Загрузка...



  • Под индексом «Фау»
  • «Самолеты-убийцы»
  • Часть первая

    Под индексом «Фау»

    Эта глава книги посвящена стратегическому ракетному оружию нацистской Германии: крылатому самолету-снаряду Фау-1 и баллистической ракете Фау-2. В отличие от множества других немецких проектов, «активированных» к концу Второй мировой войны, чтобы спасти «тысячелетний Рейх» от краха, программа «оружие возмездия» была доведена до боевого применения. Однако в связи с несовершенством систем наведения урон Великобритании, территорию которой обстреливали с помощью крылатых и баллистических ракет, был нанесен небольшой. Тем не менее сама конструкция реактивных носителей, особенно Фау-2, довольно значительно повлияла на развитие ракетостроения в целом и косвенно способствовала полету человека в космос и его высадке на Луне.

    Шел пятый год Второй мировой войны. Красная Армия наносила по врагу сокрушительные удары и успешно освобождала территорию Советского Союза и государств Восточной Европы от немецких захватчиков. Советско-германский фронт неумолимо отодвигался на запад. Большинство немцев уже понимало, что обычным оружием Германия не сможет одержать военную победу над странами Антигитлеровской коалиции. Перед руководством и населением рейха все яснее вырисовывалась мрачная перспектива поражения. Летом 1944 года положение Германии еще более ухудшилось, так как 6 июня Великобритания и США наконец высадили десант в Нормандии.

    В этой обстановке пропагандистский аппарат Геббельса развернул очередную кампанию о наличии у германского командования нового «секретного оружия» большой мощности, которое скоро будет пущено в ход и обеспечит победу над противником. Непрерывным потоком сыпались угрозы по адресу англичан о страшном возмездии за бомбардировки городов Германии.

    В ночь с 12 на 13 июня немецкие дальнобойные батареи, расположенные в районе Кале, открыли по английскому побережью необычайно сильный огонь. Обстрел продолжался до четырех часов утра. Через несколько минут после окончания артиллерийской канонады британские дежурные наблюдатели на постах противовоздушной обороны заметили в воздухе странные самолеты, летевшие с юго-восточного направления через Ла-Манш к английскому побережью. Летящие объекты производили звук, далеко не похожий на звук обычных самолетов, и испускали сильное пламя из хвостовой части. Это и было «секретное» немецкое оружие: самолет-снаряд Фау-1. Так началась первая в истории мировых войн бомбардировка противника реактивными снарядами дальнего действия.

    Идеи К. Э. Циолковского (великий русский ученый еще в 1896 году вывел основные формулы теории реактивных двигателей, а в 1903 году напечатал первую часть своей знаменитой работы «Исследование мировых пространств реактивными приборами». — Примеч. авт.) дали новый импульс к развитию ракетной техники. Наиболее эффективно подобные работы велись в СССР и Германии, сочетая в себе гражданские и военные задачи, однако военные цели были приоритетными.

    Немецкий инженер Рудольф Небель в последний год Первой мировой войны сконструировал две ракеты малого радиуса действия и успешно запустил их с самолета на объекты противника. Эти опыты не были забыты.

    В начале 30-х годов полковник рейхсвера Карл Беккер, начальник управления боеприпасов управления вооружений сухопутных войск при военном министерстве Германии, возглавил программу создания ракетного оружия большой дальности. Непосредственным лицом, ответственным за реализацию программы, был назначен полковник Вальтер Дорнбергер. На артиллерийском полигоне «Куммерсдорф», расположенном в нескольких десятках километров от Берлина, началось строительство армейского испытательного центра жидкостных ракет «Вест». Для работы на испытательной станции из фирмы «Хейландт», занимавшейся разработкой ЖРД, были переведены ее основные сотрудники: главный инженер Питч, В. Ридель, Г. Грюнов, А. Рудольф, К. Вамке и другие. В октябре 1932 года в штат центра был зачислен молодой 20-летний сотрудник Вернер фон Браун, ставший впоследствии ведущим конструктором германской, а затем американской ракетной техники. В тот период он только прошел ускоренный курс обучения в высшей технической школе в Цюрихе.

    24 декабря 1932 года германским специалистам удалось смонтировать первую камеру сгорания для ракетного двигателя на жидком топливе. Но при испытаниях камера взорвалась, а весь испытательный стенд на экспериментальном полигоне «Вест» в Куммерсдорфе был разрушен[1]. Работы над ракетным оружием замедлились.

    Но после прихода Гитлера в 1933 году к власти ракетная программа была возобновлена. Вернер фон Браун вступил в ряды СС. В 1934 году он защитил диссертацию на тему «Конструктивные теоретические и экспериментальные дополнения к проблеме ракет на жидком топливе», причем защита происходила без обсуждения, так как тема была закрытой. К. Беккер, друг семьи фон Браунов, санкционировал выделение молодому талантливому ученому лаборатории в Куммерсдорфе и патент на все ракетные разработки. Наступил период упорной работы над ракетами серии А (сокращение от немецкого слова Agregat).

    Первая спроектированная ракета А-1 имела стартовый вес 150 кг, длина ее была 1,4 м при диаметре 0,304 м. Она оснащалась двумя баками с 40 кг жидкого кислорода и спирта. Этого количества топлива и окислителя хватало на то, чтобы двигатель мог развить тягу 300 кгс (по другим данным 295 кгс. — Примеч. авт.) в течение 16 секунд. Во время работы над указанным проектом возникло множество проблем, в частности, надежность камеры сгорания, выполненной из алюминиевых сплавов, была низкой из-за прожигания ее в разных местах. Имелись проблемы со стабилизацией ракеты в полете, так как при вращении ее вокруг продольной оси подача топлива затруднялась из-за возникновения центробежных сил. Теоретические расчеты показали, что центр тяжести ракеты А-1 был слишком далеко отнесен вперед от центра давления, и она была признана ненадежной для полета. Пуски доработанного варианта ракеты весом 150 кг проводились с вертикальной направляющей длиной в несколько метров, во время испытаний было много неудач. По «горячим следам» была спроектирована и построена ракета А-2. Она походила на свою предшественницу, но дополнительно получила стабилизирующий гироскоп, установленный посередине между баками с горючим и окислителем. Продолжительность работы двигателя увеличилась с 26 до 45 секунд. В начале декабря 1934 года с острова Боркум в Северном море были успешно запущены две такие ракеты. Наибольшая достигнутая высота при запусках составила 2,3 км. Параллельно велись работы по созданию большого двигателя на 1000 кгс тяги и времени работы 45 с.

