Загрузка...



  • Орден святого Андрея Первозванного
  • Орден святого великомученика и победоносца Георгия
  • Георгиевское знамя лейб-гвардии гренадерского полка
  • Георгиевские медали
  • Награды Белых армий России
  • Орден Красного Знамени
  • Орден Красной Звезды
  • Орден Трудового Красного Знамени
  • Орден Ленина
  • Сталинские премии
  • Звание Герой Социалистического Труда
  • Звание Герой Советского Союза
  • Знамя Победы
  • Орден Славы
  • Орден Победы
  • ОРДЕНА, НАГРАДЫ, ПРЕМИИ

    Орден святого Андрея Первозванного

    20 марта 1699 года секретарь австрийского посольства в России Иоанн Георг Корб записал в своём дневнике: «Его Царское Величество учредил кавалерский орден Св. Андрея Апостола».

    Это самое раннее из известных упоминаний первого российского ордена. Здесь же Корб добавляет: «Его Царское Величество пожаловал боярина Головина первым кавалером этого ордена и дал ему знак оного. Боярин сегодня же вечером показывал этот орден господину императорскому посланнику (послу австрийского государя Леопольда I, главы Священной Римской империи) и рассказывал ему содержание Устава».

    Практически все достоверно известные нам современные сведения об учреждении ордена Св. Андрея и ограничиваются этой дневниковой записью. Первый российский орден имел как основной элемент собственно «знак» — покрытый синей эмалью крест особой формы в виде буквы «Х», на котором, по преданию, был распят Св. Андрей (Андреевский крест), с изображением фигуры самого святого. Этот крест носили на широкой голубой ленте через правое плечо, а в торжественных случаях — на золотой, покрытой разноцветными эмалями цепи на груди.

    Орден включал звезду, первоначально шитую, имевшую восемь лучей, с круглым центральным медальоном, в котором также помещалось изображение Андреевского креста (заменённое при Павле на двуглавого орла). По кругу шла надпись — девиз ордена «За веру и верность». Эта надпись отмечает заслуги, за которые вручалась награда. В самом раннем проекте устава ордена Св. Андрея, составленном при непосредственном участии Петра Великого в 1720 году, говорится, кому и за что должна выдаваться эта награда: «…в воздаяние и награждение одним за верность, храбрость и разные нам и отечеству оказанные заслуги, а другим для ободрения ко всяким благородным и геройским добродетелям; ибо ничто столько не поощряет и не воспламеняет человеческого любочестия и славолюбия, как явственные знаки и видимое за добродетель воздаяние».

    В проекте устава есть особая глава «О кавалерах». В ней говорится о том, какие требования предъявляются к кандидатам в кавалеры этого ордена. Они должны иметь графский или княжеский титул, звание сенатора, министра, посла «и прочих высоких достоинств», либо генеральский или адмиральский чин. Орден могли получить также и губернаторы, которые «несколько лет, а по меньшей мере десять, оказали полезные и верные услуги». Кроме того, непременным условием были отсутствие у кавалера телесных недостатков, возраст не менее 25 лет и наличие состояния, необходимого для того, чтобы «важность сего события поддержать».

    Кавалерами ордена могли стать также иностранцы, причём к ним предъявлялись те же требования, что и к русским кандидатам. Одновременно кавалерами ордена Св. Андрея могло быть не более 12 человек «природных российских кавалеров». Это условие на протяжении всего царствования Петра тщательно соблюдалось. Лишь в 1719 году число русских кавалеров ордена равнялось двенадцати (в их число не включались иностранцы, находившиеся на русской службе), в остальные годы их было меньше. Общее число кавалеров ордена (русских и иностранных) не должно было превышать двадцати четырёх.

    Фёдор Алексеевич Головин стал первым кавалером ордена. Будучи одним из ближайших соратников Петра, он даже среди них, людей незаурядных, выделялся глубоким умом и выдающимися военными и дипломатическими способностями. Именно Головин заключил в 1689 году Нерчинский трактат — о границе Российского государства с Китаем. Во время первого заграничного путешествия Петра, в 1697 году он был занят организацией морского дела в России: приглашал иностранных офицеров и мастеров, закупал необходимые для строительства флота материалы, отправлял за границу русских учеников. По возвращении в отечество стал в 1698 году во главе только что созданного «Приказа Воинских морских дел». Одновременно, что несколько необычно даже для бурного петровского времени, он заведовал и Посольским приказом. Скончался Головин в 1706 году, имея высшее военно-морское звание генерал-адмирала (кроме него, за всю дореволюционную историю государства было ещё только шестеро, заслуживших этот чин) и сухопутное — генерал-фельдмаршала.

    Вторым кавалером ордена стал гетман И. С. Мазепа, получивший его 8 февраля 1700 года из рук самого Петра. После известия об измене Мазепы по приказу рассерженного паря была проведена следующая акция: 9 ноября 1708 года, как сообщает «Журнал» Петра Великого, «…персону (манекен) оного изменника Мазепы вынесли и, сняв кавалерию (знаки ордена), которая на ту персону была надета с бантом, оную персону бросили в палаческие руки, которую палач взял и прицепил за верёвку, тащил по улице и по площади даже до виселицы и потом повесил». Мазепе удалось уйти от заслуженного наказания за предательство, и дело ограничилось лишь повешением манекена изменника.

    Остальные 38 кавалеров этого ордена, пожалованные в царствование Петра (в том числе получивший эту награду тайно, за симпатии к России, валашский господарь Константин Брынковяну, который не был внесён даже в официальные списки награждённых), оказались более достойными этого знака отличия. Сам Пётр был отмечен орденом Св. Андрея седьмым, в 1703 году за конкретный военный успех — руководство взятием двух шведских боевых судов в устье Невы. Знаки ордена на царя, имевшего официальный военный чин капитана бомбардирской роты, возложил первый Андреевский кавалер Фёдор Головин. Одновременно такую же награду за участие в этом бою получил А. Д. Ментиков, бывший бомбардирским поручиком.

    В дальнейшем, до царствования Павла I, кавалерами ордена Св. Андрея стал ещё 231 человек. Среди них такие выдающиеся отечественные полководцы, как П. А. Румянцев, А. В. Суворов, государственные деятели Ф. М. Апраксин, Г. А. Потёмкин.

    Император Павел I в день своего коронования, 5 апреля 1797 года, подписал особое Установление, являющееся первым по времени официально утверждённым статутом ордена Андрея Первозванного. В числе прочих конкретных положений, касающихся орденских дел, было дано подробное описание особого орденского костюма для Андреевских кавалеров, в котором они должны были являться ко двору в день орденского праздника, 30 ноября, и в другие указанные самим императором дни: длинная зелёная бархатная епанча, украшенная серебряными шнурами и кистями, с нашитой на левой стороне звездой ордена размером «более обыкновенной», белый супервест с золотым галуном и бахромою и с нашитым на груди крестом, чёрная шляпа из бархата с бело-красным плюмажем и с Андреевским крестом из узкой голубой ленты. Естественно, кавалер в торжественный день должен был являться со знаком ордена Св. Андрея не на плечевой ленте, а на золотой цепи с эмалью.

    Начиная с павловского времени кавалерам запрещалось самовольно украшать свои знаки драгоценными камнями, и крест со звездой, осыпанные бриллиантами (алмазами), стали как бы особой, высшей ступенью ордена, жалуемой исключительно по личному усмотрению императора. Павел начал жаловать орденами, в том числе и орденом Андрея Первозванного, лиц духовного звания. Первым таким Андреевским кавалером стал в ноябре 1796 года митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский Гавриил. Узаконено было Павлом и награждение всех без исключения младенцев мужского пола — великих князей — орденом Андрея при крещении, а князей императорской крови — по достижении ими совершеннолетия.

    Двенадцать старших по времени награждения орденом Св. Андрея кавалеров получали командорства, связанные с дополнительными доходами: три командорства по 1000 душ крепостных каждое, четыре — по 800 душ, пять — по 700 душ. В каждой из этих трёх групп одно командорство давалось причисленному к этому ордену лицу духовному. Эти пожалования были пожизненными и после смерти кавалера переходили к следующему по старшинству обладателю награды.

    При Александре I Андреевские кавалеры при пожаловании орденом стали вносить в кассу ордена по 800 рублей. В этот период, ставший одной из самых славных страниц отечественной истории благодаря всенародному подвигу в 1812 году, резко возросло число выдаваемых наград, особенно за боевые заслуги.

    В 1807 году ордена Св. Андрея был удостоен Наполеон I. По случаю ратификации Тильзитского мира между Россией и Францией (а также Францией и Пруссией) знаки высшего российского ордена получили сам французский император, его брат Жером, маршалы Бертье и Мюрат, а также известный мастер дипломатической интриги наполеоновский министр иностранных дел князь Талейран. В 1815 году к иностранцам, имевшим орден Св. Андрея, число которых было довольно значительно, прибавился знаменитый английский полководец герцог Веллингтон.

    С 1801 по 1916 год было около 600 награждений. За это время в облике знаков ордена произошли изменения. Примерно со времени Отечественной войны 1812 года появляются звёзды из серебра. К середине XIX века металлические звёзды полностью вытеснили матерчатые.

    До 1855 года знаки ордена Св. Андрея Первозванного за военные заслуги ничем внешне не отличались от знаков за заслуги гражданские. Позднее к боевой награде стали добавлять скрещённые мечи.

    После Февральской революции Временное правительство, оставив наградную систему империи в сущности прежней, внесло лишь некоторые «косметические» изменения во внешний вид орденов в соответствии с духом республиканского строя, убрав некоторые монархические символы. На ордене Св. Андрея с креста было решено снять короны, а царского орла в центральном круглом медальоне заменить новым, Республиканским орлом, уже без корон, по эскизу, сделанному известным художником И. Билибиным. Но награждений высшим российским орденом в 1917 году не было, и Андреевских знаков этого типа, даже пробных, мы не знаем.

    Знаки высшего ордена стали в дореволюционной России частью воинской символики. Андреевская звезда была в военной атрибутике своеобразным символом гвардии и украшала гвардейские головные уборы, а также — лядунки — сумки для патронов, супервесты у кавалергардов тяжёлой гвардейской кавалерии и даже чепраки — суконные подстилки под седло.

    В конце XIX — начале XX века многие полки русской армии праздновали свои юбилеи — 100, 150 и более лет, так называемые «старшинства» частей. По этому случаю практически все полки-юбиляры учреждали свои полковые знаки — своеобразные корпоративные отличия, носившиеся всеми чинами полка на мундире. Рисунок полкового знака утверждался самим царём или военным министром и, как правило, включал в себя изображения и надписи, напоминающие о героических страницах истории части.

    Полковые знаки более десяти гвардейских частей включали в себя как элемент изображения Андреевской звезды и ленты, а три гвардейских пехотных полка основой своих знаков сделали Андреевский крест. При этом старейший полк русской армии — Преображенский — учредил свой полковой знак по эскизу Андреевского креста, собственноручно выполненному в своё время Петром. Авторы полкового знака скопировали обе его стороны, и эмблема преображенцев стала единственной среди сотен полковых отечественных знаков, имеющей изображения и надписи на оборотной стороне. Это покажется совершенно бессмысленным (ведь полковые знаки должны были носиться плотно привинченными к мундиру), если не понять желание художника точно скопировать рисунок креста, сделанный когда-то самим Петром. Не только в гвардии полковые знаки включали изображения элементов Андреевской награды. Дюжина армейских пехотных полков поместила на свой знак Андреевскую звезду и ленту, а 11-й пехотный Псковский и 13-й уланский Владимирский сделали основой знака Андреевский крест.

    Орден святого великомученика и победоносца Георгия

    (По материалам В. Буркова)

    Распространение христианского культа святого великомученика и победоносца Георгия относится к V–VI векам. Именно тогда в Константинополе и Риме были возведены в его честь храмы, а спустя четыре столетия византиец Симеон Метафраст составил мартирологию этого христианского мученика.

    По сказанию, Георгий происходил из знатного каппадокийского рода, был крупным военачальником. Во время гонения на христиан на территории Римской империи при императоре Диоклетиане он сложил с себя воинский сан и стал проповедником христианства, за что был подвергнут тяжким мучениям и обезглавлен в 303 году.

    Особенно популярным стал культ Георгия Победоносца во времена крестовых походов. Он считался покровителем старейшего английского кавалерского ордена «Подвязки». В то время почти во всех западноевропейских государствах существовали специальные духовные общества и военно-религиозные рыцарские ордена Святого Георгия. На аверсе многочисленных амулетов, так называемых георгс-талеров, охранявших воинов от смерти, чеканилось изображение Св. Георгия.

    На Руси после введения христианства князь Ярослав Владимирович (Ярослав Мудрый) был наречён вторым церковным именем Георгий. В честь своего покровителя он основал монастырь: «Заложи Ярослав церковь Святой Софии и посем церкви Георгия монастырь».

    Изображение святого Георгия появилось и на великокняжеской печати и монетах. Впоследствии Георгия Победоносца стали считать покровителем российского государства.

    Конный воин с копьём или мечом встречается на печатях сына Дмитрия Донского — Василия, печатях Василия Тёмного и на монетах великого княжества Московского, а также на старом гербе Москвы, государственной печати и государственном гербе России, монетах Ивана III, Василия III и Ивана Грозного — вплоть до Алексея Михайловича Романова.

    Российский военный орден Святого великомученика и победоносца Георгия был учреждён Екатериной II 26 ноября 1769 года: «26-го числа в четверг, поутру, в 11 часу съехались ко Двору российские знатные обоего пола персоны и господа чужестранные министры, собирались в парадные покои, куда в 12 часу Ея Императорское Величество, в орденской одежде, с его Императорским Величеством, из внутренних своих апартаментов прибыть соизволила и с вышеназванными персонами шествовать в большую придворную церковь к божественной литургии, которую отправлял преосвященнейший Гавриил архиепископ Санкт-Петербургский. По окончании литургии началось посвящение ордена следующим образом: духовные персоны по выходе из Святого алтаря стали посреди церкви, как для благодарственного молебствия бывает, потом вынесен и поставлен был двумя гоф-фурьерами стол, на котором знаки ордена, на золотом блюдце, положены были; по сём секретарь Ея Императорского Величества г. Стрекалов, читал статут; по прочтении статута проповедь говорил учитель Его Императорского Величества синодальный член Свято-Троицкой Сергиевой лавры архимандрит Платон, а потом отправлялось посвящение ордена с прочтением особливой молитвы и креплением святою водою знаков оного. Освящённые таким образом знаки ордена соизволила Ея Императорское Величество с того блюдца взять и сама на себя наложить, в которое время воспето от певчих многолетие, а с крепостей С.-Петербургской и Адмиралтейской производилась пушечная пальба, из 101 выстрела».

    Орден Святого Георгия был сугубо военным знаком отличия и предназначался для награждения только воинских чинов «за храбрость, ревность и усердие к воинской службе и для поощрения в военном искусстве». Его удостаивался тот, «кто презрев очевидную опасность и явив доблестный пример неустрашимости, присутствие духа и самоотвержения, совершил отличный воинский подвиг, увенчанный полным успехом и доставивший явную пользу».

    По своей значимости орден был высшей боевой наградой России. Любая степень ордена Святого Георгия давала права потомственного дворянина. В его статуте было записано: «Ни высокий род, ни прежние заслуги, ни полученные в сражениях раны не приемлются в уважение при удостоении к ордену святого Георгия за воинские подвиги; удостаивается же оного единственно тот, кто не только обязанность свою исполнял во всём по присяге, чести и долгу, но и сверх сего ознаменовал себя на пользу и славу Российского оружия особенным отличием».

    Орден Святого Георгия был разделён на четыре степени. Орденские знаки I степени состояли из золотого креста, покрытого с обеих его рои белой эмалью, широкой (10–11 см) муаровой ленты с тремя чёрными и двумя жёлтыми продольными полосами и золотой четырёхугольной ромбовидной звезды. На лицевой стороне креста в центре на розовом фоне изображён на коне Святой Георгий, поражающий копьём дракона, а на оборотной — его вензель из двух букв «С» и «Г». Орденский крест первой степени носился на ленте через правое плечо у бедра. К левой стороне груди прикреплялась орденская звезда, в центре которой на золотом поле дан вензель Святого Георгия и в круге, на чёрном фоне золотыми буквами написан девиз ордена: «За службу и храбрость». Орденские знаки II степени состояли из золотого креста, который носили на шее, на ленте шириной 5 см, и золотой звезды на левой стороне груди. К III степени относился золотой крест меньшего размера, чем I и II степени, носившийся на шее, на ленте шириной 3 см. Знак IV степени представлял собой золотой крест, предназначенный для ношения на орденской ленте на левой стороне груди.

    До 15 мая 1855 года орденским знаком IV степени награждали за выслугу лет — 25 лет для армии и 18–20 компаний — для флота (при условии непосредственного участия хотя бы в одном сражении).

    На поперечных концах орденского креста в этом случае помещалась соответствующая надпись: «25 лет», «20 комп.» или «18 комп.». Незадолго до отмены награждений орденским знаком Святого Георгия IV степени за выслугу лет 2 февраля 1855 года для тех, кто «впоследствии окажут отличные воинские подвиги», к этому знаку присоединялся бант из той же георгиевской ленты.

    С 9 августа 1844 года на орденских крестах, жалуемых нехристианам, вместо Святого Георгия давалось изображение двуглавого императорского орла, а с 27 октября 1846 года такая же замена произошла и на орденской звезде.

    Манифестом от 22 сентября 1782 года для ордена Святого Георгия был дарован в Чесме близ Петербурга, при церкви Иоанна Крестителя особый дом, где помещалось управление орденом, его архив, печать и орденская казна. Тогда же была установлена Дума ордена Святого Георгия, составленная из георгиевских кавалеров, находящихся в Санкт-Петербурге. В состав Думы входили все находящиеся в столице кавалеры I и II степени, а также по 12 старших по возрасту кавалеров III и IV степени этого ордена.

    В военное время, в соответствии с «Учреждением для управления Большой действующей армии» 27 января 1812 года, при штабе главнокомандующего армии или командира отдельного корпуса, а во флоте при штабе командующего флотом или начальника отдельной эскадры учреждались местные кавалерские Думы из наличных кавалеров (не менее семи, а в крайнем случае трёх). Местные кавалерские Думы так же, как и Петербургская (Петроградская), двумя третями голосов удостаивали за отличные воинские подвиги орденскими знаками Святого Георгия III и IV степени (и до 1855 года IV степени за выслугу лет в армии и во флоте). Причём право на получение орденского знака Святого Георгия III степени представлялось, как правило, только тем генералам, адмиралам, штаб-офицерам, которые уже имели орденский крест Святого Георгия IV степени. Награждение орденскими знаками II и I степени происходило без рассмотрения дел в Думах по утверждению императора.

    Орденский праздник проходил ежегодно 26 ноября в Георгиевском зале Зимнего дворца в Санкт-Петербурге с использованием специального орденского сервиза, украшенного изображениями георгиевского креста, звезды и ленты. Кавалеры были облачены в особые одежды, состоящие из оранжевого бархатного супервеста, обшитого золотой бахромою, с чёрными широкими спереди и сзади бархатными крестами. Каждый кавалер ордена Святого Георгия I и II степени «имел вход при дворе за кавалергардов» (т. е. имел право быть в почётном конвое императора), а кавалеры III и IV степени, как при дворе, так и во всех публичных местах и торжествах, «имели вход вместе с полковниками, хотя бы состояли в чинах ниже полковников».

    Во время орденского праздника у двери придворного собора императора и императрицу встречали санкт-петербургский митрополит, члены Синода и придворное духовенство. Затем в Георгиевском зале Зимнего дворца совершался молебен с возглашением многолетия всему императорскому дому и всероссийскому воинству, после чего митрополит окроплял святой водой августейших особ и находящиеся в зале знамёна и штандарты.

    С 11 апреля 1849 года в Георгиевском зале Большого Кремлёвского дворца в Москве на специальные мраморные плиты заносились имена георгиевских кавалеров.

    За всю историю дореволюционной России знаками ордена Святого Георгия I степени были отмечены 25 человек, в том числе 8 иностранцев. Первым 27 июля 1770 года, за блестящие победы над турецкой армией при Ларге и Кагуле, кавалером ордена Святого Георгия I степени стал выдающийся русский полководец П. А. Румянцев-Задунайский. Среди кавалеров этой высшей военной награды были светлейший князь генерал-фельдмаршал Г. А. Потёмкин-Таврический, генералиссимус А. В. Суворов-Рымникский, генерал-аншеф граф А. Г. Орлов-Чесменский, генерал-аншеф граф П. И. Панин, князь генерал-аншеф В. М. Долгорукий-Крымский, адмирал В. Я. Чичагов, граф генерал от кавалерии Л. Л. Беннигсен, генерал-фельдмаршал Пруссии Г. А. Блюхер, австрийский генералиссимус К. Ф. Шварценберг, английский генерал-фельдмаршал А. У. Веллингтон и другие.

    Знаками ордена Святого Георгия II степени было удостоено 125 человек. Первыми из них, 27 июля 1770 года, стали генералы П. Г. Племянников, Н. В. Репнин и Ф. В. Боур, проявившие мужество и полководческий талант в сражении под Кагулом. Первым из 645 георгиевских кавалеров III степени был подполковник 1-го Гренадерского полка Ф. И. Фабрициан, удостоенный этой награды 8 декабря 1769 года за взятие г. Галаца во время Русско-турецкой войны 1768–1774 годов. В ходе этой войны 3 февраля 1770 года стало известно и имя первого кавалера ордена Святого Георгия IV степени премьер-майора Каргопольского Карабинерского полка Р. фон Паткуля, отличившегося в сражении у местечка Добр.

    Полными кавалерами ордена Святого Георгия, то есть имеющие знаки этого ордена всех четырёх степеней, были всего четверо — генерал-фельдмаршал М. И. Голенищев-Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, И. И. Дибич-Забалканский и И. Ф. Паскевич-Эриванский.

    В истории ордена есть и единственный случай коллективного награждения. В 1916 году французская крепость Верден за мужество её защитников при обороне так называемого «Верденского выступа» была отмечена знаком ордена Святого Георгия IV степени.

    С 1 сентября 1869 года к ордену Святого Георгия было причислено «Золотое оружие» с георгиевским темляком (лентой) и георгиевским крестом на эфесе, введённого для награждения генералов, адмиралов, штаб- и обер-офицеров. По орденскому статуту 10 августа 1913 года такое оружие получило наименование «георгиевского». В число удостоенных этой почётной награды входил знаменитый русский полководец генерал А. А. Брусилов. Он был отмечен Георгиевским оружием — золотой шашкой с бриллиантами за разгром австро-венгерских войск в конце мая 1916 года («Брусиловский прорыв»).

    Существовали также особые георгиевские отличия — знамёна и серебряные трубы (с прикреплёнными к ним георгиевскими крестами и георгиевскими лентами), которыми награждались отличившиеся в действиях против неприятеля целые воинские части. Первые георгиевские знамёна были пожалованы четырём полкам — Таврическому, Московскому, Смоленскому и Архангелогородскому — за кампанию 1799 года против наполеоновских войск, а первые георгиевские трубы — гренадерскому Московскому и драгунскому Стародубскому полкам за кампанию 1810 года в период Русско-турецкой войны 1806–1812 гг.

    В 1819 году был учреждён Георгиевский кормовой флаг — высшая награда за воинскую доблесть боевых кораблей Российского военно-морского флота. Впервые им был награждён линейный корабль «Азов» за героизм, проявленный его матросами и офицерами под командованием капитана 1-го ранга М. П. Лазарева (впоследствии известного адмирала) в Наваринском сражении 1827 года с турецко-египетским флотом.

