Загрузка...



  • Эпоха Итальянских войн
  • Италия во второй половине XVI–XVII вв.
  • Италия в эпоху Просвещения и наполеоновских войн
  • § 7

    Италия в XVI – начале XIX в.

    Эпоха Итальянских войн

    К началу XVI в. Италия оставалась пестрым конгломератом небольших государств, ключевую роль среди которых играли Миланское герцогство, Венецианская республика, Флорентийская республика, Папская область и Неаполитанское королевство. На севере и в центре Апеннинского полуострова существовало немало совсем мелких имперских владений. Подавляющая часть государств полуострова была монархиями, переживающими период централизации. Лишь в Венеции, Генуе, Луке и Сьене сохранялся республиканский строй – власть здесь сосредоточилась в руках патрицианской элиты. Но развитие социальной структуры итальянского общества существенно отличалось от общеевропейских тенденций. Во многом это стало результатом мощного экономического рывка, совершенного в XIV–XV вв. Развитие товарно-денежных отношений, успешное формирование мануфактурного производства, завершение процесса личного освобождения крестьян способствовали зарождению ранне-капиталистических отношений значительно раньше, чем в большинстве других регионов Европы. В сочетании с политической децентрализацией это обусловило сословную аморфность итальянского общества.

    Особенно быстро росла численность и влияние городского населения – пополанства. Весьма пестрая во всех отношениях масса горожан включала купцов и банкиров, владельцев мануфактур и цеховых ремесленных мастеров, юристов и медиков, преподавателей и представителей творческих профессий. Наемные рабочие, подмастерья, внецеховые ремесленники, плебс составляли «тощий народ» (popolo minuto). Этот слой городской бедноты находился в бесправном положении и был постоянным источником социального напряжения. Верхушка пополанства напротив тяготела к феодальной элите общества.

    В отличие от большинства стран Европы юридических ограничений для приобретения аристократических титулов состоятельными горожанами не было. Поэтому ряды итальянской знати пополнялись выходцами из среды патрициата и зарождавшейся буржуазии, которые покупали землю, титулы и звания. С другой стороны, многие аристократы занимались ростовщичеством и финансовыми спекуляциями, участвовали в торговых предприятиях.

    Несмотря на выросшую социальную и экономическую роль пополанства, подавляющее большинство населения Италии по-прежнему составляло крестьянство. Оно также было весьма неоднородным по своему составу. В XV–XVI вв. шел процесс обезземеливания крестьян и формирования крупных латифундий. В большей степени была распространена аренда мелких земельных участков, а сами крестьяне нередко совмещали сельскохозяйственный труд с ремесленным. Незначительные прослойки лично свободных крестьян-собственников земли сохранились лишь в северных районах. На юге, напротив, по-прежнему существовали элементы феодальных отношений, а среди крестьянства был особенно высок уровень пауперизации.

    Постепенная дифференциация населения способствовала формированию смешанной в социальном отношении элиты итальянского общества. Аристократическая знать и анноблированная верхушка пополанства стремились к ужесточению политической власти. По-прежнему велика была и роль католической церкви. Папская курия нередко напрямую вмешивалась во внутренние дела итальянских государств. К тому же церковь оставалась крупнейшим землевладельцем. В разных районах страны ей принадлежало в от 1/3 до 2/3 всех земель. Представители высшего духовенства часто занимали высокие административные и дипломатические посты.

    Показательным примером является эволюция политического строя Флорентийской республики, который уже к середине XVI в. превратился в монархическую систему абсолютистского типа. Еще с 1434 г. здесь закрепился олигархический режим семейства Медичи, опиравшийся на городской патрициат. Изгнание Медичи в 1494 г. открыло почти 40-летний период борьбы за власть между олигархией и пополанами. Дважды во Флоренции восстанавливалась республика, но в условиях политической нестабильности Медичи неизменно возвращались к власти. По Конституции 1532 г. Флоренция была провозглашена герцогством, а при Козимо I Медичи (1537–1574) стала ядром Тосканского великого герцогства. В дальнейшем Козимо I и его сын Фердинанд (1587–1609) последовательно проводили политику централизации государственного управления и протекционизма. Социальной опорой тосканского абсолютизма стал союз аристократии и патрициата.

    Более классическим оказался процесс становления абсолютистского строя в Савойском герцогстве, включавшем помимо Савойи территорию Пьемонта и Ниццы. Здесь сохранялись прочные традиции феодальных отношений, а верхушка городских коммун так и не получила существенного экономического и политического веса. Герцогу Эммануилу Филиберту (1553–1580) удалось распространить прямой государственный контроль не только на все сферы административного управления, но и судебную власть и даже церковную жизнь. Он с успехом проводил протекционистскую политику, обеспечивая поддержку режима со стороны и дворянства, и буржуазии. Сходные процессы происходили в Неаполитанском королевстве и в мелких герцогствах Северной Италии – Мантуйском, Пармском, Феррарском и Пьяценце.

    Стабильный республиканский строй сохранялся лишь в Венеции. Причиной была прежде всего экономическая мощь и консолидированность венецианского патрициата, контролировавшего и банковский сектор, и выгоднейшую морскую торговлю, и основную часть земельного фонда. Характерно, что Венецианская республика была в минимальной степени бюрократизирована. В правящий Большой совет пожизненно ходили представители всех патрицианских семей (мужчины, достигшие 25 лет). Должность дожа являлась пожизненной, но имела представительский характер. Реальная власть принадлежала Сенату и Совету Сорока, выполнявшему судебные функции. Подобное устройство являлось в сущности олигархическим, но сохраняло и элементы демократии. Более жесткий олигархический характер носил государственный строй в Генуе и Миланском государстве.

    Итак, на рубеже XV–XVI вв. практически все итальянские государства переживали период централизации и активной протекционистской политики. Савойская модель становления абсолютизма была близка к классической французской. Тосканское, Миланское и более мелкие герцогства образовывали более специфическую модель, близкую к немецкому княжескому абсолютизму. Сохранение республиканского строя в Венеции являлось исключением и было обусловлено спецификой социально-экономического развития этого государства.

