Загрузка...



Глава 3

«Фундамент» армии и флота

Основой, фундаментом Красной армии и Военно-морского флота являлись политические органы ВКП(б). Поэтому армию и флот СССР июня 1941 года нельзя сравнивать с Русской армией, которая существовала в канун Первой мировой войны и являлась совершенно иным воинским формированием. Она сражалась за Отечество под православным крестом; а армия 1941 года, увенчанная пентаграммой, именуемой красной звездой, была своего рода армией богоборческой с самого своего зарождения. Создателями Красной армии были Лейба Давидович Бронштейн (известный как Лев Давидович Троцкий) и Владимир Ильич Ульянов-Ленин. Красная армия, созданная в 1918 году, изначально представляла собой сборище уголовных авторитетов, палачей, дегенератов, психопатов, пьяниц, развратников и интернационалистов из Китая, Югославии, Венгрии и других стран мира, которым были чужды интересы русского народа и которые, будучи отвержены своими странами, пришли устроить свое благосостояние на крови русских людей и других подданных Российской империи. Чтобы такую «армию» держать в узде, необходимо в ее среде иметь огромную прослойку стукачей.

Государство Троцкого и Ленина и создало эту прослойку из дегенератов, развратников и рвачей. Все они были осведомителями если не комиссаров, так оперативных уполномоченных особых отделов НКВД-ГУГБ, которые также в основном состояли из евреев. И факт этот уже не оспаривается современными историками… Такая армия — структурно, морально, психологически — может напоминать только уголовную группировку; она и должна жить по законам уголовников.

Стукачество явилось становым хребтом советской идеологии в стране, которую большевики оккупировали с 1917 года, уничтожая православие и массово умерщвляя народонаселение. Без стукачества коммунизм невозможен ни в одной стране, ни в каком виде. Ибо сам коммунизм, пересказывая суть ленинских слов, создается на крови, на диктатуре, — с помощью чудовищной эксплуатации народа, который нужно постоянно держать в страхе. А страх поддерживается беспрестанной работой стукачей, доносящих на всех и вся. Именно стукачи являются законспирированной, тайной армией социалистического государства. Стукачи есть везде: в Вооруженных силах, на производстве, в науке, культуре, образовании, т. е. во всех отраслях и видах деятельности Советской страны. Стукачи нужны не только при ведении наступательной, но и при оборонительной войне, каковой стала война в связи с агрессией немецкого вермахта 22 июня 1941 г.

Но после начала военных действий огромные массы советских стукачей оказались по другую сторону фронта, в плену. Где… продолжали свою деятельность и добровольно предлагали свои подлые услуги гестапо. Но сотрудники немецкой тайной полиции не очень им доверяли. Тогда же этот столь долго и тщательно создаваемый потенциал советского стукачества обернулся в первую очередь против комиссаров и чекистов. Ведь кого им было сдавать врагу, как не своих?! Известно, что сына Сталина — старшего лейтенанта Красной армии Якова Джугашвили — в плену также сдали стукачи, которые до войны и в первые месяцы войны были его подчиненными.

Политработники Красной армии и флота структурно являлись номенклатурными работниками ЦК ВКП(б) и функционировали в качестве отдела ЦК партии в РККА и РККФ. А их руководитель — начальник Главного управления политической пропаганды, член ЦК ВКП(б), армейский комиссap 1-го ранга Запорожец — действовал на правах секретаря ЦК ВКП(б). Возглавлял карательные органы страны Л. П. Берия, но к тому времени с согласия Сталина карательные органы были над флотом, над армией и над рядом структурных подразделений ЦК ВКП(б). Сам Лаврентий Павлович в связи с главной задачей «выявления врагов народа» стал, пожалуй, самым близким советником по этим проблемам у вождя партии и государства товарища Сталина. А его политработники наряду с сотрудниками органов внутренних дел в армии и на флоте стали надежной опорой в выявлении тех самых «врагов».

Кузнецов знал, что Илья Ильин Азаров получил инструкцию у наркома внутренних дел. Так вот, инструкция та заключалась в том, чтобы проводить работу с политработниками, научая их, что в случае начала войны каждый политработник должен применить личное оружие, если командир флота, получив приказ о вступлении в боевые действия, по каким-либо мотивам откажется его исполнять. Безусловно, для Николая Герасимовича сей приказ в отношении «непокорных» командиров не составлял особого секрета… Правда, спустя годы адмирал Азаров во всеуслышание говорил, что получил он инструкцию иного рода: рассказывать политработникам, что «на случай нападения Германии приводится в готовность оружие…»; между тем положение у Азарова тогда и впрямь было сложное. Дело в том, что приводить оружие в готовность следовало… после объявленного в прессе и по радио сообщения ТАСС от 14 июня 1941 г., категорически отвергавшего слухи о возможности войны, объявлявшего любые слухи провокационными.

В день заявления Советского правительства Николай Герасимович находился у Сталина. Доложив разведданные по флотам, нарком кратко рассказал и об учениях на ЧФ, и о том, что поставки с немецкой стороны в части, касающейся флота, а именно в строительстве крейсера «Лютцов», продолжаются. (Но в своей книге «Накануне» в угоду определенным силам в стране он, мягко говоря, покривил душой, написав, что немцы тогда фактически прекратили поставки для крейсера «Лютцов»). И хотя адмиралу хотелось доложить, что немецкие транспорты покидают наши порты и не следует ли ограничить движение советских торговых судов в водах Германии, он промолчал, ожидая реакции вождя. Сталин не задавал никаких вопросов по готовности флотов, отчего нарком счел свое дальнейшее присутствие излишним и с разрешения хозяина покинул кабинет.

Возвращаясь в автомобиле, Николай Герасимович вновь поймал себя на мысли, что хотя это и не произнесено, однако Сталин не исключает возможности войны с Германией. Причем считает эту войну вероятной и неизбежной. И договор 1939 года Сталин рассматривает лишь как отсрочку.

«Всего через четыре дня после снятия Литвинова — 7 мая 1939 года — на торжественной церемонии выпуска слушателей военных академий Сталин выступил с краткой, но выразительной речью, в частности сказав: «Рабоче-крестьянская армия должна стать самой агрессивной из всех когда-либо существовавших наступательных армий!»

…Но сколько дней дано ему, наркому, для этой отсрочки?