Загрузка...



Глава 31

ДЯДЯ ЁША

До Сургута пришлось телепать не больше недели. В Ханты-Мансийск, как и в прошлый раз, я приехал на лодке. На ней же из-за собак, которых без справок о регистрации и о прививках в «метеор» взять отказались, мне пришлось добираться до самого дома. Повезло, что по дороге меня взял под борт идущий на Сургут РТ, иначе мой обратный путь мог оказаться еще труднее. Первое время от дурных мыслей меня отвлекала работа. Сначала надо было соорудить во дворе дома для собак вольеру, потом сделать для них уютные конуры, перевезти с Оби к себе во двор старикову «амурку» и написать всем письма. Но несмотря на суету, Конда из памяти не уходила: развалины сгоревшего дома, бесхозная пасека и грустные глаза прощавшегося со мною Сергея Борисовича. Участковый понимал, что прощается со мной навсегда. Обняв меня, он тихо сказал:

— Твой путь такой же, как у него, вы чем-то с ним похожи, поэтому береги себя, Юра.

— «Бережёного бог бережёт», — пожал я руку другу участковому.

Прошел месяц, второй… Поздней осенью я, заключив договор в Сургутском КЗПХ, уехал с дедовскими лайками на большой Юган на охоту. Мне не хочется описывать, что я видел и что добыл, тем более, к теме книги это и не относится. Одно хочется сказать, лучше моих черно-белых с масками, в те времена в Сургутском районе лаек не было. Собаки могли всё, даже в глубокий снег и трескучий мороз, тогда, когда другие собаки, даже кровные хантейские аборигенные ланки полностью отказывались от работы. В том году свой отпуск я провел в тайге, но охотился я не ради наживы и не ради удовольствия, как многие. Мне хотелось увидеть в деле древнейшую сибирскую породу лаек, собак наших далеких предков — русов-бореалов. И надо сказать, охотничьи качества черно-белых оказались выше всех моих ожиданий. Когда после отпуска я приехал к себе домой, то сразу понял, что в квартире был обыск. Кто-то что-то искал? Но что? Никакой запретной литературы у меня не было… Что же тогда искали? — думал я — Какой-либо компромат? Или что-то другое. И тут я вспомнил: а не письмо ли старого, которое я по совету знахаря оставил у своего надежного друга в Томске? С этой мыслью я тут же поехал на Главпочтамт и с автомата позвонил тому человеку. Выслушав меня, он тут же ответил, что у него пару недель назад в квартире тоже был обыск. Что-то искали… На мой вопрос, сохранил ли он мой конверт или нет. старый надежный друг сказал, что его подруга, не разобравшись, нечаянно сожгла его вместе с мусором в печи на даче. От услышанного из руки чуть не выпала телефонная трубка!

— Как ты мог! — захотелось крикнуть старому и надежному.— Я же тебя просил!? — но на той стороне провода, поняв, что со мною происходит, знакомый голос сказал:

— Слышишь меня? Не сердись, всякое бывает. Ты лучше приезжай, я тебе тут книг хороших припас. Да и отец-покойничек кое-что для тебя оставил…

— Ладно, приеду! — бросил я трубку. — Спасибо! Книги мне, конечно, нужны, но конверт был куда нужнее.

Прошло не менее полугода, прежде чем я оказался в Томске. Как всегда, сразу же из аэропорта я направился к тому, с кем разговаривал по телефону и кому оставил конверт старого. На душе было неуютно. — Подвел-таки! Я же тебя просил, мать твою! Неужели нельзя было спрятать конверт как следует? С такими мыслями я нажал кнопку двери в квартиру. За дверью раздались шаги. Она сразу же открылась, и на её пороге я увидел улыбающееся лицо хозяина квартиры. — Чему ты так радуешься — шевельнулось в сознании — Ты же меня подвел… Но, переступив порог, я опешил: мой друг молча приложил указательный палец к губам, протянул мне поднос, на котором лежал… конверт старого! Осторожно поставив поднос на рядом стоящий холодильник, я обнял своего друга!

— Молодец! — прошептал я ему на ухо. — Если бы ты знал, какой ты молодец!

— Я это знаю, — красноречиво ответила мне его улыбка.

Когда я вскрыл конверт, то удивился. В нем, кроме адресов, ничего не было: только одни адреса и больше ничего! Невольно я занялся их изучением. Меня удивило то, что две трети адресов уводили в Заполярье, несколько адресов на юг, и только два из них были московскими. Некоторые адреса старый подчеркнул — значит, они важнее других. Следовательно, мне надо начинать, в первую очередь, с них, рассуждал я. Теперь мне стало понятно, почему эмиссарам С.Т. так был нужен конверт хранителя…

Но как они о нем узнали? Вот вопрос? Ведун был прав. — Как он мне сказал? — Отдай на хранение надежному другу, лучше тому, который подальше… — Скорее всего, они действовали по предположению… Наверняка, о конверте ребята из когорты С.Т. ничего не знали… И для них он сгорел! Это неплохо! — подумал я. Теперь я уже знал, что делать. Впереди дорога не на один год! Что ж, пусть будет дорога, лишь бы она вела меня к истине!

В ту осень мой путь лежал на Кольский полуостров в старинный поморский русский городок Колу. Когда я вышел из вагона поезда, уже смеркалось. Накрапывал мелкий дождь. Было сыро и неприветливо. Подойдя к первому попавшему мне такси, я назвал адрес и уже через десять минут оказался у подъезда нужного мне дома. Это был двухэтажный брусовой послевоенной постройки дом с распахнутыми настежь дверями обоих своих подъездов. Я вошел в один из них и, найдя номер нужной мне квартиры, с замирающим сердцем нажал кнопку звонка, через несколько секунд за дверью раздался звук шаркающих шагов, скрипнул засов, и дверь открылась. Когда я взглянул на того, кто мне её открыл, то захотелось сразу же «дать дёру». Наверное, я ошибся адресом, — подумал я, — или старый что-то напутал? На меня, поверх толстенных очков, смотрел глазами-сливами закутанный в длинный байковый домашний халат лысеющий старый матёрый еврей! Большой крючковатый нос, смуглая кожа, седые курчавые волосы…

— Наверное, я не туда попал, извините, — начал было я свое отступление.