    13 февраля 1807 года для «нижних воинских чинов, кои в сухопутных и морских войсках наших, действительно служа, отличатся противу неприятеля отменной храбростью» был учреждён «Знак отличия Военного ордена» — номерной серебряный крест на георгиевской ленте с изображением Георгия Победоносца на лицевой стороне и монограммой из двух букв «СГ» (Святой Георгий) на обороте. С 29 августа 1844 года для награждения нехристиан стали чеканить кресты, где на лицевой стороне изображался не Святой Георгий Победоносец, а двуглавый императорский орёл.

    19 марта 1856 года Знак отличия Военного ордена был разделён на четыре степени: I и II степень — золотые кресты, а III и IV степень — серебряные (I и II степень имели на георгиевской ленте бант).

    С 10 августа 1913 года Знак получил официальное название «Георгиевский крест» и был причислен к ордену Святого Георгия. Приказом по кабинету военного министра № 26 от 3 июля 1917 года разрешалось награждать офицеров по решению общего собрания личного состава подразделения солдатским Георгиевским крестом, а нижних чинов знаком ордена Святого Георгия IV степени. В том и другом случае на ленте георгиевской награды полагалась металлическая лавровая ветвь.

    Награждение Георгиевским крестом проводилось последовательно, начиная с IV степени. Это была награда для наиболее мужественных и отважных воинов, совершивших боевой подвиг, например, захвативших вражеское знамя или штандарт, взявших в плен неприятельского офицера или генерала, первых вошедших во время штурма во вражескую крепость или при абордаже на борт неприятельского судна, спасших в боевых условиях жизнь офицера.

    Знак отличия Военного ордена № 1 получил унтер-офицер Кавалергардского полка Е. И. Митюхин за отличие в бою с французами под Фридландом 2 июня 1807 года.

    Тогда же, в 1807 году, Знака отличия Военного ордена удостоилась за спасение офицера легендарная «кавалерист-девица» Н. А. Дурова. Солдатскими георгиевскими крестами были награждены участники Бородинского сражения будущие декабристы М. И. Муравьёв-Апостол и И. Д. Якушкин.

    Всего же георгиевскими крестами за все войны с наполеоновской Францией было пожаловано около 15 тысяч человек, в том числе более 6,7 тысячи — за Отечественную войну 1812 года. В период Крымской войны 1853–1856 годов этой наградой было отмечено более 21 тысячи героев, за Русско-турецкую войну 1877–1978 годов — около 46 тысяч, а за Русско-японскую войну 1904–1905 годов — 87 тысяч. К 1917 году количество награждений георгиевскими крестами всех степеней достигло 1 млн. 366 тысяч.

    3 августа 1878 года была учреждена медаль «За храбрость» на георгиевской ленте. Она подразделялась на четыре степени — I и II степень — золотые медали, а III и IV степень — серебряные (I и II степень имели бант на георгиевской ленте). С 10 августа 1913 года медаль «За храбрость» была переименована в георгиевскую и причислена к ордену Святого Георгия. Георгиевская медаль предназначалась для награждения нижних чинов за мужество и храбрость, проявленные в военное и мирное время, а также для лиц, не принадлежавших к составу армии и флота, но проявивших отвагу в военное время. К 1917 году состоялось более 1,5 млн. награждений георгиевскими медалями.

    Продолжая боевые традиции русской армии в годы Великой Отечественной войны, 8 сентября 1943 года был учреждён орден Славы трёх степеней. Его статут так же, как и жёлто-чёрная расцветка ленты, напоминали о солдатском Георгиевском кресте.

    Затем георгиевская лента, подтверждая традиционные цвета российской воинской доблести, украсила многие солдатские и современные российские наградные медали и знаки. 2 марта 1992 года указом президиума Верховного Совета РСФСР «О государственных наградах Российской Федерации» было принято решение о восстановлении российского военного ордена Святого Георгия и Знака отличия «Георгиевский крест».

    Указом президента Российской Федерации от 2 марта 1994 года в редакции от 1 июня 1995 года в статье 26 сказано: «В системе государственных наград сохраняются военный орден Святого Георгия и Знак отличия — „Георгиевский Крест“». Так продолжилась боевая связь поколений, прославивших свою Родину в борьбе с иноземными захватчиками.

    Георгиевские регалии являются символами самоотверженного исполнения воинского долга и любви к Отечеству, а Святой Георгий, принявший мученическую смерть за христианскую веру, высоко почитаем. Неслучайно в Санкт-Петербурге, к 300-летию со дня основания, в Купчине на проспекте Славы заложен храмовый комплекс с церковью, носящей имя Святого Георгия Победоносца. Этот комплекс должен стать центром международного «Георгиевского движения», программа которого получила благословение митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира. Её развёртывание будет способствовать возвращению Санкт-Петербургу его роли уникального центра мировой и российской духовности и культуры. Ведь святой великомученик Георгий Победоносец олицетворяет не только победу воина и христианина, но и воплощает в себе победу христианских идеалов.

    Георгиевское знамя лейб-гвардии гренадерского полка

    26 августа 2003 года в Эрмитажном театре состоялась церемония передачи Государственному Эрмитажу, Государственному Русскому музею и Государственному музею-заповеднику «Царское Село» историко-художественных ценностей, утраченных в годы Гражданской и Великой Отечественной войн и возвращённых в Россию в мае—июле 2003 года.

    С 1957 года в Лондоне в казармах Гренадерского полка королевской гвардии хранилось георгиевское знамя лейб-гвардии Гренадерского полка Российской императорской армии. Этот стяг участвовал в победах русской армии в Крымской и Турецкой войнах, в Первой мировой войне и был вывезен офицерами Гренадерского полка после поражения белой армии в Париж, а затем передан на хранение в Музей лейб-гвардейского полка Великобритании.

    Начиная с 1994 года после визита королевы Великобритании Елизаветы II Государственный Эрмитаж начал работу по выяснению возможности возвращения знамени на родину.

    С 2001 года эта работа продолжилась совместно с Департаментом по сохранению культурных ценностей, который обратился к командиру Гренадерского полка королевской гвардии с просьбой передать драгоценную реликвию России. Командование Гренадерского полка королевской гвардии положительно откликнулось на просьбу российской стороны.

    Георгиевское знамя лейб-гвардии Гренадерского полка было передано президенту Российской Федерации В. В. Путину во время его официального визита в Великобританию 24–27 июня 2003 года.

    Георгиевское знамя лейб-гвардии Гренадерскому полку в 1856 году вручил император Александр II. Под этим знаменем полк воевал в Крымской и Турецкой войнах, в Первой мировой войне. После 1917 года группе офицеров полка удалось вывезти знамя и наконечник за границу. В 1957 году оставшиеся в живых офицеры передали реликвию на хранение Гренадерской гвардии Великобритании.

    Как сообщил директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, впервые знамя было выставлено в России на яхте королевы Великобритании Елизаветы II во время её официального визита в Россию в 1994 году. Тогда же Михаил Пиотровский обратился к герцогу Эдинбургскому с просьбой вернуть знамя в Россию. Спустя 9 лет, уже во время визита в июне 2003 года президента России Владимира Путина в Великобританию, знамя было передано России, а президент распорядился отдать его на хранение в Эрмитаж.

    Георгиевские медали

    Георгиевская медаль была учреждена 10 августа 1913 года вместо медали «За храбрость», учреждённой в 1878 году, и причислена к Военному Ордену Святого Великомученика и Победоносца Георгия.

    Изменение статута медали было вызвано особенностями боя на суше и на море и с чрезвычайным развитием техники военного и морского дела. Кроме того, медаль предназначалась для отличия тех нижних воинских чинов, деяния которых не подходили под требования статута Георгиевского креста, и лиц, не принадлежащих к составу армии и флота.

    В военное время Георгиевской медалью могли быть награждены:

    • нижние воинские чины за проявленные ими подвиги мужества и храбрости в военное и мирное время;

    • лица, не имевшие воинского звания и даже не принадлежавшие к составу армии и флота, но лишь за отличия, оказанные в бою против неприятеля.

    Георгиевская медаль имела четыре степени.

    • Первая степень: золотая медаль, носимая на груди на Георгиевской ленте, с бантом, на лицевой стороне которой было изображение императора Николая II; на обратной стороне медали указана степень и номер медали, а также присутствует надпись за храбрость.

    • Вторая степень: такая же золотая медаль, носимая на груди на Георгиевской ленте без банта.

    • Третья степень: такая же серебряная медаль, носимая на груди на Георгиевской ленте с бантом.

    • Четвёртая степень: такая же серебряная медаль, носимая на груди на Георгиевской ленте без банта.

    Количество лиц, награждённых Георгиевской медалью, согласно статута не ограничивалось.

    Георгиевская медаль носилась на колодке левее всех орденов и левее Георгиевского креста, но правее всех остальных медалей и знаков отличия. Основанием для награждения служили следующие деяния:

    • Оказание отличного воинского подвига, не подходящего под точный смысл указаний Статута Георгиевского креста.

    • Оказание выдающейся храбрости в составе особо отличившихся среди прочих воинских частей, на которые по усмотрению главного военачальника назначено определённое количество георгиевских медалей.

    • Кто из нижних чинов строевой части выделится блистательным и доблестным выполнением своего долга в бою, в обстоятельствах исключительной трудности, причём последние точно должны быть указаны.

    • Кто из нижних чинов, исполняя необходимые для успеха боя вспомогательные обязанности по ведению артиллерийского, пулемётного или ружейного огня, или по поддержанию связи между частями войск или судами морского отряда или эскадры, выкажет при исполнении таковых выдающееся самоотвержение.

    • Кто из нижних чинов, под сильным и действительным огнём неприятеля, при работах: на позиции, в крепости, на переправе, в мастерской, лаборатории, минном складе, на ж/д сооружении, телеграфе, телефоне, осветительной станции, доке, госпитале и т. п., проявит самоотвержение и мужество.

    • Кто, совершая подвиг, достойный награждения Георгиевским крестом, не мог довести его до конца по причине ранения.

    • Кто из фельдшеров и санитаров, находясь в течение всего боя в боевой линии, под сильным и действительным огнём, проявляя необыкновенное самоотвержение, будет оказывать помощь раненым или, в обстановке чрезвычайной трудности, вынесет раненого или убитого.

    В мирное время Георгиевской медалью могли быть награждены:

    • Кто при стычке с превосходящим числом злоумышленников, оказывающих вооружённое сопротивление, примером личной храбрости и неустрашимости ободрит своих товарищей и тем будет способствовать успешному окончанию дела.

    • Кто в стычке с вооружёнными злоумышленниками спасёт жизнь своего начальника или освободит его.

    • Кто при нападении превосходного числа злоумышленников сохранит за выбытием начальника, порядок в команде и своей отвагой и распорядительностью будет способствовать их задержанию.

    • Кто в обстановке, близкой к боевой, исполнит, при условии чрезвычайной опасности, важное служебное поручение.

    • Кто при исполнении обязанностей пограничной службы возьмёт с боя контрабандное судно или первый взойдёт на таковое во время вооружённого сопротивления.

    • Часовой, который при вооружённом нападении на занимаемый им пост превосходного числа злоумышленников, при особо трудных условиях, отразит таковое, оказав мужественное сопротивление.

    • Кто при нападении превосходного числа злоумышленников на вверенное его охране лицо, имущество или здание отразит нападение.

    • Кто при схватке со злоумышленниками, будучи тяжело ранен, останется в деле до его окончания.

    • Кто из нижних чинов в мирное время совершит один из подвигов, удостаиваемых награждения Георгиевской медалью в военное время.

    Георгиевская медаль не должна была жаловаться за те подвиги и заслуги, которые предусматривались уставом о знаке отличия ордена Св. Анны — Анненской медали.

    Лица, не имевшие воинского звания, а также и лица женского пола могли награждаться Георгиевской медалью за подвиги, предусмотренные статутом Георгиевского креста и пунктом статута Георгиевской медали о санитарах и фельдшерах.

    Георгиевская медаль жаловалась по старшинству, начиная с четвёртой степени.

    Порядок награждения Георгиевской медалью был установлен двояким образом:

    • Когда кто-либо из нижних чинов или лиц не воинского звания оказал особую личную храбрость. В этой части порядок награждения совпадает с порядком награждения Георгиевским крестом статута 1913 года.

    • Когда в деле против неприятеля будут замечены особо отличившимися: по сухопутным войскам, Главнокомандующим или Командующим армией — какой-либо полк или иная команда, а по флоту главнокомандующим или командующим флотом — какой-либо корабль.

    В 1915 году был уменьшен состав золота в медалях 1 и 2-й степеней с 90–99 % до 50–60 %. Для чеканки медалей с уменьшенным содержанием золота использовался сплав золота и серебра с последующим поверхностным золочением высокопробным золотом. Это было связано с экономическими трудностями, в результате начавшейся Первой мировой войны. А в 1917 году медали по новому положению стали чеканить из недрагоценных металлов и на медалях появились буквы «Ж.М.» — в левой нижней части оборотной стороны у самого гурта правее порядкового номера на всех знаках 1 и 2-й степени. На 3 и 4-й степенях чеканились буквы «Б.М.». А на лицевой стороне таких медалей вместо портрета императора чеканилось изображение Святого Георгия (всадника на коне, копьём поражающего змея).

    Награды Белых армий России

    После Октябрьской революции в России разразилась Гражданская война, продолжавшаяся на европейской части страны три года, а в Сибири и на Дальнем Востоке ещё дольше. Историки обычно делят период борьбы с Советами, получившей в истории название «белой», на три фронта: Юг России, Север и Запад, Восток России. С обеих сторон гибли солдаты и офицеры, совершая подвиги, поэтому перед командующими белых армий неизбежно вставал вопрос о наградах: как отметить сильных и храбрых и как побудить к решительности слабых и робких.

    На разных фронтах Гражданской войны этот вопрос решался по-разному: в некоторых белогвардейских армиях старались обходиться запасами царских орденов и медалей — в армии А. В. Колчака вручались даже ордена Святого Георгия, чего не наблюдалось на других участках Гражданской войны. Все сомнения своих «сотоварищей» по белому делу на этот счёт А. В. Колчак считал излишними.

    Имеются сведения об изготовлении в Сибири георгиевских крестов, например, в августе 1919 года было выдано несколько пудов серебра «для лития Георгиевских крестов». Кроме того, в распоряжении колчаковского командования имелись Георгиевские кресты старого образца. После взятия Перми белыми войсками и разгрома красноармейских отрядов зимой 1919 года в армии А. В. Колчака началась щедрая раздача наград. Барон А. Будберг в своём дневнике записывал: «Лавры Пермской победы вскружили всем головы; посыпались награды, на фронте имеется уже несколько кавалеров Георгия 3-й степени, бывшие штабс-капитаны сделались генерал-лейтенантами». Несколько особняком стоял Южный фронт, где ордена (но не орден Святого Георгия) давались только Донской армии.

    В армии Добровольческой, а позднее и в Объединённых силах Юга России, решили, что невозможно награждать старыми русскими орденами за отличия в боях русских против русских. Поэтому армия генерала А. И. Деникина орденов не имела, о чём писал и барон П. Врангель в своих воспоминаниях: «В армиях генерала Деникина боевые подвиги награждались исключительно чинами». Только в отдельные, наиболее напряжённые периоды борьбы устанавливался тот или иной знак отличия. Он не был орденом уже потому, что вручался всем участникам действий того или иного периода и был схож с теми медалями, которые в царской России жаловались за участие в какой-либо военной кампании.

    К таким наградам относится, в частности, «Знак 1-го Кубанского (Ледяного) похода», установленный А. И. Деникиным в августе 1918 года. С первых боевых дней на Дону части Добровольческой армии, не завершив ещё своей реорганизации, вынуждены были участвовать в борьбе против большевиков. Но силою обстоятельств в конце января 1918 года ей пришлось покинуть Донской край, хотя к моменту оставления Ростова вполне определённого плана предстоящего похода ещё не существовало. Он наметился только на пятый день пути, а окончательный план начавшегося уже похода заключался в движении на Кубань. Первый Кубанский поход проходил в трудных условиях. Кроме расхождения во взглядах вождей, Добровольческой армии приходилось во время пути вступать в сражения с войсками Красной армии.

    Главным сторонником решения идти на Кубань стал генерал-адъютант М. В. Алексеев, который хотел укомплектовать и снабдить свою армию всем необходимым в том краю, который всегда считался житницей России. Первые боевые сражения, весьма успешные для белых, произошли уже около станицы Хомутовской, куда успел подойти конный отряд большевиков. Через несколько дней Добровольческая армия вела бои под селением Лежанка, и бой этот стал своего рода смотром её доблести: успех боя укрепил веру белых в свои силы. В двадцатых числах февраля 1918 года Добровольческая армия вступила в пределы Кубанского края.

    Последующая неделя похода, сопровождавшаяся боями и длительными переходами, приносила и радости, и горести. С одной стороны, армия усиливалась казаками, вступавшими в её ряды; с другой — добровольцам приходилось отбиваться от казаков-фронтовиков и местных большевиков, которые провожали их боями. Восемьдесят дней длился 1-й Кубанский поход, прозванный Ледяным. Он потребовал от его участников немалого мужества, и А. И. Деникин, главнокомандующий Вооружёнными силами Юга России, установил для всех его участников «Знак 1-го Кубанского (Ледяного) похода». Он представлял собой «терновый венец из оксидированного серебра (диаметр венца — 30 мм), пересечённый серебряным мечом рукоятью вниз». На оборотной стороне его указывался порядковый номер награждённого. В символике Белого движения терновый венец был одним из наиболее часто встречающихся символов. Терновый венец присутствует на «Знаке Марковского артиллерийского дивизиона», «Знаке 1-го конного генерала Алексеева полка», на военном ордене «За Великий Сибирский поход», «Кресте Ачинского конно-партизанского отряда» и т. д. «Знак 1-го Кубанского (Ледяного) похода» предназначался для всех чинов, состоявших в строю и принимавших участие в борьбе с большевиками. Он носился на Георгиевской ленте, в центре которой помещалась круглая бело-сине-красная розетка. Нестроевые и гражданские чины, не принимавшие участия в боях, награду носили на ленте ордена Святого Владимира и с такой же розеткой национальных цветов.

    Число награждённых «Знаком 1-го Кубанского (Ледяного) похода» было не так уж и велико — всего около 4–5 тысяч человек. Но это была первая награда Белого движения, ставшая широко известной среди русской эмиграции первой волны и их потомков.

    Получили свой памятный крест и донские казаки, которые после поражения под Новочеркасском и Ростовом в феврале 1918 года отступили в Сальские степи. Вооружённая борьба донского казачества — самого старейшего и многочисленного из казачеств — завершилась походом, который вошёл в историю под названием Степного.

    Походный атаман войска Донского П. Х. Попов не хотел уходить с Дона и отрываться от родных мест, поэтому он не стал присоединяться к Добровольческой армии для совместного похода на Кубань. Донские казаки направились к расположенным в Сальских степях зимовкам, где было достаточно продовольствия и фуража для коней. Задача этого похода заключалась в том, чтобы, не прерывая борьбы с большевиками, сохранить до весны здоровое и боеспособное ядро, вокруг которого донские казаки могли бы вновь сплотиться и поднять оружие. К тому же Сальские степи отстояли далеко от железных дорог, а это исключало внезапное нападение Красной армии.

    Все участники Степного похода, продолжавшегося полтора месяца, получили массивный железный крест «За Степной поход».

    Ярким вождём Белого движения был генерал-майор М. Г. Дроздовский. Своё отношение к Октябрьской революции он выразил такими словами: «Через гибель большевизма к возрождению России — вот наш единственный путь, и с него мы не свернём». Друзья и подчинённые чуть ли не боготворили его, враги ненавидели и боялись, и все без исключения уважали, считая его человеком чести, долга и действия, умевшим добиваться поставленной цели, несмотря ни на какие препятствия.

    Получив от командования Румынским фронтом согласие на формирование добровольческих отрядов для отправки их на Дон к генералу Л. Г. Корнилову, генерал-майор М. Г. Дроздовский обратился ко всем русским военным, служившим на этом фронте, с воззванием: «Русские люди! В ком живы совесть и честь — откликнитесь на наш призыв. Отечество наше накануне гибели. Последствия анархии и позорного мира будут неисчислимы и ужасны. Нашим уделом будет рабство, ещё более ужасное, чем татарское иго. Кто не понимает этого, тот безумец или предатель. Только правильно организованная армия, беспрекословно послушная воле начальников, воодушевлённая сознанием долга и любовью к Отечеству, может спасти великий, но несчастный народ наш…»

    На принципах строгой дисциплины на Румынском фронте формируется во имя спасения России 1-я бригада русских добровольцев. Из города Яссы этот отряд выступил на соединение с Добровольческой армией 7 марта 1918 года. В «Очерках русской смуты» генерал А. И. Деникин пишет: «25 апреля большевики с севера повели наступление на Новочеркасск… и овладели уже предместьем города, переживавшего часы смертельной паники. Казаки не устояли и начали отступать. Порыв казался исчерпанным и дело проигранным. Уже жителям несчастного Новочеркасска мерещились новые ужасы кровавой расправы. Но в наиболее тяжёлый момент свершилось чудо: неожиданно в семи верстах от Новочеркасска, у Каменного Брода, появился офицерский отряд полковника Дроздовского силою до 1000 бойцов, который и решил участь боя. Эта была новая героическая сказка на тёмном фоне русской смуты: два месяца из Румынии, от Ясс до Новочеркасска, более тысячи вёрст отряд этот шёл с боями на соединение с Добровольческой армией. А в приказе самого М. Г. Дроздовского говорилось: „Более тысячи вёрст пройдено Вами отрядом, доблестные добровольцы! Немало лишений и невзгод перенесено, немало опасностей встретили Вы лицом к лицу. Но верные своему слову и долгу, верные дисциплине, безропотно и без празднословия шли Вы упорно вперёд по намеченному пути, и полный успех увенчал Ваши труды и Вашу волю. И теперь я призываю Вас всех обернуться назад, вспомнить всё, что творилось в Яссах и Кишинёве, вспомнить все колебания и сомнения первых дней пути, предсказания различных несчастий, всё нашёптывания и запугивания окружавших нас малодушных…“»

    За мужество и решимость для 1-й бригады русских добровольцев была учреждена медаль, представлявшая собой серебряный матовый овал, который у ушка имел два скрещённых меча. На лицевой стороне медали изображена Россия в образе женщины в древнерусском одеянии и с мечом в протянутой руке. Она стоит над обрывом, а на дне его и по скату представлена группа русских войск с оружием в руках, которые взбираются к ногам России, олицетворяя стремление к воссозданию единого, неделимого и великого государства. На оборотной стороне медали полукругом сверху выгравирована надпись «Поход дроздовцев», ниже — «Яссы — Дон», следующая строка — «1200 вёрст», затем шла дата, а на последней строчке указывалась фамилия награждённого с инициалами. Этот знак отличия вручался всем действительным участникам похода, выступившим из городов Яссы или Дубоссары, прибывшим на Дон и отбывшим 6 месяцев подписного срока службы. Те, кто вышел в поход, но потом оставил свои отряды из-за ранения, контузии или тяжёлой болезни (если это подтверждалось и если они потом возвращались в строй), тоже получали награду наравне с остальными.

    Медаль «Поход дроздовцев» носилась на груди левее всех степеней Георгиевского креста и Георгиевской медали, но правее всех прочих знаков отличия и медалей. Медали погибших передавались или потомству, или ближайшим родственникам для сохранения на память, но без права ношения.

    Среди большого числа наград белых армий России были и такие, которые можно отнести к числу неврученных. В декабре 1919 года генерал-лейтенант А. И. Деникин, сменивший Л. Г. Корнилова на посту главнокомандующего Вооружёнными силами Юга России, отдал войскам 3-го армейского корпуса приказ отходить в Крым и принять на себя оборону полуострова от наступавших частей Красной армии. В ответ генерал-майор Я. А. Слащов, командующий корпусом, доносил, что защиту Крыма считает для себя «вопросом не только долга, но и чести».

