Загрузка...



Миф № 15. Москву спасло не мужество и героизм наших войск, а то обстоятельство, что германское командование отдало приказ на отступление

Откровенно говоря, это не миф, а жуткая подлость по отношению к величайшему подвигу нашего народа и нашей армии, спасших столицу своей Родины. Мне трудно приводить фамилии тех конкретных, с позволения сказать, «демократических историков», которые посмели в своих выступлениях и печатных трудах опуститься до такой подлости. Трудно, потому что степень негодования такова, что просто не могу себе позволить пачкать страницы этой книги упоминанием их фамилий. Что же до существа мифа, то наше дело беспристрастно рассмотреть, что и как произошло в те далекие времена, как на самом деле спасали Москву.

Сразу же отметим одно обстоятельство, которое отдельные, с позволения сказать, «демократические деятели» от Истории злоумышленно фальсифицируют. Когда они говорят о войне 1812 г. и о том, что Кутузов правильно сделал, что сдал Москву, они злоумышленно забывают добавить наиважнейшее обстоятельство — Москва в те времена не являлась столицей Российского государства. И её сдача в судьбе государства ничего принципиально не решала. Зато для Наполеона захват Москвы, тем более после Бородинского сражения, стал началом закономерного и хорошо известного из Истории финала.

В 1941 г. ситуация была принципиально иной. Москва являлась не просто столицей Русского государства — она являлась столицей крайне ненавистного всему Западу Союза Советских Социалистических Республик! И сдать её означало загубить весь СССР! Именно поэтому-то Москва и занимала особое место в плане войны нацистской Германии против Советского Союза. Нацисты планировали полностью уничтожить Москву вместе с её жителями, а на её месте создать искусственное море. Именно этим целям и была подчинена пресловутая операция «Тайфун». На столицу наступали войска одной из сильнейших группировок вермахта — ГА «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала Ф. Бока. В её составе находились: 4-я армия (командующий генерал-фельдмаршал Г. Г. Клюге); 3-я танковая группа (командующий генерал танковых войск Г. Рейнгардт); 4-я танковая группа (командующий генерал-полковник Гёпнер). С южного направления через Тулу к Москве должна была выйти 2-я танковая группа под командованием генерал-полковника Г. Гудериана. В эту группировку входили 5, 7, 9, 12, 20-й армейские, 40, 46, 56, 57-й моторизованные корпуса, 7, 17, 23, 34, 35, 78, 87, 98,106, 137, 183, 197, 252, 258, 260, 263, 267, 292-я пехотные, 1, 2, 5, 6, 7, 10, 11, 19, 20-я танковые, 3, 14, 36-я моторизованные дивизии, моторизованная дивизия СС «Рейх» и 286-я охранная дивизия. Из 2-й танковой группы Гудериана к Москве должны были подойти 31, 131, 167, 296-я пехотные, 3, 4, 17-я танковые, 25-я, 29-я моторизованные дивизии 43-го, 53-го армейских и 24-го моторизованного корпусов. Всего в группировке насчитывалось 22 пехотных, 12 танковых, 6 моторизованных дивизий (или более половины всех танковых и моторизованных дивизий, находившихся в то время на советско-германском фронте), из них три четверти действовали на территории Западного Подмосковья. В общей сложности к началу операции «Тайфун» указанная группировка вермахта насчитывала 1 миллион 800 тысяч человек, более 14 тысяч орудий и миномётов, 1700 танков, 1390 самолётов. Натиск этой мощи сдерживали советские войска, насчитывавшие в составе Западного, Резервного и Брянского фронтов 1 миллион 250 тысяч человек, располагавшие 7600 орудиями и минометами и 990 танками (по другим данным, 770).

