• ГЛАВА I ИМПХАЛСКАЯ ОПЕРАЦИЯ
  • 1. Зарождение идеи наступательных операций в Индии
  • 2. Начало подготовки операции
  • 3. Развитие военных действий на направлениях р. Салуин, Хукаун
  • 4. Наступление на Импхал
  • 5. Провал Импхалской операции
  • 6. Отход к горам Зибью
  • 7. Боевые действия 28-й армии
  • ГЛАВА II ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ЮНЬНАНИ И СЕВЕРНОЙ БИРМЕ
  • 1. Завершение боевых действий в долине Хукауна
  • 2. Падение Мьиткъины
  • 3. Упорные бои 56-й дивизии на Юньнаньском фронте
  • 4. Боевые действия первого периода
  • 5. Боевые действия второго периода
  • ГЛАВА III ОПЕРАЦИЯ ПО ПРОДВИЖЕНИЮ В ГЛУБЬ КОНТИНЕНТА
  • 1. Подготовка операции
  • 2. Пекин-Ханькоуская операция — операция «Ко»
  • 3. Хунань-Гуйлиньская операция — операция «То»
  • ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

    ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА КОНТИНЕНТЕ

    ГЛАВА I

    ИМПХАЛСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

    1. Зарождение идеи наступательных операций в Индии

    Военная обстановка в Бирме в 1944-м и начале 1945 года, главным событием на фоне которой явилась трагически закончившаяся Импхалская операция, предопределила крушение всего Индо-Бирманского фронта.

    Когда же и при каких обстоятельствах была задумана роковая операция в районе Импхала? Это относится к июлю 1942 года. Как только японская армия оккупировала всю территорию Бирмы и получила возможность на большом протяжении контролировать бирмано-китайс-кую и бирмано-индийскую границы, в штабе Южной группы армий зародились планы развития успеха и вторжения в восточную Индию.

    Общая обстановка и операция в Восточной Индии. Ставка, достигнув в начальном периоде войны успехов, которые превосходили все ее расчеты, уже в мае определила основной план руководства последующими действиями. В соответствии с этим планом намечалась подготовка и проведение в принципе оборонительных мероприятий.

    К тому времени Чунцин, лишившись всех наземных коммуникаций, формально и по существу оказался в изоляции, и только незначительные воздушные перевозки через Тинсукия в Восточной Индии выполняли роль спасительных инъекций для Чан Кайши. Америка, опасаясь краха Чунцина и надеясь превратить территорию Китая в базу для воздушных налетов на Японию, стала предпринимать меры к увеличению воздушных перевозок.

    Индия в то время находилась почти в беззащитном состоянии. Смятение ее народа и правительства перед лицом угрозы со стороны японской армии, которая быстро захватила Андаманские и Никобарские о-ва, вышла на бирмано-индийскую границу и наносила сокрушительные удары в Индийском океане, достигло наивысшего предела. Сотни тысяч беженцев, а также английских и китайских войск, беспорядочно хлынувших в страну из Бирмы, еще более усугубляли это положение. В этих условиях Восточная Индия стала притягательным объектом для Японии, которая мечтала закончить войну разгромом чунцинского режима и выводом из войны Англии.

    Замысел операции «21». Южная группа армий. В Южной группе армий сложилось мнение о необходимости воспользоваться отсутствием оборонительных сооружений и крайней малочисленностью войск противника на границе. План предусматривал быстрое вторжение сухопутных войск в Восточную Индию, нарушение воздушного сообщения между Индией и Китаем и обеспечение преимущественного влияния на политическую обстановку в Индии. Это был смелый и дерзкий план, который в деталях выглядел так: силами около двух дивизий захватить княжество Манипур (столица Импхал), частью сил одной дивизии захватить долину Хукаун, в дальнейшем совместными действиями с флангов наступать на провинцию Ассам и выйти на рубеж Голагхат, Димапур, Силчар в восточном Ассаме. На этом рубеже предусматривалось вступить в решительные бои с главными силами англо-индийской армии, которая предположительно будет наносить контрудар.

    В августе Ставка рассмотрела полученные из Южной группы армий соображения относительно этой операции, сочла план недоработанным и потребовала дополнительного изучения вопроса. Тем не менее 22 августа Ставка отдала приказ о подготовке военных действий в Восточной Индии. Сущность приказа сводилась к следующему.

    Цель операции в Северо-Восточной Индии: захватив и удерживая важные районы на северо-востоке провинции Ассам и район Читтагонг, способствовать проведению воздушных операций и принять меры к блокированию воздушных линий снабжения Чан Кайши.


    Силы: примерно половина 15-й армии.

    Время начала операции: предположительно после второй декады октября 1943 года.

    По окончании операции по возможности сократить протяженность войск по фронту, чтобы уменьшить возможность воздействия со стороны объединенных сил противника.

    Усилить влияние на политическую обстановку в Индии.

    Основные положения плана операции доложить к третьей декаде сентября.

    Осуществление операции «21»: согласно особому приказу.

    Главнокомандующий Южной группой армий немедленно отдал приказ командующему 15-й армией Иида о подготовке операции.

    Подготовка операции и 15-я армия. Со времени начала войны масштаб операций в Бирме постепенно расширялся. В начальный период военные действия здесь ограничивались районом к югу от Моулмейна и перешейком п-ова Малакка. Важные районы Южной Бирмы, включая Рангун, стали объектом операций в конце января 1942 года, а решение о продвижении в Центральную Бирму с захватом города Мандалай состоялось в середине марта. Теперь поставлен вопрос о плане большой экспедиции в Восточную Индию. Командующий 15-й армией Иида и командиры дивизий, получив приказ, оказались в затруднительном положении. Генерал-лейтенант Мутагути, которому была поручена оборона Центральной и Северной Бирмы и который лучше, чем кто-либо другой, знал рельеф страны, особенно подчеркивал сложность этой операции. По его мнению, рельеф бирмано-индийской границы труден для действий крупных воинских соединений и времени на подготовку операции недостаточно. 15-я армия, выполняя приказ, в обстановке опасений и раздумий продолжала изучать противника, местность и готовить оперативные коммуникации. По мере изучения обстановки опасения возрастали, и все более настоятельной становилась мысль о необходимости еще раз обдумать принятое решение.

    Тем временем в начале декабря на юго-восточном направлении резко ухудшилась обстановка в районе Гуадалканала, а также и на Бирманском фронте; англо-индийские войска перешли в контрнаступление в районе Акьяба. Кроме того, на бирмано-индийской и китайско-индийской границах противник быстрее, чем ожидалось, осуществлял оборонительные мероприятия. В условиях сложившейся обстановки Ставка 23 ноября предложила приостановить подготовку операции «21». Однако это отнюдь не означало полного отказа от планов операции. Правда, по приказу переброска сил и концентрация военных материалов для операции «21» была прекращена, но штабная работа в области планирования по-прежнему продолжалась; в 15-й армии вели разведку, совершенствовали главные оперативные коммуникации, продолжали исследования. Так что идея о наступательной операции крепла в войсках армии.


    Характер бирмано-индийской границы. Граница между Индией и Бирмой, которая проходит по хребтам Гималайских гор, известна во всем мире как дикое, недоступное место. Ширина этой горной системы достигает сотен километров, ее вершины поднимаются на высоту нескольких тысяч метров. К тому же еще до подхода к этим кручам предстоит встретиться с двумя большими препятствиями на территории Бирмы. Первое — это р. Чиндуин шириной 1 км, второе — горный хребет Зибью высотой 800 м и шириной 50 км. Местность покрыта бескрайними лесами и почти не заселена. Что касается оперативных коммуникаций, то их всего две-три. Самая короткая и основная коммуникация — это дорога Мандалай — Шуэбо — Таму — Импхал — Кохима — Димапур, но и она имеет очень сложный и крутой профиль и тянется примерно на 1200 км, имея основной базой Мандалай. Эти дикие районы являются самыми дождливыми в мире. В период сезона муссонов, с июня по сентябрь, ливни здесь не прекращаются по нескольку дней. В это время местность полностью преображается. Реки и долины превращаются в бешеные потоки, несущие огромные деревья; дороги разрушаются, и всякое сообщение нарушается.

    Все командиры, начиная с командующего армией Иида, выражали свою озабоченность по поводу рельефа и состояния местности. Они полагали, что действия крупных соединений как с той, так и с другой стороны будут затруднены. И это было справедливо.

    Изменения в положении сторон. Уже после проведения с февраля по апрель операции по очистке территории от бригады Уингейта в оценке обстановки произошли большие перемены.

    Назначенный в марте новый командующий армией генерал-лейтенант Мутагути в начале апреля выдвинул свой штаб в Мемьо. В это время главные силы 15-й армии преследовали бригаду Уингейта в направлении р. Чиндуин. Линия обороны этой армии простиралась на тысячу с лишним километров и тянулась от р. Салуин через Мьит-къина, Камайн, хребет Зибью в Северной Бирме до Калева, Ганго в Центральной Бирме. Силы армии составляли всего три дивизии. К тому же выдвижение на линию обороны 31-й и 15-й дивизий, которые особенно нуждались в усилении, предположительно задерживалось.

    С другой стороны, становилось все более очевидным, что противник на фронте армии форсирует подготовку крупных наступательных операций на трех направлениях — р. Чиндуин, Хукаун, провинция Юньнань. На фронте р. Чиндуин подготовку к наступлению, имея основную базу в Импхале, осуществлял 4-й корпус (около трех дивизий) под командованием английского генерала Гифорда; на направлении Хукаун, базируясь на Ледо, готовилась к наступлению американо-китайская армия (около двух дивизий) под командованием американского генерала Стилуэлла; на фронте Юньнань, имея в качестве основной базы Баошань, вела подготовку к наступлению Бирманская экспедиционная армия (около шестнадцати дивизий) под командованием генерала Вэй Ли-хуана. Силы этих трех группировок быстро и непрерывно увеличивались. Особое впечатление на японскую армию производили сообщения об огромных масштабах строительства противником коммуникаций на этих трех направлениях. Кроме того, привлекали внимание и агентурные сведения о нахождении в Индии одной-двух воздушно-десантных дивизий. Господство в воздухе вновь перешло в руки противника. Можно было предположить, что по окончании сезона дождей он перейдет в общее контрнаступление с целью возвращения Центральной и Северной Бирмы.

    Командующий армией, по-новому оценив рельеф местности и положение противника, прежде всего выдвинул линию обороны армии на р. Чиндуин. Однако и эта оборонительная линия была прерывистой и увеличивала протяжение фронта, поэтому ни в коем случае не могла считаться прочной.


    Новый командующий армией Мутагути раньше командовал 18-й дивизией, отличившейся при захвате Сингапура. Столкнувшись с трудностями в операции по очистке территории Бирмы от бригады Уингей-та, по-новому оценив географические особенности Центральной и Северной

    Бирмы, Мутагути внес в свои оперативные замыслы дополнительный элемент активности. Он полагал, что на такой огромной территории, действуя против наступающего противника, имеющего абсолютное превосходство в силах, почти невозможно удержаться только оборонительными действиями, и считал, что лучше в таких условиях упредить противника в наступлении, напасть на его основные базы и разгромить их. Неблагоприятное развитие военных действий на Тихом океане, запутанная и неустойчивая политическая обстановка в Индии как нельзя лучше соответствовали решительным намерениям генерал-лейтенанта Мутагути. Таким образом, идея операции «21» получила поддержку и дальнейшее развитие. Слабость англо-индийских войск, проявленная в сражениях за Сингапур и Акьяб, еще больше укрепила уверенность Мутагути. Что касается ключевых проблем, от которых зависел успех или провал операции, таких, как недостаток дорог, трудности снабжения, сложность рельефа, то они не казались неразрешимыми. Считалось, что, если умело использовать шесть с лишним последующих месяцев, если вышестоящие штабы проявят к этому плану максимальную благосклонность и окажут максимальную помощь, задача будет решена. Кроме того, указанные трудности частично можно было разрешить за счет захвата и использования построенных противником дорог и его военных материалов. Сложный рельеф и джунгли для японских войск, уступающих противнику в огневой мощи и механических средствах, а также не обладающих господством в воздухе, были более благоприятны, нежели, например, открытые равнины Центральной Бирмы. Так аргументировал свои планы генерал-лейтенант Мутагути.

    Штабные учения «Рангун». Командующий армией горячо отстаивал свои планы относительно наступательной операции. Такая энергичная настойчивость выявила интерес в штабе Бирманского фронта у командования Южной группы армий и привлекла внимание Ставки.

    Таким образом, идея вторжения в Восточную Индию, снятая с повестки дня, вновь всплыла на поверхность. В результате в конце июня 1943 года штаб бирманского армейского округа провел штабные учения, посвященные главным образом исследованию вопроса тактики действий 15-й армии в будущем. В них принимали участие представители Ставки Южной группы армий, 3-й воздушной армии, а также руководящий состав 15-й армии. Идея глубокого продвижения 15-й армии в провинцию Ассам была оставлена без внимания.

    В результате пришли к следующим выводам. Для обеспечения прочной обороны Центральной и Северной Бирмы необходимо, воспользовавшись тем, что противник еще не закончил подготовку наступления, наступать на его основную базу в Импхале и разгромить ее, вести наступательные действия с целью установления оборонительной линии к западу от Импхала и по труднодоступным горным хребтам на бирмано-индийской границе. На фронте р. Салуин и на направлении Хукаун во время наступательной операции осуществлять стойкую оборону. Идея наступления 15-й армии в провинции Ассам, естественно, была отклонена, однако мысль о ней глубоко запала в сердца офицеров ее штаба и нашла кое-какое отражение даже в предложениях по планированию. Жизненно важная проблема материально-технического снабжения осталась на стадии обсуждения.

    Для проведения операции необходимо было усилить армию 150 автомобильными ротами, 60 ротами вьючного транспорта и мощными полевыми дорожными отрядами.

    2. Начало подготовки операции

    Главнокомандующий Южной группой армий Тэраути в первой декаде июля направил в Ставку заместителя начальника своего штаба Инада с докладом о необходимости провести Импхалскую операцию. Одновременно он запрашивал санкции на передачу 15-й армии частей усиления, необходимых для проведения этой операции. Предлагалось передать 15-ю и 54-ю дивизии, 24-ю отдельную смешанную бригаду, этапные части и военные материалы (четыре дивизионных комплекта боеприпасов, тысячу комплектов запасных автомобильных частей и т. д.).

    В начале сентября Ставка официально отдала директивные указания о подготовке Импхалской операции. На основе этой директивы в середине сентября был отдан приказ по Южной группе армий, который содержал следующие требования:

    войска Бирманского фронта для укрепления обороны Бирмы переходят в наступление на импхалском направлении и закрепляются на этом важном рубеже. На других направлениях войска занимают стойкую оборону. Впредь данная операция именуется операцией «У». Время начала наступления — предположительно после октября, согласно особому приказу;

    если противник перейдет в наступление раньше, чем начнется наша операция, нанести по нему удар и разгромить на исходных рубежах. В дальнейшем выйти на рубеж в районе Импхала;

    если до начала операции «У» противник перейдет в наступление на главном направлении вдоль побережья, операцию «У» приостановить, сосредоточить главные силы фронта и нанести противнику решительный удар.

    План операции, его особенности и слабости. Командующий армией Мутагути сразу же направил всем командирам дивизий секретные инструкции по ранее разработанному плану, приказал занять исходное положение и начать подготовку к операции. Начало наступления главных сил планировалось на конец 1943 или начало 1944 года. Особенно подчеркивалось, что за счет внезапности цель операции должна быть достигнута примерно в течение месяца.