— Как не туда, юноша? Как раз туда, — улыбнулся своими золотыми зубами хозяин…

Меня ни с кем никто никогда не путал. Голос у еврея был низкий и приятный.

— А вы давно живете по этому адресу? — задал я пугающий меня вопрос.

— Эдак лет тридцать, а то и поболее, — улыбнулся «матерый». — А вы проходите, юноша, не стесняйтесь. Считайте, что вы у себя дома — посторонился евреище. Но я проходить не торопился. Вид хозяина квартиры с его черными пристальными влажными глазами н золотым оскалом зубов к беседе явно не располагал. Все-таки дед что-то напутал — вертелось в голове — Надо как-то делать ноги. Но как? Матерый со своей сладкой гостеприимной улыбкой явно был склонен к общению.

— Вы меня извините, но мне пора… — открыл, было, я рот.

— Интересно, куда вы от меня собрались, Юрий-Георгий-Гор? Неужели, успели в Коле обзавестись зазнобой? — Хитро прищурившись, спросил меня евреище. От его слов я не сразу же пришел в себя. — Откуда он меня знает? К тому же Гором называл меня только ведун. Я с интересом посмотрел на странного хозяина квартиры. Что-то в нем было не так. — Неплохо было бы разобраться — мелькнуло в сознании.

— Проходите, проходите, не стесняйтесь, старик мне о вас писал, и я давно вас поджидаю, — снова стал приглашать меня войти матерый. Услышав слово «старик», я даже обрадовался. — Значит все-таки по адресу — мелькнуло в голове. — Все хорошо, я на месте. Когда мы вошли и дверь, наконец, закрылась, странный еврей, улыбаясь сказал:

— Вы с дороги, Гера! Можно я вас так буду звать? — посмотрел он на меня. — Поэтому я вас сейчас накормлю и уложу спать. Говорить будем завтра.

Он провел меня на кухню и стал тут же накрывать на стол.

— Меня все зовут здесь дядей Ёшей. И вы можете меня так звать, я не обижусь. Сокращенное, от Иосиф. Фамилия моя Солганик, от слова лгать. Как вы её находите?

Я аж поперхнулся.

— Вот вы и не знаете, что сказать… А вы говорите, не стесняйтесь. Говорите всё, что думаете. Я же вам сказал, что вы у себя дома. В гостях у дяди Ёши…

Дядя Ёша быстро накрыл на стол, налил мне чай и, усевшись напротив. осклабился.

— Что? Стало не по себе, когда увидели, к кому приехали? Вот она реакция нормального русского человека на еврея! Ничего, кроме чувства отвращения. А кто виноват? Иудеи считают, что всему виною вы «гои-акумы»! Не обижайтесь, я просто их цитирую… На самом же деле во всем, что происходит, виноваты те, кто вас так называет. И по возможности обирает до нитки…

То, о чем говорил этот пожилой толстый еврей (я, наконец, его рассмотрел), в моей голове никак не укладывалось. Он ругал иудеев. Значит, он сам не иудей? Тогда кто?

— Вы, наверное, удивляетесь, Гера, что я ворчу на своих? Для меня иудеи не свои, они мне чужие, как и вам.

— Но ведь вы, как я понял, тоже еврей?! — не удивился я.

— Ну и что? Я еврей по крови, но не по религии и тем более убеждениям. Знаете, Гера, когда я тридцать лет назад впервые появился в Коле, на меня многие смотрели здесь косо. Всё чего-то ждали: Еврей переехал на Север — это неспроста, что-то он затевает! Некоторые прямо говорили: «Жидовская твоя морда!» Но я не обижался. А на что обижаться? Я как образованный человек отлично понимал, что у людей реакция на социальную болезнь, которая называется мировое еврейство… Вполне нормальная. Это всего лишь следствие, но не причина. Прошло всего 6 лет, и все вокруг меня успокоилось. Мне стали улыбаться, стали кое-что доверять. На самое главное в другом — мне стали верить! И никто, понимаешь, никто ни разу не назвал меня жидом. За мною закрепилась кличка русский еврей. А потом, чтобы не было ложки дегтя в бочке мёда, «мое — еврей» забылось. Все просто хотите, чтобы окружающие народы вас евреев любили, любите и вы их, милые. Но если, господа талмудисты, вы всех и вся ненавидите, то что же вы хотите? Причина всегда порождает следствие…

Слушая рассуждения дяди Ёши, я стал понимать, что передо мною еврей совершенно иной культуры. Совсем не иудейской. Но тогда какой? Может, он просто воинствующий атеист или чего доброго мусульманин? Я где-то слыхал, что часть евреев у нас в Средней Азии приняла ислам…

— Не стесняйтесь, Гера, — хлопотал над столом гостеприимный хозяин. — Сейчас свеженького чайку с чебрецом и с мацой. У меня она еще осталась. Как знал, что вы скоро появитесь. Вы когда-нибудь пробовали нашу настоящую еврейскую мацу?

— Я вообще никакую не пробовал, — хотелось добавить — И пробовать не желаю! — Но из уважения к Ёше промолчал.

— Это тот же хлеб из высокосортной муки и очень тонкий. — Говорил с неподдельной улыбкой дядя Ёша, раскладывая на столе какие-то тонкие былые лепешки. Старик любит мою выпечку. Я всегда к его приезду её готовил…

Слово «любит» меня удивило. Неужели дядя Ёша не знает о случившемся? — подумал я.

— До вас, наверное, еще не дошло. Нашего старика год назад убили…

— То, что произошло, я знаю. Гера, но я хорошо разбираюсь в таких людях, как он и моё еврейское правило — верить только своим глазам, естественно, и ушам тоже. Как тебе, кстати, моя маца с чебрецом?