К концу октября 1941 г. первый натиск немецкого наступления на советскую столицу исчерпал свою силу. Достигнув окраин Тулы, Серпухова, заняв Наро-Фоминск, Волоколамск, Калинин, германское командование вынуждено было приостановить дальнейшее наступление, чтобы пополнить передовые подразделения личным составом за счет тыловых служб и восстановить нормальное снабжение войск. К моменту вторжения противника непосредственно на территорию Московской области — 10 октября 1941 г. — нашу столицу обороняли войска Западного фронта (командующий генерал армии Г. К. Жуков) и часть сил Калининского фронта (командующий генерал-полковник И. С. Конев). В них входили: армии — 30-я (командующие генерал-майор В. А. Хоменко, с 17.11.1941 г. — генерал-майор Д. Д. Лелюшенко); 16-я (2-е формирование, командующий генерал-майор К. К. Рокоссовский); 5-я (командующие генерал-майор Д. Д. Лелюшенко до 17.10.1941 г., а с 18.10.1941 г. — генерал-майор артиллерии, с 9.11.1941 г. — генерал-лейтенант Л. А. Говоров); 33-я (командующие комбриг Д. П. Онуприенко, с 20.10.1941 г. — генерал-лейтенант В. Ф. Герасименко, с 25.10.1941 г. — генерал-лейтенант М. Г. Ефремов); 43-я (командующие генерал-лейтенант С. Д. Акимов, с 29.10.1941 г. — генерал-майор К. Д. Голубев), 49-я (командующий генерал-лейтенант И. Г. Захаркин).

К середине октября эти армии насчитывали 19 стрелковых, 2 кавалерийские дивизии, 2 танковые бригады и несколько других отдельных стрелковых, танковых и артиллерийских частей. Обстановка становилась угрожающей. 20 октября 1941 г. в Москве и прилегающих районах было введено осадное положение. Центральные учреждения по решению правительства стали покидать столицу. В Куйбышев переехал и основной состав Генерального штаба вместе с маршалом Б. М. Шапошниковым. В Москве остались Государственный Комитет Обороны во главе с И. В. Сталиным, Ставка Верховного Главного Командования и оперативная группа Генерального штаба.

В тот период серьезную угрозу для Москвы представляла авиация противника, совершившая первый массированный налет на столицу ещё 22 июля. Ей противостояли соединения ПВО, войсковая зенитная артиллерия и фронтовая авиация. Противовоздушную оборону Москвы осуществляли 1-й корпус ПВО и 6-й истребительный авиационный корпус. В ходе боевых действий состав корпусов постоянно менялся, и к ноябрю 1941 г. в них имелось 700 истребителей, 900 зенитных орудий среднего калибра, 300 малого калибра, 336 зенитных пулемётов, 618 зенитных прожекторов, 124 поста аэростатов заграждения и 702 поста ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи). Одновременно с отражением воздушных налетов на Москву артиллерия ПВО участвовала и в борьбе с наземными силами противника. Части 6 ИАК прикрывали боевые порядки войск Западного и других фронтов, штурмовали вражеские аэродромы. Несмотря на большие потери, авиация противника продолжала бомбить столицу. Только в октябре был совершён 31 налёт с участием 2000 самолетов, 278 из которых были сбиты. В борьбу с зажигательными бомбами, разрушениями включилось также население Москвы и её пригородов. Всего же за период с 22 июля по 20 декабря 1941 г. гитлеровцы произвели 8278 самолётовылетов на Москву с участием 7146 самолётов. 229 вражеских машин прорвались к городу (оцените, кстати говоря, высочайший уровень эффективности московской системы ПВО — ведь прорвалось-то всего 3,2 % вылетавших на бомбежки Москвы вражеских самолетов!). Они сбросили 1445 фугасных и более 110 тыс. зажигательных бомб. От взрывов и огня погибли 1295 человек, ранены 5406 человек. Разрушены 114 предприятий, 413 жилых домов. В целом же, несмотря на то, что ущерб Москве всё-таки был причинен, однако масштабы его тем не менее были все же не так значительны. В этом огромную роль сыграло мужественное поведение москвичей при отражении налетов вражеской авиации на город. Рискуя жизнью, они гасили зажигательные бомбы, ликвидировали завалы, тушили пожары.

В период обороны Москвы наземные войска провели ряд операций в Московской области. Так, в период с 10 октября по 5 декабря 1941 г. войска Западного фронта осуществили Можайско-Малоярославецкую (10–30.10), Клинско-Солнечногорскую (15.11–5.12), Наро-Фоминскую (1–5.12) оборонительные операции. Наиболее ожесточенные бои велись на направлениях: Клин — Дмитров, Солнечногорск — Красная Поляна, Волоколамск — Истра, Руза — Звенигород, Можайск — Дорохов, Верея — Наро-Фоминск и на рубежах: р. Лама, Волоколамск, Руза, Можайск, Рогачево, Дмитров, Красная Поляна, Крюково, Звенигород, Наро-Фоминск, р. Нара.

