Загрузка...



Миф № 18. Десять сталинских ударов — блеф сталинской же пропаганды

Не надо удивляться тому, что столь разные на первый взгляд мифы объединены в единый блок. Здесь нет ничего парадоксального. Это квинтэссенция основного ядра мифологии о войне в ее политизированном виде. Ещё в предисловии автор был вынужден особо указать на то обстоятельство, что даже сугубо военные аспекты мифов о войне антисталинская пропаганда злоумышленно гипертрофированно политизирует, переводя все на стезю разнузданной критики сталинского тоталитаризма, причем сугубо в эмоциональном духе. Как правило, все подается с позиций так называемых общеизвестных фактов (истин), преимущественно даже без тени намека на какое бы то ни было серьезное доказательство. К примеру, вот-де «общеизвестно», что без западной помощи Советский Союз не выдержал бы натиска гитлеровской Германии, а Красная Армия без активного боевого содействия войск союзников не дошла бы до Берлина. Или такой перл «демократов». Вот был такой тиран, диктатор и вообще злыдень, которого звали Сталин, отдавал он всякие бессмысленные приказы по политическим соображениям, а солдатики из-за этого гибли в массовом порядке. И баста! Да и генералы немало пострадали от его тиранства и самодурства! То есть, если по, простому, получается, что «демократы» от истории не столько призывают, сколько нахально пытаются заставить общество «веровать, но не умствовать». Сиречь без какого-либо критического осмысления верить любым их утверждениям. Им казалось, что поскольку они до чрезвычайности политизировали практически все мифы, в которых затрагиваются боевые действия в победоносный для нашей армии период войны, то, следовательно, на политической арене, где сталинизм, по их корявому убеждению, якобы уже осужден, можно запросто очернять и клеветать на эти темы. Однако невдомёк убогим, что тем самым они подставились под сокрушительный удар, чем, естественно, и воспользуемся.

Взять хотя бы мифы о том, что-де «коренной перелом в войне в основном был достигнут благодаря действиям англо-американских вооруженных сил», что-де «англосаксонские союзники по антигитлеровской коалиции своими массированными бомбардировками территории Третьего рейха интенсивно подрывали военно-экономический потенциал нацистской Германии, облегчая Красной Армии победоносные наступления», что-де «победоносные успехи Красной Армии в 1944–1945 гг. есть результат того, что воздушные силы союзников оттянули на себя значительное количество немецкой авиации, создав для советских ВВС ситуацию полного господства в воздухе, и в итоге оставшиеся без надежного воздушного прикрытия сухопутные войска вермахта систематически терпели поражение, пока, наконец, не пал Берлин».

А теперь посмотрите, насколько рельефно сейчас проявится круглый идиотизм «демократов» от истории. Причем с одного вопроса и моментального ответа на него.

Это какой же такой решительный вклад внесла англосаксонская авиация, если ее массированные бомбежки Германии приводили сугубо к обратному эффекту?! Ведь мало кому известно, что вплоть до начала весны 1945 г., пока за дело не взялась советская бомбардировочная авиация, массированные бомбежки англо-американской авиацией территории Германии приводили лишь к одному — увеличению объёмов производства военной промышленности рейха!? И что в результате все больше и больше новой военной техники, оружия и боеприпасов появлялось у вермахта на Восточном фронте!? Причем это не советские, а западные данные. Желаете убедиться?! Так и, пожалуйста. По сравнению с 1943 г. интенсивность бомбардировок англоамериканской авиацией территории Германии возросла на порядок. И что? А вот что. Если в 1943 г. производство танков в рейхе составляло в среднем 330 единиц в месяц, то в 1944 г. — уже 512 единиц!? А выпуск орудий вообще в два с половиной раза превзошел уровень 1943 г.[32]!? Это как же надо было бомбить предприятия военно-промышленного комплекса Третьего рейха, чтобы так возрастали показатели его смертоносной производственной деятельности?!

* * *

Небольшой комментарий. В своих мемуарах Маршал Советского Союза A. M. Василевский указывал, что «… на рубеже 1943–1944 годов борьба с немецкими танковыми соединениями оставалась далеко не простым делом. И когда наши войска становились в оборону, она строилась обязательно глубокой, противовоздушной, противотанковой и с серьезным инженерным оборудованием местности». Так вот за то, что борьба с немецкими танковыми соединениями оставалась далеко не простым для Красной Армии делом в указанный период времени (и вплоть до весны 1945 г.), в том числе и по причине их неубывающей численности, постоянно трансформировавшейся с 1943 г. и в качественном отношении (в панцерваффе в массовом порядке стали появляться «тигры», «королевские тигры», «пантеры» и «фердинанды»), «благодарить» приходится хреновых «бомберов-союзников». Это их тупоголовые, как и сами янки, бомбежки приводили к тому, что в рейхе только наращивали выпуск самой современной мобильной бронетанковой техники!

* * *

А ведь это что — тут надо добавить ещё и выпуск ракет ФАУ-1 и ФАУ-2, реактивных истребителей, новейших подводных лодок и т. д. и т. п., производство чего было неизмеримо сложнее, чем указанной выше боевой техники. И оно ведь тоже нарастало! Вот еще один любопытнейший пример. 13 апреля 1944 г. 2000 американских самолётов якобы бомбили объекты в Южной Германии, в том числе и расположенные в г. Швайнфурт шарикоподшибниковые предприятия. Как вы думаете, что произошло?! А произошло то, что и должно было произойти. Все две тысячи самолётов столь «прицельно» бомбили эти важнейшие заводы, без продукции которых не может быть произведена ни одна единица боевой мобильной техники, что ни один из этих заводов не был уничтожен!? К слову сказать, это произошло уже в который «очередной раз». Вот это «бомберыасы», итить их…!

Впрочем, будем и объективны. Кое-что англоамериканские бомберы действительно бомбили. Например, при сквозных челночных полетах с советских аэродромов разбомбили нефтеперерабатывающий завод в Тржебине, что на территории Польши, куда немцы уже не поставляли нефть, а потому и перерабатывать было нечего, разве что только складские остатки. Или сталеплавильные и оружейные заводы в Диосжоре, что в Венгрии. Или паровозоремонтный завод и узловую станцию Жолнок, что также в Венгрии. И знаете, почему англо-американских бомберов так тянуло на объекты в Восточной Европе?! Особенно в 1944 г. Да потому, что руководству «союзничков», в том числе и военному командованию, не только было прекрасно понятно, но уже и известно, что Восточную Европу освобождать будет Красная Армия, без какого-либо участия «союзничков». Вот они и старались, чтобы ни Красной Армии, ни тем более Советскому Союзу ничего не досталось… И так, к слову сказать, до самого конца войны, в том числе на территории Германии. Восточную часть, которая, согласно межправительственным договоренностям, входила в будущую зону советской оккупации, бомбили нещадно, разрушая буквально все подряд и не щадя мирное гражданское население, что особенно характерно проявилось в беспрецедентно варварской бомбардировке Дрездена в феврале 1945 г. Кстати говоря, свои налеты на германские города англосаксы усилили главным образом тогда, когда ополоумевший от пожиравшего его предчувствия скорого краха Гитлер своим приказом, более известным под кодовым названием «Зенитки Гнейзенау», потребовал в самом начале февраля в массовом порядке перебросить зенитные батареи из германских городов на Восточный фронт. Проще говоря, оставил немцев даже без элементарной защиты. Ну и как же таким бравым бомберам, как англосаксы, не слетать и не разбомбить несколько десятков тысяч простых жилищ простых же немцев, раз уж нет даже зениток?! Как же не сжечь в пламени пожаров от их же зажигательных бомб несколько десятков тысяч мирных граждан, которых они летели освобождать от треклятого фюрера и нацизма?! Ну и какой же толк мог быть от англосаксонских варваров?! Они ведь ничем не отличались от нацистских подонков. Впрочем, хватит об этом.

Лучше взглянем на эти полоумные, а иначе их и не охарактеризовать, утверждения мифотворцев с другой стороны. Когда так называемые «союзники» по-настоящему начали широкомасштабные боевые действия против нацистской Германии на Европейском театре военных действий?! Проще говоря, когда эта англосаксонская сволота наконец-то открыла Второй фронт? Правильно, 6 июня 1944 г.! До сих пор, кстати говоря, сволочи празднуют то обстоятельство, что они сдержали свое слово, которое дали Гитлеру еще накануне 22 июня 1941 г. — что до 1944 г. Второй фронт не откроют!

