«СТАТЕЙНЫЙ СПИСОК» АНДРЕЯ ПЛЕЩЕЕВА

…Они целый месяц жили в Астрахани, готовясь к дальнейшему путешествию, перегружая на морские корабли свои припасы, товары и пожитки, привезенные на московских стругах. Здесь были дорогие сибирские соболя, тяжелые моржовые клыки, диковинные часы с золотой цифирью и живые птицы кречеты — подарки шаху персидскому. На престол Ирана только что вступил новый властитель — преемник Абасса I Сефи.

Стольник Андрей Плещеев и дьяк Никифор Талызин ехали из Москвы в ставку шаха. В тот год шах воевал с Турцией, и русские послы еще не знали, где они найдут его для того, чтобы вручить ему московские верительные грамоты.

Было это в 1629 году…

Но лишь недавно в Тамбовском областном архиве была найдена переплетенная в кожу рукопись XVII века. Это «Статейный список» «его царского величества послов стольника Андрея Плещеева да дьяка Никифора Талызина посольства их Персидского лета 7137 июня 2 дня…».

Выяснилось, что «Статейный список» Плещеева и Талызина в свое время находился в богатейшем собрании рукописей М. С. Воронцова-Дашкова (1782–1856), который с 1844 по 1854 год был наместником Кавказа. Как попала эта рукопись в Тамбов — пока еще не установлено.

Послы отправились «в судех Москвою рекою», а затем шли Окой и Волгой через Касимов, Муром, Нижний Новгород, Казань, Самару и Царицын до Астрахани. Вместе с московскими послами следовали персидские купцы, закупавшие на Руси большую партию сибирской пушнины, и шахский посол Махмет Салыбек. Для торговли с «кызылбашами» в Персию ехал также «купчина» Григорий Мыльников.

В октябре 1629 года посольские корабли, пройдя Каспий, подошли к приморской Терской пристани. От Терского города русские отправились к реке Быстрой, проплыли по ней, а потом проследовали сушей к Дербенту. «Дербентский салтан» в январе 1630 года приветствовал гостей пушечным салютом с ветхих башен когда-то грозной крепости у «Железных ворот» Каспия.

Через месяц русские вступили в Шемаху, где их встретил Казак-хан. В шемаханском Шах-караван-сарае, в южной части города, можно было видеть русских купцов, торговавших соболями, оловом и медью.

Посольству оказали почет и в «Ордевиле» — Ардебиле. Плещеева и Талызина приветствовали ардебильский наместник «Чирак, ханов сын» и шахский визирь. На рынках Ардебиля встречались торговые люди из Китая, Индии, Турции.

15 августа 1630 года московские послы выехали в ставку Сефи, где и произошел обмен грамотами. Грамота шаха персидского была переведена толмачом Мустафой Текелеезым, сопровождавшим Плещеева.

Андрей Плещеев заявил, что московский царь готов закупать в Персии селитру. Русские послы просили Сефи указать пути, которыми будут впредь пользоваться московские купцы и послы для поездок в Персию. В ответ персидский шах посоветовал «…водяной им путь из Астрахани до Терека, а с Терека рекою Быстрою до тех мест, где им из судов выйтить». Русским купцам разрешалось ходить в Персию морской дорогой.

Поздней осенью 1630 года царь Михаил и его отец — патриарх Филарет слушали «Статейный список» Плещеева и Талызина. Отчет послов был встречен в Москве с большим вниманием. Ведь самая удобная дорога для вывоза персидского шелка в страны Западной Европы проходила через Русь — Астрахань и Москву.

Царь Михаил потребовал самые подробные сведения об об обстановке, сложившейся в Персии в связи с приходом к власти шаха Сефи. В кожаной тетради, найденной в Тамбовском архиве, сообщается:

«И в том списке многие статьи писаны коротко и о тех статьях указали государи Андрея и Микифора допросить и речи их записать».

Плещееву и Талызину пришлось проделать большую дополнительную работу. Из заключительных строк «Статейного списка» видно, что они успешно выполнили эту задачу.

Послы изложили новые сведения о политическом положении Персии в 1629–1630 годах, в частности о войне Сефи с турками.

Со слов Плещеева и Талызина были записаны данные о географии Персии, исторические сведения, впечатления русских послов о жизни и быте населения страны, краткий обзор торговли России с Персией.

Однако эти дополнения к основному «Статейному списку» пока не обнаружены.

Тамбовскую рукопись, о которой мы здесь рассказали, следует признать новым ценным источником по истории путешествий русских людей XVII века в страны Ближнего Востока.