    После ракеты А-2 в Куммерсдорфе была построена экспериментальная ракета А-3 длиной 7,65 м и диаметром 0,67 м. Но результаты продувок модели ракеты на устойчивость в аэродинамической трубе оказались неудовлетворительными. Тем не менее Вернер фон Браун заключил договор с фирмой «Крейзельгерат ГмбХ» (Берлин-Блиц) на изготовление системы управления. В начале декабря 1937 года состоялся первый старт А-3 на новом полигоне в «Грейфсвальдер Ойе» в Пенемюнде (о создании этого центра будет рассказано ниже. — Примеч. авт.). Исследования в итоге привели к выводам, что система управления слишком слаба и недостаточна для стабилизации ракеты. Запуски также показали, что после взлета на высоте 800–1000 м ракета переворачивалась. Тут же начались работы над новой ракетой А-4, задуманной как средство поражения дальних целей. Главным конструктором этого проекта и стал Вернер фон Браун.

    Двумя годами ранее, в 1935 году, испытательную станцию в Куммерсдорфе посетил командующий сухопутными войсками генерал Фрич. Показанные разработки произвели на него впечатление, и он добился у фюрера выделения 20 млн марок на дальнейшие эксперименты.

    В мае 1937 года на севере Германии началось строительство крупного центра по разработке и испытанию ракетного оружия. Двумя годами ранее за 750 тыс. марок была куплена территория вблизи небольшой рыбацкой деревушки Пенемюнде на острове Узедом в Балтийском море. Сначала появился поселок для рабочих и их семей, затем первые лаборатории, мастерские, полигоны и т. д. Пенемюнде не был обозначен ни на одной карте. Эксплуатация центра, получившего индекс HVP (Heeres Versuchanstalf Peenemunde), осуществлялась совместно армией и ВВС (люфтваффе). Вскоре на территории центра были построены электростанция, крупный завод по производству жидкого кислорода, завод по сборке ракет, институт исследования материалов, сверхзвуковая аэродинамическая труба, испытательный аэродром, пусковые ракетные установки и прочие конструкции. В перспективе предполагалось довести количество технического персонала центра до 30 тыс. человек, расширить производство ракет, установить прямое железнодорожное и воздушное сообщение с Берлином. Вся территория центра была разделена на две зоны: западную, в которой проводили свои исследования ВВС, и восточную, которая являлась зоной ответственности вермахта. Руководителем центра был назначен Дорнбергер.

    Еще в 1936 году управление вооружений предоставило ракетному центру средства при условии, что немедленно начнется разработка ракеты большого радиуса действия. Штаб Дорнбергера запустил в производство программу разработки новой вышеупомянутой ракеты А-4, которая могла доставить одну тонну полезной нагрузки на расстояние 250 км. Рассчеты показывали, что для подобной ракеты необходим двигатель, развивающий тягу 25 тс. Работы над новым двигателем начались в Куммерсдорфе осенью 1936 года под руководством доктора Вальтера Тиля. Стендовые испытания двигателя начались весной 1939 года уже в Пенемюнде.

    В марте 1939 года для ознакомления с процессом работ по ракете А-4 в Пенемюнде приехал Гитлер. Он остался недоволен состоянием дел, и, как следствие, расходы на ракетную программу были урезаны наполовину. Тогда фюрер еще надеялся быстро захватить Англию путем высадки десанта в рамках планировавшейся операции «Морской лев». Параллельно с работами по А-4 велись работы по ракете А-5. Последняя была сконструирована для выяснения причин неустойчивости ракет в полете и разрабатывалась в нескольких сериях. Ее пуски начались летом 1938 года на полигоне «Грейфсвальдер Ойе» в Балтийском море и проходили севернее острова Узедом, а закончились в конце октября 1939 года (по другим данным, в 1942 году. — Примеч. авт.). Окончательный вариант ракеты А-5 весил всего 900 кг и достигал при вертикальном старте высоты 12 км[2], а при наклонном запуске дальность составляла примерно 18 км. Пуски показали надежность всей конструкции ракеты и после запуска нескольких сотен А-5 работы по более крупной А-4 были продолжены вновь.

    Германский Генеральный штаб постоянно проявлял интерес к работам в Пенемюнде и разрабатывал планы применения нового вида оружия. 26 сентября 1939 года начальник Генерального штаба Гальдер в своем служебном дневнике записал: «Пенемюнде. Ракета дальнего действия будет готова через 2–3 года. Одна тонна полезного груза. Максимальная дальность действия — до Лондона». Таким образом, уже тогда был определен главный объект ракетных бомбардировок. Но затянувшаяся, по мнению политиков, разработка ракеты А-4 вызывала раздражение в высших военно-политических кругах нацистской Германии. Тем более что Гитлер, не имея представления о технических возможностях нового оружия, не особо верил в успех «всей затеи». В 1940 году он вычеркнул ее разработку из списка «высшего приоритета», отдав по рекомендации своих советников предпочтение другим видам оружия. Подобное отношение к разработке ракеты А-4 наряду с техническими трудностями, которые всегда сопутствуют новому виду вооружений, привело к тому, что первый успешный запуск ее боевого варианта был осуществлен только 3 октября 1942 года (испытания опытных образцов ракеты начались весной 1942 года. — Примеч. авт.) и подготовка ракеты к серийному производству задержалась. Однако и в марте 1943 года на докладную записку руководителя научно-исследовательского центра в Пенемюнде Дорнбергера о необходимости форсирования работ по внедрению А-4 в серийное производство Гитлер ответил, что ракета А-4 вряд ли когда-либо достигнет территории Великобритании.

    Однако испытания А-4 продолжались. До лета 1943 года было выполнено около 30 пусков нового оружия, при этом была достигнута дальность около 200 км. В июле 1943 года фюрер приказал начать серийное производство А-4.

    Баллистическая ракета А-4 имела жидкостный ракетный двигатель, работающий на 75-процентном этиловом спирте и жидком кислороде. Длина А-4 составляла 14,04 м, размах оперения — 3,56 м, максимальный диаметр корпуса — 1,65 м, стартовый вес — 12 915 кг, дальность полета — 280–320 км, наивысшая точка траектории — 82 км, максимальная скорость полета — 1580 м/с. Ракета управлялась только на активном участке траектории до выключения двигателя. Боевой заряд весил 910 кг. Боеголовка с контактным взрывателем располагалась в носовой части ракеты, за ней находился отсек с системой управления. В средней части корпуса размещались баки с компонентами топлива (жидкий кислород и спирт). Двигатель ракеты, развивавший тягу 25 тс, и турбонасосный агрегат для подачи компонентов топлива в камеру сгорания двигателя находились в хвостовой части. Хвостовое оперение состояло из четырех стабилизаторов с аэродинамическими рулями. Для управления ракетой на стартовом участке траектории использовались графитовые газовые рули, установленные за срезом реактивного сопла двигателя. Управление ракетой было программируемое, с корректировкой по радио наземного пункта управления, стабилизация осуществлялась с помощью гироскопов. Пуски ракет первоначально проводились со стационарных позиций, но позднее были разработаны и мобильные пусковые установки.