Так вот, накануне — 5 июня 1944 г. — Сталин не без подспудной издевки поздравил Черчилля и Рузвельта со взятием Рима. Почти год союзники колупались, пока дошли до Рима! А ведь Сицилийская десантная операция (кодовое наименование «Хаски») как неотъемлемая составная часть Итальянской кампании англо-американских войск в 1943–1945 гг. проводилась с 10 июля по 17 августа 1943 г. буквально в немыслимо для такой войны благоприятных условиях. Потому как, с одной стороны, немцы ничем не могли помочь итальянцам в этот период, ибо в это же самое время Красная Армия не без удовольствия ломала хребет нацистскому зверю на Курской дуге. А с другой, все мыслимые и немыслимые возможности для успеха операции англосаксов предоставила донельзя обиженная на Муссолини итальянская мафия. Именно она открыла все возможности и дороги как на Сицилии, так и на самом Апеннинском полуострове. 25 июля в Италии произошел переворот, дуче был свергнут, к власти пришло правительство во главе с маршалом Бадольо, которое уже 3 сентября подписало с союзниками соглашение о перемирии, предусматривавшее безоговорочную капитуляцию. Тут же, с высадки на юге Апеннинского полуострова, началась Южно-Итальянская операция англо-американских войск, не встретившая какого-либо сопротивления — мафия держала свое слово. 8 сентября англо-американское командование обнародовало соглашение о капитуляции Италии. И что?! А то, что только 5 июня 1944 г. англосаксы смогли, наконец, взять Рим. И только после этого болтовня о капитуляции Италии стала хоть какой-то реальностью, потому что была взята столица. Конечно, тогда в дело вмешалась Германия, которая и устроила англосаксам такое «небо в алмазах», что они до самого мая 1944 г. ничего не могли сделать, пока на порядок не нарастили свои силы на Апеннинском полуострове. Да и то стали активничать только тогда, когда Сталин прямо с начала 1944 г. стал осуществлять серию своих сокрушительных ударов по врагу, вошедших в историю как знаменитые Десять Сталинских Ударов, вследствие чего силы вермахта были оттянуты на Восточный фронт, а не наоборот. И только тогда англосаксы наконец-то смогли взять Рим. А вот очистить до конца всю Италию от нацистов не смогли до 1945 г.

В данном случае автор совершенно сознательно, строго руководствуясь исторической хронологией и забегая вперед, вывел анализ на тему «Десяти Сталинских Ударов». Потому что в момент, когда так называемые союзники наконец-то решились на широкомасштабные действия на Европейском театре военных действий и высадились в Нормандии, начинался уже Четвёртый Сталинский Удар — разворачивалась операция по разгрому финских армий. Более того. Как официально сообщил Сталин 9 июня 1944 г. Черчиллю, «завтра, 10 июня, открывается первый тур нашего летнего наступления на Ленинградском фронте», о чем, кстати говоря, написал ему и Рузвельту ещё 6 июня. Причем в послании от 6 июня Сталин указал:

«Летнее наступление советских войск, организованное согласно уговору на Тегеранской конференции, начнется к середине июня на одном из важных участков фронта. Общее наступление советских войск будет развертываться этапами путем последовательного ввода армий в наступательные операции. В конце июня и в течение июля наступательные операции превратятся в общее наступление советских войск»[33].

Так вот, убогие по имени «демократы», не могу не спросить, кто на кого оттягивал силы гитлеровцев?! Англосаксы, якобы помогая нам, или мы, громя врага на всем протяжении советско-германского фронта, реально помогали им в открытии наконец-то Второго фронта?! Что, не можете ответить?! Ну и черт с вами, ибо даже если что-то и ответите, то все равно солжете! На то вы и «демократы». А мы пока зайдем на эту тему еще и с другой стороны.

Когда началась резкая активизация кристально подлых «союзничков» в сепаратных играх с нацистами?! Что, тоже не знаете, итить вашу…?! А мы напомним, что именно в 1943 г., осенью (в этом читатели убедятся, когда ознакомятся с анализом последующих мифов)! Потому как даже самые тупоголовые на Западе русофобы и то поняли, что после побед в Сталинградской битве и особенно на Курской дуге, дни Третьего рейха были окончательно сочтены. И сочтены они были несокрушимой мощью Красной Армии. Потому англосаксонские негодяи и активизировались со своими проклятыми сепаратными играми с нацистами! И эта их активность на столь подлом и недостойном звания союзника поприще есть одно из серьёзнейших доказательств того, что не они, кристально подлые «союзнички», вносили решающий вклад в разгром Третьего рейха, а именно же славная Красная Армия, весь Советский Союз! Они прекрасно поняли, что Сталин и его верные солдаты и без помощи союзников запросто разнесут Третий рейх в пыль Небытия! Потому-то и «об…сь» западные мерзавцы со страху за своего любимого Адольфа и милый их сердцу нацизм! Потому и полезли активничать с сепаратными играми! Как же, надо было спасать нацистскую Германию как «оплот супротив большевизма»! Однако же просчитались, мерзавцы. Со Сталиным такие фокусы не проходили.

Ну и чтобы окончательно вогнать в гроб анализируемую, но отнюдь не святую троицу подлых мифов, зайдем еще и со стороны вопроса об эффективности люфтваффе на Западном фронте, куда Гитлер вынужден был перебрасывать ВВС Германии для борьбы с англо-американской авиацией, вследствие чего, как утверждают ополоумевшие мифотворцы, на Восточном фронте как бы само собой возникло господство советской авиации.

Ранее был детально проанализирован миф о том, что-де германские лётчики были асами, а наши, мол, им в подмётки не годились. У тех, мол, на счету по несколько сотен сбитых советских самолётов, а наши даже до сотни не дотягивали.

Ну что могу сказать убогим, отвернулся от них Всевышний, еще при их зачатии отвернулся! Потому как миф о так называемых германских асах — абсолютно дутый миф. Едва только они попадали на Западный фронт, все их «непосильным же трудом» подлых агрессоров «наработанное» на Восточном фронте летное якобы мастерство начисто испарялось или, по меньшей мере, скукоживалось в десятки и сотни раз. В тексте анализа того мифа была приведена даже таблица с указанием коэффициента исчезновения летного мастерства германских лётчиков-асов при попадании их на Западный фронт. К тому же нападали они преимущественно на те самолеты англо-американской авиации, которые уже были повреждены зенитной артиллерией ПВО во время налётов на германские города. Проще говоря, нападали, как шакалы в дикой природе нападают на ослабевшее или обессилевшее животное. А вот чтобы напасть на строй союзных бомбардировщиков, особенно когда они летели в оборонительном порядке, на визуальной видимости друг от друга, — ни-ни. Тут славные германские асы то ли за пивом начинали летать, то ли попросту смывались так, что и следов-то найти было невозможно.

Однако не следует думать, что они потому не могли проявить себя как воздушные асы, что англосаксы каждый раз им устраивали свою, англосаксонскую, «кузькину мать». Ничего подобного. Эти были еще те вояки, в том числе и летчики. Эти, особенно американцы, и вовсе не собирались воевать, как оно полагалось давшим присягу на верность их же американскому отечеству. К примеру, 24 апреля 1944 г. янки поставили уникальный рекорд — в течение 115 минут на аэродромах Швейцарии сели тринадцать В-17 и один В-24, большинство на аэродроме Дю-бендорф. А поскольку вообще и недели-то не проходило, чтобы трусливые янки не садились в Швейцарии, то командование ВВС США вынуждено было создать специальную комиссию, дабы расследовать причины этого феноменально позорного явления. Выводы комиссии шокировали и ее саму, и высшее руководство США: «Экипажи предпочитали быть интернированными в нейтральной Швейцарии, а не летать на боевые задания, рискуя жизнью».

