В ожидании власти 1930–1933 гг

В январе 1930 г. один из уважаемых членов НСДАП — Вильгельм Фрик — законным образом стал министром внутренних дел и просвещения земли Тюрингия. В это время ситуация в Германии была далека от стабильной. Поэтому спустя два месяца президент Пауль Гинденбург назначил нового имперского канцлера — Генриха Брюнинга. Пока президент искал выход из кризиса, программа НСДАП стала привлекать в ряды партии совсем неожиданных членов. Так весной в партию и СА вступил принц Август-Вильгельм Гогенцоллерн и ряд других немецких аристократов. Приход в партию принца и крупных землевладельцев вызвал негодование в кругах братьев Штрассеров.

В мае Гитлер спровоцировал обоих братьев на двухдневные дебаты. Эти дебаты показали глубокие противоречия, царившие внутри НСДАП. Летом 1930 г. Гитлер и Геббельс добились ухода Отто Штрассера из партии, вместе с ним ушли и его сторонники. Грегор Штрассер не поддержал демарш брата и остался лояльным Гитлеру. Партию терзали и другие проблемы. Так достоянием общественности стали финансовые махинации фюрера СА в Гессене Фоссхагена, а затем и его преемника Матернуса.[58] Пример ближайших начальников толкнул и ряд их подчиненных на преступный путь. Один из полковых командиров группы «Гессен» штандартенфюрер СА фон Редер был наказан за аналогичные проступки — за 3 месяца он похитил из партийной казны более 3000 марок. Присвоение партийных денег было распространено среди фюреров всех уровней, но говорить о всеобъемлющем стяжательстве в СА все-таки нельзя.

Тем временем новый канцлер Брюнинг попытался провести через рейхстаг свою финансовую программу, но рейхстаг отказался ратифицировать ее. Тогда Брюнинг распустил рейхстаг и назначил новые парламентские выборы на 14 сентября 1930 г. Вскоре Брюнинг запретил проведение партийных съездов, митингов и маршей. Земельное правительство Пруссии, желая угодить новому канцлеру, пошло еще дальше и 11 июня 1930 г. запретило ношение партийной униформы СА на своей территории.

В начале августа 1930 г. в среде берлинских штурмовиков вновь началось брожение. СА были настолько возмущены заносчивым поведением ПО и игнорированием социальных проблем штурмовиков функционерами партии, что один из оберфюреров СА послал письмо в партийную канцелярию, указав, что в ПО считают, что «СА существуют только для того, чтобы умирать». Ему вторил штандартенфюрер СА, написавший Грегору Штрассеру, что он в ходе своей службы в СА был судим более 30 раз и 8 раз был осужден за участие в драках и нанесение побоев, и был ранен в драках более 20 раз. Свое письмо он закончил словами, что теперь по указанным причинам «столкнулся с финансовым крахом», но так и не получил никакой помощи от партии. Брожение в СА стало поводом для отставки Франца Пфеффера фон Саломона с поста фюрера штурмовиков 12 августа 1930 г. Его место ненадолго занял группенфюрер СА доктор Отто Вагенер, бывший лидер мюнхенского отдела организации «Рейхскригсфлагге».

Смена руководства не остудила горячие головы в СА. В первую очередь это было вызвано нежеланием партийных лидеров субсидировать безработных штурмовиков, которые составляли уже значительный процент в СА. Нежелание ПО достичь компромисса с СА привело к тому, что штурмовики отказались выйти на охрану несанкционированного съезда НСДАП в берлинском спортивном дворце. Позицию своих штурмовиков одобрял командир группы СА «Ост» Вальтер Штеннес. Он уже давно боролся за признание СА главной силой движения национал-социалистов. Перед проведением упомянутого съезда НСДАП в берлинском «Шпортпаласте» он отправил своих приближенных в Мюнхен к Гитлеру. Кроме социальных требований СА посланцы везли Гитлеру требование штурмовиков об их представительстве в рейхстаге. Прибыв в Мюнхен, штурмовики несколько дней ждали встречи с Гитлером, но поняв, что их избегают, вернулись в Берлин.

Вместо охраны «Шпортпаласта» берлинские СА провели стихийный митинг на Виттенбергплац. Пока штурмовики митинговали, Геббельс приказал Далагю, чтобы люди из СС взяли на себя охрану всех партийных зданий и мероприятий. Напряжение продолжало расти, и в ночь на 30 августа 1930 г. ситуация вышла из-под контроля. В эту ночь берлинские штурмовики из 4, 31 и 33-го штурмов СА во главе с командиром I штандарта СА Эрихом Добричем ворвались в городскую штаб-квартиру НСДАП на Хедеманштрассе 10, избили резиновыми дубинками пятерых охранников из 6-го штурма СС и переломали большую часть мебели.[59] Берлинские эсэсовцы были малочисленны, и Геббельс не нашел ничего лучшего, как обратиться в государственную полицию за помощью. Прибывшая на Хедеманштрассе полиция арестовала 25 человек из числа бунтарей, а тем временем напуганный Геббельс отбыл в Мюнхен на первом поезде.