    Трудозатраты на постройку каждой ракеты А-4 составляли 12 950 человеко-часов, а стоила она 38 тыс. рейхсмарок.

    Но ракета А-4, названная впоследствии Фау-2 (V-2, где V — первая буква немецкого слова «Vergeltunswaffe» — «оружие возмездия»), не стала единственным оружием возмездия нацистов за британские бомбардировки рейха. В середине 1942 года у баллистической ракеты Фау-2 появился серьезный конкурент. Им стал самолет-снаряд (фактически крылатая ракета), получивший позднее обозначение Фау-1 (V-1).

    Самолет-снаряд Фау-1 представлял собой не сложную, но оригинальную для того времени конструкцию. Его длина составляла 7,6 м, диаметр фюзеляжа — 0,82 м, размах крыла — 5,3 м, общий вес — 2750 кг, вес боевого заряда — 830 кг, высота полета — от 200 до 2000 метров. Дальность — 240 км. Пульсирующий воздушно-реактивный двигатель работал на низкосортном бензине и обеспечивал самолету-снаряду скорость 550–600 км/ч.

    Конструктивно Фау-1 представлял собой беспилотный самолет-снаряд с пульсирующим реактивным двигателем, смонтированным над фюзеляжем. Взлет Фау-1 производился с паровой катапульты Вальтера длиной 48 м. Двигатель Фау-1 давал до 500 взрывов в минуту и по звуку резко отличался от шума самолета. Наведение Фау-1 на цель осуществлялось с помощью компаса по заранее вычисленному курсу. На «крылатой ракете» был установлен пропеллер, соединенный со счетчиком оборотов. Над целью счетчик, установленный на заданное число оборотов, приводил в действие механизм руля высоты, и снаряд мог взрываться на заданной высоте или при ударе о землю.

    История этого образца оружия возмездия возвращает нас в 1935 год, когда изобретатель Пауль Шмидт вместе с профессором Г. Маделунгом предложил проект планирующей бомбы, оснащенной пульсирующим воздушно-реактивным двигателем. Однако командование ВВС отклонило проект, как «технически сомнительный и неинтересный с тактической точки зрения». Вскоре в фирме «Аргус моторен» в Берлине под руководством доктора Фрица Госслау начались работы по беспилотному самолету с дистанционным управлением. Этот самолет-мишень, предназначенный для тренировок зенитных команд люфтваффе, получил в RLM обозначение FZG 43. Поскольку «Аргус» была прежде всего двигателестроительной фирмой, то с 1939 года на ней стали заниматься проектами пульсирующих двигателей независимо от Шмидта.

    В 1940 году люфтваффе подключило Шмидта к работам фирмы «Аргус». Шмидт предложил простое, но эффективное входное устройство, позволяющее воздуху поступать в камеру сгорания двигателя, но автоматически закрывающееся при взрыве топливной смеси, направляя продукты сгорания в реактивное сопло. «Аргус» же разработал новый метод распыления топлива в камере сгорания, который разрешал проблему устойчивого горения при подаче топлива с частотой 60–70 Гц. Законченный проект двигателя «Аргуса»-Шмидта был проще и дешевле по сравнению с конкурирующими турбореактивными двигателями и имел большую тяговооруженность. С другой стороны, двигатель имел существенные недостатки — низкую топливную эффективность и повышенную вибрацию двигателя при его работе, вызывавшую повреждение корпуса.

    «Аргус» начал проверять новый пульсирующий двигатель на автомобилях в январе 1941 года, а уже 30 апреля состоялся первый полет самолета-биплана Go 145, оснащенного опытным ПуВРД. Госслау предложил люфтваффе использовать ПуВРД в качестве силовой установки планирующей бомбы, но «Аргус» испытывал недостаток в опытных конструкторах, способных разработать корпус бомбы. Поэтому Госслау обратился в фирму «Физелер» с предложением о совместной разработке планирующей бомбы с ПуВРД. В «Физелере» проект возглавил Роберт Луссер, который и предложил в конце апреля 1942 года компоновку летательного аппарата с одним двигателем, установленным над хвостом.

    Он предполагал установить на аппарате, который стал первой крылатой ракетой, радар и радиокомандную систему управления, однако эти предложения были отклонены из-за опасения, что союзники будут применять меры электронного противодействия. Вместо этого конструкторы обратились к варианту с инерциальной системой управления. Предложенный аппарат получил в «Физелере» обозначение Р.35 «Erfurt», он имел дальность 300 км и мог нести 500-килограммовую боеголовку со скоростью 700 км/ч. Проект, представленный руководству люфтваффе 5 июня 1942 года, был воспринят с воодушевлением, так как отношение высшего командования ВВС к этому типу оружия кардинально изменилось. Дело в том, что после начала союзниками систематических бомбардировок территории Германии Гитлер потребовал осуществить карательные удары по Англии. Однако в это время люфтваффе испытывало недостаток в тяжелых бомбардировщиках вследствие задержек в программе разработки самолета Не-177. Поэтому для повышения своего престижа командование авиации нуждалось в программе разработки собственной ракеты, учитывая, что армия настаивала на необходимости развития своих баллистических ракет А-4 и называла деятельность люфтваффе основной причиной неудач в 1940 году во время битвы за Англию. Проект крылатой ракеты был одобрен 19 июня 1942 года и включен в программу «Вулкан», которая объединяла усилия ВВС в области разработок ракетного оружия. Аппарат, имевший в фирме «Физелер» внутреннее обозначение Р.35, получил в RLM официальное название Fi-103. В целях же обеспечения секретности проект сначала получил кодовое наименование «Kirschkern» («Вишневый камень»), а затем индекс FZG 76 (Flakzielgerat 76). Фирма «Аргус» отвечала за пульсирующий двигатель, теперь обозначавшийся как As 014. Разработка системы наведения была поручена фирме «Аскания» (Берлин), которая уже создавала инерциальные системы наведения для других ракет люфтваффе. Компания «Рейнметалл-Борзиг» разрабатывала пусковую установку.

    При разработке Фау-1 немецкие конструкторы оказались не в силах теоретически рассчитать устойчивость самолета-снаряда в полете. Для этого было необходимо провести его испытание в воздухе под управлением летчика. На одном из самолетов-снарядов смонтировали шасси для взлета и посадки, оборудовали место пилота и необходимое управление для пилотирования. Но габариты кабины были настолько малы, что там мог поместиться пилот очень небольшого роста. Это послужило причиной того, что испытание было поручено знаменитой нацистской летчице Ханне Рейч. Ее полет позволил выявить дефекты устойчивости Фау-1 и устранить их. Посадка происходила на большой скорости и окончилась аварией, повлекшей ранение пилота.