А в чем мог быть риск для их жизней?! Нет, автор прекрасно понимает, что вылет на боевое задание и полет даже на самой большой высоте над вражеской территорией в любом случае дело рискованное. Но в данном случае речь идет о другом, в связи с чем и был поставлен такой вопрос. Дело в том, что для бомберов-янки специально были разработаны несколько типов управляемых планирующих бомб. И знаете для чего?! А чтобы они могли бомбить не только с больших и очень больших для того времени высот, где их не могла достать зенитная артиллерия немцев, но и даже днем, в условиях прекрасной видимости! И вот при таких-то уникальных мерах предосторожности — о бортовых радарах и вооружении американских бомбардировщиков, не позволявшим немецким истребителям даже близко подлетать к ним, уж и не говорю — они тем не менее предпочитали быть интернированными в Швейцарии, лишь бы не летать на боевые задания! Ну и как такие, не приведи Господь, «союзнички» могли оттянуть на себя значительные силы немецкой авиации?! А вообще-то, если по совокупности, то это было фантастически уникальнейшее двуединое явление: едва только попав на Западный фронт, так называемые германские летчики-асы вдруг начисто теряли свое, «непосильным трудом» подлых агрессоров «наработанное» на Восточном фронте, летное якобы мастерство, вплоть до того, что пресс-служба англо-американских ВВС в Лондоне открыто сообщала о том, что при их налетах ни один немецкий истребитель не поднимался в воздух и ни один союзный бомбардировщик не был сбит[34], а янки в это же самое время попросту смывались в Швейцарию, где отсиживались до конца войны! Ну и какой же толк мог быть от таких «союзничков»?! Ну не пора ли мифотворцам попросту заткнуться и не досаждать всему честному народу своими несносными глупостями?!

Естественно, что могут напомнить о том, что-де англоамериканские войска освободили половину Западной Европы, пройдя от Нормандии до центра Германии и Центральной Европы. Да, прошли, распевая веселые марши. Ну и что из этого?! Это что, аналогичное подвигу Красной Армии и Советского Союза достижение?! Ну не надо же с ума-то сходить. Англо-американские войска именно потому одолели такое расстояние, что гитлеровцы попросту сдавали им все свои позиции, укрепленные районы, города, проще говоря, открыто занимались предательством своего любимого фатерланда и фюрера и непрерывно открывали фронт перед западными союзниками. Максимум что они устраивали, так это профанацию сопротивления. Сделают пару выстрелов и тут же руки вверх с воплем «VIVA ROOSEVELT! HITLER KAPUT!». Лишь бы только Советам ничего не досталось. Добровольно тысячами сдававшиеся союзникам гитлеровцы настолько были милы сердцу союзного командования, что их даже не разоружали, чем особенно грешил Черчилль, пока Сталин не «врезал» ему как следует за эти подлые фокусы.

Так вот и спрашивается, и какой же дурак в таком случае не дойдет до Эльбы?! Вот янки и их верные «пудели» англичане и дошли до Эльбы. А как же Арденны, спросите вы? Да, был такой казус, устроили немцы союзникам «небо в алмазах» в очередной раз. И всего лишь потому, что шакалы по обе стороны баррикад в своих сепаратных играх до чего-то не договорились или что-что сорвалось в их договоренностях. Потому немцы и взъерепенились и устроили янки и бриттам бойню в Арденнах. Ну, а кто этих кретинов под звезднополосатым, откровенно смахивающим на матрас, знаменем спасал?! Опять-таки дядюшка Джо, как они изволили называть нашего великого Верховного Главнокомандующего Иосифа Виссарионовича Сталина, и его верные, такие же великие, как и он сам, простые русские солдаты и офицеры! Ведь тогда ранее намеченных сроков было начато всеобщее наступление на советско-германском фронте, чтобы хоть как-то облегчить положение этих идиотов, влипших под Арденнами аки кур в ощип. Нам-то они так не помогали, никогда не помогали. А мы сколько раз всю эту союзную шваль спасали, начиная внеочередные наступления?! Вот то-то и оно, что не хрена все время тыкать каким-то вкладом англосаксов. Ничего порядочного эта сволочь не может сделать — только гадить и подличать. Вот этим она и занималась всю войну. Вспомните хотя бы трагическую историю конвоя PQ-17, и вы наверняка сможете понять, что это за дерьмо было — англосаксонские «союзнички»! В самый напряженный момент, когда разворачивалась битва за Сталинград и Кавказ, когда нам особенно нужна была массированная помощь, ибо эвакуированная промышленность ещё не развернулась в полную мощь, Черчилль приказал повернуть конвой с ленд-лизовским грузом обратно, в результате чего он почти весь погиб! Так что не надо нам о вкладе англо-американцев в разгром гитлеровской Германии — «сыты» мы их «помощью», в том числе и боевой, по горло сыты…

Теперь поговорим о следующем. Что-де «коренной перелом в войне произошел потому, что в стратегическом отношении Сталин „поумнел“ после Сталинградской битвы и вынужден был прислушиваться к рекомендациям генералитета». А также о том, что-де «коренной перелом в войне был произошел не вследствие достигших больших высот советского военного искусства и мощи советской экономики, а в силу роковых просчетов, ошибок и решений Гитлера». В сущности же, это две стороны одной и той же медали, миль пардон, одного и того же мифа. Их просто специально разбивают на две якобы отдельные части, дабы не мытьём, так катаньем опорочить, очернить и оклеветать величие подвига Красной Армии и советского народа, разгромивших гитлеровскую Германию и освободивших весь мир от ужасов коричневой чумы.

Скажу откровенно, из многих мифов о войне и о Сталине миф о том, что-де «Сталин поумнел лишь после Сталинградской битвы», вполне может претендовать на лавры самого подлого и гнусного. И вот почему. Эту идиотскую сказочку-миф запустили изрядно осмелевшие после убийства Сталина и под прямым нажимом со стороны ЦК КПСС наши полководцы времен войны. Жаль, что ни одного из них сейчас нет в живых, а то ведь, ей, богу, не постеснялся бы задать им один вопрос, а с какого такого похмелья им всем привиделось, что-де Сталин «поумнел» после Сталинградской битвы?! Причем не только задал бы им вопрос, но и напомнил бы им, что Сталину не было нужды «умнеть» после Сталинградской битвы. Потому как саму эту Сталинградскую битву он по уму стал готовить, когда генералы еще бодро отступали, а Москва даже не была переведена на осадное положение! Ещё в самом начале октября 1941 г.!

Несмотря на то, что придется повторить то, что было написано еще в третьем томе настоящего пятитомника, тем не менее не могу не рискнуть напомнить в этой связи о следующем. В отношении организации Сталинградской битвы вновь необходимо отметить, что еще в разгар осени 1941 г. Сталину пришлось с горечью осознать, что сломать хребет фашистскому зверю удастся, к сожалению, только в глубине России. Подчеркиваю, что осознать это ему пришлось уже в разгар осени 1941 г., то есть после того, как Кирпонос своим необъяснимым упрямством загубил всю Киевскую группировку РККА (к тому же и сам погиб), а вермахт на всех парах рванул к Москве. Верный своей незыблемой традиции даже в самую тяжелую минуту смотреть далеко вперед и опиравшийся на безупречные данные разведки, а также на свое стратегически безошибочное видение перспектив развития ситуации, Сталин уже в самом начале октября 1941 г. стал готовиться к битве за Сталинград и Кавказ!

Начало подготовки к Сталинградской битве было положено ещё 2 октября 1941 г., потому как именно в этот день командующему Северо-Кавказским военным округом (СКВО) было передано следующее указание:

«Ставка Верховного Главнокомандования считает необходимым немедленно приступить к укреплению Таманского полуострова и занятию его войсками. План организации оборонительных работ, соображения по дислоцированию сообщить по телеграфу 5 октября. К работам приступить немедленно»[35].

А уже 9 октября Ставка указала Военному совету СКВО конкретные участки оборонительных работ.

«Народный комиссар обороны приказал построить полевые укрепленные рубежи:

1. По линии — (иск.) Новохоперск, по р. Хопер до Усть-Хоперский, Машинский, ст. Суровикино, Нижне-Чирская, далее по р. Дон до Азов (вкл.).

2. По линии — Нов. Бирюзяк, по р. Кума до Величаевское, далее по южному берегу р. Маныч до Манычская (на р. Дон) — фронтом на северо-восток.

3. По линии — Красный Яр, по р. Медведица до Усть-Хоперский — фронтом на запад.

4. Обвод г. Сталинград по линии — Камышин, Зензеватка, Солодча, ст. Иловля, по р. Дон до Калач, ст. Ляпичев. Братский, вые. 150. Красноармейск (именно здесь-то и разыграется основная часть событий Сталинградской битвы. — А. М.)

5. Для прикрытия Керченского пролива и укрепления Таманского полуострова построить полевые укреплённые рубежи на линии: 1 — Фонталовская, Ахтанизовская, х. Комышана; 2 — Темрюк, Анапа.

6. Для прикрытия г. Новороссийск с моря и недопущения десантных высадок противника в этом районе построить оборонительный рубеж по линии: Красно-Медведовская (ныне Раевская. — А. М.), выс. 540, Б. Цемесская, Шапсугская, увязав его строительство с Военным советом Черноморского флота.