Штурмовики и эсэсовцы позируют с партийным знаменем

На следующий день Гитлер и Геббельс прибыли в Берлин. Они оба отдавали себе отчет в том, что без поддержки СА партия не пройдет выборы. Потому фюрер НСДАП лично посетил мятежного Штеннеса, а затем отправился по берлинским пивным, в чьих недрах бурлили бунтовщики из СА. Гитлер улыбался, раздавал обещания на будущее и оправдывался в своем незнании критического положения штурмовиков. Посулы и уговоры сделали свое дело, и к вечеру 1 сентября 1930 г. настало примирение. Этим вечером состоялось совместное собрание всех составных частей берлинского гау: ПО, СА и СС. В Берлине воцарился хрупкий мир. На следующий день Гитлер удивил многих — приняв на себя лично обязанности высшего фюрера СА. За Вагенером осталась должность начальника штаба штурмовых отрядов. На нужды умиротворенных СА были отпущены средства из избирательных фондов партии и, кроме того, установлен сбор на Штурмовые отряды в размере 20 пфеннигов с человека.[60]

Спустя шесть дней, 8 сентября 1930 г. к Гитлеру в Мюнхен прибыл главный врач группы СА «Ост» (SA-Oberarzt Ost) Леонардо Конти. Вопреки всем ожиданиям он не был гонцом Штеннеса. Встретившись с Гитлером, Конти сообщил ему о новых кознях вожаков СА. Возможно, что Конти крайне преувеличил масштабы брожения в СА-группе «Ост», но все его обвинения попали на благодатную почву. СА стали тяготить Гитлера.

Еще через 6 дней, на выборах в рейхстаг, НСДАП набрала 6 400 000 голосов и стала второй по значимости партией в Германии. Нацисты получили 107 мест в рейхстаге,[61] но Гитлер провел штурмовиков, и ни один из мятежных фюреров СА так и не попал в рейхстаг. Штеннес и мятежники из СА затаили обиду и стали ждать своего часа. В конце сентября 1930 г. разгорелся новый скандал, в котором были замешаны СА и НСДАП. В Лейпциге перед военным судом предстали два молодых лейтенанта рейхсвера: Шерингер и Людин из 5-го артиллерийского полка полковника Людвига Бека и обер-лейтенант в отставке Вендт, завлекавшие своих подчиненных и сослуживцев в ряды СА и НСДАП.[62] Процесс продлился два дня и закончился отчислением офицеров из армии и требованием армии прекратить партийную пропаганду в рейхсвере. Один из подсудимых, Ганс Элард Людин, в следующем году вступил в СА и позже достиг звания обергруппенфюрера СА.

В день открытия сессии рейхстага, 13 октября 1930 г., сотня нацистских депутатов появилась в рейхстаге в партийной форме, ношение которой было официально запрещено. В самом Берлине отряды СА и СС вышли на улицы и разгромили ряд магазинов и заведений, владельцами которых были евреи. В течение октября 1930 г. для фюреров СА была введена присяга на верность Гитлеру. Через несколько дней 7 ноября 1930 г. Гитлер в своем служебном циркуляре вновь сформулировал задачи СА и СС, более четко оговорил проблемы комплектования обеих организаций. Но центральйой линией этого циркуляра стала фраза: «Ни один фюрер СА не наделен правом отдавать приказ солдатам СС». Теперь уже только глупец мог не понять, что Гитлер сделал ставку на новую организацию — СС.

Следы уличной войны в Берлине

К концу 1930 г. численность НСДАП и ее дочерних организаций перевалила за 389 000 человек. Как и прежде самой массовой организацией партии были штурмовые отряды, вслед за ними шел Гитлерюгенд, а затем все прочие. Количество эсэсовцев, хоть и заметно выросло, но не шло ни в какое сравнение С численностью СА. В начале декабря обе организации участвовали в многодневном срыве премьеры американского фильма «На Западном фронте без перемен», снятого по одноименному роману Э. Ремарка. Спустя семь дней после поступления в прокат показ фильма был запрещен за «искажение облика немцев». НСДАП торжествовало.

Партийная деятельность поглощала все больше времени Гитлера. Он впервые оказался действительно близок к власти. Деятельность Отто Вагенера на посту начальника штаба СА не удовлетворяла Гитлера, и он стал искать ему замену. Многие прочили на эту должность Германна Геринга, но Гитлер решил иначе и вызвал из Боливии своего прежнего соратника Эрнста Рема. Вероятно, Рем всей душой скучал по Германии и по мере возможностей следил за успехами своих прежних товарищей. Рем незамедлительно принял приглашение и отправился в Германию.

5 января 1931 г. прибывший в Германию Эрнст Рем был назначен начальником штаба СА. К этому времени в СА числилось около 77 000 человек.[63] Загорелый Рем с ходу взялся за новое дело. Им была проведена реформа штаба командования СА и осуществлены незначительные изменения в структуре самих штурмовых отрядов. Рем также начал процесс централизации верховной власти в СА и разработал так называемый «Устав СА» из смеси кайзеровских уставов и прежних циркуляров СА. Как и прежде, Рем видел в СА новую армию будущей Германии. По его настоянию штандарты СА стали получать номера в соответствии с полками императорской армии. Он возобновил знакомства с армейскими офицерами и с их помощью начал нелегально приобретать огнестрельное оружие. По всей Германии штурмовики начали организовывать тайные склады оружия. В начале января также состоялась первая встреча Рема с генералом рейхсвера Куртом фон Шляйхером из окружения президента Гинденбурга, на которой стороны выяснили свои позиции. Интересно отметить, что и фон Шляйхер, и Рем были сторонниками милиционной системы комплектования рейхсвера,[64] Фон Шляйхеру она сулила резкое увеличение численности рейхсвера, а Рему — неконтролируемое проникновение штурмовиков в ряды армии.