Не взирая на большие потери, противник сумел выйти к ближним подступам к Москве, но был остановлен на рубежах: г. Химки (19 км от Москвы, 17 октября); г. Яхрома (восточный берег канала Москва — Волга, 28 ноября); д. Бурцево, Юшково (в 18 км юго-восточнее ст. Кубинка, 20 ноября); ст. Крюково (26 ноября); ст. Лобня (20 км от Москвы, Красная Поляна, 5 декабря); г. Кашира (южная окраина и вся дорога Кашира — Венев — Узловая — Ефремов, 26 ноября).

Принятыми советским Верховным Главным Командованием энергичными мерами, войска Западного фронта были срочно и значительно усилены. Во второй половине октября 1941 г. к Москве из тыловых районов СССР и с других участков фронта в спешном порядке подходили эшелоны с войсками. Они практически с ходу вступали в бой, что не замедлило сказаться на оперативной обстановке западнее столицы. Этому способствовало введение в сражения за столицу 1-й ударной (командующий генерал-лейтенант В. И. Кузнецов) и 20-й (2-е формирование, командующий генерал-лейтенант А. А. Власов) армий, которые затем перешли в контрнаступление. Кроме того, в обороне Москвы, а затем и в знаменитом, потрясшем весь мир Московском контрнаступлении принимали участие:

— корпуса — 1-й гвардейский под командованием генерал-майора П. А. Белова и 2-й гвардейский под командованием генерал-майора Л. М. Доватора, 5-й воздушно-десантный под командованием подполковника И. С. Безуглого, а также кавалерийские корпуса;

— дивизии (стрелковые, мотострелковые, танковые, кавалерийские и народного ополчения) — 50;

— бригады (стрелковые, мотострелковые, танковые, воздушно-десантные) — 40;

— соединения и части артиллерии, авиации, связи и другие.

В состав войск Московской зоны обороны, которыми командовал генерал-лейтенант, впоследствии (с 22.01.1942 г. — генерал-полковник) П. А. Артемьев, входили: 2, 3, 4, 5-я дивизии народного ополчения[47], 332-я и 344-я стрелковые дивизии, 14, 15, 38, 52, 74, 75, 166-я стрелковые бригады, несколько артиллерийских полков.

Защита Москвы потребовала и от москвичей, а также жителей области величайшего напряжения сил и огромных жертв. 2 июля 1941 г. было принято постановление военного совета Московского военного округа о формировании дивизий народного ополчения. В нем говорилось о мобилизации по г. Москве 200 тыс. человек и по области 70 тыс. человек в возрасте от 17 до 55 лет. Создание ополченческих соединений превратилось в массовое патриотическое движение. Всего в течение трёх дней в приёмные комиссии Москвы и области поступило 310 тыс. заявлений (в том числе 140 тыс. в Подмосковье) с просьбой о добровольном зачислении в ополчение. В короткий срок были сформированы 12 дивизий народного ополчения. Некоторые из них формировались дважды. В обеспечении их всеми видами довольствия, в том числе и вооружением, помогали предприятия и учреждения районов города при активной организаторской работе комитетов партии и местных советов.

В Московской области (она тогда была значительно больше по своим размерам, чем сейчас) подверглись оккупации 27 районов, в том числе 17 — полностью. На захваченных территориях враг встретил сопротивление оставшегося населения. В основе массового выступления народа против захватчиков лежали чувство патриотизма, желание защитить родную землю от врага, своих близких от расправы оккупантов. В развитии и поддержке партизанского движения особая заслуга принадлежит Москве. Здесь были сосредоточены штабы и материально-технические базы снабжения партизан, находились специальные школы по подготовке военных специалистов для работы в тылу врага. В Москве формировались особые отряды для организации борьбы на оккупированной территории. Во второй половине июля 1941 г. был создан областной штаб по руководству подпольем и партизанским движением во главе с секретарем обкома СЛ. Яковлевым. Оперативный пункт управления областного штаба разместился в лесу на стыке Волоколамского, Лотошинского и Высоковского районов. В тылу врага действовали 20 подпольных райкомов и горкомов, 5 окружкомов ВКП(б). На оккупированной территории области с октября 1941 г. вёл борьбу с фашистами 41 партизанский отряд (всего 1800 человек). По решению горкома партии в Москве сформированы истребительный мотострелковый полк, 25 партизанских отрядов, 377 диверсионных групп (свыше 15 тыс. человек). Помощь партизан Красной армии была эффективной. Было уничтожено свыше 17 тыс. оккупантов, более 60 танков и 880 автомашин, 35 мостов, взорваны 5 воинских эшелонов. Народные мстители действовали мужественно, не щадя жизни. Звание Героя Советского Союза присвоено З. А. Космодемьянской, A. M. Гурьянову, И. Н. Кузину, С. И. Солнцеву.

