, как сформировавшихся недавно, так и находящихся на очень продвинутой стадии своего сообщества, полностью подражают всем новшествам существ этой еще совсем недавно образовавшейся группировки и с энтузиазмом заинтересуют эти новшества в процессе своего обычного существования, и, в то же время, все внешние проявления существ этой новой группировки, а следовательно «внутреннее субъективное значение», порождающее эти внешние проявления, состоит только из того, что, как я уже сказал, к великому сожалению свободных существ этих других самостоятельных группировок, закрепилось и стало присуще общим присутствиям обычных существ этих группировок.

Вследствие этой моей неожиданной констатации, у меня тогда возник очень сильный импульс любопытства уяснить себе логические причины, породившие это земное несоответствие.

Весь тот день, сидя в этом «Чайдлсе» в ожидании прибытия сопровождавших меня существ с континента Европа и во время езды в «авто-такси», а также и на самом судне, я продолжал очень активно размышлять над решением этого вопроса, посторонним, конечно, представляясь просто механическим наблюдателем всего, происходящего вокруг, а по умению внешне казаться таким – для того чтобы походить на них в этом отношении и, таким образом, не быть, так сказать, подозрительным или, как там говорят, «не бросаться в глаза», – я стал сам там, на Земле, идеально или, как они сказали бы, «артистически умелым».

Сидя на палубе и глядя на мерцающие огни побережья этого континента, постепенно удалявшегося по мере движения парохода на восток, обдумывая и логически сравнивая все факты, вытекающие один из другого, я, в результате, почти полностью уяснил себе, почему и как на этой злосчастной планете могла возникнуть указанная несообразность.

В начале этих своих размышлений я установил много фактов, способствовавших возникновению этого, но потом, когда я стал последовательно исключать неизбежно возникающие – как это делается в таких случаях, – то, в результате выяснил один, хотя и незначительный на первый взгляд, факт, удививший даже меня, который, как оказалось, все время был и еще остается там порождающей причиной этой ненормальности.

А именно, оказалось, что, как следствие этого самого их знаменитого «воспитания», так часто упоминаемого мною, в общем присутствии вообще каждого из них, к какой бы самостоятельной группировке они ни принадлежали, во время подготовительного к ответственному существованию периода неизбежно возникают данные для определенного убеждения, что в прошлые эпохи на их планете подобные им существа никогда не усовершенствовали себя до того разума, которого достигли их современники и в котором они еще продолжают себя совершенствовать.

Когда мои мысли сосредоточились на этом и я стал вспоминать свои прошлые впечатления, касающиеся этого вопроса, воспринятые как сознательно, так и случайно и автоматически вообще во время своих прежних наблюдений их, я постепенно установил, что все твои любимцы, особенно в последние тридцать веков, действительно, во время всего своего ответственного существования были убеждены, что их современная так называемая «цивилизация» является просто результатом непосредственного продолжения развития разума, начавшегося в самом начале возникновения трехмозговых существ на их планете.

И поэтому, когда существа, их современники любой группировки – из-за образования у них еще в подготовительном возрасте новых данных для этого ложного убеждения – случайно становится обладателями чего-нибудь, что в данный момент считается желательным, и, тем самым, приобретают авторитет и в то же время узнают, конечно, случайно, о какой-нибудь идее существ прошлых эпох, уже много раз существовавшей, и, выдавая ее за придуманную ими, распространяют ее, – то существа других группировок, из-за отсутствия, вследствие неправильного воспитания, в их общих присутствия данных, которые надлежит иметь в своем общем присутствии всем трехмозговым существам ответственного возраста и которые порождают так называемое «инстинктивное ощущение реальности» и «широкий кругозор», верят, во-первых, что эта идея возникла на их планете впервые, и, во-вторых, что раз практическое ее применение осуществлено теми, кто уже обладает упомянутым «чем-то желательным», то она действительно должна быть очень хорошей, и тотчас начинают усиленно подражать всему, как действительно хорошему, так и дурному, несмотря на его полную противоположность всему там существующему и всему хорошо закрепившемуся в их обычном существовании, просто для того чтобы обладать тем, что на сегодня считается желательным.

