Пролог

Гибель древнего мира

Смотри, сколь внезапно смерть

осенила весь мир…

(Ориденций .)

Древний мир остался в памяти поколений как созвездие чудесных легенд, повествующих о богах и героях, о Вавилонской башне, об Александре Великом, об Иисусе Христе. Легенды рассказывали о мудрецах, постигших тайны природы, об удивительных машинах Архимеда, о колоссальных статуях, у ног которых проплывали корабли – и люди новой эпохи с удивлением взирали на остатки Великого Прошлого: на застывшие в веках пирамиды, на беломраморные колонны Парфенона и на огромные амфитеатры, на аренах которых варвары строили свои деревни и сеяли пшеницу.

Катастрофа, погубившая цивилизацию Древнего Мира, была вызвана новым ФУНДАМЕНТАЛЬНЫМ ОТКРЫТИЕМ кочевников – изобретением стремени. Стремя сделало всадника устойчивым в седле и позволило использовать копье и саблю. Привстав в стременах, всадник обрушивал на римского легионера или китайского пехотинца удар, в который вкладывал всю массу своего тела. Металлический овал на боку лошади породил страшную Волну, принесшую гибель цивилизации и оборвавшую ход всемирной истории.

Угроза, исходившая из Великой Степи, уже давно ощущалась на Востоке и Западе. "На границе… стоят огромные полчища кочевников, угрожающие нам обоим, – писал сирийскому царю правитель Бактрии Евтидем, – и если только варвары перейдут границу, то страна, наверное, будет завоевана ими". Бактрийские цари воздвигли для защиты от кочевников стену длиной в 250 километров – об этой стене рассказывал великий поэт Навои; он писал, что ее построил Александр Македонский ("Искандер Двурогий"), чтобы спасти мир от нашествия диких народов – "Гога и Магога". Цивилизация защищалась, как могла, Империи перегораживали стенами равнины Европы и Азии. Но стены в тысячи ли было трудно охранять по всей их длине; они спасали от набегов родовых ополчений, но не могли защитить от Орды. Спасением цивилизации была родовая и племенная рознь кочевников, вечная и всеобщая война в Степи – баранта. Баранта давала выход демографическому давлению; прекращение же баранты и объединение племен означало подготовку к нашествию на окружающий мир: демографическая энергия Орды выливалась во всесокрушающую Волну.

Иляты, "люди меча", – так называли кочевников на Востоке. "У них считается счастливым тот, кто испускает дух в сражении, – писал римский историк Аммиан Марцеллин, – а стариков и умерших от случайных болезней они преследуют жестокими насмешками, как выродков и трусов. Они ничем так не хвастаются, как убиением какого-либо человека, и в виде славных трофеев навешивают на своих коней кожи, содранные с голов убитых". Они поклонялись мечу, "по варварскому обычаю втыкали в землю обнаженный меч и поклонялись ему, как Марсу". Война была способом существования Орды, каждый кочевник проходил жестокий естественный отбор в десятках поколений. В то время как кочевники совершенствовались в искусстве войны, привыкшие к мирной жизни крестьяне-земледельцы постепенно утрачивали качества воинов. Христианское, буддийское, конфуцианское воспитание прививало им покорность, терпеливость и дружелюбие к окружающим. Когда этих крестьян посылали в бой, то они гибли при первом же ударе Орды; как говорит монгольское "Сокровенное сказание", "кости трещали словно сухие сучья".

Победы "людей меча" над огромными армиями империй объяснялись не только их силой, выносливостью и дикой яростью, с которой они бросались в бой. Иляты были подлинными кентаврами, они были неотделимы от своих лошадей. "Приросшие к своим выносливым, но безобразным на вид лошадёнкам, они исполняют на них все обычные свои дела, – свидетельствует римский историк, – на них каждый из этого племени ночует и днюет, покупает и продает, ест и пьет, и, пригнувшись к узкой шее своей скотины, погружается в глубокий сон…" Это единение с конем удесятеряло силы человека – притом, что, невзрачные на вид, кони гуннов принадлежали к лучшим породам мира. Великая Степь была родиной дикой лошади, она издавна славилась самыми сильными и самыми выносливыми породами. Это были полудикие "монголки" и "небесные кони" Ферганы – именно эти знаменитые лошади обеспечили победу Орды. "Северные войска потому одерживают победы, – говорил китайский император Ай-цзун, – что опираются на силу северных коней". Этих коней нельзя было разводить вне Степи: в другом климате они давали слабое и болезненное потомство. В средневековой Европе настоящий боевой конь стоил в шесть раз дороже слабых крестьянских лошадок.