4–5 декабря на фронте под Москвой наступил перелом. Германскому командованию стало ясно, что Москву не взять (откровенно говоря, до фон Бока это дошло уже 1 декабря). С этим временным промежутком и тем более с переломом обстановки под Москвой связан второй из рассматриваемых мифов — миф о том, что Москву спасло не мужество и героизм наших войск, а то обстоятельство, что германское командование отдало приказ на отступление. К глубокому сожалению, к его возникновению причастен, точнее является фактически автором, знаменитый советский писатель Константин Симонов. Именно с его подачи в круговерти и без того не очень-то порядочных и честных исследований о войне «загуляла» оскорбительная для ветеранов войны, да и вообще для подвига всего народа версия о том, что-де перед началом советского контрнаступления под Москвой немцы, мол, и так получили приказ на отступление. В книге «Маршал Жуков. Каким. мы его помним» К. Симонов писал: «Сейчас в истории Великой Отечественной войны давно общеизвестен тот факт, что к началу нашего контрнаступления под Москвой немецкие войска уже получили приказ на отступление. В то время говорить об этом было не принято… Такое изложение подлинных событий казалось тогда менее героическим, и было принято говорить, что мы нанесли свой контрудар по немцам, ещё продолжавшим рваться к Москве»[48]. Едва ли по умыслу, тем более злому, однако вольно или невольно получилось так, что «властитель дум» того поколения скатился до лжи. Потому как выдал в этом домысле действительно имевший место, но всего лишь приблизительно похожий частный случай за общую картину. Дело в том, что 4 декабря 1941 г. командующий 4-й армией вермахта генерал фон Клюге действительно вынужден был отдать приказ отойти на исходные позиции частям своей армии, участвовавшим в попытке прорыва на Наро-Фоминском направлении (4 дивизии 20-го армейского и 57-го механизированного корпусов вермахта). В районах к югу от Кубинки и западнее Апрелевки эти части были не только остановлены, но и отброшены назад с тяжёлыми потерями. Вот потому-то фон Клюге и вынужден был отдать приказ отойти на исходные перед попыткой прорыва рубежи, что опять-таки даже в рамках его армии не означало приказа на общее отступление. Остальные же 47 дивизий группы армий (ГА) «Центр» вермахта по-прежнему продолжали рваться к Москве, хотя в ряде мест, не выдерживая частных контрударов советских войск, стали самовольно переходить к обороне, в том числе и на заранее подготовленных рубежах против центра Западного фронта. Как показало впоследствии тщательное изучение трофейных документов и других источников, общего приказа на отступление по ГА «Центр» до начала советского контрнаступления не существовало! Напротив, Гитлер отдал категорический приказ «Ни шагу назад!» (куда раньше, чем Сталин, между прочим), адресованный ГА «Центр». Вот ведь что важно!

Обладавший огромнейшим влиянием на умонастроения общества писатель просто обязан был исключительно тщательно все проверить и перепроверить, что, кстати говоря, при его-то связях в военных кругах вообще не представляло какого-либо труда. Одного телефонного звонка хватило бы. Невинное, на первый взгляд, якобы переосмысление якобы в свете новых фактов наиболее важных событий войны в итоге превратилось в ложь о героизме и доблести наших солдат в битве под Москвой! Едва ли писатель имел в виду такой результат, но ведь получилось то, что получилось, — значение подвига солдат и офицеров в битве под Москвой оказалось незаслуженно принижено. Коли так хотелось сказать о битве под Москвой что-то новое, то надо было не упиваться восхвалениями Жукова, предлагавшего сдать Москву, а показать его истинную роль в той битве, особенно в сравнении с ролью Сталина и простых солдат и офицеров.