    Основные положения плана операции

    На фронте р. Салуин. В первой половине октября разгромить части бирманской экспедиционной армии, вышедшие на западный берег р. Салуин, захватить базы противника. Операцию осуществляют 56-я и часть сил 18-й дивизии. В дальнейшем 56-я дивизия сдерживает контрнаступление чунцинских войск на этом направлении.

    На направлении долины Хукаун. 18-я дивизия, имея основную базу в районе Могауна, осуществляет стойкую оборону против американо-китайских войск.

    Импхалская наступательная операция. 31-я дивизия в ходе преследования занимает Кохиму и блокирует англо-индийские войска, наступающие из провинции Ассам. В это время 33-я и 15-я дивизии наступают с юга и севера на Импхалскую долину и уничтожают противника. С этой целью 33-я дивизия из Малайи и южной части гор Чин, наступая в северном направлении вдоль долины Кабау и р. Манипур, прорывается к Импхалу. В ходе наступления дивизия сковывает на юге основные силы 4-го корпуса противника и прежде всего окружает и уничтожает по частям его 17-ю дивизию, прорвавшуюся к горам Чин в районах Тидейна и Тонзана.

    15-я и 31-я дивизии скрытно готовят переправу в верхнем течении р. Чиндуин в районах Хоумалина и Пхаунбьина. Воспользовавшись скованностью противника на фронте 33-й дивизии, они форсируют реку, переправляются через горы и наступают: 15-я дивизия — с севера на Импхал, а 31-я дивизия — на Кохиму. При охвате Имп-хала с флангов 31-я дивизия, если позволит обстановка в районе Кохимы, перебрасывает часть сил для участия в общем наступлении.

    После овладения Импхалом прочная оборона устанавливается по линии окрестности Кохимы, горы в западной части долины Импхал, горы Чин.

    План материально-технического снабжения предусматривал, что в период наступления (около трех недель) каждая дивизия собственными средствами обеспечивает перевозку всего необходимого. После овладения Импха-лом снабжение осуществляется по дороге Калева — Таму — Палел — Импхал — Кохима. В дальнейшем эта дорога становится основной этапной линией.

    Этот план операции полностью соответствовал взглядам Мутагути. То, что одна треть сил была выделена для действий на направлении Кохимы, имело целью воспрепятствовать усилению противника, но вместе с тем это был небольшой шаг в подготовке будущего наступления в провинции Ассам. Это наступление с давних пор бередило умы в 15-й армии и вело к распылению сил, что и явилось важнейшей причиной провала Импхалской операции. В плане отсутствовали соображения и меры на случай непредвиденных изменений, на случай если операция не сможет развиваться так, как это намечалось в штабе 15-й армии.

    Начало предварительной передислокации войск, назревание активных действий. Согласно приказу все дивизии начали выдвижение на исходные рубежи в условиях продолжающегося сезона дождей. 18-я дивизия сконцентрировала основные силы в районах Мьиткъина, Могауна; 31-я дивизия — по обеим сторонам северной части хребта Зибью; 33-я дивизия — в районе Калева от берегов р. Чиндуин до долины Кабау. Все дивизии форсировали подготовку к наступлению.

    3. Развитие военных действий на направлениях р. Салуин, Хукаун

    Военные действия на р. Салуин — прелюдия к операции «У». 3 октября в провинции Юньнань развернулись бои на р. Салуин. Бирманская экспедиционная армия вышла к восточному берегу р. Салуин. 36-я дивизия чунцинской армии, выдвинувшаяся на западный берег, укрепляла позиции для контрнаступления.

    Военные действия развивались строго по плану. Противник был сброшен с восточного берега и отступил.

    В конце октября военные действия здесь закончились. Этот участок был поручен 56-й дивизии. Части 18-й дивизии начали передислокацию в направлении Мьиткъина.

    Как раз в это время, 30 октября, в северной части Ху-кауна (долина смерти) на берегу р. Танайн внезапно произошло столкновение с войсками противника. Разведывательная рота 18-й дивизии вступила в бой с неустановленными силами китайской армии.

    Государственная дорога Ледо и планы противника в этом районе. Государственную дорогу Ледо, связывающую Индию и Китай, союзная армия намеревалась вернуть себе. Эта дорога начинается на востоке провинции Ассам у Ледо, знаменитого своими нефтяными разработками, пересекает горы Нага и долину Хукаун и проходит через Могаун, Мьиткъина, Бамо, Нанган. Противник намеревался соединить ее с бирмано-китайской дорогой, по которой шла линия снабжения Чан Кайши во время китайского инцидента. Участок между Ледо и Мьиткъина протяженностью несколько сот километров отличался очень сложным рельефом местности. Противник рассчитывал уже к осени 1944 года построить здесь автомобильную дорогу, функционирующую даже в сезон дождей, а параллельно ей проложить нефтепровод, что позволило бы снабжать Китай военными материалами и горючим. Это дало бы большое преимущество противнику. Он получил бы возможность, во-первых, перевооружить на американский лад 90 дивизий чунцинской армии и бросить их в контрнаступление, а во-вторых, усилить американскую стратегическую авиацию, базирующуюся в Китае, так, чтобы она могла совершать налеты на собственно Японию, и, наконец, американская армия получила бы возможность расширить масштабы военных действий на Тихом океане. Постройка дороги Ледо требовала огромных усилий, буквально астрономических масштабов.

    Для выполнения этой задачи была сформирована в Ассаме китайская армия (две дивизии) под командованием Сунь Ли-женя, прошедшая обучение по американскому образцу и готовившаяся к наступательным действиям с направления Хукаун. Эта китайская армия к тому времени была усилена американскими инженерными, пехотными, танковыми, санитарными, интендантскими частями, и ее личный состав достигал 50 тыс. человек. Кроме того, она поддерживалась и снабжалась мощной авиацией. Все это было выяснено главным образом потому, что японцы расшифровали код противника. Стало известно, что и в дальнейшем эта китайская армия будет пополняться.

    Командование японской армии предполагало, что американо-китайские войска, намереваясь пробить дорогу для снабжения Чан Кайши, с окончанием сезона дождей перейдут в наступление одновременно на Хукаун и юньнаньском направлении. Однако никто не думал, что это будет крупное наступление, связанное с операциями на Тихом океане и налетами на собственно Японию. К тому же японцы, зная трудности в постройке дорог, не предполагали, что противник сможет начать такое крупное наступление сразу же по окончании сезона дождей. 18-я дивизия под командованием генерал-лейтенанта Танака стояла как раз на направлении главного удара союзных войск.

    В тот период 18-я дивизия была разбросана по огромному району протяженностью в несколько сот километров. На юге Хукауна были сосредоточены всего лишь три пехотных батальона. Четыре батальона после боя на р. Салуин находились на марше к Мьиткъина. Остальные части были разбросаны в Мьиткъина, Бамо и в районе Каты. К тому же 18-я дивизия отдала треть своего личного состава вновь формируемой 31-й дивизии, а ее огневая мощь и обозы уменьшились наполовину.

    Получив сообщение о соприкосновении с противником, командир 18-й дивизии решил, что это — лишь части прикрытия основных сил американо-китайской армии, и приказал 56-му полку, находящемуся на юге Хукауна, выдвинуться вперед и уничтожить их. В ходе боя выяснилось, что встреча произошла с сильным отрядом 38-й китайской дивизии. Полк уничтожил около 900 солдат отряда, но своей задачи не выполнил. Тогда командир 18-й дивизии решил ввести в бой главные силы дивизии, которые насчитывали в то время всего 4 тыс. человек, и наметил главный удар на 15 декабря.

    Решение командира 18-й дивизии командующий армией Мутагути отменил в начале декабря. Армия готовила Импхалскую наступательную операцию, испытывала острый недостаток в транспортных средствах и поэтому не могла выделить автомобильные части для обеспечения операции на вспомогательном направлении Хукауна. Командующий армией отдал строгий приказ: «Наступление приостановить, атаковать противника в окрестностях Майнкайнга. Во что бы то ни стало удерживать Камайн. Дальнейшее увеличение сил на северном берегу р. Танайн — только по приказу командующего армией».

    Командир дивизии Танака, получив этот приказ, был вынужден изменить цель операции. Однако темпы наращивания сил противника на берегу р. Танайн оказались значительно выше предполагаемых. Он получал снабжение по воздуху, осуществлял ожесточенные фронтальные атаки и широкие обходные маневры. Контратаки 18-й дивизии успеха не имели, быстро росли потери. Войска, растянутые на большом протяжении, и узкие сухопутные пути подвоза подвергались налетам вражеских самолетов. Снабжение дивизии затруднилось, ее положение на берегу р. Танайн стало чрезвычайно тяжелым.

    Таким образом, в декабре, когда Импхалская наступательная операция еще не вступила в решительную фазу, направление Хукаун уже стало объектом мощных контрударов. Войска были втянуты в тяжелые непредвиденные бои, дальнейшее развитие операции «У» начало вызывать чувство беспокойства.

    Дискуссии в лагере противника. Решение о контрнаступлении союзных армий в Бирме впервые было сформулировано на конференции в Касабланке в январе 1943 года. В мае этого же года на конференции в Вашингтоне было принято решение увеличить объем воздушных перевозок из Индии в Китай до 10 тыс. т в месяц и начать контрнаступательные операции в Бирме после окончания сезона дождей. На конференции в Квебеке в августе был разработан детальный план контрнаступления в Бирме и принято решение: начав операцию зимой 1943 года на направлениях Хукаун, Мьиткъина, продолжать ее и в 1944 году. Было также решено перестроить магистраль Ледо и параллельно ей проложить нефтепровод. В ноябре главы правительств Англии, США и Чунцина встретились в Каире и вновь подтвердили свои намерения осуществить контрнаступление в Бирме.

    На Каирской конференции по инициативе Чан Кайши изучался также план общего контрнаступления на Бирму с побережья Бенгальского залива, однако от этого плана отказались из-за невозможности выделить необходимые силы и средства ввиду наступления в Европе.

    В ходе обсуждения вопроса о контрнаступлении в Бирме между союзными державами обнаружились глубокие противоречия. Как уже говорилось выше, США с особым пылом настаивали на быстрейшем восстановлении индокитайской сухопутной дороги. В противоположность им Англия обычно проявляла к этой проблеме слабый интерес. Она хотела бы отложить контрнаступление в Бирме до разгрома Германии. Заветным желанием Англии в то время было вернуть Сингапур, для чего предстояло осуществить операцию через Суматру и Малайю.

    Чунцин с самого начала поддерживал американский план, но очень настороженно относился к контрнаступлению в Северной Бирме, так как там жертвой могла бы стать только китайская армия. Поэтому Чунцин в качестве предварительного условия для контрнаступления в Северной Бирме упорно настаивал на одновременном крупном контрнаступлении англо-индийских войск с прибрежного направления. Это был неизбежный конфликт, возникший на основе коренных политических разногласий. Как следствие этого, между Чан Кайши и Стилуэл-лом, Стилуэллом и Маунтбэттеном, которые были связаны с этим контрнаступлением практически и непосредственно, то и дело возникали разногласия и противоречия. И каждый раз Рузвельт и Черчилль предпринимали усилия для успокоения и примирения сторон.

    Сражение началось и развивалось в Хукауне, что свидетельствовало о реализации американской точки зрения. Однако в то время в Японии не могли знать всей закулисной борьбы в лагере союзных армий.

    Контрнаступательные тенденции англо-индийской армии. В конце года англо-индийская армия, стоявшая на индо-бирманской границе, вдруг стала проявлять активность в вопросе о поддержке американо-китайских войск в Хукауне. 14-я армия под командованием английского фельдмаршала Слима состояла из 4, 15 и 33-го корпусов и сосредоточилась в Восточной Индии.

    Ее 15-й корпус (около четырех дивизий) располагался на акьябском направлении, две дивизии этого корпуса вновь приблизились к переднему краю обороны японских войск в районе Маундо, Бутидаунг. В районе Читтагонга, расположенного в тылу, тоже было обнаружено одно воинское соединение. Возросла активность боевых кораблей у побережья Бенгальского залива.

    4-й корпус находился на импхалском направлении. Его 17-я дивизия дислоцировалась в районе Тонзан, Тидейн. 20-я и 23-я дивизии были расположены в районе Импхал, Палел, Таму, Укхрул. Противник, выдвинувшись к переднему краю обороны японских войск, все время вел активную разведку, в район Импхалской низменности выдвигалось его танковое соединение, активизировались постройка дорог для движения из Импхала к берегу р. Чиндуин, а также строительство аэродромов в Импхале, Палеле, Таму.

    33-й корпус был расположен в районе вокруг Шиллон-га в провинции Ассам и мог выдвинуться как на импхал-ское, так и на акьябское направление. В то время в Индии быстрыми темпами проводилась мобилизация, исчисленный состав вооруженных сил внутри страны, включая 14-ю армию, оценивался в 1 млн человек (на самом деле — около 1 млн 650 тыс. человек). Транспортные суда буквально кишели в портах Калькутты и Читтагонга.

    Бирманская экспедиционная армия. Бирманская экспедиционная армия под командованием Вэй Ли-хуана, действовавшая на юньнаньском направлении, тоже лишилась своих позиций для контрнаступления на западном берегу р. Салуин. Тем не менее темпы подготовки к операции росли с каждым днем. Оперативные соединения с кантонского и чунцинского направлений сосредоточивались в районе Куньмина. Пополнялся личный состав дивизий, на вооружение поступало оружие американских образцов, большое внимание обращалось на строительство дорог, ведущих к местам переправ через р. Салуин. Боевой состав экспедиционной армии определялся в 14 дивизий.

    Авиация, осуществляющая снабжение Чан Кайши по воздуху, тоже увеличилась до 200 самолетов, месячные перевозки достигли уже 5–6 тыс. т. Базирующаяся в Индии авиация насчитывала в общем 700 самолетов и, по японским оценкам, к весне 1944 года должна была увеличиться до 1000 самолетов. Кроме того, в Китае насчитывалось около 400 американских самолетов. Господство в воздухе по всей Бирме перешло в руки противника, движение поездов и автомашин в дневное время стало полностью невозможным; более того, большинство важных мостов было уничтожено.

    Все вышеописанное еще больше убедило штаб 15-й армии в правильности прежней оценки возможных действий противника. Эта оценка сводилась к следующему: «Союзные армии намереваются частью сил предпринять контрнаступление на акьябском направлении; главные же силы английской, американской и китайской армий прежде всего осуществят наступление на Мандалай по сходящимся направлениям, по мере его развития расширят масштабы наступления на побережье и будут стремиться к полному овладению территорией Бирмы». Ставка, штабы Бирманского фронта и 5-й авиационной дивизии считали, что нельзя закрывать глаза на возможность главного удара противника с приморского направления. В штабе Южной группы армии существовало мнение, что, возможно, противник поведет наступление на Андаманские о-ва, Суматру и западное побережье северной части п-ова Малакка.