    Силы, которыми располагал командующий корпусом, были невелики, а противостояли им войска 13-й Красной армии, из которых против Крымского перешейка непосредственно были сосредоточены 4 стрелковые и 2 (или даже три) кавалерийские дивизии. И всё же, несмотря на неравенство сил, царившие дезорганизацию и неразбериху, несмотря на клевету и злобные сплетни, которые распространялись вокруг Я. А. Слащова завистниками и недоброжелателями, 3-й корпус сумел удержать Крым. В результате была сохранена та территория, на которой смогли переформироваться и оправиться от поражений остатки деникинских армий, эвакуированные из Одессы и Новороссийска.

    В ознаменование заслуг 3-го корпуса и его доблестного вождя приказом А. И. Деникина корпус был назван «Крымским». Казалось бы, что по окончании самого тяжёлого периода обороны 3-й корпус должна была бы ожидать общая награда. Однако на судьбе этой награды сказались разногласия между генерал-лейтенантом П. Н. Врангелем, новым главнокомандующим, и Я. А. Слащовым, которые вскоре вылились в открытую вражду.

    В апреле 1920 года барон П. Н. Врангель переименовал 3-й корпус во «2-й армейский», после чего почётное наименование «Крымский» постепенно исчезло из употребления. Уязвлённый этим обстоятельством генерал Я. А. Слащов не один раз обращался к главнокомандующему с ходатайством об учреждении для своих войск особой награды. В своих воспоминаниях «Требую суда общества и гласности» он писал: «Я просил наградить корпус особым крестом за защиту Крыма».

    Однако в качестве награды П. Н. Врангель выбрал не столь желанный для крымского генерала крест, а «знак отличия на головной убор». Об этой награде ничего не сказано даже в известной работе П. В. Пашкова «Ордена и знаки отличия Гражданской войны 1917–1920 годов», и единственным источником, свидетельствующим о награждении слашовцев этим знаком, являются статьи в белогвардейской прессе Юга России.

    В трёх статьях разных газет содержатся не только разные варианты надписи на знаке отличия («За защиту Крыма», «За оборону Крыма»), но даже существуют разногласия по вопросу о том, какие части этим знаком были награждены. Наибольшее доверие внушает написанный по свежим следам репортаж о приезде П. Н. Врангеля в Мелитополь (газета «Голос»).

    Выйдя из поезда и приняв рапорт генерала Слащова, главнокомандующий поздоровался с караулом и, поздравив с наградой, объявил, что корпус генерала Слащова получит надпись на головных уборах «За защиту Крыма». Но самого награждения (то есть вручения знаков отличия), очевидно, не было: просто главнокомандующий объявил, что оно состоится в будущем. В царской России «знак отличия на головной убор» был распространённой наградой воинским частям. Подобные знаки в виде металлической «ленточки» с надписью носились над кокардой на фуражках и над Андреевской звездой или изображением двуглавого орла на киверах, касках и гусарских шапках. Видимо, похоже должна была выглядеть и награда корпусу генерала Я. А. Слащова. Крест, о котором ходатайствовал командующий 3-м корпусом, был бы индивидуальной наградой, полагавшейся каждому участнику героической обороны Крыма, выбранная же П. Н. Врангелем «ленточка» являлась наградой коллективной.

    А вскоре большинство частей, героически защищавших Крым зимой 1919–1920-х годов, в ходе преобразований в армии были переформированы. И оказалось, что «знаком отличия на головной убор» можно было наградить только два полка, которые к тому же имели уже подобные награды. А из семи полков регулярной кавалерии «знаком отличия на головной убор» были отмечены пять.

    Ситуация складывалась весьма странная: даже если бы награждение ленточками с надписью «За защиту Крыма» и состоялось, их просто некуда было бы надеть. И получается, что П. Н. Врангель учредил (или хотел учредить) награду, которую не могли бы носить воинские части, удостоенные её. Если легендарная награда и существовала, то она не получила широкого распространения.

    Однако для увенчания славой героев и увековечения их деяний в памяти потомков нужны были новые награды, и барон П. Н. Врангель учредил орден во имя Святителя Николая Чудотворца. «Да придаст учреждаемый орден новые силы всем борющимся за наше Святое дело, да отметит он достойно их мужество и доблесть, и да укрепит нашу веру в ближайшее освобождение исстрадавшейся России и русского народа».

    Новый орден по своему статуту приравнивался к георгиевской награде, хотя носиться должен был ниже её. Все обстоятельства, при которых был совершён подвиг, рассматривала специальная комиссия, а окончательное решение о награждении принадлежало «Кавалерской думе», постановления которой входили в силу только после утверждения их главнокомандующим. Однако в особенно исключительных случаях он имел право награждать обеими степенями ордена и без решения «Кавалерской думы».

    Первая степень ордена Святителя Николая Чудотворца по внешнему своему размеру равнялась ордену Святого Георгия III степени: этот знак отличия носился на шее. Вторая степень ордена Святителя Николая Чудотворца по размеру соответствовала ордену Святого Георгия IV степени и носилась на груди, ниже георгиевской награды. Орден Святителя Николая Чудотворца изготовлялся из железа, что позволяло чеканить его даже в боевых условиях. Никакого различия между орденскими знаками для офицеров и солдат не было, а по орденскому статуту каждый воинский чин белой армии, независимо от своего ранга и должности, за боевые отличия мог быть награждён обеими степенями ордена. Солдаты могли получить орден Святителя Николая Чудотворца только в том случае, если у них уже был Георгиевский крест не ниже III степени.

    Первым кавалером ордена Святителя Николая Чудотворца стал штабс-капитан Л. Ярмолович, получивший награду из рук самого главнокомандующего. Кавалеры ордена Святителя Николая Чудотворца получали особые привилегии при производстве в последующий чин, при наделе землёй, по дальнейшему устройству своей судьбы (если оставляли службу), по сокращению «выслуги лет для получения пенсии» и т. д. Особый «Комитет ордена Святителя Николая Чудотворца» заботился о награждённых и их неимущих семьях, ведал всеми вопросами, связанными с материальным призрением их детей.

    Но так как белая армия в ноябре 1920 года оставила Крым, то Комитету не пришлось развернуть свою деятельность. На одном из своих заседаний в Галлиполи «Кавалерская дума» обратилась к Врангелю с просьбой принять орден Святителя Николая Чудотворца II степени — за проявленные главнокомандующим мужество и храбрость. Награждений первой степенью ордена не было.

    А в Сибири в это время, в ноябре 1918 года, адмирал А. В. Колчак, верховный правитель России и главнокомандующий её вооружёнными силами, при поддержке офицерских и казачьих частей, а также командования войск Антанты совершил переворот и положил конец Сибирской автономии (пусть даже и номинальной). Стали создаваться новый герб и гимн и одновременно учреждаться новые награды — орден «Возрождение России» и орден «Освобождение Сибири». Первый орден должен был «воплотить идею возрождения России из смуты Гражданской войны», поэтому при создании его проекта рекомендовалось использовать «мотивы, заимствованные из русских и национальных сокровищ древней орнаментальной мистики и современных, графически переданных аллегорий».

    Но ни один из десятка представленных проектов не получил одобрения жюри, возглавляемого профессором искусствоведения В. И. Денике. Орден «Освобождение Сибири» должен был «воплощать в себе природные силы Сибири с орнаментацией, изображающей растительные и животные формы страны». Задача эта по своему воплощению была довольно сложной, и решать её пытались многие художники. Однако жюри выбрало только эскиз художника Г. А. Ильина — автора сибирского герба. По замыслу орден «Освобождение Сибири» должен был иметь 4 степени, причём число кавалеров первой степени ордена не должно было превышать 30 человек, второй степени — 100, третьей — 300, а награждение нижней степенью ордена «Освобождение Сибири» не ограничивалось.

    Высшая степень ордена представляла собой прямой золотой крест, на который накладывался меньшего размера крест, сделанный из малахита. В центре креста стояла дата — 1918. К кресту ордена «Освобождение Сибири» I степени полагалась восьмилучевая серебряная (с позолотой) звезда весьма необычной формы: вертикальные и горизонтальные лучи её были длиннее остальных. На каждом удлинённом луче помещалось по пять хризолитов. Орденский крест I степени носили на ленте через правое плечо. Орденский знак II степени — такой же крест, но меньших размеров и без звезды (его носили на шее); III степень ордена — крест ещё меньше (в петлице), а на орденском кресте IV степени (для награждения нижних чинов) вместо малахита использовалась зелёная эмаль. К орденским знакам отличия всех степеней, полагавшимся за военные подвиги, относились золотые казацкие шашки (сабли) старого образца, с гардами. В орденском статуте говорилось, что награда эта почётная и жалуется она «как гражданам Сибири, так и прочим гражданам государства Российского и подданным иностранных государств, оказавшим несомненные услуги по освобождению Сибири от большевиков как на поле брани, так и в государственном и общественном строительстве».

    Так как освобождение Сибири не состоялось, по всей видимости, не производилось и награждение орденом, хотя орденские знаки были изготовлены: один экземпляр сохранился до нашего времени и сейчас находится в Русском музее.

    Место этого знака отличия занял орден «За Великий Сибирский поход», учреждённый в феврале 1920 года и предназначавшийся для всех воинов белой армии, прошедших путь отступления от Волги до Байкала. Орденский знак в точности повторял «Знак 1-го Кубанского (Ледяного) похода», только меч у него был не серебряным, а золотым. Сам же терновый венок (диаметром 30 мм) изготовлялся из оксидированного серебра. В Прибалтике в первой половине 1919 года из бывших русских пленных и немецких добровольцев был сформирован особый Русский корпус, которым командовал полковник П. Бермонт-Авалов. После боёв с советскими войсками в Латвии корпус преобразовали в Западную Добровольческую армию, но потом она вошла в конфликт с буржуазными правительствами Латвии и Эстонии и сражалась с их армиями. Все чины армии П. Бермонт-Авалова за сражения в Курляндии (Латвии) получили право носить бронзовую медаль, на лицевой стороне которой был изображён Георгий Победоносец, а на оборотной — восьмиконечный православный крест, по сторонам которого стояла дата: 1919.

    Позднее, уже в эмиграции, П. Бермонт-Авалов учредил ещё одну награду — чёрный с серебряной каймой крест мальтийской формы: военнослужащим эта награда вручалась с мечами, гражданским лицам — без мечей. В 1920 году атаман Г. М. Семёнов, провозгласивший себя после гибели А. В. Колчака верховным правителем, учредил для своего Особого Маньчжурского отряда необычную награду — серебряный крест «За храбрость», который имел «георгиевскую» форму. На лучах креста размещались буквы «О.М.О.» — Особый Маньчжурский отряд, сформированный ещё в 1918 году.

    Кроме этой награды существовала и семёновская Георгиевская медаль «За храбрость»: обе награды носились на Георгиевской ленте. После поражения Северная армия ушла в Финляндию и Польшу, Сибирская армия — в Китай, а Добровольческая армия Юга России в ноябре 1920 года оказалась в Константинополе. В Турции собралась 136 000 русских людей, из которых 70 тысяч не сложили оружия. Армию разделили, и 1-й армейский корпус под командованием генерала А. П. Кутепова разместился на полуострове Галлиполи. Им отвели покрытое жидкой грязью поле, которое солдаты превратили в военный лагерь. Флот ушёл в тунисский порт Бизерту, казаки устраивались в турецких селениях Чилингир, Санжак-тепе и Кабакджа, потом перебрались на остров Лемнос. Командование оставалось в Стамбуле…

    Два года прожили они в этих лагерях, а потом судьба разбросала их по всему белому свету. Как крепко ни держались однополчане, жизнь постепенно развела их, но в память пребывания Русской армии на чужбине было учреждено много наградных крестов, в основном похожих друг на друга.

    Первым из них стал утверждённый П. Н. Врангелем свинцовый «Нагрудный знак в память пребывания Русской армии на чужбине» с надписью «Галлиполи» и датами «1920–1921». Его делали из немецких снарядов, склад которых обнаружили неподалёку. Равноконечный крест в ширину был размером со спичечный коробок. Были и самодельные кресты, которые делали из листового железа, а позже, уже в Югославии, «Галлипольский крест» выбивали из бронзы и покрывали его чёрной эмалью.

    А ещё позже, во Франции, крест делался из серебра, а на чёрной эмали проводили узкую белую кайму. По примеру Галлиполи такие же кресты были изготовлены в других лагерях, различие состояло только в названии и дате. Для тех чинов Русской армии, кто не был ни в одном из военных лагерей, а проживал в Константинополе или других местах за границей, был установлен крест без названия: на нём стояли только даты — «1920–1921».

    Орден Красного Знамени

    Орден «Красное Знамя» СССР (позднее он именовался орденом Красного Знамени, Боевого Красного Знамени) — старейший советский общесоюзный орден. Он учреждён 1 августа 1924 года. Его прямым предшественником является орден «Красное Знамя» РСФСР, история которого начинается значительно раньше.

    До начала Гражданской войны вопрос о новых, революционных наградах не возникал. За отдельные заслуги новые власти награждали оружием, часами, портсигарами, как правило именными, предметами одежды.

    Впервые об индивидуальных знаках отличия для Красной армии говорится в телеграмме Н. И. Подвойского, посланной 13 августа 1918 года с фронта в Москву председателю ВЦИК Я. М. Свердлову. «Лучшие революционные солдаты и все связавшие свою судьбу с Советской Республикой командиры жаждут республиканских отличий. Настоятельно высказываюсь за установление „Знака героя“ и „Знака героизма“».

    В литературе автором идеи введения советских орденов называют Л. Д. Троцкого. Но в известных документах он лишь спустя две недели после телеграммы Подвойского предлагает «создание индивидуального знака отличия с надписью примерно такого рода „Советская Республика доблестному воину“ или „Советская Республика воину революции“».

    Уже 2 сентября на заседании ВЦИК третьим пунктом повестки дня ставится вопрос «О знаках отличия», по которому выступил Свердлов. Его предложение утвердить коллективные и индивидуальные боевые награды принимается единогласно.

    16 сентября был принят и опубликован декрет ВЦИК «О знаках отличия», в котором, в частности, говорилось:

    «1) Знак отличия присуждается всем гражданам Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, проявившим особую храбрость и мужество при непосредственной боевой деятельности.

    2) Знаком отличия устанавливается орден „Красного Знамени“ с изображением на нём красного знамени — развёрнутого, свёрнутого или усечённого в форме треугольника».

    Конкурс на рисунок награды объявлять не стали. Создать проектный эскиз поручили художнику Василию Ивановичу Денисову, которого большевики хорошо знали ещё до революции. Однако Денисов был болен, и фактически всю работу по созданию рисунка ордена проделал его сын Владимир, знакомый с гравёрным делом и технологией чеканки.

    За короткий срок он подготовил шесть вариантов рисунка знака нового ордена. Один из них комиссия ВЦИК признала наиболее точно отражающим суть боевого знака отличия: развёрнутое Красное Знамя и пятиконечная Красная Звезда, лемех плуга, молот и штык, скрещённые серп и молот, дубовые листья венка. На Красном Знамени был начертан лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» В нижней части знака на красной ленте помещались буквы «РСФСР».

    Уже 4 октября 1918 года этот вариант рисунка ордена «Красное Знамя» с небольшими исправлениями был утверждён Президиумом ВЦИК.

    В феврале 1919 года первые серебряные знаки ордена поступили в РВСР. Однако организация серийного производства орденов давалась с трудом. Основная трудность была в том, что катастрофически не хватало эмальеров. Из пяти ранее работавших на Петроградском монетном дворе эмальеров четверо были мобилизованы на фронт. Никак не удавалось выбить пайки для рабочих. Всё это сказывалось не только на качестве выпускаемых орденов, но и, самое главное, на количестве. К концу апреля удалось изготовить всего 720 штук.

    А орденов требовалось много. Ведь уже 19 мая 1919 года был утверждён декрет ВЦИК «О повторном награждении орденом Красного Знамени бойцов Рабоче-крестьянской Красной Армии», так как «многие красные бойцы, уже награждённые орденом Красного Знамени, являющимся ныне единственным революционным знаком отличия, в настоящую боевую страду вновь оказывают выдающиеся подвиги, заслуживающие поощрения…»

    К концу 1920 года монетный двор всё же сумел наладить производство необходимого количества орденов.

    По примеру Российской Федерации в Азербайджане, Армении, Грузии, Бухарской и Хорезмской республиках создаются республиканские ордена «Красного Знамени».

    Менее чем через две недели после появления декрета «О знаках отличия», когда ещё не был утверждён даже рисунок награды, на заседании президиума ВЦИК 28 сентября были утверждены первые кавалеры ордена «Красное Знамя».

    В постановлении президиума говорилось: «…первый по времени знак отличия присудить т. Блюхеру, второй — товарищу Панюшкину, третий — товарищу Кузьмичу и сделать соответствующий доклад о них на заседании Всероссийского центрального исполнительного комитета».

    В. К. Блюхер достаточно известен в нашей стране, Василий Лукич Панюшкин — фигура не столь популярная. Много лет назад на экранах появился художественный фильм «Мичман Панин» с Вячеславом Тихоновым в главной роли. Фильм пользовался успехом, но мало кто знал, что прототип Панина — Панюшкин. Член партии большевиков с 1907 года, тридцатилетний моряк Балтийского флота, он командовал 1-м Социалистическим рабоче-крестьянским отрядом ВЦИК, был членом президиума ВЧК, чрезвычайным военным комиссаром Тульской губернии, чрезвычайным военным комиссаром Поволжья, Приуралья и Прикамья по борьбе с контрреволюцией. Особо отличился Панюшкин при взятии Казани. Его отряд за эти бои получил почётное революционное Красное знамя ВЦИК, командир — орден «Красное Знамя» РСФСР.

    Позднее Панюшкин был на партийной работе в аппарате ЦК РКП(б). Новой экономической политики не понял, демонстративно вышел из РКП(б), пытался создать свою собственную партию, даже пошёл на насильственные действия, за что был арестован ВЧК. Ленин, знавший Василия Лукича ещё по эмиграции, узнав об этом, вызвал его к себе. После долгой беседы с Ильи чем бунтаря восстановили в РКП(б) и направили на хозяйственную работу. Скончался Василий Лукич в 1960 году.

    А третьего награждённого орденом — Кузьмича — никто не знал. Дело в том, что на Восточном фронте в первой половине сентября отличилась бригада, которой командовал Филипп Козьмич Миронов. Бригада была отмечена почётным Красным знаменем ВЦИК, а командиры полков, входивших в неё (1-го и 2-го Медведицких и 3-го Булавинского), направили во ВЦИК телеграмму с просьбой наградить своего храброго комбрига орденом, вместо фамилии написав лишь отчество героя, да и то с ошибкой — «Кузьмич» (заметим, что в число первых краснознамёнцев Миронов официально не вошёл. Однако позднее всё же был отмечен советскими наградами…).

    Кадровый казачий офицер, войсковой старшина (подполковник), он воевал на фронтах империалистической войны, был награждён георгиевским оружием и боевыми орденами. Октябрьскую революцию принял сразу. Вернувшись с фронта на родной Дон, сражался с белоказаками, в боях формируя крепкие части, росшие на глазах, — сначала отряды, потом полки, потом Усть-Медведицкую бригаду.

    Связав судьбу с советской властью, Миронов тем не менее по-прежнему был не очень твёрд в политике. Будучи помощником командарма и командармом Белорусско-Литовской и 16-й армий, в августе 1919 года, нарушив запрет РВС республики, он повёл из-под Саранска недоформированный Донской казачий корпус на фронт. На подходе к фронту корпус был остановлен, разоружён, его командир арестован и приговорён к расстрелу.

    ВЦИК помиловал Миронова. Политбюро ЦК РКП(б) отмело обвинение в контрреволюции. Его направили на Дон, там заведовал земельным отделом Донисполкома, вступил в партию. Затем — снова фронт. С сентября по декабрь 1920-го Миронов командовал 2-й Конной армией, части которой сыграли большую роль в разгроме Врангеля, был награждён почётным революционным оружием, а также вторично орденом Красного Знамени, хотя первой своей награды так и не получил. По окончании боёв его назначили инспектором кавалерии РККА. Но дальнейшая судьба героя оказалась трагической — в 1921 году он был оклеветан и расстрелян.

    Блюхер получил свой орден № 114 только 11 мая 1919 года. А кто же фактически стал первым кавалером этого ордена?

    В декабре 1918 года член РВС 8-й армии И. Э. Якир отличился, командуя группой войск в районе г. Лиски на воронежском направлении. В РВСР поступило представление о награждении его орденом «Красное Знамя». Так как изготовленные фирмой братьев Бовзей ордена Троцкому не понравились, а новые, заказанные на Петроградском монетном дворе, ещё не были готовы, в январе 1919-го Лев Давидович распорядился заказать изготовление ордена в частной ювелирной мастерской. Уже 5 февраля 1919 года знак (без номера) был вручён Якиру в Харькове. Но подчинённые Ионы Эммануиловича заказали ещё один знак, но уже не серебряный, а из золота и платины, несколько меньшего размера. Так как вся страна знала лишь о награждении Блюхера, то изготовители нового знака по рекомендации Политуправления 8-й армии поставили на оборотной стороне его порядковый номер «2».

    В филиале ГИМ — бывшем Центральном музее В. И. Ленина хранится орденский знак с порядковым номером «400» на оборотной стороне. Он принадлежал И. В. Сталину.

    Иосиф Виссарионович был отмечен тремя орденами «Красное Знамя». Первый получил за оборону не Царицына, как полагают многие, а Петрограда (Постановление ВЦИК Советов от 20 ноября 1919 года).

    Первоначально, вероятно весной 1919 года, Сталину был вручён орденский знак № 400. Позднее его поменяли на дубликат с порядковым номером «3».

    Второй орден «Красное Знамя» Сталин получил в 1930 году постановлением президиума ЦИК Советов от 13 февраля «по многочисленным ходатайствам ряда организаций, общих собраний рабочих, крестьян и красноармейцев».

    Третий орден, на этот раз с буквами «СССР», вождю, как и многим тысячам офицеров и сержантов-сверхсрочников, вручили за выслугу лет 3 ноября 1944 года (порядковый номер орденов третьего награждения — 1361).

    Получали награду и гражданские лица, например, школьник Федя Семёнов за то, что «в бою 28 декабря 1919 года близ мызы Мариенгоф под губительным огнём противника помогал санитарам выносить раненых».

    В «Сборнике лиц, награждённых орденом Красного Знамени и почётным революционным оружием», выпущенном в Москве в 1926 году, напечатаны тысячи фамилий краснознамёнцев, указаны их должности и номера приказов Реввоенсовета. На 138-й странице читаем:

    «Фамилия, имя, отчество: ЛЕНИН (Ульянов) Владимир Ильич.

    Должность и часть войск: Председатель Совнаркома СССР.

    Год (награждения. — Авт.): 1923.

    № приказа РВСР: прочерк.

    Род награды: орден Красного Знамени».

    Известно, что при жизни Ленин был награждён только орденом Труда Хорезмской НСР, и до сих пор не ясно даже, знал ли Ленин об этом (когда знак ордена был передан в секретариат Предсовнаркома, он тяжело болел).

    В корреспонденциях о похоронах Ленина в советских газетах и журналах января 1924 года встречаются разноречивые упоминания об ордене на груди покойного вождя. Одни называли его боевым орденом Красного Знамени, другие — трудовым орденом.

