Загрузка...



ПИСЬМО СМИРНОВУ[14 ]


Дорогой Иван Никитич!

Сегодня получил Вашу открытку и сегодня же отправил Вам телеграмму. Ваше письмо первое, какое я вообще здесь получил. То ли почта относится внимательнее к бывшему Наркомпочтелю, то ли другие причины, не знаю... Немедленно по приезде сюда написал Вам в Зангезуры открытое письмецо. Написал и всем другим отшельникам, адреса которых мне известны, но ответов еще нет. Почта здесь вообще медлительна, а сейчас к тому же февральские снежные заносы. От Раковского[15], Каспаровой[16], Сосновского[17] и Муралова[18] имел ответные телеграммы. Они все осели, чувствуют себя бодро и работают: Сосновский и Муралов в плановых органах, насчет Раковского - не знаю. От Серебрякова[19] из Семипалатинска ответа на телеграмму не получил: не переотправили ли его в другое место? Не получил ответа и от Радека[20] - "за неуказанием адреса": очевидно, Радек не бывал еще на своем телеграфе, а может, и его направили в другое место?

Ваше приглашение в Новобаязет очень заманчиво, но осуществление его связано с трудностями. Путешествие сюда было весьма утомительным, да еще в довершение всего спутники умудрились потерять по дороге два наших чемодана, один - с наиболее для меня нужными и ценными книгами... Судя по технике этого письма, Вы можете, пожалуй, подумать, что я здесь со своим секретарем. Но это совсем, совсем не так, и даже очень не так". Машинка, правда, со мною. Но работу на ней приходится организовывать на новых началах.

Рыбная ловля, как и охота, имеются и здесь, так что я могу вернуть Вам Ваше любезное приглашение. Хотя живем здесь уж скоро три недели, но я еще не охотился. Причин к тому много, но главная, пожалуй, - повышенная температура, которая не покидает меня с пути. Наталии Ивановне[21] и Леве[22] приходится очень много хлопотать, т. к. мы до сих пор не устроились еще на квартире, а живем в гостинице гоголевских времен.

Вы, конечно, читали письмо в редакцию двух мушкетеров[23]. Трудно представить себе документ более жаленький и дряненький. Теперь оказывается, что группа "Против течения" наиболее далека от большевизма. От какого большевизма? От того, который два злополучных мушкетера до вчерашнего дня проповедовали, или от того, на который они нападали? Об этом молчок, да и не мудрено: ибо ведь на умолчании о самом существе вопросов, составляющих предмет спора, и построен весь этот льстиво-похотливо-лебезящий документ.

Международная обстановка и международное революционное движение обещает в близком будущем много нового и много важного. "Правда" права, когда говорит: "Полоса некоторой апатии и придавленности, наступившая после поражения 1923 года и позволившая германскому капиталу укрепить свои позиции, начинает проходить" (28 января 1928 г.) Теперь такого рода утверждение-насчет апатии и придавленности с конца 1923 года - повторяется на каждом шагу. А ведь в свое время те, которые не понимали смысла и значения поражения 1923 года, обвиняли в ликвидаторстве тех, которые уже в конце 1923 года предсказывали неизбежность наступления полосы некоторой "апатии и придавленности". Без понимания международного характера этой полосы нельзя понять как следует и наши внутренние дела. В Англии поражение 1923 года отразилось слабее, чем на континенте, и там волна нового подъема началась в 1926 году, но оборвалась своим собственным поражением. Глубже всего последствия поражения 1923 года были, разумеется, в самой Германии и, пожалуй, у нас. "Правда" права, когда говорит, что в Германии апатия и придавленность начинают проходить. К сожалению, у меня нет здесь немецкой периодической печати, как и вообще нет иностранных газет. А между тем сейчас необходимо следить за ними более, чем когда бы то ни было, т. к. международные вопросы всем ходом событий выдвигаются на передний план...

В свете новых событий полезно перебрать в голове старые спорные вопросы. Оценка внутреннего положения Европы после поражения 1923 года связывалась у нас с вопросом о роли Америки в Европе. Сейчас уже приобрел прочность предрассудка тот взгляд, что рассматривать судьбы Европы без учета роли Соединенных Штатов - значит писать счет без хозяина. Так называемая "нормализация" Европы была достигнута на американских помочах. На этой основе возродилась социал-демократия - с ее новой (ныне уже выдохшейся) религией американского демократического пацифизма. Европейский пролетарский авангард был бы гораздо сильнее сейчас, если бы предвидел всю эту полосу апатии, придавленности, "американизма" и пацифизма, т. е. если 6 ему не внушали, что такое предвидение есть ликвидаторство. В этом и состояла основная ошибка Пятого конгресса. Ошибки руководства Маслова[24] -Рут [Фишер][25] имели уже производный характер. Люди думали, что ступеньки ведут вверх, а не вниз, и поднимали ноги, вместо того, чтобы их опускать: в таких случаях неизбежно расшибают себе нос. Период спуска, снижения волны и укрепления социал-демократии в рабочем классе длился в Германии, по оценке "Правды", в течение четырех лет. Только теперь он "начинает проходить", а ведь мы таких долгих сроков не называли... правда, срок удлинился благодаря неправильной оценке эпохи и вытекшей отсюда неправильной стратегической установке...

Сейчас Америка в гораздо большей мере хозяин Европы, чем четыре года тому назад, когда у нас впервые этот вопрос теоретически ставился. В самом американском котле накопилось, однако, слишком много паров. Конечно, финансовое могущество Соединенных Штатов и их трестовская организация дают возможность "планирования" и "регулирования" в небывалых размерах (для капитализма). Это позволяет смягчать частные кризисы, оттягивать их и тем - накоплять противоречия. По-видимому, дело теперь подошло в Соединенных Штатах к общему торгово-промышленному и вообще хозяйственному кризису. Какова будет его глубина, острота и длительность, предсказывать трудно. Но совсем нетрудно предсказать, что Америка будет выправлять свою линию за счет Европы, а это значит, в первую голову, за счет Англии. Англо-американский антагонизм уже сейчас выступил наружу из-под слегка маскировавших его форм "сотрудничества". В ближайший период этот антагонизм будет осью мировой политики. А это означает для Европы все, только не "демократический пацифизм". Вся задача теперь в правильной оценке как всего процесса в целом, так и каждого его очередного этапа в отдельности. В ближайшие годы международный фактор будет господствовать над всем.

В Индии как будто подготовляются значительные события. Должен, впрочем, признаться, что Индию я знаю очень мало, гораздо меньше даже, чем Китай, над которым сейчас главным образом сижу. На беду книжки об Индии лежали в утерянном чемодане. Я делаю сейчас попытку получить из Москвы новую пачку книг. К сожалению, все это связано теперь с немалыми трудностями, особенно в смысле потери времени.

Насколько понимаю, почта от Вас сюда идет через Баку - Красноводск. Если это так, то мы с Вами может оказаться более близкими соседями, чем с Москвой. Впрочем все это еще подлежит эмпирической проверке.

[Вторая неделя февраля 1928 г.]