    Эти расчеты, оценки и опасения привели к тому, что 15-я дивизия, которой предстояло сыграть важную роль в Импхалской операции, надолго задержалась в Таиланде, ее прибытие на место будущей операции откладывалось, а группировка сил японской армии в Бирме была далека от совершенства. В такой сложной и напряженной обстановке 15-я армия вела подготовку наступления на Имп-хал. Дороги через хребет Зибью были в стадии завершения. 31-я и 33-я дивизии, выдвинувшись основными силами соответственно на западные отроги гор Зибью и горы Чин, занимали исходные для наступления рубежи. И только 15-я дивизия, получив наконец в середине ноября приказ на выступление в Бирму, перейдя основными силами таиландско-бирманскую границу, совершала марш в пешем строю, и возможность ее выхода на восточный берег р. Чиндуин в конце марта вызывала сомнение. Ввиду приближения сезона дождей и наступательных тенденций противника вопрос о скорейшем переходе в наступление приобретал первостепенную важность, и тем не менее положение с 15-й дивизией возбуждало опасения у руководства 15-й армии. Создавалась ситуация, при которой японская армия была бы вынуждена проводить эту сложную и большую операцию, вводя 15-ю дивизию во встречные бои в неполном составе, не дожидаясь подхода отставших частей, и к тому же без надлежащей подготовки.

    В Бирме действовала 5-я авиационная дивизия (командир дивизии генерал-лейтенант Табуку; с 26.12.1944 года генерал-лейтенант Хаттори), которая имела в своем составе пять истребительных отрядов, два отряда легких бомбардировщиков, два отряда тяжелых бомбардировщиков, разведывательный отряд. Кроме того, в Рангуне размещались подразделения военно-морской авиации, однако там было всего 39 самолетов.

    Авиационные части в этом составе должны были осуществлять противовоздушную оборону и одновременно совершать налеты на авиационные базы противника в Восточной Индии и Юньнани; кроме того, вести борьбу с транспортной авиацией, совершающей рейсы между Индией и Китаем, и вообще осуществлять самую разностороннюю деятельность. В частности, 5 декабря 160 самолетов сухопутной и морской авиации совершили весьма успешный налет на порт Калькутта. В этом же месяце неоднократной бомбардировке подверглись Читтагонг, базы в Юньнани и Куньмине.

    Однако наши потери росли, а противник с каждым днем становился все сильнее. К тому же в конце года он начал перебрасывать силы в основном на юго-восточное направление. В результате к началу 1944 года даже противовоздушная оборона в Бирме оказалась в очень трудном положении. А в связи с необходимостью поддерживать Акьябскую и Импхалскую операции, которые в недалеком будущем планировала осуществить сухопутная армия, требования экономии и сохранения сил возрастали и накладывали еще большие ограничения на операции военно-воздушных сил.

    4. Наступление на Импхал

    В условиях серии неудач на Тихом океане и ожидания контрнаступления противника на юго-западном побережье Бирмы и на Андаманские и Никобарские о-ва отношение к Импхалской операции со стороны Ставки стало еще более осторожным.

    Главнокомандующий Южной группой армий Тэраути в конце декабря командировал в Токио заместителя начальника своего штаба генерал-лейтенанта Аябэ, чтобы доложить соображения об Импхалской операции и запросить мнение о ней. В Токио Ставка изложила генералу Аябэ свои опасения в следующих пяти пунктах:

    1. В условиях, когда особое внимание необходимо обращать на угрозу высадки англо-индийских войск на побережье Бенгальского залива и на южном побережье Бирмы, удастся ли предпринять необходимые контрмеры, если одновременно будет проводиться операция «У»?

    2. Не возникнет ли необходимость увеличить численность войск после овладения долиной Импхал? Не повлечет ли это за собой новых трудностей в обороне Бирмы?

    3. Силы японской авиации чрезвычайно малы. Не создаст ли это препятствий в проведении сухопутных операций?

    4. Возможно ли материально-техническое обеспечение операции?

    5. Есть ли твердая уверенность в правильности замысла 15-й армии?

    В ответ на это Аябэ детально изложил результаты предыдущих исследований и расчетов. В частности, он подчеркнул, что в итоге этой операции станет возможным перенести линию обороны в окрестности Импхала, в благоприятную для этого местность, что позволит сократить численность войск и усилить оборону Бирмы.

    Взяв за основу эту точку зрения Южной группы армий, Ставка 31 декабря подтвердила свое решение об операции «У», а 7 января 1944 года санкционировала ее, отдав директивные указания: «Южной группе армий сломить сопротивление противника в полосе своего наступления в сроки, назначенные по своему усмотрению, и в целях обеспечения обороны Бирмы захватить и удерживать Импхал и прилегающие к нему важные стратегические районы Северо-Восточной Индии».

    8 января 1944 года Ставка вновь предъявила требования к заместителю начальника штаба Южной группы армий строго согласовать руководство операцией и ее цели с директивой Ставки, чтобы сама операция не нанесла ущерба обороне юго-западного побережья Бирмы.

    В конце января командующий фронтом Ватанабэ направил командующему 15-й армией Мутагути приказ на осуществление операции «У».

    Общий план боевых действий. В целях дезориентации противника и оказания помощи в успешном проведении операции «У» за две-три недели до начала операции предпринять наступательные действия на акьябском направлении (операция «X») и сковать здесь силы его 14-й армии. На направлении Хукауна силами 18-й дивизии к северу от Камайна и силами 56-й дивизии на западном берегу р. Салуин осуществлять прочную оборону. 15-й армии частью сил (33-я дивизия) перейти в наступление с направления гор Чин и сковать силы 4-го корпуса в Импхале; основным силам (15-я и 31-я дивизии) быстро форсировать р. Чиндуин, одним ударом овладеть Кохи-мой и не допустить подхода резервов противника; в дальнейшем главным силам (33-я и 15-я дивизии) окружить противника в районе Импхала и уничтожить его.

    Командующий Бирманским фронтом ввиду полного отсутствия у себя резервов запросил у Южной группы армий срочного перевода в Бирму 2-й дивизии и пополнения 53-й дивизии. Он настоятельно потребовал от 15-й армии успешно закончить операцию «У» в течение месяца. Чтобы полностью нацелить 15-ю армию на проведение Импхалской операции, командующий фронтом переподчинил находящуюся на юньнаньском направлении

    56-ю дивизию непосредственно фронту. 18-я дивизия, находящаяся на направлении Хукауна и территориально тесно связанная с операцией «У», по-прежнему оставалась в составе 15-й армии. Еще раньше командующий фронтом обратился к главнокомандующему Южной группой армий с предложением вновь создать штаб 28-й армии для руководства обороной побережья Бенгальского залива и штаб 33-й армии для руководства операциями на направлениях провинций Юньнань и Хукаун. 15 января был вновь создан штаб 28-й армии (командующий генерал-лейтенант Сакураи).

    В состав 28-й армии вошли 54-я и 55-я дивизии, а также снятая с Гуадалканала и находящаяся на переформировании на Филиппинах 2-я дивизия. Таким образом, к февралю 1944 года сосредоточенные в Бирме силы японской армии включали в себя штаб фронта, три штаба армий (один из них в стадии организации), восемь дивизий (две на марше в Бирму) и одну бригаду.

    Авиационная поддержка операции. Командующий Бирманским фронтом разработал план взаимодействия сухопутных войск с 5-й авиационной дивизией. Поскольку последняя не имела необходимых сил, ее основной задачей была борьба с авиацией противника, а непосредственное взаимодействие с наступающими сухопутными войсками рассматривалось как второстепенное.

    Начало операции «X» предположительно намечалось на 3 февраля, окончание — за 10 дней до первого дня операции «У».

    В начале операции «У», особенно на время форсирования р. Чиндуин, предусматривалось обеспечение господства в воздухе над полем боя: борьба с самолетами противника в воздухе, удары по аэродромам и по важным целям на поле боя, в частности по бронетанковым частям и артиллерии; частью сил осуществлять патрулирование на направлении Бенгальского залива. В случае высадки воздушно-десантных частей противника 5-й авиационной дивизии надлежало принять немедленные меры по борьбе с ними.

    В целях поддержки операции «У» 5-я авиационная дивизия основными силами базируется в районах Кало, Мейтхила; значительной частью сил — в районах Таунгу, Рангуна.

    Взаимодействие с индийской национальной армией. В связи со спецификой операции «У» на повестку дня всплыл новый вопрос— о взаимодействии на Бирманском театре с индийской национальной армией. В частности, было решено, что в этой операции будут принимать участие штаб индийской национальной армии, ее 1-я дивизия и несколько подразделений со специальными задачами. По договоренности с временным правительством Индии основные силы 1-й дивизии (около 7 тыс. человек) поступили в распоряжение командующего 15-й армией.

    Приказ на наступление по 15-й армии. Ознакомившись с долгожданным приказом фронта, командующий 15-й армией сразу же приступил к осуществлению намеченных по своему плану мероприятий. Однако по двум пунктам — день и время начала наступления и план форсирования р. Чиндуин (в частности, меры по скрытию замысла и организация прикрытия с воздуха) — было проведено дополнительное изучение. Начало операции было установлено в зависимости от времени прибытия 15-й дивизии и с таким расчетом, чтобы закончить операцию и закрепиться на новом рубеже до начала сезона дождей. Было решено, что 33-я дивизия переходит в наступление 8 марта, а главные силы армии — 15 марта.

    Переправа главных сил армии через р. Чиндуин, ширина которой достигает больше километра, на глазах у противника в условиях его полного превосходства в воздухе и при наличии тысячи голов лошадей, коров, овец, слонов носила характер авантюры. Единственным залогом успеха могла быть внезапность. Стремясь скрыть истинные замыслы, командование японской армии, мобилизовав всю свою изобретательность, предусмотрело буквально все возможные варианты.

    15-я армия еще 25 января направила 15, 31 и 33-й дивизиям приказ на развертывание для осуществления операции «У», а11 февраля был отдан приказ о начале наступления. Что касается вопросов материально-технического обеспечения операции, то они по-прежнему не только не были решены, но в создавшейся обстановке еще более усложнились.


    Было обещано удовлетворить требования армии в отношении пополнения и материально-технического обеспечения на 60 %, однако практически численный состав пополнился всего на 20 %. Количество боеприпасов и 20-дневный запас продовольствия, имеющиеся в войсках, были рассчитаны только на внезапный и быстрый прорыв. Если бы наступление затянулось или остановилось, то главные силы армии из-за отсутствия подвоза оказались бы на территории противника в чрезвычайно трудном положении. Однако командование 15-й армии безоговорочно верило в успех и игнорировало эти соображения.

    Операция «X» — вторая Акьябская операция. В феврале — марте 1944 года 55-я дивизия 28-й армии сковывала силы противника на этом направлении и обеспечивала южный фланг частей, осуществляющих операцию «У». Однако противник своевременно перебросил сюда резервы, и 55-я дивизия, понеся большие потери, вернулась на исходные позиции, где продолжала вести упорные оборонительные бои. Неудача должна была бы послужить предостережением в отношении операции «У», однако этого не произошло.

    Выдвижение воздушно-десантного соединения Уингейта.

    С 5 марта, т. е. за несколько дней до начала операции «У», в Северной Бирме произошли неожиданные события. В лесах в районе Каты, что на восточном берегу р. Иравади, одно за другим стали высаживаться подразделения воздушно-десантных войск противника. Впервые об этом штабу армии сообщили из штаба 15-й дивизии 9 марта. Десантники быстро оборудовали аэродром и приступили к активным действиям, главным образом на дорогах, чем поставили тыловые японские части в затруднительное положение. Командование армии не смогло сначала правильно оценить реальные силы противника в этом районе и ошибочно полагало, что дислоцировавшиеся здесь части легко уничтожат десант.

    Однако совершенно неожиданно оказалось, что это была 3-я индийская дивизия, которая состояла из шести бригад четырехбатальонного состава. Кроме того, дивизия имела свои собственные авиационные подразделения, а именно: отряд истребителей-бомбардировщиков, отряд средних бомбардировщиков, отряды транспортных и связных самолетов. Командовал ими генерал Уингейт, уже известный японскому командованию по боям в Северной Бирме. К 11 марта численный состав противника достиг 9250 человек, были переброшены артиллерия и автомашины.

    Командование 5-й авиационной дивизии предложило приостановить операцию «У» и перебросить войска для уничтожения новой группировки противника. Однако командующие Кавабэ и Мутагути по-прежнему решительно проводили в жизнь свой план.

    К этому времени 33-я японская дивизия уже приступила к выполнению своей задачи в операции «У» и прорвалась в район Тоунзана. Главные силы армии тоже полностью закончили подготовку к форсированию р. Чинду-ин и ждали дальнейших распоряжений.


    Для уничтожения десанта противника Мутагути выделил три батальона. 5-я авиационная дивизия главными силами тоже пыталась противодействовать новой группировке. Все попытки, однако, окончились безуспешно. Противник продолжал наращивать силы. Становилось ясно, что он перейдет к активным боевым действиям в джунглях. Уже в середине марта его 16-я бригада переправилась через р. Чиндуин в верхнем течении и овладела Калаутом, к северо-западу от Молу.

    Командующий Бирманским фронтом в середине марта выделил главные силы 24-й смешанной бригады, которой было поручено оборонять Тенассерим, а также часть сил 2-й дивизии и направил их на борьбу с воздушным десантом противника. 24-я бригада перешла в непосредственное подчинение к командующему фронтом.

    25–26 марта все атаки бригады окончились безуспешно. Принимая во внимание серьезность положения, к району Молу спешно направили главные силы 53-й дивизии, взятой из стратегического резерва. 8 апреля для борьбы с десантом противника и ведения боевых действий в районе Хукауна и Юньнани была сформирована 33-я армия (командующий генерал-лейтенант Хонда). В состав армии вошли 18, 53 и 56-я дивизии.

    18-я дивизия под давлением превосходящих сил была вынуждена оставить свои позиции в районе Майнгуна и, прорвав кольцо окружения, отойти в южном направлении к Шанбу и Кинтану. Однако уже к концу марта ей стало трудно удерживать и эти позиции. Дивизия, действующая на этом направлении уже целых пять месяцев, была крайне истощена, ее потери оказались колоссальными. Трудно было ожидать, что она сможет выполнить свою задачу — облегчить действия главных сил армии в операции «У». Воздушный десант не только поставил в критическое положение 18-ю дивизию, но стал важным фактором в определении перспектив развития операции «У» для главных сил всей 15-й армии. Автомобильные части, которые после начала операции «У» предполагалось использовать для осуществления перевозок по дороге Швебо — Калева, оказались блокированными на участке Вунто — Хоумалин. Это создало трудности снабжения войск, наступающих на Импхал. Часть сил 15-й и 33-й дивизий, 24-я смешанная бригада, 53-я дивизия и главные силы 5-й авиационной дивизии, которые намечалось использовать на импхалском направлении, втянулись в бои с десантом противника.

    В результате получилось так, что с самого начала операции «У» у 15-й армии сразу же образовались фронты на участках Хукауна, Манипура, Мьиткъина, где ей противостояли американские, английские, индийские и китайские войска.

    33-я дивизия, разделившись на три ударные группы, продолжала продвижение вперед. Ударная группа под командованием генерал-майора Ямамото, продвигаясь на север по долине Кабау, 26 марта захватила крепости Моле и Тау и, преследуя разбитую 20-ю индийскую дивизию в направлении на Палел, 10 апреля остановилась перед позициями у Тхобала.

    Две ударные группы, составляющие главные силы дивизии, имея задачу окружить и уничтожить 17-ю индийскую дивизию в Тидейне и Тоунзане, прорвались в районы севернее и восточнее Тоунзана. В боях с 15 по 18 марта группы сомкнули кольцо окружения вокруг 17-й индийской дивизии с автопарком, насчитывающим свыше тысячи машин.