Вскоре уже встретились Гитлер и Шляйхер. После консультаций, 20 февраля 1931 г. фюрер запретил штурмовикам дальнейшее вооружение и участие в уличных побоищах. Несмотря на это, один из отрядов СА в Касселе (группа СА «Гессен») ослушался запрета Гитлера и ввязался в уличную драку с коммунистами. Реакция Гитлера была мгновенной — командир отряда был снят со своего поста, а его отряд расформирован.

Некоторые государственные чиновники и полицейские служащие пытались ограничить деятельность СА на подвластной территории. Так в течение февраля начальником берлинской полиции, была закрыта одна из самых излюбленных пивных берлинских штурмовиков. Этот поступок вызвал бурное негодование в СА. Но некоторых штурмовиков волновали и другие вопросы. 28 февраля 1931 г. Вальтер Штеннес отправил Эрнсту Рему пространное письмо, в котором перечислил основные проблемы СА. В своем письме Штеннес утверждал, что одна из его рот в Бреслау не смогла выйти на зимний смотр по причине отсутствия зимней обуви. Рем оставил письмо Штеннеса без ответа.

Труппфюрер СА

Между тем совокупные расходы на содержание СА и СС составляли, по мнению одного австрийского историка, 1 200 000 рейхсмарок в неделю. Естественно, такие огромные суммы не могли быть найдены ни Ремом, ни Гитлером. Однако некоторые германские промышленники во главе с Фритцем Тиссеном начали оказывать широкую материальную помощь нацистам.

Несмотря на бедственное положение некоторых отрядов СА, партия организовывала и проводила огромное количество мероприятий. Очаги НСДАП теперь существовали в каждом немецком городе. Основная деятельность СА, как и прежде, сводилась к охране партийных мероприятий, которые нередко заканчивались потасовкой с коммунистами или полицией. Так, весной 1931 г. на одном партийном митинге в Кенигсберге штурмовики подрались с полицией. В ходе драки был избит резиновыми дубинками принц Август-Вильгельм Гогенцоллерн. Он и ряд штурмовиков был к тому же арестован кенигсбергской полицией. Несмотря на это, главными противниками СА все же оставались коммунисты.

Основная масса побоищ между штурмовиками и красными фронтовиками происходила обычно в пятницы и выходные дни, почти на каждой неделе.

Пока некоторые штурмовики страдали за идею, Вальтер Штеннес раздумывал, как сохранить независимость от Гитлера и Рема. Со времени сентябрьских выборов 1930 г., когда он не получил обещанного места в рейхстаге, он затаил обиду. В среде берлинских штурмовиков, как и прежде, нашлось много недовольных Мюнхеном. Определенную роль в этом сыграла умелая пропаганда Отто Штрассера и его «Черного фронта». В ночь на 1 апреля 1931 г. адъютант командира группы СА «Ост» группенфюрер СА Вильгельм Ян провел тайное совещание фюреров группы «Ост». Он информировал, что Штеннес будет снят со своей должности в полдень 1 апреля на партийном совещании в Веймаре. Фюреры группы СА «Ост», в отсутствие своего вожака, приняли решение поддержать своего командира и выступить против Гитлера. Эти события получили название Второй революции Штеннеса.

В штабе группы Берлин — Бранденбург Штеннеса поддержали фюреры гауштурмов Берлин — Эрнст Ветцель и Бранденбург — Йозеф Велтьенс, все штандартенфюреры и командиры полков в Берлине и командиры двух полков в Бранденбурге — Эрих Добрич, Отто Геттинг, Вильгельм Крач, Ганс Бреуер, Ганс Хустерт, Йозеф Франке, Эрих Борхардт. Таким образом, Штеннеса не поддержал лишь один из старших офицеров земли — командир VII штандарта (Шпандау) Курт Крюгер. В Берлине Вторую революцию Штеннеса подержало около 30 % простых штурмовиков, особенно сильны были его позиции в штандартах, расположенных в западной части города. Сторонников Штеннеса практически не было в рядах V штандарта. Таким образом по самым приблизительным подсчетам, Штеннеса поддержало около 1500 штурмовиков в Берлине и около 2000 в Бранденбурге. Штеннес и его окружение попытались организовать свое движение — Национал-социалистическое боевое движение Германии (Nationalsozialistische Kampfbewegung Deutschlands — NSKD).

Геббельс был вовремя предупрежден о подготовке мятежа и некоторое время не показывался на людях, что дало позже повод обвинить его в соучастии в подготовке бунта. События в Берлине разворачивались по прежнему сценарию, штурмовики заняли офис партийной организации, устроив перестрелку с эсэсовцами. Помимо дома на Хедеманштрассе штурмовики заняли редакцию геббельсовской газеты «Дер Ангрифф» (нем. Атака) и учинили в ней погром, а затем в течение трех дней печатали в ней свои листовки. Берлинское восстание было поддержано некоторыми отрядами СА в северных и восточных областях Германии и сторонниками Отто Штрассера по всей стране. На этот раз оппоненты штурмовиков к помощи полиции решили не прибегать и попросту перекрыли источники финансирования СА. Спустя 10 дней бунт закончился и довольный Гитлер сместил Штеннеса с поста командира группы СА «Ост», назначив вместо него Эдмунда Хайнеса. После снятия Штеннеса в берлинских СА стала распространяться листовка следующего содержания: «…В лице капитана Штеннеса атакованы все штурмовые отряды. В Мюнхене забыли, что партию создала и сделала ее сильной прежде всего наша готовность». Униженный Штеннес и его последователи в мае 1931 г. начали переговоры об объединении с группой Отто Штрассера. Вместе со Штеннесом СА покинули его заместитель Бруно Фрике, Герман Титьенс и силезский фюрер Курт Кремер, а также около 3000 простых штурмовиков.