    На фотографиях, запечатлевших прощание с Лениным в Колонном зале, действительно виден какой-то знак на френче. Это — орден Красного Знамени РСФСР № 4274, прикреплённый Николаем Петровичем Горбуновым, управляющим делами Совнаркома, ещё в Горках, 22 января, когда Ленина собирали в последний путь. Горбунов снял свой орден, полученный им в 1920 году за заслуги в бытность членом Реввоенсовета 13-й армии. Сделал он это по собственному душевному порыву.

    Боевой орден получили некоторые рабочие коллективы и даже целые города. 14 апреля 1924 года президиум ВЦИК принял постановление «наградить орденом Красного Знамени рабочих городов Царицына, Луганска и Ташкента за заслуги, оказанные ими в годы Гражданской войны, как центров обороны против империалистического натиска». Рабочие Главных ростовских мастерских были отмечены этим орденом «за их революционную деятельность, начиная с 1894 года, а также за их активное участие и помощь Красной Армии в боевых действиях против Каледина».

    Самым первым орденоносным городом оказался Петроград, награждённый в отступление от правил непосредственно VII Всероссийским съездом Советов в декабре 1919 года.

    Важнейшим добавлением к декрету от 16 сентября 1918 года стало введение награждения орденом Красного Знамени РСФСР воинских коллективов. До этого в России ордена были исключительно личными наградами.

    Общее количество награждений орденом «Красное Знамя» РСФСР на 1 сентября 1928 года составило 14 678, к 1 январю 1933-го увеличилось до 16 317. На 1 января 1933 года числилось 378 человек — дважды краснознамёнцев, 60 героев были отмечены тремя боевыми орденами РСФСР, семеро — четырьмя.

    1 августа 1924 года вышло постановление президиума ЦИК СССР об учреждении ордена «Красное Знамя» СССР.

    27 ноября 1924 года Технический комитет Военно-хозяйственного управления РККА на заседании с участием других учреждений военного ведомства обсудил вопрос «Об условиях конкурса на проект Единого Союзного ордена Красного Знамени».

    Проектный рисунок ордена должен был обязательно включать в себя следующие символы: красное знамя, красную звезду и «эмблему единого союзного рабоче-крестьянского правительства».

    Сроки представления проектов были весьма жёсткие — 1 месяц со дня опубликования условий конкурса (как мы знаем, выработка нового орденского знака растянулась на годы).

    Предполагались премии для победителей конкурса: за 1-е место — 500 рублей, за 2-е — 200 и за 3-е — 100 рублей.

    В комиссию по разработке новой награды было прислано 683 эскиза 393 авторов, но ни один из них не был утверждён.

    К 1929 году стало преобладать мнение, что за основу знака новой, общесоюзной боевой награды следует взять орден «Красное Знамя» РСФСР, но «инициалы внизу на ленточке Р.С.Ф.С.Р. изменить на инициалы СССР».

    Следующее, и единственное, после замены аббревиатуры изменение во внешнем виде общесоюзного знака ордена Красного Знамени произошло через два года.

    28 октября 1931 года управляющий монетным двором И. Балашов направил в президиум ЦИК телеграмму:

    «Секретариату ПЦИК Союза ССР

    Согласно последнего Вашего письма Монетный Двор будет изготовлять боевой орден Красного Знамени размером в 39 мм. По высоте, считая без выступов факела и древка знамени; по ширине он будет около 35 мм, т. е. такой же ширины, как и орден Трудового Красного Знамени.

    В остальном этот орден будет совершенно тождественен с выпускавшимся ранее орденом Красного Знамени РСФСР, за исключением замены звёздочек между буквами надписи СССР — точками».

    31 октября 1931 года зам. заведующего секретариатом Президиума ЦИК СССР В. Сотсков в телеграмме управляющему Ленинградским монетным двором И. В. Балашову сообщает:

    «Возвращаю утверждённый секретарём ЦИКС т. А. С. Енукидзе рисунок ордена Красного Знамени.

    В рисунок следует внести следующие изменения: вместо звёздочек между буквами „СССР“ поставить точки. Размер ордена должен соответствовать размеру ордена Трудового Красного Знамени.

    Одновременно по Вашей просьбе сообщаю, что первый заказ на орден Красного Знамени должен быть выполнен в размере 20 000 орденов».

    Лишь 1 декабря 1931 года секретариатом президиума ЦИК СССР на монетный двор был возвращён не проектный рисунок, а утверждённый лично А. Енукидзе окончательный образец ордена Красного Знамени в металле, ставший эталоном при изготовлении первой партии орденов.

    «Получение от Вас ста штук орденов Красного Знамени с № 1 по № 100 включительно при отношении от 6 января за № Х/465 настоящим подтверждаем».

    Эти ордена действительно были очень похожи на ордена «Красное Знамя» РСФСР. Но кроме размеров, надписи «СССР» и точек вместо звёздочек они ещё отличались более чётким контррельефом на оборотной стороне (так называемым зеркальным) и отсутствием на прижимной гайке выбитого порядкового номера ордена, да и сама гайка была другой.

    На этом серийное производство орденов первичного награждения было приостановлено вплоть до 1938 года. Ведь такое колоссальное количество орденов было заказано в 1931 году с расчётом, что все республиканские ордена будут заменены на новые — общесоюзные. Из 20 000 орденов к началу 1935 года было вручено всего 157, а к началу 1938 года всего 1081.

    Вплоть до февраля 1933 года выдавались ордена «Красное Знамя» РСФСР, хотя в наградных документах указывалось, что это общесоюзная награда. Впервые же орден «Красное Знамя» с добавлением «СССР» был упомянут официально в постановлении Президиума ЦИК Союза ССР от 29 декабря 1932 года о награждении им ледокольного парохода «Сибиряков».

    Подвиг гражданского ледокола, приравненный к боевому, состоял в том, что «Сибиряков» впервые в истории прошёл Северным морским путём в одну навигацию. Моряков ледокола не остановили неимоверные трудности — борясь с 4–5-метровыми льдами, он несколько раз ломал лопасти винта, а за две недели до окончания похода обломился конец гребного вала, и остаток пути «Сибирякову» пришлось идти под импровизированными парусами, сшитыми из брезента. Северный морской путь был преодолён за два месяца и пять дней, с 28 июля по 1 октября 1932 года.

    Но орденоносному ледоколу пришлось совершить ещё один, последний подвиг. 25 августа 1942 года, в самый разгар Великой Отечественной войны, в Карском море «Сибиряков» встретился с тяжёлым немецким крейсером «Адмирал Шпеер». Против четырёх орудий старого ледокола — двадцать восемь орудий и восемь торпедных аппаратов фашистского рейдера! Но экипаж «Сибирякова» во главе с капитаном Анатолием Алексеевичем Качаравой принял неравный бой, успев до героической гибели послать в эфир радиосообщение о появлении в советской Арктике германского крейсера. Последним покинул тонущий ледокол его капитан, который за этот подвиг был награждён боевым орденом Красного Знамени, как десятью годами ранее — «Сибиряков».

    В протоколе заседания президиума ЦИК СССР от 17 декабря 1932 года сказано: «Установить начало выдачи ордена „Красное Знамя“ Союза ССР с 1 января 1933 г.». Но первые знаки общесоюзного образца появились на груди награждённых лишь 23 февраля…

    22 февраля 1933 года был подписан приказ РВС СССР по личному составу армии № 336. Этим приказом объявлялось награждение орденами. В числе других были названы семь новых кавалеров ордена Ленина (среди них А. Н. Туполев, М. Н. Тухачевский, Я. Б. Гамарник, В.А Дегтярёв, 25-я Чапаевская дивизия), 68 — ордена Красной Звезды (в том числе Ф. В. Токарев, В. Г. Фёдоров, В. М. Петляков и др.), один кавалер ордена Трудового Красного Знамени. Это были очередные награждения уже известными орденскими знаками. Но в числе новых орденоносцев оказались и четыре человека, а также знаменитая 24-я стрелковая Самаро-Ульяновская Железная дивизия, получившие ордена Красного Знамени, знаки которых впервые имели аббревиатуру «СССР».

    Первое награждение состоялось 23 февраля, в день опубликования приказа № 336. Тогда орденские знаки получили семь человек из списка награждённых, в их числе Н. В. Крыленко, который был верховным главнокомандующим советскими войсками, а позже — председателем Ревтрибунала.

    Последним до начала Великой Отечественной войны награждённым орденом Красного Знамени стал один из руководителей советской военной разведки Павел Судоплатов, получивший орден 16 июля 1941 года за организацию убийства в августе 1940 года в Мексике Л. Б. Троцкого.

    За годы Великой Отечественной войны эта награда была вручена 305 035 раз. Многие воины заслужили в боях с фашистами по три, четыре и даже пять орденов Красного Знамени. Так, зам. командира 187-го корректировочно-разведывательного авиаполка 15-й воздушной армии майор И. Н. Мартыненко, воевавший с июня 1941 года, к октябрю 1944-го совершил 194 боевых вылета. Ему приходилось корректировать артиллерийский огонь, бомбардировать и штурмовать наземные цели противника, осуществлять воздушную разведку и фотографирование оборонительных сооружений врага. Участвуя при этом в 14 воздушных боях, Иван Мартыненко сбил четыре фашистских самолёта, а на его груди появилось четыре винтовых ордена Красного Знамени.

    27 октября 1944 года Иван Назарович погиб. Посмертно ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

    Другой лётчик, гвардии подполковник Г. Н. Конев, погибший 30 декабря 1942 года (в этом бою он сбил 2 самолёта противника), успел также заслужить четыре ордена Красного Знамени. Посмертно ему было присвоено 1 мая 1943 года звание Героя Советского Союза.

    Пять орденов Красного Знамени за отличия в боях получил командир корпуса генерал Ф. Е. Почема (первый — 9 августа 1941 г., пятый — 23 сентября 1945 г.).

    В одном из полков под Тихвином на Волховском фронте в 1941 году воевали двое друзей — Александр Котов и Константин Пчёлка. Первому было 14 лет, второму — 15. Однажды ночью во время разведки они захватили в плен фашистского офицера, который вёз важные документы из Берлина. За этот подвиг оба юноши были награждены орденами Красного Знамени. Саша и Костя стали кавалеристами 256-го Терского казачьего полка 11-й кавалерийской дивизии. Позднее были новые награды, но оба юных героя погибли в боях с фашистами.

    В 1946–1956 годах осуществлено 225 900 награждений орденом Красного Знамени. В период 1957–1989 годов к ним добавилось ещё 16 748.

    Последним по времени указом президента СССР орденом Красного Знамени 24 декабря 1991 года был награждён подполковник медицинской службы Владимир Иванович Ремизов. В тот же день М. С. Горбачёв подписал указ о награждении орденами Красного Знамени генерала армии К. И. Кобеца, генерал-полковника Ю. Н. Родионова, генерал-майора В. И. Самойлова и полковника юстиции В. Н. Никитина.

    Орден Красной Звезды

    Орден «Красная Звезда» был учреждён 6 апреля 1930 года для награждения военнослужащих за заслуги в деле обороны страны как в военное, так и в мирное время.

    Им награждались военнослужащие, сотрудники госбезопасности и другие граждане СССР, а также воинские части, военные корабли, соединения и объединения; кроме того, лица, не являвшиеся гражданами СССР, особо отличившиеся в боях против врагов советской власти.

    Первым орденом Красной Звезды был награждён командующий Дальневосточной армией В. К. Блюхер за блестяще проведённую операцию по ликвидации конфликта на Китайско-Восточной железной дороге в 1929 году.

    С момента утверждения ордена и до окончания Второй мировой войны было награждено 2 881 500 человек. С 1945 по 1991 год было вручено около 900 000 орденов (большинство из них — за выслугу лет).

    Орден Красной Звезды был изготовлен из серебра и представлял собой выпуклую пятиконечную звезду, покрытую рубиново-красной эмалью. Расстояние между двумя противолежащими концами звезды — 47,6 мм. В центре её был помещён зачернённый щит с рельефной фигурой красноармейца во весь рост в шинели с винтовкой в руках. По контуру щита надпись: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Под фигурой красноармейца надпись: «СССР». Между двумя нижними лучами звезды — изображение серпа и молота. Лента ордена шёлковая муаровая, цвета бордо с серой полосой посередине.

    Вначале орден носили на левой стороне груди. С 1943 года ордена, прикрепляемые на штифтах, переместили на правую сторону груди и ввели планки с лентами для ношения их взамен орденов и медалей на полевой и повседневной форме. Лента цвета бордо с продольной полосой серого цвета посередине. Внешний вид ордена оставался неизменным за всё время его существования.

    Это один из первых советских орденов и второй из боевых по времени утверждения. Он имеет то же название, что и символ Красной армии, существовавший с 1918 года и размещавшийся на левой стороне груди (после окончания Гражданской войны металлическую красную звезду переместили с груди на фуражку).

    Вслед за В. К. Блюхером эти ордена получили все участники полёта советских самолётов-разведчиков над территориями государств Ближнего и Среднего Востока, в том числе журналист Михаил Кольцов. К началу Великой Отечественной войны число награждений достигло 21 500 (за войну в Испании, с Японией, Финляндией, в том числе 17 частей и учреждений-кавалеров ордена). Наибольшее число награждений (1935) связано с боями у озера Хасан в 1938 году.

    В годы Великой Отечественной войны орден Красной Звезды стал одной из самых распространённых наград: более чем 2 млн. человек получили 2 860 000 орденов. Вместе с орденом Отечественной войны обеих степеней орден Красной Звезды составлял так называемый «офицерский набор» — комплект наград, доступный младшим офицерам — командирам взводов и рот. Орденом было награждено 1740 частей, соединений и учреждений Красной армии и тыла, в том числе 14 чехословацких и польских частей.

    Орден Трудового Красного Знамени

    Орден «Трудовое Красное Знамя» был учреждён 7 сентября 1928 года для награждения за большие трудовые заслуги перед советским государством и обществом в области производства, науки, культуры, литературы, искусства, народного образования, здравоохранения, в государственной, общественной и других сферах трудовой деятельности.

    Орден Трудового Красного Знамени представляет собой знак, изображающий развёрнутое красное знамя, покрытое рубиново-красной эмалью с надписью «СССР», ниже которого по окружности помещено изображение зубчатого колеса с надписью по ободу «Пролетарии всех стран, соединяйтесь». Обод губчатого колеса и надпись на нём оксидированы. Надпись на знамени, древко и ободки знамени позолочены.

    Во внутренней части зубчатого колеса помещён позолоченный венок из дубовых веток, перевитый внизу двумя узкими лентами. В центре венка изображены плотина гидроэлектростанции, железнодорожное полотно, проложенное по мосту, совмещённому с плотиной, река. На их фоне расположены позолоченные серп и молот. Все изображения внутри венка оксидированы, кроме изображения реки, которое выполнено синей эмалью. Фон между ободом зубчатого колеса и венком покрыт белой эмалью.

    В нижней части ордена находится венок из двух рядов колосьев пшеницы. Венок и нижняя часть зубчатого колеса перевиты позолоченной лентой, на которой расположена пятиконечная звезда, покрытая рубиново-красной эмалью с позолоченным контуром.

    Изготовляется из серебра. Высота ордена — 44 мм, ширина — 37 мм. Им награждаются граждане СССР; предприятия, объединения, учреждения, организации, союзные и автономные республики, края, области, автономные области автономные округа, районы, города и иные населённые пункты.

    Из статута ордена: награждение орденом Трудового Красного Знамени производится за большие достижения в развитии промышленности, сельского хозяйства, строительства, транспорта и других отраслей народного хозяйства, в повышении эффективности общественного производства, за наивысшие показатели роста производительности труда, улучшения качества продукции, разработку и внедрение в производство более совершенных технологических процессов; за стабильные высокие результаты в выполнении и перевыполнении плановых заданий и принятых социалистических обязательств; за крупные успехи в повышении урожайности сельскохозяйственных культур и продуктивности общественного животноводства, увеличении производства и продажи государству продуктов сельского хозяйства; за большие заслуги в развитии науки и техники, внедрении их новейших достижений в народное хозяйство, за изобретения и рационализаторские предложения, имеющие большое технико-экономическое значение; за большие заслуги в укреплении обороноспособности страны; за особо плодотворную деятельность в области советской культуры, литературы и искусства; за большие заслуги в обучении и коммунистическом воспитании подрастающего поколения, подготовке высококвалифицированных кадров в области здравоохранения, развития торговли, общественного питания, жилищно-коммунального хозяйства, бытового обслуживания населения, за особые достижения в развитии физической культуры и спорта; за важные заслуги в области государственной и общественной деятельности, в укреплении социалистической законности и правопорядка; за большие заслуги в развитии экономического, научно-технического и культурного сотрудничества между Союзом ССР и другими государствами.

    Орден Трудового Красного Знамени носится на левой стороне груди и при наличии других орденов СССР располагается после ордена Красного Знамени.

    Всего в СССР этим орденом, ставшим подлинно народным, награждено свыше 1,2 млн. человек.

    Орден Ленина

    Он учреждён постановлением президиума ЦИК СССР от 6 апреля 1930 года. Статут ордена учреждён постановлением президиума ЦИК СССР от 5 мая 1930 года. В статут ордена и его описание вносились изменения постановлением ЦИК СССР от 27 сентября 1934 года, указами Президиума Верховного Совета от 19 июня 1943 года и от 16 декабря 1947 года. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 марта 1980 года утверждён статут ордена в новой редакции.

    Орден Ленина является высшей наградой СССР за особо выдающиеся заслуги в революционном движении, трудовой деятельности, защите социалистического Отечества, развитие дружбы и сотрудничества между народами, укреплении мира и иные особо выдающиеся заслуги перед Советским государством и обществом.

    Орденом Ленина награждались: граждане СССР; предприятия, объединения, учреждения, организации, воинские части, военные корабли, соединения и объединения, союзные и автономные республики, края, области, автономные области, автономные округа, районы, города и другие населённые пункты.

    Орденом Ленина могли быть награждены и лица, не являющиеся гражданами СССР, а также предприятия, учреждения, организации и населённые пункты иностранных государств.

    Награждение орденом Ленина производилось:

    • за исключительные достижения и успехи в области экономического, научно-технического и социально-культурного развития советского общества, повышении эффективности и качества работы, за выдающиеся заслуги в укреплении могущества Советского государства, братской дружбы народов СССР;

    • за особо важные заслуги в защите социалистического Отечества, укреплении обороноспособности Союза ССР;

    • за выдающуюся революционную, государственную и общественно-политическую деятельность;

    • за особо важные заслуги в развитии дружбы и сотрудничества между народами Советского Союза и других государств;

    • за особо выдающиеся заслуги в укреплении социалистического содружества, развитии международного коммунистического, рабочего и национально-освободительного движения, в борьбе за мир, демократию и социальный прогресс;

    • за иные особо выдающиеся заслуги перед Советским государством и обществом.

    К награждению орденом Ленина за трудовые заслуги могли быть представлены, как правило, лица, самоотверженный труд которых ранее был отмечен другими орденами. Орден Ленина вручается лицам, удостоенным звания Героя Советского Союза, звания Героя Социалистического Груда, а также городам и крепостям, которым присвоены соответственно звание «Город-Герой» и звание «Крепость-Герой».

    Носится орден Ленина на левой стороне груди и располагается перед другими орденами и медалями.

    Орден Ленина представляет собой знак, изображающий портрет-медальон В. И. Ленина из платины, помещённый в круг, обрамлённый золотым венком из колосьев пшеницы. Тёмно-серый эмалевый фон вокруг портрета-медальона гладкий и ограничен двумя концентрическими золотыми ободками, между которыми проложена рубиново-красная эмаль. На левой стороне венка помешена пятиконечная звезда, внизу — серп и молот, справа в верхней части венка — развёрнутое полотнище красного знамени. Звезда, серп и молот и знамя покрыты рубиново-красной эмалью и окаймлены по контуру золотыми ободками. На знамени надпись золотыми буквами «ЛЕНИН».

    Орден Ленина изготавливается из золота, накладной барельеф В. И. Ленина выполнен из платины. Чистого золота в ордене 28,604±1,1 г, платины — 2,75 г (на 18 сентября 1975 года). Общий вес ордена — 33,6±1,75 г.

    Высота ордена 40,5 мм, ширина ордена 38 мм, диаметр портретного медальона — 25 мм.

    Орден при помощи ушка и кольца соединён с пятиугольной колодкой, покрытой шёлковой муаровой лентой шириной 24 мм, посередине ленты продольная красная полоса шириной 16 мм, по краям средней полосы две золотистые полоски шириной по 1,5 мм, затем две красные полоски по 1,5 мм и две золотистые полоски шириной по 1 мм.

    Орден Ленина — высший советский орден, занимающий в орденской иерархии верхнюю ступень. Основанный до Великой Отечественной войны, орден Ленина неоднократно видоизменялся. Идея создания этого ордена была предложена В. Н. Левичевым 8 июля 1926 года. Орден первоначально предложено было назвать «Орден Ильича».

    В создании проекта ордена принимали участие художник И. Дубасов и известный скульптор И. Д. Шадр. Основой для создания рельефного изображения вождя на знаке ордена стала фотография Ленина, выполненная в 1921 году на III конгрессе Коминтерна. В 1934 году работу по изменению рисунка ордена проводил медальер А. Васютинский.

    Первое награждение орденом Ленина было произведено постановлением Президиума ЦИК от 23 мая 1930 года. Согласно этому Постановлению орденом Ленина № 1 награждена газета «Комсомольская правда» за активное содействие в усилении темпов социалистического строительства и в связи с пятилетием со дня основания.

    Одно из первых коллективных награждений орденом Ленина состоялось согласно постановлению Президиума ЦИК СССР от 28 февраля 1931 года. За особые заслуги в социалистическом строительстве были награждены начальник главных электротехнических мастерских Московско-Курской железной дороги С. С. Сидоров, мастер-выдвиженец механических мастерских московского электрозавода И. В. Грачков, слесарь фабрики «Искусственное волокно» (г. Мытищи) А. С. Высоколов и директор завода «Самоточка» И. К. Паджаев-Баранов.

    31 марта 1931 года вышло постановление ЦИК СССР «О награждении орденом Ленина объединений нефтяной промышленности „Азнефть“ и „Грознефть“ и отдельных работников нефтяной промышленности в связи с выполнением ими пятилетнего плана в два с половиной года». По «Азнефти» были награждены 55 человек. Первыми в списке стояли фамилии Али-Нагиева, В. И. Лампера, Амбарцума Саркисова и М. В. Баринова. В числе награждённых по «Азнефти» под № 5 был и Сергей Миронович Киров, получивший орден Ленина с номером 52. Под № 7 в списке стояла фамилия Константина Андреевича Румянцева — одного из руководителей нефтяной промышленности Азербайджана, получившего орден с № 160 за умелое руководство строительством нефтепровода Батум — Баку и за восстановление нефтяных промыслов и организацию добычи нефти в первой пятилетке. По «Грознефти» были награждены 35 особо отличившихся сотрудников, и открывали список фамилии С. М. Ганшина, Ф. П. Чамрова, О. М. Школьника и И. В. Коссиора.

    За самоотверженную, быструю и героическую работу в деле ликвидации пожара на майкопских нефтяных промыслах постановлением президиума ЦИК СССР от 9 апреля 1931 года орденом Ленина были награждены 15 рабочих, красноармейцев, командиров, пожарников и лиц административно-технического персонала. Ордена получили особоуполномоченный «Союзнефти» Мамиконос (так в тексте постановления, в орденской книжке фамилия записана как Мамиконянц), инженер Парницко, заместитель уполномоченного «Союзнефти» Ертель, химик «Майнефти» Акимов, инженер корпуса Калугин, командир роты Копылов, командир отделения Емельянов, красноармейцы-подрывники Евсиков, Кипров, Бургастер, Артёмов, рабочий Голубцов, моторист Савицкий, пожарники Банников и Плигин.