— Она превосходная! — отозвался я. — Старик не зря её любил…

— Ну вот, я вам, тоже вижу, угодил — потирая свои маленькие холеные ручки, улыбнулся хозяин. — А теперь спать, с дороги надо отдохнуть, Гера. Вот вам комната, расстилайте кровать и ложитесь.

На душе было легко и спокойно. Дядя Ёша был, безусловно, тот человек, к которому и посылал старый, и еще мне понравилось то, что он не поверил в смерть «знахаря». Мы все поверили, а он нет. Надо же! — восхитился я матерым евреем. Может, действительно, хранитель уцелел и он это знает… Если бы это было так! — подумал я, засыпая. Когда я проснулся, было уже совсем светло. Дяди Ёши в квартире не было. На кухне я нашел для себя записку, в которой он написал, чтобы я его не дожидался, завтракал без него и изучал собранную им библиотеку. Наскоро перехватив, я занялся книгами. Художественной литературы у дяди Ёши было немного. В основном, это была классика: Шекспир, Толстой, Некрасов, Лермонтов, Гете и т.д. Зато было много книг по истории, этнографии и антропологии, особенно по антропологии. На полке стояли труды Дебеца, Алексеева, Герасимова и других неизвестных мне антропологов. Я машинально взял с полки «У колыбели истории» Алексеева и, открыв её, погрузился в чтение. Книга меня сразу же захватила, поэтому я не слышал, как скрипнула дверь и как в квартире с покупками появился дядя Ёша.

— Вы, я вижу, зря время не теряете, Гера, — услышал я его радостный голос. Вы завтракали? Вижу — молодцом! Мы сейчас ещё с вами чайку «вмажем»! Обновки по русскому обычаю следует обмывать.

— Вы что-то приобрели? — спросил я его, вставая.

— Не себе, у меня всё есть — вам…

— Как мне? — удивился я — Зачем?

— Затем, что скоро мы поедем с вами к пирамидам. Вернее, к тому, что от них осталось. Они намного древнее египетских и мексиканских. Вы их скоро увидите.

От услышанного я опешил. Неужели всё, что говорит этот человек, правда? И я смогу прикоснуться к одной из тайн Орианского севера — шевельнулось в сознании А между тем, дядя Ёша вытащил из своей безразмерной авоськи новые резиновые сапоги, толстый с начесом спортивный костюм и военный плащ.

— Плащ я забрал у одного своего знакомого, придется его отдать, а костюм и сапоги ваши. Давайте примерим — предложил он с воодушевлением.

— Не знаю, что и сказать — развел я руками…

Костюм оказался как раз, сапоги, правда, получились на размер больше, но это в условиях осенней тундры для меня являлось только плюсом. Можно было надеть толстые шерстяные носки или портянки.

— Все это, Гера, вам от меня маленький подарок, ради нашей встречи — рассматривая мою обновку, радовался дядя Ёша. — Всё. Пойдем обмывать. Без этого никак!

По всему было видно, что еврей своей покупкой был очень доволен.

— Мне хочется показать вам Кольские пирамиды, развалины допотопного храма на берегу Колы и руины на Сейд озере. Меня об этом просил наш общий знакомый, поэтому пока стоит хорошая погода, мы должны успеть — сказал дядя Ёша, наполняя пиалу медом. Сколько же в этом дяде Ёше энергии? — подумал я невольно. Он прямо её излучает! И лет ему немало. Он уже пожилой.

— У меня есть один к вам вопрос — начал я издалека. — Если вас считают русским евреем, то прошу вас, обращайтесь ко мне по-русски на «ты». Когда я слышу в свою сторону «вы», мне становится плохо. Во-первых, я ещё молодой.

— И, во-вторых — «Ва-вы» означает на праязыке тёмную сторону жизни. — засмеялся Ёша. — Прости, Георгий-Гор, я по инерции… Надеюсь тебя не обидел? Если так, то и ты меня зови только на «ты» — Как бога. Договорились?

Теперь засмеялся я.

— Слава «Элу», мы друг друга поняли, — перебил меня дядя Ёша.

— Ты назвал имя древнесемитского бога? — спросил я его.

— И израильского, — посмотрел мне в глаза хозяин. — «Эл» то же самое, что и египетский «Ра» или русский «Род». Не удивляйся.

— Я и не удивляюсь. Начинаю привыкать!

— Вот и хорошо! — улыбнулся дядя Ёша. — Ты должен знать, что десять колен израилевых после смерти Соломона изменили Яхве и вернулись к своим духовным корням. К тому ведическому прошлому откуда евреев перетянули в другой эгрегор их мерзопакостные хозяева. Кто такие, думаю ты знаешь.

Я утвердительно кивнул.

— После реформы древний «Эл» снова стал их богом. Я его и припомнил. Вообще-то, еврейский народ, начиная со своего появления и кончая нашим временем, является полем боя двух

могущественных сил. — Продолжил свой рассказ дядя Ёша. — Двух влиятельных жреческих кланов. В далёком прошлом с евреями успешно сотрудничали жрецы Анну или Гелиополя. То было ещё в Египте. Потом власть над евреями перехватили их соперники и идеологические противники жрецы Амона. О событиях в Синайской пустыне ты, наверняка, знаешь…

— Старый мне рассказал.

— Значит я об этом говорить не буду. Потом маятник пошёл назад: после смерти Шоломо или царя Соломона, по-арабски Сулеймана, в эпоху смуты и кризиса духовной власти, снова удар нанесли жрецы Гелиополя. В результате чего десять колен израилевых вернулись к своей древней религии. Вот так на протяжении столетий.

— А сейчас что происходит? — поинтересовался я.

— Пока верх одерживают тёмные силы — с грустью в голосе констатировал Ёша.

— Может, потому, что от жрецов Гелиополя осталась только память, а жрецы Амона здравствуют? — высказал я своё предположение.

— Это не так. Служители Солнца и света никуда не делись. И они скажут своё слово. И потом, почему ты решил, что светлое жречество должно быть обязательно египетским? Оно может быть каким угодно. Всё началось в Египте, это так… Но только началось… Понимаешь, Гера, на Земле, помимо сил, вполне объяснимых и понятных, присутствует тайная, неведомая сила. Она несравненно могущественнее всех остальных. И исходит она не от людей…

— Кое-что мне об этой силе старый рассказывал, — прервал я монолог дяди Ёши.

