Загрузка...



§ 107

Нам беспрестанно расхваливают догму потусторонней жизни; утверждают, что если это даже только фикция, то она выгодна, потому что внушает людям добродетельный образ жизни. Но правда ли, что эта догма делает людей мудрее и добродетельнее? Разве народы, где эта фикция установилась, замечательны своими нравами либо образом действия? Разве видимый мир не имеет всегда преимущества перед миром невидимым? Если бы те, кому поручено воспитывать нас и управлять нами, сами были просвещены и добродетельны, они управляли бы нами гораздо лучше, применяя методы реальности, чем пустые призраки. Но хитрые, горделивые и развращенные законодатели нашли повсюду более простым усыплять свои народы баснями, чем показывать им истину, чем развивать их разум, чем направлять их на путь добродетели ощутительными и реальными мотивами, чем управлять ими разумно.

Богословы имели несомненно основания для того, чтобы сделать душу нематериальной, им понадобились души и призраки, чтобы населить воображаемые царства, открытые ими в другой жизни. Души материальные, подобно всем телам, стали бы предметом, подвергающимся разрушению. Если люди будут верить, что все должно погибнуть вместе с ними, географы другого мира потеряют, очевидно, право быть проводниками душ в это неизвестное обиталище. Богословы не извлекли бы никакой пользы из тех надежд, которые внушают людям, и из страхов, которыми они их пугают. Если будущая жизнь не имеет никакой реальной пользы для человеческого рода, она приносит по крайней мере большую пользу тем, кто поставлен для того, чтобы вести людей к этой жизни.