Загрузка...



Глава 2. «Гатлинг» идет на войну

Любое изобретение имеет свою жизненную историю, которая, как правило, начинается с описания того, как оно было сделано, какими путями (очень часто ошибочными) шли его авторы, пытаясь воплотить его в жизнь; одним из звеньев этой цепи является то, как именно применялась машина или процесс, о котором идет речь. В случае с пулеметом такое применение имело самые далеко идущие последствия, какие только можно вообразить, поскольку его внедрение — как и внедрение нарезной, заряжающейся с казенной части артиллерии, магазинной винтовки и бронированного корабля — совпало с расцветом империализма (и в значительной степени способствовало ему), когда промышленные европейские державы (и в некоторой степени США) делали попытки захватить и подчинить себе остальную часть мира. Самой активной из них была Великобритания, которая имела преимущество в силу того, что и так обладала самой большой из существующих империй, но и вновь обретшая силу Германия, и возродившаяся Франция, и даже Бельгия — или скорее ее король Леопольд II, злоупотреблявший своей властью и действовавший в собственных интересах, — и припозднившаяся Италия — все боролись за то, чтобы присвоить то, что еще осталось: большую часть Африки, части Азии и разрозненные участки других территорий. Пулемету Гатлинга суждено было сыграть выдающуюся роль в этом разгуле империализма.

Британская армия получила свои первые «Гатлинги» в 1869 г., хотя имелось большое количество старших офицеров (и некоторое количество «не таких старших» также), которые были решительно уверены, что новое оружие должно быть предано анафеме и, если это возможно, должно быть вообще исключено из армейского реестра. Тем не менее даже наиболее косным полковникам придется в основном согласиться, что в определенных обстоятельствах — таких, например, как отражение массированной атаки туземных войск, вооруженных лишь примитивным оружием (отвратительно повторяющийся сценарий в период создания империи), — орудие Гатлинга имело отличный шанс наносить страшные потери и, таким образом, спасать положение, по крайней мере до того момента, как его заклинивало.

Это был вновь и вновь повторяющийся кошмар, полно проиллюстрированный во второй и менее известной строфе стихотворения Vitai Lampada сэра Генри Ньюболта:

Красным пропитан белый песок,
Заклинивший «Гатлинг» скорбно молчит,
Кровавую тризну правит Рок,
Распалось каре, и полковник убит.

Пулемет лишь изредка фигурировал в поэзии, но, когда такое происходило, создаваемый образ был очень сильным.

И поскольку именно с такими обстоятельствами суждено было столкнуться британской армии в ее слишком частых карательных рейдах и разведывательных экспедициях, было ясно, что орудие Гатлинга рано или поздно получит возможность показать в бою, чего оно стоит.

Такой шанс на короткое время появился у британцев во время войны против королевства Ашанти — туземного государства в Западной Африке (на территории современной Ганы), располагавшего 40-тысячным войском. Британское правительство в 1873 г. решило снарядить экспедицию под командованием генерал-майора сэра Гарнета Вулсли, чтобы покорить раз и навсегда народ ашанти, который никогда полностью не подчинялся европейскому господству, еще с тех времен, когда деревни туземцев подвергались набегам работорговцев, рыщущих в поисках невольников для рынков Америки и Карибских островов. Вулсли, который в свои сорок лет уже имел за плечами пять крупных кампаний, был вне себя от радости. В сопровождении двух десятков офицеров он высадился 2 октября 1873 г. в городе Кейп-Кост-Касл (британском владении на побережье Гвинейского залива), куда позже прибыли части возглавляемого им экспедиционного корпуса. Последний насчитывал менее 4000 солдат британской регулярной армии{4}, но был оснащен 9-фунтовыми орудиями и ракетными станками. В его состав также входили инженерные подразделения, обеспеченные оборудованием для строительства дорог и мостов, и пулеметная команда с двумя «Гатлингами», которые, в случае необходимости, можно было использовать для обороны укрепленных позиций.