Уход Штеннеса из СА не решил существовавших противоречий в партии. И вскоре уже командир группы СА «Зюд» (Южная Германия) группенфюрер СА Август Шнейдгубер высказал крамольную мысль, что «СА борется с фюрером за его душу и до сих пор не обрела ее».[65] Кроме этого, в своих рапортах в ОСАФ он сообщал, что чувство отчуждения от партии охватило «почти каждого штурмовика». Берлинский гауляйтер Геббельс был более трезв в своих оценках и всвоем дневнике оставил следующую запись — «скрытый кризис в СА из-за социализма». В других землях (гау) Германии штурмовики также вызывали беспокойство у гауляйтеров. В этой ситуации новый штабшеф СА предпринял ряд инспекционных поездок по всей Германии. Фронтовик и драчун Рем сумел успокоить на время бурлящие массы штурмовиков, ведь их основная масса признала в нем своего — настоящего солдата-ландскнехта, жившего армией и войной. После завершения поездок Рем значительно расширил существовавшие ранее казармы-общежития и ввел бесперебойное питание для штурмовиков.

В июне 1931 г. в Мюнхене была открыта рейхсфюрер-шуле-СА для подготовки высших командиров СА. В течение лета 1931 г. Гитлер провел ряд консультационных встреч с президентом, канцлером, министром рейхсвера и вторыми лицами из окружения Гинденбурга. Вопреки всем ожиданиям общение с властями не дало никаких результатов и Гитлер опять перешел в оппозицию к власти. В Берлине тем временем опять забурлили штурмовики. 12 сентября 1931 г. около 1000 берлинских штурмовиков устроили еврейский погром в Шарлоттенбурге. Погромщики с криками «бей жидов!», «смерть евреям!» прошлись по улицам — Лейбницштрассе, Уландштрассе, Кнезебекштрассе и Курфюстендам. По пути погромщики избивали всех похожих на евреев, а также разгромили одно кафе (его владелец был евреем) и разогнали всех его посетителей. Узнав о погроме, один из лидеров берлинских СА — граф Хельдорф вскочил в свой автомобиль и помчался пресекать данную акцию.[66] Позже, при полицейском расследовании была выявлена тщательная подготовка, предшествовавшая погрому, но организатор так и не был выявлен. Вместе с тем стоит заметить, что антисемитизм был широко распространен в СА и даже являлся частью так называемого «Духа СА» (SA-Geist).

Осенью 1931 г. правая немецкая оппозиция решила провести съезд в брауншвейгском городке Бад-Гарцбурге. Съезд начался 11 октября 1931 г., город был просто наводнен членами НСДАП, немецкой национальной партии, немецкой народной партии и ряда других, более мелких партий и союзов. Огромные массы коричневых рубашек СА и серо-зеленых мундиров «Стального шлема» заполонили город. Как бывало и прежде, съезд не дал никаких результатов, а сам Гитлер оскорбил националистов, уйдя с трибуны при прохождении колонн «Стального шлема».


СА вовремя запрета партийной униформы. Гамбург. 1931 г.

Встреча с националистами не пошла на пользу Гитлеру, и он решил провести альтернативное мероприятие НСДАП спустя всего неделю. Местом сбора стало так называемое «Францплатц» в предместьях Брауншвейга. Теперь в Брауншвейге собрались только члены НСДАП, всего около 100 000 человек.[67] Прохождение штурмовиков длилось около пяти часов кряду. В конце мероприятия Гитлер заявил собравшимся, что они собрались последний раз перед приходом к власти, от которой они находятся всего в метре. Как и положено, по окончании съезда произошли стычки с левыми, в ходе которых 2 рабочих были убиты, а более 70 ранены.[68] Брауншвейгский сбор занял важное место в истории партии, и позже в честь него был изготовлен памятный знак.

Летом 1931 г. Рем и Гиммлер получили распоряжение Гитлера о создании тайной партийной службы разведки. Рема не прельщали игры в шпионов, и создание службы было доверено Гиммлеру. Он познакомился с молодым штурмфюрером СС Рейнхардом Тристаном Гейдрихом из Гамбурга. Гейдрих произвел на Гиммлера благоприятное впечатление, и 5 октября 1931 г. он был переведен в аппарат управления при рейхсфюрере СС с целью организации тайной партийной службы — СД.

К 15 декабря 1931 г. численность СА возросла до 260 438 человек, т. е. за менее чем 12 месяцев — более чем в 3 раза.[69]

В январе 1932 г. Гитлер вновь встретился с канцлером Брюнингом. Последний сделал НСДАП смелое предложение — назначение Гитлера на пост канцлера при условии под держки продления президентского срока Гинденбурга. На вторую встречу с канцлером Гитлер отправился уже с Ремом. Консультации сторон продолжились, но затем были прерваны взаимными требованиями. Нацистам и власти не удалось договориться, и Адольф Гитлер выставил свою кандидатуру на пост президента на мартовских выборах. Спустя некоторое время, при праздновании еврейского Нового года, штурмовики провели первую широкую антисемитскую акцию. Берлинские штурмовики во главе с графом фон Хельдорфом провели пикетирование еврейских магазинов и заведений. Местами пикетирование перерастало в стычки с инакомыслящими и полицией. Кроме этого, в январе штурмовики разгромили коммуну «Фельзенек» и редакцию газеты СДПГ в Грайсфельде.