— А говорил тебе ведун, что она, эта самая сила, всегда принимает сторону тёмного жречества?

— Не просто принимает, она его и создала, — уточнил я.

— Да, она его создала. И теперь мы имеем дело с тройственным союзом: С одной стороны, с теми, кто с незапамятных времён Землёй владеет, с другой — с их союзниками — тёмным жречеством погибшей Атлантиды и их производным жрецами Амона… — закончил дядя Ёша. — Схематично, хранитель, всё, о чём ты сейчас мне поведал, рассказывал; расстановка сил, прямо скажем, не в пользу светлых.

— Но таковы сегодняшние реалии, — вздохнул хозяин. — И с ними надобно считаться…

Я посмотрел на хозяина квартиры. «Матёрый евреище» сидел грустный и задумчивый.

— Дядя Ёша, — спросил я его. — Скажи мне, как так случилось, что ты отошёл от своего народа?

— С чего ты взял, что я предал своих кровных братьев? — спросил он меня, в свою очередь. — Ну как? Ты вроде бы не иудей?

— Не нудей, но разве это дело меняет? Я же всё равно еврей. И мацу ем, ты сам видел, и еврейские песни пою… Хочешь, я тебе что-нибудь спою на еврейском?

— Тогда я тебя не понимаю, — признался я.

— А тут и понимать-то нечего. Жрецы Гелиополя сто пятьдесят лет поднимали еврейский народ до духовного уровня тружеников земледельцев и строителей. Для чего они это делали? Да для того, чтобы евреи со временем стали учителями всех примитивных, образовавшихся от смешения архантропов и нормальных людей рас… Не бросать же своих собратьев на вырождение? Тем более, их далёкие предки тоже были людьми космического прошлого. Но что наделали эти ублюдки из фиванского храма? Чтобы увести евреев из Египта, была организована в Средиземноморье целая региональная катастрофа!

— Ты имеешь в виду взрыв Санторина-Стронгнле? — спросил я Ёшу.

— Именно!

— Неужели такое мероприятие было организовано оккультно? — Опять залез я с вопросом.

— Зачем оккультно, всё намного проще и прозаичнее. Где на Земле обитает третья негуманоидная сила, о которой мы только что говорили? В пустотах под материками и океанами. Там и тепло и вдоволь энергии… Но чтобы туда попасть, нужны механизмы для прохождения горных пород. И вообще, без такой техники жить в подземном мире невозможно. Вот и подумай, что можно сделать, располагая технологией быстрой проходки с вулканом на одиноком острове?

— Надо всего лишь пробурить к его ядру подземный туннель. Вернее, подводный.

— И тогда остров взлетит на воздух…

— Старик в общих чертах о гибели Ферры мне рассказывал. И обо всём, что со взрывом острова было связано…

— Имеешь в виду «казни египетские»? — Да, казни, — кивнул я.

— А о том, что с евреями натворили в Синайской пустыне?

— Об этом он мне тоже говорил.

— Но он тебе, наверняка, не рассказывал, что после синайских событий евреи оказались между молотом и наковальней.

— Как это? — не понял я.

— Сейчас объясню, — посмотрел на меня своими грустными глазами-сливами дядя Ёша.

— В Синайской пустыне евреи приняли иудаизм. Что это за религия ты знаешь, религия ненависти к другим племенам и расам. Отсюда и лютая неприязнь у народов земли к евреям. Причина породила следствие. Так?

— Пусть будет так, — согласился я. — Чем это для евреев может в конечном счёте обернуться понимаешь?

Я пожал плечами.

— Полным поголовным истреблением на Земле всего этого проклятого племени. Тут либо евреи, используя финансовую удавку, превратят вас гоев в животных, либо вы, выработав в себе адаптацию к их глобальному финансовому ростовщическому диктату, всем, даже евреям сапожникам и портным, оторвёте головы. Для вас давным-давно ясно, если еврей, то он обязательно враг! И преимущество в отношении гои — евреи на вашей стороне. Без евреев вы проживёте. Не просто проживёте, а будете жить великолепно! Конечно, с условием, если среди вас такие же, как мы, не появятся… А вот евреи без гоев не проживут. Чтобы паразитировать, нужен хозяин. Тот, которого можно обсасывать и отравлять своими ядами. Как у аскарид или других им подобным… Вымрут гои, кто будет брать кредиты? Троцкий был бы рад вырезать всех вас русских. Он и занялся этим. Но ему не дали. И помешали не кто-нибудь, а свои… А теперь представь, что на Земле прошла Глобализация. Еврейские банковские ростовщические круги получили и экономическую и политическую власть! Уничтожат они население планеты? Частично да. В основном, вас русских и ваших родственников в Европе и Америке. Чтобы не умничали… Но остальное население Земли выживет, потому что паразитам нужен питающий их хозяин. Лучше всего предельно тупой и неграмотный, но с материализованными до ручки мозгами. Чтобы брал кредиты и всю жизнь жил в долг… Но ведь евреи живут на Земле не сами по себе. У них есть хозяева. И хозяева могущественные. Иудеи, как ты только что сказал, ими и созданы. И неужели, они, эти хозяева, потерпят, что их подопечные, захватив для них — на планете власть, сами станут ею пользоваться? Мало этого, в их интересах будет сохранена на Земле часть человечества… Это уже непорядок… Тем более, евреи всегда пассионарны, они по своей природе склоны к заговорам, бунтарству и стремлению к власти. Подумай сам, зачем такая головная боль, когда власть захвачена, их хозяевам. Короче — «Мавр сделал своё дело — Мавр может уйти»… Беда в том, что мои соплеменники иудеи никак не могут понять того, что они все под «колпаком». Что ими, начиная с банкиров и кончая одесскими подметалами, всеми управляют… Что посредством Средневековых костров, виселиц и современных нацистских расстрелов из среды евреев убираются ненужные элементы. Проводится своего рода селекция…

— Не понимаю, почему до евреев никак не доходит очевидное. И козе понятно, что еврейством кто-то управляет, — прервал я рассказчика.