Я тогда даже вспомнил, что уже однажды, задолго до этого, очень серьезно размышлял над этим вопросом в период своего пятого личного пребывания на поверхности твоей планеты, когда центром культуры этих странных трехмозговых существ считался город Вавилон и когда я должен был, в связи с таким же вопросом, сделать «логический анализ» как раз той странной черты психеи этих своеобразных трехмозговых существ.

Тогда я, помимо прочего, также рассуждал следующим образом.

То, что они так думают, может быть, можно оправдать тем соображением, что из-за ненормальных условий обычного существования, установившихся в прошлые эпохи, до них не дошла точная информация о событиях, происходивших в прошлом в процессе существования трехмозговых существ, существовавших до них на их планете; но как можно допустить, что до сих пор ни у одного из них – у которых, как уже установлено, даже совсем до недавнего времени все же иногда происходит «нечто», похожее на процесс «сравнительной логики», – не возникла в мышлении такая, по меньшей мере, простая и чуть ли не, как они сами сказали бы, «детская идея»?

А именно: если, как они сами говорят и даже убеждены, их планета с их видом на ней, с подобными им существами – то есть с существами, способными мыслить – существует уже много-много веков и до них, должно быть, также возникали и существовали многие миллионы их, то почему же среди этих многих-многих миллионов не нашлось по крайней мере нескольких существ, которые также могли бы изобрести для благополучия своих современников всевозможные удобства, какие, в данном случае, изобретают теперь эти современные американские существа, а все остальные некритично и даже восторженно заимствуют, как например, «удобные сиденья» в уборных, консервы и так далее и тому подобное?

Это непростительное недомыслие тем более странно потому, что они сами допускают существование многих, как они их теперь называют, древних мудрецов, а также не отрицают дошедшую до них огромную крайне разнообразную информацию относительно многих объективных истин, объясняемых этими мудрецами; каковую информацию, между прочим, некоторые твои любимцы в настоящее время, без всяких угрызений совести, выдают за придуманную ими и эксплуатируют вовсю в своих различных эгоистических целях, совершенно не подозревая, что совокупность результатов этих их мудрствований неизбежно приведет их потомков рано или поздно к полному уничтожению.

Эта особенность их мышления – очень сложная для всякого «логического анализа», предпринимаемого с целью понять его, – порождая у них это ложное убеждение, была, в течение всего моего наблюдения их, начиная с конца существования континента Атлантида, всегда, так сказать, «центротяжестной причиной» почти всех более или менее важных событий в процессе их коллективного существования, неблагоприятных для них.

Вследствие этого ложного убеждения, результата их странного мышления, и, кроме того, вследствие воздействия при формировании их чувств свойств органа кундабуфер, неизбежно возникших в их присутствиях в ответственном возрасте и называемых «зависть», «алчность», «ревность», там всегда происходит так, что, когда существа какой-нибудь группировки становятся обладателями чего-либо, считающегося в данный период желательным, в большинстве случаев, вследствие утвердившейся в их повседневном существовании вредной практики, которую они выражают словами «не переставать прогрессировать», в общих присутствиях всех существ других группировок, на каком бы континенте они не плодились, как только до них доходит слух об этом, немедленно возникает желание иметь то же самое, и, с этого момента, у каждого из них возникает, во-первых, потребность подражать тем и, во-вторых, «несомненная уверенность», что существа этой другой группировки должно быть существуют очень правильно, раз они смогли приобрести именно то, что в данный момент считается желательным.

В этой связи, так сказать, «пикантность» странности мышления твоих любимцев состоит в том, что у них в мышлении никогда не происходит процесса под названием «обдумывать», чтобы понять, хотя бы приблизительно, истинные причины обладания другими тем, из-за чего у них возникает «зависть», «алчность», «ревность» и т. д.

Итак, мой мальчик, несмотря на то, что в смысле приобретения и, следования, владения результатами, достигаемыми сознательными трудами и добровольными страданиями трехмозговых существ прошлых эпох их планеты, существа этой новой группировки не имеют в себе абсолютно ничего, а состоят, как в отношении внутреннего содержания, так и внешних проявлений, только из всего плохого, что есть у современных существ других самостоятельных групп, – единственно потому, что в последнее время они случайно стали обладателями как раз того, что в объективном смысле является наиболее презренным, но что, тем не менее, из-за вообще закрепившихся ненормальных условий обычного существования этих несчастных, считается желательным, все же существа всех других группировок теперь полностью подражают всему, что те выдумывают.