    Однако вслед за этим неожиданно последовали ошибки и промахи. Первая заключалась в том, что из-за неправильных действий командира 214-го пехотного полка противнику удалось вернуть одну из ключевых позиций к северо-востоку от Тоунзана, в результате чего 17-я дивизия значительно улучшила свое положение. В помощь ей из состава 4-го корпуса была направлена 37-я бригада с танками, которая уже 18 марта начала наступательные действия. Со своей стороны 17-я дивизия тоже предприняла меры к выходу из окружения. На горных дорогах развертывались тяжелые бои.

    И здесь была допущена вторая ошибка. Командир 33-й дивизии Янагида, получив указание с требованием, чтобы войска сражались до конца, прочел в нем лишь последнее слово, истолковав его как конец операции. 24 марта он приказал отступить одной из ударных групп, открыв тем самым путь к отходу 17-й дивизии, которая с сотнями бронемашин направилась к Импхалу. Впоследствии выяснилось, что потери упомянутой выше ударной группы составляли всего 15 %.

    Затем последовал грубый просчет. Командир дивизии Янагида из-за необходимости пополнить силы и средства не решился на быстрое преследование отступающего к Импхалу противника. Более того, 27 марта Янагида высказал командующему армией Мутагути свое мнение о необходимости приостановить операцию «У» и перейти к обороне. Он мотивировал это недостаточной готовностью к быстрому уничтожению основных сил противника в Импхале и обращал внимание на то, что обстановка в долине Хукаун и действия воздушного десанта противника могут поставить в опасное положение всю оборону Северной Бирмы. Между тем главные силы армии успешно форсировали р. Чиндуин. 31-я и 15-я дивизии, стремительно наступая на Кохиму и к северо-востоку от Импхала, прорывались по горным кручам.

    Командующий армией Мутагути выразил резкое недовольство Янагиде, дивизии которого принадлежала важнейшая роль в операции «У», и потребовал выполнять приказ.

    Так, после десятидневного раздумья Янагида приказал вновь начать продвижение на север. За это время 4-й корпус противника восстановил положение своих войск. Вопреки строгому приказу действия 33-й дивизии развивались не столько в интересах общего успеха, сколько в ожидании возможных контратак противника. Замысел быстрого прорыва в долину Импхала, предусмотренный с самого начала планом штаба армии, лопнул как мыльный пузырь.

    15 марта успешно завершилась операция по форсированию р. Чиндуин главными силами 15-й армии. Противник почти не контратаковал ни на земле, ни с воздуха. 31-я дивизия тремя колоннами наступала на Кохиму. 15-я дивизия также тремя колоннами энергично продвигалась к северу и востоку от Импхала. Однако пока она состояла всего из 6 пехотных батальонов и 18 горных орудий; ее основные силы и обоз еще только подтягивались к месту действий. Ее боевой состав, пожалуй, правильно будет оценить как половинный и даже ниже того.

    Главные силы 31-й дивизии 5 апреля ворвались на восточную окраину Кохимы. Часть ее сил под командованием генерал-майора Миядзаки, взаимодействуя с частью сил 15-й дивизии, разгромила бригаду англо-индийской армии и 6 апреля овладела важным пунктом Кохима. В то время его обороняли лишь немногочисленный гарнизон и спешно совершившие рейд два батальона.

    Противник чрезвычайно опасался, что японская армия от Кохимы сразу совершит бросок на Димапур и перережет ассамскую железную дорогу и коммуникации американо-китайских войск в долине Хукаун. В связи с этим в Димапур спешно сосредоточивали 2-ю английскую, а затем и 7-ю индийскую дивизию из состава 33-го корпуса и нацеливали их на Кохиму. 5 апреля головные колонны этих сил начали прибывать в Димапур.

    Наступление 15-й дивизии тоже развивалось благоприятно, и 8 апреля ее передовая группа овладела населенным пунктом Миссён на горной дороге Импхал — Кохима. Главные силы дивизии 10 апреля ворвались на северную и северо-восточную окраины Импхала. Отдельный отряд Ямамото был подчинен еще раньше армии и вел бои в районе Тхобала.

    33-я дивизия к 10 апреля только подошла к южной окраине долины Импхала. Отношения между командующим армией и командиром дивизии резко обострились, и в начале мая генерал Мутагути отстранил его от должности, а командиром 33-й дивизии был назначен генерал-майор Танака.

    Действия против воздушного десанта вела 53-я дивизия. В начале мая она начала подготовку к общему наступлению, однако противник еще раньше отошел к северу. 53-я дивизия, преследуя его, продвигалась к северу в направлении на Могаун.

    5. Провал Импхалской операции

    Несмотря на непредвиденные обстоятельства и ряд просчетов и ошибок, в начале и середине апреля обстановка складывалась таким образом, что Импхал был почти окружен, а перспектива блестяще закончить операцию «У» вырисовывалась все рельефнее. Однако в конце апреля и начале мая обстановка коренным образом изменилась. Резко возросли сопротивление и контратаки 4-го корпуса, который беспрерывно получал подкрепления по воздуху.[103]

    В районе Кохимы японская 31-я дивизия под воздействием контратак крупных сил 33-го корпуса тоже начала переходить к обороне. Наступательная операция, которая, по планам армии, должна была завершиться в течение трех недель, продолжалась уже более сорока дней, и в создавшейся обстановке трудно было ожидать ее быстрого окончания.

    К этому времени все вьючные быки и больше половины вьючных лошадей в 15-й и 31-й дивизиях пали.

    Боеприпасы для горной артиллерии были истощены. Численный состав солдат и офицеров в ходе непрекращающихся боев быстро и непрерывно уменьшался. В штаб армии из дивизий ежедневно поступали просьбы оказать срочную помощь, пополнить боеприпасы, организовать авиационную поддержку. 33-я дивизия в отношении материально-технического снабжения находилась в лучшем положении, чем другие, однако ее потери в численном составе были также велики. К концу апреля боевой состав дивизий уменьшился до 40 %.

    В середине апреля противник, используя свыше 70 транспортных самолетов, перебросил в долину Импхала 5-ю индийскую дивизию и большие запасы снаряжения. С начала мая контратаки противника с целью захвата дороги Импхал — Кохима стали ожесточенными. Части 31-й и 15-й дивизий, отрезанные друг от друга, вынуждены были переходить к самостоятельным, некоординированным действиям. Выдвинувшийся на направлении Па-лелы отряд Ямамото после неудачных апрельских боев за Тхобал к концу мая в каждом батальоне имел всего по нескольку десятков солдат.


    1-я дивизия с апреля действовала совместно с отрядом Ямамото и сдерживала контратаки противника на южном фланге. Японская армия теряла свободу действий, она имела возможность проявлять некоторую активность только ночью, но результаты ночных действий сводились на нет утренними бомбардировками и артиллерийским огнем противника.

    В начале мая командующий Мутагути решил перенести направление главного удара на участок действий 33-й дивизии. Он переподчинил ей танковый полк и полк тяжелой артиллерии из отряда Ямамото, пехотное усиление из 53-й дивизии и принял руководство действиями на себя. Ожесточенные бои в 20 км юго-западнее Импхала продолжались 40 дней, но части не продвинулись к Имп-халу ни на шаг. В этих боях против 5-й индийской дивизии 33-я дивизия понесла огромные потери, и теперь ее численный состав не достигал и 30 %.

    То ли из-за противоречивости докладов о ходе операции «У» и в связи с этим из-за неясности обстановки, то ли все еще надеясь на ее благополучное завершение, начальник генерального штаба Тодзио не отдал в мае распоряжения о приостановке Импхалской операции, и момент для этого был упущен.

    Распоряжений или рекомендаций на этот счет не поступило также ни от главнокомандующего Южной группы армий, ни от командования Бирманского фронта.

    В это время внимание Ставки и штаба Южной группы армий, который передислоцировался из Сингапура в Манилу, было устремлено целиком на Тихий океан и на Филиппинские о-ва, где готовилась операция «11». Операция же «У» шла к трагическому завершению.

    В конце мая генерал Мутагути, намереваясь улучшить положение на фронте отряда Ямамото, усилил его пехотным полком вновь приданной армии 4-й дивизии и создал на этом участке наступательную группировку. Одновременно он перевел свой командный пункт в Моле. Вскоре начался сезон дождей, и перспективы армии предстали в крайне мрачном свете.

    Командиры 31-й и 15-й дивизий все более настойчиво требовали у командующего армией пополнений. В конце мая командир 31-й дивизии доложил, что он оставляет Кохиму и отводит свои части к пунктам, где сможет получить пополнения. Командующий Мутагути, в свою очередь, потребовал до конца удерживать Кохиму, указывая, что именно здесь и именно сейчас решается исход операции «У». Совершенно очевидно, что отход 31-й дивизии освобождал для противника дорогу Кохима — Импхал и приводил к развалу всего фронта армии. Единственным путем для улучшения создавшегося тяжелого положения была мобилизация всех сил и немедленное овладение Импхалом, что, кстати сказать, и составляло задачу армии.

    Однако эти требования командующего армией не были приняты во внимание командиром 23-й дивизии генерал-лейтенантом Сато. В начале июня он начал отвод своих основных сил. Часть их под командованием генерал-майора Миядзаки была оставлена для прикрытия дороги Кохима — Импхал, однако в условиях давления противника эта задача оказалась трудновыполнимой даже для всей дивизии.

    Более того, 15-я дивизия, которая вела тяжелые бои к северу от Импхала, занимая фронт рядом с 31-й дивизией, не была поставлена в известность о ее отводе. В начале июня 15-я дивизия приняла на себя удар двух дивизий со 150 танками противника, силы которого все время возрастали.

    Командующий армией Мутагути, получив сообщение о самовольном отходе 31-й дивизии, срочно направил туда своего начальника штаба Куномура. Последний указал на факт нарушения приказа и, в свою очередь, передал приказ соединиться с южным флангом 15-й дивизии и образовать группировку для овладения Импхалом. Однако командир дивизии Сато, не имея пополнений от армии, счел приказ невыполнимым и продолжал отход. Сезон дождей был в разгаре, реки разлились, коммуникации нарушились…

    В этих условиях командующему армией Мутагути ничего другого не оставалось, как потребовать отстранить от должности генерал-лейтенанта Сато. Командир 15-й дивизии Ямаути тоже обратился с просьбой освободить его от командования по болезни. Командиром 31-й дивизии был назначен генерал-лейтенант Кавада, 15-й — генерал-лейтенант Сибата.

    Таким образом, включая также смещенного командира 33-й дивизии генерал-лейтенанта Янагида, всего были отстранены от командования командиры трех дивизий. Смещение с должности командиров всех дивизий, осуществляющих крупную операцию, — беспрецедентный в истории японской армии факт. Сознавая это, генерал-лейтенант Мутагути обратился к командующему фронтом Кавабэ с просьбой о перемещении по службе.

    Несмотря на мужественную оборону отряда генерал-майора Миядзаки, 22 июня дорога Кохима — Импхал была окончательно захвачена противником. В этот день от Кохимы к Импхалу двинулись танки, тяжелые орудия, инженерные машины — всего числом более тысячи. Правый фланг 15-й дивизии был моментально смят ударами с тыла и фронта. Силы противника в долине Импхала увеличились вдвое. Северный фланг армии был близок к полному разгрому, армия попала в катастрофическое положение. Генерал-лейтенант Мутагути принял решение повернуть отступающую 31-ю дивизию к северному флангу отряда Ямамото и прежде всего занять Палел. Однако в условиях падения дисциплины и полной потери надежды на подкрепление реализовать эти замыслы было невозможно.

    Наконец 23 июня командующий армией в приведенных ниже выражениях доложил командующему Бирманским фронтом Кавабэ о прекращении операции «У». Он сообщал: «В случае прекращения всяких наступательных действий и перехода к обороне полагаю целесообразным отвести армию на рубеж от гор на западном берегу р. Чиндуин, которая является важным рубежом на индо-бирманской границе, через горы к северо-западу от Молай до Тидейна».

    25 июня командующий фронтом в ответ на это сообщение передал генералу Мутагути по телеграфу следующий приказ: «Сейчас, когда нет еще никаких распоряжений от главнокомандующего Южной группой армий, подобная негативная точка зрения, которую докладывает армия, выглядит неожиданной, и вы должны приложить все усилия для выполнения поставленной армии задачи».

    Одновременно с этим требованием к 15-й армии командующий фронтом доложил главнокомандующему Южной группой армий общую обстановку и запросил разрешения на прекращение операции «У». Такое разрешение сразу же было санкционировано как Южной группой армий, так и Ставкой. 10 июля приказ о прекращении операции «У» был получен 15-й армией. Ей приказывалось перейти к обороне, т. е. вернуться в положение, которое она занимала до операции «У».

    Жестокие бои вокруг Импхала, начавшиеся 8 марта и длившиеся четыре с лишним месяца, окончились поражением. Планы японской армии были сорваны.

    6. Отход к горам Зибью

    В соответствии с приказом генерал Мутагути решил с середины июля начать отвод своих войск. Однако можно было предвидеть, что это явится трудным делом, так как ничего подобного в истории японской армии до сих пор не было. Войска были истощены в тяжелых боях, в каждой дивизия насчитывалось до 2 тыс. больных, их транспортировка в создавшихся условиях была невозможна. Атаки противника беспрестанно нарастали. Силы противника составляли шесть-семь дивизий, его авиация господствовала в воздухе, и дневные передвижения японских войск были почти невозможны.


    Вьючных лошадей и быков у японцев не осталось, автотранспорт не мог передвигаться по грязным и разрушенным дорогам. Более того, сезон дождей был в разгаре, на пути отхода японских войск лежали крупные и бурные в это время года реки Манипур, Ую, Йу, Чиндуин, однако на переправочные средства и материалы надежды не было. До гор Зибью, куда отводились японские войска, было 500–1000 км. На путях отхода не было подготовлено никакого медико-санитарного обслуживания.

    Предполагалось, что во время нашего отхода противник планирует завязать бои к западу от р. Чиндуин и поэтому предпримет преследование в этом направлении, а в дальнейшем, по окончании сезона дождей, перейдет в преследование и к востоку от Чиндуина.

    Первый этап отступления к р. Чиндуин. Армия разделила отход на два этапа. На первом этапе, который начинался 16 июля, основные силы (31-я и 45-я дивизии и отряд Ямамото) отходили на рубеж западный берег р. Чиндуин, Язагёу, что в долине Кабау; часть сил (основные силы 33-й дивизии) отходила на рубеж Тидейн. Отряд Ямадзаки, о котором в течение 20 суток ничего не было слышно, в составе 19 оставшихся человек отошел к югу от Фумине. 33-я дивизия под командованием вновь назначенного генерал-лейтенанта Танака, предпринимая успешные контратаки против преследовавшей ее 5-й индийской дивизии, благополучно отошла к Тоунзану. Этот успех воодушевил всю армию.

    К середине августа первый этап отхода был завершен. Преследование противника становилось все ожесточеннее; было ясно, что он намеревается выйти в район переправы японских войск через р. Чиндуин. В долине Кабау 11-я дивизия явно стремилась упредить 33-ю японскую дивизию в достижении рубежа Калемьо, Калева, который находился в тылу японских войск.

    Второй этап отступления — к горам Зибью. Второй этап отступления начался 20 августа. Задача состояла в том, чтобы переправиться через р. Чиндуин, отойти на важный рубеж гор Зибью и образовать там новый оборонительный рубеж. Ширина р. Чиндуин достигала полутора километров; места переправ находились под артиллерийским и пулеметным огнем и подвергались бомбовым ударам с воздуха. На берегу скопилось свыше 5 тыс. больных и раненых.