На Военный совет СКВО возлагается проведение рекогносцировок. Рекогносцировки проводить в первую очередь первого рубежа и по окончании переходить на остальные рубежи.

Рекогносцировки и строительство вести на глубину полковых участков.

В первую очередь вести рекогносцировки и строительство батальонных районов первых эшелонов полковых участков, после чего приступать к рекогносцировкам батрайонов вторых эшелонов полков.

При проведении рекогносцировок руководствоваться указаниями Генерального штаба и примерной схемой батальонного района.

Строительство возлагается:

а) первого и второго рубежа на начальника Главного военно-инженерного управления Красной Армии силами формируемых армий, саперных частей и местного населения;

б) пятого и шестого рубежа на Военный совет СКВО. Кроме того, Военному совету СКВО формировать строительство обводов г. Ростов.

В первую очередь вести строительство противотанковых препятствий (рвы, эскарпы, контрэскарпы, надолбы и пр.) и сооружений по переднему краю.

При строительстве особое внимание обратить на постоянную готовность возводимых сооружений и артиллерийскую противотанковую оборону.

Военному совету СКВО мобилизовать для строительства необходимое количество рабочих из местного населения, инструмента, авто- и гужтранспорта, материалов, продовольствия для всего работающего местного населения и передать все в распоряжение начальника ГВИУ КА в сроки по согласованию с начальником ГВИУ КА.

Строительным организациям разрешается порубка леса на месте в необходимом количестве.

Рекогносцировки закончить:

а) первого и второго рубежа — 25.10.41 г.

б) остальные рубежи — 10.11.41 г.

К строительству рубежа начальнику ГВИУ КА приступить 25.10.41 г.

Полный срок готовности рубежа 25.11.41 г.»[36].

Поскольку эти указания выполнялись медленно, то 22 ноября 1941 г. Ставка Верховного Главнокомандования вынуждена была обратить внимание командования СКВО на недопустимость медленных темпов оборонительных работ. Ставка также обратила внимание командования СКВО на необходимость вести оборонительные работы не только со стороны моря, но и с суши:

«По имеющимся сведениям, оборонительные работы на Таманском полуострове и на территории Северного Кавказа (и в том числе 51 отдельной армии) ведутся недостаточно организованно и слабыми темпами.

Предлагаю:

1. Всеми мерами форсировать строительство оборонительных рубежей на территории армии, и в первую очередь на Таманском полуострове и в районах баз флота Анапа, Новороссийск, Геленджик, Туапсе.

2. Оборудовать долговременными сооружениями Коса Тузла (так „прославившаяся“ недавно. — А. М.), Коса Чушка, Кордон, отметка плюс 6,0 (3 км зап. Батарейки), выс. 35, 8 (3 км сев. Малый Кут, Голопузивка) Тамань, Рыб. пр., Гадючий Кут, усилив эти позиции минометами, средствами ПВО с целью не допустить форсирования противником Керченского пролива на плавучих средствах и по льду.

3. Оборонительные работы в районах портов Приморско-Ахтарская, Анапа, Новороссийск, Геленджик и Туапсе вести не только со стороны моря, но и с суши, согласовав систему обороны с представителями Военно-Морского флота.

4. Разгрузить порт Новороссийск от эвакуационных грузов Одессы и Крыма, используя наличие позиционного имущества в Новороссийской базе для оборонительных работ на территории армии.

5. Широко использовать возможности Новороссийска и Краснодара по поставке цемента и производству блоков долговременных огневых точек»[37].

Заранее начав подготовку к битве на Волге, Сталин умышленно заманивал тевтонов вглубь страны, дабы именно там, на берегах великой русской реки, устроить нацистским негодяям смертоносный разгром. Впоследствии этот замысел Сталина подтвердили даже разбитые германские генералы, написав в своих дневниках, что «боевые действия русских во время крупного наступления на юге (то есть после Харьковской и Крымской катастроф. — А. М.) приобрели новый характер; число захваченных военнопленных, в сравнении с прежними битвами на окружение, стало незначительным. Противник своевременно избегал грозящих охватов и в своей стратегической обороне использовал большой территориальный простор, уклоняясь от задуманных нами ударов на уничтожение. Именно в Сталинграде и прилегающем к нему районе, а также на горных перевалах он оказывал упорное сопротивление, ибо больше не боялся оперативных охватов и обходов».

Конечно, по состоянию на октябрь 1941 г. едва ли у Сталина был в голове цельный план — скорее всего, его истоки, точнее, истоки предпосылок замысла будущих Сталинградской битвы и битвы за Кавказ. Так, очевидно, будет правильней. Но директивы о строительстве оборонительных рубежей уже были спущены, причем в тот момент, когда обстановка под Москвой все более и более обострялась, и тем не менее Сталин уже думал о том, как сломать хребет тевтонской сволочи! Одновременно и Берия стал усиленно готовиться к грядущей битве за Кавказ. В конце 1941 — начале 1942 г. в преддверии битвы за Кавказ было создано большое количество истребительных батальонов: в Ростовской области 70, в Осетии — 48, в Чечено-Ингушетии — 11, в Кабардино-Балкарии — 9. Меры не случайные, ибо основная задача этих батальонов заключалась в борьбе с парашютными десантами и диверсантами. Кстати говоря, что касается будущей битвы за Кавказ, также не могу не напомнить о следующем. В соответствии с решением ГКО от 29 июня 1941 г. тот же Л. П. Берия подписал приказ НКВД СССР № 00837 о формировании пятнадцати стрелковых дивизий НКВД для передачи в действующую армию, которым предусматривалось формирование в том числе и пяти горнострелковых дивизий. Ни на Западном, ни на Северо-Западном, ни на Юго-Западном направлениях в сторону Москвы, к которой тогда стремились войска вермахта, никаких гор нет. Что в свою очередь означает, что и Сталин, и Берия не только прекрасно предвидели, но и столь же прекрасно знали один из основных векторов гитлеровской агрессии — в сторону Кавказа! Так что извините, им, особенно Сталину, «умнеть» после Сталинградской битвы не было никакого резона и нужды. Особенно если учесть, что при всей своей кровопролитности она явилась одной из тех немногочисленных битв, в которой советские войска имели наименьшие среднесуточные потери. В ходе контрнаступления под Москвой среднесуточные общие потери — 10 910 человек, на Курской дуге — 11 313, Белоруссии (во время операции «Багратион») — 11 262 чел., в Берлинской операции — 15 712 чел., а в Сталинградской — 6392 человека!

* * *

Небольшой комментарий. В период работы над рукописью настоящего тома автору стали известны уточненные данные по потерян в Сталинградской битве. Общие потери советских фронтов Сталинградского направления с 17 июля 1942 г. по 2 февраля 1943 г., то есть за 201 день, составили 1 347 214 человек, в том числе безвозвратные 674 990 человек. В свою очередь это означает, что среднесуточные потери за тот же период составили: общие потери — 6702 чел. (по официальным данным — 5620), безвозвратные — 3358 чел. (по официальным данным — 2382 чел.)[38]. Однако даже при этом уточнении среднесуточные потери в живой силе в Сталинградской битве все равно более чем в два раза ниже, чем в любой из вышеперечисленных.

* * *

А всё потому, что заранее стали строить «укрепления в районах Сталинграда и Волги в виде четырех рубежей обороны», причём задолго до появления там немцев. Одних только траншей и противотанковых рвов было построено 2572 км. Сталин сконцентрировал там громадные саперные силы. А только сапёрные части из личного резерва Сталина (24-е Управление оборонительного строительства РВГК) вырыли 1448 км окопов и траншей, 57 км противотанковых рвов, построили 51 км эскарпов[39], 8 км надолб, 24 400 огневых точек, смонтировали 1112 т. металлоконструкций и 2317 кубометров железобетонных изделий. Потому и получилось, что задолго до подхода немцев к Сталинграду и Кавказу там было давно все готово к тому, чтобы остановить их на самом выгодном рубеже. Настолько готово, что заблаговременно была сосредоточена мощная группировка в составе 1,1 млн. человек. В том числе 10 общевойсковых дивизий и 1 гвардейская, 15,5 тыс. орудий (одних только артполков и отдельных дивизионов знаменитых «катюш» из резерва Верховного было сосредоточено соответственно 129 и 115), 1,5 тыс. танков (2-я и 5-я гвардейские танковые армии) и 1,3 тыс. самолётов.