Эрнст Рем обходит строй СА в гражданской одежде. 1931 г.

25 января 1932 г. Гейдрих, повышенный уже до чина гаупт-штурмфюрера СС, был официально утвержден начальником службы безопасности. Вначале служба получила помещение в «коричневом доме» на Бриннерштрассе, 45 в Мюнхене. Первый штат сотрудников был набран из мюнхенских штурмовиков и эсэсовцев, путем тщательного отбора. Молодой руководитель новой службы отличался крайним трудолюбием и маниакальной подозрительностью. С первых дней работы он стал собирать компрометирующие досье на всех членов партии, попадавших в его поле зрения. Он подозревал всех и во всем. Компромат собирался и систематизировался, вскоре в архиве службы появились папки с фамилиями Рем, Геринг и даже Гиммлер.

13 марта 1932 г. состоялся первый тур президентских выборов в Германии. Фаворитами выборов стали Гинденбург и Гитлер. Гинденбургу удалось опередить Гитлера на 7 300 000 голосов. Несмотря на убедительную победу Гинденбурга, был назначен второй тур выборов. В марте достоянием общественности в Мюнхене стала скандальная история. Одна из мюнхенских газет опубликовала незадолго до выборов личные письма штабшефа СА Рема к своим любовникам. Получалось, что партийной армией управляет заправский гомосексуалист. К сожалению, тогда и сейчас мало кто ставил подлинность этих писем под сомнение. Очень трудно представить, чем руководствовались современники, поверив этим публикациям, но сейчас, зная об аналогичных обвинениях в адрес генерала Вернера фон Фрича, имевших место в январе 1938 г., можно предположить, что это была тоже хорошо спланированная акция. Все современные авторы твердят о пороках лидера СА слово в слово, и лишь один немецкий историк — Гейнц Хене — наименее предвзято расказывает версию о гомосексуализме Рема.

Очень интересно и то, что Гитлер не поверил мюнхенским письмам и заявил недоброжелателям Рема, что «…частная жизнь может быть предметом рассмотрения только в том случае, если она противоречит основополагающим принципам национал-социализма». А ведь всем было известно, что гомосексуализм как раз противоречил принципам НСДАП. Гомосексуализм, как и другие сексуальные извращения, жестоко преследовался при нацистах. Нельзя забывать и о том, что когда выяснилось, что начальник Главного управления СС группенфюрер СС Курт Витье питает склонность к мужчинам, он был снят со своего поста и вскоре исчез из общественной жизни.

Однако в НСДАП нашлись и те, кто свято поверил в подметные письма. Эти люди завидовали растущему влиянию Эрнста Рема на Гитлера и его почти полному господству над массами штурмовиков. Так, один из бывших вожаков СА, а тогда бывший председателем УШЛА Вальтер Бух и отошедший от дел штандартенфюрер СА Эмиль Данцайзен разработали в марте 1932 г. план по убийству Эрнста Рема, Карла Леонарда графа дю Мулен-Экарта, штандартенфюреров СА Ганса графа фон Шпрети-Вельбаха и Юлиуса Уля. Заговорщики набрали команду убийц из 10 человек, часть составили асоциальные элементы, а часть — верные заговорщикам штурмовики. В последнюю минуту один из убийц — Карл Хорн — раскаялся в своем замысле и явился лично к графю дю Мулену. Выслушав горе-убийцу, граф велел ему выйти на связь с Бухом и договориться о встрече. Граф планировал при встрече взять Буха с поличным. Бух сумел перехитрить штурмовиков, и на следующий день Хорн чуть не стал жертвой покушения, после чего был взят под охрану штурмовиками.

Заговор Буха вызвал новый всплеск внимания к внутрипартийным склокам в НСДАП. В конце марта Вальтер Бух был допрошен Гиммлером и Гейдрихом. Благодаря заступничеству партийных функционеров Рудольфа Гесса и Мартина Бормана Буху удалось выйти сухим из воды, а его сообщник Данцайзен получил в октябре 1932 г. 6 месяцев заключения за подстрекательство к убийству. Эта история впервые показала, что Рем имеет очень сильных недоброжелателей и в принципе предопределила трагическую развязку 30 июня 1934 г.

Штурмовики. Запрещены, но не сломлены

В апреле 1932 г. в Германии состоялся второй тур президентских выборов. Результаты выборов 10 апреля показали прежний результат: Гинденбург победил с преимуществом почти в 7 000 000 голосов. Гинденбург укрепил свое положение, но положение канцлера Брюнинга стало еще более шатким. Партия Гитлера подошла к воротам власти и почти в них постучалась. Для нейтрализации нацистов имперское правительство решило придать огласке различные документы, уличающие НСДАП в подготовке государственного переворота. Подготовив тем самым общественное мнение, Гинденбург и Брюнинг 14 апреля запретили штурмовые отряды и СС, кроме того власти возбудили дело против НСДАПпо обвинению в государственной измене. По всей стране части полиции заняли штабы, общежития и школы СА и СС. Однако судебные чиновники не нашли ничего противозаконного в представленных документах, и правительство оказалось в интересном положении. В защиту нацистов на страницах «Берлинер берзенцайтунг» выступило 215 известных представителей армии и делового мира Германии. Чуть позже к Гинденбургу обратился еще ряд известных генералов с требованием отменить запрет. В целом именно запрет СА сыграл роковую роль в судьбе Брюнинга и вызвал его отставку. Под давлением ближайшего окружения почти уже недееспособный президент Гинденбург принял отставку канцлера Брюнинга 30 мая 1932 г. А четырьмя днями ранее на заседании прусского ландтага разгорелось настоящее побоище между комунистами и нацистами. Разгоряченные депутаты дрались стульями и тяжелыми чернильницами. Итог заседания — 8 тяжело раненых депутатов.