    25 августа ночью началась переправа. Благодаря мужественным действиям отрядов тылового прикрытия, выделенных от 31-й и 15-й дивизий, и смелым действиям всех войск в полночь 30 августа японские части полностью переправились на восточный берег реки. К концу сентября 15-я дивизия подошла к горам Зибью, а 31-я дивизия отступила к Сикайну и Мандалаю, однако дисциплина и боевой дух в армии находились на самом низком уровне. Связь между штабом армии и дивизиями была потеряна.

    33-я дивизия, по-прежнему отбивая атаки противника и демонстрируя высокий боевой дух и крепкую дисциплину, а также сохранив боевую технику, отходила к горам Чин. Вопреки ожиданиям, часть сил противника здесь проникла на восточный берег р. Чиндуин, и создалась опасность полной изоляции 33-й дивизии от главных сил армии. Однако армия ничем не могла помочь дивизии, оставалось лишь уповать на ее героизм и надеяться, что она самостоятельно прорвет кольцо окружения и отойдет в назначенный район.

    Большие потери японских войск, особенно в вооружении. Из 100 тыс. человек, участвовавших в боях под Импхалом, было потеряно около 30 тыс. человек, 20 тыс. раненых и больных самостоятельно двигались в тыл. Таким образом, численный состав армии в этот момент определялся в 50 тыс. человек, из которых свыше половины было больных. Потери в вооружении оказались еще большими. Например, в 15-й дивизии в пехотных батальонах осталось по одному станковому пулемету, по два ручных пулемета и гранатомета, т. е. вооружение одного пехотного взвода. В дивизиях оставалось всего по 600 винтовок, от 3 до 12 орудий, 50–60 автомашин. Меньше всего потерь было в 33-й дивизии.

    Поражение 15-й армии стало началом крушения всей обороны Бирмы. Ставка приняла решение осуществить перемены в командовании Бирманским фронтом, в 15-й армии и ее дивизиях и реорганизовать армию. В течение сентября — октября были сменены командующий и начальник штаба Бирманского фронта; командующим стал генерал-лейтенант Танака. В 15-ю армию командующим был назначен генерал-лейтенант Катамура, а начальником штаба — генерал-майор Йосида. Во всех дивизиях сменили начальников штабов.

    7. Боевые действия 28-й армии

    Тяжелое положение, создавшееся в Северной Бирме вследствие провала операции «У», и трудности на юньнаньском направлении оказали немалое влияние и на положение 28-й армии, которой была поручена оборона на направлении Бенгальского залива. Командующий фронтом Кавабэ был вынужден в июле взять из 28-й армии 2-ю дивизию и большую часть автомобильных подразделений и перебросить их на направление 33-й армии. Кроме того, активные действия, которые вела 28-я армия на акьябском направлении, не имели решающего успеха, а 55-я дивизия понесла большие потери.

    В результате проведения операции «У» 5-я и 7-я англо-индийские дивизии, входящие в состав 15-го корпуса, расположенного на п-ове Маю, были скованы действиями в Импхале. Однако на этом направлении еще оставались 26-я англо-индийская и 81-я дивизии, и, кроме того, предполагалось прибытие дополнительного контингента войск. В результате отступления 15-й армии усилился нажим противника в направлениях на Акьяб и устье р. Иравади. Более того, возрастала опасность, что противник, преследующий 15-ю армию, просочится по долине р. Иравади на направления Пакхоуку, Енанджаунг.

    Таким образом, 28-я армия встала перед необходимостью помимо обороны побережья уделять большое внимание и сухопутной обороне с севера. Силы этой армии составляли всего две дивизии — 54-я и 55-я. Полоса же ее обороны простиралась с севера на юг на 600 км, с запада на восток — на 200 км и включала нефтяные поля Енанджаунга, зерновой район Бассейна и столицу Бирмы Рангун, т. е. районы, имевшие жизненно важное значение. Параллельно тянущиеся цепи гор Пегу, Аракан и р. Иравади, дельты в устьях рек Иравади и Бассейн и прилегающие к ним болота связывали действия обороняющихся войск.

    Передислокация войск согласно общему плану боевых действий. В условиях ухудшающейся обстановки 28-я армия с мая проводила крупную передислокацию войск. Это мероприятие базировалось на общем оперативном плане, согласно которому полоса обороны делилась на три типа участков: участки стойкой позиционной обороны (в основном районы побережья), участки маневренных оборонительных действий (район дельты р. Бассейн, г. Рангун) и участки контратак (вся остальная территория). Согласно этому плану п-ов Маю и бассейн р. Каладан (включая сюда Акьяб) являлись участком стойкой позиционной обороны, которая была поручена отряду «Сакура»[104] (около1/3 55-й дивизии) и отряду «Мацу»[105] (около1/3 54-й дивизии). Основные силы 55-й дивизии обороняли направление Бассейна, а 54-й дивизии прикрывали с севера и запада район к востоку от гop Аракан.

    Оборона Рангуна была поручена этапным частям и частям зенитной артиллерии под общим руководством генерал-майора Йосида. Нефтяные поля Енанджаунга оборонялись одним полком 49-й дивизии. Указанная перегруппировка была завершена к концу августа.

    ГЛАВА II

    ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ЮНЬНАНИ И СЕВЕРНОЙ БИРМЕ

    1. Завершение боевых действий в долине Хукауна

    В то время когда трагически завершилась Импхалская операция, а оборона Юго-Западной Бирмы вступала в новую, очень важную фазу, военные действия на направлениях Хукауна и Юньнани тоже протекали крайне неудачно. Ожесточенные бои, которые 18-я дивизия вела на направлении Хукауна уже в течение семи месяцев, в конце июня завершились ничем. Судьба Мьиткъи-ны была неясной. Северная Бирма перешла в руки противника.

    Главные силы 18-й дивизии с 16 апреля 1944 года по конец мая вели затяжные жестокие бои на линии Лава к северу от Камайна. В ее ротах оставалось по 20–30 человек, и ей уже ничто не могло помочь. 28 мая противник овладел районом Сетона к югу от Камайна, и это решило судьбу 18-й дивизии. Когда пути отхода в Сетон оказались отрезаны, командир дивизии Танака решил отвести войска в Камайн. 31 мая первым сюда прибыл штаб дивизии. Однако в середине июня и эту последнюю позицию пришлось оставить. При отступлении полки потеряли связь между собой, и какие-либо организованные действия стали невозможны. В ротах осталось по десять солдат. Противник наступал в направлении Могаун, Мьиткъина.

    Командующий фронтом Кавабэ еще в середине июня пришел к выводу, что оставление Северной Бирмы уже неизбежно, и потому решил организовать фронт обороны по линии к востоку и западу от Мохньина. В соответствии с этим 29 июня на линию к востоку и западу от Мохньина была выведена 53-я дивизия, и под ее прикрытием 18-я дивизия совершила отход в район к северу от Индо, куда прибыла 15 августа.

    2. Падение Мьиткъины

    17 мая наземные механизированные части противника захватили аэродром Мьиткъина, не теряя ни минуты, перебросили сюда по воздуху аэродромные части, зенитную артиллерию, пехоту и продолжали наращивать силы.

    В то время в Мьиткъине японские части насчитывали всего около тысячи человек. Захватив аэродром, противник попытался начать наступление на город, однако был отбит. Начались 80-дневные бои за Мьиткъину. Этот населенный пункт имел чрезвычайно важное значение и для японцев, и для противника, так как находился на воздушных и сухопутных коммуникациях между Индией и Китаем. С его потерей японцам трудно было бы удерживать Бамо, а тыл 33-й армии оказался бы в опасном положении.

    Штаб 33-й армии, сознавая важность Мьиткъины, принял решение атаковать противника с тыла на этом направлении главными силами 53-й дивизии (четыре батальона пехоты и два дивизиона артиллерии). К несчастью, 18-я дивизия в связи с занятием противником Сетона оказалась в крайне опасном положении. В связи с этим наступление 53-й дивизии на Мьиткъину было остановлено, дивизию развернули и приказали наступать на Сетон, где она сама истощила свои силы. В конце июня 18-я и 53-я дивизии отошли на направление Индо. Могаун был занят противником, и все силы американо-китайских войск были обрушены на Мьиткъину. 53-ю дивизию преследовала 36-я английская дивизия, выдвинувшаяся к югу для смены воздушно-десантных частей противника.

    Еще до этих событий командующий армией Хонда направил в Мьиткъину батальон пехоты с двумя горными орудиями под командованием генерал-майора Мидзуками — командира 56-й дивизии. В конце июня генерал прибыл в Мьиткъину, пройдя сквозь кольцо окружения, и возглавил все части обороны города. Силы японцев в Мьиткъине увеличились до 3000 человек.

    Хонда, предприняв наступление на юньнаньском направлении, определил план действий по укреплению обороны Нангана и Бамо. С этой целью предполагалось всеми силами и как можно дольше удерживать Мьиткъину, препятствовать соединению американо-китайских войск, продвигавшихся на юг с Хукауна, и чунцинских войск, находящихся на юньнаньском направлении. Генерал-майор Мидзуками получил приказ, в котором указывалось, что армия основными силами будет наступать в направлении на Лунлин, что оборонительные мероприятия в районах Бамо, Нангана еще не завершены и что генерал-майору Мидзуками надлежит до конца оборонять Мьиткъину. Командующий армией Хонда рассчитывал, что Мидзуками сможет удерживать Мьиткъину по крайней мере в течение месяца.

    Бои на улицах Мьиткъины велись буквально за каждый дюйм, американцы в конце концов дошли до подзем-но-минной борьбы. Одно время в штабах американо-китайских войск вынуждены были расценивать военные перспективы здесь как безнадежные. 12 июля противник при поддержке 40 самолетов В-29 и мощных танковых подразделений начал генеральное наступление, однако японский гарнизон отбил его. Тем не менее без помощи извне удерживать город становилось все труднее, потери неуклонно возрастали, гарнизон находился в состоянии крайнего напряжения сил. В начале августа произошло последнее сражение за город. В ночь на 3 августа обороняющиеся переправили на восточный берег р. Иравади до 800 солдат и офицеров, раненые были эвакуированы на плотах в Бамо. Генерал-майор Мидзуками направил Хонда последнее, предсмертное донесение: «Мьиткъину удерживать уже невозможно; раненых с большими трудностями отправили по р. Иравади в Бамо, где, надеемся, они будут спасены».

    Отдав последние распоряжения и проводив уходящих солдат, Мидзуками остался один и покончил с собой. Так завершилась длившаяся 80 дней оборона Мьиткъины. В этих боях американо-китайская армия потеряла убитыми, ранеными и больными свыше 6500 человек.

    3. Упорные бои 56-й дивизии на Юньнаньском фронте

    В начале мая, когда в операции «У» наметились затруднения, когда наступление против воздушно-десантных частей закончилось провалом, когда фронт в Хукауне был на грани крушения, в этот момент чунцинские войска на юньнаньском направлении начали решительное наступление. Ночью 11 мая 20-я группа экспедиционных войск переправилась через р. Салуин. Ее четыре дивизии, составляющие основные силы, продвигались в район севернее Дэнъюэ; части сил, каждая по одной дивизии, двигались к Ламыну и Пинцзя. В то время экспедиционные войска состояли из 11-й (девять дивизий), 20-й (четыре дивизии) групп и 8-й армии (три дивизии). Кроме того, в окрестностях Куньмина находилась резервная армия в составе нескольких дивизий. Противостояла этим силам только 56-я японская дивизия под командованием генерал-лейтенанта

    Мацуяма, причем примерно 1/3 ее была занята в боях в Северной Бирме. Дивизия в то время была готова в любой момент перейти в контрнаступление.

    Командир 56-й дивизии Мацуяма, получив сообщение о переправе противника через реку, частью сил контратаковал его, а затем предпринял сковывающие действия с целью отрезать ему пути в горы Гаолигуншань.

    1 июня, как раз в тот момент, когда дивизия готовилась наконец перейти в контрнаступление к северо-востоку от Дэнъюэ, 20-я группа противника четырьмя дивизиями форсировала р. Салуин между Ламыном и Пинцзя, что к югу от государственной бирманской дороги. Эти основные силы продвинулись далеко вглубь, к Лунлину, а часть сил вела наступление на Ламын. На этот раз наступление чунцанских войск развивалось на всем юнь-наньском направлении.

    Командир дивизии Мацуяма решил перейти на северном участке фронта к долговременной обороне, а на южном осуществить наступление. С этой целью он оставил в Дэнъюэ один батальон пехоты и одну батарею и поручил этому отряду оборону против 11-й группы противника, а основными силами атаковал и уничтожил противника, окружившего Лунлин, затем молниеносно перенес удар и уничтожил противника, просочившегося между Лунлином и Манши. Вслед за этим в начале августа генерал Мацуяма осуществил удар в направлении Пинцзя и освободил из трудного положения гарнизон этого города. В течение двух месяцев боев, начиная с 10 мая, эта дивизия хотя и не нанесла решающего поражения противнику, но продемонстрировала блестящие образцы тактики действий на внутренних линиях сообщения противника.

    4. Боевые действия первого периода

    В конце июня командующий фронтом Кавабэ, учитывая обстановку в Центральной и Северной Бирме, принял решение сократить линию фронта, перейти к обороне на направлениях р. Чиндуин и Хукаун и в то же время, продолжая активные наступательные действия на юньнаньском направлении, контролировать индийско-китайские коммуникации. Это и получило наименование боевых действий первого периода.

    План в общем сводился к следующему: для наступления на юньнаньском направлении усилить войска за счет 2-й и части сил 49-й дивизий; линия фронта на направлении Хукауна отводится назад с задачей задержать противника в районе к северу от Индо; линия фронта на имп-халском направлении также отводится назад, соединяется с новой линией у Индо с задачей задержать противника на рубеже горы Зибью, Калева, Ганго.

    На основании плана фронта командующий 33-й армией Хонда в середине июля разработал новый план боевых действий. Его зaмысел заключался в следующем: сосредоточить основные силы в окрестностях Манши, уничтожить силы экспедиционной армии противника, сгруппировавшиеся в районе Лунлина; выдвинувшись на линию р. Салуин, освободить из окружения гарнизоны Ламына и Дэнъюэ и тем самым полностью перерезать пути из Индии в Китай.

    56-я и 2-я дивизии готовятся к наступлению к северо-востоку и юго-западу от Манши; 18-я дивизия передает задачу обороны фронта Индо 53-й дивизии, сама передислоцируется в Нанган и отрезает индийско-китайские сообщения с Мьиткъиной; Бамо удерживается частью сил 2-й дивизии, прикрывая передислокацию 18-й дивизии; переход в наступление намечался на начало сентября; предполагалось после разгрома сил противника в Лунли-не осуществить прорыв в Ламын и затем последовательно деблокировать Дэнъюэ, Бамо и Мьиткъину, а также усилить блокаду индийско-китайских коммуникаций.

    На основании этого плана часть сил 2-й дивизии и разведывательный полк (всего 1200 человек) заняли Бамо; главные силы дивизии 28 августа выдвинулись к Манши. 18-я дивизия в конце августа постепенно передислоцировалась в Нанган. В этот период важные опорные пункты Пинцзя, Ламын, Дэнъюэ, Лунлин были окружены абсолютно превосходящими силами противника. Обстановка здесь крайне ухудшилась. 56-я дивизия вместе с вернувшимся в ее распоряжение 146-м пехотным полком, т. е. в полном составе, прибыла в Манши, включив в свой состав и его гарнизон.