Вулсли возлагал большие надежды на новое оружие, но после того, как демонстрация, призванная посеять «сверхъестественный страх» среди прибрежных туземцев, абсолютно провалилась, поскольку одно орудие за другим намертво заклинивало буквально после нескольких выстрелов{5}, он решил не отягощать пулеметами свои войска, предпринявшие в январе — феврале 1874 г. поход вглубь африканской территории. Хотя во время этого долгого марша британцам пришлось не только пробираться сквозь непроходимые джунгли и переправляться через болотистые реки, но еще и сражаться с ашантийскими воинами, цель экспедиции была достигнута без применения «Гатлингов». Отсутствие последних в данном случае не имело ни малейшего значения; только восемнадцать британских солдат погибли в боях, но ашанти были полностью покорены. Вулсли дотла сжег их столицу Кумаси, и благодарное военное министерство повысило его в звании, а восхищенная пресса окрестила его «несравненным генералом»; Гилберт и Салливан[5] назвали его «настоящим образцом современного генерал-майора», а рядовые британской армии на радостях удостоили его поистине поразительной чести: с этого времени и в течение многих последующих лет о качественно выполненной работе говорили «all sir Gamet».[6]

К тому времени, когда действие пулемета улучшилось самым кардинальным образом, прошел еще десяток лет, Вулсли наконец-то смог открыто, от имени всей британской армии, выступить в защиту этого оружия:

«Британская армия сейчас абсолютно уверена в том, что мы должны иметь пулеметы… Сейчас он переживает период младенчества. Но, когда он достигнет поры расцвета, его мощь, по моему мнению, поразит мир»

(Graham Seton Hutchinson. Machine-guns: Their History and Tactical Employment. Macmillan, London, 1938.)

He так-то легко найти документальные свидетельства того, когда именно британцы впервые по-настоящему применили «Гатлинг» — скорее всего, это было в Южно-Китайском море, где в прибрежных водах происходили постоянные стычки с пиратами, и эти столкновения были столь частыми, что в печатных изданиях о них упоминалось далеко не всегда. Но нам доподлинно известно, когда британская армия впервые применила пулеметы в боевых действиях. Это произошло 4 июля 1879 г. во время битвы при Улунди, на втором этапе войны против зулусского короля Кетчвайо.

Первый этап этой войны закончился унизительным разгромом британцев под Исандлваной{6}, и это категорически «Не Должно Было Повториться», когда обе стороны встретились вновь. Показательно, что первым побуждением штаба армии в Лондоне было желание сменить командующего, и на смену лорду Челмсфорду отправился «несравненный генерал» сэр Гарнет Вулсли, но благородный лорд никак не хотел соглашаться с этим решением. После перегруппировки своих сил он отправился на поиски Кетчвайо. В то время, когда Вулсли уже высадился в Дурбане, лорд Челмсфорд вел против зулусов британский корпус, состоявший из 4000 пехотинцев и 1000 кавалеристов{7}. При этом войске, наряду с двенадцатью орудиями полевой артиллерии, имелись два пулемета Гатлинга, предоставленные (вместе с обслуживающими их расчетами) Королевским военно-морским флотом Великобритании. Перейдя ранним утром 4 июля реку Умвалоси, корпус Челмсфорда около 8 часов утра достиг королевского крааля Улунди, для защиты которого Кетчвайо собрал 20 000 воинов. Эта зулусская армия атаковала британцев, которые наступали, построившись в одно большое каре, внутри которого находилась конница. Стороны квадрата, который был составлен из 4000 пехотинцев, выстроенных в три шеренги, имели в длину примерно по 200 метров. Оба пулемета размещались на стороне, обращенной к противнику{8}. С одними винтовками солдаты могли делать несколько тысяч выстрелов в минуту с каждой стороны — но этот день должен был стать днем «Гатлингов». Результаты говорят сами за себя. Корреспондент «Лондон Ивнинг Стэндард» (London Evening Standard) так описывал картину по окончании сражения:

«Когда мы сосчитали мертвых, то в радиусе пяти сотен ярдов нашли 473 зулуса. Скошенные огнем „Гатлинга“, который причинил более значительные потери, чем ружейный огонь, они лежали группами, в некоторых местах насчитывалось от четырнадцати до тридцати трупов»

(Процитировано по книге П. Вала и Д. Р. Топпела «Орудие Гатлинга» — Р. Vahl, D. R. Торреl. The Gatling Gun. Herbert Jenkins, London, 1966.)