— Это нам с тобою понятно, — с болью в голосе проворчал дядя Ёша. — Они же, имею в виду иудеев, все живут в ирреальном иллюзорном мире. Для того и была написана Тора, чтобы ей безоговорочно верили. Неужели ты не понимаешь, что Тора — Библия самое мощное на Земле психотронное оружие? А что там написано? Возьми, почитай — показал он в направлении своей библиотеки. — Что вся собственность гоев принадлежит евреям, потому что евреи избранный богом народ. И никому в голову не приходит разобраться, что это за бог такой, который любит только одних на Земле евреев? А что другие племена и нации хуже? Игра идёт на самых низменных, я бы сказал, на не человеческих. а обезьяньих рефлексах, на жадности, эгоизме, лени и зависти… Теперь ты понял — побеждаете вы — евреям конец. Вы их уничтожите. На самом деле, сколько можно терпеть рядом с собой такую беду? Побеждают они: проходит глобализация, везде на местах и высших кругах власть начинает концентрироваться в руках у иудеев. И что же? В один прекрасный момент у всех у них, начиная с Ротшильдов, Куиов, Леви, Опенгейнеров и им подобных и кончая, как я уже говорил, одесскими дворниками, слетят с плеч головы. Дело сделано — вы, господа, больше теперь не нужны… Но «гои», как ты понимаешь, выживут только в одном случае — если они победят. Тёмным хозяевам мирового еврейства человечество не нужно. Оно не нужно им даже в качестве донора — поставщика различного рода материальных благ. К материальному они, эти «хозяева», не привязаны. Нетрудно догадаться. что современное человечество пойдёт по той же тропе к своей гибели, что и мёртвые ныне цивилизации предшественников. Оно уже сейчас представляет собою стадо. Посмотри на тех же американцев или европейцев — ничего, кроме материальных благ, у них в голове нет. Такими управлять проще простого. А что у нас происходит? Думаешь, что-то Черненко изменит? Его уберут так же, как и Андропова. Он тем, кто сейчас рвётся к власти, не нужен.

— А кто убьёт-то? — поинтересовался я.

— Естественно, господа из КГБ. Кто же ещё? У Теневого еврейского правительства спецслужбы всегда куплены. Это уже аксиома, Гера. И надо её знать. Всё, что сейчас делается в СССР, идёт с подачи спецслужб… Теперь ты понимаешь позицию таких евреев, как я? — посмотрел на меня дядя Ёша.

— Кажется, да. Вы хотите спасти свой народ.

— Да, спасти свой несчастный обманутый народ! Повысил голос учитель истории. — Но его можно спасти только в одном случае, а не помогать вам гоям, а не говорящему заносчивому и тупому как русский валенок инструменту, усилиями которого и проводится глобализация… Арии по своей природе всегда были благородны, и вы, их потомки, мало чем от них отличаетесь. Поэтому с вами договориться можно. Своих союзников, даже евреев, вы не тронете…

— Таких, как ты дядя Ёша, грех трогать. Ты не иудей, скорее атеист или что-то в этом роде.

— Никакой я не атеист. Гера, а прямой потомок тех евреев, которые сохранили в себе гелиопольскую традицию…

— Вот те раз! Жрецов нет, а традиция жива? — удивился я.

— С чего ты взял, что жречество древнего Египта выродилось?

— Да что-то о нём не слыхать.

— А разве о русских ведических жрецах ты что-нибудь слышал?

— Признаться, нет, — согласился я.

— Однако волхва на своём жизненном пути ты встретил… Египетские жрецы оккультного центра Анну или Гелиополя ещё со времён Александра Македонского ушли в подполье. Сейчас они всего лишь хранители древнего знания… Но и этого достаточно, чтобы глобалисты и их потерявшие разум хозяева жрецов Ра побаивались. С иудеями вообще дело дрянь, — продолжил своё повествование дядя Ёша. — Вот ты меня спрашиваешь, почему иудеи никак не поймут, что являются кому-то инструментом для захвата власти. — Своего рода туалетной бумагой…

— После использования которой она полетит в унитаз, — добавил я.

— Да, да в унитаз, — согласился дядя Ёша. Так вот я тебе на этот вопрос сейчас отвечу. Дело всё в Талмуде, Гера. Талмуд утверждает, что гои нелюди, что они хуже собак. Их можно грабить, убивать и обманывать, обрати внимание на последнее слово. Грабить с ножом у горла — не разумно, убивать — тем более. Но можно безнаказанно гоям акумам лгать. Ложь превратить в главное оружие против ненавистных Яхве этносов… Так иудеи и поступили. Их война со всем миром ведётся посредством изощрённой лжи. Ты когда-нибудь слушал радио «Свобода»?

— Слушал и не раз, — качнул я головой.

— А ты знаешь, что на этом радио работают, в основном, одни евреи? Запад всегда там. где нужна позарез ложь, привлекает евреев. Они лучшие в мире врали.

— Ну и что? — никак не мог я понять, куда клонит дядя Ёша.

— А то, что, по данным психиатрии, ложь в конце концов превращает постоянно лгущего в психопата. Григорий Климов, ссылаясь на Ламбразо, пишет, что среди евреев в процентном отношении в шесть раз больше умалишенных чем среди гоев. Он добавляет, что если в штанах что-то не так, то и в голове тоже самое. Но всё наоборот — если «крышу сорвало», то и там в штанах не жди хорошего. Вот тебе и ответ, почему евреям невдомёк, что их просто-напросто используют… К евреям силами разрушения, если точнее их хозяевами, применена одна из простых, но действенных технологий искусственно вызванного безумия. У евреев ума должно быть, по «их» проекту, столько, чтобы его хватало на те дела, которыми они заняты, но не больше. Иначе, у подопечных может начаться бунт, и чего доброго, они, эти евреи, перестанут следовать Талмуду, поймут, что они хоть и избранные, но не для того чтобы разрушать, а для того чтобы созидать… Но весь их проект по захвату власти полетит ко всем чертям.