    Динамичное развитие государств Апеннинского полуострова было нарушено в первой половине XVI в. длительной эпопеей Итальянских войн. Поводом послужило соперничество Франции и Испании за «Анжуйское наследство» – освободившийся после смерти Ферранте I Арагонского в 1494 г. неаполитанский трон (Неаполитанское королевство перешло к Арагонскому дому в 1442 г., а до этого принадлежало Анжуйской династии). Летом 1494 г. французская армия Карла VIII Валуа вторглась на территорию Пьемонта и, не встречая серьезного сопротивления, прошла через всю Италию. В феврале 1495 г. французы заняли Неаполь. Чтобы обеспечить нейтралитет Империи и Испании, Карл VIII предварительно отказался в пользу испанских Габсбургов от притязаний на Руссильон (пиренейская область, выходящая к Средиземному морю), а императору Максимилиану I уступил Артуа и Франш-Конте (1493). Однако уже весной 1495 г. сложилась мощная анти-французская коалиция – «Святая лига» в составе Испании, Миланского герцогства, Венецианской республики и Папской области. Поддержал «Святую лигу» и Максимилиан I. Проиграв войскам лиги решающее сражение осенью того же года, Карл VIII был вынужден покинуть Италию. К лету 1496 г. французы были полностью вытеснены из страны.

    Быстрая победа над французской армией вызвала рост амбиций итальянских государств. Обострилась борьба между Венецией и Миланским герцогством, Тосканским герцогством и Папским государством. Население Пизы восстало против флорентийского господства. В этой ситуации новый французский король Людовик XII Валуа-Орлеан предпринял новый поход в Италию. Осенью 1499 г. его войска захватили Милан. Ломбардия была объявлена частью королевского домена. В 1500 г. Людовику XII удалось также договориться с Фердинандом Арагонским о разделе Неаполитанского королевства. На следующий год французские и испанские войска вторглись в Южную Италию. Но столкновения между ними из-за спорных территорий вскоре переросли в войну. В 1504 г. французы были вытеснены с юга Апеннинского полуострова. Территория бывшего Неаполитанского королевства вместе с Сицилией, принадлежавшей Испании, вошла в состав нового Королевства обеих Сицилий под испанским протекторатом. Договор Франции и Испании о трехлетнем перемирии, заключенный в 1504 г., закрепил их господство на полуострове.

    Внешняя угроза не только не сплотила итальянские государства, но и вызвала новый виток их соперничества. Пользуясь поддержкой Франции, Венеция начала бороться за преобладание в Центральной Италии. Она увеличила свои владения в Ломбардии, утвердилась в Романье после падения там власти Чезаре Борджа, а также приобрела крупные города в Апулии. В 1504 г. папа Юлий II создал анти-венецианскую коалицию, которая в 1508 г. была названа Камбрейской лигой. Пытаясь ослабить враждующие итальянские государства, анти-венецианскую коалицию поддержали Франция, Испания и Империя. В мае 1509 г. в битве при Аньяделло армия Венеции была разгромлена. Венеция была вынуждена отказаться от притязаний на Романью и территории в Северной и Южной Италии.

    Вернув контроль над Романьей и ограничив амбиции Венеции, папа Юлий II попытался вытеснить французские и имперские войска с севера Италии. Для этого он организовал в 1511 г. «Святейшую лигу». Эту коалицию североитальянских городов поддержали Венеция и Испания. Первоначально Людовику XII удалось разгромить армию лиги, состоявшую из испанских и швейцарских наемников. Но, когда на сторону его противников перешли император Максимилиан I и Англия, французам пришлось оставить Милан и крепости в Ломбардии.

    Перерыв в военных действиях оказался недолгим. Уже в 1513 г. произошло радикальное изменение политической ситуации. Испания, присоединив к своим владениям на юге Апеннин важные торговые порты Апулии и добившись признания Франции на захват ею Наварры, временно отказалась от участия в Итальянских войнах. Новый папа Лев X из рода Медичи настоял на восстановлении во Флоренции власти Медичи. Опасаясь дальнейшего усиления Папского государства, Венеция заключила договор с Францией. Новый французский король Франциск I возобновил в 1515 г. военные действия в Северной Италии. В сентябре франко-венецианские войска в битве при Мариньяно разгромили швейцарцев. После этого Швейцарская конфедерация в Итальянские войны уже не вмешивалась. В 1521 г. между Францией и всеми швейцарскими кантонами, кроме Цюриха, был подписан договор о союзе, позднее не раз возобновлявшийся и действовавший до конца XVIII в. Камбрейский мирный договор 1517 г. между Францией, Испанией и Империей привел к временному умиротворению на основе взаимной гарантии фактических границ. Франция вновь утвердилась в Милане, а Венеция восстановила свои владения в Северной Италии, утраченные в войне с Камбрейской лигой.

    Вскоре непрочный мир на Апеннинском полуострове вновь был нарушен. Причиной стало резкое изменение международной ситуации. В 1519 г. испанский король Карл I под именем Карла V стал императором Священной Римской империи. Но попытки испанского монарха создать общеевропейскую «универсальную империю» встретили ожесточенное сопротивление со стороны французского короля Франциска I. В их противоборстве Италия превратилась в важнейший в стратегическом отношении регион. Весной 1521 г. армия Франциска I вторглась в Северную Италию. Военные действия шли с переменным успехом. Развязка наступила в 1525 г., когда французская армия была разгромлена в битве при Павии, а сам король Франциск I попал в плен (освобожден он был после того, как согласился на отказ от Милана и возвращение Габсбургам Бургундии). Понимая угрозу со стороны усилившейся Испании, итальянские государства попытались создать новую коалицию. Инициатором выступила Венеция, вступившая в переговоры и с Франциском I. В 1526 г. во французском городе Коньяке был заключен союз между Венецией, Папским государством, Генуей, Флоренцией, Миланом и Францией. Протектором Коньякской лиги объявил себя король Англии. Однако создать боеспособную армию итальянцам не удалось. Весной 1527 г. войска Карла V захватили Милан и Рим, подвергнув их страшному опустошению. Не изменился ход войны и после активизации Франции. Первоначально французам удалось отвоевать часть Неаполитанского королевства, осада Неаполя союзным флотом Франции и Венеции окончились неудачей. К тому же во французской армии началась эпидемия чумы. Франция была вынуждена заключить в августе 1529 г. мир в Камбрэ, по которому Карл V получил титул короля Италии и владение Неаполитанским королевством.