    Первый образец ракеты Fi-103 был закончен к 30 августа 1942 года, в сентябре был готов двигатель, после чего начались летные испытания. Многочисленные отказы во время летных испытаний чуть было не привели к прекращению программы. После того как проблемы с отработкой двигателя были решены, на полигоне люфтваффе «Пенемюнде Вест» подготовили к испытаниям позицию, она располагалась рядом со стартовой позицией для пуска баллистических ракет А-4. Стартовая позиция с катапультой фирмы «Рейнметалл-Борзиг» была установлена в восточном направлении вдоль балтийского побережья. Первый пуск макетного образца с катапульты состоялся 20 сентября 1942 года, а первый пуск опытного образца Fi-103 V12 с включением двигателя состоялся 24 декабря. Ракета летела около минуты и достигла скорости 500 км/ч, прежде чем упала в Балтийское море. Параллельно шла обработка метода запуска ракеты с самолета-носителя. Первый запуск ракеты без двигателя с самолета Fw-200 состоялся 28 октября, а 10 декабря запустили Fi-103 V17 с включенным двигателем.

    Выполнение программы испытаний сопровождалось многочисленными отказами и авариями. Недостатки пусковой установки фирмы «Рейнметалл-Борзиг» привели к появлению альтернативной катапульты «Schlitzrohrschleuder», разработанной в начале 1943 года фирмой «Вальтер» («Hellmuth Walter Werke»). В конструкции катапульты Вальтера использовался газогенератор, работавший на комбинации T-Stoff (перекиси водорода) и Z-Stoff (марганцовокислого натрия). Получившийся в результате смешивания компонентов газ высокого давления закачивался в цилиндр внутри направляющего рельса катапульты и приводил в движение поршень, крепившийся к ракете, который и разгонял ее.

    Работу двигателя сопровождали сильный шум и вибрация фюзеляжа и консолей крыла. Наиболее бесполезной проблемой было разрушение входных створок воздухосборника. К концу июля 1943 года были запущены 84 самолета-снаряда Fi-103, из них 16 ракет стартовали в воздухе с самолета-носителя и 68 ракет — с наземных катапульт. Из всех пусков с катапульт только 28 пусков были успешны.

    Проверка возможностей Фау-1 по преодолению противодействия английской ПВО была произведена на основе перехвата и атаки самолета-снаряда трофейным английским истребителем «Спитфайр» модели V, который пилотировался немецким летчиком. Этим была допущена недооценка противодействия английской истребительной авиации, так как скорость данного самолета была значительно ниже скоростей «Спитфайров» последующих модификаций, а также истребителей «Мустанг», «Темпест» и «Метеор», что позднее значительно облегчило английской истребительной авиации борьбу со снарядами Фау-1[3].

    Как уже говорилось, ракета представляла собой свободнонесущий среднеплан с фюзеляжем длиной около 6,5 м (с двигателем 7,6 м) при максимальном диаметре 0,82 м. Первые модификации этого самолета-снаряда выполнялись полностью из стали, но затем крыло начали изготавливать из древесины. Испытывались различные формы крыла разного размаха — трапециевидное, прямоугольное, типа «бабочка». Сверху над хвостовой частью фюзеляжа крепился ПуВРД As 014. В передней части фюзеляжа устанавливался боезаряд весом 850 кг с взрывателями (по другим данным, 830 кг. — Примеч. авт.), в средней части — топливный бак емкостью 600 л, два баллона со сжатым воздухом, электроаккумулятор, автопилот и устройства контроля высоты и дальности полета, в хвостовой части — приводы рулей. Скорость взлета самолета-снаряда с наземного пускового устройства составляла 280–320 км/ч, полетная скорость от 565 до 645 км/ч (для разных модификаций), высота полета обычно составляла около 600 м. Автопилот работал следующим образом. Пара гироскопов контролировала управление по крену и тангажу, в то время как баромометрическое устройство контролировало высоту полета. Маленький пропеллер на носу ракеты был связан со счетчиком, который измерял расстояние, пройденное ракетой. Как только счетчик расстояния определял, что заданная дальность достигнута, два пиропатрона блокировали поверхности управления в таком положении, чтобы ракета начала пикировать на цель.

    Хотя снаряд Фау-1 по сравнению с Фау-2 имел значительно худшие боевые характеристики, простота его конструкции и дешевизна (он стоил примерно в десять раз меньше снаряда Фау-2) привели к тому, что с июня 1942 года разработке Фау-1 был предоставлен «высший приоритет».

    По распоряжению Гитлера была создана специальная комиссия, которой предстояло решить, что предпочтительнее использовать в качестве оружия для бомбардировки территории Великобритании — крылатую ракету ВВС FZG 76 или армейскую баллистическую ракету А-4. В соответствии к предварительными оценками крылатая ракета FZG 76 была более уязвима к перехвату, но гораздо дешевле в производстве и намного проще в обслуживании. Баллистическая ракета А-4 была неуязвима к перехвату, но дорога в производстве и сложна в обслуживании. 26 мая 1943 года в Пенемюнде состоялось совещание вышеупомянутой комиссии, в которую входили высшие чины командования германской армии. Комиссия установила, что снаряды Фау-1 и Фау-2 находятся приблизительно на одинаковой ступени готовности, и постановила максимально ускорить передачу обоих видов оружия в серийное производство и наладить их выпуск в возможно больших количествах. Было рекомендовано принять обе ракеты на вооружение совместно. Несколько ранее, в апреле 1943 года, полковник Макс Вахтель был назначен командиром опытно-экспериментальной части крылатых ракет Lehr und Erprobungskommando Wachtel. Эта команда была развернута на полигоне в Пенемюнде и позднее стала основной для формирования 155-го зенитного полка (FR 155 W, где «W» означало слово Werfer — «пусковая установка») для обучения личного состав запуску крылатых ракет Фау-1.

    В июле 1943 года разработка Фау-1 настолько успешно продвигалась вперед, что штаб ВВС принял решение о запуске Фау-1 в серийное производство. Начало применения самолетов-снарядов Фау-1 против Англии было намечено на декабрь 1943 года.

    Разработка ракеты Фау-2 велась параллельно разработке Фау-1. После ряда настойчивых попыток Дорнбергер и Браун добились 7 июля 1943 года доклада у Гитлера. Им удалось убедить его в реальности ракеты А-4, и ее разработка была включена в список «высшего приоритета» для внедрения в серийное производство. С этого момента началась непосредственная подготовка к ракетным бомбардировкам.

    В июле 1943 года министерство вооружений и боеприпасов организовало совещание представителей крупных фирм (присутствовало более 250 человек), на котором была выработана программа производства 300 дальнобойных ракет на трех заводах ежемесячно. Предусматривалось увеличить это число еще на 900 снарядов с вводом в действие строящегося завода в Нордхаузене. В дальнейшем планировалось повысить выпуск до 2000 снарядов ежемесячно[4].