Потому-то Сталин и был уверен в успехе битвы на Волге и за Кавказ. И когда 13 августа 1942 г. Черчилль при встрече со Сталиным спросил его о том, как будет построена оборона на этом направлении, Иосиф Виссарионович не только детально объяснил сэру Уинстону, что к чему, но и заявил, что вполне уверен в том, что советские войска выстоят. А чтобы начисто исключить любые попытки гитлеровского командования помочь своим войскам, которым уже была уготована лютая смерть под Сталинградом, Сталин предпринял нетривиальный ход. Ещё 17 июня 1942 г. он издал приказ № 0489 о премировании советских соколов за сбитые вражеские самолеты, в котором есть очень интересный пункт — за каждый сбитый транспортный самолёт противника советским лётчикам полагалась выплата в размере 1500 рублей. Больше платили только за каждый сбитый бомбардировщик, да и то всего на 500 рублей больше.

Этот приказ одно из малоизвестных, но очень ярких доказательств того, что Сталин заранее и очень ясно представлял себе контуры уготованного для гитлеровских войск котла. Как, впрочем, ясно предвидел и возможные меры германского командования по спасению угодивших в советскую западню своих войск. Потому-то и была особой строкой прописана премия за каждый сбитый транспортный самолет, чего в более ранних приказах о премировании за сбитые самолеты не было. Сталин совершенно четко предвидел, что гитлеровское командование будет пытаться спасти свои окруженные войска с помощью именно «воздушного моста». В стратегическом предвидении равных Сталину не было. Так оно и вышло. Для того чтобы не только выжить, но и хоть как-то сражаться, окруженной 6-й армии Паулюса необходимо было как минимум 600 тонн грузов в день. Однако вместо ежедневного минимума в 600 тонн в лучшем случае ей перепадало 140 тонн, но, как правило, всего лишь 80–100 тонн, да и то зачастую с колоссальными перерывами. А с учетом последних в среднем окруженная группировка получала не более 72,9 тонны грузов в день. Потому как благодаря заблаговременно принятым Сталиным мерам нацистский «воздушный мост» с самого начала своего функционирования был подвергнут советской авиацией массированному разрушению. Так, только в период с 24 ноября 1942 г. по 31 января 1943 г. потери люфтваффе на трассе «воздушного моста» составили 488 транспортных самолётов[40]! Всего-то за 732 тысячи полновесных советских рублей Сталин и славные сталинские соколы уморили голодом, холодом и отсутствием боеприпасов окруженную гигантскую группировку противника, оказав тем самым исключительное содействие советским наземным войскам и в итоге вынудив Паулюса и его войска капитулировать!

А 19 ноября 1942 г. кольцо окружения под Сталинградом замкнулось — начался давно задуманный Сталиным коренной перелом в войне! А задумать такое после трагедии 22 июня 1941 г. мог только не просто умный, а именно же особо мудрый стратег! А то, что он не только все мудро и толково задумал и организовал, а потому и точно знал, что всенепременно произойдет коренной перелом в войне, свидетельствует всем хорошо известный факт, об истинной природе происхождения которого ни «демократы» от Истории, ни власти вспоминать не любят. Современный государственный гимн России, которому в следующем году исполнится уже 65 лет, есть слегка измененный гимн СССР, работу над которым, то есть работу по отбору музыки и слов, Сталин начал ещё осенью 1942 г.! То есть он уже осенью 1942 г. ни на йоту не сомневался, что произойдёт коренной перелом не только в войне, но и в жизни государства и общества, в связи с чем необходимо менять даже государственный гимн! Из битвы за коренной перелом в войне СССР должен был выйти не только победителем, но и в статусе Величайшей Державы Мира, с которой никому не совладать! А такой державе нужен был новый, не опостылевший всем гимн в виде проклятого «Интернационала», а свой, русский, российский!

И что, такой руководитель только после Сталинградской битвы мог «поумнеть»?! При всем уважении ко всем высочайшим воинским звания и многочисленным наградам наших полководцев времен войны не могу не констатировать, что с мифом о том, что-де «Сталин поумнел только после Сталинградской битвы» они более чем изрядно перегнули палку. Прежде всего потому, что еще раз обращаю на это внимание, ни с какой точки зрения Сталину умнеть после этой битвы не было нужды. Иное дело, что опыт Сталинградской стратегической операции еще более обогатил его и без того богатейший опыт стратега и политика глобального масштаба. Вот это точно имело место. Но что тут такого, что надо было сочинять и тем более раздувать анализируемый миф?! А вот что. Дело в том, что значительная часть наших полководцев, гуртовавшихся вокруг Жукова, только после победы в Сталинградской битве частично уверовали, наконец, что под руководством Сталина они действительно смогут разбить вермахт. И как бы приняли эту точку зрения. Как бы, потому что окончательно они ее приняли лишь в 1944 г., когда разработанная Сталиным стратегия Десяти Сталинских Ударов стала приносить свои уникальные плоды.

Однако все они всегда изгибались (за редчайшими исключениями в лице Великого Маршала Великой Победы К. К. Рокоссовского и Главного маршала авиации А. Е. Голованова) в унисон зигзагам генеральной линии постсталинских властей. Некоторые, как, например, тот же Жуков и другие, так и вовсе были круто замешаны в злобной клевете на Сталина и прочих антисталинских инсинуациях, особенно на военную тему. Соответственно им всем крайне необходимо было любыми способами показать главное, по их мнению. Что-де все беды, что были до славной победы в Сталинградской и Курской битвах — от дурного на голову Сталина. А вот все последующие победы, вплоть до Великого 9 мая 1945 г. — оттого, что под их влиянием Иосиф Виссарионович, видите ли, «поумнел»!? Потому, мол, и дошли до Берлина. Однако даже ярые антисталинисты при самом элементарном трезво- и здравомыслии принципиально не согласны с этим. Не откажу себе в удовольствии процитировать слова выдающегося российского философа, бывшего ярого диссидента и антисталиниста, к сожалению, ныне покойного Александра Зиновьева. В интервью 23 апреля 2005 г. газете «Красная Звезда» А. Зиновьев заявил следующее: «Наши военачальники стали выдающимися полководцами только потому, что они были при Сталине — подобно тому, как Даву и Мюрат были великие маршалы при Наполеоне. Без него их не было бы! Это говорю я, антисталинист бывший! Как исследователь, утверждаю, что рассказы про „вопреки“ — ерунда»!

А вот в отношении того, у кого и в самом деле что-то произошло с головой, то вынужден обратить внимание читателей на следующее обстоятельство. Жуков, помнится, в одной из бесед с писателем Симоновым произнес, что «Сталин придерживался своего собственного подхода к проблемам окружения и уничтожения немецких войск. Ход Сталинградской операции запал ему в память, и он неоднократно возвращался к ее опыту… „Не надо его (противника. — A.M.) окружать на нашей территории. Надо его вышибать. Гнать надо, скорей освобождать землю, весной надо будет сеять, нужен будет хлеб. Надо уменьшить возможность разрушений, пусть уходит. Создайте ему такую обстановку, чтобы быстрее уходил. Надо поскорее выгнать его с нашей территории. Вот наша задача. А окружение будете проводить потом, на территории противника“»[41]. Эти слова Сталина относятся к 1943 г. Однако, произнеся их, Г. К. Жуков и не заметил, что высек и себя, и многих других полководцев. А все потому, что эти слова Сталина свидетельствуют о том, что он прекрасно видел одно неприятное обстоятельство. Генералы (не все, конечно, но достаточно значительная их часть) никак не могли взять в толк, что коренной перелом в войне стал непреложным фактом. А посему нечего увлекаться операциями на окружение противника на своей территории, надо перенести центр тяжести на скорейшее изгнание гитлеровцев с родной земли, потому как надо скорей освобождать Родину для мирного труда, для созидания! А для этого надо было в корне менять тактику и стратегию борьбы с врагом. Сделать же этого часть генералов просто не могла. Просто потому, что не тянули они эти вопросы. И все. У каждого ведь свой интеллектуальный потолок. Однако в этой связи не надо даже и предполагать, что-де автора заносит с критикой генералитета. Ничего подобного. Много ли у нас известно о том, что в ходе войны Сталин неоднократно назначал комиссии для детального анализа провалов наших войск?! К примеру, во время Сталинградской битвы командиру 7-го танкового корпуса Павлу Алексеевичу Ротмистрову уже пришлось давать детальные объяснения по поводу невыполнения им боевой задачи, и особенно по поводу больших потерь в танках. А причина заключалась в том, что, неся непомерно большие потери в боевой технике, его корпус никак не мог пробить коридор к прижатым к Волге и поредевшим соединениям В. И. Чуйкова. Как Ротмистров тогда выкрутился — неизвестно.