    Новое военное столкновение Франции и Испании произошло в 1526–1529 гг. и завершилось новой победой Карла V. По условиям Кабрейского мира Франциск I окончательно отказался от притязаний на Италию и сюзеренитета над Фландрией и Артуа. На Болонском соборе 1530 г. папа Климент VII короновал Карла V немецкой и итальянской коронами. Однако мечта Карла о европейской «универсальной империи» оказалась несбыточной. Германские государства втягивались в религиозную конфронтацию. Юго-Восточная Европа оказалась под угрозой турецкого нашествия. В 1536 г. началась и новая франко-габсбургская война. Она длилась всего три года и завершилась присоединением к Франции Савойи и Пьемонта. Правда Франциску I пришлось примириться с окончательным присоединением Милана к империи Габсбургов. Пытаясь развить успех, французский король решился на заключение союза с турками. Объединенный франко-турецкий флот сумел захватить в 1543 г. Ниццу. Однако Карл V во главе сухопутной имперской армии вторгся во Францию. Лишь сложная политическая ситуация в Германии заставила его приостановить военные действия и заключить мир на условиях статус кво.

    Во время последней из франко-габсбургских войн (1551–1559) Апеннинский полуостров вновь стал ареной военных действий. Новый французский король Генрих II вмешался в конфликт между Пармой и Папским государством. Он заставил папу отказаться от союза с Карлом V и с помощью турецкого флота захватил остров Корсику. Одновременно французы успешно развивали наступление в Лотарингии. Но закрепиться в Тоскане им не удалось. Попытка поддержать республиканское восстание в Сиене привела к конфликту Франции с Флоренцией. Положение Карла V также становилось все более сложным. В 1556 г. ему пришлось отречься от имперского престола в пользу своего младшего брата, австрийского эрцгерцога Фердинанда I. Пользуясь этой ситуацией, новый папа Павел IV попытался организовать анти-испанскую коалицию. В ответ испанцы вторглись в Папскую область в сентябре 1556 г. и жестко подавили все попытки сопротивления. Генрих II ничем не смог помочь своему союзнику, поскольку его армия была втянута в затяжные военные действия на северной границе Франции.

    В 1559 г. Франция и Испания, истощенные длительными войнами, заключили мир. В соответствии с договором, подписанным в Като-Камбрези, Франция лишилась всех своих итальянских завоеваний, за исключением нескольких городов в Пьемонте. Испания утвердила свою гегемонию на Апеннинах и во всем Западном Средиземноморье. Королевство Обеих Сицилий, Миланское герцогство, область Президии (мелкие владения в Тоскане) вошли в состав испанской монархии. Независимость сохранили Папская область, Савойское герцогство (включавшее Савойю, Пьемонт и Ниццу), Генуэзская республика с островом Корсика, Венецианская республика с подвластными ей территориями на восточном побережье Адриатического моря и в Ломбардии, герцогство Тосканское, а также более мелкие герцогства Парма и Пьяченца, Модена, Мантуя, Феррара, Урбино, маркграфство Монферрат, республики Лукка и Сан Марино. Но практически все они в той или иной степени оказались зависимы от Испании.

    Италия во второй половине XVI–XVII вв.

    Опустошительные войны, усиление политической раздробленности, установление иностранного господства самым негативным образом отразились на социально-экономическом развитии итальянского общества. На короткое время установление долгожданного мира создало благоприятную конъюнктуру, но уже с конца XVI в. Италия начала втягиваться в длительную стагнацию практически всех отраслей экономики.

    Подъем сельского хозяйства Италии в середине XVI в. был связан преимущественно с экстенсивными факторами. После окончания Итальянских войн быстро увеличивались размеры пахотных земель, усилился приток рабочей силы. Стабилизация внутреннего рынка сбыта способствовала расширению посевного земледелия, стойлового содержания скота, разведения тутовых деревьев. Для решения продовольственной проблемы большое значение имело массовое распространение посевов кукурузы. Однако подъем оказался очень кратким. Уже в первой половине XVII в. многие освоенные земли пришли в запустение. Начался заметный отток сельского населения в города. В течение XVII в. доля горожан в общей массе жителей страны увеличилась с 11 до 16 %, а в густонаселенных северных районах превысила 20 % (при этом пополнялась в основном масса городской бедноты). Южные области полуострова окончательно оказались в роли сельскохозяйственной периферии. Не без влияния Испании здесь происходило возрождение феодальных форм землевладения и землепользования. Преобладающая форма аренды – испольщина – дополнялась разнообразными феодальными платежами и обязанностями в пользу землевладельцев (баналитетные платы, подношения натурой к праздникам, мелиоративные, дорожные, строительные работы и т. д.). В целом, уровень эксплуатации крестьян-арендаторов был чрезвычайно высок. Поскольку в испольную аренду обычно предоставлялся целый хозяйственный комплекс (подере), включавший посевные и пастбищные площади, виноградники и огороды, то издержки его содержания были чрезвычайно велики, а возможность развития товарного монокультурного хозяйства – минимальны. Нередко арендаторы оказывались не в состоянии соблюдать условия договора и попадали в длительную долговую зависимость. В таких случаях они фактически становились прикрепленными к земельным участкам. К тому же в XVII в. огромные земельные площади, принадлежавшие ранее богатым городским коммунам, начали передаваться крупным латифундистам в качестве феодов. Сеньоры использовали все возможные судебные и административные методы для узаконения феодальных повинностей крестьян, в том числе связанных с личной зависимостью. Раннекапиталистические методы хозяйствования, в том числе капиталистическая аренда, в аграрной сфере закреплялись очень медленно.