    В это время 53-я дивизия, расположенная вдоль железной дороги, ведущей в Мьиткъину, вошла в соприкосновение с 36-й англо-индийской дивизией, вновь выдвинувшейся в район к северу от Индо, однако в условиях трудностей снабжения и в условиях вспыхнувшей эпидемии ее силы быстро таяли.

    Наступление на Лунлин. На рассвете 5 сентября началась артиллерийская подготовка наступления главных сил 33-й армии. 56-я дивизия — войска левого фланга — атаковала противника к западу от юньнань-бирманской государственной дороги; 2-я дивизия — войска правого фланга — вела наступление восточнее этой дороги. Общее число наступающих войск, включая резерв, не превышало 15 тыс. человек. Противостоящий противник пятью-шестью дивизиями вел ожесточенные атаки на Лунлин. В первый день наступление развивалось по плану, однако во второй и последующие четыре дня, несмотря на неоднократные атаки, японские части не смогли прорвать позиций противника. После того как противник подтянул подкрепления, у него насчитывалось уже семь-восемь дивизий. Соотношение сил достигло 1: 20. Кроме того, из расшифрованных сообщений выяснилось, что из Куньмина на запад движется 200-я механизированная дивизия, входившая в резерв Чан Кайши.

    С другой стороны, стало ясно, что сейчас от армии уже трудно ожидать помощи гарнизонам Ламына и Дэнъюэ, хотя штаб армии мучительно искал возможности оказать такую помощь. 7 и 14 сентября были получены трагические сообщения о падении Ламына и Дэнъюэ. Из 21 тыс. человек, находящихся в японских частях, наступающих на Лунлин, и в гарнизонах городов, 7200 человек было убито и ранено.

    Взятие гарнизона Пинцзя. Потеряв Ламын и Дэнъюэ и не видя возможности разгромить противостоящего противника, 14 сентября армия прекратила наступление и приняла решение захватить гарнизон Пинцзя. 16 сентября 56-я дивизия при содействии одного пехотного полка 49-й дивизии начала наступление, прорвала оборону противника и захватила Пинцзя.

    Таким образом, в первом периоде решительных боевых действий противнику были нанесены большие потери, часть резерва Чан Кайши в Куньмине была втянута в бои, и это явилось определенным успехом. Однако в ходе последующих действий армия не смогла выполнить поставленных задач и была вынуждена прекратить наступление.

    5. Боевые действия второго периода

    В начале августа в штабе 33-й армии полагали, что американо-китайские войска, захватившие Мьит-къину, продвигаясь на юг в направлении Бамо и Нангана, попытаются установить взаимодействие с экспедиционной армией, наступающей от Лунлина к Манши и Нанга-ну, и общими силами очистить коммуникации между Индией и Китаем. Командование армии в связи с этим принимало меры по усилению обороны Бамо и Нангана, а также готовило контрнаступательные операции. Это получило название боевых действий второго периода.

    Командование армии выделило 18-ю дивизию, которая с конца августа сосредоточивалась в Нангане, для укрепления обороны этого пункта, а часть сил 2-й дивизии направило на укрепление обороны Бамо.

    По замыслу командования предполагалось остановить на позициях у Бамо и Нангана американо-китайскую армию на время боевых действий первого периода, затем силами 56-й дивизии образовать прочную оборону против экспедиционной армии на направлении Манши, Лун-лин, а силами 2-й и 18-й дивизий контратаковать противника, который, как представлялось, к тому времени сосредоточится на позициях у Нангана. Это был замысел искусной операции на внутренних линиях, которую, однако, не удалось осуществить.

    Оставление Лунлина и Манши. В начале ноября экспедиционная армия, находящаяся на направлении Лунлина, и американо-китайские войска — на направлении Мьиткъины, по-видимому, завершили этап восстановления сил и вновь приступили к активным действиям. 1 ноября экспедиционная армия при поддержке американской авиации и 300 орудий начала общее наступление на направлении Лунлина. Американо-китайские войска тоже, продвигаясь на юг, с 15 ноября приступили к полному окружению Бамо. Утром 19 ноября противник начал наступление на Ман-ши. 56-я дивизия еще до вступления в решительные бои в полночь 20 ноября отошла к перевалу Чжэфан.

    Еще раньше в штабе 33-й армии было сделано предположение, что американо-китайские войска на направлении Мьиткъины будут наступать на Бамо и Нанган либо на Мёнгми. В то время 15-я армия заканчивала передислокацию на рубеж гор Зибью, в начале октября ее 53-я дивизия тоже прибыла на позиции в районе Индо. В боях с англо-индийскими войсками она потеряла до 30 % своего состава. Создалось положение, при котором остановить противника на рубеже гор Зибью было трудно. Сейчас англо-индийские и американо-китайские войска в Северной Бирме соединились, огромный лесистый район, очерченный дорогой Мьиткъина — Бамо — Нанган и р. Иравади, был открыт для них. Через этот район противник, действующий на направлениях Бамо или Ката, двигаясь на юг и пройдя через находящийся в центре Мёнгми, мог выйти к Мандалаю и Мемьо, т. е. к важным пунктам в Центральной Бирме.

    Ринутся ли союзные армии на Мандалай с намерением сообща, одним ударом овладеть Центральной и Северной Бирмой или англо-индийская армия будет наступать на Мандалай, а американо-китайские войска и чун-цинская экспедиционная армия будут вести наступление на Нанган — решение этой дилеммы с точки зрения оценки намерений противника являлось чрезвычайно важным.

    Штаб 33-й армии счел более вероятной первую возможность. Он перебросил готовившуюся к боевым действиям в Нангане 18-ю дивизию в Мёнгми, оставив на месте только один полк Ямадзаки. Поскольку раньше отсюда убрали 2-ю дивизию, а теперь и главные силы 18-й, наступление на нанганском направлении состояться не могло.

    ГЛАВА III

    ОПЕРАЦИЯ ПО ПРОДВИЖЕНИЮ В ГЛУБЬ КОНТИНЕНТА

    1. Подготовка операции

    Операция по продвижению в глубь континента, как уже упоминалось раньше, была задумана еще в конце 1943 года, но в то время не вышла из стадии общих планов и намерений. Однако теперь она вновь всплыла на поверхность под наименованием операции «1», и ее подготовка развертывалась быстрыми темпами.

    Положение противника в Китае летом и осенью 1943 года, когда была задумана операция, выглядело следующим образом. Сухопутная чунцинская армия насчитывала всего 3 млн человек, из них девять армий — 250 тыс. человек — были сосредоточены главным образом на направлениях Гуйчжоу и Хунань, и их следовало рассматривать как силы для общего контрнаступления совместно с англичанами и американцами на бирманском направлении. Американская авиация, базирующаяся в Китае, уже насчитывала около 130 самолетов; они использовали главным образом авиационные базы в Юго-Западном Китае, и их активность возрастала. Вместе с 200 самолетами чунцинской армии, которые базировались в Центральном и Северном Китае, эти силы нельзя было оставлять без внимания. Весной и летом 1944 года общая численность авиации предположительно должна была достигнуть 500 самолетов. Особую тревогу с точки зрения противовоздушной обороны собственно Японии не мог не вызвать факт постепенного увеличения численности американской тяжелой бомбардировочной авиации в Юго-Западном Китае.

    Были также, хотя и непроверенные, сведения о наличии на побережье Центрального и Южного Китая баз подводных лодок противника.

    Многочисленные поражения чунцинских войск в прошлых сражениях, разумеется, нанесли режиму Чан Кай-ши серьезный удар, однако развитие общей международной обстановки за последние год-два отнюдь не ослабили, а, наоборот, укрепили стремления чунцинских властей продолжать военные действия.

    Этим силам противника противостояли японские экспедиционные войска (главнокомандующий генерал Хата, начальник штаба генерал-лейтенант Мацуи), численность которых, правда, периодически менялась, но в среднем составляла 620 тыс. человек. В составе войск были 25 пехотных дивизий, одна танковая дивизия, 11 смешанных бригад, одна кавалерийская и одна авиационная дивизии. Они имели 12 тыс. автомашин, от десяти до двадцати с лишним авиаэскадрилий. В конце 1943 года экспедиционная армия имела около 20 дивизионных боекомплектов, 1500 резервных автомашин, запас горючего на восемь месяцев.

    Если противник в будущем мог увеличить свои силы, в частности авиацию, то уровень производства японской авиационной промышленности почти не оставлял надежд на усиление японских военно-воздушных сил на направлении Китая. Если в боях в Китае до 1942 года японская авиация всегда абсолютно превосходила противника и имела в воздухе полное господство, то теперь положение коренным образом изменилось. Это ощущалось и раньше, однако в период проведения операции «1» трудности, возникшие не только перед авиацией, но и перед сухопутными войсками, в частности трудности в снабжении, превзошли все расчеты и представления. Это был важный фактор, о котором не могли забыть те, кто готовил операцию «1».

    Цели операций в Китае. Операция «1». Экспедиционная армия в Китае все время вынашивала планы наступательной операции на Чунцин и другие замыслы, стремясь быстро и решительно сокрушить чунцинский режим и разрешить все японо-китайские проблемы. С начала 1944 года командование экспедиционных войск в Китае неоднократно докладывало Ставке свое мнение о проведении Пекин-Ханькоуской операции.

    Цели такой операции сводились к следующему: поскольку увеличение сил американской авиации в Китае ставит под угрозу пути снабжения по р. Янцзыцзян, следует овладеть южным участком железной дороги Пекин — Ханькоу и очистить коммуникации, ведущие в район Учан, Ханькоу из Северного Китая. Это, кроме того, позволит облегчить маневренное использование войск в Северном и Центральном Китае. Овладение же плодородной равниной Хэнань будет способствовать срыву планов противника на продолжение войны.

    Начиная с осени 1943 года в Ставке тоже изучались планы операций по захвату важных районов, расположенных на Хунань-Гуйлиньской и Кантон-Ханькоуской железных дорогах и на южном участке железной дороги Пекин — Ханькоу. Военные цели таких операций определялись следующими соображениями.

    Овладение Гуйлинем и Лючжоу важно потому, что в противном случае они могут стать базами для налетов бомбардировщиков В-29 на территорию собственно Японии. Одновременно это позволяло воспрепятствовать наступлению противника, которое в будущем могло быть направлено на Южный Китай через Индию, Бирму, Юньнань.

    Операции открывали перспективу установления сухопутных путей связи с Южной группой армий через Индокитай по железным дорогам, проходящим с севера Китая на юг. Это было особенно важно в условиях, когда морские коммуникации становились все более ненадежными. И наконец, решалась задача уничтожения чунцинского режима путем разгрома основных сил его армии и одержания полной победы. Вся операция получила общее кодовое обозначение «Операция „1“» и подразделялась на операцию «Ко» (Пекин-Ханькоускую) и операцию «То» (Хунань-Гуйлиньскую).

    Основные части операции. Фронт операции простирался на 1500 км (если говорить об оперативных расстояниях, то от р. Хуанхэ до Синьяна — около 400 км, от Иочжоу до Ляншаня — около 1400 км, от Хэньяна до Кантона — около 600 км). На этом пространстве японским войскам предстояло разгромить примерно половину всех полевых войск, находившихся под командованием Чан Кайши, и совершить прорывы фронта. Операция должна была проводиться в условиях превосходства противника в воздухе и при максимально урезанных нормах снабжения и пополнения войск. Основная часть войск, получивших опыт и закалку в прошлых боях в Китае, в связи с обстановкой на Тихом океане и юго-западном направлении была переброшена туда. Теперь предстояло проводить операцию в основном с новыми формированиями, с еще не обученным, не обладавшим боевым опытом, плохо оснащенным и вооруженным личным составом.

    Из-за крайнего недостатка судов в процессе подготовки и проведения операции нужно было до минимума сократить использование крупных океанских лайнеров. В связи с этим морские перевозки войск и материалов в Шанхай и Кантон приходилось до предела сокращать и в основном полагаться на железнодорожные перевозки.

    Горючего для автомашин было в обрез, а операции предстояло развиваться непрерывно, при растянутых коммуникациях, по которым надо было обеспечивать 500 тыс. человек, 100 тыс. лошадей, около 15 тыс. автомашин, 1500 орудий. Умелое обеспечение тылового снабжения решало исход операции. В данном случае стало необходимым в качестве меры для экономии горючего обратить внимание на широкое использование больших и малых рек, на то, чтобы по возможности скорее отремонтировать железные дороги и использовать их для тылового снабжения. Однако в условиях превосходства в воздухе противника использовать водные пути было крайне трудно. Что же касается железных дорог, то они были полностью разрушены, и для ремонта требовалось много материалов и железнодорожных войск. В то время ни того ни другого не хватало.

    Изыскивая выход из положения, командование смело пошло на то, чтобы разобрать по всему Китаю железнодорожные ветки и боковые пути, в которых не было особой необходимости, и начало формировать железнодорожные части из людей, не имеющих опыта и знаний для работы на транспорте. Абсолютно не организована была противовоздушная оборона с трудом восстанавливаемых железнодорожных мостов. Большинство автомобильных частей в силу необходимости перебросили сюда из Квантунской армии, однако это значительно ослабило ее, и после завершения первого этапа операции пришлось срочно возвратить их обратно.

    Как видно, масштабы операции были колоссальны. Тем не менее Ставка и полевые армии, помня блестящие успехи экспедиционных войск в Китае и уповая на традиции, были полны уверенности в разгроме китайской армии.

    24 января Ставка отдала следующий приказ главнокомандующему экспедиционными войсками в Китае и главнокомандующему Южной группой армий:

    1. Ставка планирует уничтожение основных авиационных баз противника в Юго-Западном Китае.

    2. Главнокомандующему экспедиционными войсками в Китае овладеть важными пунктами на железных дорогах Хунань — Гуйлинь, Кантон — Ханькоу и по южному участку железной дороги Пекин — Ханькоу.

    3. Главнокомандующему Южной группой армий поддержать указанную операцию экспедиционной армии в Китае.

    Одновременно с приказом были даны и основные оперативные указания.

    Цели операции. Разгромив противника, овладев важными пунктами на железнодорожных линиях Хунань — Гуйлинь, Кантон — Ханькоу, на южном участке железной дороги Пекин — Ханькоу и удерживая их, японские войска уничтожают основные авиационные базы противника и прекращают их деятельность.

    Основной замысел операции. В течение весны и лета 1944 года экспедиционные войска в Китае, перейдя в наступление сначала с северокитайского направления, затем из района Учан, Ханькоу и Южного Китая, разгромив противника, и прежде всего его центральные армии, сначала овладевают важными пунктами на железной дороге Пекин — Ханькоу, на ее участке к югу от р. Хуанхэ, затем важными пунктами на железных дорогах Хунань— Гуйлинь, Кантон — Ханькоу и удерживают их. В ходе проведения операции, если позволит обстановка, войска принимают меры к восстановлению железных дорог Пекин — Ханькоу и Кантон — Ханькоу.

    Южная группа армий в целях содействия операции экспедиционных войск в Китае осуществляет наступательные действия с бирманского и индокитайского направлений.

    1. Пекин-Ханькоуская операция. В апреле 1944 года войска Северо-Китайского фронта переходят в наступление из Северного Китая; разгромив противника, захватывают и удерживают южный участок Пекин-Ханькоуской железной дороги к югу от р. Хуанхэ. Время на проведение операции — полтора месяца. В операции принимают участие Северо-Китайский фронт, 12-я армия — четыре дивизии и часть сил 5-й воздушной армии.