Запрещение СА и СС чуть было не привело ко всеобщему нацистскому восстанию. Общая численность обеих организаций превысила 400 000 человек, и как справедливо предполагал Рем, их численное превосходство над рейхсвером послужило бы залогом успеха. Кроме этого, симпатии молодых армейских офицеров и их подчиненных были в основном на стороне НСДАП. По требованию Гитлера всеобщее восстание не состоялось. Запрещенные нацистские организации были попросту включены в состав Политической организации НСДАП и нелегально продолжили свое существование.

1 июня 1932 г. Г инденбург назначил имперским канцлером аристократа-авантюриста Франца фон Папена из партии центра. Папен сразу же пошел на уступки нацистам и обещал в ближайшее время снять запрет с деятельности СА и СС. Спустя 13 дней новый канцлер сдержал свое обещание, и запрет с деятельности СА был снят,[70] По всей Германии прокатились митинги и шествия штурмовиков. Уличная война между нацистами и коммунистами вспыхнула с новой силой и ожесточением. Так, с 16 июня по 20 июля 1932 г. земельная полиция Пруссии зарегистрировала около 500 столкновений между боевиками НСДАП и КПД. В ходе этих столкновений с обеих сторон погибло 99 человек и еще 1125 человек получили ранения разной степени тяжести. Но самое кровавое столкновение лета произошло 17 июля 1932 г. в Гамбурге. Здесь 7000 штурмовиков группы СА «Гамбург» (позже переименована в «Ганзу») провели марш через рабочий пригород города Альтона. Союз красных фронтовиков подготовился к появлению штурмовиков и разместил на крышах домов своих боевиков, вооруженных огнестрельным оружием; кроме этого, на пути следования колонн СА коммунисты соорудили баррикады. При появлении штурмовиков красные боевики открыли огонь. В этот день в Гамбурге погибло 17 человек и почти две сотни получили различные ранения. В Берлине в выходные дни имели место случаи, когда компании марксистских студентов развлекались, стреляя с крыш домов по проходящим штурмовикам. Принимая во внимание подавляющее превосходство штурмовиков над коммунистами и учитывая более значительные потери СА, можно сделать вывод, что в целом коммунисты чаще нацистов применяли в схватках огнестрельное оружие.

В августе 1932 г. в среде штурмовиков опять началось брожение. По приказу Рема были расформированы четыре тряда СА в Берлине, Ганновере, Кенигсберге и Эшвейлере. В некоторых отрядах СА заметно уменьшилась численность. В гау Нижний Рейн произошла драка между штурмовиками и эсэсовцами. Долгие годы ожидания власти сделали свое дело: СА хотели власти и были готовы выступить против правительства. Эмиссары Рема по всей Германии скупали грузовики и передавали их членам национал-социалистического автоводительского корпуса (НСКК). Помимо автомобилей СА приобрели большую партию пулеметов через подставных лиц. Сведения о приготовлениях штурмовиков дошли и до армии, министерство рейхсвера направило Гитлеру жесткую ноту с предостережением от антиправительственного выступления. Через несколько дней после этой ноты Гитлер прибыл из Мюнхена в Берлин для консультаций с советником президента генералом Куртом фон Шляйхером. Фон Шляйхер уже давно был закулисным политическим деятелем. Так назначение фон Папена на пост канцлера произошло по его настоянию. На встрече Гитлер пообещал усмирить своих сторонников только после назначения его на пост канцлера и передачи ряда министерских портфелей членам НСДАП. Опытный интриган Шляйхер сумел провести Гитлера и при расставании внушил фюреру, что вскоре его требования будут удовлетворены. После встречи Гитлер отбыл в Мюнхен.

Пребывая в сладостном ожидании власти, Гитлер и СА были опущены на землю 8 августа, после принятия правительственного закона «О терроре». Закон гласил, что убийство «из гнева и ненависти, в пылу политического сражения» теперь наказывается не тюремным заключением, а смертной казнью. Принятие закона вызвало бурю возмущения у штурмовиков, начался ропот о том, что Гитлер сговорился с капиталистами. Безусловно, основная масса членов СА восприняла новый закон как акт устрашения, а не как действующую правовую норму. Так, уже 9 августа в деревушке Потемпа (Верхняя Силезия) пять штурмовиков убили функционера КПД Конрада Питрцуха. Убийцы были арестованы и 22 августа приговорены к смерти на основании недавно принятого закона. Зал суда в Бейтене был битком набит штурмовиками, на процессе лично присутствовал командир группы СА «Шлезиен» обергруппенфюрер СА Эдмунд Хайнес. Смертный приговор вызвал неистовство в зале суда, Хайнес открыто угрожал судьям расправой.[71] Гитлер отправил осужденным ободряющую телеграмму, в которой обещал добиться изменения приговора.