— Постой дядя Ёша, но среди евреев масса людей с высшим образованием, много учёных и деятелей культуры. А ты утверждаешь, что они твои соплеменники не в себе, что-то я не пойму?

— Выучить можно и медведя, Гера. Неужели, ты не понимаешь, что образование ума не даёт. Скорее, наоборот. Из способного и умного делает зомби биоробота. Ты знаешь, кто я? — гордо поднял свою голову дядя Ёша.

— Вроде как учитель истории.

— Это здесь, в Коле, я превратился в школьного учителя. На самом деле доктор наук — антрополог. Я лично знаком с Герасимовым, Алексеевым. Но чтобы не превратиться в программированное животное, я оставил науку и уехал вот сюда на север. Но и в школе мне не нашлось места. Школьную программу ты знаешь не хуже меня. Так вот, чтобы не калечить молодёжь, я оставил и школу. Знаешь, кем я проработал двадцать с лишним лет? Воспитателем, а потом директором детского сада! И не жалею. По крайней мере, в детском саду я никого не программировал; учил детей любви и правде… И считаю, что уход из науки был проявлением моего ума. Ты правильно говоришь, иудеев в науке уйма. Потому они туда и забрались, что у них не все дома.

— Ну у тебя и логика, доктор наук, — покачал я головой. — Прямо скажем — необычная…

— Ничего необычного в ней нет. Просто показал тебе, что ум и образование разные вещи. Там на вшивом Западе очумевшие от власти и безнаказанности своих действий международные банкиры считают себя властителями планеты. Ещё бы, созданная ими кредитно-финансовая империя вознеслась дамокловым мечом над всем миром. Они почти боги! Но пораскинули бы они своими тупыми мозгам: разве они додумались бы до такой вот империи? Разве их гением она создана? Как бы не так! Принципы создания на Земле кредитно-финансовой системы даны в Торе. А кто Тору писал? Вот те, кто её сочинил, эту Тору, и являются подлинными хозяевами ТНК. Они ни куда не делись. Они рядом с нами. Но их никто не знает и не видит. Влияние же этих личностей огромно. Не будь его, никакого финансового спрута на Земле бы не было. Вот где подлинное проявление ума. А все эти Фридманы, Абрахамсоны, Опенгейнеры и компания? Формально да — они главные. Но только формально. Многие из них и не догадываются, кто подлинный хозяин их империи. Они все эти недоумки убеждены, что всё, что на Земле не делается, исходит только от них: все мировые и локальные войны, замена национальных культур на массовую, курс на материализацию сознания и всеобщую связанную с этим глобальную дегенерацию социума, плюс ко всему надвигающаяся мировая экологическая катастрофа. Надо быть полным идиотом, чтобы не понять, что их влияние и их деньги и они сами являются всего лишь инструментом по разрушению и уничтожению социума. Вот тебе и умные еврейские головы! Рубят сук, на котором сидят, и не понимают, что делают… Особенно в то, что в обществе человекообразных можно сохранить человеческий облик?! Фантазёры мечтатели! Как бы не так. Не понимают простого, я уж не говорю о более сложном. О том, что, когда всё закончится, им всем крышка…

— А может, они знают своих хозяев и боятся их.

— Как надо бояться, чтобы творить такие преступления, от которых волос на голове шевелится? Превращать в говорящих животных фактически в человекообразных обезьян всё земное человечество, заодно с ним и своих потомков. Нет, Гера, здесь дело не в страхе. Хотя он, наверняка, тоже присутствует. У единиц — у тех, кто ещё пока не спятил. Тут дело в другом. В недалёкости, в элементарной дебильности. Как говорят русские: «Корову надо бояться спереди, коня сзади, а дурака надо бояться со всех сторон». Были бы эти ребята поумнее, стали бы вкладывать свои деньги не в разрушение, а в созидание: в новые передовые технологии, в образование, культуру и здравоохранение народов. В возрождение на континентах вырубленных ныне лесов, уничтоженных неумелым хозяйствованием степей и спасением от гибели тысяч и тысяч водоёмов. Нам бы с тобой их возможности!

— Но они на такие дела никогда не пойдут, — заметил я.

— Конечно! — согласился разгорячённый Ёша. — Пусть кто-нибудь из них попробует дать ход назад?! Он будет убит в тот же день! Интуитивно банкиры, несмотря на свою тупость, такой поворот дела чувствуют. И поэтому с огнём не играют. Это им там на Западе, да и нам внушают, что все беды на Земле исходят от распоясавшихся ТНК. Что во всех бедах виноваты распроклятые евреи и их авангард, ростовщики-банкиры. Как оказывается, всё просто! Представь, ползёт по поляне трактор, тянет за собой сенокосилку. И эта сенокосилка вовсю работает. Смотрят на её зубья травы и ругают на чём свет стоит жестокую сенокосилку. Некоторые самые продвинутые видят, что её тащит трактор. «Так вот кто самый главный, он возит за собой нашу смерть»… Но, то, что за рычагами трактора сидит человек, травы не замечают. Теперь посмотрим на этом примере кто есть кто? Зубья, которые режут траву, можно сравнить с действующими в социуме различного рода законодательными масонскими группировками. В западном либерально-демократическом обществе главным оружием против свободной личности выступает прежде всего закон и стоящие на его страже спецслужбы. Полотна для зубьев, шестерни, колёса — это, бесспорно, мировое еврейство.

— Так сказать, стержень всей разрушительной системы — а трактор, как я понимаю, клан банкиров, или ТНК, — продолжил я рассуждения дяди Ёши.

— Ты догадлив, Гера. Трактор — та самая энергия, которая направляет и ведёт сенокосилку. Деньги тоже энергия. И ещё какая! Точнее аналогии не придумать… Но трактором управляет человек… Так вот, для продвинутой травы, конечно же, самым главным во всей этой груде убийственного железа является трактор. Трава его и проклинает и просит бога её от проклятого трактора избавить. Представим, что Бог услышал мольбу травы и послал в трактор молнию. Трактор сгорел. Но что сделает человек? Он найдет себе новый трактор и опять продолжит своё дело… Ты понял меня, Гера? — посмотрел на меня своими тёмными грустными глазами дядя Ёша.