По официальным данным, зулусы в сражении при Улунди потеряли более 1500 человек, а урон британцев составил всего 15 убитых и 78 раненых.

Несмотря на свои прежние опасения, Челмсфорд очень хорошо отозвался о пулеметах. Позднее он писал:

«У нас было два „Татлинга“ в центре фронтальной стороны квадрата. Во время боя их несколько раз заклинивало, но когда они работали исправно, то становились чрезвычайно ценным дополнением к силе нашей обороны… Пулеметы, как я считаю, являются самым необходимым оружием для экспедиций, в которых на стороне противника оказывается значительное численное преимущество. Пулеметы не должны придаваться артиллерии, их следует считать исключительно оружием пехоты. При таком применении они могли бы, и я в этом убежден, использоваться чрезвычайно эффективно не только в обороне, но и для прикрытия последнего этапа пехотной атаки… когда войскам приходится наконец прекращать огонь и достигать своей цели при помощи штыка».

(Процитировано по книге Г. С. Хатчинсона «Пулеметы: их история и тактическое применение»: Graham Seton Hutchinson. Op. cit.)

С этого времени, как и советовал Челмсфорд, пулемет Гатлинга стал распространенным и очень желанным дополнением к экипировке любого экспедиционного отряда, в то время как усовершенствования механизма орудия и больший самоконтроль со стороны стрелков вскоре снизили количество заклиниваний до более приемлемых уровней (наиболее распространенной причиной заклиниваний было излишнее усердие со стороны расчета, когда артиллеристы начинали слишком быстро крутить рукоять в своем вполне объяснимом желании поддержать максимально высокую скорость огня).

В 1877 г. разгорелся серьезный конфликт между турками и русскими по поводу Балкан. Это, вероятно, была первая война, которая велась действительно индустриальными методами, несмотря на то что на первенство претендовала американская Гражданская война 1861–1865 гг. и даже Крымская война 1854–1856 гг. Именно на Балканах обе стороны использовали современную, заряжающуюся с казенной части артиллерию (фактически вся она поставлялась Круппом), магазинные винтовки и пулеметы — и то и другое они закупали у Гатлинга начиная с последних лет предыдущего десятилетия. Действительно, русские приобрели так много оружия, что Гатлинг дал им разрешение на производство своих орудий для нужд российской армии, что они и делали, дав своей продукции имя главного инспектора артиллерийско-технического и вещевого снабжения Горлова.

Во время Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. широкое применение также нашли стрелковые окопы и ходы сообщения, а на море дебютировали торпедные катера, и пулеметы использовались для отражения их атак. Хотя такое использование предвосхитило картины будущего, в свое время все это являлось тактической новинкой. Большинство войн того времени вплоть до конца века представляли собой колониальные конфликты, ограниченные по своему масштабу и ведущиеся в основном без «орудий крупных калибров» как в прямом, так и в переносном смысле. Было лишь несколько сражений с применением крупнокалиберной артиллерии, но в основном бои носили локальный характер, часто с огромной разницей в количестве живой силы, и чаще всего исход сражения определял «Гатлинг» или орудие Гарднера — несмотря на то, что они не отличались надежностью, да никогда и не станут таковыми, особенно в разгар боя.

«Гатлинги» и «Гарднеры» в британских вооруженных силах имели довольно непродолжительную жизнь, поскольку вскоре их заменило настоящее автоматическое оружие. Последняя крупная операция, в которой были применены эти орудия, была осуществлена в Египте в 1882 г. Эскадра адмирала Сеймура, отправленная для захвата Александрии, 11 июля обстреляла этот город со стороны моря не только из корабельных пушек, но и из пулеметов, а несколько позднее, когда экспедиционные силы генерала Вулсли вторглись в нижний Египет из Исмаилии на Суэцком канале, пулеметный огонь показал свою действенность в сражении при Тельэль-Кебире (13 сентября).{9} Там, в ходе боя, продолжавшегося едва ли тридцать минут, шесть «Гатлингов», обслуживаемых военными моряками, буквально смели обороняющихся феллахов с брустверов окопов и земляных укреплений. Стрельба этих орудий, которая была похожа на барабанную дробь, а по мнению одного из наблюдателей — на звук рвущейся ткани, вызвала определенное беспокойство даже среди солдат индийского контингента, входившего в состав армии Вулсли.