* * *

Небольшой комментарий. Откровенно говоря, вместо восхвалений Жукова и тем более, пускай и неумышленного, но тем не менее бросания тени на подвиг наших солдат и офицеров под Москвой, куда уместнее было воспеть один из самых потрясающих случаев в истории битвы за столицу, о котором незаслуженно забыли. А между тем этот случай описывает уникальнейшее поведение простых солдат и офицеров, причем в самом ярком геополитическо-цивилизационном обрамлении. Командир батальона 73-го полка 316-й стрелковой дивизии[49], оборонявшей подступы к Москве, сподвижник знаменитого генерала Ивана Васильевича Панфилова, казах Баурджан Момышулы, получив новую карту, взял её и со словами «Нам больше не понадобится ориентироваться и изучать местность восточнее Крюкова» — именно там и стоял в обороне его батальон — попросту отрезал всю ту часть карты, что показывала территории восточнее Крюкова! Да ещё и приказал адъютанту сжечь отрезанную часть. Потрясающий своей безграничной верой в Победу России жест человека Востока! Вот что надо было воспевать всеми доступными авторитетнейшему писателю средствами! Тем более что это и выдающееся по своей нравственной силе свидетельство великой дружбы народов, что царила в сталинском СССР!

* * *

Освобождение Московской области от немецких оккупантов началось 6 декабря 1941 г. и велось в ходе Клинско-Солнечногорской (6 — 25.12.1941 г.), Калужской (17. 28.12.1941 г.) операций, завершившись Ржевско-Вяземской (8 — 25.01.1942 г.) наступательной операцией.

Состав группировки противника в это время оставался практически прежним, а перешедшие в контрнаступление советские войска в боевом составе изменились незначительно. Они были усилены лишь пятью стрелковыми дивизиями, пятью стрелковыми и двумя танковыми бригадами. Такое усиление позволило повести контрнаступление, вынудить противника отходить, но оно было недостаточным для нанесения врагу серьёзного поражения. Контрнаступление на Западном стратегическом направлении закончилось в начале января 1942 года.

В условиях многоснежной морозной зимы советские войска впервые осуществили крупную наступательную операцию, имевшую стратегическое значение. 38 немецких дивизий потерпели под Москвой тяжелое поражение. От захватчиков было освобождено свыше 11 тыс. населенных пунктов. Враг был отброшен от Москвы на 100 — 250 км. К концу января 1942 г. вся территория Московской области была очищена от оккупантов. В оборонительных сражениях за Москву и тем более в знаменитом контрнаступлении отличились многие соединения. О многих из них написаны прекрасные книги, статьи и исследования. И поэтому хотелось бы здесь отметить тех, о ком мало или вообще ничего не известно. Это моряки. Да-да, в обороне Москвы и тем более в контрнаступлении под Москвой значительную роль сыграли 5 морских стрелковых бригад, выдвинутых в район канала (севернее Москвы), в том числе и 64-я и 71-я морские стрелковые бригады, укомплектованные в основном военными моряками-тихоокеанцами. Армейское командование использовало их на наиболее ответственных участках фронтов. Именно моряки наводили невероятный ужас на гитлеровцев.

В оборонительных операциях под Москвой с 10.10 по 5.12 1941 г. потери наших войск составили:

— безвозвратные — 247 207 человек;

— санитарные — 54 306 человек;

— общие потери 301 513 человек;

Потери в ходе контрнаступления за период с 6.12.1941 по 25.01.1942 г. составили:

— безвозвратные — 72 003 человека;

— санитарные 118 669 человек;

— общие — 190 672 человека.

Итого за весь период битвы за Москву потери составили:

— безвозвратные 319 210 человек;

— санитарные — 172 975 человек;

— общие — 492 185 человек.

Ясно отдавая отчёт в том, что человеческая жизнь дороже любой цифирки, не могу тем не менее не задать один вопрос. Разве приведенные выше цифры свидетельствуют о том, что Москву спасли, забросав врага трупами?! Да, вполне возможно, что потери могли быть ниже указанных (на это указывают аналитические записки военной контрразведки, которые до сих пор не публикуют в полном объеме), но это вовсе не означает, что только трупами своих солдат и офицеров отстояли Москву. Во-первых, война — явление крайне жестокое, кровавое и, к глубокому сожалению, без жертв не бывает. А при том усовершенствовании оружия, что имело место к началу 40-х гг. XX в и особенно при том невероятном ожесточении, с которым велась война, избежать многочисленных жертв было практически не реально. Во-вторых, цели агрессора были крайне, если не вообще запредельно, жестокими. И к Москве враг рвался отчаянно и не менее отчаянно сопротивлялся нашему контрнаступлению. Но говорить о том, что только трупами остановили и отбросили врага — просто подло. Подло по отношению к павшим смертью храбрых при защите столицы нашей Родины — Союза Советских Социалистических Республик! Подло по отношению к тем жизням, которые были положены на алтарь Великой Победы, нелегкий путь к которой начался от предместий Москвы! Поэтому за любые нападки и ёрнические высказывания в адрес тех, кто отстоял Москву в тех наитяжелейших условиях начального периода войны, должно быть неотвратимо жесточайшее наказание — в назидание остальным. В том числе и забугорным хамам, не говоря уже о выродках «местного розлива». И вот почему.