Из всех пагубных выдумок существ этой современной группировки, случайно приобретшей авторитет, наиболее вредной для их общих присутствий, в отношении возможности исправить в будущем, так сказать, уже реализованное зло, нужно считать установленную ими практику проводить большую часть времени своего существования в высоких домах.

Для того чтобы ты мог ясно представить себе значение всего вреда именно от этого их изобретения, я должен, прежде всего, объяснить тебе следующее.

Помнишь, когда я говорил тебе о «пагубном средстве», существующем там в настоящее время под названием «спорт», я сказал, что продолжительность существования этих твоих любимцев вначале была также фуласнитамной, то есть они должны были существовать до тех пор, пока у них не будет полностью покрыто и усовершенствовано до требуемой степени разума тело кесджан, и что потом, когда там начали устанавливаться очень ненормальные условия обычного бытийного существования, Великая Природа была вынуждена реализовывать их присутствия, а также последующий процесс их существования, на основе принципа итокланос, то есть в соответствии с результатами определенных окружающих причин.

Соответственно, одной из таких причин была также «степень плотности вибраций» их «второй бытийной пищи», то есть, как они сами сказали бы, «степень уплотнения воздуха», которым они дышат.

Дело в том, что эта космическая формация, служащая существам второй пищей, составлена также согласно второму основному общекосмическому закону Священного Триамазикамно и также реализуется посредством своих трех разнородных космических веществ.

А именно, первое – эманация солнца той системы, в которой как раз это определенное космическое возникновение служит существам «второй пищей».

Второе – вещества, трансформированные на самой той планете, на которой существуют существа, питающиеся этой пищей.

И третье – те вещества, которые трансформируются через другие планеты этой системы и приходят на данную планету через их излучения.

Так вот, процесс слияния всех тех веществ, необходимых для нормального образования и существования существ, которые трансформируются самой планетой и которые реализуют вторую святую силу Священного Триамазикамно, может происходить в соответственно требуемой определенной пропорции только в определенных пределах атмосферы от поверхности планет, так как, вследствие второстепенного космического закона, называемого Теникдоа, как его называют твои любимцы, «закона тяготения», эти вещества не могут проникать за пределы определенной высоты атмосферы.

По-моему, из только что освещенного мною вопроса ты сам можешь понять все вытекающие последствия и составить у себя данные для своего собственного мнения о значении этого их изобретения.

Думаю, мой мальчик, что я уже полностью удовлетворил твое любопытство относительно этих «долларово-фокстротных последователей так называемой «христианской науки».

Во имя объективной справедливости мне теперь только остается заметить, что, во что бы они ни превратились в будущем, все же то время своего существования у них я имел возможность внутренне отдыхать, и за это я должен теперь выразить им свою искреннюю благодарность.

А тебе, именно тебе, мой наследник, которому уже было передано и будет передано по наследству все, приобретенное мною в течение моего долго существования, – конечно, насколько ты сам этого заслуживаешь своим собственным добросовестным бытийным существованием и честным служением ВСЕОБЩЕМУ ОТЦУ ВСЕДЕРЖИТЕЛЮ, ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ, – я приказываю тебе, если тебе случится по той или иной причине быть на планете Земля, непременно посетить город Нью-Йорк, или, если к тому времени этот город не будет больше существовать, по крайней мере остановиться на том месте, где он был расположен, и произнеся вслух:

«На этом месте мой любимый дедушка, мой справедливый Учитель Вельзевул, приятно провел несколько мгновений своего существования».

Я даже обязываю тебя – опять-таки, как наследника, к которому, как обычно, перейдет по наследству выполнение обязательств, которые его предшественник взял на себя и которые, по той или иной причине, остались невыполненными, – специально обратить свое внимание и выяснить вопрос, который очень меня интересовал и на который я лично был не в состоянии ответить, так как делать это было еще прежде временно; то есть я обязываю тебя выяснить для себя, в какую «пагубную» для их потомков «форму» – если, конечно, к тому времени их потомки еще будут продолжать возникать, – выльются результаты очень широко распространенной «болезни», которую один из их мистеров по фамилии Онансон назвал «писательским зудом».

