Загрузка...



ГЛАВА 48. ОТ АВТОРА 

После шести лет работы, беспощадной по отношению к себе, и при почти непрерывно напряженном мышлении, я вчера, наконец, завершил изложение на бумаге, в форме, думаю, доступной каждому, первую из предварительно обдуманных и начатых шесть лет назад трех серий книг, в которых я намеревался посредством совокупности развиваемых идей реализовать, сначала в теории, а потом на практике, также предусмотренным и подготовленным способом, три существенные задачи, которые я поставил перед собой, а именно: с помощью первой серии – уничтожить у людей их ложные представления о том, что будто бы существует в действительности, или, другими словами, «безжалостно вытравить всю чушь, веками копившуюся в человеческом мышлении», с помощью второй серии – подготовить, так сказать, «новый строительный материал», и с помощью третьей – «построить новый мир».

Теперь, закончив первую серию книг и следуя уже давно установившейся на Земле практике – никогда не завершать ни одного большого, как говорится, «предприятия» без того, что некоторые называют эпилогом, другие – послесловием, а третьи – «от автора» и т. д., – я тоже намерен написать к ним что-нибудь такое.

С этой, я сегодня утром очень внимательно перечитал написанное мною шесть лет назад «предисловие» под заголовком «Пробуждение мышления», чтобы взять из него соответствующие идеи для соответствующего, так сказать, «логического соединения» того начала с этим заключением, которое я сейчас намереваюсь писать.

При чтении этой первой главы, которую я написал всего шесть лет назад, но которая кажется мне написанной очень и очень давно, по моему теперешнему ощущению, возникшему сейчас в моем общем присутствии очевидно потому, что все это время мне приходилось напряженно думать и даже, можно сказать, «переживать» весь подходящий материал, потребовавшийся для восьми объемистых томов, – ведь недаром в той отрасли истинной науки, озаглавленной «ассоциативные законы человеческого мышления», которая пришла из древности и известна лишь нескольким современным людям, говорится, что «ощущение потока времени прямо пропорционально качеству и количеству потока мыслей», – так вот, при чтении первой главы, которую, как я сказал, я всесторонне обдумывал и переживал исключительно под действием своего собственного добровольного отрешения от своего «я», при этом, более того, я писал в такое время, когда функционирование всего моего целого, порождающее у человека так называемую «способность проявлять себя по своей собственной инициативе», было полностью дисгармонизировано, то есть когда я был еще чрезвычайно болен вследствие незадолго до этого происшедшего со мною несчастного случая, состоявшего в «нападении» моего автомобиля на полной скорости на безмолвно стоявшее на исторической дороге между столицей мира Парижем и городом Фонтенбло дерево, подобно наблюдателю отсчитывавшее проходящие в беспорядочном ритме века, – «нападения», которое согласно всякому здравому человеческому пониманию, должно было положить конец моей жизни, – при чтении этой главы у меня тогда возникло вполне определенное решение.

Вспоминая свое состояние во время написания этой первой главы, я не могу не добавить здесь – из-за еще одной своей маленькой слабости, заключающейся в том, что я всегда испытываю внутреннее удовлетворение всякий раз, когда вижу на лицах так называемых «представителей точной науки» ту особую, свойственную только им улыбку, – что, хотя мое тело после этого несчастного случая было, как говорится, «так искромсано и все в нем было так перемешано», что многие месяцы оно выглядело как фрагмент общей картины, которую можно было бы назвать «кусок живого мяса в чистой постели», все же и несмотря на это, мой правильно дисциплинированный, как говориться, «дух» даже в том физическом состоянии моего тела нисколько не был угнетен, как должно было бы быть, по их понятиям, а наоборот, его сила даже была увеличена возросшим подъемом, возникшем в нем как раз перед несчастным случаем из-за моего неоднократного разочарования в людях, а также, особенно в преданных, как говорят «науке», а также из-за разочарования в имевшихся у меня до тех пор идеалах, постепенно сформировавшихся в моем общем присутствии благодаря, главным образом, внушенной мне в детстве заповеди, гласящей, что «высшей целью и смыслом человеческой жизни является стремление достичь блага своего ближнего» и что это возможно исключительно только сознательным отречение от своего собственного блага.