По окончании победоносной кампании в Египте британским войскам пришлось вести боевые действия в Судане, где их врагом были дервиши — мусульманские фанатики, которые в 1883 г. подняли под руководством Махди восстание против египетских властей и создали на отвоеванной у египтян территории собственное государство. Во время суданских экспедиций 80-х годов XIX в. пулеметы Гатлинга сыграли более важную роль, чем менее мобильные «Гарднеры». В 1885 г. один «Гарднер», обслуживаемый расчетом из матросов, действовал в Судане под командованием капитана Королевского флота лорда Чарлза Бересфорда{10}, и именно этот морской офицер, похоже, первым осознал реальное преимущество пулемета перед массами стрелков, построенных в шеренги, — его управляемость:

«На меня огромное впечатление произвела легкость, с которой можно было управлять огнем этих орудий… по сравнению с ружейным огнем… Люди были очень возбуждены, шум и всеобщее смятение мешали услышать отдаваемые приказы. Офицеры верхом на лошадях бешено носились туда-сюда вдоль фронта, но это ничего не давало, а сигнальные горны, непрерывно подающие сигнал „прекратить огонь“, казалось, лишь усиливали общий шум. Но контролировать пулеметы было очень легко, команды можно было отдавать спокойным голосом, приказы „прощупать вон те заросли“ или „продолжайте бить по тому углу стены“ выполнялись без малейшего промедления».

(Graham Seton Hutchinson. Op. cit.)

После окончания Гражданской войны в Америке правительство новых Соединенных Штатов Америки занялось строительством империи прямо «у себя на пороге». В 1866 г. государство расширилось до тридцати пяти штатов, которые занимали примерно больше половины территории, ограниченной Атлантическим и Тихим океанами и границами с Канадой и Мексикой; волна поднявшегося экспансионизма была очень сильной. «Гатлинги», правда нечасто, использовались в длинной череде последовавших затем конфликтов с различными племенами североамериканских индейцев. В самом деле, если бы это оружие использовалось более активно, жизни многих американских солдат могли бы быть спасены, в особенности это верно в отношении 7-го кавалерийского полка генерала Кастера{11}, разбитого индейцами 25 июня 1876 г. в долине реки Литтл-Биг-Хорн. В распоряжении Кастера имелись четыре «Гатлинга» с расчетами, но генерал оставил их в базовом лагере на реке Йеллоустоун.

Стычки с индейскими племенами продолжали время от времени вспыхивать, но к 1890 г. в Соединенных Штатах в основном воцарился мир. Южнее, где Испания цеплялась за последние остатки своих огромных американских колоний, ситуация была совершенно иной, и именно восстание на Кубе заставило США в 1898 г. впервые после 50-летнего перерыва вступить в войну с другим государством.{12} Большая часть боевых действий происходила на море, но один аспект некоего довольно крупного сражения, происходившего на берегу, почти тотчас же стал легендой, в значительной степени благодаря участию в нем одного человека — Теодора Рузвельта, позднее ставшего 26-м президентом Соединенных Штатов.

Американский экспедиционный корпус под командованием генерала Шафтера высадился на Кубе 24 июня 1898 г., а неделю спустя войска корпуса атаковали испанский опорный пункт на гребне Сан-Хуан, контролирующем порт Сантьяго. Первый добровольческий кавалерийский полк, называвший себя «Лихие всадники» («Rough Riders»), вместе с Рузвельтом, который сам себе присвоил звание подполковника и номинально возглавил эту воинскую часть,{13} под огнем подошел вплотную к испанским позициям, расположенным на вершине, и штурмом захватил их. Полк поддерживало небольшое подразделение лафетных «Гатлингов», которым командовал лейтенант Джон X. Паркер. Пулеметы по флангам атакующего отряда выдвинулись вперед, держась наравне с наступающей пехотой и расчищая ей путь. Этот маневр стал очень ранним, если не самым первым, примером использования пулеметов в роли мобильной огневой поддержки. Действия лейтенанта Паркера очень помогли Рузвельту и его людям, поскольку без огневой мощи «Гатлингов» они, несомненно, потеряли бы убитыми больше чем 10 процентов.{14}