    В этот же день, 9 апреля, свет увидело ещё одно постановление о награждении орденом Ленина «Электрозавода» и работников этого завода в связи с выполнением пятилетнего плана в два с половиной года. Всего было награждено 15 человек, в том числе директор завода Жуков, бывший директор завода Булганин, инженеры прожекторного отдела завода Соболев и Рябов, мастер корпуса больших трансформаторов Утцаль.

    Всего через семь дней — 16 апреля — вышли ещё два постановления о награждении предприятий и их работников за выполнение пятилетнего плана в два с половиной года. Первым постановлением награждался завод «Красная Заря», а также его директор Иванов и главный инженер Левиев. Вторым постановлением награждался завод «Светлана», а также помощница главного контролёра производства Алексеева, рабочие Петров и Колесникова.

    18 апреля вышло дополнение к постановлению от 9 апреля (о награждении отличившихся при тушении пожара на майкопских нефтяных промыслах). Согласно этому дополнению ордена Ленина получили ещё двое героев — И. В. Котлов и Ф. Н. Панин.

    Постановлением президиума ЦИК СССР от 17 мая 1931 года орденом Ленина была награждена большая группа работников железнодорожного транспорта и отдельных ударников и изобретателей других отраслей народного хозяйства. В числе прочих высокой наградой были отмечены артельный староста станции Ясиноватая М. В. Мишин, машинист депо станции Зима Томской железной дороги И. Ф. Василенко и инструктор по автотормозам Октябрьской железной дороги Н. П. Павлов.

    В числе первых награждённых орденом Ленина были крупные военачальники В. К. Блюхер, С. М. Будённый, К. Е. Ворошилов, М. Н. Тухачевский, а также герои первых пятилеток шахтёр Алексей Стаханов, машинист локомотива Пётр Кривонос, труженики сельского хозяйства Мария Демченко, Мамлакат Нахангова, Марк Озёрный и др.

    После учреждения 16 апреля 1934 года звания Героя Советского Союза, орден Ленина стал вручаться всем получившим это почётное звание. Поскольку медаль «Золотая Звезда» была учреждена лишь в 1939 году, орден Ленина был единственным знаком отличия для ГСС. После учреждения Золотой Звезды Героя, вместе с ней автоматически продолжал выдаваться орден Ленина.

    Постановлением президиума ЦИК СССР от 10 сентября 1934 года орденом Ленина впервые были награждены иностранцы. За участие в поисках и спасении челюскинцев высокую награду получили граждане США бортмеханики Левари Уильямс и Клайд Армистет.

    За отличия в боях у озера Хасан орден Ленина получили 95 человек.

    В 1930-х годах орденами Ленина награждались воинские части и подразделения. В 1932 году орденом Ленина награждена 25-я стрелковая дивизия имени В. И. Чапаева «за героические подвиги в социалистическом строительстве и отличные успехи в боевой и политической подготовке». В том же году орденом Ленина награждена 23-я стрелковая дивизия «за активное участие в строительстве ХТЗ (Харьковский тракторный завод) и трудовой героизм личного состава».

    В 1934 году орденом Ленина награждена 30-я Иркутская имени ВЦИК стрелковая дивизия. Орден к знамени дивизии прикрепил лично М. И. Калинин Эта дивизия уже имела на знамени три ордена Красного Знамени (!), а в годы Великой Отечественной войны прибавила к своим наградам полководческий орден.

    В 1935 году орденом Ленина была награждена 44-я кавалерийская дивизия Первой конной армии. Известный полководец Г. К. Жуков, командовавший в то время 44-й кавдивизией, также был награждён орденом Ленина.

    В 1935–1936 годах орденами Ленина были награждены 1-я, 45-я, 51-я, 80-я, 96-я и другие дивизии.

    За участие в разгроме японских милитаристов на реке Халхин-Гол летом 1939 года орденами Ленина были награждены 36-я мотострелковая дивизия комбрига Петрова, 11-я танковая бригада комбрига Яковлева, 7-я мотоброневая бригада майора Лесового, 100-я скоростная бомбардировочная авиационная бригада полковника Шевченко, 24-й мотострелковый полк полковника Федюнинского, 175-й артиллерийский полк полковника Полянского, отдельный противотанковый дивизион 36-й мотострелковой дивизии и отдельная танковая рота специального назначения.

    До войны ордена Ленина были удостоены Военно-воздушная инженерная академия имени Н. Е. Жуковского и Военная академия имени М. В. Фрунзе.

    Всего до Великой Отечественной войны кавалерами ордена Ленина стали около 6500 человек (включая Героев Советского Союза и Героев Социалистического Труда).

    22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Первыми, кто оказал отпор фашистам, были пограничники. Воины 98-го пограничного отряда политрук Ф. Т. Бабенко (8-я застава) и лейтенант Ф. И. Гусев (командир 9-й заставы) одними из первых совершили подвиги, впоследствии отмеченные орденами Ленина.

    В августе—сентябре 1941 года отличился в боях при обороне Киева экипаж канонерской лодки «Верный» (Днепровский отряд Пинской военной флотилии). Экипаж канонерки разрушил Печкинский мост и сорвал переправу немецких войск на окуниновский плацдарм. При выполнении задания погибли командир корабля старший лейтенант А. Ф. Терёхин и боцман старшина 1-й статьи Л. С. Щербина. Оба героя посмертно награждены орденами Ленина.

    Орденом Ленина награждались в годы войны и военно-учебные заведения за подготовку командных кадров. К примеру, 1-е Киевское Краснознамённое артиллерийское училище имени С. М. Кирова в мае 1945 года удостоено ордена Ленина. За годы Великой Отечественной войны училище подготовило свыше 6 тысяч офицеров.

    Всего за время Великой Отечественной войны около 41 тысячи человек было удостоено высокой награды (из них около 36 тысяч — за боевые заслуги), а 207 воинских подразделений прикрепили орден Ленина к своим знамёнам.

    Начиная с 4 июня 1944 года и до 14 сентября 1957 года орден Ленина вручался офицерам за выслугу лет (25 лет безупречной службы). Также с начала 50-х годов орден Ленина могли получить и гражданские лица за долговременный и плодотворный труд. Это привело к тому, что за последние 40 лет существования СССР орден Ленина был вручён более 360 тысяч раз.

    Орденом Ленина награждались практически все советские руководители высшего ранга. Многие из зарубежных деятелей коммунистического движения, таких как Георгий Димитров (Болгария), Густав Гусак (Чехословакия), Янош Кадар (Венгрия), Долорес Ибаррури (Испания), Хо Ши Мин (Вьетнам), Вальтер Ульбрихт (ГДР), Фидель Кастро (Куба) и другие, получили орден Ленина.

    Целый ряд советских военнослужащих высшего ранга были награждены орденом Ленина несколько раз. Так, восемь орденов Ленина имели Маршалы Советского Союза И. Х. Баграмян, Л. И. Брежнев, С. М. Будённый, А. М. Василевский, В. Д. Соколовский, генерал армии П. И. Батов, академики А. Н. Туполев, Т. Д. Лысенко, С. В. Ильюшин, председатель Совмина СССР Н. А. Тихонов.

    Девять орденов Ленина имели Маршал Советского Союза В. И. Чуйков, полярник И. Д. Папанин, генерал-полковники-инженеры П. В. Дементьев (министр авиационной промышленности) и В. М. Рябиков (1-й заместитель председателя Госплана СССР).

    Десять орденов Ленина украшали грудь академика А. П. Александрова и авиаконструктора А.С Яковлева.

    Маршал Советского Союза Д. Ф. Устинов награждён орденом Ленина одиннадцать раз. Рекордсменом по количеству орденов Ленина является министр внешней торговли СССР Н. С. Патоличев, имевший двенадцать орденов Ленина.

    Орденом Ленина награждались все советские республики, причём некоторые неоднократно. Так, три ордена Ленина имели Азербайджанская ССР (1935, 1964, 1980), Армянская ССР (1958, 1968, 1978), Казахская ССР (1956, 1979, 1982), Узбекская ССР (1939, 1956, 1980).

    Двадцать автономных республик, 8 автономных областей, 6 краёв, более 100 областей и некоторые города награждены орденом Ленина. По два ордена Ленина имеют Москва (1947, 1965), Ленинград (1945, 1957), Киев (1954, 1961) и некоторые другие города. Московская область имеет три ордена Ленина (1934, 1956, 1966).

    Более 380 промышленных и строительных предприятий и около 180 сельскохозяйственных предприятий и организаций удостоились этой награды. Многие предприятия награждались орденом Ленина неоднократно. К примеру, тремя орденами Ленина награждён Московский автомобильный завод им. Лихачёва — «ЗИЛ» (1942, 1949, 1971).

    Как уже отмечалось выше, орденом Ленина награждались воинские части, соединения и объединения. Самым крупным объединением воинских частей, отмеченным этим орденом, являлся округ (например, Московский ордена Ленина военный округ).

    Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1972 года орденом Ленина № 401 149 награждён Государственный Исторический музей (г. Москва) «за большую работу по коммунистическому воспитанию трудящихся, значительный вклад в развитие исторической науки и в связи со 100-летием со дня основания».

    Комсомольская организация была награждена тремя орденами Ленина.

    Последним спортсменом, награждённым орденом Ленина, стал заслуженный мастер спорта Владимир Александрович Каратаев. Он был удостоен высокой награды за организацию и участие в экспедиции по восхождению на вершину Лхоцзе по Южной стене в Непале.

    Одни из последних орденов Ленина в истории СССР были вручены указом президента СССР Арону Пиневичу Шапиро — генеральному директору ПО «Бурятмебель» (за совершенствование мебельно-деревообрабатывающего производства) и Умирзаку Махмутовичу Султангазину — президенту Академии наук Казахстана (за использование достижений в космосе в интересах народного хозяйства и активное участие в подготовке и осуществлении полёта космического корабля «Союз ТМ-13» с международным экипажем на борту).

    Последним награждённым орденом Ленина в истории СССР был директор Маслянинского кирпичного завода Новосибирской области Яков Яковлевич Муль. Он был удостоен этой награды указом Президента СССР № УП-3143 от 21 декабря 1991 года «за большой личный вклад в реконструкцию и техническое перевооружение предприятия и достижение высоких показателей в труде».

    Общее число награждений орденом Ленина составило 431 418.

    Сталинские премии

    Они были учреждены 20 декабря 1939 года в связи с 60-летием И. В. Сталина. Были образованы Комитеты по премиям в области науки и изобретательства и литературы и искусств. Обсуждение кандидатур при тайном голосовании проводилось сначала на секциях соответствующих комитетов, затем на их пленумах тайным голосованием формировался список, окончательно утверждавшийся Политбюро. С марта 1941 по март 1952 года звания лауреатов премии были удостоены 8470 человек в области науки и 2339 — в области литературы.

    На примере одной области культуры рассмотрим, как происходило присуждение этой премии.

    К концу лета 1946 года в руководстве Союза писателей по инициативе Сталина произошли перемены. Генеральным секретарём правления стал А. Фадеев (он же председатель Комитета по Сталинским премиям), его заместителями: К. Симонов, В. Вишневский, Н. Тихонов, секретарями — Л. Леонов и Б. Горбатов (секретарь партгруппы правления, как некий партийный противовес всевластию члена ЦК Фадеева), а также по одному представителю от всех союзных республик. 3 мая 1947 года состоялась встреча нового секретариата со Сталиным, где решались практические вопросы: о гонорарах, штатах и т. д.

    Сталин: «Мы положительно смотрим на пересмотр. Когда мы устанавливали эти гонорары, мы хотели избежать такого явления, когда писатели напишут по одному хорошему произведению, настроят себе дач и перестают работать. Нам денег не жалко, но надо, чтобы этого не было».

    Учитывая новый объём работы, согласился Сталин и с увеличением штатов с 70 до 122 единиц, обещал содействие и в улучшении жилищного положения писателей, для которых жильё, в сущности, их рабочее место, затем поинтересовался планами писателей, их командировками, разрабатываемыми темами, после чего сказал:

    «А вот есть такая тема, которая очень важна, которой нужно, чтобы заинтересовались писатели. Это тема нашего советского патриотизма. Если взять нашу среднюю интеллигенцию, научную интеллигенцию, профессоров, врачей, у них недостаточно воспитано чувство советского патриотизма. У них неоправданное преклонение перед заграничной культурой, все чувствуют себя ещё несовершеннолетними, не стопроцентными, привыкли считать себя на положении вечных учеников.

    Эта традиция осталась… Простой крестьянин не пойдёт из-за пустяков кланяться, не станет шапку ломать, а вот у таких людей не хватает достоинства, патриотизма, понимания той роли, которую играет Россия. У военных тоже было такое преклонение. Сейчас его меньше. Почему мы хуже? В чём дело? В эту точку надо долбить много лет, лет десять надо вдалбливать. Надо бороться с духом самоуничижения у многих наших интеллигентов, надо уничтожить этот дух. На эту тему надо писать произведения, роман. „Литературную газету“, как газету Союза писателей, надо сделать не только литературной, а политической, большой, массовой газетой, тираж с 50 тысяч увеличить в 10 раз, выпускать не раз, а два раза в неделю. Газета, как неофициальное издание, должна ставить некоторые вопросы острее, левее нас, даже расходиться с официальной точкой зрения, создать своё телеграфное агентство (впоследствии АПН. — Авт.)».

    При обсуждении выдвинутых на премии произведений Сталин сказал, что их количество — вопрос формальный, и если появилось достойных произведений больше, то можно и количество премий увеличить. При этом он инициировал введение даже ранее не существовавших премий III степени, что сразу расширило более чем вдвое круг премированных. При этом следует учесть, что не было ни одного произведения, представленного к обсуждению, которое Сталин не читал бы, не был знаком, включая даже критику. Он действительно очень любил литературу, считал её самым важным среди других искусств, самым решающим и определяющим. Он любил читать и любил говорить о прочитанном с полным знанием предмета, помнил книги в подробностях. И хотя в значительной степени рассматривал присуждение премий как акт политический, но некоторые произведения он любил, отдавал должное и как читатель.

    Резкая, нервная манера письма, полная гиперболических подробностей, свойственная, скажем, Ванде Василевской, была ему по душе. Он любил эту писательницу и огорчался, когда она кому-то не нравилась. И в то же время ему нравились вещи совершенно другого рода: «В окопах Сталинграда» В. Некрасова, книги Э. Казакевича.

    Присуждение премий обычно происходило в марте, и вот каким оно было, скажем, 31 марта 1948 года.

    Роману «Буря» И. Эренбурга комитет (докладчик Д. Шепилов) предложил дать не I, а II степень, якобы потому, что французы в романе изображены лучше русских.

    Сталин: «А разве это так? Верно ли это? Нет, неверно. Просто Эренбург лучше знает Францию, это может быть. У него есть, конечно, недостатки, он пишет неровно, иногда торопится, но „Буря“ — большая вещь. И русские выведены в романе сильно, показана любовь французских партизан, коммунистов к Советскому Союзу, показана роль его побед, советских людей в рядах французского Сопротивления. С точки зрения душевных изгибов, психологических нюансов, возможно, эти люди показаны слабее французов, но с точки зрения силы строя, который стоит за русскими, силы их морали, их воли, силы убеждённости, силы правды, силы советского воспитания — они сильнее французов».

    Роман Веры Пановой «Кружилиха» комитет (докладчик А. Фадеев) вообще предложил отвести по причине излишнего объективизма, в изображении героев явен разлад между бытием и сознанием.

    Сталин: «Вот все критикуют Панову, что у людей в романе нет единства между личным и общественным, критикуют за этот конфликт. А разве это так просто в жизни решается, так просто сочетается? Бывает, что и не сочетается. А люди у неё показаны правдиво».

    О книгах Бабаевского и Сёмушкина докладывал Ф. Панфёров: «Их можно было бы включить в список, сделав исключение как поощрение молодым».

    Сталин: «Что значит молодой автор? Зачем такой аргумент? Вопрос в том, какая книга — хорошая ли книга? Ну и что же, что молодой автор?»

    А вот обсуждение 6 марта 1950 года о романе Константина Седых «Даурия». А. Фадеев рекомендовал его на премию II степени: «Там неверно показана роль партизан, неправильно отражены некоторые события».

    Сталин: «Это же не публицистика, это же художественное произведение, там великолепно показана роль партии, центральная фигура Улыбина прекрасно показана. Мало показан Лазо? Но ведь он позже туда приехал. А где он показан — показан хорошо. Седых критикует в романе казачество, показывает его расслоение. Но душа движения — комиссар — у него как раз из казачества. Я бы не советовал Седых вставлять публицистику — этим только испортит роман, ведь он — художественное произведение, прекрасная книга, которая читается с захватывающим интересом, в которой выразительно показана одна из блестящих страниц нашей революции на Дальнем Востоке».

    Отдельно надо сказать об отношении Сталина к произведениям на исторические темы, его оценка которых всегда имела громадное политическое значение. Это он поддержал фильм «Чапаев», а затем выдвинул идею фильма об украинском Чапаеве — Щорсе. Это он инициировал создание хорошего фильма «Волочаевские дни». В первом списке Сталинских премий, опубликованных уже в войну, в самый разгар её, в 1942 году, фигурировали рядом два исторических романа, вышедших перед войной: «Чингисхан» Яна и «Дмитрий Донской» Бородина, повествование в которых шло о событиях, отдалённых 6–7 веками, но по соображениям Сталина имело сугубо современное значение. Роман «Чингисхан» предупреждал о том, что происходит с народами, не сумевшими сопротивляться нашествию, а роман «Дмитрий Донской» рассказывал, как можно побеждать тех, кто считал себя до этого непобедимым.

    Также перед войной вышел и роман А. Степанова «Порт-Артур». Но премирован он был только в 1946 году — сразу после того как Япония была разбита и поставленная Сталиным задача рассчитаться за 1905 год, и, в частности, вернуть Порт-Артур, была выполнена. Давать же премию ещё до капитуляции Паулюса в Сталинграде, напоминать ещё и о падении Порт-Артура Сталин считал в годы войны невозможным.

    А в 1946-м она была крайне своевременной, напоминавшей, что царь, царская Россия потеряли 40 лет назад то, что Сталин и возглавляемый им Советский Союз вернули себе сейчас, напоминавшей, что и тогда были офицеры и солдаты, воевавшие столь же мужественно, как и советские в эту войну, но находившиеся под другим командованием, под другим руководством, неспособным добиться победы.

    Примерно из тех же соображений была в 1948 году присуждена премия В. Костылеву за роман об Иване Грозном, современность звучания которого, перекличка времён связывались с собиранием земель вокруг Москвы.

    Однажды возник вопрос о премировании артистов цирка: кто-то сослался на то, что это зрелище любит народ.

    Сталин: «Ну и что, народ смотрит и балаган. Что же, и балаган тоже включать в искусство? Нет, я не возражаю по поводу цирка, над этим следует подумать. В данном случае я возражаю только против Вашего довода насчёт народа».

    Как подтверждение такого подхода Сталина может служить присуждение в 1948 году Сталинской премии молодому и невероятно талантливому балалаечнику Павлу Нечипоренко — «Ойстраху на балалайке». Председатель Комитета по делам искусств Н. Беспалов взял слово и заявил, что балалайка — не инструмент и присуждать премию балалаечнику не надо.

    Сталин же, согласившись с доводами представлявшего музыканта Тихона Хренникова, что балалайка — инструмент, который изучается в консерватории, что такие виртуозы, как Андреев и Трояновский, приезжали к Льву Толстому и старец плакал от их исполнения, коротко сказал: «Значит, надо дать».

    Самой спорной фигурой из всех первых сталинских лауреатов является, без сомнения, Михаил Шолохов, впоследствии третий русский нобелиат. Разброс мнений о Шолохове удивителен даже для склочного XX века — от признания его великим писателем, одним из мировых классиков нового времени, до презрительного отзыва Солженицына: «Ну, те, кто Шолохова знают, — знают, что, собственно, весь его уровень развития… даже — не об уровне нужно говорить, образованный или необразованный, а — грамотный или неграмотный?..» И это — о человеке, ещё в 1939 году ставшим действительным членом Академии наук СССР.

    Сталин дал Шолохову премию за ставший всемирно известным роман-эпопею «Тихий Дон», описывающий трагическую судьбу донского казака Григория Мелехова в годы Первой мировой и Гражданской войн на фоне тектонических социальных и психологических потрясений того времени.

    Этот роман чрезвычайно высоко оценивал даже Солженицын; в чём же причина столь резко негативного его (да и не только его одного) отношения к Шолохову?

    Дело в том, что сразу же после опубликования 23-летним Шолоховым «Тихого Дона» в 1928 году поползли слухи, что роман этот написан вовсе не им, что Шолохов использовал рукопись (или дневник) другого автора, умершего в 1920 году Фёдора Крюкова; назывались и другие имена. Со временем поиски «подлинного автора» превратились в небольшую индустрию, с серьёзными исследованиями и многочисленными статьями pro et contra, которую можно сопоставить (с понятной корректировкой) с дебатами об авторстве шекспировских пьес.

    Думается, эта проблема вряд ли будет в обозримом будущем разрешена окончательно и бесповоротно. Поэтому проблему «автора» мы можем в данном случае, вслед за Михаилом Бахтиным и Роланом Бартом, трактовать как в достаточной мере условную. Вдобавок сам Шолохов, фигура — вопреки мнению его политических и эстетических оппонентов — крупная и неоднозначная, тесно связал себя и со многими важнейшими культурными и политическими моментами русской истории XX века, и с драматической судьбой «Тихого Дона».

    Сейчас укрепилась легенда, что «Тихий Дон» советская власть с самого начала подняла на щит. Ничего подобного. Шолохов был отнюдь не пролетарского происхождения, вырос в весьма зажиточной семье, и «пролетарская» критика немедленно оценила «Тихий Дон» как «идеализацию кулачества и белогвардейщины». Когда дело дошло до публикации третьего, предпоследнего тома этого романа, у Шолохова возникли серьёзные проблемы: влиятельные литначальники, включая всесильного тогда Александра Фадеева, посчитали, что появление этой книги «доставит много удовольствия тем нашим врагам, белогвардейщине, которая эмигрировала». Её задерживали больше двух лет.

    Шолохов обратился за поддержкой к своему покровителю Горькому, и тот в июле 1931 года организовал на своей квартире встречу молодого писателя с главным цензором страны — Иосифом Сталиным. Тот уже читал первые два тома «Тихого Дона», перед встречей прочёл в рукописи и третий, и на квартире у Горького (который, по воспоминаниям Шолохова, всё больше молчал, курил, да жёг спички над пепельницей) учинил Шолохову целый допрос: почему в «Тихом Доне» белые изображены «смягчённо»? на каких документах основан роман? (Зная об обвинениях в плагиате, Сталин, видимо, проверял историческую эрудицию Шолохова.)

    Оправдываясь, Шолохов сказал, что воевавший против большевиков на Дону белый генерал Лавр Корнилов был «субъективно честный человек». У Сталина, как вспоминал позднее писатель, «жёлтые глаза сузились, как у тигра перед прыжком», но он продолжил спор довольно сдержанно, в своей излюбленной «вдалбливающей» катехизисной манере: «Субъективно честный человек тот, кто с народом, кто борется за дело народа, — а Корнилов шёл против народа, пролил „моря крови“, какой же он честный человек?»

    Шолохов был вынужден согласиться. Сталин беседой с 26-летним, невысоким и по-мальчишески тонким, с характерным кучерявым чубом над выпуклым лбом писателем остался, видимо, доволен, его решением было: «Изображение хода событий в третьей книге „Тихого Дона“ работает на нас, на революцию. Печатать будем!»