История кентавров прошла через несколько стадий – несколько своеобразных мутаций, с каждой из которых человек и лошадь все теснее соединялись друг с другом. Каждая мутация по существу порождала новый подвид, новую разновидность Homo Sapiens, обладавшую новыми возможностями в искусстве выживания и войны с окружающим миром. Первой такой мутацией было изобретение колесницы древними ариями, второй – освоение всадничества скифами. Каждая мутация-открытие порождала Волну: обладатели Нового Оружия объединяли степные племена и лавиной обрушивались на окружавшие их земледельческие народы.

В конце III века до н. э. гунны совершили новое фундаментальное открытие: они создали мощный составной лук из кости и дерева. Гуннская Волна покатилась с востока на запад; спасаясь от гуннов, юэджи прорвались в Индию, сарматы – в Европу, а саки – в Иран. Смешавшись с парфянами, саки создали здесь новую рыцарскую державу, новое "арийское государство", в котором рыцари-завоеватели господствовали над порабощёнными туземцами. В 53 году до н.э. эта первая рыцарская армия встретилась под Каррами с легионами римского полководца Марка Красса. По словам Плутарха, парфяне "предстали перед неприятелем пламени подобные – сами в шлемах и латах из маргианской, ослепительно сверкавшей стали, кони же их в латах медных и железных". Это была тяжёлая конница "неранимых" на огромных, "подобных слонам", "небесных конях"; она была вооружена копьями четырехметровой длины и предназначалась для последней, сокрушительной атаки. Тактика парфян была традиционной для Великой Степи – это была та самая "наука побеждать", которая тысячу лет спустя приносила победы полководцам Чингисхана. Сражение начиналось с окружения неподвижной пехоты противника и атак конных лучников, которые проносились вдоль строя, непрерывно стреляя из гуннских луков. Этот обстрел мог продолжаться несколько суток – до тех пор, пока у противника не кончались стрелы, продовольствие, и его воины не падали от изнеможения; когда этот момент наступал, в атаку шла лавина железных рыцарей с длинными копьями. Бежавших врагов преследовали и убивали несколько дней после сражения; пленных не брали.

После битвы при Каррах кочевники вновь погрузились в междоусобицы, и цивилизация получила передышку на три столетия. В середине III века сарматы, скифы и готы нанесли новый мощный удар по Римской Империи; Европа на четверть века стала полем грандиозных сражений, но Империя выстояла. Император Галлиен провел военную реформу и создал римскую тяжелую кавалерию, которая отбросила варваров. Однако нашествие гото-сарматов было лишь предвозвестием катастрофы. В конце III века далеко на востоке, в Корее, были изобретены седло и стремена; это фундаментальное открытие сделало степную конницу непобедимой. Открытие породило чудовищный взрыв: новая кавалерия кочевников обрушилось на Китай, выжигая древние города и вырезая миллионы крестьян. В начале IV века Волна докатилась до Средней Азии и сбила с кочевий живших здесь гуннов; огромная Орда поднялась и, наводя ужас на окружающие народы, хлынула в Европу. "Все они отличались плотными и крепкими членами, толстыми затылками и вообще столь чудовищным и страшным видом, что можно было принять их за двуногих зверей, – писал римский историк. – Они сокрушали все, что попадается на пути". Пораженные ужасом германские племена хлынули на запад, к границам Империи; укрепления римского Лимеса были опрокинуты, разбитые легионы отступили к Константинополю, и Европа стала добычей варваров. Посреди Европы, в Паннонии, появился новый кочевой очаг, островок Великой Степи, откуда гунны совершали ежегодные набеги, опустошая окружающие страны вплоть до берегов океана.

Несмотря на весь ужас, который они наводили на Европу, гунны не были непобедимы, они не имели стремян и седел. В 451 году объединенные германские племена сумели остановить орду Аттилы на Каталаунских полях. После смерти знаменитого завоевателя восстали все покоренные племена, и гунны были вынуждены отступить в причерноморские степи. Отсюда они продолжали свои набеги на Балканы.