И действительно, мой мальчик, имея тогда, во время своего пребывания там, более или менее близкие отношения со многими из них, я очень скоро обнаружил, что почти каждый из них либо уже написал книгу, либо в то время писал ее, либо готовился быстро прорваться в авторы.

Хотя эта странная болезнь была тогда, как я уже сказал, распространена среди почти всех существ этого континента и, более того, среди существ обоего пола и без различия возраста, все же среди существ, находящихся в начале ответственного возраста – то есть, как они сами говорят, среди «молодежи» и особенно среди тех, у которых на лице полно прыщей, – она была, по той или иной причине, как говориться, «эпидемической».

Я должен, как раз в этой связи, далее заметить, что там процветала та специфическая особенность странности общей психеи этих заинтересовавших тебя своеобразных существ, которая уже давно имеется в их коллективном существовании и которая формулируется следующими словами: «сосредоточение интересов на идее, случайно ставшей злободневной».

И тут многие из них, – кто оказался немного, как там говориться, «похитрее» и в ком данные для бытийного импульса под названием «инстинктивно воздерживаться от всех проявлений, которые могут ввести окружающих подобных им существ в заблуждение» были атрофированы больше, – организовали различны так называемые «школы» и составили всевозможные «учебники», в которых уделялось много внимания подробному показу того, какой именно должна быть последовательность слов, чтобы все сочинения читателем лучше воспринимались и усваивались.

И таким образом, все, посещающие эти «школы», и все, читающие эти «учебники», – сами являлись в отношении Бытия и информированности относительно реальности как раз такими типами, которых наш Учитель мулла Наср-эддин определил словами: «ничтожество с атмосферой невыносимых вибраций», – начали в соответствии с этими указаниями мудрствовать; и, поскольку, во-первых, из-за различных других ненормальностей, закрепившихся в условиях обычного существования существ этой новой группировки, вообще процесс чтения еще раньше стал их органической потребностью, и, во-вторых, оценить содержание любого сочинения можно, только прочитав его, а кроме того все другие существа этого континента, соблазняемые вдобавок всевозможными, как они говорят, «громкими» заголовками, читали и читали, то параллельно с этим было определенно заметно, как их мышление, уже и без того ставшее, так сказать, «ослабленным», продолжало «ослабевать» все больше и больше.

Я не просто так сказал «если к тому времени их потомки еще будут возникать», потому что, помимо прочего, я тогда заметил ту же необычайную особенность в отношении последствий нового формирования планетарного тела у существ женского пола, которую я уже задолго до этого однажды заметил в процессе обычного существования этих странных трехмозговых существ и параллельно с этим скрупулезно констатировал, среди других специальных наблюдений, проистекающие из этой особенности последствия.

Этот необычный факт имел там место до гибели континента Атлантида, в процессе существования небольшой группы трехмозговых существ, которые сконцентрировались из различных больших группировок того времени и изолированно существовали на знаменитом тогда острове, называвшемся «Балахалира», который был расположен к Западу от Атлантиды и поглощен внутрь планеты одновременно с самой Атлантидой.

Продолжение народа этой маленькой группировки прекратилось из-за этой же странной особенности формирования планетарного тела у существ женского пола, и этот вид прекращения народа был тогда назван учеными членами общества Ахалдан «дезсупсентоциросо».

Эта необычная особенность состояла в том, что за несколько столетий до окончательного прекращения их народа у существ женского пола стал постепенно сужаться так называемый таз.

Скорость этого сужения было таковой, что за два столетий до окончательно исчезновения их народа все случайные зачатия у них и, так сказать, «случайное» формирование этих зачатий для их появления, как там говорят, «на свет Божий» уже производилась с помощью средства, называвшегося тогда «ситрик», то есть того, что теперь называется «кесаревым сечением».

В этом месте рассказов Вельзевула, в эфире, наполняющем весь корабль «Карнак», начался так называемый «сквозняк» или «волнение». Это означало, что пассажиры корабля «Карнак» созываются в «джамджампал», то есть в ту «столовую» корабля, в которой все пассажиры вместе периодически питались второй и первой бытийной пищей.

Поэтому Вельзевул, Хусейн и Ахун прекратили свой разговор и поспешно направились в джамджампал.