Мы до сих пор не осознаем в полном объеме величайшее значение как самой битвы за Москву, так и особенно славной победы в ней. Потому что никак не можем взять в толк одну простую истину. Контрнаступление под Москвой было не просто каким-то успешным военным и политическим явлением. Это был особого рода Момент Истины в истории человеческой цивилизации. Напомню, что в сентябрьском приказе о начале операции «Тайфун» Гитлер особо подчеркнул, что «это будет последняя, решающая битва Второй мировой войны». Фюрер, как ни странно, по-своему был прав. Потому что если бы Москва пала, то Япония и Турция объявили бы войну Советскому Союзу! Хуже того. Коренным образом изменилось бы поведение и формально нейтральной Швеции, а также других стран. Не говоря уже о не веривших в советскую победу США и Великобритании. Они ведь и вовсе отводили Советскому Союзу не более 5–8 недель на сопротивление. Более того. Едва только началась битва за Москву, президент Рузвельт отправил Черчиллю телеграмму следующего содержания: «Японцы поворачивают на север. Нам с вами обеспечена двухмесячная передышка». А это означало, что лидеры англосаксонской части едва только, да и то пока в основном на словах да на бумаге, сложившейся антигитлеровской коалиции готовы пустить в ход основной вариант политики для достижения тех целей, ради которых они столь долго и упорно готовили Вторую мировую войну. Проще говоря, раз уж Россия потерпит поражение, то нужно договариваться с немцами, японцами и всеми остальными о разделе «русского наследства»[50]! А уж если и вовсе элементарно, то на горизонте в тот момент маячил необратимый передел мира в пользу Германии и Японии при участии англосаксов!

* * *

Небольшой комментарий. Именно поэтому предлагаю особо оценить выдающуюся роль советской разведки, инспирировавшей по прямому указанию Сталина с обеих плацдармов — с американского и японского — вооружённое столкновение между США и Японией. Именно особо оценить, так как эта операция по стравливанию США и Японии в вооруженной схватке началась ещё в мае 1941 г. — Сталин отчетливо представлял себе масштаб грядущего столкновения и потому заранее стремился обезопасить СССР от угрозы двухфронтового нападения. Планы Запада не были для него секретом…

* * *

«Надо отдать должное» подлости англосаксов — они действительно стали готовиться к этому! Более того. Они стали готовиться к этому ещё в августе 1941 г.! Дело в том, что во время состоявшейся 12 августа 1941 г. встречи Рузвельта с Черчиллем была подписана Атлантическая хартия (опубликована 14 августа 1941 г.), в которой не нашлось места хотя бы для пары слов о Советском Союзе, переживавшем в тот период самое напряженное для него время! Не было там ни слова об агрессии японцев против Китая. Были лишь общие рассуждения о «нацистской агрессии» и «японской экспансии». Хуже того. У Черчилля хватило ума а соответственно и традиционной британской подлости предложить направить эту декларацию (хартию) японцам в сопровождении специальной ноты, генеральный лейтмотив которой — дальнейшие экспансии будут нетерпимы!? Что в свою очередь означало следующее: о том, чего вы, господа агрессоры и экспансионисты, уже «достигли», сиречь нахапали и захватили — давайте потолкуем. Но дальше — ни шагу. Но ведь расчёт-то Черчилля строился на том, что, как союзное Германии государство, Япония обязательно проинформирует об этом предложении Берлин. А немцы тоже не дураки и прекрасно поняли бы, что высказанное Токио предложение будет распространяться и на Германию! Если уж совсем просто, то Черчилль уже в тот момент готов был сесть за стол переговоров с Гитлером, дабы, ради спасения своей проклятой Британской империи и тем более Англии, поторговать суверенитетом, территориальной целостностью и богатствами СССР за спиной Москвы! И это несмотря на то, что 12 июля 1941 г. было подписано англо-советское соглашение о совместной борьбе против гитлеровской Германии, статья 2 которого содержала прямые обязательства сторон не вступать в сепаратные переговоры с немцами! Впрочем, пресловутый британский бульдог сел за стол переговоров с нацистами прямо 22 июня 1941 г. По его личному поручению британский посол в Анкаре при посредничестве турецкого министра иностранных дел вступил в тайные переговоры с нацистским послом фон Папеном на предмет выработки условий для прекращения войны между Англией и Германией на почетных условиях. «Естественно», за счет СССР. Правда, не повезло подлецам — советская разведка не дремала…