    Однако союзники тоже не сидели сложа руки. Информация о германских ракетных программах частично стала достоянием британской разведки, что спровоцировало налет королевской авиации на ракетную базу в Пенемюнде.

    Налет англичан 17 августа 1943 года на Пенемюнде, в результате которого было убито 735 человек, в том числе инженер Тиль, один из ведущих конструкторов А-4, отодвигал сроки выполнения намеченной программы. Однако по оценке Дорнбергера материальные потери в Пенемюнде были не велики[5]. Такие важные объекты, как аэродинамическая труба, измерительная лаборатория и испытательная станция, оказались не поврежденными. Разрушения могли быть ликвидированы в течение 4–6 недель.

    После налета англичан на Пенемюнде главная ставка в начале сентября 1943 года издала приказ о перенесении опытных запусков А-4 из Пенемюнде на полигон Хейделагер в Польше. Так возник новый испытательный полигон Близна, расположенный при впадении реки Сан в реку Вислу, в треугольнике между этими реками.

    Массовое серийное производство снарядов Фау-1 было организовано в кооперации на большом количестве заводов, изготовлявших отдельные агрегаты. Окончательная сборка Фау-1 производилась на заводе «Фольксваген» в Фаллерслебене. Фирма «Физелер» производила опытные образцы снаряда и небольшую опытную серию ракет для экспериментальных исследований и обучения личного состава.

    Среди высшего руководства не было согласия относительно того, как лучше всего развернуть новые ракеты. Командующий зенитной артиллерией ВВС генерал-лейтенант Вальтер фон Акстхельм хотел использовать в большом количестве малоразмерные позиции, которые могли быть легко замаскированы. Однако фельдмаршал Эрхард Мильх больше склонялся к постройке небольшого количества мощных бомбонепробиваемых бункеров. В связи с этим 18 июня 1943 года Геринг провел совещание с Мильхом и Акстхельмом, на котором предложил компромиссное решение: построить 4 больших ракетных бункера и 96 малоразмерных позиций. Кроме того, предполагалось запускать FZG 76 с бомбардировщиков. Производство ракет должно было начаться в августе с темпом выпуска 100 ракет в месяц, далее постепенно доведено до 5 тысяч экземпляров ежемесячно к маю 1944 года. Гитлер одобрил этот план 28 июня 1943 года, приведя в движение программу «Kirschkern».

    Предполагалось начать серийное производство в августе 1943 года, чтобы к началу боевого применения, намеченному на 15 декабря 1943 года, были уже готовы 5 тысяч ракет. Однако производство Fi-103 стартовало на месяц позже на заводах фирмы «Фольксваген» в Фаллерслебене и фирмы «Физелер» в Касселе. 22 октября английские бомбардировщики совершили налет на завод фирмы «Физелер», повредив сборочные линии Fi-103. К этому еще добавился целый перечень изменений и новые модификации в проекте, после чего в конце ноября производство было приостановлено до устранения проблем. Выпуск начался вновь только в марте 1944 года, но вскоре после этого в результате бомбардировок союзниками завода в Фаллерслебене были повреждены сборочные линии и на этом предприятии. Поэтому в июле производство Fi-103 началось на подземном заводе «Миттельверке» около Нордхаузена, так как он был наиболее защищен от бомбовых ударов.

    В отличие от обычного самолета ракета Fi-103 полностью не собиралась на заводах. Вместо этого главные агрегаты конструкции (фюзеляж, двигатель, крыло, боеголовка и другие подсистемы) поставлялись на склады боеприпасов люфтваффе. Под программу FZG были выделены четыре склада, наиболее важные из которых находились в Мекленбурге и Данненберге. На этих складах осуществлялся окончательный монтаж самолета-снаряда, после чего его устанавливали на технологическую тележку TW-76. В таком виде ракеты поставляли на полевые склады во Франции. Там уже устанавливалось чувствительное оборудование типа автопилота и компаса, а уже с полевых складов ракеты поставлялись на стартовые позиции.

    Когда Fi-103 наконец достигла стадии массового производства в марте 1944 года, время изготовления одной ракеты уменьшилось до 350 часов, из которых 120 часов занимал сложный автопилот. Стоимость одного экземпляра ракеты была около 5060 рейхсмарок, что составляло только 4 % от стоимости баллистической ракеты Фау-2 и приблизительно 2 % от стоимости двухдвигательного бомбардировщика.

    В конце сентября 1943 года начался массовый выпуск Фау-1. Примерно в этот же период на западном побережье Франции немцы развернули строительство стартовых площадок. В прибрежной полосе от Кале до Шербура сооружалось 64 основные и 32 резервные площадки. На каждой из них, кроме пусковой установки, строились укрытые помещения для хранения, ремонта и проверки снарядов. Недалеко от стартовых площадок предусматривалось строительство 8 хранилищ, каждое на 250 самолетов-снарядов[6]. Общее число занятых на строительстве рабочих составляло свыше 40 тысяч человек.

    Строительство пусковых позиций во Франции началось в августе 1943 года. В начальной фазе строились 96 позиций вдоль побережья Ла-Манша от Дьеппа до Кале. Каждая позиция включала пусковую платформу, немагнитное помещение для регулирования магнитного компаса перед запуском, бункер управления, три склада для хранения ракет и несколько меньших строений для хранения топлива и запчастей. При планировке каждой позиции учитывался местный ландшафт с целью маскировки позиций. Ракетные позиции обычно располагались рядом с существующими дорогами, покрытие которых было или отремонтировано, или сделано заново, чтобы облегчить использование многочисленных транспортных средств, обслуживающих стартовую площадку. Часто ракетные установки располагались около ферм или жилых построек, которые использовались для размещения стартовых расчетов, а также помогали маскировать позицию.

    В сентябре 1943 года в район строительства прибыл первый дивизион 155-го зенитного полка, предназначенный для наблюдения за подготовкой стартовых позиций, а впоследствии и запуска снарядов. В дальнейшем во Францию был переброшен весь FR 155 W под командованием полковника Вахтеля. В него структурно входили четыре дивизиона, каждый с тремя батареями, подразделениями обслуживания и снабжения. Батарея имела три взвода, каждый с двумя пусковыми установками, всего 18 ПУ на дивизион и 72 установки на весь полк. Каждую пусковую установку обслуживали примерно 50 человек, часть в целом насчитывала 6500 человек персонала. Из-за технической сложности нового оружия 155-му полку было придано несколько десятков гражданских специалистов.

    Чтобы координировать бомбардировку Лондона ракетами Fi-103 и А-4, 1 декабря вермахт создал «гибридное» подразделение — 65-й (LXV) специальный армейский корпус, укомплектованный армейскими офицерами и офицерами люфтваффе. Командовал 65-м корпусом генерал-лейтенант Эрих Хайнеманн, бывший начальник артиллерийской школы, начальником штаба был назначен полковник Эуген Вальтер из люфтваффе. После осмотра позиций штаб корпуса был встревожен недостатками планирования и нереалистичными ожиданиями высшего командования. Высшее командование настаивало, чтобы ракетные удары но Лондону начались в январе 1944 года, игнорируя тот факт, что позиции не были полностью подготовлены, обучение личного состава не закончено и поставка ракет еще не началась.