Гунны отступили, но Великая Степь продолжала извергать из своего чрева все новые орды кочевников. В 420-х годах границы Ирана атаковали эфталиты, в конце V века они прорвались в Индию и обратили в развалины города Империи Гупт. В степях Раджпутаны образовался еще один кочевой очаг, откуда воинственные варвары совершали набеги на долину Ганга. В 480-х годах эфталиты вторглись в Иран. "Эти люди, потомки Ярости, убивали сотни, тысячи, десятки тысяч раз, – свидетельствует рукопись "Бахман-Яшт". – Ворвались знамена и штандарты бесчисленной армии этих демонов с всклокоченными волосами. Они вошли в созданные Ахурамаздой земли моего Ирана, их отряды шли широким фронтом – враждебные тюрки и красные хионы, знамена которых приспущены". Иран стал вассалом эфталитов и полвека платил им тяжелую дань.

В конце V века в Европу бежали из Средней Азии орды уйгур, за ними в середине VI века последовали авары, и, наконец, на границах Степи появились те страшные враги, от которых спасались бегством племена и народы, новые владыки степного мира – тюрки. Тюрки разгромили эфталитов и ворвались в Иран, но в битве при Герате в 589 году были остановлены рыцарской армией новой Персидской Империи. Персы сумели к этому времени провести военную реформу, и их страна избежала участи Индии и Китая.

В Европе в это время господствовали авары, они восстановили кочевой очаг в Паннонии и опустошали набегами земли от Босфора до Рейна. Авары были одним из тюркских племен, потерпевшим поражение в междоусобной борьбе; они владели оружием тюрок – саблей и стременами – и демонстрировали это оружие всем европейским народам. Римская армия спешно перевооружалась по аварскому образцу; это позволило ей отстоять Константинополь, но Балканы были заняты подчиненными аварам славянскими племенами. Часть славян была обращена аварами в рабов. "Си же Обри воеваху на Словенах, – говорит "Повесть временных лет",– и примучища Дулебы, сущая Словены, и насилье творяху жёнам Дулебским: аще поехати будяше Оборину, не дадеше въпряги ни коня, ни вола, но ведяше въпряги 3 ли, 4 ли, 5 ли жён в телегу и повести Обрена, и тако мучаху Дулебы". Центром господства аваров был их огромный лагерь на Дунае,"Хринг"; окруженный девятью кольцами рвов и валов, он хранил сокровища, награбленные по всей Европе. 250 лет авары оставались грозой западного мира, их вождь Баян вошел в историю, как достойный предшественник Чингисхана.

Кровавый путь Волны был отмечен не только разрушенными городами и опустевшими деревнями. Волна принесла с собой ГЛОБАЛЬНОЕ НАРУШЕНИЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО РАВНОВЕСИЯ. Тысячи разлагавшихся трупов стали питательной средой для неведомых и губительных бактерий; на мир обрушились страшные эпидемии. Чума 541 года прошла всю Евразию, убивая тех, кто ещё сопротивлялся Волне. В Константинополе погибла половина населения; VI век стал временем демографической катастрофы, опустошившей некогда многолюдные города и села. "Смотри, сколь внезапно смерть осенила весь мир…– писал епископ Ориденций. – Те, кто сумели устоять перед силой, пали от голода… В городах и деревнях, вдоль дорог и на перекрестках, здесь и там – повсюду смерть, страдания, пожарища, руины и скорбь. Лишь дым остался от Галлии, сгоревшей во всеобщем пожаре". "Время вернулось к тиши, царившей до сотворения человека, – свидетельствует итальянский хронист, – ни голоса в полях, ни свиста пастуха. Поля превратились в кладбища, а дома людей – в логовища диких зверей". На обширных пространствах Европы люди вернулись к жизни первобытных времён; города обратились в огромные поля руин, и лишь кое-где в развалинах обитали нищие крестьяне, сеявшие пшеницу среди лежавших на земле колонн. Были забыты многие ремесла, науки и искусства, и только прятавшиеся в лесах монахи хранили в своих монастырях древние книги, которые немногие из них могли прочесть по складам. Правда, на востоке Европы еще сопротивлялся врагам осажденный со всех сторон оплот цивилизации и культуры, Константинополь. Год за годом орды варваров, авар и славян, устремлялись на штурм огромных каменных бастионов, некогда возведенных гордыми цезарями. В 626 году императору Ираклию удалось отбросить авар – но вслед за ними на поле боя явились новые нежданные враги, арабы. Аравийская степь мирно дремала уже много столетий, и императоры не ждали опасности с юга. Между тем, южная степь почти ничем не отличалась от северной – там тоже жили "люди меча", поклонявшиеся богу войны. Им не хватало только вождя, который объединил бы их ради завоевания мира.

В VII веке этот вождь появился – его звали Мухаммед.