— А кого ты имеешь в виду под образом человека? — задал я встречный вопрос. — Тех невидимых, которые управляют мировым еврейством. — Посредством их аристократии — банкиров? — снова спросил я.

— Проще всего управлять через элиту. Это самый простой трюк, — сказал нараспев дядя Ёша.

— Старый говорил, что в любой системе управления ключевым звеном является жречество…

— Ты имеешь в виду тех, кто дал команду трактористу косить, или тех, кто поставил командиров над трактором? — Хитро прищурился историк.

— И тех, и других, и третьих. Все они из одной команды.

— Из одной — помрачнел учитель. — И влияние их огромно! Его можно проследить на протяжении тысячелетий. Старик тебе, наверняка, рассказывал о цивилизации древних. Что на севере Китая во внутренней Монголии, Египте, Мезоамерике, Перу, Боливии сохранились до нашего времени гигантские каменные сооружения — имею в виду руины священного Теотеуакана городов классических майя развалины Саксуамана, Мачу-пикчу и Теуанако. Стояли бы эти развалины и стояли. Однако они стали кому-то на Земле мешать. Их стали разрушать. Не добрались только до Китая, Перу и Боливии. В Египте и Мексике циклопические следы древних цивилизаций постарались либо замаскировать более поздними постройками, либо уничтожить. Возьмём, к примеру, Египет. Я тебе говорю как историк и как человек, который там не раз побывал. В нём, в нашем Египте, всё, что было можно, то и разрушено. О Меридовом озере ты, наверняка, слышал? На его берегу стоял гигантских размеров лабиринт, а в нём, по описанию Геродота, две грандиозные пирамиды. Где они сейчас? И где само Меридово озеро? От всего комплекса не осталось и следа. Очевидно, все эти сооружения были сложены из подъёмных небольших блоков. И их удалось разобрать. Остальные следы древней допотопной цивилизации Египта тщательно замаскированы под что угодно, под храмы, какие-то дворцы и традиционно — пирамиды. К примеру пирамида Джосера, сложенная из обломков нетесаных камней на глиняном растворе. Но под ней стоит мощнейший фундамент из полированных плит весом более двадцати тонн каждая! И так везде… лежащего каменного пса переделали под сфинкса. Из головы собаки вырубили голову Хафры… У меня историка и антрополога сложилось такое впечатление, что всеми этими «реставрационными» работам, если точное — действиями по сокрытию в Египте древний цивилизации богов, кто-то руководил. Причём на протяжении всего династического царства. А это не малый срок. Почти 3 тысячи лет! То же самое можно сказать и про Мезоамерику, где все древние постройки либо разрушены, либо перестроены. Спрашивается, кому это было надо? Нашим полоумным банкирам? Жили бы они в то время, на них можно было бы свалить. Значит, действовала какая-то другая сила. Посмотри как интересно? То, что не смогли замаскировать и разрушить, объявили постройками египтян, тольтеков, майя, т.е. тех, кто пришёл на развалины позже. Объявили это давно и несмотря на противоречащие факты, до сих пор с маниакальным упорством пытаются это доказывать… В качестве примера можно привести ажиотаж вокруг пирамид в Гизе. Строители давным-давно доказали миру то, что даже наша цивилизация пока ничего подобного построить не в состоянии. Ну и что? Их кто-нибудь услышал? Конечно, же нет! Продажные историки упорно вешают «лапшу на уши», что пирамиды были построены древними египтянами и использовались в качестве гробниц. В Мезоамерике то же самое: все сооружения древних предписываются тольтекам, ацтекам, майя. Словом, тем, кто их не создавал и кто это до сих пор помнит и знает. Например, те же майя прямо говорят, что древние города и пирамиды построили боги… Тебе не кажется, Георгий, что налицо связь времён? С III тысяч лет до н.э. до нашего времени. Какая-то сила «не мытьём, так катанием» пытается скрыть присутствие на Земле предшествующих цивилизаций…

— По её мнению, и Атлантиды не было и Орианы

— И Лемурии, — усмехнулся дядя Ёша.

— Это тот самый, который сидит в твоём тракторе? — спросил я еврея. — Скорее, тот, кто дал задание косить… — Ответил дядя Ёша, вставая — Сегодня, Гера, у нас день знакомства. Мы проговорили с тобою больше часа, теперь надо навёрстывать. Поедем в Колу, потом в Мурманск. Через два дня направимся к пирамидам и на берег Колы к развалинам ориаиского города. Если всё будет хорошо, покажу тебе и Сейд озеро. То место, где побывал некогда Барченко…


Я не буду подробно описывать, где мы были и что видели. Мои путешествия не входят в рамки данной книги. Книга касается интересных людей и того тайного скрытого знания, с которым они меня знакомили. Дядя Ёша с увлечением показал мне следы древней цивилизации и как историк пытался их комментировать. Больше всего меня поразили, так называемые пирамиды. Классическими пирамидами эти сооружения, конечно же, не были. Они, скорее всего, напоминали собой огромные курганы или выложенные из камня конусы. Но среди тундры, где нет поблизости никаких древних строений и вдруг — рукотворные холмы! А какой объём работ! Архи огромный. И самое главное, зачем? Дядя Ёша на такие вопросы ответить не мог. Он качал головой, восхищался, ругал на чём свет продажных историков. Говорил, что здесь, на Кольском полуострове и в Карелии, нужно проводить раскопки. И что надо человечеству коснуться своих корней и что хватит научным кругам придумывать различные мифы. Однажды на биваке у костра я спросил бывшего учёного:

— Вот ты, дядя Ёша, при первом нашем разговоре сказал, что нам, русским, чтобы выжить, надо, непременно, победить! И другого выхода у нас нет. Но что ты имел в виду под словом победа? Признаться, меня этот вопрос мучает.

