Загрузка...



§ 158

«Никогда, – говорит Паскаль, – не делают зло так объемлюще и весело, как в том случае, когда его делают из ложного принципа» («Мысли Паскаля», XXXVIII). Нет ничего более опасного, чем религия, которая ослабляет узду дикости народа и оправдывает в его глазах самые черные преступления; народ не чувствует себя больше ограниченным в своей жестокости, поскольку он верит, что эта жестокость дозволена его богом, и поскольку ему говорят, что всякое деяние, сделанное во имя интересов бога, становится дозволенным.

Дело касается религии? Следовательно самые цивилизованные народы могут превратиться в настоящих дикарей и считать, что им все позволено. Они выказывают себя более жестокими, когда им кажется, что они будут приятнее богу, дело коего, как они воображают, не может быть поддержано без достаточного пыла.

Все религии мира допускают бесчисленные преступления. Иудеи, опьяненные обещаниями своего бога, присвоили себе право истреблять целые нации. Основываясь на предсказаниях своих богов, римляне, настоящие разбойники, завоевали и разгромили мир. Арабы, воодушевленные их божественным пророком, пошли с железом и огнем на христиан и идолопоклонников. Христиане под предлогом распространения их святой религии сотню раз заливали кровью восточное и западное полушария.

Во всех событиях, благоприятствующих их собственным интересам, называемых ими всегда делом божьим, священники показывают нам всегда перст божий. По этому принципу набожные люди имеют счастье видеть перст божий в восстаниях, в резне, в цареубийствах, в преступлениях, в проституции, в гнусностях, и если только эти вещи способствуют успехам религии, то не упускают случая сказать, что бог пользуется всеми средствами для Достижения своих целей.

Есть ли что-либо, более способное уничтожить всякое представление о морали в человеческих умах, чем уверение, что бог, столь могущественный и совершенный, частенько бывает принужден пользоваться преступлением для достижения своих намерений?