    Однако недруги Шолохова (а их было множество) оружия не складывали. Решительный бой был дан «Тихому Дону», когда роман начали обсуждать на заседаниях Комитета по Сталинским премиям. Сильное впечатление на членов Комитета должна была произвести эмоциональная речь великого кинорежиссёра Александра Довженко, создателя одного из шедевров советского немого кино «Земля» (1930) и любимца Сталина (за свой фильм о гражданской войне на Украине «Щорс» Довженко получил Сталинскую премию): «Я прочитал книгу „Тихий Дон“ с чувством глубокой внутренней неудовлетворённости… Суммируются впечатления следующим образом: жил веками тихий Дон, жили казаки и казачки, ездили верхом, выпивали, пели… был какой-то сочный, пахучий, устоявшийся, тёплый быт. Пришла революция, советская власть, большевики — разорили Тихий Дон, разогнали, натравили брата на брата, сына на отца, мужа на жену, довели до оскудения страну… заразили триппером, сифилисом, посеяли грязь, злобу, погнали сильных, с темпераментом людей в бандиты… и на этом дело кончилось. Это огромная ошибка в замысле автора».

    Против «Тихого Дона» выступили и другие члены Комитета, но самым весомым, пожалуй, было заключение о романе возглавлявшего в тот момент Союз писателей СССР Фадеева (известного к тому же как доверенное лицо Сталина): «Моё личное мнение, что там не показана победа сталинского дела». Фадеев позднее признался Шолохову, что голосовал против него. Но Шолохов, как мы знаем, премию всё-таки получил и оказался на первой странице «Правды». Почему?

    Разгадку, кажется, следует искать, в частности, в том, что Сталин фактически наградил писателя не только за «Тихий Дон», но и за опубликованную уже к этому времени первую часть второго романа Шолохова — «Поднятая целина», написанного о коллективизации, то есть на тему важнейшую для страны и лично для Сталина. Сохранился отзыв Сталина о «Поднятой целине» (в письме к своему ближайшему соратнику Лазарю Кагановичу от 7 июня 1932 года): «Интересная штука! Видно, Шолохов изучил колхозное дело на Дону. У Шолохова, по-моему, большое художественное дарование. Кроме того, он — писатель, глубоко добросовестный: пишет о вещах хорошо известных ему». (То есть Сталин опять получил подтверждение для себя, что Шолохов — не плагиатор.)

    Но и это ещё не всё. Сталин, думается, отметил Шолохова также и за те его поступки, о которых в тот момент знали очень немногие. В подробностях вся история стала известна только в 1990-е годы, когда была опубликована переписка Шолохова со Сталиным.

    Первую серию писем Шолохов, которому в то время не было ещё и тридцати лет, отправил Сталину в 1931–1933 годах, когда Советский Союз был в тисках вызванного насильственной коллективизацией катастрофического сельскохозяйственного кризиса. Чтобы обеспечить снабжение городов продуктами, у колхозников фактически конфисковывали всё наличное зерно. Шолохов рисует ситуацию с неслыханной резкостью и прямотой: «…сейчас умирают от голода колхозники и единоличники; взрослые и дети пухнут и питаются всем, чем не положено человеку питаться, начиная с падали и кончая дубовой корой и всяческими болотными кореньями». И в другом письме: «Горько, т. Сталин! Сердце кровью обливается, когда видишь всё это своими глазами…».

    В ответе Сталина Шолохову от 6 мая 1933 года вождь благодарил писателя за его алармистские письма, «так как они вскрывают болячку нашей партийно-советской работы, вскрывают то, как иногда наши работники, желая обуздать врага, бьют нечаянно по друзьям и докатываются до садизма».

    Но тут же вождь указывал Шолохову, что крестьяне, за которых вступался писатель, — саботажники, пытавшиеся оставить рабочих и Красную армию без хлеба, и что эти «уважаемые хлеборобы по сути дела вели „тихую“ войну с советской властью. Войну на измор, дорогой тов. Шолохов…» При этом Сталин распорядился оказать срочную продовольственную помощь голодающим землякам Шолохова.

    Вновь с большим письмом Шолохов обратился к Сталину 16 февраля 1938 года, то есть на пике Большого террора. Над писателем тогда нависла угроза ареста как «врага народа» (арестованный участник казачьего хора дал показания, что Шолохов подговаривал его совершить покушение на одного из членов советского руководства во время концерта хора в Москве), но защищал Шолохов главным образом своих сидящих в тюрьме и подвергающихся пыткам друзей: «Т. Сталин! Такой метод следствия, когда арестованный бесконтрольно отдаётся в руки следователей, глубоко порочен… Надо покончить с постыдной системой пыток, применяющихся к арестованным».

    Сталин к этому моменту, видимо, решил, что Большой террор свою роль в подавлении и устрашении врагов выполнил и теперь можно немного ослабить нажим. Поэтому вождь благосклонно отнёсся к эмоциональному протесту Шолохова против всевластия и произвола НКВД. 17 ноября 1938 года появилось специальное постановление Совнаркома и ЦК «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия», которое читалось как прямой ответ на жалобы Шолохова: «Массовые операции по разгрому и выкорчёвыванию вражеских элементов, проведённые органами НКВД в 1937–1938 годах, при упрощённом ведении следствия и суда, не могли не привести к ряду крупнейших недостатков и извращений в работе органов НКВД и Прокуратуры…»

    23 ноября 1938 года Н. И. Ежов подал Сталину заявление об отставке с поста руководителя НКВД. Через четыре с половиной месяца «кровавого карлика» арестовали, обвинив в «изменнических, шпионских связях» с Польшей, Германией, Англией и Японией и многом другом. Расстреляли Ежова 4 февраля 1940 года. М. А. Шолохов через год с небольшим он получил Сталинскую премию — теперь мы понимаем, что не только как писатель (фактически сразу за два своих романа), но и как общественный деятель в традиционной для русской культуры роли «народного заступника» (не зря вождь некогда объявил ему: «Ваши письма — не беллетристика, а сплошная политика») и даже как колоритная личность.

    Звание Герой Социалистического Труда

    Звание Героя Социалистического Труда являлось высшей степенью отличия СССР, как и звание Героя Советского Союза, и во многом ему аналогично. Оба звания имели сходные положения, знаки отличия, порядок представления и награждения, а также перечень льгот. Но звание Героя Социалистического Труда не присваивалось иностранным гражданам, в отличие от звания Героя Советского Союза и от всех остальных советских наград.

    Звание Героя Социалистического Труда и положение о звании учреждены указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 декабря 1938 года. Текст положения гласил, что «звание Героя Социалистического Труда присваивается лицам, которые своей особо выдающейся новаторской деятельностью в области промышленности, сельского хозяйства, транспорта, торговли, научных открытий и технических изобретений проявили исключительные заслуги перед Советским государством, содействовали подъёму народного хозяйства, науки, культуры, росту могущества и славы СССР». Положение также устанавливало, что «Герою Социалистического Труда вручается: высшая награда СССР — орден Ленина; грамота Президиума Верховного Совета СССР».

    Термин «герой труда» появился ещё в 1921 году, когда так были названы сотни лучших рабочих Петрограда и Москвы. Этот термин встречался в газетах, проставлялся на почётных грамотах, вручавшихся передовым рабочим, а в 1922 году был помещён на знаке ордена «Трудовое Красное Знамя» РСФСР. В 1927 году, в канун 10-летия Октябрьского вооружённого восстания, постановлением Центрального исполнительного комитета СССР (ЦИК — тогдашнего парламента страны) и Совета народных комиссариатов СССР (так называлось правительство) от 27 июля учреждено звание «Герой Труда», которое могло быть присвоено «лицам, имеющим особые заслуги» и проработавшим по найму не менее 35 лет. Это звание присваивалось президиумом ЦИК СССР или союзной республики, который вручал награждённому особую грамоту ЦИК, что создавало высший престиж данной награде.

    Звание Героя Социалистического Труда выросло из двух предыдущих, но вместе с грамотой вручался орден Ленина, как и Герою Советского Союза, при этом первоначально особого знака отличия Герои Соцтруда также не имели. Такой знак — золотая медаль «Серп и Молот» — была учреждена указом от 22 мая 1940 года «О дополнительных знаках отличия для Героев Социалистического Труда». Как и в аналогичном документе о звании Героя Советского Союза от 16.10.1939 года данный указ определил возможность награждения Героя Социалистического Труда этой медалью во второй и третий раз (не более), и установил, что на родине дважды Героя Соцтруда сооружается его бронзовый бюст, а в честь трижды Героя Соцтруда бюст устанавливается возле Дворца Советов, сооружавшегося тогда в Москве и недостроенного. При этом орден Ленина в то время вручался только при первом награждении медалью «Серп и Молот».

    Тридцатью годами позже, накануне 50-летия Октябрьской революции, отмеченного с большой помпезностью, Президиум Верховного Совета СССР указом от 6.9.1967 года установил ряд льгот Героям Социалистического Труда, Героям Советского Союза и кавалерам всех трёх степеней ордена Славы. Перечень льгот был расширен к 30-летию Победы указом от 30.4.1975 года и действует поныне, подтверждённый законодательством Российской Федерации, хотя звание Героя Соцтруда упразднено.

    В 1973 году указом от 14.05 были утверждены положения о званиях Героя Социалистического Труда и Героя Советского Союза в новой редакции.

    Положение определяло, что «звание Героя Социалистического Труда является высшей степенью отличия за заслуги в области хозяйственного и социально-культурного строительства» и «присваивается лицам, которые проявили трудовой героизм, своей особо выдающейся трудовой деятельностью внесли значительный вклад в повышение эффективности общественного производства, содействовали подъёму народного хозяйства, науки, культуры, росту могущества и славы СССР». Ограничение в количестве повторных награждений медалью «Серп и Молот», существовавшее с 1940 года (всего не более 3 раз), было снято, но этот шаг остался неиспользованным: четырежды Героем Социалистического Труда не стал никто. Одновременно положение вводило порядок вручения ордена Ленина при каждом награждении медалью «Серп и Молот». Последнее явно было сделано под тогдашних партийных и государственных деятелей, любивших украшать себя всевозможными наградами. Положение утвердило также, что если Герой Социалистического Труда является одновременно Героем Советского Союза, то на его родине также сооружается бронзовый бюст, как если бы он был дважды Героем Соцтруда. Кроме того, положение утвердило перечень льгот Героям, установленных ранее.

    В 1988 году награждение орденом Ленина при повторном вручении медали «Серп и Молот» вновь было отменено, что явилось последним изменением положения о звании Героя Социалистического Труда. Через три года, в 1991 году, это звание было навсегда упразднено вместе с наградной системой СССР.

    Особым знаком отличия Героя Социалистического Труда является золотая медаль «Серп и Молот», разработанная художником Поманским. Медаль имеет форму пятиконечной звезды с двугранными полированными лучами и наложенным на центр выпуклым изображением серпа и молота. Оборотная сторона звезды гладкая, окантованная тонким выпуклым ободком, и имеет надпись выпуклыми буквами «Герой Социалистического Труда», под которой гравируется номер медали. На верхнем луче звезды имеется ушко, через которое с помощью кольца медаль крепится к прямоугольной колодке, обтянутой муаровой (шёлковой) лентой красного цвета. Диаметр окружности, описанной по вершинам лучей звезды, равен 33,5 мм, вес медали — 15,25 г.

    Оптимальный размер медали подбирал лично И. В. Сталин, для чего в Кремль приглашались артисты в типичной одежде колхозников, рабочих и т. п. с макетами медали «Серп и Молот» различных размеров. Внешний вид медали оказался столь удачным и законченным, что через десятилетия принимался в качестве образца для разработки Золотых Звёзд Героя Народной Республики Болгарии и Народной Республики Румынии, а также ордена «Золотая Звезда» Социалистической Республики Вьетнам. Ныне все эти награды упразднены, как и их прообраз — медаль «Серп и Молот».

    Первое присвоение звания Героя Социалистического Труда состоялось более чем через год после его учреждения. Указом от 20.12.1939 года Героем Соцтруда № 1 стал Генеральный секретарь Центрального Комитета Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков) И. В. Сталин, не занимавший в то время никаких государственных постов (в годы войны он их имел 5 одновременно). Он был удостоен высшей степени отличия к своему 60-летию. При его жизни это был первый и единственный случай присвоения звания Героя Социалистического Труда к юбилею.

    Затем в течение почти 10 лет эта по своему замыслу сугубо мирная награда присваивалась исключительно за заслуги по созданию и внедрению новых образцов вооружения или за трудовой героизм в годы войны. Так, вторым после И. В. Сталина Героем Соцтруда согласно указу от 2.1.1940 года стал В. А. Дегтярёв, создатель первого советского автомата ППД, опробованного в те дни в советско-финляндской войне, и замечательного пулемёта ДШК (Дегтярёв, Шпагин крупнокалиберный), до сих пор (!) состоящего на вооружении Российской армии.

    И. В. Сталину и В. А. Дегтярёву первоначально были вручены ордена Ленина и грамоты Президиума Верховного Совета СССР, а после учреждения медали «Серп и Молот» — и эти медали за №№ 1 и 2 соответственно.

    Нужно сказать, что в 1945 году И. В. Сталин был удостоен также медали «Золотая Звезда», став, таким образом, первым (и до 1958 года единственным) Героем Социалистического Труда и Героем Советского Союза одновременно. Однако «Золотую Звезду» он согласился принять только в 1950 году, но и после никогда её не надевал. А вот медаль «Серп и Молот» он носил не снимая и на своём знаменитом френче и на кителе Маршала Советского Союза, которым он стал в 1943 году.

    Третье и последнее предвоенное присвоение звания Героя Социалистического Груда состоялось указом о 28.10.1940 г. 9 известных конструкторов оружия впервые получили сразу грамоты, ордена Ленина и медали «Серп и Молот». В их числе были Ф. В. Токарев, создатель пистолета ТТ и самозарядной винтовки СВТ; конструктор «сверхскорострельного» авиационного пулемёта ШКАС и авиационной пушки ШВАК Б. Г. Шпитальный; «король истребителей» Н. Н. Поликарпов, гениальный авиаконструктор, только что отсидевший срок как «вредитель»; молодой заместитель наркома (т. е. министра) авиационной промышленности, конструктор лёгких самолётов и истребителей А. С. Яковлев, в будущем дважды Герой Соцтруда; конструкторы авиационных двигателей А. А. Микулин и В. Я. Климов; трое создателей артиллерийских орудий: М. Я. Крупчатников, В. Г. Грабин, творец самой мощной в мире 57-мм противотанковой пушки, пробивавшей насквозь любой немецкий танк, и И. И. Иванов, автор тяжёлых осадных орудий, в начале того же года взломавших «линию Маннергейма».

    Итак, до начала Великой Отечественной войны Героями Социалистического Труда стали всего 11 человек. Следующее присвоение произошло уже в дни войны. Медаль «Серп и Молот» была вручена научному руководителю ЦАГИ академику С. А. Чаплыгину, организатору испытаний боевых самолётов. Затем звания Героя Социалистического Труда удостоили руководителя авиапромышленности наркому А. И. Шахурину и его заместителям П. В. Дементьеву и П. А. Воронину, а также директору авиазавода в Куйбышеве, производившего штурмовики Ил-2, А. Т. Третьякову. Согласно указу от 19.09.1941 года Героями Соцтруда стали Ж. Я. Котин, создавший самый мощный в мире танк КВ («Клим Ворошилов») и И. М. Зальцман, директор Кировского завода в Ленинграде, производившего эти танки.

    В 1942 году, когда было не до награждений, звание Героя Соцтруда тем не менее было присвоено наркому вооружения Д. Ф. Устинову, наркому боеприпасов Б. Л. Ванникову — в будущем дважды Герою Соцтруда, а также одному из создателей танка Т-34 А. А. Морозову и конструктору авиадвигателей А. Д. Швецову.

    В 1943 году золотые медали «Серп и Молот» были вручены группе государственных и партийных деятелей. Среди награждённых были секретарь ЦК ВКП(б) член Государственного Комитета обороны (ГКО) Г. М. Маленков, три заместителя председателя Совета народных комиссаров (СНК) И. В. Сталина и члены ГКО нарком иностранных дел В. М. Молотов, нарком внутренних дел Л. П. Берия и член комитета по восстановлению народного хозяйства А. И. Микоян. Кроме того. Героями стали член военного совета фронта Л. М. Каганович, нарком чёрной металлургии И. Ф. Тевосян, нарком угольной промышленности В. В. Вахрушев, директор Уралмаша Б. Г. Музруков, директор Челябинского «Танкограда» Ю. Е. Маскарёв, создатель истребителей С. А. Лавочкин, будущий дважды Герой Соцтруда. Нужно отметить, что почти все они в годы войны надели военные мундиры, в одночасье став генералами.

    А указом от 5 мая 1943 года звание Героя Соцтруда было присвоено сразу 127 железнодорожникам и военнослужащим железнодорожных войск. В этом указе очень многое было впервые: и столь многочисленное награждение, никогда после не повторённое, и присвоение звания Героя Соцтруда обычным труженикам, а не наркомам и главным конструкторам, и появление Героев Соцтруда — женщин. Их было трое: машинист паровоза Е. М. Чухнюк, дежурная по станции А. П. Жаркова и стрелочница А. Н. Александрова. Кроме того, это было первое присвоение звания Героя людям, которые не были создателями оружия.

    В 1944 году Героями Социалистического Труда стали заместитель Председателя СНК СССР нарком танковой промышленности В. А. Малышев, имевший прозвище «Князя Танкоградского», нарком нефтяной промышленности И. К. Седин, создатель мощнейших в мире гаубиц Ф. Ф. Петров, а также безгласный и бесправный глава Советского государства Председатель Верховного Совета СССР престарелый М. И. Калинин, к тому времени седьмой год остававшийся без своей жены, брошенной Сталиным в лагерь якобы за «контрреволюционную деятельность».

    В июне 1945 года звание Героя Социалистического Груда присвоили создателю знаменитого автомата ППШ Г. С. Шпагину, конструктору миномётов Б. И. Шавырину, всемирно известному авиаконструктору А. Н. Туполеву, ещё в 1942 году числившемуся «врагом народа», и конструктору танков и самоходных орудий Н. Л. Духову (оба они стали трижды Героями Соцтруда), М. В. Хруничеву и директору Ковровского оружейного завода Фомину.

    Одновременно медали «Серп и Молот» вручили большой группе видных учёных — впервые после награждения С. А. Чаплыгина в 1941 году. В этой группе учёных-академиков были медики А. И. Абрикосов и Л. А. Орбели, металлурги И. П. Бардин, И. М. Виноградов, выдающийся химик-органик Н. Д. Зелинский, агрономы Д. И. Прянишников и Т. Д. Лысенко, а также археолог и языковед И. И. Мещанинов. Последний явился единственным человеком из 201 Героя Социалистического Труда военных лет, кто получил это звание не за выполнение заданий для фронта.

    Через год после победы начался последний «откат» — возврат к довоенным репрессиям. Был понижен в должности трижды Герой Советского Союза Г. К. Жуков, арестован и осуждён дважды Герой Советского Союза главнокомандующий Военно-Воздушными силами главный маршал авиации А. А. Новиков и другие военачальники, невзирая на заслуги, звания и награды. Вместе с А. А. Новиковым был осуждён также один из первых Героев Социалистического Труда, нарком авиапромышленности военных лет А. И. Шахурин с лишением медали «Серп и Молот» (после смерти Сталина он был реабилитирован и звание Героя Соцтруда ему было возвращено).

    В начале 1940-х годов шли награждения создателей систем вооружения, в конце 1940-х творцам атомного оружия, а также труженикам сельского хозяйства, находившегося в полном «загоне» с первых дней сталинской коллективизации (1929 г.). Так, в 1947 году медали «Серп и Молот» впервые вручили большой группе колхозников и колхозниц за высокие показатели в уборке урожая, в том числе известной тогда на всю страну П. Н. Ангелиной, организатору первых женских тракторных бригад ещё до начала войны.

    В 1949 году золотые медали Героя Социалистического Труда в первый и последний раз вручили школьникам: таджикскому пионеру Турсунали Матказилову за сбор рекордного урожая хлопка и грузинской пионерке Нателе Челебадзе за выращивание и сбор 6 тонн чайного листа. Через год появились первые труженики сельского хозяйства — дважды Герои Социалистического Труда колхозницы-хлопководы из Азербайджана Б. М. Багирова и Ш. М. Гасанова. Присвоение звания Героя Соцтруда колхозникам при Сталине стало событием ежегодным и столь обильным, что накануне его смерти в печати имелись сообщения о «колхозе 40 Героев» (!). Это был закавказский колхоз имени Л. П. Берии, тоже Героя Соцтруда.

    Летом 1949 года СССР провёл успешные испытания своей первой атомной бомбы, и звания Героя Соцгруда была удостоена группа её создателей, в том числе И. В. Курчатов, Я. Б. Зельдович, Ю. Б. Харитон, К. И. Щёлкин. За это же испытание произошло первое в истории награждение второй медалью «Серп и Молот»; первыми удостоенными такой чести стали организаторы советского «атомного проекта» бывший нарком вооружения СССР Б. Л. Ванников и бывший конструктор тяжёлых танков Н. Л. Духов. Все перечисленные лица позже стали трижды Героями Соцтруда. Одновременно Героем стал министр химической промышленности М. Г. Первухин, в 1957 году ненадолго возглавивший всю атомную промышленность СССР. В том же году появился ещё один дважды Герой Соцтруда — директор знаменитого «Уралмашзавода» Б. Г. Музруков, удостоенный этого звания за выпуск оборудования для атомной промышленности и новых танков. В 1951 году все перечисленные учёные и организаторы «атомного проекта» также получили по второй медали «Серп и Молот».

    Преемник Сталина Н. С. Хрущёв (с 1953 г.) в основном продолжил сталинские традиции присвоения высшей степени отличия СССР, но также ввёл некоторые новшества. Так, например, в 1954 году появились первые удостоенные за успешное испытание первой в мире водородной бомбы трижды Герои Социалистического Труда — всё те же 6 человек, впервые награждённых в 1949 году за создание атомной бомбы. Одновременно вместе с ними свою первую медаль «Серп и Молот» (из будущих трёх) получил А. Д. Сахаров. В том же году наметилась ещё одна новая тенденция: присвоение звания Героя Соцтруда партийному деятелю ко дню рождения. Награждённым стал не кто иной, как сам Н. С. Хрущёв, получивший первую медаль «Серп и Молот» к своему 60-летию. Возможно, он просто повторил опыт Сталина (1939). Но последующие награждения Хрущёва второй (1957) и третьей (1961) медалями «Серп и Молот» явно были «первопроходческими»: до него никто из партийных деятелей не был не только трижды, но и дважды Героем. Присвоение ему же ещё и звания Героя Советского Союза в 1964 году превратило Хрущёва в опереточную фигуру. В 1970-е годы также стал восприниматься Л. И. Брежнев, который, как видно, был не первым по хронологии охотником до наград.

    Вслед за Хрущёвым Героем стал председатель Комитета партийного контроля при ЦК КПСС Н. М. Шверник (1958), секретари ЦК О. Куусинен и Ф. Р. Козлов (оба — 1961 г.), М. А. Суслов (1962) и Н. В. Подгорный (1963). Оба последних при Брежневе стали дважды Героями. Подобных присвоений партийной номенклатуре в качестве подарка ко дню рождения Сталин никогда не практиковал.

    И ещё об одном факте необходимо упомянуть: в отличие от Сталина, расстрелявшего немало Героев Советского Союза и даже одного дважды Героя (Я. В. Смушкевич), за 53 года существования звания Героя Соцтруда был казнён лишь один кавалер медали «Серп и Молот» — Маршал Советского Союза Л. П. Берия, ставший после смерти Сталина первым заместителем председателя Совета министров СССР.