Рузвельт, который всегда умел представить себя общественности в самом выгодном свете, вскоре так описал свою деятельность на Кубе:

«Неожиданно на фоне треска карабинов возник особенный барабанящий звук, и некоторые из солдат закричали: „Испанские пулеметы!“ Вслушавшись, я различил, что этот звук исходил с плоской площадки слева, и вскочил с радостным громким криком: „Это ''Гатлинги'', парни! Это наши ''Гатлинги''!“ Лейтенант Паркер вводил свои четыре „Гатлинга“ в бой и бросал их все ближе и ближе к передовым позициям…»

(Theodore Roosevelt. The Rough Riders. Charles Scribner, New York, 1899.)

Рузвельт далее утверждал, что Паркер «заслуживал больше похвалы, чем кто-либо еще в этой кампании» (что ж, он спас репутацию будущего президента, а возможно, и его жизнь), он доказал, что пулемет «может оказать на поле боя неоценимую помощь, как в атаке, так и в обороне».

К этому времени стало ясно, что из-за своего веса и предрасположенности к заклиниванию ручные пулеметы не могут удовлетворить армию. Создание настоящего автоматического оружия — его подробному описанию посвящена следующая глава — сделало их технически устаревшими в начале 80-х годов XIX в., но это не означало, что они сразу же исчезли с полей сражений. На самом деле Гатлинг довольно долго занимался производством орудий и после 1890 г. — он даже разрабатывал новые модели, в частности, короткоствольный легкий «Бульдог» выпуска 1893 г., — и пулемет Гатлинга действительно оставался в арсенале армии США не только в последние годы XIX столетия, но также в течение значительного периода XX в.

Оружие Гатлинга пользовалось популярностью и в гражданских кругах, особенно на его родине, во время длительного периода интенсивных рабочих волнений, которые многими считаются предвестниками неудавшейся рабочей революции. Первое документально зафиксированное свидетельство о продаже пулемета частному лицу касается владельца «Нью-Йорк Тайме» Х. Дж. Реймонда, который купил три пулемета для защиты своего офиса от нападений во время массовых демонстраций протеста против принятия в 1863 г. Закона о воинской повинности, в поддержку которого выступала газета (оружие так и не было пущено в ход); задолго до конца века присутствие пулеметов в районе гражданских беспорядков (и особенно во время трудовых конфликтов) было обычным явлением.

В годы, непосредственно предшествовавшие началу Первой мировой войны, месторождения угля и железной руды в Колорадо часто становились сценой напряженных сражений между шахтерами и наемниками владельцев, которых с энтузиазмом поддерживали солдаты Национальной гвардии. В этих конфликтах часто использовались пулеметы; но самый страшный инцидент имел место 20 апреля 1914 г., когда произошло, как кажется, безумное и ничем не спровоцированное нападение национальных гвардейцев на палаточный лагерь шахтеров в Ладлоу, на юге штата. Гвардейцы вместе с наемниками-головорезами из принадлежащих Рокфеллеру компаний — «Колорадо Фьюэл» и Железорудной компании — подожгли лагерь и открыли огонь из пулеметов по бегущим шахтерам и членам их семей, убив, по некоторым оценкам, более сорока мужчин, женщин и детей и ранив сотни других. Жители аппалачских угледобывающих городов штатов Кентукки, Теннесси и Западной Виргинии также видели орудия Гатлинга на своих улицах — они появились там в 1891 г., когда шахтеры устроили забастовку в Брайсвилле, протестуя против использования труда заключенных, и были встречены пулеметным огнем Национальной гвардии Теннесси. В течение нескольких последующих десятилетий пулеметы еще неоднократно применялись в этом районе и стали привычным атрибутом жизни бастующего шахтера.


Примечания:



5

Уильям Гилберт — английский драматург, автор либретто к операм, созданным в содружестве с композитором А. Салливаном. — Прим. пер.



6

«Всё сэр Гарнет», то есть всё исполнено так же хорошо, как это делал сэр Гарнет Вулсли. — Прим. пер.