    Схожая динамика была присуща развитию торгово-финансовой и промышленной деятельности. В середине XVI в. наступил период оживления торговых связей. Начало гражданских войн во Франции, нарастание центробежных тенденций в Священной Римской империи, расширение доступа к атлантическим коммуникациям (через Испанию) на некоторое время укрепили роль Италии в международной торговле. В этих благоприятных условиях особенно интенсивно развивалось сукноделие в Венеции и Флоренции, росло шелковое производство в Генуе, Милане, Павии, Мантуе, Болонье. Неаполитанское королевство стало основным поставщиком шелка-сырца. Венеция, Генуя, Флоренция оставались крупнейшими центрами финансовых операций и международной торговли. Венеция сохраняла в XVI в. монополию на вывоз пряностей из стран Ближнего Востока. Генуя играла все большую роль в межрегиональной торговле с Испанией и Португалией, а также Англией и Голландией. Генуэзские банкиры на протяжении нескольких десятилетий даже сохраняли лидирующие позиции на европейском финансовом рынке.

    С конца XVI в. торгово-финансовый и промышленный подъем в Италии сменился нарастающим спадом. Исчезла благоприятная конъюнктура на мировом рынке. Итальянская текстильная промышленность проиграла конкурентную борьбу более дешевыми английскими и голландскими сукнами. Переход Франции к политике протекционизма фактически закрыл для итальянцев и этот рынок. Тяжелые последствия, особенно для Южной Италии, имел финансовый и политический кризис Испании, начавшийся на рубеже XVI–XVII вв. В сочетании с ростом влияния турок в Восточном Средиземноморье все это значительно сократило возможности участия итальянских городов в межрегиональной торговле. К тому же венецианский и генуэзский торговый флот уже заметно уступал более современным голландским и английским судам.

    Помимо возросшей конкуренции на мировых рынках экономическому спаду в Италии способствовали и внутренние причины. Несмотря на раннее зарождение капиталистических отношений, новый экономический уклад здесь так и не приобрел устойчивые формы. Сохранение цеховой системы и ориентация финансовых кругов на откупную и кредитную деятельность препятствовали накоплению капитала в промышленной сфере и переходу от рассеянной к централизованной мануфактуре. Минимальным оставался и технологический прогресс. Итальянская промышленность все больше вытеснялась на внутренние, локальные рынки и утрачивала привлекательность в качестве источника высоких доходов. Как следствие замедлился и процесс сращивания родовой аристократии, патрициата и разбогатевших выходцев из среды пополанства. Даже анноблированная городская верхушка оказалась проникнута аристократической пренебрежительностью к предпринимательской деятельности и тягой к «благородным» занятиям. Если в XV–XVI вв. сословная структура итальянского общества была очень аморфной и поэтому относительно открытой, то к XVII в. она стала приобретать более дифференцированный характер. В особой степени эта тенденция была характерна для южных районов Италии, где под влиянием Испании насаждалась военно-административная система.

    Ухудшение экономического положения и возрождение сословных форм стратификации общества усиливали социальную напряженность. На дорогах Италии становилось опасно – разорившиеся крестьяне и ремесленники, бывшие солдаты и обедневшие феодалы объединялись в разбойничьи отряды и жили грабежом. Все более частными становились голодные бунты в городах и крестьянские волнения. Восставшие громили поместья, убивали сборщиков налогов, уничтожали налоговые описи, земельные договоры. Как правило, никаких политических требований не выдвигалось – протестные движения были стихийными и плохо организованными. Исключение составили лишь крупные восстания 1647 г. в Неаполе и Палермо. В Неаполе летом 1647 г. вспыхнуло восстание плебса, во главе которого встал рыбак Мазаньелло. Это выступление поддержали средние городские слои, а также крестьяне из окрестностей Неаполя. Восставшие выпустили из тюрем заключенных и взяли в осаду крепость, где укрылся вице-король. 22 октября в Неаполе была провозглашена республика. Вице-король и испанские чиновники бежали. Однако уже к весне 1648 г. испанцам удалось подавить восстание. В Палермо городские низы также свергли власть испанского вице-короля и провозгласили республику. Восстание распространилось на большую часть Сицилии, но победа повстанцев оказалась столь же скоротечной. По сути все подобные выступления представляли собой традиционные для Средневековья крестьянско-плебейские бунты и не могли привести к существенным политическим переменам. В Италии отсутствовал важнейший идеологический фактор, мобилизовавший социальное противостояние в большинстве стран Европы – протестантское движение.

    Кризис католической церкви, давший толчок Реформации, отразился и на развитии итальянского общества. В конце XV в. в самых разных социальных слоях распространялись идеи религиозного обновления и морального очищения. Постепенно сложилось два направления этого духовного движения. Одно из них опиралось на традиции итальянского гуманизма и критического рационализма. Большую популярность в интеллектуальной элите итальянского общества того времени снискали идеи испанца Хуана де Вальдеса, критиковавшего католические догмы. Последователи де Вальдеса Пьетро Карнасекки, Маркантонио Фламинио, Галеаццо Караччоло создали гуманистический кружок в Неаполе. Вскоре «гуманистическая ересь» начала быстро распространяться в университетах Италии. Для многих итальянских интеллектуалов были характерны пантеистические воззрения, натурфилософское понимание христианской веры. С рациональных позиций критике подвергались многие догматы римско-католической церкви. Большой интерес вызывала ранняя евангелическая традиция. В ходе философско-теологических дискуссий обсуждались не только различные аспекты вероучения, но и содержание Библии, степень достоверности ее содержания. Антонио Бручоли перевел текст Библии на итальянский язык еще за два года до издания в Германии немецкого перевода Лютера.

    Распространение религиозно-философского свободомыслия в Италии в XVI–XVII вв. во многом подготовило духовный подъем эпохи Просвещения. Но на этой основе не могло сложиться мощное реформационное движение. Свойственные итальянским мыслителям вольные толкования предмета веры, скептическое отношение к догматике, религиозный синкретизм вызывали неприятие не только со стороны католического духовенства, но и протестантов в других странах Европы. Не отвечала подобная рационализированная форма обновленческого движения и массовым настроениям. Народные анти–католические выступления в Италии начались задолго до событий в Германии и Швейцарии. Но идеологически они были больше связаны с возрождением средневековых ересей и даже языческих верований, нежели переосмыслением католических догматов. После поражения крестьянской войны в Германии в различных районах Северной Италии появились анабаптисты – представители эгалитарного реформационного учения, отрицающего церковное устройство. Их учение было популярным в первые десятилетия XVI в. среди итальянского плебса, но так и не смогло вытеснить католическую конфессиональную культуру.

