Загрузка...



Глава 9

ОТЦЫ И ДЕТИ

Ведун не заставил себя ждать. Он пришёл сосредоточенный, со споим бутыльком в руках и тут же перевернул меня на живот, заставив вытянуть руки.

— Вот, что хлопец, — почему-то на украинский манер обратился старый. — Ты парень не промах, но и тебе нужна помощь… Не нравится мне твой позвоночник, Юра, позвонки пляшут, из-за этого ты сутулишься и тебя мучают боли в спине. Если бы ты не занимался воинским, то был бы сейчас почти инвалидом… Так я говорю или нет?

Я пробубнил, что спина действительно болит, но я, дескать, привык…

— Плохая привычка, — сказал ведун. — Травмы позвонка ведут к оттоку жизненной силы… Интересно, кому она понадобилась твоя сила? Такое впечатление, что по жизни на тебя давит пресс враждебного и довольно сильного ментального поля. Не знаешь, чьё бы оно могло быть? — спросил старый.

Во время своего монолога ведун вылил содержимое пузырька мне на спину и начал осторожно растирать область позвоночника.

— Ты можешь, конечно, молчать, — проворчал седоголовый, — это твое право, но я и так знаю, что с тобой происходит и, кто в настоящее время является главным твоим противником. По характеру патологий, отрок, по их характеру… Да и в силовом коконе у тебя «гость»…

Последнее слово старого для меня было загадкой и мне тут же захотелось спросить: что или кого он имеет в виду?

Однако дед продолжал:

— Ты не надорван, а четыре позвонка «выпали». Многовато, отрок, тем более для молодого, полного сил. Мне видится, что в твоём теле искусственно создан генератор постоянной боли… Я пока не пойму зачем? Неужели для того, чтобы заставить тебя признать чью-то власть? Скажем, твоей матери или отца?

От высказанного стариком по телу пошла дрожь, от такого как он ничего нельзя скрыть, и я давно в этом убедился… Старый давно всё понял и теперь просто выводит меня на откровенный разговор — мелькнуло в голове. А ведун тем временем закончил свою процедуру и обратившись ко мне сказал:

— Вот что парень, придётся тебе немного потерпеть. Сейчас я поставлю на место все твои позвонки, будет больно, но ты должен пересилить боль. Давай-ка закрой глаза, стисни зубы и расслабь тело.

Я постарался сделать всё, как сказал ведун. Страха перед болью в душе не было, очевидно от того, что к боли я на самом деле привык, а старик, коснувшись левой рукой «пляшущего» позвонка обрушил на него кулак правой. От его удара из глаз посыпались искры. Было слышно, как захрустела спина, и я инстинктивно, чтобы уменьшить боль, ещё больше расслабил тело. Несколько секунд мне казалось, что по моему позвоночнику бьёт кувалда. Перед глазами плыли красные круги, и я от нестерпимой боли мог вот-вот потерять сознание, но вдруг внезапно всё кончилось. Старик провёл рукой по моему позвоночнику и удовлетворённо крякнул.

— Ладненько. Георгий-Юрий! Спина у тебя как новая, только пока полежи. Через минуту тебе ещё придётся немного потерпеть, но колотить я уже не буду.

Я лежал на скамейке и прислушивался к своим ощущениям. Боль прошла, было удивительно легко и спокойно, казалось, что лёгкие увеличились в размерах и теперь я с удовольствием дышу полной грудью.

— Когда встанешь, то почувствуешь себя другим человеком, — угадывая мои ощущения, сказал ведун. — А теперь возьмись-ка руками за скамейку.

Когда я вцепился в край лавки, старик, подняв мои ноги стал сворачивать меня в натуральное колесо. Позвоночник снова охватила боль, казалось, что он вот-вот треснет и я рассыплюсь на запчасти! Но старый всё выше и выше поднимал мои ноги и остановился только тогда, когда увидел, что я нахожусь почти в бессознательном состоянии. У меня стали разжиматься руки и я чуть было не полетел со скамейки.

— Всё, процедура закончена! — сказал лекарь, отпуская меня. — Теперь лежи, отдыхай и помни: месяц не поднимай ничего тяжёлого и не вздумай упасть, иначе позвонки могут снова начать свою «пляску»… Понял?

Я сказал, что хорошо его понял и седоголовый, усевшись со мною рядом, стал рассказывать:

— Из-за позвонков у тебя началась проблема с почками и половой системой. На счёт почек для тебя не новость, ты их давно лечишь травами… Так я говорю?

Я грустно кивнул. То, что дед знает всё, меня уже не удивляло.

— Но удар по почкам всего лишь рикошет. Основной целью была половая система…

— Да я вроде бы себя чувствую нормально — пока не импотент, — улыбнулся я.

