Загрузка...



Орёл и дракон – 13

Итак – Бирма как пробка.

Это всего лишь художественный образ, но тем не менее образ этот позволяет нам лучше понять суть ведущейся в районе Юго-Восточной Азии игры.

Китай заинтересован (жизненно) в том, чтобы пробку вытолкнуть, Америка в том, чтобы пробка оставалась (во всяком случае – пока) на месте.

А теперь смотрите – на пробку можно усиливать давление (как изнутри бутылки китайцами, так и извне американцами), но можно ещё и попробовать проделать в пробке ходы, прогрызть её, изъесть, растворить с одной стороны и сделать её крепче, чтобы она сидела в горлышке туже, с другой.

Игры государств очень сложны и однозначно не описываются. Их можно, правда, однозначно трактовать, но это трактовка для газет. Для "телевизора". В реальности же Америка и Китай не только давят на пробку каждый со своей стороны, но они ещё то усиливают, то ослабляют давление на пробку, а помимо этого Китай пытается пробку разрыхлить, а Америка этому "рыхлению" старается что-то противопоставить.

Сложно?

Да сложно, конечно, но только это ещё не вся сложность. Кроме стратегии есть ещё и тактика и из тактических, сиюминутных соображений текущей целесообразности, называемой "государственными интересами", оба противника могут меняться местами и время от времени уже Китай, спохватившись, что пробку может вырвать, как из бутылки с шампанским, и вкусное, пьянящее китайцев содержимое уйдёт в пену, вдруг снижает давление и ослабляет толчки, и точно так же американцы, испугавшись, что давление внутри бутылки поднялось до опасного уровня, начинают стравливать газы через один из прорытых в Бирме упорным китайским кротом ходов, а то и вообще перенаправляют давление Китая в какую-нибудь другую сторону. В Среднюю Азию, скажем. А чтобы Китай не забывался и у него от успехов головокружение не началось, ему в Синьцзяне попутно беспорядки устраивают.

Ну и попутно попутности, попутно жесточайшей борьбе, вздувшимся мышцам, рычанию, укусам и оскаленным клыкам – встречи на высшем уровне, заверения в вечной дружбе, договоры и обещания, встречи в галстуках и без, почётные караулы, красные дорожки и улыбки, улыбки, улыбки. Самое интересное, что находится множество людей во всё это верящих, во всю эту мишуру, во всю эту "внешнюю блядь", стоит лишь подобрать ей название покрасивее, вроде "стратегического сотрудничества". Но мы отвлеклись. Вернёмся к нашему Китаю.

В паре США-Китай Китай находится в более трудном положении. И дело даже не в том, что он объективно слабее, трудность китайская вытекает из того, что у него нет союзников. Не вообще, вообще союзники у него есть, а нет у него союзников в "регионе". В регионе все Китая боятся. И правильно, вообще-то, делают. А вот Америке легче, поскольку у неё союзники есть. Причём союзники не на бумаге, а на деле, тот самый бизнес, в котором нет места ничему личному, а есть место только самому бизнесу, а всем хорошо известно, что бизнес Америки это бизнес, то-есть рациональность and nothing but. Ну и я уж не говорю, что с точки зрения всех заинтересованных "лиц" Америка не только не вечна, но она ещё и находится далеко, а Китай – вот он, рядом, под боком, а китайцы ещё ближе, ближе так, что ближе некуда, сколько ни пытались их выкуривать, а им хоть бы хны, всюду они есть.

Главный сегодняшний "антикитайский" союзник Америки, причём союзник, которого заставляет быть союзником сама "сила вещей" это Индия. И союзник этот Америке выгоден тем более, что он и географически очень удачно расположен, у него с пробкой-Бирмой общая граница.

В этом месте мы переходим на следующий уровень. Не поднимаемся, а опускаемся, ибо уровень этот залегает глубже всем нам видимого. Но мы, хоть и хуже его видим, о нём догадываемся. "Серая зона".

Успехи Китая (а они несомненны) во многом объясняются одной причиной, о которой как-то не принять говорить. Китайский успех "застит глаза". Причина же вот какая – Китай не дал Америке втянуть себя в гонку вооружений. Подчеркну, что в гонку с Америкой. Американцы честно старались, но Китай вывернулся, Китай демонстративно "самоустранился", а, самоустранившись, он принялся "сильнеть", Китай стал "брать другим". И какое-то время Китаю это удавалось. Китаю ко всему прочему ещё и повезло. Период его "накачки" пришёлся на время обрушения России в результате поражения в Холодной Войне, на время, когда у победителя не только рот оказался полон послевоенными хлопотами, но ему понадобились ещё и руки с ногами, чтобы удержать начавший расползаться мир.

Американцы худо бедно мир удержали, и когда всё более менее "устаканилось", они вернулись к Китаю. "Здравствуйте, я ваш дядя!"

Китай не хочет "мирно" соревноваться в военной области? И нет никаких возможностей его в это благородное дело втянуть? Никаких-никаких? Совсем? А если хорошо подумать?

Именно для того, чтобы заставить другие государства делать то, что хочется вам, а не дяде с тётей, и воюют государства друг с другом. Воюют за мировое господство. Не за деньги, не за "золото" и даже не за "нефть", а за то, чтобы иметь возможность строить реальность, в которой будут вынуждены жить другие, и, живя, эти другие будут делать то, чего хочется вам. Выстроенная победителем реальность – вот тот лом, против которого нет приёма.

Китай не хочет "мирно соревноваться в военной области"? Ну и что? Вы же знаете, что происходит, когда гора не идёт к пророку. Так и тут. Китай не хочет идти к Америке? Тем хуже для него, Америка идёт к Китаю.

Есть вещи, которые Китаю неподвластны, он может, если хочет, не переводить невообразимые "ресурсы" на ракетно-ядерную гонку с далёкой Америкой, но Китай ничего не может сделать, когда вооружаться принимается его сосед.

В начале XXI века Америка инициировала гонку вооружений между Китаем и Индией.