    По окончании операции необходимые войска перебрасываются по суше через район Учан, Ханькоу на операционное направление Хунань — Гуйлинь. Захваченные районы удерживаются двумя дивизиями.

    2. Хунань-Гуйлиньская операция. Операция проводится в июне 1944 года 11-й армией из района Учан, Ханькоу. В июле — августе 23-я армия начинает наступление из района Кантона. Разгромив войска противника, армии овладевают районами Гуйлиня, Люч-жоу, затем уничтожают остатки войск вдоль железных дорог Хунань— Гуйлинь, Кантон — Ханькоу, захватывают и удерживают их. Время на проведение операции — около пяти месяцев. В зависимости от обстановки в последующем, по возможности в кратчайшие сроки, армии организуют операции по уничтожению аэродромов противника в районах Суйчуаня, Наньсю-на. В последующем, если позволит обстановка, в январе — феврале 1945 года 23-я армия овладевает районом Наньнина, очищает от противника дорогу Гуйлинь — Ляншань и удерживает ее.

    5-я воздушная армия в период до начала наступления 11-й армии всеми силами действует против неприятельской авиации, чтобы на начальном этапе обеспечить за собой превосходство в воздухе; в ходе операции оказывает непосредственную поддержку наземным войскам.

    В операции принимают участие следующие войска: 11-я армия (семь-восемь дивизий), 23-я армия (две дивизии), войска непосредственного подчинения командованию экспедиционных сил (одна-две дивизии), 5-я воздушная армия (две авиационные группы).

    Удержание районов, захваченных вдоль железных дорог Хунань — Гуйлинь и Кантон — Ханькоу, осуществляют восемь дивизий и четыре бригады. Южная группа армий в целях содействия экспедиционным войскам в Китае активизирует действия с бирманского и индокитайского направлений.

    При осуществлении воинских перевозок максимально использовать имевшийся тоннаж судов; для перевозки войск в сезон дождей и жары использовать внутренние водные пути; всемерно сокращать сухопутные перевозки; широко использовать подручные и реквизированные средства и материалы для перевозок.

    Подготовка войск и материального обеспечения операции. Маскировка планов. В период с лета 1943 года по лето 1944 года экспедиционная армия в Китае постепенно сосредоточила в районе Шанхая 17, 32 и 36-ю дивизии, в районе Циндао — 35-ю дивизию и приступила к их переброске на юго-восточное тихоокеанское направление. Это уменьшило силы экспедиционной армии, однако в связи с операцией «1» она получила незначительные подкрепления. Так, 3-я авиационная дивизия из состава экспедиционных войск была развернута в 5-ю воздушную армию (командующий генерал-лейтенант Симояма), насчитывающую 250 действующих самолетов (половина предполагаемой численности самолетов противника). Сюда была переброшена из Маньчжурии 27-я дивизия, вновь сформировано 14 отдельных пехотных бригад, переброшено 8 полевых резервных отрядов, увеличено количество частей непосредственного подчинения штабу экспедиционных войск и других частей.

    Из основных средств материального обеспечения можно было ожидать доставки из Японии и Маньчжурии четырех сухопутных дивизионных боекомплектов, двух боекомплектов для авиационных групп, около 40 тыс. кл автомобильного и 10 тыс. кл авиационного горючего, около 600 переправочных шлюпок. Большинство этого снаряжения предполагалось получить в период с марта по май и сосредоточить в Центральном и Южном Китае в соотношении 6:1.

    Ставка особенно настаивала на обеспечении секретности замыслов предстоящей операции. Требовалось соблюдать крайнюю секретность в первую очередь в зоне активных боевых действий на китайской территории и проводить мероприятия по дезинформации, вводя противника в заблуждение, чтобы он думал, что японцы будут наступать на Чунцин. Маскировка и дезинформация по всем каналам — оперативным, политическим, пропагандистским, контрразведывательным — должны были проводиться централизованно, по единому плану. Тем не менее казалось, что противник в общих чертах знал планы японского командования.

    Оперативное планирование и руководство. В штабе экспедиционных войск разработали детальный план операции и в марте доложили его Ставке. Основы плана заключались в следующем.

    Использование войск. Северо-Китайский фронт (командующий генерал Окамура) поручил проведение операции 12-й армии (командующий генерал-лейтенант Утияма) в составе 37, 62,[106] 110-й дивизий и 3-й танковой дивизии.

    11-я армия (командующий генерал-лейтенант Иокоя-ма) должна была начать наступление из района Учан, Ханькоу. В ее составе были 3, 13, 27, 34, 40, 58, 68, 116-я дивизии и впоследствии еще 37-я и 64-я дивизии. Кстати, 3-я и 13-я дивизии участвовали еще в боях в Шанхае в 1937 году и являлись как бы соединениями-ветеранами; они составляли костяк 11-й армии, и их подготовка к боям против китайцев была близка к совершенной.

    23-я армия (командующий генерал-лейтенант Танака) должна была наступать с кантонского направления. Она состояла из 22-й и 104-й дивизий.

    Основы оперативного руководства в Пекин-Ханько-уской операции. Северо-Китайский фронт в первой декаде апреля заканчивает восстановление железнодорожного моста через р. Хуанхэ в окрестностях Баванчэна и усиливает его противовоздушную оборону. Основные силы 12-й армии во второй декаде апреля сосредоточиваются в районе к югу от Синьсяна, а часть сил — на левом берегу р. Хуанхэ, к западу от Кайфына, и заканчивают подготовку к операции. Основные силы начинают наступление в третьей декаде апреля и, разгромив противника, выходят в район Яньчэна, где готовят последующее наступление на Лоян. Одновременно часть сил армии наступает на Синьян и, взаимодействуя с частью сил 11-й армии, очищает сухопутные коммуникации, ведущие в район Уханя.


    Основные силы 12-й армии (четыре дивизии) по возможности в кратчайшие сроки развертываются от Яньчэна вправо и наступают в направлении Лояна. Непосредственно перед этим часть сил 1-й армии, находящейся в провинции Шаньси, из района Юаньцюй форсирует р. Хуанхэ, перерезает Лунхайскую железную дорогу и осуществляет оперативное взаимодействие с основными силами 12-й армии.

    11-я армия (семь-восемь дивизий) в первой декаде мая частью сил наступает из района Синьяна в северном направлении на Циошань и взаимодействует с войсками Северо-Китайского фронта.

    13-я армия в конце апреля частью сил сковывает противника с востока, содействуя войскам Северо-Китайского фронта.

    27-я дивизия, переброшенная из Квантунской армии, сначала находится в готовности на левом берегу р. Хуанхэ, затем по мере развития операции движется вместе с 37-й дивизией и 3-й танковой дивизией (половина) 12-й армии в район Уханя, входит в состав 11-й армии и впоследствии ведет подготовку к Хунань-Гуйлиньской операции.

    После завершения операции Северо-Китайский фронт организует первую линию обороны по рубежу Лоян, Линь-жу, Уян, Биян, удерживает важные пункты на южном участке железной дороги Пекин — Ханькоу, одновременно оборудует аэродромы в районах Чжэнчжоу, Лояна, Яньчэна и спешно восстанавливает южный участок железной дороги Пекин — Ханькоу.

    Основы оперативного руководства в Хунань-Гуйлиньской операции. 1-я операция начального этапа — захват Хэнъяна. 11-я армия к третьей декаде мая сосредоточивается в районе Иочжоу, завершает подготовку и в начале июня основными силами переходит в наступление из района к востоку от р. Сянцзян, а частью сил — с направления озера Дунтин, уничтожает войска 9-го военного района и быстро овладевает районом Чанша. В ходе преследования противника овладевает окрестностями Хэнъяна и одновременно отражает фланговый удар войск 6-го военного района противника, который ожидается с направления Чандэ. Овладение Хэнъяном планируется к середине июля.

    В дальнейшем 11-я армия очищает от остатков противника район вдоль р. Сянцзян, к северу от Хэнъяна, организует первую линию обороны по рубежу Циян, Лоян и готовит последующую операцию в направлении на Гуйлинь. Одновременно оборудует аэродромы в районах Чанши, Сянтаня, Хэнъяна; спешно восстанавливает северный участок железной дороги Кантон — Ханькоу, в особенности отрезок до Чанши; строит и ремонтирует автомобильные дороги, принимает меры по улучшению тыловых перевозок.

    13-я армия (командующий генерал-лейтенант Нагацу) в конце первой декады июня частью сил предпринимает наступление с направления Цзиньхуа на Цюйчжоу, сковывает войска 3-го военного района и облегчает проведение операции 11-й армии в районе Чанши.

    23-я армия в конце июня силами достаточно мощной группировки наступает на район вдоль р. Бэйцзян, сковывает войска 7-го военного района, содействует 11-й армии в районе Хэнъяна и готовит последующее наступление на направлении Учжоу.

    2-я операция начального этапа захват Гуйлиня и Лючжоу. 23-я армия в конце июля основными силами начинает наступление по обоим берегам р. Сицзян, а частью сил — с направления п-ова Лэйчжоу, овладевает Учжоу, Даньчжоу, удерживает важные пункты по р. Сицзян к востоку от указанных городов и одновременно готовит дальнейшее продвижение на Лючжоу.

    Примерно в середине августа 11-я армия из района Ху-нань-Гуйлиньской железной дороги, а 23-я армия из района р. Сицзян переходят в наступление против войск 4-го военного района и овладевают соответственно Гуйли-нем и Лючжоу. Срок ориентировочно — конец сентября. В дальнейшем обе армии, уничтожив остатки войск противника, удерживают важные пункты соответственно вдоль Хунань-Гуйлиньской железной дороги и по р. Сицзян и готовятся к последующим операциям.

    По мере развития операции войска оборудуют аэродромы в Линлине, Гуйлине, Лайбине, Лючжоу; 11-я армия, кроме того, восстанавливает Хунань-Гуйлиньскую железную дорогу, а 23-я армия обеспечивает движение по р. Сицзян и на грунтовых дорогах.

    3-я операция начального этапа — очищение южного участка железной дороги Кантон — Ханькоу. В октябре 11-я армия, создав достаточно мощную группировку, начинает наступление из районов Хэнъяна, Линлина; разгромив войска 7-го военного района и остатки других войск противника, овладевает важными пунктами на южном участке железной дороги Кантон — Ханькоу и удерживает их. Время на эти действия — около месяца. 23-я армия частью сил наступает из района к северу от Кантона в направлении Индэ и содействует 11-й армии. Последняя предпринимает особые меры к срочному захвату железнодорожного моста и туннеля в районе Синц-зина, а также по мере развития операции восстанавливает южный участок железной дороги Кантон — Ханькоу и оборудует аэродромы в Чэньсяне и Шаочжоу.

    Операции завершающего этапа (захват Наньнина и овладение коммуникациями, ведущими во Французский Индокитай). В январе — феврале 1945 года 23-я армия начинает наступление из района к югу от Лючжоу и после овладения Наньнином захватывает сухопутные коммуникации, ведущие во Французский Индокитай, до границы с ним в районе Ляншаня. Южная группа армий силами войск, оккупирующих Индокитай, оказывает помощь в этой операции с направления Ляншаня. 23-я армия по мере развития операции оборудует аэродромы в районе Наньнина. 5-я воздушная армия наносит поражение авиации противника, непосредственно поддерживает действия сухопутных войск, прикрывает сосредоточение и перевозки войск по р. Янцзы и на южном побережье Китая в период подготовки операции.

    Главнокомандующий экспедиционными войсками в Китае в конце мая переезжает в Ханькоу, где размещает часть своего штаба; в дальнейшем он перемещается в район Хэнъяна, откуда руководит действиями 11-й и 23-й армий.

    2. Пекин-Ханькоуская операция — операция «Ко»

    Положение сторон перед началом операции.

    Мост через р. Хуанхэ у Баванчэна на железной дороге Пекин — Ханькоу, в свое время разрушенный артиллерией противника, к 25 марта был восстановлен. На центральнокитайском направлении наступал период половодья на р. Янцзы, что увеличивало возможности водных перевозок и способствовало восстановлению нормального положения на прибрежных сухопутных коммуникациях. Прибрежные перевозки на южнокитайском направлении не были обеспечены в достаточной мере прикрытием и задерживались примерно на полмесяца.

    5-я воздушная армия в Северном Китае располагалась в Чжандэ, Сюйчжоу, Синьсяне, Кайфыне, частью сил истребителей имела задачу с аэродрома Синьсянь осуществлять прикрытие моста в Баванчэне. На центрально-китайском и южнокитайском направлениях основные силы истребительной авиации армии прикрывали р. Янцзы и район Гонконга. Одновременно подразделения армии, используя удобные моменты, совершали налеты на основные аэродромы противника в Хэнъяне, Сюйчу-ане, Гуйлине. Главная авиационная база располагалась в Ухани, а передовая — в Байлоцзи (северо-восточнее Иочжоу).

    Противник, предчувствуя приближение наступления японских войск в Пекин-Ханькоуской операции, усиливал оборону. Японцы предполагали, что к югу от р. Хуанхэ основное противодействие им в начале операции будет оказано группой Тан Энь-бо (девять-десять армий). По данным разведки и наблюдения, предполагалось также, что пяти-шести армиям из этой группы будет поручено осуществлять оборону р. Хуанхэ и удерживать опорные пункты по железнодорожной линии Пекин — Ханькоу, а три отборные маневренные армии будут выведены в районы Юйсянь, Линьжу, где, используя уже подготовленные позиции, станут готовить организованные контратаки. На направлении Лояна по мере развития наступления японских войск ожидались упорные оборонительные и контрнаступательные действия противника силами (помимо уже указанных выше) трех — пяти расположенных здесь армий и резервов (по крайней мере, две-три армии). В общем на направлениях главного удара японских войск предполагались действия 18–20 армий, т. e. 350–400 тыс. человек (половина всех войск в Центральном Китае).

    Силы японцев включали в себя три пехотные и одну танковую дивизии, четыре отдельные бригады, одну кавалерийскую бригаду — всего 148 тыс. человек, т. e. меньше половины численного состава противника. Однако опыт прежних боев давал основание надеяться на выполнение боевой задачи.

    Овладение Сюйчаном и захват железной дороги Пекин — Ханькоу. 12-я армия ночью 17 апреля силами 37-й дивизии и 7-й смешанной бригады переправилась через р. Хуанхэ, прорвала позиции противника в районе Чжун-му, частью сил к вечеру 19 апреля овладела Чжэнчжоу, а основными силами выдвинулась к Синьчжэну.

    Главные силы армии на рассвете 19 апреля, имея в центре 110-ю дивизию, перешли в наступление из района к востоку и западу от Баванчэна, а 24 апреля 62-я, 37-я дивизии и 7-я смешанная бригада перегруппировались на рубеже к востоку и западу от Синьчжэна, 30 апреля атаковали Сюйчан и 1 мая овладели им. В это же время 62-я японская дивизия, предупреждая движение вновь сформированных 15-й и 29-й армий противника на Сюйчан, вступила с ними во встречный бой и разгромила их. 110-я дивизия 21 апреля заняла Цзаоян, а 24 апреля Мисянь. 9-я отдельная пехотная бригада, преследуя противника, 24 апреля вышла к юго-западу от Сышуя. 27-я пехотная и 3-я танковая дивизии, сосредоточенные к северу от р. Хуанхэ как части второго эшелона, вслед за передовыми частями переправились через реку по железнодорожному мосту и к 26 апреля начали продвижение на юг.