Кризис в Германии продолжался. 13 августа канцлер фон Папен вновь вызвал Гитлера в Берлин. Гитлер прибыл немедленно. Вопреки всем ожиданиям, Гитлеру предложили лишь пост вице-канцлера. Папен рассказал Гитлеру о том, что Гинденбург имеет сильное предубеждение против «богемского ефрейтора» и не намерен вручать судьбу Германии в руки чужака. Гитлер с гневом отверг предложения Папена и потребовал пост канцлера и предоставления улиц штурмовикам на три дня. Это уже попахивало средневековьем, и Папен расстался с истеричным господином. От канцлера Гитлер отправился домой к Геббельсу, где его поджидали Геринг и Рем. Здесь Гитлер дал волю своему гневу. Однако после обеда Гитлер был вызван на прием к президенту Гинденбургу. На встречу с президентом Гитлер взял с собой Эрнста Рема, несмотря на негативное отношение к нему престарелого фельдмаршала. Уже второй раз с момента своего возвращения Рем сопровождал Г итлера на важную встречу. Г инденбург недолго общался с Гитлером, он попросту отчитал его как школьника и после отказа фюрера сотрудничать с Папеном прекратил аудиенцию, заявив: «Я не сомневаюсь, что вы любите родину, но я резко выступлю против любого акта террора и насилия, совершаемых членами штурмовых отрядов».[72]

Надменное поведение президента и канцлера, вместе со смертным приговором штурмовикам в Бейтене, вывело из себя Гитлера и верхушку НСДАП. С ведома Гитлера все страну захлестнула волна митингов и манифестаций СА, требовавших изменения приговора в отношении убийц из Потемпе. Спустя 10 дней волнений Папен рекомендовал президенту заменить смертную казнь на пожизненное заключение. Правительство уступило нажиму нацистов, и приговор был изменен. Еще через 10 дней, 12 сентября 1932 г. состоялось первое заседание рейхстага. Нацистам удалось провести на должность председателя рейхстага Германа Геринга. Подавляющее большинство депутатов не поддержало Папена, и в конце заседания он предъявил рейхстагу подписанный президентом указ о его роспуске. Следующие выборы были назначены на 6 ноября 1932 г., спустя почти два месяца после роспуска парламента. Партии и Гитлеру опять пришлось с головой окунуться в предвыборную агитацию. Опять основная тяжесть агитации легла на плечи штурмовиков, в помощь которым было отряжено около 80 000 подростков из Гитлерюгенда. Исход выборов внушал нацистам серьезные опасения, они справедливо подозревали, что последние скандалы отпугнут от них некоторую часть избирателей. Поэтому Грегор Штрассер получил от Гитлера карт-бланш на использование социалистических лозунгов. Была официально провозглашена борьба против «клуба господ» и фон Папена. Слоганом агитации стал клич: «Против реакции!». В городах опять зазвучала старая строевая песня штурмовиков:

Пот на рабочих лбах, желудок же пустой,
Винтовку держим черной мозолистой рукой.
Так и стоим в колоннах, готовые к борьбе,
И только с кровью евреев свобода придет и к тебе.

Предвыборная кампания проходила в крайнем напряжении. По воспоминаниям очевидца событий Курта Людекке даже Гитлер находился на грани физического истощения.

2 ноября 1932 г. нацисты удивили многих. Они поддержали забастовку транспортных рабочих, организованную коммунистами. Впервые в истории красные фронтовики и штурмовики действовали сообща — ломали трамвайные пути, останавливали рейсовые авто и избивали штрейкбрехеров. В эти дни рабочие кварталы Берлина были украшены мирно соседствующими флагами КПД и НСДАП. Лидеры профсоюзов также впервые задумались о сотрудничестве с нацистами.

Выборы 6 ноября подтвердили самые худшие опасения нацистов. Партия потеряла более 2 000 000 голосов. Выборы укрепили позиции КПД и увеличили число сторонников Папена в рейхстаге. Однако спустя 11 дней после выборов, не правильно оценив ситуацию и прислушавшись к совету фон Шляйхера, канцлер подал в отставку. 19 ноября Гитлер был вновь приглашен к Гинденбургу, встреча прошла в более теплой обстановке, чем прежде: президент предложил фюреру возглавить коалиционное правительство, но Гитлер желал возглавить правительство с особыми полномочиями. Как и прежде, компромисс не был достигнут, и Геббельс записал в своем дневнике: «Революция снова стоит перед закрытыми дверями». В начале декабря 1932 г. Шляйхер доложил президенту о неспособности рейхсвера противостоять возможному нацистскому восстанию и предложил Гинденбургу свою кандидатуру на пост канцлера. Шляйхер планировал расколоть НСДАП путем сговора с ее левым крылом Грегора Штрассера.

После назначения Шляйхера на пост канцлера Гитлер узнал о переговорах коварного генерала и Грегора Штрассера. 5 декабря 1932 г. между Гитлером и Штрассером произошло бурное объяснение. Через два дня сцена повторилась, и Штрассер заявил о своем уходе с поста руководителя ПО НСДАП. Ее новым руководителем был назначен Роберт Лей, а оскорбленный Штрассер удалился на отдых в Австрию. К концу года кризисная ситуация в Германии достигла своего пика, количество безработных достигло уже почти 9 000 000 человек. Огромное количество предприятий прогорело, а еще большее количество стояло на грани разорения. Платежеспособность рядовых граждан стала равна нулю.