Такая же комиссия — обычно их возглавлял Маленков — работала и на Центральном фронте в 1942 г., затем на Западном фронте, где за полгода — с 12.10. 1943 г. по 1.04.1944 г. — было проведено 11 фронтовых и армейских операций, в которых не удалось прорвать даже тактическую оборону противника. Зато командование фронта достигло небывалого уровня суммарных потерь — 330 тыс. солдат и офицеров, в том числе 62 326 чел. — безвозвратные потери. А к этим 330 тыс. следует добавить ещё 53 тыс. больных солдат и офицеров, также выбывших из строя. По результатам работы комиссии командующий фронтом и командарм 33-й армии были отстранены от должности, а группа руководящих работников штаба фронта была снята с должностей и наказана[42].

Такая же комиссия под руководством Маленкова работала и по результатам деятельности Воронежского фронта во время Курской битвы. Итогом ее работы стали сотни страниц различных материалов, которые до сих пор хранятся в особо секретном Архиве Президента РФ и не рассекречиваются, потому как там содержится детальный анализ провальной тактики и стратегии, которую продемонстрировали наши генералы во время Курской битвы, особенно под Прохоровкой. Но общий вывод той комиссии тем не менее известен: боевые действия 5-й гвардейской танковой армии под командованием П. А. Ротмистрова 12 июля 1943 г. под Прохоровкой охарактеризованы как «образец неудачно проведённой операции»[43]. И сколько еще таких примеров — примеров деятельности комиссии Маленкова — можно привести. И все они свидетельствуют, что Сталин никак не мог смириться с тем, что генералы не могут и не хотят правильно воевать, то есть воевать с минимумом потерь в живой силе и боевой технике, воевать умением, а не числом. По итогам деятельности комиссий, а также на основе результатов постоянно осуществлявшегося в ГШ и ГРУ анализа боевой деятельности наших войск выпускались методические пособия, наставление, инструкции, указания и т. д., направленные на повышения командирского кругозора, культуры и качества планирования и осуществления боевых операций. Но разве все это было указом для значительной части генералов?!

Отсюда и вопрос — так кто же поумнел или «поумнел» (со знаком минус) после Сталинградской битвы?! Надеюсь, не составит труда определиться с точным ответом.

А чтобы ещё ясней стало, обратимся теперь непосредственно к Десяти Сталинским Ударам, ибо они-то как раз и свидетельствуют о том, что после Сталинградской битвы Сталину резона умнеть не было — солидно обогатив свой и без того колоссальный опыт стратега и политика глобального масштаба, он просто сделал самые мудрые выводы и совместно с Генштабом разработал новую стратегию скорейшего разгрома и вышибания противника с советской земли. Наиболее точное и красивое же описание этой новой стратегии дал видный советский военачальник генерал армии Сергей Матвееевич Штеменко в своей прекрасно книге «Генеральный штаб в годы войны»:

«После Тегеранской конференции каких-то особых указаний Генеральный штаб не получал. Однако все задания, исходившие из Ставки, были явно рассчитаны на то, чтобы наши союзнические обязательства в связи с перспективой открытия второго фронта выполнялись в полном объеме. Основное место в этих заданиях, естественно, занимал разгром гитлеровской военной машины и более скромное — подготовка к войне с Японией.

Конечно, мы не забывали, что природа антигитлеровской коалиции противоречива и таит в себе всякие неожиданности. Особенно много сомнений порождал обусловленный на Тегеранской конференции срок открытия второго фронта. Ведь еще там, в Тегеране, он подвергался всевозможным оговоркам со стороны союзников. Поэтому и Ставка, и Генштаб следовали девизу: на союзников надейся, а сам не плошай!

Среди множества вопросов, определявших в ту пору практическую работу Генштаба, возникал и такой: нужны ли поправки к плану зимней кампании, разработанному в сентябре 1943 года?

Если говорить о политической цели предстоящих операций советских войск, то она состояла прежде всего в полном освобождении нашей страны от немецко-фашистских захватчиков. Под их пятой находилось только 1/3 ранее оккупированной советской земли. В предстоящем году Советской Армии надлежало быть готовой к выполнению великой… миссии — подать руку помощи народам других стран. Во имя этого требовалось провести наступательные операции еще более могучего размаха, чем в минувшем году. Старое испытанное правило — бить врага непрерывно, не давать ему передышки — оставалось в силе.

Однако чрезвычайно длительное наступление уже сказывалось на состоянии наших войск: они утомились, требовали пополнения людьми и вооружением. В ходе осенних и зимних боев 1943 года враг ввел в дело сильные резервы, и ему удалось временно создать для нас угрозу на Украине, затормозить наше наступление в Белоруссии, отбить удары на подступах к Прибалтике. Немецко-фашистское командование стремилось любой ценой стабилизировать положение на фронтах. Обстановка, таким образом, существенно изменилась, и старые решения уже не годились.

Ставка и Генеральный штаб отчетливо понимали, что при всех обстоятельствах мы не можем упускать из своих рук стратегическую инициативу, не должны позволить врагу перевести борьбу в позиционные формы. Требовались новые серьезные перегруппировки войск, в первую очередь на Украине.

Одновременность наступления Советских Вооруженных Сил на всем фронте от Балтики до Черного моря, являвшаяся характерной чертой осеннего плана 1943 года, теперь практически была невозможна. Военная действительность вынуждала отказаться от одновременного наступления и заменить его более соответствующими новому моменту мощными последовательными операциями, или, как тогда говорили и писали, стратегическими ударами.

При определении объекта такого удара, количества и характера участвующих в нем сил и средств, времени его осуществления и взаимодействия с другими подобными операциями Генеральным штабом учитывалась прежде всего та группировка немецко-фашистских войск, которая подлежала разгрому. К началу 1944 года враг имел отчетливо выраженное сосредоточение сил в районе Ленинграда, на Правобережной Украине, в Крыму и в Белоруссии. Разгром каждой такой группировки означал бы создание брешей в обороне противника, закрыть которые он мог главным образом за счет маневра силами с других участков фронта, поскольку стратегических резервов у него недоставало. Оперативных объединений немецкое командование в резервах, как правило, не имело, а действовало корпусами и дивизиями разного типа, преимущественно танковыми.

Чтобы пробивать вражеский фронт, ломать его на большом протяжении и воспрещать восстановление, советская стратегия должна была в свою очередь предусмотреть возможность создания более мощных, чем у немцев, группировок войск. Каждой такой группировке следовало придать ярко выраженный ударный характер за счет дальнейшего повышения роли танков, артиллерии и авиации. Требовались крупные массы резервных объединений и соединений, которые позволили бы нам в короткий срок и внезапно для врага создавать решающий перевес в силах на избранных направлениях. Для распыления же резервов противника наиболее целесообразно было чередовать наши операции по времени и проводить их по районам, значительно удаленным друг от друга.

Всё это предусматривалось в планах кампании первой половины 1944 года. Кроме того, в них учитывалось принятое на Тегеранской конференции обязательство — „к маю организовать большое наступление против немцев в нескольких местах“.

Время начала намеченных операций определялось прежде всего готовностью наших сил к действиям. Были и другие соображения по тому или иному району боевых действий, например, необходимость „разблокирования“ Ленинграда, подрыв политических позиций Германии в Финляндии и Румынии.

Главный удар, как и ранее, намечался на Правобережной Украине. Здесь предстояло разгромить армии Манштейна и выходом к Карпатам 1-го и 2-го Украинских фронтов рассечь фронт противника. В то же время войска 3-го Украинского фронта должны были громить его никопольско-криворожскую группировку во взаимодействии с 4-м Украинским фронтом, который затем переключался на разгром 17-й немецкой армии в Крыму.

Раньше всех по плану кампании (12 января) переходил в наступление 2-й Прибалтийский фронт. Потом (14 января) к нему присоединились Ленинградский и Волховский. Совместная операция этих трех фронтов именовалась тогда „1-м ударом“. 10 дней спустя (24 января) начиналось наступление на главном направлении — на Правобережной Украине. Действия наших войск здесь носили название „2-го удара“. В марте-апреле предполагалось нанести „3-й удар“: освободить Одессу силами 3-го Украинского фронта, а затем разгромить противника в Крыму вторжением туда войск 4-го Украинского фронта. Вслед за этим планировалось наступление на Карельском перешейке и в Южной Карелии.