— Просто тот, кто нанес удар, не знает твоего потенциала и почки твои устояли, и нервная система, и сердце, и система половая только благодаря ему. Другой бы человек на твоём месте давно бы стал рухлядью… — Старик замолчал и задумался. С «гостем» я разберусь сегодня же. Он оставит тебя навсегда, но плохо станет твоей матери, борясь с тобою, она взвалила на себя непосильный груз…

— В том то и дело, что я с ней не борюсь. Мне вообще от неё ничего не надо кроме любви и внимания.

— И ещё понимания, — добавил ведун. — Как раз с последним у неё и загвоздка. Твои земные родители и отец, и мать — обычные люди. У них, как и у большинства современного населения, сознание крайне материализовано, ты в их семье родился «гадким утёнком», они рады бы тебя понять, но не могут. Для них деньги, вещи и получение материальных благ — цель жизни. Для тебя материальное — всего лишь средство — не более. Непонимание же всегда вызывает ненависть. Вот и получилось, что со временем материнская и отцовская любовь заменилась на неё окаянную… Я думаю в этом деле и ты помог.

— Как это? — изумился я.

— Скажи мне честно, — спросил меня дед. — Ты их пытался воспитыватъ?

— Пытался, — признался я. — Пытался объяснить, что и тряпки, и ненужные вещи могут превратить жизнь человека в Ад, что со временем, он этот материализованный человек, становится рабом своих вещей и уже не он ими пользуется, а они им. То же самое, что и завсклада, ведь вещи требуют уход… Дома же у нас склад и ещё какой!

— Всё, хватит! — прервал меня ведун. — Я понял. Ты им показал ещё и своё духовное превосходство, они же не дураки. Они тебя поняли, но принять твою концепцию, значит потерять свою. Ту, которая им была с детства вбита в сознание. К тому же принять от своего дитя! Это уже нонсенс. У людей похожих на твоих родичей, дети всегда должны слушаться взрослых. Они, их дети, всегда люди второго сорта. Будь они даже крупными учёными или министрами, таков закон домостроя: «Я тебя породил, я тебя и убью». Помнишь?

Я вздрогнул.

— Трагедия подобных граждан в том, что они отождествляют человека с его телом. Для них человек — это материализованное создание — набор плоти и крови… психика его ими не учитывается. С их точки зрения, если они произвели на свет тело человека, то они и являются недлинными его родителями. На правах крови Своего рода по отношению к ребёнку эдакие божки… и им в голову не приходит, что тело и сам человек разные вещи. Они, или земные родители, производят на свет тело. Сознание же в материальное вкладывает Создатель. Причём. отдаёт часть и своего сознания. Вот почему на Руси до сих пор бытует поговорка: «Устами младенца глаголет истина»… Другими словами, посредством младенца иногда говорит Сам Создатель. Это ещё и потому, что у ребёнка сознание чище оно не замутнёно напластованиями жизненного негативного опыта.

— Хорошо, — выслушав старика сказал я. — Но ведь бывает и так, что у очень хороших родителей: и честных, и добрых, и любящих, и не зараженных вещизмом, вырастают дети, по которым плачет тюрьма…

— Верно, — остановил меня жестом ведун. — Такое тоже часто бывает. И виноваты в такой беде тоже родители. Тут много факторов. Об одном ты уже слышал. Это закон телегонии, если женщина хочет, чтобы у неё дети были от любимого человека, такие же высокодуховные и красивые как отец, она должна быть целомудренной. Думать надо, прежде всего, о будущих детях, а не о половых удовольствиях… И второй фактор, он касается не только мужчин, но и женщин: выбирать спутника жизни следует, как раньше говорили, «по родове». Если проще — учитывая наследственность. О нём сейчас забыли. Любовь любовью, но если есть риск заполучить дегенеративное потомство, то такая любовь уже не созидатель, а разрушитель. Тут либо вообще детей не рожать, либо сделать «вызов».

— Что ещё за такое? — спросил я, с удивлением.

— Обращение к Создателю, или как говорили в древности, к Роду небесному. Обращение с требованием заполучить родственную душу…

— Разве такое возможно? — изумился я.

— А почему нет? Просто надо знать некоторые правила В древности, чтобы обратиться к Создателю не требовалось практически ничего. Это сейчас чтобы «поговорить», как ты говоришь, с Амоном, надо идти в церковь к его служителям попам. Раньше же до победы христианства каждый человек на Руси, да и в Европе тоже, знал, что он в нём самом. И можно обратиться к нему, где угодно, было бы желание пообщаться, поэтому сделать вызов совсем несложно. Через вызов приходили в проявленный мир особые или «заказные дети». С такими детьми у нормальных родителей проблем не было, они возникали тогда, когда родичи духовно дегенерировали, предавали основной закон жизни. И тогда дети от Бога, став на пути их духовного падения, превращались в сознании близких в ненавистных детей — отщепенцев. Нечто подобное произошло и с тобой. Только вызов твои отец и мать не делали. Ты их выбрал сам, но жизнь и того, и другого вскоре сломила. Ты ведь наверняка помнишь время, когда твои родные были прекрасными людьми. Не привязанными к вещам, не жадными, добрыми, стремящимися к знанию?