    Несмотря на скрытность всех приготовлений, англичане получали агентурные сведения о переброске 155-го зенитного полка во Францию. После проведения воздушной фоторазведки всей северной части Франции союзники начали интенсивную бомбардировку стартовых площадок Фау-1, в ходе которой большинство из них уже в начале 1944 года оказались непригодными для использования. Начало боевого применения Фау-1 пришлось перенести на более поздние сроки.

    В марте 1944 года немцы приступили к строительству новых «усовершенствованных» стартовых площадок, которые были лучше замаскированы и менее уязвимы с воздуха. В мае 1944 года одна из таких площадок подверглась бомбардировочному налету английских самолетов «Тайфун», но результаты бомбардировок оказались весьма низкими. К 12 июня 1944 года английской разведке стало известно о существовании 66 «усовершенствованных» стартовых площадок для Фау-1. Однако в период с 1 января по 12 июня 1944 года союзники бомбардировали стартовые площадки первого образца, сбросив на них более 20 тысяч тонн бомб. «Усовершенствованные» же стартовые площадки для запуска Фау-1 оставались неповрежденными.

    В августе 1943 года генерал Дорнбергер составил проект, согласно которому ему должны были быть подчинены все войсковые части, вооруженные Фау-2. Предложение Дорнбергера армейским командованием было одобрено, и он сформировал штаб в Шведте на реке Одер. Штаб состоял из трех отделов: оперативного, снабжения и инженерно-технического.

    Однако Гиммлер не отказался от намерения взять в свои руки руководство дальнейшей разработкой, производством и использованием ракет. В сентябре 1943 года по его настоянию под контроль генерала войск СС Каммлера (начальник управления по производству вооружения штаба войск СС) был поставлен специальный комитет по производству ракеты А-4, имевшийся в составе министерства вооружений.

    Как уже говорилось выше, 1 декабря 1943 года Гитлер подписал директиву, по которой использование всех видов ракетного оружия дальнего действия против Англии возлагалось на управление 65-го армейского корпуса, подчиненное непосредственно командующему Западным фронтом. Командиром корпуса был назначен генерал-лейтенант артиллерии Хайнеман, а начальником штаба — полковник Вальтер. В штаб корпуса офицеры по оперативной части и снабжению были подобраны из армии, а начальник штаба и офицеры по разведке — из ВВС. В состав корпуса вошли вооруженный Фау-1 155-й зенитный полк, все находившиеся на западе части, вооруженные Фау-2, и части сверхдальнобойной артиллерии. Штаб его разместился в Сен-Жермене, вблизи ставки командующего Западным фронтом. В течение первой половины 1944 года он был занят руководством по сооружению стартовых площадок для Фау-1. Общее число солдат и офицеров, входивших в части Фау-1, достигало 10 тысяч человек.

    Ознакомившись на месте с положением дел, штаб корпуса установил, что срок запуска Фау-1 в январе 1944 года нереален. Только 20 мая 1944 года он смог донести, что самолеты-снаряды Фау-1 готовы для боевого использования.

    В период до поступления ракет Фау-2 в строевые части штаб 65-го корпуса уделял мало внимания этому виду оружия, тем более что им занимался штаб Дорнбергера. Но теперь все изменилось. 29 декабря 1943 года в корпус был назначен генерал-майор артиллерии Метц для оперативного руководства боевой деятельностью частей, вооруженных Фау-2. Это назначение, по существу, отстраняло генерала Дорнбергера от руководства боевыми действиями Фау-2.

    Необходимо сказать, что британское командование знало о готовящемся «акте возмездия». Ученый-антифашист доктор Куммеров передал в распоряжение сил Антигитлеровской коалиции секретные материалы о результатах работы немецких ракетчиков. Впоследствии, связанный с группой Шульце-Бойзена, он был арестован вместе с женой и погиб в застенках гестапо. К счастью, эта репрессивная организация сама нанесла вред германской ракетной программе.

    15 марта 1944 года главный конструктор Фау-2 фон Браун и еще два ведущих инженера были арестованы гестапо по обвинению в саботаже. Дорнбергеру пришлось обратиться непосредственно к Кейтелю и с большим трудом добиться их освобождения и возвращения в Пенемюнде.

    А между тем английская разведка по крупицам собирала информацию о ракетах Фау. В апреле 1944 года группа польских борцов Сопротивления сумела сфотографировать одну из ракет, которая испытывалась на берегу Буга, разобрать ее на части, надежно спрятать их, а затем передать все это Варшавскому партизанскому центру. Постоянные наблюдения за немецкими стартовыми площадками вела на территории оккупированной Франции группа Сопротивления «Марко Поло».

    К началу июня 1944 года все четыре дивизиона 155-го зенитного полка уже перебазировались во Францию. Примерно от 70 до 80 «усовершенствованных» стартовых площадок в полосе между Кале и рекой Сеной были готовы для использования. Большинство из них было нацелено на Лондон, меньшее число на Саутгемптон. В ночное время груженные ракетным оружием немецкие поезда тянулись в районы стартовых площадок. К 12 июня в районах стартовых площадок уже было сосредоточено 873 Фау-1 с необходимым количеством топлива. В этот день 54 стартовые площадки были приведены в боевую готовность.

    Согласно приказу сначала должен был быть выпущен залп из всех пусковых установок с таким расчетом, чтобы снаряды достигли Лондона в 23 часа 40 минут, после чего запуск снарядов Фау-1 должен производиться с небольшими интервалами до 4 часов 45 минут 13 июня.

    Командир 155-го полка дважды просил об отсрочке начала бомбардировки, так как ни одна стартовая площадка не могла осуществить запуск ранее 3 часов 30 минут 13 июня.

    В конечном результате ранним утром 13 июня 1944 года немцы произвели всего 10 запусков Фау-1. Пять из них разбились сразу же после старта, судьба шестого осталась неизвестной, а остальные четыре достигли южной части Англии и там взорвались. Самолет-снаряд, упавший в н/п Бетнал-Грин, принес первые человеческие жертвы: 6 человек было убито и 9 ранено. Таким образом, широко задуманное первое ракетное нападение из-за его технической неподготовленности кончилось полным провалом. Момент внезапности был упущен, массированного удара не получилось.