Вместе с тем, правоохранительные органы Германии продолжали преследование штурмовиков и членов НСДАП. По состоянию на конец 1932 г., за годы борьбы против членов НСДАП было возбуждено 40 000 уголовных дел, в общей сложности ее члены были осуждены на 14 000 лет тюрьмы и на 1 500 000 марок штрафов.[73]

Положение штурмовиков стало также критическим, в особенно бедственном положении оказались безработные штурмовики, жившие за счет скудных партийных субсидий. Спонсоры НСДАП, убедившись в неспособности Гитлера придти к власти, в значительной мере сократили свою финансовую помощь. По мнению современника событий Конрада Хайдена, текущая задолженность НСДАП достигла в это время 12 000 000 марок. Партию и СА покинули все случайные люди, присоединившиеся к движению в ожидании благ. Большую огласку получила история в Вуппертале, где 18 штурмовиков перешли в «Союз борьбы против фашизма».[74] Для того чтобы хоть как-то продолжать финансировать партию и СА, была осуществлена акция «Зимняя помощь» (нем. Винтерхилфе). Суть акции сводилась к банальному сбору пожертвований на улице. Деньги собирались в опечатанные кружки. Обязанность осуществлять сборы полностью легла на штурмовиков. Успех «Зимней помощи» был крайне незначительным, и собранных крох едва хватало на арендную плату за помещения. В конце года командир группы СА «Франкен» (земля Франкония) группенфюрер СА Вильгельм Штегманн и его доведенные до отчаяния штурмовики подняли мятеж против местного гауляйтера НСДАП Юлиуса Штрейхера, жившего по сравнению с ними в полном благоденствии. Однако волнения были подавлены в начале следующего года, а Штегманн лишился своего поста.

Похороны товарища

В начале января 1933 г. Шляйхер продолжал интриговать против Гитлера. На этот раз он связался с Ремом и постарался заключить с ним соглашение о мобилизации СА в случае агрессии со стороны Франции или Польши. Естественно, что Рем с радостью пошел на такое соглашение. Однако вскоре слухи о встречах Рема со Шляйхером достигли ушей Гитлера и 13 января 1933 г. он издал приказ по СА, в котором запретил фюрерам СА вступать в переговоры с членами правительства. Кроме этого Гитлер в очередной раз выступил против милитаризации штурмовых отрядов. Опять между двумя лидерами всплыли прежние противоречия.

К этому времени в рядах СА насчитывалось 500 000 человек, объединенных в 5 обергрупп СА, 18 групп СА, 58 унтергрупп СА и 234 штандарта СА.[75]

В январе 1933 г. на сцену политической жизни Германии вышли крупные промышленники и землевладельцы. Первые совместно с Папеном оказали помощь Гитлеру и НСДАП, а вторые начали давление на президента с целью снятия Шляйхера с поста канцлера. Престарелый Гинденбург не мог не прислушаться к мнению столпов немецкой промышленности и хозяйства. Результатом этого давления стало снятие Курта фон Шляйхера с поста канцлера 28 января 1933 г. К вечеру

У могилы соратника

29 января Гитлеру стало известно, что части рейхсвера в гарнизоне Потсдама были приведены в боевую готовность. Вероятно, Шляйхер планировал арестовать Гитлера и фон Папена. Реакция Рема была мгновенной: он приказал всем фюрерам берлинских штурмовиков привести свои отряды в боевую готовность. Однако ситуация осталась спокойной, и 0 января 1933 г. президент Гинденбург назначил на должность канцлера Германии Адольфа Гитлера, а Франца фон Папена — на должность вице-канцлера. Для НСДАП и Гитлера настал день триумфа.


Примечания:



5

Grant T.D. Stormtroopers and crisis in the Nazi movement: activism, ideology and dissolution. NY. 2004. P.40.



6

Акунов В.В. Фрайкоры. Повесть о германских добровольцах. М., 2004. С. 8–9.



7

В.В. Акунов в своей работе смог идентифицировать 234 формирования, которые можно отнести к фрайкорам. См. Акунов В.В. Фрайкоры. С. 21–45.



58

Гинцберг Л.И. Указ. соч. С. 209.



59

Werner A. SA und NSDAP. SA: «Wehrverband», «Parteitruppe» oder «Revolutionsarmee»? Studien zur Geschichte der SA und der NSDAP 1920–1933. Erlangen. 1964. S.479.



60

Фест Й. Указ. соч. Т. 2. С. 126.



61

Гинцберг Л.И. Указ. соч. С. 257.



62

Деметр К. Германский офицерский корпус в обществе и государстве. 1650–1945 гг. М., 2007. С. 196.



63

Campeil В. Op. cit. Р. 86.



64

Папен ф. Ф. Вице-канцлер Третьего рейха. Воспоминания политического деятеля гитлеровской Германии. 1933–1947. М., 2005. С. 303.



65

ФестИ. Указ. соч. Т. 2. С. 129.



66

Harrison Т. Alter Kampfer» im Widerstand. Graf Helldorff, die NS-Bewegung und die Opposition gegen Hitler // Vierteljahrshefte fur Zeitgeschichte. 45. Jahrg., 3. H. (Jul., 1997). S. 391.



67

Гинцберг Л.И. Указ. соч. С. 278.



68

Там же.



69

Campeil В. Op. cit. Р. 86.



70

Campell В. Op. cit. Р. 91.



71

Фест И. Указ. соч. Т. 2. С. 214.



72

Млечин. Л.М. Указ. соч. С. 274.



73

Деларю Ж. История гестапо. Смоленск, 1993. С. 57.



74

Гинцберг Л.И. Указ. соч. С. 324.



75

Campeil В. Op. cit. Р. 92.