Загрузка...



Орёл и дракон – 12

Во первых строках позвольте поздравить вас с прошедшим. С Новым Годом, с новым счастьем. Бог не выдаст, тигр не съест.

А теперь – вперёд, нас Бирма заждалась.

После Второй Мировой, когда разбиралась на части Британская Империя, Бирма была вырвана из британской сферы интересов одной из первых и была она вырвана с мясом. Победители, США и СССР, вполне осознавали роль, которую можно будет навязать Бирме и по этой причине Бирма не вошла даже и в "Содружество", ни русские, ни американцы не хотели давать Англии возможность шантажировать их "Бирмой" в послевоенных раскладах. Для укрепления позиций на "международной арене" Бирма получила и немыслимый для вчерашней колонии статус, когда в 1961 году представитель мало кому известной Бирмы, У Тан, был избран ("избран" – это такая фигура речи, У Тан был живым компромиссом, двусторонней сделкой ударивших по рукам победителей) главой ООН. Одно лишь это показывает, какое значение придавали именно Бирме как русские, так и американцы.

Сегодняшняя пропаганда пытается представить Бирму тех лет государством, избравшим "социалистический путь развития" и не устаёт повторять, что именно эти "социалистические годы" привели Бирму в стан беднейших государств планеты. Это – неправда. Ну, или, не вся правда. Дело в том, что социализм отнюдь не универсален и в каждом отдельном случае окрашен в безошибочно национальные цвета. Социализм по-русски всегда и неизбежно будет отличаться от социализма по-английски или по-немецки, не говоря уж про социализм по-китайски. То же самое и с бирманским социализмом, да и трудно было бы ожидать, что у бирманцев получится по-другому, если припомнить сногсшибательную сентенцию товарища У Ну, тогдашнего сильного человека Бирмы и по совместительству её же премьер-министра – "Карл Маркс это одна десятая пылинки под стопою великого Будды". Ну, а каковы пылинка, Маркс и Будда, таков и социализм.

Однако, если не практика, то теория и вытекающая из неё риторика бирманского социализма имели своим источником не только СССР, но и Китай, который немедленно после провозглашения Бирмой независимости принялся испытывать на прочность позиции СССР в этой части Азии и бороться за влияние на Бирму, что никак не могло понравиться соседней Индии, но зато вся эта советско-китайско-индийская бодяга, замешанная на соперничестве и нелюбви, очень нравилась американцам, что имело своим следствием то, что Бирма с её социализмом по-буддистски благополучно пережила не только Холодную Войну, но и худо бедно дотянула до сегодняшнего дня.

"Худо бедно" в данном случае означает именно то, что означают эти слова великого русского языка. Бирма, внешне сохраняя видимость единого государства, на деле таковым не является, в Бирме идёт перманентная холодная гражданская война, Бирма это тлеющий, но не затухающий костёр и временами бирманская "гражданка" прорывается сквозь полувековой пепел неожиданными языками пламени. Существовать в качестве единого "государства" (кавычки тут необходимы) без подпорок извне Бирма не может, но при этом те, кто эти подпорки держат, не только затухнуть костру не дают, но они, гады, его время от времени ещё и ворошат. Бирма это что-то вроде "ничейной земли", нейтральной полосы между Китаем, Индией и Таиландом, что означает – США, которые таким опосредованным образом тоже умудряются с Бирмой "граничить".

Но нейтральная полоса нейтральной полосою, однако реальность подкузьмила таким образом, что "на нейтральной полосе цветы – необычайной красоты".

Цветы эти завидны сами по себе, Бирма бедная, бедная, но при всём при том очень даже богатая страна. У Бирмы есть нефть, есть газ, есть уран, есть уголь и цинк, есть медь и есть даже такая экзотика, как залежи драгоценных камней, у бедной Бирмы есть бедный, повсеместно вырубаемый тропический лес и у неё есть "гидроресурсы", словом, в Бирме есть чем поживиться. Ну, и живятся, конечно, и не в последнюю очередь живятся любезные соседушки, домогающиеся бирманских "ресурсов".

Но главное в Бирме это не её ресурсы. Главное в Бирме это её геополитическое расположение. Везёт же людям! Примерно как афганцам.

Для Китая Бирма это ворота в Бенгальский залив, выйдя на побережье которого китайцы смогут помыть свои китайские сапоги в Индийском Океане.

Для главного мирового игрока, США, Индийский Океан имеет значение второстепенное, после Тихого и Атлантического океанов. С геополитической точки зрения Индийский Океан это что-то вроде большого Средиземного моря, он всем хорош, да только беда в том, что он легко блокируется. Особенно в восточной его части, где Китай отрезается от выхода "на простор" незамысловатым перекрытием Молуккского пролива. Но если для американцев главными являются океаны по правую от них руку и по левую, то для Китая главным стал тот Океан, от которого он отрезан – Индийский. И главным он стал в силу сразу нескольких причин.

Причина главная – примерно 80% нефти и нефтепродуктов, завозимых Китаем, попадают туда через северную часть Индийского Океана. Если этот волосок перерезать, Китайское народное хозяйство встанет. "Мировая фабрика" остановится. В самом буквальном смысле.

Вторая причина – основной на сегодня соперник (будем по возможности избегать слова "враг") Китая, Индия, завозит тем же, что и Китай, и проходящим там же, в северной части Индийского Океана, маршрутом до 65% нефти, от поставок которой Индия зависит точно так же, как и Китай, и если Китай сможет этот маршрут контролировать, то из этого понятно что вытекает.

Третья причина называется Японией. Той самой, которую Китай очень не любит. Очень-очень. Нефть, потребляемая "второй экономикой мира", попадает в Японию из района Ближнего Востока и тот, кто хозяйничает в Индийском Океане, берёт Японию с её японцами за горло. Захочет он и даст Японии подышать, а захочет – и придушит её как цыплёнка.

Словом, без Бирмы Китаю никуда. Бирма это та пробка, что держит китайского джинна в бутылке.