Так вот, возвращаясь к Московской битве, следует особо подчеркнуть, что её колоссальный (по условиям сложившейся на тот момент ситуации) военный и политический успех имел не просто стратегическое значение. Он имел особое глобальное значение — ведь Гитлер потерпел полный крах со своей стратегией блицкрига! И это была не просто Славная Победа! Это был первый огромнейший гвоздь в крышку того самого гроба, в который в конце-то концов наши отцы и деды загнали проклятую коричневую чуму! Потому что если взглянуть на документы германского генерального штаба, то увидим, что там говорится о том, что после Московской битвы и до конца войны Германия так и не смогла восстановить полностью свои вооруженные силы до уровня выучки, предшествовавшей нападению на Советский Союз. Да, впоследствии немцы сформировали большое число дивизий — наибольшего уровня их число достигло во время Сталинградской битвы. Однако по качеству это был уже не тот вермахт. Более того. Сейчас с абсолютной точностью можно говорить о том, что благодаря Московской битве наши отцы и деды создали предпосылки для того, чтобы война закончилась уже в 1942 г… О чём, к слову сказать, можно узнать и из американских документов военной поры. Однако, как известно, война не закончилась ни в 1942-м, ни в 1943-м. Почему? Да потому, что «союзникам» была невыгодна ситуация, в которой СССР оказался бы реальным и единственным победителем Германии. Именно это-то и твердят, в частности, американские документы, связанные с Московской битвой. В декабре 1941 г. — январе 1942 г. заместитель госсекретаря и координатор деятельности американских разведок Адольф Берл подчеркивал, что создалась опасность того, что СССР выйдет из войны самой сильной державой в Европе! И чтобы этого не случилось, англосаксы сделали все, чтобы кровопролитие продолжалось как можно дольше. По английским же наметкам гитлеровцы и вовсе должны были втянуться как можно дальше вглубь территории СССР, чтобы их изгнание заняло как можно больше времени. А пока советы, истекая кровью, будут сопротивляться, а потом изгонять захватчиков, они, англосаксы, успеют подготовиться к смещению или убийству Гитлера, чтобы договориться за счёт, естественно, глобального ущемления коренных интересов СССР!

Только впоследствии они с невероятным трудом осознали ту простую истину, что если бы не Советский Союз, Сталин и его верные солдаты и офицеры, то Западу со всеми его подлыми по отношению к СССР планами был бы полномасштабный каюк! Британский посол в СССР в начале войны Криппс признал это следующими словами: «В Англии, особенно среди профессиональных военных, имелось немало лиц, которые почти и не скрывали того желания, чтобы Красная Армия потерпела поражение. Нынче мы являемся свидетелями их окончательного и абсолютного банкротства. Если бы не Россия, Гитлер уже сейчас был бы властелином Европы, а наши шансы добиться победы были бы равны нулю. Советская система, при всех её несовершенствах, оказалась спасительницей того, что мы понимаем под демократией». Но если вы думаете, что они были искренне благодарны Советскому Союзу за то, что, спасая себя, он спас также и то, что они понимали под демократией, так и чёрта вам лысого!

Эхо Славной Победы под Москвой аукнулось и в наше время. Как вы думаете, за что, не к ночи будь они упомянуты, янки и их европейские союзники столь рьяно издеваются ныне над маленькой Сербией, уничтожив даже её суверенитет и территориальную целостность?! Не поверите, но это факт, о котором наши власти не хотят говорить. Во-первых, дело в том, что от осознания величайшего значения Славной Победы в битве за Москву у проклятых англосаксов до сих пор в бешенстве сводит скулы и мутнеет сознание.