    Хрущёв также ввёл практику присвоения звания Героя Социалистического Труда Героям Советского Союза, первым из которых был председатель колхоза из Белоруссии К. П. Орловский, бывший сотрудник «органов», диверсант в Испанской войне и командир партизанского отряда в годы Великой отечественной. Кроме того, при Хрущёве появились Герои Социалистического Труда — военнослужащие. Первое присвоение состоялось в 1955 году министру обороны Маршалу Советского Союза Н. А. Булганину. Правда, почти сразу после этого Булганин стал председателем Совета министров СССР, т. е. гражданским человеком, но это не меняет сути дела. Через 5 лет, в 1960 году, медаль «Серп и Молот» вручили ещё одному Маршалу Советского Союза — К. Е. Ворошилову, Герою Советского Союза в мирное время (1956). Но к моменту присвоения звания Героя Соцтруда Ворошилов 7 лет занимал пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, т. е. формально был главой государства и также занимал гражданскую должность, но воинского звания его, конечно, никто не лишал.

    Было и ещё одно нововведение: уже перед снятием Хрущёва (1964) звание Героя Социалистического Труда было впервые присвоено деятелю культуры — скульптору С. Т. Конёнкову. Он, безусловно, являлся талантливым художником, но это присвоение явно было частью борьбы против «абстракционизма», которую вёл тогда Хрущёв, и методом поддержания «советского» искусства.

    При Хрущёве утвердилась также практика присвоения звания Героя Соцтруда по завершении крупных строительств, сдачи объектов, проектов и т. д. Самым известным награждением такого рода стало вручение золотых медалей «Серп и Молот» создателям ракетно-космической системы «Восток» в 1961 году. Дважды Героями стали главный конструктор С. П. Королёв и заместитель председателя Совета министров СССР Д. Ф. Устинов, курировавший ракетостроение. Героями стала большая группа конструкторов, инженеров, техников и рабочих, участвовавших в подготовке и осуществлении первого полёта человека в космос, а также и партийных деятелей, имевших отношение к запуску «Востока».

    В числе последних был Л. И. Брежнев, накануне сменивший Ворошилова на посту главы государства и позже прибавивший к этой единственной медали «Серп и Молот» ещё 4 медали «Золотая Звезда» Героя Советского Союза.

    Во время своего правления Брежнев усилил «наградный дождь» до неслыханных прежде размеров, обесценив многие награды. Но звание Героя Социалистического Труда всё же осталось особо почётной степенью отличия, несмотря на то что при нём появились дважды Герои из номенклатуры ЦК КПСС — почти все члены Политбюро, многие секретари ЦК и т. д., директора крупных заводов и т. п. В дополнение к восьми трижды Героям Соцтруда, появившимся при Хрущёве (шесть перечисленных атомщиков, сам Хрущёв и А. Д. Сахаров — с 1962 г.), Брежнев наградил третьей медалью «Серп и Молот» ещё шесть человек: президента Академии наук СССР М. В. Келдыша (1971), его преемника А. П. Александрова (атомщика, 1973), двух генеральных авиаконструкторов: А. Н. Туполева (1972) и С. В. Ильюшина (1974), единственного председателя хлопководческого колхоза «Звезда Востока» из Узбекистана Хамракула Турсункулова (1973) и партийного деятеля, первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Д. А. Кунаева — случай из ряда вон выходящий. Таким образом, число трижды Героев Соцтруда достигло 14; после появился всего один, 15-й и последний трижды Герой.

    Разложение коммунистической идеологии при Брежневе выразилось, в частности, в практике присвоения звания Героя Социалистического Труда. Так, наметилась тенденция иметь Героя Соцтруда на каждой шахте, на каждом заводе, в каждом крупном колхозе и совхозе. Эти люди часто имели реальные заслуги, но, так как они должны были являться «маяками» очередной пятилетки, их подбирали по анкетным данным, нередко оставляя без наград не менее достойных кандидатов.

    А партноменклатура получала золотые звёзды почти автоматически: к 60- или 70-летию со дня рождения. В качестве средства поддержания советского строя при Брежневе решили особое внимание обратить на советское искусство. И вот в конце 1960-х годов появились Герои Соцтруда художники М. С. Сарьян (1965) и А. Дейнека (1969), композитор Д. Д. Шостакович (1966), писатели М. А. Шолохов и Л. М. Леонов (оба — 1967 г.). В 1970-е годы число Героев Соцтруда — деятелей искусства неизмеримо возросло. Золотые медали «Серп и Молот» вручались актёрам и режиссёрам, писателям и балеринам, композиторам и скульпторам. Среди них были С. В. Образцов и Н. А. Сац, С. Т. Рихтер и М. М. Жаров, А. К. Тарасова, К. М. Симонов, И. А. Моисеев, С. А. Герасимов, А. И. Райкин, М. А. Шолохов и великая российская балерина и педагог Г. С. Уланова. Был и трижды Герой Соцтруда: председатель правления Союза писателей СССР Г. М. Марков (получивший обе награды за «руководящую и направляющую» деятельность). Героями стали директор Московского цирка Марк Местечкин и выдающийся клоун Карандаш (М. Н. Румянцев). Популярный киноактёр В. В. Тихонов стал Героем при следующих обстоятельствах: Л. И. Брежнев, любивший фильм «Семнадцать мгновений весны», незадолго до своей смерти вдруг пожелал наградить прототипа главного героя фильма (через девять лет после его выхода на экраны). Поскольку такого человека не разыскали (образ был собирательный), Брежнев велел наградить всех создателей и основных актёров фильма, а Тихонову за роль Штирлица вручить медаль «Серп и Молот».

    Но был и противоположный случай: указом от 8 января 1980 года академик А. Д. Сахаров лишён звания лауреата Ленинской и Государственной премий, всех наград, в том числе звания трижды Героя Социалистического Труда. Позже, уже в годы «перестройки», все эти награды и медали «Серп и Молот» были ему возвращены.

    Появились и случаи присвоения звания Героя Соцтруда военачальникам. В их числе были командующий Белорусским военным округом генерал армии И. М. Третьяк и командующий войсками противоракетной и противокосмической обороны генерал-полковник Ю. В. Вотинцев.

    Именно в годы правления Хрущёва и Брежнева появилось подавляющее большинство Героев и дважды Героев Социалистического Труда, а также 14 из 15 трижды Героев. Преемники Брежнева — Ю. В. Андропов, К. У. Черненко и М. С. Горбачёв — продолжали присвоение звания Героя Соцтруда, но уже как бы по инерции. Тем не менее К. У. Черненко, пробывший на посту главы государства и Генерального секретаря ЦК КПСС менее года, успел стать во время своего правления 15-м по счёту и последним Трижды Героем Социалистического Труда. При М. С. Горбачёве были попытки упорядочить присвоение звания Героя или «демократизировать» его. Так, в частности, в 1990 году медаль «Серп и Молот» получил всенародный любимец, клоун и большой артист Ю. В. Никулин. В прежние времена такое награждение вряд ли состоялось бы.

    В декабре 1991 года Советский Союз был упразднён, и вместе с ним исчезла навсегда высокая и редкая награда, называвшаяся званием Героя Социалистического Труда. Всего оно присваивалось 19 тысяч раз, в том числе более 100 раз — дважды и 15 раз — трижды. До сих пор человек с медалью «Серп и Молот» на груди окружён уважением (по крайней мере, права и льготы Героя продекларированы актами Правительства Российской Федерации), но в отличие от звания Героя Советского Союза, трансформировавшегося в звание Героя Российской Федерации, звание Героя Социалистического Труда такого продолжения не имело.

    Звание Герой Советского Союза

    Высшая степень отличия — звание Героя Советского Союза установлено постановлением Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР от 16 апреля 1934 года.

    29 июля 1936 года постановлением ЦИК СССР было утверждено положение о звании Героя Советского Союза, а 1 августа 1939 года для граждан, удостоенных этой высшей степени отличия, указом Президиума Верховного Совета СССР был учреждён дополнительный знак отличия — медаль «Золотая Звезда». (Медаль изготавливается из золота и имеет форму пятиконечной звезды. Длина луча звезды 15 мм. С лицевой стороны медали лучи звезды двугранные полированные. Оборотная сторона медали гладкая, с надписью выпуклыми буквами «Герой СССР» и номером медали; окантована тонким выпуклым ободком. На конце верхнего луча звезды имеется ушко, которым медаль при помощи кольца соединена с прямоугольной металлической позолоченной колодочкой высотой 15 мм, шириной 19,5 мм. Колодочка обтянута шёлковой муаровой лентой красного цвета шириной 20 мм. На оборотной стороне колодочки имеется приспособление для крепления медали к одежде. Вес медали без колодочки 21,5 грамма.)

    14 мая 1973 года указом Президиума Верховного Совета СССР было утверждено Положение о звании Героя Советского Союза в новой редакции.

    Положение гласит:

    «1. Звание Героя Советского Союза является высшей степенью отличия и присваивается за личные или коллективные заслуги перед Советским государством и обществом, связанные с совершением геройского подвига.

    2. Звание Героя Советского Союза присваивается Президиумом Верховного Совета СССР.

    3. Герою Советского Союза вручаются:

    высшая награда СССР — орден Ленина;

    знак особого отличия — медаль „Золотая Звезда“;

    грамота Президиума Верховного Совета СССР.

    4. Герой Советского Союза, совершивший вторично геройский подвиг, не меньший того, за который другие, совершившие подобный подвиг, удостаиваются звания Героя Советского Союза, награждается орденом Ленина и второй медалью „Золотая Звезда“ и в ознаменование его подвигов сооружается бронзовый бюст Героя с соответствующей надписью, устанавливаемый на его родине, о чём делается запись в указе Президиума Верховного Совета СССР о награждении.

    5. Герой Советского Союза, награждённый двумя медалями „Золотая Звезда“, за новые геройские подвиги, подобные ранее совершённым, может быть вновь награждён орденом Ленина и медалью „Золотая Звезда“.

    6. При награждении Героя Советского Союза орденом Ленина и медалью „Золотая Звезда“ ему одновременно с орденом и медалью вручается грамота Президиума Верховного Совета СССР.

    7. В случае, если Герою Советского Союза будет присвоено звание Героя Социалистического Труда, то в ознаменование его геройского и трудового подвигов сооружается бронзовый бюст Героя с соответствующей надписью, устанавливаемый на его родине, о чём делается запись в Указе Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Социалистического Труда».

    За героизм, мужество и отвагу, проявленные при выполнении боевых заданий командования по разгрому японских захватчиков в районе озера Хасан в 1938 года звания Героя Советского Союза были удостоены 26 человек; в районе реки Халхин-Гол в 1939 года — 73 человека. За подвиги, совершённые во время финляндско-советского конфликта 1939–1940 годов Героями Советского Союза стали 412 человек.

    К началу 1941 года звания Героя Советского Союза было удостоено более 600 человек, причём пятеро из них — военные лётчики С. И. Грицевец, С. П. Денисов, Г. П. Кравченко, Я. В. Смушкевич и известный полярный исследователь И. Д. Папанин были награждены второй медалью «Золотая Звезда».

    В Великую Отечественную войну звания Героя Советского Союза первыми были удостоены лётчики-истребители М. П. Жуков, С. И. Здоровцев, П. Т. Харитонов, отличившиеся в тяжёлых воздушных боях с бомбардировщиками противника, рвавшимися к Ленинграду.

    В настоящее время невозможно установить, кто первым в Великой Отечественной войне совершил подвиг, достойный присвоения высокого звания Героя Советского Союза. В разное время эта высшая степень отличия была присвоена советским пограничникам, первыми принявшим бой на границе 22 июня 1941 года, — лейтенанту А. В. Лопатину, сержанту И. Д. Бузыцкову, младшему сержанту В. Ф. Михалькову, лейтенанту А. В. Рыжикову; совершившему в первые дни войны бессмертный подвиг военному лётчику капитану Н. Ф. Гастелло; герою Брестской крепости майору П. М. Гаврилову и другим.

    Известный военный лётчик Герой Советского Союза подполковник С. П. Супрун указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июля 1941 года за героизм, мужество и отвагу в воздушных боях с превосходящими силами авиации противника первым в период Великой Отечественной войны был награждён второй медалью «Золотая Звезда».

    Героизм советских воинов — участников Великой Отечественной войны был высоко оценён Советским правительством. Более 11,5 тысячи воинов удостоены звания Героя Советского Союза, из них 104 человека награждены двумя медалями «Золотая Звезда», а Маршал Советского Союза Г. К. Жуков и военные лётчики И. Н. Кожедуб и А. И. Покрышкин — тремя медалями «Золотая Звезда».

    В числе Героев Советского Союза, награждённых за заслуги в Великой Отечественной войне второй медалью «Золотая Звезда», были командующий фронтом, а затем главнокомандующий войсками Дальнего Востока А. М. Василевский, командующие фронтами И. С. Конев, Р. Я. Малиновский, К. К. Рокоссовский, И. Д. Черняховский, командующий Военно-Воздушными силами А. А. Новиков, командующие общевойсковыми армиями П. И. Батов, А. П. Белобородов, Н. И. Крылов, В. И. Чуйков, командующие танковыми армиями С. И. Богданов, М. Е. Катуков, П. С. Рыбалко, А. Г. Кравченко, Д. Д. Лелюшенко, командующий воздушной армией Т. Т. Хрюкин, командиры общевойсковых соединений и частей С. Б. Артёменко, В. А. Глазунов, Н. И. Горюшкин, С. А. Козак, П. К. Кошевой, А. И. Родимцев, И. И. Фесин, командиры танковых соединений и частей В. С. Архипов, И. Н. Бойко, А. А. Головачёв, И. И. Гусаковский, Д. А. Драгунский, З. К. Слюсаренко, М. Г. Фомичёв, С. В. Хохряков, П. И. Шурухин, С. Ф. Шутов, И. И. Якубовский, командир кавалерийского соединения И. А. Плиев, командиры артиллерийских частей В. С. Петров, А. П. Шидин, командиры авиационных частей Военно-Морского флота А. В. Мазуренко, В. И. Раков, Б. Ф. Сафонов, Н. Г. Степанян, Н. В. Челноков и другие.

    Звания Героя Советского Союза были удостоены 234 партизана, в том числе прославленные организаторы и руководители партизанского движения С. А. Ковпак и А. Ф. Фёдоров, награждённые двумя медалями «Золотая Звезда».

    В послевоенный период за выдающиеся заслуги перед Родиной и Советскими Вооружёнными силами Маршал Советского Союза Г. К. Жуков был награждён четвёртой медалью «Золотая Звезда». Маршал Советского Союза С. М. Будённый, удостоенный в 1958 году звания Героя Советского Союза, в 1963 и 1968 годах был награждён второй и третьей медалями «Золотая Звезда» за заслуги перед Советской Родиной и укрепление её оборонного могущества.

    В послевоенный период некоторые Герои Советского Союза за выдающиеся трудовые подвиги и заслуги в деле построения социализма в нашей стране были удостоены и другой высшей степени отличия СССР — звания Героя Социалистического Труда. Этих двух высших степеней отличия Советского государства удостоены Л. И. Брежнев, К. Е. Ворошилов, В. И. Головченко, К. П. Орловский, П. А. Трайнин и другие.

    В мирные дни тоже есть место подвигам, прославляющим нашу Советскую Родину. В семью Героев Советского Союза вошли отважные первооткрыватели и исследователи космоса — Юрий Гагарин, Герман Титов, Андриян Николаев, Павел Попович, Валерий Быковский, Валентина Терешкова и другие. Лётчик-космонавт Г. Т. Береговой, удостоенный высокого звания Героя Советского Союза за героизм, мужество и отвагу, проявленные им в годы Великой Отечественной войны, был награждён второй медалью «Золотая Звезда» за заслуги в освоении космоса. Также за заслуги в освоении космического пространства были награждены второй медалью «Золотая Звезда» лётчики-космонавты СССР Герои Советского Союза В. В. Аксёнов, В. Ф. Быковский, В. Н. Волков, Б. В. Волынов, В. В. Горбатко, А. А. Губарев, В. А. Джанибеков, А. С. Елисеев, П. И. Климук, В. В. Ковалёнок, В. М. Комаров, В. Н. Кубасов, А. А. Леонов, О. Г. Макаров, А. Г. Николаев, Л. И. Попов, П. Р. Попович, Ю. В. Романенко, Н. П. Рукавишников, В. В. Рюмин, В. И. Севастьянов, А. В. Филипченко, В. А. Шаталов.

    К началу 1982 года звания Героя Советского Союза удостоено свыше 12 500 человек, из которых 141 человек награждён двумя медалями «Золотая Звезда», 3 человека — тремя медалями «Золотая Звезда» и 2 человека — четырьмя медалями «Золотая Звезда». В числе Героев Советского Союза — 91 женщина; 24 из них получили это высокое звание за партизанскую деятельность.

    Во время боевых действий на территории Афганистана Героями Советского Союза стали 66 человек; 23 из них это высокое звание было присвоено посмертно, как, например, лейтенанту Александру Демакову, прикрывшему отход своих товарищей под натиском превосходящих сил душманов, а затем взорвавшему себя и врагов гранатой.

    В настоящее время в России существует звание Герой Российской Федерации, также присваиваемое за выдающиеся подвиги во славу нашей Родины.

    Звание Героя Советского Союза по порядку учреждения является первой из двух высших степеней отличия СССР: звания Героя Советского Союза и звания Героя Социалистического Труда. Это — самая высокая и самая почётная награда советского периода, хотя и далеко не самая редкая: Героев Советского Союза насчитывалось куда больше (около 12 600 человек), чем кавалеров всех степеней любого «полководческого» ордена времён Великой Отечественной войны (см. раздел «Ордена СССР»), кроме ордена Александра Невского, и больше, чем кавалеров последнего по порядку учреждения советского ордена «За Личное Мужество».

    Звание Героя Советского Союза — первая в мире награда такого рода. Хотя в некоторых странах имелось понятие «национальный герой», но оно не являлось официальной наградой. После окончания Второй мировой войны в ряде социалистических стран по аналогии со званием Героя Советского Союза были учреждены национальные высшие степени отличия: «Герой МНР» (Монгольской Народной Республики), «Герой ЧССР» (Чехословацкой Социалистической Республики), «Герой НРБ» (Народной Республики Болгарии).

    Знамя Победы

    С национальными символами часто бывает так: они всем известны, но при этом, как они появились, откуда и почему подчас окружены легендами, мало кто знает. Знамя Победы — не исключение. В его истории было много «белых пятен» и непонятных моментов.

    Хотя в историю навсегда вошли Михаил Егоров и Мелитон Кантария, с ними был ещё и третий знаменосец. По одним источникам это капитан Константин Самсонов, по другим — лейтенант Алексей Берест. Пробиваться к рейхстагу им также помогала сопровождавшая их группа автоматчиков во главе со старшим сержантом Ильёй Съяновым.

    6 октября 1944 года. Торжественное заседание Моссовета, посвящённое 27-й годовщине Октябрьской революции. Выступает Сталин: «Советский народ и Красная Армия успешно осуществляют задачи, вставшие перед нами в ходе Отечественной войны… Отныне и навсегда наша земля свободна от гитлеровской нечисти, и теперь перед Красной Армией остаётся её последняя, заключительная миссия: довершить вместе с армиями наших союзников дело разгрома немецко-фашистской армии, добить фашистского зверя в его собственном логове и водрузить над Берлином Знамя Победы».

    Эта фраза вождя — момент рождения идеи Знамени Победы. Действительно, в октябре 1944 года было уже очевидно, что в Великой Отечественной войне наступил перелом. Сталин наверняка думал о каком-то символе, который должен олицетворять Победу, поэтому вряд ли его фраза была экспромтом. Любопытно другое — после того как вождь выступил с этой инициативой, ни партия, ни армия не приняли каких-то конкретных решений.

    Переспросить вождя народов о деталях никто не решился. Зато на московскую фабрику строчно-вышивальных изделий № 7 поступил чей-то секретный заказ — сшить Знамя Победы. Такой флаг был изготовлен из красного знамённого бархата. Его края обрамили красочным орнаментом, в центре полотнища разместили большой герб СССР, над гербом — орден «Победа», а внизу — надпись: «Наше дело правое — мы победили».

    Видел это знамя Сталин или нет — неизвестно. Так и остаётся загадкой, почему оно не было отправлено в войска, а так и осталось в Москве.

    30 апреля 1945 года Егорову, Кантарии и третьему знаменосцу было приказано водрузить над рейхстагом Красное знамя Военного совета 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта. Знамя было установлено в 21.30 на втором этаже, а затем на куполе рейхстага.

    В настоящее время Знамя Победы является экспонатом в Центральном музее Вооружённых сил. Оно было помещено в этот музей по распоряжению Главного политуправления Советской армии от 10 июля 1954 года.

    Знаменитый снимок водружения знамени на рейхстаге был сделан по заданию Фотохроники ТАСС фотохудожником Евгением Халдеем 2 мая 1945 года. Перед этим он сделал несколько фотографий победных знамён над освобождёнными советскими городами: Новороссийском, Керчью, Севастополем.

    Знамя с серпом и молотом, запечатлённое на фотографии, Халдей привёз с собой. По воспоминаниям Халдея, он попросил портного Израиля Кишицера сшить три флага из красных скатертей. Серп, молот и звезду Халдей вырезал сам из белой ткани.

    Прибыв в Берлин, Халдей сделал снимки с каждым из трёх флагов.

    Первый флаг был установлен вдали от рейхстага, на крыше штаба 8-й армии, возле скульптуры орла, восседавшего на земном шаре. Халдей забрался туда с тремя бойцами и сделал несколько фотографий.

    Второй флаг был установлен над Бранденбургскими воротами. По воспоминаниям Халдея, утром 2 мая года лейтенант Кузьма Дупеев, сержант Иван Андреев и он забрались на Бранденбургские ворота, укрепили флаг и сделали снимок. На обратном пути Халдею пришлось прыгнуть с большой высоты, и он сильно ушиб ноги.

    Когда Халдей добрался до рейхстага, из которого выбили фашистов, флагов там уже было установлено множество. Наткнувшись на нескольких бойцов, он достал свой флаг и попросил их помочь забраться на крышу. Найдя удобную точку для съёмки, он отснял две кассеты. Флаг привязывал киевлянин Алексей Ковалёв. Также помогали старшина разведроты гвардейской Краснознамённой ордена Богдана Хмельницкого Запорожской стрелковой дивизии Абдулхаким Исмаилов из Дагестана и минчанин Леонид Горычев.

    Знамя Победы, водружённое Егоровым и Кантарией, не было первым красным знаменем над рейхстагом.

    30 апреля 1945 года лейтенант 150-й стрелковой дивизии 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта Рахимжан Кошкарбаев, которому тогда было всего 21 год, водрузил боевое знамя над рейхстагом. Документ, удостоверяющий это событие, передан в дар Центральному государственному музею Республики Казахстан. 30 апреля 1945 года в 22.40 бойцы 171-й стрелковой дивизии капитан Владимир Маков, старшие сержанты Алексей Бобров, Гази Загитов, Александр Лисименко и сержант Михаил Минин водрузили своё знамя на скульптурную композицию «Германия». Это знамя не сохранилось до наших дней.

    Над Бранденбургскими воротами знамя водрузили старший сержант Андреев и сержант Бережной из 416-й стрелковой Таганрогской Краснознамённой, ордена Суворова (Азербайджанской) дивизии.

    Ночью 1 мая на пылающий рейхстаг было сброшено с самолёта шестиметровое красное знамя с надписью «Победа». Предполагают, что оно сгорело.

    19 июня 1945 года. Сталин отдаёт распоряжение: доставить Знамя Победы в Москву, на Парад Победы. Выполняя приказ Сталина, утром 20 июня с берлинского аэродрома Темпельгоф вместе со Знаменем Победы в Москву отправились Егоров, Кантария и ещё несколько участников штурма рейхстага. Однако в знаменитом Параде Победы 24 июня оно так и не участвовало.