Выслушав меня, старый еврей задумался:

— Час быка в СССР ещё не наступил, Гера. Ты читал Ефремова?

— Да читал, — кивнул я.

— Значит знаешь, о чём я говорю. Но «он» скоро наступит. Черненко не жилец. Его скоро уберут, и на смену ему к власти придёт тот, с которого всё и начнётся. Либо его для этого подготовили, либо зомбировали, дело это не меняет. Может, и то и другое. Одно тебе скажу, что он будет ставленником продавших себя Западу наших спецслужб. Такие дела всегда делаются теми, кто обладает реальной властью. И не удивляйся. Без спецслужб мировой финансовой спрут был бы и без вездесущих щупалец и без зубов.

— У спрутов зубов нет, — мелькнуло в сознании. Но перебивать историка я не стал.

— С приходом этого ставленника к власти и наступит в нашей империи гибель. Посмотри, как изменилось сознание у нас советских? Мы ещё до конца не окапитализировались и, вроде бы, не озападнились, но уже сейчас готовы за деньги на что угодно. Слышал крылатую фразу: «Спасибо на хлеб не намажешь» или «Спасибом сыт по будешь»? В сознании забота только о материальном! Это уже серьёзно. За последние двадцать лет нас изменили. И изменили в худшую сторону. Поэтому все данные Западом перемены наши советские примут и примут на ура. Потом схватятся за голову, но будет поздно. К власти в стране придут иудеи и масоны, естественно, принесут с co6oй своё главное оружие — демократию и либерализм. И это будет для нас смертельно. От такого яда вы, русские, можете и окочуриться.

— Но мы должны…

— Не должны, а обязаны выжить! — поправил меня дядя Ёша. — Иначе и вам и таким евреям, как я — конец! И не только выстоять, но и победить.

— Но как? Я же тебя об этом и спрашивал?

— Я не политик, — задумался бывший антрополог. — Но сдаётся мне, что все перевороты и революции, как правило, приводят к власти хищников. Вспомни Великую Французскую революцию? Кто там оказался у власти? Или наши две? А 1612 год?

— Минин с Пожарским зверьками не были, — напомнил я.

— Похоже так, — согласился историк. — Но эти ребята поспособствовали приходу к власти Романовых. Настоящих хищников. Один Пётр I чего стоит! А потом, есть такой психологический закон — подобное всегда тянется к подобному. Что это значит? Да то, что со временем хищная власть обязательно начнёт сотрудничать с еврейством. Такое случилось во Франции, Великобритании, Америке и, наконец, у нас в дореволюционной России… Чем это закончилось, ты знаешь. Во всех этих странах евреи и масоны пришли к власти… Поэтому, прежде чем начать какие-то действия против тех, кто захватит в СССР власть, надо сначала выдвинуть высокодуховных личностей из рядов русского народа. Подчёркиваю — русского и никакого другого, людей которым отнятую власть можно без страха вручить. Я имею в виду второе высшее сословие. Жречеству давать власть над обществом бесполезно. Она ему не нужна. Они. хранители древнего знания, признают власть над властью, т.е. власть над вторым высшим сословием. Чтобы она, эта власть, не зарывалась…

— Ты говоришь какие-то несбыточные вещи, — покачал я головой.

— С чего ты взял, что несбыточны? — удивился дядя Ёша. — У нас в России людей из второго сословия уйма! Сходят с ума только труженики — вайшья. Их академик Поршнев называл диффузииками и, как видишь, не зря. Они могут опуститься, но не такие, как ты, я или наш старый и загадочный? Скажи, тебя можно купить?

— Нет, конечно, — засмеялся я. — Можно разве что убить!

— Этим и заняты некоторые отделы разных спецслужб. Поэтому с кем попало не умничай и себя не показывай. Будь внимателен и осторожен…

Догорал костёр, внизу под нами плескалось Сейд озеро. На небе горели звёзды. Мы оба молчали.

— Были бы все евреи такие, как ты, — посмотрел я на него.

— А все русские наподобие тебя, — вздохнул дядя Ёша. — Знаешь, нас евреев превращает в идиотов наша религия, а что вас превращает в шудр, мой юный друг? Сколько в наше время среди вас казалось бы чистокровных русских «шкур барабанных»! Подонков и материализованных личностей, которых корёжит от жадности и зависти?! В годы моей юности таких было очень мало. Сейчас куда больше. — Всё меняется и в не лучшую сторону, — констатировал я, подкидывая в костёр хворост. — А почему ты сказал дядя Ёша, что надо привести к высшей власти только русских? — посмотрел я на нахохлившегося еврея. — Потому что вас видно, вы более открыты, чем другие этносы. Это раз и. во-вторых, пожалуй, только среди русских можно отыскать природных духовников. Людей первых двух высших сословий — точнее — людей власти.


Незаметно пролетели три недели. Дядя Ёша радовался — он показал мне всё что хотел! И теперь со спокойной совестью собирал меня к обратную дорогу.

— Я не знаю, куда ты поедешь, Гера, и спрашивать тебя не буду. Так надо… Одно тебя прошу — не сломайся. Иди как идёшь… Ты на своём пути… А дорогу осилит идущий… — Почему ты живёшь один, дядя Ёша? — прервал я его монолог. — Я не один, у меня есть семья, и дети у меня есть. Только они сейчас далеко, «на передовой», — сказал он, делая ударение на каждой 6укве. — Ты встретил Гера не одного Ёшу. Ты в моём лице столкнулся с традицией.

С традицией? — подумал я. — Оказывается, жива среди евреев и египетская ведическая традиция жрецов Гелиополя. Вот чудеса!

На перрон падал редкий снег. Было темно и холодно.

— Спасибо тебе, дядя Ёша, — пожимая маленькую руку пожилого еврея, сказал я. — Спасибо за всё! За то, что ты есть! За то, что среди твоего народа встречаются и такие, как ты!

— И тебе спасибо, Гера, за то, что приехал, — прошептал он. И всегда помни, что среди евреев есть и такие, которые всё понимают.

В тёмных глазах дяди Ёши блеснули слёзы…