    После 40-часового перерыва немцам удалось начать более интенсивные ракетные бомбардировки. 15 июня в 22 часа 30 минут был произведен залп небольшим числом снарядов Фау-1, а затем пуски велись с малыми интервалами до 16 июня. Всего было запущено 244 самолета-снаряда по Лондону и предположительно 50 по Саутгемптону. Запуск производился с 55 стартовых площадок. Из общего числа выпущенных снарядов 45 разбились сразу же после старта. Английскими постами ПВО было зафиксировано, что 144 снаряда достигли побережья Англии и 73 — Лондона.

    «Эта новая форма атаки, — писал Черчилль, — возложила на жителей Лондона бремя, пожалуй, еще более тяжелое, чем воздушные налеты 1940 и 1941 годов. Состояние неизвестности и напряженности становилось более продолжительным. Ни наступление дня, ни облачность не приносили утешения… Слепая сила этого снаряда внушала человеку на земле чувство беспомощности»[7].

    Бомбардировка Англии самолетами-снарядами, начатая немцами 13 июня, продолжалась свыше 9 месяцев, с различной интенсивностью.

    Однако англичане довольно быстро научились бороться с Фау-1, используя для этого истребители, зенитную артиллерию и аэростаты заграждения, так как по своим аэродинамическим и тактико-техническим характеристикам этот реактивный снаряд мало чем превосходил имевшиеся в то время в Британии истребители. В течение пяти суток, с 16 по 21 июня, на английское побережье в среднем прилетало около 100 самолетов-снарядов в сутки. Из них до 30 % уничтожалось истребительной авиацией и до 10 % огнем зенитной артиллерии. Часть снарядов взрывалась на аэростатах воздушного заграждения.

    Интенсивность беспилотных бомбардировок поддерживалась и в дальнейшем, несмотря на то, что стартовые установки подвергались бомбардировке англо-американской авиацией.

    В первые дни бомбардировок Лондон достигали ежедневно до 40 снарядов Фау-1. Но с каждым днем количество сбитых снарядов все увеличивалось, а до Лондона и других городов их долетало все меньше. День 28 августа явился в этом отношении наиболее показательным. Из 97 самолетов-снарядов, пересекших Ла-Манш, 90 было уничтожено, 4 достигли Лондона, а 3 остальных упали, не достигнув столицы Англии.

    К началу сентября интенсивность немецких бомбардировок снарядами Фау-1 снизилась, так как англо-американские войска овладели большей частью районов, где размещались стартовые позиции. Но часть стартовых установок к этому времени уже была перемещена в юго-западную часть Голландии, и туда подвозились самолеты-снаряды. Кроме того, для запуска Фау-1 с воздуха были приспособлены бомбардировщики Не-111, и бомбардировки продолжались, несмотря на то что англичане научились успешно вести борьбу с Фау-1. В самом конце 1944 года, в ночь перед Рождеством, свыше 50 немецких Не-111 снова предприняли атаку снарядами Фау-1, но уже не на Лондон, а на Манчестер, где противовоздушная оборона была слабее. Из 37 снарядов, пересекших береговую черту, только 18 достигли Манчестера. Один из них разорвался в городе, а остальные 17 — в радиусе 15 км от города. 29 марта 1945 года на территории Англии упал последний снаряд Фау-1. Об интенсивности запуска снарядов Фау-1 в период с 13 июня 1944 года по 29 марта 1945 года свидетельствует следующая таблица[8].

    13.06.1944–15.07.1944 16.07.1944–5.09.1944 16.09.1944–14.01.1945 3.03.1945–29.03.1945 Всего
    1. Количество запущенных снарядов Фау-1 4361 4656 1200 275 10 492
    из них:
    с пусковых установок 4271 4346 275 8892
    с самолетов 90 310 1200 1600
    2. Количество снарядов Фау-1, достигших района Лондона 1270* 1070 66 13 2419

    * Дополнительно 25–30 снарядов достигли Портсмута и Саутгемптона.


    Всего за период с 13 июня 1944 года по 29 марта 1945 года немцы выпустили по Англии 10 492 снаряда Фау-1, из которых 8892 — с наземных стартовых установок и 1600 — с самолетов-носителей Не-111.

    Бомбардировка Англии Фау-1, предпринятая в 1944–1945 годах, дала первый опыт применения беспилотных самолетов-снарядов и первый опыт борьбы с ними. В течение короткого времени англичане сумели перестроить свою систему противовоздушной обороны, использовать все имевшиеся в их распоряжении средства и значительно снизить эффективность этого оружия. Несмотря на это, Британии был причинен известный ущерб. Только в одном Лондоне насчитывалось свыше 6000 убитых и около 18 000 тяжелораненых. 23 тысячи домов были разрушены и 100 тысяч повреждены, десятки тысяч жителей остались без крова. Особенно сильно пострадал район Лондонского Сити, где на единицу площади приходилось наибольшее количество упавших ракет Фау-1.

    Сравнение количества упавших в Лондоне и его окрестностях снарядов Фау-1 и количества вызванных ими жертв показывает, что на каждый снаряд приходилось 10 убитых и тяжелораненых.

    Кроме Лондона, бомбардировке подверглись Портсмут, Саутгемптон, Манчестер и другие города Англии. В более поздний период немцы применили Фау-2 для бомбардировки городов ранее оккупированных ими стран: Антверпена, Льежа и Брюсселя. По Антверпену было запущено 8696 снарядов, из которых было сбито 2183, а по Льежу — 3141 снаряд[9].

    В то время когда на территории Англии падали снаряды Фау-1, британское правительство уже располагало разведывательными данными о том, что немцы усиленно готовят для использования новые образцы ракет. Информация позволяла судить о возможности новых бомбардировок более эффективным оружием. Высказывались мнения о наличии у немцев больших запасов ракет. В конце июля 1944 года английское правительство приняло решение об эвакуации в случае необходимости из Лондона около одного миллиона жителей.

    В конце августа 1944 года английское правительство рассчитывало, что англо-американские войска очистят от немцев прибрежные районы, которые могут быть использованы под стартовые позиции, и тогда Лондон и Британские острова окажутся недосягаемыми для ракетного оружия немцев.

    В начале 1944 года германским командованием был разработан предварительный план обстрела Лондона и ряда других городов Англии ракетами Фау-2, начиная с марта месяца. Запуски предполагалось вести с 2 стационарных стартовых площадок и 45 полевых, расположенных на полуострове Котантен. Доставку ракет намечалось производить через 7 главных, 4 полевых и 6 промежуточных складов.

    Несмотря на разработанный план обстрела территории Великобритании, формирование предназначенных для этого частей к концу марта было далеко не закончено. 836-й дивизион Фау-2 был более или менее укомплектован, а 485-й дивизион мог быть готов только через 6–7 недель. Запуск Фау-2 в этот период могли производить только 953-й стационарный дивизион и 500-я отдельная батарея, сформированная войсками СС.