    Более влиятельное обновленческое движение сложилось в лоне самой католической церкви. Причиной его возникновения, помимо вызова протестантизма, являлось крайнее падение престижа папской курии. Высшие иерархи католической церкви вели светский образ жизни. Многие из них не отличались личной добродетелью. Папа Лев X (1513–1521) и его преемник Климент VII (1523–1534) втянули Святой престол в длительную череду войн, выступая скорее в роли государей, а не понтификов. В эти годы моральной оппозицией папству стали неформальные духовные движения в среде католического клира. Начало им положили «братства», пропагандировавшие идеи возрождения христианские благочестия. В их состав, как правило, входили и священнослужители, и миряне. Наиболее известными были братства «Ораториум божественной любви», возникшие в Риме, Венеции, Генуе, Падуе. Участники братств весьма негативно относились к действиям папской курии, но принципиально не противопоставляли себя церкви. Интерес к евангельским принципам сочетался в их проповедях с представлением о нерушимом единстве вселенской церкви и святости всех католических догматов. На основе братств в 20-30-х годах XVI в. в Италии начали возникать новые ордены, отстаивавшиеся идеалы нравственного очищения и христианского благочестия. В Венеции был основан орден сомасков, в Милане – орден барбанитов. Особую известность приобрел орден театинцев, основанный в 1524 г. Его глава Гаэтано да Тьене был ярким проповедником францисканских идей – обета бедности, идеалов нестяжательства и духовности церкви, приоритета убеждения в вопросах распространения веры. Проповедь театинцев во главе с да Тьене нашла широкий отклик среди приходского клира и монашества. Ее поддержал и орден капуцинов, возникший в 1528 г. на основе ордена францисканцев.

    Деятельность сторонников католического обновления достигла пика во время понтификата папы Павла III (1534–1549). В 1537 г. по решению Папы была создана комиссия по обновлению церкви, начавшая подготовку Вселенского собора и борьбу против стяжательства представителей курии. Но инициатива среди сторонников обновления вскоре перешла к более радикальному крылу. Его лидером был Джан Пьеро Карафа, еще один влиятельный представитель ордена театинцев. Карафа призывал к непримиримой борьбе против протестантов и отказу от компромисса с гуманизмом. Эта линия получила название теоцентризма – стремления к сохранению высшего таинства и безусловного авторитета веры. По настоянию Карафы Папа учредил в 1542 г. Римскую инквизицию, призванную добиваться сохранения чистоты веры. Это решение стало символом смены церковного Возрождения на Контрреформацию.

    В 1545 г. состоялось открытие Триденского Вселенского собора, посвященного церковной реформе. Деятельность собора протекала в три этапа: при Павле III – в 1545–1547 гг., при Юлии III – в 1551–1552 гг. и при Пие IV – в 1562–1563 гг. Перерывы были связаны с растущим разочарованием в обновленческих идеях. Характерно, что Карафа, ставший папой в 1555 г. под именем Павла IV, во время своего понтификата вообще не стал возобновлять работу собора. Но зато в Италии резко усилился террор инквизиции. В 1543 г. Карафа запретил печатать любые сочинения без дозволения инквизиторов, которые надзирали также за торговлей книгами и их пересылкой. Первые каталоги запрещенных книг были составлены по инициативе местных церковных властей в Венеции, Флоренции и Милане. В 1559 г. в Риме появился Индекс запрещенных книг, обязательный для всей церкви.

    Итоговые решения Тридентского собора носили сугубо схоластический характер. Было подтверждено равенство Священного Писания (Библии) и Священного Предания как источников веры, утверждены догматы о главенстве папской духовной власти над авторитетом Вселенского собора, о семи таинствах, чистилище, первородном грехе и спасении верой. Был также подтвержден порядок осуществления мессы, исповеди, поклонения святым, отменена продажа индульгенций. Особые предписания касались мер по восстановлению религиозной дисциплины духовенства. После завершения собора католическая церковь превращается в одну из наиболее консервативных общественных сил в Европе. Контр-реформация приобрела воинствующий характер. Папа Пий V (1566–1572) дал свое благословение террору инквизиции в Испании и Португалии и вооруженной борьбе с гугенотами во Франции. Папа Григорий XIII (1572–1585), известный своими инициативами по реформированию календаря, приложил немало усилий для укрепления влияния в церкви иезуитов. Под их руководством оказалась вся система обучения и подготовки священнослужителей. Своего пика Контр-реформация достигла при папе Сиксте V (1585–1590), когда была обновлена структура и организация кардинальского корпуса, усилена власть самого Папы и модернизирована управленческая система Папского государства.

    Контр-реформация привела к усилению роли Святого престола в европейской политике, но способствовала дальнейшей политической стагнации итальянских государств. Эта тенденция наглядно проявилась во время войны с Османской империей в 1570–1573 гг. По инициативе папы Пия V была создана «Святая лига» в составе Венеции, Испании, большинства итальянских государств и Мальтийского ордена. Но результаты войны оказались крайне неудачными – турки сумели захватить Кипр, а испанцы окончательно потеряли Тунис, который признал вассальную зависимость от султана. Триумфальная победа испано-венецианского флота над османским в Коринфском заливе близ местечка Лепанто (7 октября 1571 г.) не остановила захват Османской империей островных владений слабеющей Венеции.

    К началу XVII в. единственным итальянским государством, сохраняющим значимость в системе европейских отношений, осталась Савойя. В условиях нового обострения испанско-французских отношений Савойскому герцогству даже удалось отнять у Франции ее последнее итальянское владение – маркизат Салуццо. В 1590 г. Савойя, выступая в качестве союзника Испании, направила свою армию в Прованс. В 1598 г. Генрих IV заключил Вервенский мир с Испанией и Савойей на основе статус кво. Отношения Франции с Савойей были окончательно урегулированы в 1601 г., когда савойский герцог подтвердил свои права на Салуццо в обмен за франкоязычные территории в Южной Бургундии. В годы Тридцатилетней войны (1618–1648) итальянские государства оказались заложниками политики ведущих европейских держав. После заключения Вестфальского мира, закрепившего принцип религиозного равноправия в международных отношений, резко уменьшилось и политическое влияние Папского государства.