    Есть разные версии, почему так случилось. Одна из них — военному руководству что-то не понравилось в самом Знамени. Уж слишком оно просто и не победно выглядело. Не таким, каким его привыкли видеть на официальных фотографиях. Другая версия совсем банальна. 22 июня состоялась генеральная репетиция Парада Победы. По сценарию, естественно, первыми должны были идти Михаил Егоров и Мелитон Кантария. За ними — сводные полки всех фронтов. На репетиции выяснилось, что ни тот, ни другой никогда не участвовали в парадах. Более того, оба бойца-героя не занимались строевой подготовкой. За происходящим наблюдали Жуков и Рокоссовский. Какое решение они приняли, не знает никто. Только к бойцам подошёл какой-то полковник и сообщил: Знамя Победы на Парад выноситься не будет. После этого все прилетевшие из Берлина участники штурма рейхстага получили пригласительные на гостевые трибуны. Оттуда и смотрели за парадом.

    Орден Славы

    Этот орден был учреждён 8 ноября 1943 года, в один день с орденом «Победа» — высшим из «полководческих» орденов. Он стал последним из «сухопутных» орденов, созданных в годы войны: после него появились только «морские» ордена Ушакова и Нахимова. Орден предназначался для награждения рядового и сержантского состава, поэтому в орденской системе его поставили младшим. Но несмотря на столь скромное место в орденской иерархии и на краткую историю ордена — он выдавался в течение лишь полутора лет — орден Славы быстро завоевал огромную популярность среди воинов Красной армии, а его кавалеры — заслуженное уважение в народе.

    Орден имел несколько особенностей, которых не было ни у какой другой отечественной награды. Во-первых, это единственное боевое отличие, предназначенное для награждения исключительно солдат и сержантов (в авиации также и младших лейтенантов). Во-вторых, награждение им осуществлялось только в восходящем порядке, начиная с младшей — III степени. Данный порядок был повторён лишь через тридцать лет в статутах орденов Трудовой Славы и «За службу Родине в Вооружённых силах СССР». В-третьих, орден Славы до 1974 года был единственным орденом СССР, выдававшимся только за личные заслуги и никогда не выдававшимся ни воинским частям, ни предприятиям, ни организациям. В-четвёртых, статут ордена предусматривал повышение кавалеров всех трёх степеней в звании, что являлось исключением для советской наградной системы. В-пятых, цвета лент ордена повторяют расцветку ленты царского ордена Святого Георгия, что в сталинские времена было по меньшей мере неожиданным. В-шестых, цвет и рисунок ленты были одинаковы для всех трёх степеней, что было характерно только для дореволюционной наградной системы, но никогда не использовалось в наградной системе СССР.

    Орден был учреждён по инициативе И. В. Сталина. Он создавался как «солдатский орден», но в одном ряду с «полководческими», и первоначально именовался орденом Багратиона — прославленного генерала эпохи наполеоновских войн, погибшего в Бородинской битве. Над эскизами ордена работали девять художников; из 26 созданных ими проектов 4 представили Сталину, который выбрал рисунок Н. И. Москалёва, автора проектов ордена Кутузова, медали «Партизану Отечественной войны» и всех медалей за оборону городов СССР.

    В работе художник использовал эскиз награды «За разгром немцев под Москвой», над которым он трудился по собственной инициативе ещё осенью 1941 года.

    Реализовать проект в то тяжкое время не удалось, но разработка не пропала даром — она легла в основу проекта нового ордена. Кстати, позже, в 1944 году, была учреждена медаль «За оборону Москвы», автором которой стал тот же Н. И. Москалёв, сумевший таким образом воплотить свой замысел, хотя и в изменённом виде.

    В центр ордена Багратиона вместо изображения Спасской башни художник поместил медальон с портретом военачальника и надписью «Пётр Багратион». По замыслу, орден должен был иметь 4 степени: столько же, сколько имели орден Св. Георгия и «знак отличия военного ордена» — знаменитый Георгиевский крест. Орден планировалось носить на пятиугольной колодке; лента была выбрана той же расцветки, что у названных дореволюционных наград.

    Сталин утвердил цвета ленты, но велел уменьшить число степеней до трёх, аналогично «полководческим орденам», и назвать награду орденом Славы, пояснив, что «победы без славы не бывает». Замена названия наряду с отказом от фамилии военачальника вполне оправдана, так как данный орден по своей сути — не «полководческий», а является наградой солдату за личное мужество. В ходе доработки проекта художник заменил в медальоне портрет Багратиона изображением Спасской башни, приблизившись таким образом к проекту награды «За разгром немцев под Москвой».

    Внешне орден Славы имел вид пятиконечной звезды с широкими лучами, обведёнными бортиком. В центре звезды — круг, тоже с бортиком. В круге — рельефное изображение Спасской башни и Кремлёвской стены, окружённое лавровыми ветвями. В нижней части круга — лента с раздвоенными концами и рельефными буквами «Слава». Звёзды на вершине Спасской башни и лента покрыты красной эмалью. В верхней части ордена имелось ушко для крепления к пятиугольной колодке с помощью кольца. На реверсе (оборотной стороне) ордена — круг с выпуклыми буквами «СССР». Знаки разных степеней ордена отличались друг от друга материалами изготовления: знак III степени выполнялся из серебра, знак II степени — из серебра, а центральный круг с рисунками и надписями — из золота; знак I степени — целиком из золота.

    Колодка обтягивалась орденской лентой оранжевого цвета с тремя чёрными полосами шириной 4 мм каждая: рисунок и цвет ленты одинаков для всех степеней ордена. Предусматривалось ношение орденских планок на полевой и повседневной формах одежды взамен орденов.

    Статут ордена Славы по своему объёму и подробному перечислению заслуг уступает лишь статуту ордена Отечественной войны. Но по сравнению с последним в статуте ордена Славы введено дополнение в виде права присвоения воинских званий кавалерам всех трёх степеней ордена:

    • рядовым, ефрейторам и сержантам — старшины;

    • старшинам — младшего лейтенанта;

    • младшим лейтенантам — лейтенанта.

    Статут ордена гласит: «Орденом Славы награждаются лица рядового и сержантского состава Красной Армии, а в авиации и лица, имеющие звание младшего лейтенанта, проявившие в боях за Советскую Родину славные подвиги храбрости, мужества и бесстрашия». В статуте перечислены 32 боевых отличия, за выполнение которых можно было быть награждённым орденом Славы. Ниже перечислены наиболее значительные из них.

    «Орденом Славы награждаются за то, что:

    ворвавшись первым в расположение противника, личной храбростью содействовал успеху общего дела;

    находясь в загоревшемся танке, продолжал выполнять боевую задачу;

    …спас знамя… части от захвата противником;

    из личного оружия… уничтожил от 10 до 50 солдат и офицеров противника… (или) вражеский самолёт;

    уничтожил (из) противотанкового ружья не менее двух танков противника… (или) ручными гранатами от одного до трёх танков;

    уничтожил огнём артиллерии или пулемёта не менее трёх самолётов противника;

    …первым ворвался в дзот (дот, окоп или блиндаж) противника… уничтожил его гарнизон;

    лично захватил в плен вражеского офицера;

    …снял сторожевой пост (дозор, секрет) противника или захватил его;

    …в ночной вылазке уничтожил склад противника… рискуя жизнью, спас в бою командира;

    …в бою захватил неприятельское знамя;

    под огнём противника проделал для наступающего подразделения проход в проволочных заграждениях противника;

    рискуя жизнью, под огнём противника оказывал помощь раненым в течение ряда боёв;

    находясь в разведке, добыл ценные сведения о противнике;

    лётчик-истребитель уничтожил от двух… до шести, (а) лётчик-штурмовик… или экипаж дневного бомбардировщика — до двух самолётов противника…

    лётчик-штурмовик уничтожил… от двух до пяти танков противника или от трёх до шести паровозов, или взорвал состав… или уничтожил на аэродроме… не менее двух самолётов;

    экипаж дневного бомбардировщика уничтожил эшелон, взорвал мост, склад боеприпасов, …уничтожил штаб… соединения, разрушил станцию, …уничтожил военное судно, транспорт…»

    Стиль статута позволяет предполагать, что он составлен при личном участии И. В. Сталина.

    Право награждения орденом Славы III степени было предоставлено командирам соединений от командира бригады и выше, орденами Славы II степени — от командующего армией (флотилией), а I степенью ордена мог награждать только Президиум Верховного Совета СССР.

    Первое достоверно установленное награждение орденом Славы состоялось 13 ноября 1943 года, когда было подписано награждение орденом III степени сапёра старшего лейтенанта В. С. Малышева. Поскольку ордена направляли на разные участки фронта партиями для награждения прямо на переднем крае, орден, выданный раньше, нередко имел больший номер, чем орден выданный позже.

    Поэтому орден Славы III степени № 1 был вручён позже бронебойщику 2-го Украинского фронта старшему сержанту Харину.

    Приказ о награждении орденом Славы II степени впервые был подписан 10 декабря 1943 года; кавалерами стали сапёры 10-й армии 1-го Белорусского фронта рядовые С. И. Баранов и А. Г. Власов, к концу войны получившие и I степень ордена.

    Первый указ о награждении орденом Славы I степени был подписан 22 июля 1944 года. Им удостоили сапёра ефрейтора М. Т. Питенина и помощника командира взвода старшего сержанта К. К. Шевченко.

    М. Питенин погиб ещё до подписания указа, не успев получить орден, а К. Шевченко дошёл до конца войны, имея также ордена Красного Знамени, Отечественной войны и Красной Звезды, что для сержанта было очень редким явлением, а дополнение к ним в виде всех трёх степеней ордена Славы делало его феноменом: шесть орденов имел далеко не каждый полковник и даже генерал.

    Знаки ордена Славы I степени № 1 и № 2 были вручены бойцам Ленинградского фронта командирам отделений старшему сержанту Н. А. Залётову (указ от 5 октября 1944 года) и старшине В. С. Иванову соответственно (указ от 24 марта 1945 года).

    Награждение орденом Славы продолжалось с ноября 1943 года до лета 1945 года. За этот период кавалерами III степени ордена стали 980 тысяч человек, II степени — 46 тысяч, а I степени, т. е. полными кавалерами ордена, — 2562 человека. Среди полных кавалеров имеется 4 Героя Советского Союза: морской пехотинец старшина П. Х. Дубинда, лётчик-штурмовик лейтенант И. Г. Драченко, артиллеристы старшие сержанты А. В. Алёшин и Н. И. Кузнецов.

    Почти все они получили орден Славы I степени и звание Героя Советского Союза за бои в Восточной Пруссии и взятие Кёнигсберга, лишь И. Г. Драченко получил свои высшие награды за освобождение Чехословакии (осень 1944 года). Н. И. Кузнецов был представлен к награждению I степенью ордена Славы в апреле 1945 года, но получил его только в 1980 году.

    Кроме того, 4 полных кавалера ордена Славы — женщины: снайпер старшина Н. П. Петрова (1893–1945), пулемётчица сержант Д. Ю. Станилиене, медсестра старшина М. С. Нечепорукова, воздушный стрелок-радист гвардии старшина Н. А. Журкина-Киёк.

    Было в Красной армии и подразделение, в полном составе (кроме офицеров) награждённое орденами Славы III степени, да не какое-нибудь, а целый батальон! За успешный штурм обороны немцев на Висле 1-й батальон 215-го гвардейского стрелкового полка 69-й армии 1-го Белорусского фронта после вручения орденов его солдатам и сержантам получил официальное название «Батальон Славы». Это — единственный случай награждения орденами всего личного состава такого крупного подразделения, как батальон.

    В 1967 и 1975 годах были введены дополнительные льготы полным кавалерам ордена Славы, уравнявшие их в правах с Героями Советского Союза. В частности, предоставлялось право назначения им персональных пенсий союзного значения, крупные жилищные льготы, право бесплатного проезда и др. Нынешнее законодательство Российской Федерации подтверждает все эти права кавалерам ордена Славы трёх степеней.

    Немногие кавалеры ордена Славы и сейчас живут среди нас. В большинстве своём эти старые солдаты — скромные люди, не любящие хвастаться своими заслугами и наградами. Таким был актёр Алексей Смирнов, исполнивший роль пьяницы Феди в фильме «Операция „Ы“» и авиатехника «В бой идут одни „старики“». Его знала и любила вся страна, но даже многие его близкие и друзья не знали, что он — кавалер двух орденов Славы, человек, провоевавший почти всю войну простым солдатом.

    Этот глубоко почитаемый в народе орден, единственный солдатский орден уже упразднённой державы, навсегда остался символом славы нашего народа, его бессмертного подвига в Отечественной войне.

    По состоянию на 1989 год орденом Славы I степени награждено 2620 человек, орденом Славы II степени — 46 473 человека, орденом Славы III степени — 997 815 человек.

    Орден Победы

    (По материалам В. Гинодмана)

    Орден «Победа» относится к числу редчайших и красивейших наград мира; существует всего 20 экземпляров этого орденского знака.

    60 лет назад состоялись первые награждения орденом «Победа». Обладателем орденского знака № 1 стал командующий 1-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Георгий Жуков. Орден № 2 получил начальник Генерального штаба Маршал Советского Союза Александр Василевский. Орденом № 3 был награждён Верховный главнокомандующий Маршал Советского Союза Иосиф Сталин. Все трое были отмечены за освобождение Правобережной Украины. Всего же за всё время существования главной военной награды СССР ею были награждены 17 военачальников, трое из которых были удостоены ордена «Победа» дважды.

    Орден был учреждён указом Президиума Верховного Совета СССР 8 ноября 1943 года, то есть вскоре после того, как произошли события, справедливо названные советской историографией «коренным переломом в ходе Великой Отечественной войны». По статуту ордена им награждался «высший командный состав Красной Армии за успешное проведение боевых операций в масштабе одного или нескольких фронтов, в результате которых фронтовая обстановка менялась в пользу Красной Армии».

    Основа ордена — звезда и расходящиеся лучи, выполненные из платины. «Победа» — самый красивый и большой по размерам советский орден. Расстояние между противолежащими лучами звезды — 72 мм. В лучи звезды вставлены крупные рубины, обрамлённые бриллиантами. В расходящиеся лучи также вставлены бриллианты; всего орден служит «оправой» 170 бриллиантам общей массой 16 карат. В центре звезды — голубой эмалевый круг с золотыми изображениями Спасской башни Кремля, здания Сената за Кремлёвской стеной и Мавзолея Ленина, а также двух ветвей — лавровой и дубовой. В звезду Спасской башни вставлен рубин, между листьями ветвей — мелкие бриллианты. В нижней части эмалевого круга расположена красная эмалевая лента с надписью «ПОБЕДА», в верхней части круга — надпись «СССР»; обе надписи выполнены белыми эмалевыми буквами.

    Орденский знак крепили к мундиру с помощью штифта и носили на левой, а не на правой стороне груди, как все прочие ордена со штифтовым креплением (например, ордена Красной Звезды, Отечественной войны, Суворова, Кутузова, Александра Невского). Следующее исключение из правил состояло в том, что орден размещался ниже всех орденов и медалей (высшие по рангу ордена носят выше всех остальных). Зато планку с лентой ордена «Победа» носили выше всех остальных наград, и она имела ширину 46 мм, а не 24 мм, как прочие орденские планки.

    30 марта 1945 года: командующий 2-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Рокоссовский и командующий 1-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Конев были удостоены орденов «Победа» за освобождение Польши и форсирование реки Одер.

    26 апреля: командующий 2-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Малиновский и командующий 3-м Украинским фронтом Маршал Советского Союза Толбухин — за освобождение Венгрии и Австрии.

    31 мая: командующий Ленинградским фронтом Маршал Советского Союза Говоров — за освобождение Эстонии. Тем же указом вторым орденом «Победа» награждались командующий 1-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Жуков — за взятие Берлина и командующий 3-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Василевский — за взятие Кёнигсберга и освобождение Восточной Пруссии (ныне Калининградская область Российской Федерации).

    4 июня: за «планирование боевых операций и координацию действий фронтов в период Великой Отечественной войны» орденом «Победа» были награждены два штабиста. Начальник Генерального штаба генерал армии Антонов стал единственным кавалером ордена «Победа», не имевшим маршальского звания. Представитель же Ставки Верховного главнокомандующего Маршал Советского Союза Тимошенко был удостоен награды исключительно за то, что в канун войны занимал пост наркома обороны СССР; в его лице высшим военным орденом была отмечена немногочисленная группа военачальников, прославившихся ещё в Гражданскую войну.

    26 июня, через два дня после того, как на Красной площади прошёл Парад Победы, заслуги Верховного главнокомандующего Сталина были отмечены Президиумом Верховного Совета СССР, который специальным указом присвоил ему звание Героя Советского Союза и наградил вторым орденом «Победа». На следующий день, 27 июня, был подписан указ об учреждении воинского звания Генералиссимуса Советского Союза и о присвоении этого звания Сталину.

    3 сентября: командующий Дальневосточным фронтом Маршал Советского Союза Мерецков награждён орденом «Победа» за разгром японской императорской Квантунской армии и победу над Японией.

    Таким образом, кавалерами ордена «Победа» стали 11 человек: генералиссимус Сталин (дважды), 9 маршалов (Жуков и Василевский — дважды) и генерал армии Антонов. Однако этим список награждённых не исчерпывается.

    В июне 1945 года все советские маршалы и многие генералы получили ордена стран-союзников СССР по антигитлеровской коалиции. Например, маршал Жуков стал кавалером британского ордена Бани I степени, французского Военного креста, американского ордена Почёта степени главнокомандующего, итальянской партизанской медали Гарибальди, польских орденов Virtuti Militari I степени и Polonia Restituta II степени, югославского ордена «Свобода», чехословацких Военного креста и ордена Белого льва I степени, командором французского Почётного легиона. Сталин решил сделать ответный жест и наградить орденом «Победа» военачальников союзных армий, благо награда идеально для этого подходила. По мнению главковерха Сталина, можно и должно было дать звание Героя Советского Союза лётчику авиаполка «Нормандия-Неман» капитану маркизу Ролану де ля Пуапу, однако украсить Золотой Звездой и орденом Ленина френч британского фельдмаршала графа Монтгомери ему возможным не представлялось. Сталин решил, что ордена Ленина, Отечественной войны и Красного Знамени могут быть вручены только тем иностранцам, которые принимали непосредственное участие в сражениях в составе подразделений, входивших в Красную (а затем Советскую) армию; командующие же союзными армиями должны быть отмечены по-иному. В итоге состоялось ещё пять награждений орденом «Победа».

    Верховный главнокомандующий союзными экспедиционными вооружёнными силами в Западной Европе генерал армии США Дуайт Дэвид Эйзенхауэр. Самый известный американский военачальник был отмечен за подготовку и осуществление операции «Оверлорд» (высадка союзников в Нормандии), освобождение Франции, Бельгии, Нидерландов и успешное наступление в Западной Германии. Эйзенхауэр был и остаётся единственным президентом США (1952–1960), имевшим советскую награду.

    Командующий группой союзных армий в Западной Европе фельдмаршал Великобритании сэр Бернард Лоу Монтгомери, граф Аламейнский. Ему вменялось в заслугу то же самое, что и Эйзенхауэру, но при этом Советское правительство оценило ещё и победу, которую Монтгомери одержал в 1942 году под Эль-Аламейном, где был разбит Африканский корпус под командованием любимца Гитлера генерал-фельдмаршала Эрвина Роммеля.

    Верховный главнокомандующий народно-освободительной армией Югославии маршал Иосип Броз Тито. В период с 1940 по 1945 год армия Тито сковывала на Балканах значительные германо-итальянские силы: только рейх был вынужден держать в Югославии три армейских корпуса полного состава. Тито успешно сражался не только с немцами, но и с формированиями усташей (хорватских фашистов) Анте Павелича и четников (сербских монархистов) Дражи Михайловича.

    Верховный главнокомандующий Войска Польского на территории СССР маршал Михал Роля-Жимерский. Поскольку у Сталина, Трумэна и Черчилля, готовившихся к Потсдамской конференции, были диаметрально противоположные воззрения на будущее Центральной и Восточной Европы, Сталин решил отметить высшей наградой командующих двух крупнейших союзных армий этого региона — Тито и Роля-Жимерского. У последнего награждения был и политический смысл: СССР не признал легитимными представителями польского народа ни лондонское правительство, ни действовавшие на территории Польши крупные партизанские соединения генерала Бур-Комаровского, ни ушедшую в 1942 году из СССР через Иран на Ближний Восток и в Западную Европу польскую армию генерала Андерса. Союзниками Советского Союза признавались лишь солдаты и офицеры сформированной в Казахстане дивизии имени Тадеуша Костюшко, которая последовательно превратилась в корпус, армию и, наконец, в 300-тысячное Войско Польское, 1-я и 2-я армии которого принимали участие в штурме Берлина.

    Король Румынии Михай I Гогенцоллерн-Зигмаринген. Самое загадочное из всех награждений, состоявшееся 6 июля 1945 года, сразу же вслед за Эйзенхауэром и Монтгомери. Указ Президиума Верховного Совета СССР гласил: «За мужественный акт решительного поворота политики Румынии в сторону разрыва с гитлеровской Германией и союза с Объединёнными Нациями в момент, когда ещё не определилось ясно поражение Германии». На практике это означало следующее: 23 августа 1944 года 23-летний монарх страны, которая была союзницей рейха, арестовал кондуктатора (румынский аналог слов «фюрер» и «дуче») Антонеску и приказал своей полумиллионной армии повернуть штыки против 30 дивизий германской группировки «Южная Украина». Это и впрямь был решительный поступок, однако, во-первых, в августе 1944 года победитель во Второй мировой войне был уже известен. Во-вторых, румынские штыки, в какую бы сторону они ни были повёрнуты, ничего не решали. Но, как бы то ни было, Сталин резонно полагал, что при решении судеб послевоенного мира любое дополнение к 101-й армии (в мае 1945 года у СССР было 5 ударных армий, 6 гвардейских танковых, 11 гвардейских общевойсковых, 18 воздушных и 61 общевойсковая) будет нелишним.

    Остаётся только добавить, что ныне (2010) король Михай живёт в Швейцарии и является единственным здравствующим кавалером ордена «Победа». И ещё одно добавление: на граждан других государств не распространяется закон о том, что после смерти награждённого семья обязана передать орден «Победа» в Алмазный фонд.

    Последняя глава в историю ордена «Победа» была вписана ближайшим окружением Генерального секретаря ЦК КПСС Брежнева. Леонид Ильич, прошедший войну политработником и завершивший её в звании генерал-майора, в период с 1964 по 1978 год был повышен на шесть званий и «дослужился» до Маршала Советского Союза. 20 февраля 1978 года, в канун 60-летия Советской Армии и Военно-Морского Флота, секретарь Политбюро ЦК КПСС Михаил Суслов, прислушавшись к настойчивым советам члена ЦК КПСС, начальника Главного политического управления СА и ВМФ генерала армии Алексея Епишева, решил преподнести первому лицу партии и государства особый подарок. Маршал Брежнев получил орден «Победа» «за неоценимый вклад в укрепление советских Вооружённых Сил на посту Председателя Совета Обороны СССР». Статут ордена при этом был нарушен грубейшим образом, однако руководство СССР во всём, что касалось величания генсека, не мелочилось: напомним, что ровно через год, в 1979-м, ради Брежнева изменили и существовавший порядок присуждения Ленинской премии в области литературы. Таким образом, Леонид Ильич вошёл в историю как последний, 17-й кавалер ордена «Победа» и единственный, кто был лишён этой награды, правда, посмертно.