Итак, после того как я очень внимательно перечитал эту вступительную главу первой серии, написанную в упомянутых условиях, и у меня в памяти по ассоциации всплыли тексты многих последующих глав, которые, по моему убеждению должны произвести в сознании читателей необычные впечатления, в свою очередь, всегда, как говорят, «порождающие существенные результаты», я – или, скорее, на этот раз то преобладающее нечто в моем общем присутствии, которое теперь представляет собой сумму результатов, полученных из кристаллизовавшихся на протяжении моей жизни данных, порождающих, среди прочего, в человеке, вообще поставившем перед собой цель в процессе ответственного существования, так сказать, «мыслить активно и беспристрастно», способность проникать в психею людей разных типов и понимать ее, – решил, побуждаемый одновременно возникшим у меня импульсом, называемым «любовью к себе подобным», не писать в этом заключении больше ничего, относящегося к общей цели этой первой серии, а ограничиться просто приложением первой из значительного числа лекций, копии которых имеются сейчас у меня у публично прочитанных в период существования основанного мной заведения под названием «Институт Гармонического Развития Человека».

Это заведение, между прочим, больше не существует, и я нахожу как необходимым, так и уместным, главным образом, чтобы успокоить некоторых типов из разных стран, тут же сделать категорическое заявление, что я ликвидировал его полностью и навсегда.

Принимая решение ликвидировать это заведение и все организованное и тщательно подготовленное для открытия в следующем году восемнадцати отделений в разных странах, короче говоря, все то, что я ранее создал почти сверхчеловеческим трудом, я был подавлен импульсом невыразимого горя и уныния, главным образом, потому, что вскоре после того как произошел упомянутый несчастный случай, то есть три месяца спустя, когда прежнее обычное функционирование моего мышления более или менее у меня восстановилось – хотя телом я был еще совершенно бессилен, – я рассудил, что попытка сохранить существование этого заведения, в силу отсутствия настоящих людей вокруг меня и в силу невозможности добывать без меня необходимые для него большие материальные средства, неизбежно приведет к катастрофе, в результате чего, среди прочего, будет, как говорят, «прозябание» для меня на старости лет и для многих других, полностью зависящих от меня.

Лекция, которую я намереваюсь приложить в качестве заключения к этой первой серии, не раз читалась моими, как их тогда называли, «учениками первого ранга» в период существования упомянутого заведения. Между прочим, впоследствии оказалось, к моему искреннему огорчению, что некоторые из них имеют в своей сущности предрасположение к быстрому превращению своей психеи в психею, называемую хаснамусской, – проявившееся и ставшее совершенно очевидным для всех более или менее нормальных людей, их окружающих, когда в момент отчаянного кризиса для всего мною ранее реализованного, из-за упомянутого несчастного случая, они, как говорится, «дрожа за свою шкуру», то есть боясь потерять свое личное благополучие, которое, между прочим, создал для них я, бросили общую работу и, поджав хвост, убрались в свои конуры, где, пользуясь крохами, перепавшими с моего, так сказать, «идейного стола», они открыли свои, как я сказал бы, «шахермахер лавочки» и с чувством тайной надежды и, возможно, даже радости от своего быстрого и полного освобождения от моего бдительного контроля, начали готовить из разных несчастных наивных людей «кандидатов в сумасшедшие дома».

Я прилагаю именно эту лекцию, во-первых, потому, что в самом начале распространения идей, вносимых мною в жизнь, она была специально подготовлена здесь, на континенте Европа, чтобы послужить введением или, так сказать, преддверием ко всей серии последующих лекций, только всей совокупностью которых было бы возможно разъяснить в доступной всем форме необходимость и даже неизбежность практической реализации непреложных истин, выясненных и установленных мною за полвека работы денно и нощно, а также доказать реальную возможность применения этих истин для блага людей: и, во-вторых, я прилагаю ее здесь потому, что, когда она читалась публично в последний раз, и мне самому случилось присутствовать на многолюдном собрании, я сделал добавление, которое, полностью соответствуя скрытой мысли, введенной самим господином Вельзевулом в его, так сказать, «заключительный аккорд», и, в то же время, освещая еще раз эту величайшую объективную истину, по моему мнению, даст возможность читателю правильно воспринять и усвоить эту истину, как подобает существу, считающему себя «образом и подобием Божьим».