    Италия в эпоху Просвещения и наполеоновских войн

    В XVIII в. Италия начала постепенно оправляться от того экономического спада, который переживала во второй половине предыдущего столетия. Избавленные от военных разрушений и тягот, оживали итальянские города. Улучшилась демографическая ситуация. Миграции населения приобрели более упорядоченный характер, в том числе меньшими стали масштабы бродяжничества, бандитизма. По мере ослабления цеховых традиций в промышленности закреплялись капиталистические отношения. Уже в начале XVIII в. в Турине, Милане, Флоренции, Неаполе возникли крупные централизованные мануфактуры, на которых работало по несколько сотен человек. Для организации производства приглашались мастера из Франции, Швейцарии, Голландии, Англии. Особенно успешно развивалось суконное и хлопчатобумажное производство. Во второй половине XVIII в. подъем начали переживать и традиционные для Италии виды ремесел, связанные с рынком предметов роскоши, тканей и одежды для представителей благородных сословий, холодного оружия.

    Однако масштабы экономического оживления в Италии в целом оказались невелики. По промышленному производству Италия так и не смогла составить конкуренцию более динамично развивавшимся Англии, Голландии, Франции, Швеции. В условиях политической раздробленности было затруднительно проводить эффективную протекционистскую политику и, тем более, осуществлять внешнюю экспансию, добиваясь контроля над торговыми коммуникациями и рынками сырья. Итальянские финансово-банковские круги изначально были связаны с кредитной и внешнеторговой деятельностью. В XVIII в. торговый капитал в Европе по-прежнему опережал по концентрации и эффективности промышленный капитал. Но все большую роль играла колониальная торговля, а также торговые войны ведущих держав континента за монопольное преобладание на отраслевых рынках. Итальянский торговый капитал в этих условиях оказался неконкурентоспособен. Былое величие торговых домов и банкиров Венеции и Генуи осталось в прошлом. Очень заметным становилось отставание Италии и в развитии новой предпринимательской культуры, которая по своим мировоззренческих и социально-психологическим основам была тесно связана с «протестантским духом». Не преувеличивая значимость конфессионального фактора в консолидации предпринимательского класса, следует отметить, что католическая духовная культура если не сдерживала, то, по крайней мере, не стимулировала этот процесс. Еще более серьезным препятствием являлась тенденция возрождения сословных форм стратификации общества, дистанцирование привилегированных слоев общества от предпринимательской деятельности. Вследствие всех этих причин в Италии очень затянулся процесс перехода от первоначального накопления капитала к устойчивому функционированию капиталистического производства.

    Столь же неоднозначными были и результаты развития итальянского сельского хозяйства. Южная Италия, наряду с Валенсией, закрепилась в роли основного европейского экспортера шелка-сырца и шелковой пряжи. По-прежнему велик был экспорт оливкового масла, пшеницы, овощей и фруктов. Северная Италия оставалась одним из признанных европейских центров виноградарства и виноделия. Весьма эффективно развивалось мясомолочное животноводство. Однако практически во всех итальянских государствах закрепление капиталистических отношений в сельском хозяйстве встречало огромные трудности. Крупные латифундии светских и духовных феодалов не только преобладали в структуре землевладения, но и оставались оплотом самых разных форм позднефеодального держания. Условия аренды становились очень жесткими, что ставило крестьян на грань выживания. В некоторых провинциях Италии в начале XVIII в. были возрождены даже такая архаичная форма зависимости как барщина на господской земле. Расширялись судебные и налоговые привилегии сеньоров. Преобладание среди форм аренды издольщины и высокая норма эксплуатации крестьянского труда препятствовали техническому совершенствованию агрокультуры, распространению новых посевных культур, переходу к вольнонаемному труду в хозяйствах арендаторов.

    Сложность становления капиталистических отношений в экономике, «рефеодализация» сельского хозяйства, снижение интенсивности международных торговых и финансовых связей, упадок торгового флота – все эти факторы способствовали постепенному превращению Италии в периферийный регион Европы. Продолжилась и политическая стагнация итальянских государств. Даже при отсутствии непосредственной внешней угрозы и прекращении взаимного соперничества итальянские государства испытывали все негативные последствия «княжеского абсолютизма». Полуостров по-прежнему был разбит на девять государств, в большинстве своем находящихся под внешним влиянием. В Неаполитанском королевстве правила династия испанских Бурбонов. В Ломбардии выросло влияние Австрии, в Савойе – Франции. Республиканские режимы в Венеции и Генуе, напротив, переживали глубокий политический кризис. Что касается Папского государства, то его международная роль также стала очень незначительной. Уже в конце XVII в. папской курии пришлось отказаться от попыток жесткого политического воздействия даже на те страны, где позиции католической церкви были наиболее сильны. Показательным стал конфликт Святого престола с Францией в период проведения галликанской реформы французской церкви Людовиком XIV. В XVIII в. папство окончательно отказалось от вмешательства в европейскую политику, предпочитая выступать в качестве моральной силы. Сталкиваясь с новой волной секуляризации общественного сознания, с вызовом Просвещения, Святой престол был вынужден идти на все новые уступки. Символичным стал конфликт папской курии с всесильным и амбициозным орденом иезуитов, завершившийся официальным роспуском ордена в 1775 г.

    Попытка католической церкви в Италии проводить достаточно гибкую политику в отношении новых духовных движений во многом была связана со спецификой, а, точнее, слабостью итальянского Просвещения. Просветительское движение в Италии возникло достаточно рано – в начале XVIII в., и в тот период, когда в Европе просветительские круги начали превращаться действительно в серьезную общественно-политическую силу, в Италии это движение уже пошло на убыль. В условиях многолетней политической раздробленности, культурного и языкового многообразия итальянское Просвещение оказалась столь же разобщенным. Большинство просветителей вообще не ставили вопрос о необходимости национального объединения страны. Тем не менее просветительское движение сыграло достаточно большую роль в истории итальянской общественной мысли, став своеобразным мостиком между гуманизмом раннего Нового времени и либерально-демократическим движением XIX в. Творчество и воззрения миланских просветителей Пьетро Верри (1728–1798) и Чезаре Беккариа (1738–1794), неаполитанцев Антонио Дженовези (1712–1769), Гаэтано Филанджиери (1752–1788), Джузеппе Галанти (1743–1806) приобрели европейскую известность.