Такая система „ударов“, разнесенная по месту и времени, вполне оправдала себя. Враг вынужден был перебрасывать силы, то на одно, то на другое направление, в том числе на далекие фланги, растрачивая их по частям».[44]

Поскольку в процитированном отрывке из мемуаров С. М. Штеменко уже названы первые три удара и время их начала, нам остается лишь указать время их окончания и далее приступить к перечислению остальных, начиная с четвёртого.

Итак, уже 27 января 1944 г. в Ленинграде и Москве был произведен артиллерийский салют по случаю окончательной ликвидации блокады северной столицы. Развив до определенного предела дальнейшее наступление в направлении Прибалтики, с 1 марта 1944 г. в соответствии с указанием Ставки Верховного командования Ленинградский и 2-й Прибалтийский фронты перешли к обороне и подготовке новых операций.

К середине апреля 1944 г. был завершен и Второй Сталинский Удар (совокупность нескольких операций), итогом которого, как отмечал впоследствии в речи 6 ноября 1944 г. сам Сталин, стало то, что «Красная Армия разгромила немецкие войска и отбросила их за Днестр. В результате этого удара Правобережная Украина была освобождена от немецко-фашистских захватчиков».

Более того. К началу апреля 1944 г. советские войска уже перешли государственную границу СССР и овладели 800 населёнными пунктами на территории Румынии. Начался этап дипломатического вывода Румынии из войны, постоянно подкреплявшийся военной силой СССР.

К слову сказать, как и планировали Сталин, Ставка и Генеральный штаб, за время осуществления Второго Сталинского Удара фронт противника был настолько разбит, что для прикрытия образовавшейся громаднейшей бреши, гитлеровскому командованию пришлось перебрасывать значительные силы не только с других участков советско-германского фронта, но и также из Югославии, Франции, Дании и Германии. Это еще раз к дурацкому мифу о какой-то небывалой помощи наших кристально подлых «союзничков», якобы оттягивавших на себя значительные силы немцев. Кто на кого оттягивал и перемалывал гитлеровские войска и слепому-то видно, даже из этого частного примера. А тем временем, попивая виски и покуривая сигары, «союзнички», не торопясь, готовились неизвестно к чему. То ли к операции «Оверлорд» (высадка в Нормандии), то ли к беспрецедентно наиподлейшей по отношению к СССР как вернейшему союзнику операции «Рэнкин», предусматривавшей сепаратный захват Германии англоамериканскими войсками при массовом открытии фронта немецким командованием. Подробнее об этой наиподлейшей операции будет сказано ниже.

К 12 мая был завершен и Третий Сталинский Удар, начавшийся ещё 8 апреля, — Одесса и Крым были полностью освобождены.

С 10 июня 1944 г. стартовал Четвёртый Сталинский Удар — началась операция по разгрому финских армий. Перенос очередного мощного удара с юга на север вновь стал кровавой неожиданностью для тевтонов, и опять они не смогли своевременно перебросить свои войска на столь дальнее расстояние. После изрядно кроваво-вразумляющего сокрушительного удара советских войск по финнам начался процесс дипломатического вывода Финляндии из войны, активную роль в котором сыграла посол СССР в Швеции A. M. Коллонтай. Уже первого августа прогитлеровски настроенный президент Финляндии Р. Рюти подал в отставку, а его место занял фельдмаршал К. Г. Маннергейм. Не долго думая, уже 25 августа финны, что называется, запросили пардону и предложили Москве начать переговоры о перемирии. Москва согласилась при условии, что предварительно Финляндия разорвёт отношения с Германией. 4 сентября Финляндия выполнила требование Москвы, а 5 сентября Ставка Верховного Главнокомандования официально объявила о прекращении военных действий против Финляндии с 8.00 указанного дня. А 19 сентября в Москве было подписано Соглашение о перемирии с Финляндией. Одновременно по требованию Москвы финские войска начали боевые действия против немецких войск на севере Финляндии.

Говоря об итогах Четвёртого Сталинского Удара, не могу не указать на одну пикантную подробность. Читатели, естественно, помнят, что ещё во втором томе настоящего пятитомника было указано, что в 1941 г. Финляндия на пять дней раньше объявила войну Советскому Союзу, так как 17 июня 1941 г. правительство этой страны объявило всеобщую мобилизацию, что по тем временам было равноценно объявлению войны. Так вот, Сталин элегантно, но, не ущемляя национального достоинства финнов, припомнил Финляндии этот фортель, вынудив ее досрочно же выйти из войны и объявить войну Германии!

В начале второй декады проведения Четвёртого Сталинского Удара, 23 июня 1944 г., стартовал Пятый Сталинский Удар — знаменитая операция «Багратион» (общее название операции по освобождению Белоруссии, неотъемлемыми составными частями которой стали также и другие операции), ставшая, по всеобщему признанию, одной из самых блестящих советских стратегических наступательных операций по разгрому вермахта. В украшенной десятью сияющими бриллиантами достижений советского стратегического искусства короне операция «Багратион» является самым непревзойденным, самым крупным, фантастический победоносный блеск которого озаряет все Десять Сталинских Ударов! Операцию разработал и проводил ставший после нее не просто маршалом, а именно же Великим Маршалом Великой Победы, умнейший и благороднейший Константин Константинович Рокоссовский. К 29 августа 1944 г., когда советские войска уже на польской территории (советско-польскую границу наши войска перешли уже 17–18 июля) достигли рубежа Елгава, Добеле, Августов и pp. Нарев и Висла, была дана директива о переходе к обороне. За столь короткое время наши войска на фронте в 1100 км с боями продвинулись на Запад на 500 — 600 км. Для противодействия широкомасштабному наступлению советских войск в рамках операции «Багратион» гитлеровское командование вынуждено было перебросить из оккупированных стран Европы 15 новых дивизий и 2 бригады.

Пятый Сталинский Удар ещё не достиг своего апогея — впереди были полтора месяца до завершения операции «Багратион» — как уже 13 июля стартовал Шестой Сталинский Удар — началась Львовско-Сандомирская операция, преследовавшая цель разгромить группу вражеских армий «северная Украина», освободить западные области Украины и юго-восточные районы Польши. К 29 августа 1944 г. и эта операция была победоносно завершена — Западная Украина освобождена, р. Висла была форсирована, образован мощный плацдарм западнее Сандомира. С 29 августа войска на этом направлении по указанию Сталина перешли к обороне.

А под победоносно завершавшую Пятый и Шестой Сталинские Удары артиллерийскую канонаду, в период с 20 по 29 августа 1944 г. молниеносно был нанесён Седьмой Сталинский Удар — осуществлена Яссо-Кишиневская наступательная операция. В результате была разгромлена ГА «Южная Украина» и освобождена Молдавия. Более того. Это привело не только к полному краху системы обороны вермахта на южном крыле советско-германского фронта, но и к коренному изменению военно-политической обстановки на Балканах. 23 августа началось национальное восстание в Румынии, а 29 августа наши войска вошли в Бухарест.

14 сентября 1944 г. взвился мощный кулак Восьмого Сталинского Удара — началась Прибалтийская операция, преследовавшая цель завершить освобождение Прибалтики. К 24 ноября 1944 года эта стратегическая операция была завершена. Противник был вышиблен практически из всей Прибалтики, небольшая часть в Курляндии и в районе Мемеля (Клайпеда, Литва) прижата к морю. Более того. С утратой Прибалтики Германия лишилась стратегически важного района, который дотоле обеспечивал кригсмарине свободу действий в восточной части Балтийского моря, а также важной промышленной, сырьевой и продовольственной базы.