    Часть сил 11-й армии 1 мая начала наступление из Чантайгуаня в северном направлении на Циошань, а 5 мая часть сил 12-й армии овладела Яньчэном. 27-я дивизия, которая перебрасывалась в район Уханя, продолжала движение на юг и 9 мая достигла Циошаня. Сухопутные коммуникации между Пекином и Ханькоу были открыты, связь юга с севером восстановлена.

    Поворот на Лоян. Первоначально в штабе Северо-Ки-тайского фронта предполагали, что группа Тан Энь-бо расположит свои основные силы в районе Есяня к западу от Яньчэна, и с целью их уничтожения планировали резкий поворот на северо-запад после выдвижения в район Яньчэна. Однако противник затем передислоцировал свои основные силы в северном направлении, и поэтому было принято новое решение: после захвата Сюйчана быстро совершить поворот в направлении на Лоян, главными силами наступать на Цзясянь, а частью сил на Дэнфын, Юйсянь, Сянчэн и уничтожить противостоящего противника по частям. Этот маневр начался 1–2 мая.

    Таким образом, узнав, что основные силы 31-й группы армий противника, его 12-я и 29-я армии находятся в Дэн-фыне и в гористой местности к югу от него, 12-я японская армия главными силами окружила этот район и частью сил устроила заслон против его просачивания на юго-запад.

    Противник начиная с полуночи 5 мая постепенно откатывался на запад через район к востоку от Линьжу. Часть его сил 8 мая в районе Даяна попала в окружение 37-й дивизии и 7-й отдельной смешанной бригады и понесла огромные потери.

    Штаб Северо-Китайского фронта 9 мая принял решение уничтожить силы противника вокруг Лояна. Главным силам 12-й армии приказано было совершить бросок на направлениях Лоян, Синьань, оттеснить противника к северо-западу и уничтожить его. Двум бригадам под руководством командира 69-й дивизии, входящей в состав 1-й армии, дислоцированной в провинции Шаньси, было приказано переправиться через р. Хуанхэ в районе Юань-цюй, продвинуться в направлении Синьаня и перерезать пути отхода противника, а частью сил двигаться в направлении Цзяши на запад. Группе Нодзоэ, созданной на базе 63-й дивизии, находившейся в Сышуе, было приказано наступать на Синьань через район к северу от Лояна.

    Еще раньше, после уничтожения главными силами 12-й армии противника в районе к юго-западу от Дэнфы-на, часть ее сил нацелилась на Лоян, а другая часть продвигалась на запад. Группа Нодзоэ 12 мая, взаимодействуя с частями 1-й армии, атаковала с востока и запада Синьань и 14 мая овладела им.

    Северо-Китайский фронт 14 мая принял решение «окружить противника в районе Лояна, блокировать город и овладеть им в удобный момент».

    Падение Лояна. 19 мая группе Нодзоэ были подчинены основные силы танковой дивизии и часть сил 110-й пехотной дивизии, входившие в состав 12-й армии, и она получила приказ овладеть Лояном — старинным китайским городом, окруженным крепостными стенами. 19 мая группа начала атаки внешних позиций под Лояном, но успеха не имела. Тогда ее подчинили 12-й армии, возложив на армию задачу овладеть Лояном.


    В 13 час. 23 мая 12-я армия начала наступление. 24 мая японские войска предложили противнику, находящемуся в Лояне, капитулировать, однако ответа не последовало. В 13 час. японцы начали наступление и 25 мая полностью овладели древним Лояном.

    3. Хунань-Гуйлиньская операция — операция «То»

    Наступление на Хэнъян, план руководства боевыми действиями. Пока успешно развивалась Пекин-Ханькоуская операция, японцы продолжали подготовку Хунань-Гуйлиньской операции.

    В день захвата Лояна, т. е. 25 мая, главнокомандующий экспедиционной армии в Китае генерал Хата, как и предполагалось, выдвинул часть своего штаба в Ханькоу. К этому же времени войска 11-й армии сконцентрировались в районе Иочжоу.

    Согласно оценке положения в тот период противник в провинции Хунань, собрав силы в Чанше и в районах южнее его и использовав хорошо укрепленные позиции, активными действиями постарается сорвать планы японских войск. Используя часть сил 6-го военного района, он прежде всего, очевидно, предпримет сильное давление на направлении Ияна, а затем подошедшими главными силами нанесет фланговый удар из района к западу от Чанши. Ко времени захвата Чанши силы противника составят примерно 13–14 армий, т. е. 40 дивизий.

    В районе Хэнъяна противник, очевидно, постарается с помощью авиационных и наземных контрдействий помешать продвижению японских войск и всеми силами удержать эту местность. Ко времени занятия Хэнъяна силы противника будут предположительно насчитывать 20 армий, т. е. 55 дивизий.

    Развитие военной обстановки в Северной Бирме покажет, будут ли переброшены на хунань-гуйлиньское направление 6 армий (16 дивизий) бирманских экспедиционных войск под командованием Вэй Ли-хуана, которые дислоцируются в Юньнани. С падением Хэнъяна такая возможность возрастет.

    Основываясь на оценке обстановки и возможных действий противника, штаб 11-й армии разработал следующий план оперативного руководства.

    Войска располагаются в два эшелона. Пять дивизий первого эшелона развертываются к востоку и западу от Иочжоу: к западу от р. Сянцзян — 40-я дивизия; к востоку от этой реки — 116, 68, 3, 13-я дивизии. На флангах располагаются лучшие дивизии, способные нанести решительный удар по скоплениям противника. Во втором эшелоне развертываются 58-я, 34-я и находящаяся в стадии сосредоточения 27-я дивизии.

    Войска начинают наступление 27–28 мая, окружают и уничтожают противника между р. Юаньцзян и Ияном, между р. Синьцянхэ и р. Милоцзян. В дальнейшем вести наступление на Чаншу.

    После прорыва линии к востоку и западу от Чанши войска готовят захват Хэнъяна и одновременно уничтожают противника, ведущего массированные атаки с востока, запада и юга.

    Начало наступления. Переброска части сил на судах по озеру Дунтин. Наступление началось на рассвете 27 мая. Отдельный 218-й пехотный полк в ночь на 27 мая из Иочжоу был срочно переброшен на судах через озеро Дунтин с задачей перерезать противнику пути отхода и взаимодействовать с войсками во время их переправы через р. Милоцзян. Специально командированный из состава военно-морского флота отряд по эксплуатации речных путей 28 мая вышел из Иочжоу, очистил от противника р. Сянцзян и оборудовал ее фарватер для движения судов. 5-я воздушная армия расположила 1-ю авиагруппу в Байлоцзи, а 2-ю — в Кантоне. Основные силы легкобомбардировочной авиации дислоцировались в Ханькоу.

    Японские войска продвигались вперед, однако противник, по-видимому, знал планы японцев и заблаговременно начал отвод своих войск к востоку и в горный район на южном берегу р. Милоцзян. Войска армии в районе моста Гуаньван и на южном берегу р. Милоцзян встретили организованное противодействие 20-й армии противника, с которой вступили в бой. На остальных же участках фронта японцы, не встретив серьезного сопротивления, вышли на рубеж южного берега р. Милоцзян и готовились к дальнейшему наступлению. Получив сообщение об отходе противника в направлении к р. Лао-даохэ, 3 июня возобновили наступление, 6 июня вышли на рубеж этой реки и стали готовиться к последующему наступлению на Чаншу и расположенный к востоку от нее Люян.

    К этому времени в горах Дамаошань к северу от Чанши скопились остатки войск противника численностью до двух дивизий. 34-я дивизия с 3 июня вела наступательные бои против этой группировки, однако успеха не имела. Получив приказ на быстрое взятие Чанши, 34-я дивизия двинулась в южном направлении.

    В это время часть сил 40-й дивизии получила следующий приказ: заняв ряд важных пунктов на левом берегу р. Сянцзян, не допустить отхода противника на запад из района гор Дамаошань. Одновременно в целях ускорения переброски водным путем артиллерии и других грузов, необходимых для овладения Чаншей, части сил 58-й дивизии из второго эшелона было приказано наступать на Синьань и овладеть им 8 июня.

    Согласно директиве армии войска второго эшелона должны были ввести в эксплуатацию две автомобильные дороги в тылу войск первого эшелона, однако из-за многодневных дождей дороги размыло, работы остановились, и войска первого эшелона до конца первой декады июня не могли получить почти никакого пополнения из тыла. Несмотря на принимаемые армией усиленные меры, эти дороги, особенно проходящая восточнее, к использованию не годились. Полевая артиллерия и автомобильные части засели в грязи и забили на всем протяжении коммуникации от Иочжоу до Чанши, чем еще более усугубили трудное положение.

    7 июня армия подготовилась для атаки и уничтожения противника на направлениях Ияна, Люяна и одновременно для наступления на Чаншу.

    После ряда предварительных действий 34-я и 68-я дивизии частью сил начали 18 июня наступление на гору Иолушань, а 58-я дивизия — на Чаншу. Чанша пала. Тем временем правофланговая 40-я дивизия 11 июня овладела Ияном, разгромила 73-ю и 74-ю армии противника и 16 июня заняла Нинсян. На левом фланге, в районе Люяна, 3-я и 13-я дивизии разгромили 27, 37, 58, 20, 114-ю и вновь организованную 3-ю армии противника. Кроме того, получив сообщение о том, что вновь подошедшая 26-я армия противника 14 июня захватила Пинсян, 13-я дивизия главными силами повернула на восток и в ходе маневренных боев разбила превосходящие силы противника. 23 июня 13-я дивизия вела наступление на Лайян и перерезала железную дорогу Кантон — Ханькоу; 3-я дивизия сосредоточилась в районе Лилина.

    После захвата Чанши войска армии частью сил двинулись в направлении на Хэнъян, а основными силами начали готовиться к последующим операциям. В соответствии с этим 40-я дивизия 22 июня заняла Сянсян; основные силы 116-й дивизии 27 июня достигли северо-западных окраин Хэнъяна; 68-я дивизия продвигалась к юго-западным окраинам Хэнъяна. 28 июня обе дивизии начали атаки Хэнъяна. 29 июня в бой вступили подошедшие силы 58-й дивизии и 218-й пехотный полк, однако успеха достигнуто не было.

    С 30 июня командир 116-й дивизии генерал-лейтенант Иванага, объединив под своим командованием и 68-диви-зию (ее командир был убит накануне), вновь начал атаки, но сопротивление было упорным. 2 июля армия временно приостановила атаки Хэнъяна, решив подтянуть артиллерию, подвезти боеприпасы, обеспечить мощную непосредственную поддержку авиацией и только после этого продолжить наступление. Однако войска растратили много сил в ходе преследования, их подготовка к боям за Хэнъян была несовершенной, они испытывали недостаток в боеприпасах. Авиация противника превосходила японскую, а аэродромы, разрушенные в Чанше и Сян-тане, были пока еще не восстановлены, поэтому рассчитывать на соответствующую поддержку авиации не приходилось.

    В начале июля с юго-запада, т. е. со стороны Хунань-Гуйлиньской железной дороги, противник подтянул крупные силы и стал угрожать тылу японских войск, сконцентрированных для захвата Хэнъяна. Японские войска постепенно попадали в окружение. 4 июля 40-я дивизия, находившаяся на западном берегу р. Сянцзян, овладела Юнлином. Штаб армии намеревался поставить дивизии задачу уничтожить противника к югу от этого пункта, однако 6 июля, учтя положение под Хэнъяном, направил эту дивизию туда. К востоку от р. Сянцзян 13-я дивизия 4 июля овладела Лайяном, 27-я дивизия к 15 июля выдвинулась в район Лилина.

    Примерно к 10 июля из тыла были доставлены артиллерия и боеприпасы, и авиация завершила свою подготовку, поэтому армия с 11 июля начала атаки с целью овладеть Хэнъяном, направляя главный удар на юго-западную часть города. Японские войска частично продвинулись вперед, овладели отдельными позициями противника, сжали кольцо окружения вокруг города и с 15 июля приступили к генеральному штурму. После частичного успеха продвижение вперед приостановилось; было решено вновь приступить к подготовительным мероприятиям, пополнить части первого эшелона и только после этого возобновить наступление. 17–18 июля 13-ю дивизию выдвинули в район аэродрома к востоку от Хэнъяна и в район железной дороги, а главные силы 58-й дивизии направили на северо-запад Хэнъяна. Это имело целью подключить обе дивизии к боям за овладение городом. Одновременно подтянули артиллерию и гранатометы. 34-я дивизия, захватившая г. Иолушань, и снятая из резерва 27-я дивизия вышли в середине июля в район к востоку от Лилина, разгромили противостоящую им 58-ю армию противника и преследовали ее в юго-западном направлении. Одновременно с этим основные силы 3-й дивизии в конце июля выдвинулись в район Лайяна, где начали готовиться к боям за Хэнъян. На западном берегу р. Сянцзян 64-я дивизия в середине июля вышла в район к югу от Ияна и удерживала его. 27 июля штаб армии выдвинул 40-ю дивизию в район западнее Хэнъяна и поручил ей непосредственно действовать против войск, пытавшихся деблокировать Хэнъян.

    К концу июля подготовка к штурму Хэнъяна была наконец закончена, и 30 июля был отдан приказ на наступление. Вплоть до 7 августа оно не имело успеха, и, когда японцы пришли к выводу, что для осады города потребуется еще несколько дней, вечером на участке 68-й дивизии сдалось в плен небольшое подразделение. В этом усмотрели признак того, что противник дрогнул. Был отдан приказ продолжать наступление. К ночи японские войска, овладев первой линией обороны, ворвались на улицы города. На рассвете 8 августа в плен сдались командующий армией противника Фан Сянь-цзюэ и четыре командира дивизий. Однако некоторые подразделения противника продолжали сопротивление и к 8 час. утра были полностью уничтожены. Хэнъян пал после сорока с лишним дней осады.


    Примечания:



    1

    В различных публикациях имеются расхождения во времени налета на Перл-Харбор. Они объясняются большими расстояниями Тихоокеанского театра, его большой растянутостью по параллели и, следовательно, значительной разностью в поясном времени, в частности между Токио, Гавайскими о-вами и Вашингтоном. В данном случае, как и впоследствии, когда речь идет о действиях японского флота, автор приводит токийское время. На Гавайях было 7 час. 50 мин. (Здесь и далее примечания редактора.)



    10

    В это время из великих держав вне войны находились США и СССР. Статья истолковывалась как предупреждение главным образом по адресу США.



    103

    В мае Импхал хотя и не был окружен, но фактически находился в осаде, поскольку были блокированы его дороги и англичане организовали воздушный мост для поддержки гарнизона Импхала. По этому мосту перебрасывались вооружение и все виды снабжения. По воздуху было переброшено и подкрепление в составе двух с половиной дивизий с полным вооружением и артиллерией.

    Большое значение в решении задач обеспечения гарнизона по воздуху помимо транспортной авиации имели вертолеты. Воздушным путем из района Импхала было вывезено до 30 тыс. раненых. По воздушному мосту через горы между Индией и Китаем в наиболее напряженное время в месяц перевозилось до 71 тыс. т грузов.



    104

    Вишня.



    105

    Сосна.



    106

    62-я дивизия после успешных боев в ходе этой операции была переведена на о. Окинава, где участвовала в боях и была разгромлена.