    В центре внимания просветительской мысли в Италии были вопросы переустройства общества на основе утверждения «новой философии», духовного обновления, воспитания гражданского и национального сознания. Они доказывали приоритетную значимость законов, основанных на естественном праве, универсальных принципах морали, общечеловеческих представлениях о благе, счастье и справедливости. Большое внимание уделялось сугубо правовым аспектам взаимоотношения гражданского общества и государства. Чезаре Беккариа в сочинении «О преступлениях и наказаниях» (1764) сделал первую попытку распространить просветительские идеи на сферу уголовного и процессуального права. Вершиной итальянского Просвещения стало творчество пьемонтца Джамбаттиста Вико (1668–1744). В работе «Основания новой науки об общей природе наций» (1725) он представил целостную историософскую картину, основанную на циклическом принципе. Вико пытался доказать наличие универсальных принципов истории, но не универсального, единого для всего человечества исторического движения. В отличие от большинства просветителей он отрицал существование некоей изначальной, «естественной» природы человека, якобы обуславливающей единство принципов общественного прогресса и благоденствия.

    Быстрый закат итальянского просветительского движения был связан и с отсутствием поддержки со стороны государственной власти. В отличие от многих стран Европы, пик в развитии итальянского Просвещения не совпал с реформами просвещенного абсолютизма. Да и сами эти реформы, проводившиеся в некоторых итальянских государствах в 50-70-х годах XVIII в., носили очень поверхностный характер и в большей степени были навеяны общеевропейской «модой» на «монархов-просветителей». Но именно эти годы стали наиболее благоприятным периодом для развития итальянского общества – на протяжении жизни целого поколения Италия наконец оказалась в состоянии прочного мира.

    В первой половине XVIII в. международное положение Италии было неустойчивым, хотя непосредственная военная угроза возникала редко. Во время завоевательных войн Людовика XIV объектами территориальной экспансии Франции, наряду с Южными Нидерландами и западными территориями Священной Римской империи, стала Ломбардия. Особенно сложной ситуация стала после смерти в 1700 г. Карла II, когда возникла угроза крупномасштабной европейской Войны за «испанское наследство». В Милан вступили французские войска. К новой анти-французской коалиции – «Великому союзу» – примкнули почти все влиятельные западноевропейские государства. Попытки Людовика XIV разжечь анти-испанские настроения в Ломбардии не увенчались успехом. На сторону его противников перешел и герцог Савойский. Тем не менее, на Апеннинском полуострове, а также в Нидерландах, Германии и Испании развернулись длительные военные действия. Война за «испанское наследство» завершилась лишь в 1714 г. В годы ее прославился выдающийся полководец принц Евгений Савойский, командовавший армией австрийских Габсбургов. Еще в 1707 г. он изгнал французские войска из Италии.

    После окончания Войны за «испанское наследство» внешнеполитическое положение Италии существенно изменилось. Престол Испании был закреплен за Филиппом V (что положило начало испанской ветви Бурбонов), но с обязательством никогда не соединять короны Испании и Франции в одном лице. Тем не менее, влияние Франции в Средиземноморском регионе существенно возросло. Испания, напротив, окончательно превратилась во второразрядную европейскую державу, утратив, в частности, и былое господство на Апеннинском полуострове. В Италии же резко усилилось влияние австрийских Габсбургов. Они присоединили к своим владениям Ломбардию, Мантую, область Президии (в Тоскане), Сардинию, Неаполитанское королевство. В Модене воцарились герцоги из дома Габсбургов. Спустя несколько лет австрийцы обменяли Сардинию на Сицилию (в 1713 г. ее получила Савойя), которую, как и Неаполь, они сумели удержать в своих руках лишь до 1735 г. Но северные и центральные части Италии надолго попали в политическую и экономическую зависимость от Австрии. Из итальянских государств пользу из Войны за «испанское наследство» сумела извлечь лишь Савойя. Савойские герцоги, лавируя между ведущими европейскими державами, получили Монферрато, некоторые районы в Ломбардии и Сицилию, а также королевский титул короля. После состоявшегося обмена между Савойей и Австрией средиземноморскими островами (1720) на карте Европы появилось Королевство Сардиния.

    Единственным, кроме Савойи, итальянским государством, способным проводить независимую внешнюю политику, в начале XVIII в. оставалась Венеция. Но геополитически и она уже была тесно связана с австрийской монархией. Для Габсбургов Венеция являлась важным союзником в условиях обострения отношений с Османской империей. Когда в 1698 г. между Турцией и коалицией европейских держав был заключен мир, Венеция даже получила захваченные ею Пелопонесс в Восточном Средиземноморье и несколько расширила свои владения в Далмации на Адриатике. Но уже в 1714 г. Порта начала боевые действия в балканских владениях Венеции. Австрия вступила в войну на стороне своего союзника. Но, когда в 1718 г. были подписаны австро-турецкий и турецко-венецианский мирные соглашения, оказалось, что интересы Венеции принесены Габсбургами в жертву. Если Австрия по итогам войны получила немалые территориальные приращения, то Венеция, напротив, лишилась своих приобретений по договору 1698 г. Из всех своих владений в Восточном Средиземноморье Венеция сохранила лишь прибрежные области Истрию и Далмацию, а также несколько опорных пунктов на албанском побережье Адриатического моря и Ионических островов.

    Возросшее влияние Габсбургов способствовало усилению консервативных тенденций в общественно-политической жизни итальянского общества. В некоторой степени это компенсировалось стабилизацией внешнеполитического положения, продлившейся насколько десятилетий. Ситуация резко изменилась на рубеже XIX–XX вв., когда Европа оказалась охвачена эпопеей революционных и наполеоновских войн. В начале в 1793 г. возникла Первая анти-французская коалиция. В ее состав вступили и наиболее влиятельные итальянские государства – Сардинское королевство и королевство Обеих Сицилий. Основные военные действия первоначально развернулись вдалеке от Апеннинского полуострова – в Голландии, Бельгии и на левом берегу Рейна. В конце июля 1793 г. войска коалиции перешли границы Франции. Австрийцы овладели Валансьеном, пруссаки – Майнцем, англичане осадили Дюнкерк, войска Пьемонта заняли Савойю, а испанцы развивали наступление в направлении Байонны. Но в 1794 г. в ходе кампании наступил перелом. Лишь сложное внутриполитическое положение не позволило французам развить успех. Франция временно отказалась от внешней экспансии, выдвинув принцип сохранения «естественных границ» страны (по Рейну, Альпам и Пиренеям). В ряду мирных договоров, заключенных на основе этого принципа, было подписано и соглашение между Францией и Тосканой (9 февраля 1795 г.).