— Помню, — признался я. — Так оно и было, но давно… У меня вопрос, — подумав сказал я.

— Давай, — кивнул, улыбаясь, ведун.

— Вот ты упомянул какой-то основной закон жизни. Я о нём ничего не знаю. Расскажи, если можешь.

— Да знаешь ты его! — усмехнулся старый. — Сам по нему живёшь. Это закон материальной достаточности: ничего лишнего — всё необходимое, только то, что позволяет без проблем развивать в себе духовное… Все просто, — добавил старик, — когда не человек обслуживает вещи, а когда они ему служат. Понял теперь?

Я улыбнулся. Всё сказанное дедом было настолько точным и правильным, что комментариев не потребовалось.

— Меня настораживает вот что, — немного подумав, сказал старый. — Как так случилось, что твоя мать оказалась вовлечена в то, что ей по природе противопоказано. Нашёлся же доброжелатель, который надоумил её пройти все три посвящения? Не одно и не два, а — три!

— А какая разница, одно посвящение, два или три, да и откуда тебе всё это известно? — спросил я «знахаря».

— Вижу по характеру следов воздействия на твоё здоровье, — почти нараспев сказал старик. — Не будь у тебя мощного резерва, сыграл бы ты в ящик, парень. Удар, который обрушился на тебя, истинная мать нанести никогда бы не смогла, однако он прошёл через неё… Ответ здесь может быть только один: твоя мама давным-давно управляема. Кем спросишь ты? Да той силой, которая пришла к ней через посвящения! Очень часто эгоистичные, глупые, уверенные в себе люди, не понимают, что с полевыми структурами шутки плохи, они думают, что любые, потусторонние силы им подчинятся. Как бы ни так?! Очень часто всё происходит наоборот. Особенно тогда, когда посвящение полное, а сил справиться с потусторонним «подарком» нет. Вот и получается, что человек становится земным проводником того, кем он собирался управлять… У меня такое ощущение, что и духовный oбвал произошёл у твоих родных не случайно. С «вратами» в проявленное ты ошибиться не мог. Здесь что-то другое? — Ведун на мгновение ушёл в себя, а потом спросил:

— Твой выход был вычислен очень скоро… Скажи, тебя похитить пытались?

— В детстве два раза, потом всё прекратилось, — ответил я.

— Так оно и должно было быть, — поднялся со своего места дед. — Не вышло с тобою, взялись за родителей, и через несколько лет их ценности на глазах у тебя, поменялись на противоположные… Естественно ты начал бунтовать, тогда для твоего укрощения и было применено оккультное оружие, но это внешняя сторона Если же посмотреть изнутри, то твои отец и мать просто-напросто проводники чьей-то злой воли. Ты не знаешь, какая причина заставила твою мать заняться магией?

— Догадываюсь, что боязнь потерять отца. Сначала их жизнь никак не клеилась, они часто ругались и отец от неё ушёл.

— Всё понятно, — вздохнул седоголовый. — Вместо того, чтобы изменить себя, твоя мама решила прибегнуть к прямому психическому воздействию…

— С отцом у неё получилось, вот она и решила, что со мною у неё тоже получится, — вставил я.

— Она ничего не решала, решили за неё. Она, твоя мать, всего лишь проводник чужой воли, я тебе это уже сказывал. — Посмотрел на меня «знахарь». — Картина более менее прояснилась, пойдём лечиться дальше. — Войдя в комнату, старик посадил меня напротив себя, взяв в свои ладони мои руки и велел, расслабившись, закрыть глаза. — Сейчас я объединю наши силовые коконы, — сказал ведун, — потом найду «гостя». Ту деструктивную полевую структуру, которая внедрена в твоё поле.

— А дальше что? — спросил я.

— Там посмотрим: либо «она» добровольно тебя покинет, либо я её сожгу своим ментальным огнём, — ответил на мой вопрос «знахарь».

Вдруг в моих ушах зазвенело и мне показалось, что я куда-то лечу, потом стало тошнить и возникло ощущение нехватки воздуха…

— Всё, — сказал ведун, — штука оказалась незатейливой… Иди и ложись в постель. После стольких экзекуций нужен хороший отдых…

Пошатываясь, я поднялся со стула, ноги мои не слушались, но я доковылял до своей комнаты, и мешком рухнул на кровать.