А, во-вторых, потому что югославские партизаны, абсолютное большинство которых составляли именно сербы, в конце осени — начале зимы 1941 г. отвлекли на себя 20 немецких и 10 итальянских дивизий. Вы только представьте, что было бы, если эти относительно свежие дивизии были бы переброшены под Москву для усиления ГА «Центр»!? В ситуации едва только сложившегося в октябре — ноябре 1941 г. очень хрупкого стратегического равновесия — немцам уже нечем наступать, а нам уже нечем обороняться, — переброска этих дивизий в ГА «Центр» неизбежно переломила бы обстановку категорически в пользу гитлеровцев. И тогда… впрочем, Слава Богу, что этого не случилось. И нижайший поклон сербам, что они тогда так помогли нам. Но именно за это Сербию и уничтожают ныне, издеваются и измываются над ней! И тут даже такая европейская шваль, как косовские албанцы — всемирно известные наркобандиты, торговцы оружием, террористы и мафиози, — и прочее албанское отребье сойдёт! С помощью ислама проклятые англосаксы жесточайше мстят православной Сербии. Прежде всего за то, что славные сыны Сербии в 1941 г. не забыли о том, какую роль сыграла Россия в избавлении их родины от османского ига. За то, что именно поэтому в 1941 г. они и помогли России, пускай и называвшейся тогда Советской, выстоять в смертельной схватке с лютым врагом. Тем самым лютым врагом, которого проклятые англосаксы специально взрастили для уничтожения России до состояния «Русской Пустыни»! Кстати говоря, совершенно не случайно, что вселенский бандитизм против Сербии возглавляет именно представитель того самого клана Бушей — Джордж Буш, дед которого — банкир Прескот Буш — сколотил состояние этого клана на финансировании нацистов, а затем и на отмывке обильно политых человеческой кровью нацистских капиталов!

* * *

То, что Москва была спасена, имело громаднейшее значение для всей последующей борьбы с гитлеровскими захватчиками. Дело в том, что с момента начала битвы за столицу Москва и Московская область стали важнейшими стратегическими центрами формирования резервов для фронтов действующей армии. На территории Московской области в 1941–1943 гг. были сформированы 44 стрелковых и воздушно-десантных дивизии, 15 стрелковых, мотострелковых и механизированных, 25 танковых бригад, которые затем были направлены на различные фронты.

Громаднейшую роль сыграл и трудовой подвиг москвичей. В годы войны они дали фронту 16 тыс. боевых самолётов, несколько тысяч танков и самоходно-артиллерийских установок, 130 тыс. миномётов, 3,5 млн. автоматов, 3745 реактивных установок, 287 млн. тонн боеприпасов. Жители столицы собрали и отправили фронтовикам более 1,5 млн. комплектов теплого обмундирования. Москвичами было внесено в фонд обороны 86 млн. рублей, облигаций государственных займов на сумму более 10 млн. рублей, 7,7 кг золота и 373 кг серебра. В войну в городе работали более 100 госпиталей, 28 эвакоприемников, 66 больниц. За четыре года здесь прошли лечение более 2 млн. военнослужащих. Доноры Москвы сдали 500 тыс. литров крови.

Такова, если коротко, подлинная правда о битве за Москву. И вот теперь, когда пускай и вкратце, но мы ознакомились с этой подлинной правдой, скажите, положа руку на сердце, нет, просто ответьте хотя бы самим себе на один простой вопрос. Какой единственный, но суровый и в высшей степени справедливый приговор вы вынесли бы всем тем, кто пытается с помощью самых грязных мифов опорочить выдающийся подвиг наших отцов и дедов, наших матерей и бабушек, насмерть стоявших в битве за Москву и отстоявших нашу дорогую златоглавую?! Не думаю, что у нормальных людей возникнут затруднения с ответом…


Примечания:



4

АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 59. Л. 10а — 10б. Автограф.



5

АПРФ. Ф. 3. Оп. 50. Д. 460. Л. 73–88. Автограф.



47

В конце января 1942 года переформированы соответственно в 129, 130, 155 и 158-ю стрелковые дивизии (все 2-го формирования).



48

Симонов К. М. Маршал Жуков. Каким мы его помним. М., 1988, с.81–82.



49

Впоследствии — 8-й гвардейской имени И. В. Панфилова.



50

В 1942 г. ничтоже сумняшеся наш подлый «союзник» У. Черчилль призвал всю Европу, а Германию особенно, именно к этому! Обоснование сугубо нацистское — «борьба с русскими варварами»?!