    Примирение оказалось недолгим. Приход к власти во Франции Директории открыл новую серию европейских войн. На этот раз именно Италия оказалась в центре события. Директория возобновила попытки вытеснить Габсбургов из Северной Италии, а также упрочить французское влияние в Средиземноморье и на Ближнем Востоке. Правда, в ходе кампании 1796 г. главный удар предполагалось нанести в Южной Германии, а Итальянский фронт рассматривался в качестве вспомогательного. Там была сосредоточена малочисленная армия под командованием молодого генерала Наполеона Бонапарта. Однако именно Бонапарту сопутствовал успех. Его армия в битве при Монтенотто (12 апреля) разгромила австрийский корпус, а затем в двух сражениях при Миллезимо и Мондови (14 и 22 апреля) нанесла поражение пьемонтской армии. Пьемонт был выведен из войны и заключил мирный договор, по которому Франции были возвращены Савойя и Ницца.

    На протяжении 1796 г. Бонапарт провел блистательную кампанию в Италии. Он сумел разгромить основные силы австрийцев в битве при Лоди (10 мая), и 15 мая его армия вступила в Милан. К концу года французы смогли добиться контроля уже над всей Северной и Центральной Италией. Герцогство Пармское и Венецианская республика были оккупированы ими. Папа Пий VI заключил перемирие с Бонапартом, выплатив 15 млн франков и согласившись на отторжение ряда территорий от Папского государства. В декабре 1796 г. конгресс в Реджо провозгласил создание Циспаданской («до реки По») республики на территориях Модены, Болоньи и Феррары, восставших против папской власти. В Ломбардии была провозглашена Транспаданская («за рекой По») республика. В июле 1797 г. два эти марионеточные государства объединились в единую Цизальпийскую республику. Незадолго до этого в Генуе была провозглашена Лигурийская республика, также зависимая от Франции.

    В начале 1797 г. Бонапарт уже развивал наступление в направлении Вены. Императору Францу I пришлось согласить на заключение мира. По его условиям Австрия отказалась от Бельгии и Ломбардии, а также делила с Францией венецианскую территорию (к Франции из ее состава отошли Ионические острова, Австрии – Венеция, Истрия и Далмация). В феврале 1798 г., используя восстание в Папском государстве, французская армия вошла в Рим. Пий VI оказался лишен светской власти, и 20 марта была провозглашена Римская республика. В июне 1798 г. Франция «оказала помощь» республиканскому восстанию в Пьемонте. Король Карл-Эммануил IV был вынужден отречься от престола. Была образована Пьемонтская республика, которая уже в феврале 1799 г. вместе с герцогством Тоскана оказалась присоединена к Франции.

    Новый виток борьбы за Италия начался в 1799 г., когда Бонапарт находился во главе экспедиционного корпуса в Египте. В феврале русская военная эскадра во главе с Ф.Ф. Ушаковым захватила Ионические острова. Вскоре флот анти-французской коалиции взял под контроль побережье Южной Италии. 3 июня были захвачены Неаполь и Рим. С середины марта 1799 г.

    военные действия начались уже в Северной Италии. В нескольких сражениях русская армия под командованием А. Суворова нанесла поражение основными силам французов. Цизальпийская республика была ликвидирована, Ломбардия вернулась в состав Австрии, а в Турине восстановилась власть Карла-Эммануила IV. Под контролем французов оставалась лишь Генуя. Наполеон Бонапарт, пришедший к власти после переворота 18 брюмера, сумел внести раскол в ряды коалиции. Выход из войны России вновь позволил французам перехватить инициативу. В мае 1800 г. Бонапарт предпринял свой второй итальянский поход. Во главе 40-тысячной армии он неожиданным броском преодолел Альпы и отрезал путь отступления австрийцам от Генуи на юг. 14 июня у селения Маренго Бонапарт разгромил превосходящие силы австрийцев и вынудил их подписать перемирие. Потерпела поражение и неаполитанская армия, выступавшая на стороне Габсбургов. Цизальпийская и Лигурийская республики были восстановлены. 9 февраля 1801 г. был заключен Люневильский мирный договор, в соответствии с которым Австрия признавала все «дочерние» республики Франции, но сохраняла Истрию, Далмацию и Венецию. Для того, чтобы укрепить политическую стабильность в Италии, Бонапарт отказался от восстановления республик в Риме и Неаполе. Он признал светскую власть папы Пия VII, а также заключил выгодный мирный договор с неаполитанским королем Фердинандом IV. Но восстановления Савойской династии в Пьемонте Бонапарт не допустил. Уже в 1802–1803 гг. Пьемонт, Парма и остров Эльба были присоединены к Франции. С восшествием на неаполитанский престол маршала И. Мюрата господство Франции на Апеннинском полуострове стало полным.

    Положение Италии в годы французского владычества было неоднозначным. Ее населению пришлось нести все тяготы военного времени, страдать от непомерно высоких податей и рекрутских наборов. Во Францию было вывезено немало художественных ценностей, продовольствия. Были нарушены традиционные торговые связи. Серьезный ущерб экономике итальянских государств нанесла континентальная блокада. Однако, под воздействием Франции в Италии были осуществлены важнейшие преобразования, в том числе отменены цеховые ограничения и внутренние таможенные пошлины, введены законы, соответствующие французскому Гражданскому кодексу, ликвидировались сословные привилегии дворянства и духовенства, проводилась секуляризация церковных земель, был реформирован архаический суд, погрязший в коррупции. Французская бюрократия – военная и гражданская – освободила полуостров от бандитских формирований. Наконец, именно эпопея наполеоновских войн способствовала активизации общественно-политического движения в Италии, зарождению национальной идеи. Крах наполеоновской империи и реставрация стали лишь прологом к новым важнейшим политическим изменениям в истории Италии.