В промежутке между завершением Седьмого и началом Восьмого Сталинских Ударов 8 сентября 1944 г. стартовал Девятый Сталинский Удар — Восточно-Карпатская стратегическая наступательная операция, преследовавшая цель разгромить вражеские войска в Восточных Карпатах и оказать помощь Словацкому национальному восстанию, которое началось еще 29 августа и продолжалось до 27 октября. Кстати говоря, именно из-за него начало этой операции было резко ускорено, что, конечно же, не могло не сказаться на результативности всей операции в целом. Несмотря на то, что не все поставленные перед началом операции цели были достигнуты — в основном по объективным причинам, — в целом Девятый Сталинский Удар принес свои положительные результаты. Было завершено освобождение западных областей Украины, почти целиком была освобождена Закарпатская Украина и часть Восточной Словакии, захвачен важный стратегический рубеж — Восточные Карпаты, осуществлен прорыв на Венгерскую низменность, что открывало стратегическую перспективу для освобождения Чехословакии и выхода к южной границе Германии. В рамках этой операции неудачей завершилась попытка соединения со Словацким национальным восстанием, хотя его участникам была оказана огромная военная и материальная помощь. Итоги Девятого Сталинского Удара, как и остальных, подвел лично Сталин, отметивший, что этот удар преследовал цель вывести Венгрию из войны и повернуть ее против Германии, и, кроме того, наши войска оказали прямую помощь союзной тогда СССР Югославии в изгнании гитлеровцев и освобождении Белграда, а также получили возможность перейти через Карпатский хребет и освободить часть Чехословакии.

И, наконец, 7 октября 1944 г. стартовал Десятый Сталинский Удар — началась Петсамо-Киркенесская стратегическая наступательная операция, преследовавшая цель разгромить немецкую группировку войск на Крайнем Севере и освободить советское Заполярье. К 29 октября операция победоносно завершилась — были освобождены советское Заполярье и северные районы Норвегии, нанесены тяжелые поражения 20-й горной армии вермахта и нацистскому флоту (было потоплено 156 вражеских кораблей и судов), действия которого на советских северных морских коммуникациях были резко ограничены, Германия же лишилась одного из важнейших источников стратегического сырья. 9 ноября советские войска на этом направлении перешли к обороне.

Такая система Сталинских Ударов, практически каждый из которых подразделялся на ряд сопутствующих ударов (наступательных операций), разнесенная по месту и времени, полностью себя оправдала. Враг не только вынужден был перебрасывать силы то на одно, то на другое направление, в том числе на далекие фланги, растрачивая их по частям, но и раз за разом, несмотря на ожесточенное сопротивление и отдельные локальные успехи, терпел тотальное поражение.

Главным военно-политическим итогом 1944 г., то есть итогом всех Десяти Сталинских Ударов, конечно же, явилось полное изгнание немецко-фашистских захватчиков из пределов СССР. Кроме того, Красная Армия вышла на ближайшие к границам Германии подступы, частично освободила ряд государств Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европы, а совместными военно-дипломатическими усилиями и иными средствами из войны были выведены Финляндия, Румыния, Венгрия, Болгария. Сталин имело все основания охарактеризовать 1944 г. — четвертый год войны — как год решающих побед советских армий.

Так вот, как даже при столь сверхкратком и беглом ознакомлении с 1 °Cталинскими Ударами у мифотворцев, не дрогнув, повернулась рука написать, что-де это блеф сталинской пропаганды?! Хорош блеф, коли в результате объединенными усилиями Сталина, всего советского народа и его доблестной Красной Армии Советский Союз превратился в могущественную державу мира, способную освободить от коричневой чумы не только себя, но и, к началу 1945 г., уже половину Восточной Европы и значительную часть Балкан!

О каком блефе может идти речь, когда именно с конца 1944 г., то есть по итогам Десяти Сталинских Ударов, даже шепотом высказывавшееся по тем или иным вопросам мнение Советского Союза уже с превеликим придыханием слушали и слышали во всем мире, особенно же чертовы «союзнички»! Всем без исключения стало понятно, что Советский Союз выйдет из войны одной из двух сверхдержав — наряду с Америкой! Более того. Какой же это блеф, если США, опасаясь стремительно, но исключительно объективно, оплаченного кровью и потом миллионов советских людей на фронте и в тылу возраставшего могущества СССР, уже стали планировать применение против СССР еще даже не испытанной атомной бомбы, дабы вынудить его отказаться от плодов своих побед в войне!? И знаете, что более всего поражает в этих намерениях США 1944 г.?! То, что атомными бомбардировками они ещё в 1944 г. планировали ввести СССР в «лоно христианской цивилизации»!? Вот это союзнички, не приведи Господь! Вот это мразь англосаксонская! Так ведь и написал в своем дневнике военный министр США Г. Стимсон после одной из встреч с Ф. Рузвельтом: «Необходимость ввести Россию органически в лоно христианской цивилизации… Возможно использование S-1 для достижения этого…»[45]. S-1 — это кодированное название еще не испытанной атомной бомбы в США на рубеже 1944–1945 гг.!

Наконец, на каком основании мифотворцы смеют говорить о том, что-де «коренной перелом в войне был совершен не вследствие достигших больших высот советского военного искусства и мощи советской экономики, а в силу роковых просчетов, ошибок и решений Гитлера»?! Да-да, на каком основании, если роковых просчетов, ошибок и решений со стороны Гитлера не было!? Сопротивлялся, гад, упорно и ожесточенно, частично небезуспешно. А уж если чего-то и не было у Гитлера, так это, во-первых, ума, которого ему явно не хватило, чтобы вообще не поднимать руку на Советский Союз, тем более с подачи англосаксов, которые и спровоцировали-таки нападение Германии на Советский Союз. Во-вторых, не оказалось у него и мудрости для ведения такой глобальной войны, хотя и продержался мерзавец до 30 апреля 1945 г., за что, конечно, он в первую очередь должен был бы благодарить своих патронов в Лондоне и Вашингтоне. А вот единственное, что у него оказалось в избытке, так это животный страх перед неминуемым возмездием, который заставил его покончить с собой. Ну так туда и дорога этому преступнику № 1 всех времен и народов, возомнившему себя непобедимым тевтоном!

Только вот зачем современные авторы исподволь сетуют на некие роковые просчеты, ошибки и решения Гитлера, которые, видите ли, стали первопричиной Великой Победы СССР?! Что, сожалеют, что Гитлер не уничтожил Советский Союз и его великие народы дотла?! А не отправиться ли вам, глубоко презренные мифотворцы, вслед за вашим Гитлером в преисподнюю?! Глядишь, там бы и потолковали с вашим дражайшим фюрером насчет его роковых просчетов, ошибок и решений… А то ведь совсем уж загадили и Историю, и современность…


Примечания:



3

Примечание И. Пыхалова и А. Дюкова: Русский Архив: Великая Отечественная. Т. 13 (2–2): Приказы народного комиссара обороны СССР, 22 июня 1941 г. — 1942 г. М., ТЕРРА, 19917, с. 156.



4

Пыхалов И., Дюков А. Великая Оболганная Война-2. М., 2008, с. 17–18.



32

Ричардс Д., Сондерс X. Военно-воздушные силы Великобритании во Второй мировой войне (1939–1945). М., 1963, с. 471–473.



33

Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Том 2, М., 1976, с. 153.



34

Сообщение от 27 апреля 1944 г. штаб-квартиры 8-й американской воздушной армии в Лондоне.



35

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 1554. Д. 91. Л. 314.



36

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 1554. Д. 10. Л.352–353.



37

ЦАМО РФ. Ф. 48а. Оп. 1554. Д. 10. Л. 150–151.



38

Эти данные из прекрасной книги «Великий перелом: Сталинградская битва: новые подходы к оценке победы, изменившей мир (по материалам новейших исторических исследований)», принадлежащей перу профессора, кандидата исторических наук, коренного сталинградца Виктора Николаевича Попова. Книга была издана в Волгограде (когда же этому Великому Городу вернут его героическое имя, под которым он вошел в Историю?!) в 2008 г., с. 68.



39

Противотанковое препятствие в виде крутой стенки наружного рва укрепления на стороне, ближайшей к обороняющемуся, или на скате местности, обращенном к противнику.



40

Попов В. И. Великий перелом: Сталинградская битва: новые подходы к оценке победы, изменившей мир (по материалам новейших исторических исследований). Волгоград, 2008, с. 59.



41

Симонов К. Глазами человека моего поколения. М., 1988, с. 374–375.



42

Лопуховский Л. Прохоровка. Без грифа секретности. М., 2007, с. 540–542.



43

Лопуховский Л. Прохоровка. Без грифа секретности. М., 2007, с. 541. РГАСПИ. Ф. 83. Оп. 1. Д. 16. Л. 61–65. Замулин В. Н. Прохоровское сражение. Очерк к книге «ПРОХОРОВКА — взгляд через десятилетия. Книга памяти погибших в Прохоровском сражении в 1943 году». М., 2002, с. 320.



44

Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. М., 1985, с. 242–244.



45

J. Burns. Roosevelt: the Soldier of Freedom, N.Y., 1979, p. 459.