    После высадки союзников в Нормандии стартовые площадки Фау-2, подготовленные в районе Шербура, были потеряны. Поэтому немецкое командование приняло специальные меры по ускорению сооружения площадок для производства обстрела Англии из района севернее реки Сомма. В августе 1944 года был составлен предварительный план атаки Лондона ракетами Фау-2 из Бельгии.

    Англичане прилагали настойчивые усилия, чтобы получить более точные сведения о намерениях немцев, однако долгое время их попытки были тщетны.

    Продвижение англо-американских войск к Сене в последнюю неделю августа 1944 года ставило под угрозу некоторые стартовые позиции. 29 августа Гитлер утвердил план обстрела Лондона и Парижа ракетами Фау-2 из района между Турне и Гентом в Бельгии. Однако уже в следующие дни и эта зона оказалась слишком близкой к линии фронта. Район, из которого должна была производиться ракетная бомбардировка, был перенесен в окрестности Антверпена и Малина. К этому времени командование 65-го корпуса было лишено права руководства боевыми операциями Фау-2. Хотя номинально генерал Метц и числился командующим частями Фау-2, но практически руководство перешло к генералу войск СС Каммлеру. Гиммлер наконец добился своей цели, назначив Каммлера специальным уполномоченным по Фау-2, который сосредоточил в своих руках руководство работой по обоим видам ракетного оружия — Фау-1 и Фау-2. В конце августа шла усиленная подготовка новых стартовых площадок для ракет Фау-2. Частям Фау-2 было приказано оставить районы учебной подготовки и сосредоточиться к концу августа на боевых позициях. Из них были сформированы две ракетные группы «Норд» и «Зюд». Группа «Норд» заняла позиции в районе Клеве. Она состояла из первой и второй батарей 485-го дивизиона. Группа «Зюд» в составе второй и третьей батарей 836-го дивизиона заняла позиции в районе Венло и в окрестностях Эйскирхена. Позднее ей была придана 444-я учебно-опытная батарея. С 4 сентября началась транспортировка Фау-2 к стартовым позициям.

    В это время союзники вступили в Бельгию и освободили Брюссель. 5 сентября 1944 года Каммлер отдал приказ группе «Норд» занять позиции в районе Гааги и быть в боевой готовности для начала обстрела Лондона в течение ближайших дней. Одновременно группе «Зюд» было приказано приготовиться к атакам по целям в Северной Франции и Бельгии.

    В 8 часов 30 минут 6 сентября 444-я учебно-опытная батарея выпустила первый снаряд Фау-2, который разорвался в Париже. Однако продвижение войск союзников заставило батарею оставить свои позиции. Ее перебросили на остров Вальхерен для обстрела Англии. Группа «Норд» также приготовилась к обстрелу Лондона.

    Первые две баллистические ракеты Фау-2 на территории Англии разорвались 8 сентября в 18 часов 40 минут. Время между их разрывами составило 16 секунд. Первой ракетой было убито 3 человека и ранено 10, вторая не причинила никакого вреда. В течение следующих 10 дней на Англию упали 27 ракет, из которых 16 на Лондон или в его зону. Предположительно, от 6 до 8 ракет не долетели до целей.

    Большая часть запусков была осуществлена первой и второй батареями 485-го дивизиона из района Гааги, меньшее число — 444-й батареей с острова Вальхерен.

    17 сентября 1944 года союзники начали свое дальнейшее продвижение к Рейну. В связи с этим 485-й дивизион из района Гааги был спешно перебазирован в окрестности Бургштейнфурта (северо-западнее Мюнстера), а 444-я батарея — с острова Вальхерен в Зволле. Каммлер с большой поспешностью перебрался со своим штабом в окрестности Мюнстера. Из-за переброски частей обстрел Англии снарядами Фау-2 в течение ближайших 10 дней не производился.

    В этот период Каммлер отдал приказ 444-й батарее перебазироваться в окрестности Ставорена в Фрисландии. Запуски снарядов с этой позиции начались 25 сентября. Огонь велся по городам Норидж и Ипсвич. Между 25 сентября и 12 октября 444-я батарея выпустила по этим целям 44 снаряда.

    Задержка продвижения союзников в направлении Арнема позволила Каммлеру 30 сентября возвратить часть второй батареи 485-го дивизиона на юго-запад Голландии и начать вновь обстрел Лондона.

    Потеря созданной в Северной Франции системы снабжения частей Фау-2 заставила Каммлера и его штаб спешно организовать новую импровизированную систему снабжения. Она имела крупные недостатки. Промежуточные склады имели весьма бедное оборудование для проверки и ремонта ракет. Иногда ракеты задерживались на отдельных складах, их механическое и электрооборудование подвергалось коррозии, и они делались непригодными к запуску. Организацию подачи ракет в боевые части пришлось изменить. По новой системе ракеты Фау-2 прямо с завода направлялись на перевалочный пункт, расположенный вблизи назначенной стартовой позиции. С перевалочного пункта ракеты Фау-2 на специальном транспорте перевозились на пункт сборки и проверки, откуда доставлялись на стартовую позицию. Такой способ обеспечивал срок пуска ракет через 3–4 дня после отправки их с завода.

    Частая смена стартовых позиций дивизионами Фау-2, потеря всех заблаговременно оборудованных складов в Северной Франции, хрупкость ракет Фау-2, требовавших для перевозки специальных транспортных средств, полное отсутствие как военной, так и технической подготовки у командующего частями Фау-2 генерала войск СС Каммлера явились существенными причинами того, что эффективность бомбардировки Англии была весьма низкой.

    Дополнительной причиной, влиявшей на результативность обстрела Великобритании ракетами Фау-2, стало качество продукции. Дело в том, что немцы были вынуждены использовать труд заключенных концлагерей, которым победа Германии в войне была совершенно не нужна. Мало того, на подземном заводе ракетного оружия была создана интернациональная организация Сопротивления. В одном из тоннелей в 1944 году подпольщики произвели взрыв, который надолго вывел из строя важнейший из участков предприятия. Также была создана система саботажа под лозунгами: «Кто медленнее работает — быстрее добивается мира», «Команда икс (так называли группы заключенных, использовавшихся на строго секретных работах. — Примеч. авт.) — работа нихтс». Иногда удавалось вмонтировать в механизм ракет бракованные детали. Немцы, конечно, понимали, что доверять заключенным нельзя, и старались их использовать только на тяжелых работах. Тем не менее подневольные работники вредили хозяевам как могли. Однако ракетные удары по Соединенному Королевству продолжались.

    В начале октября 1944 года интенсивность обстрела Лондона составляла 2–3 ракеты в сутки. К концу октября количество Фау-2, упавших в Англии, значительно возросло. Увеличилась и точность попадания. В период с 26 октября по 4 ноября на территорию Англии упали 44 ракеты, из них 33 разорвались в районе Лондона.

    Всего за время с 8 сентября 1944 года по 27 марта 1945 года в район Лондона было запущено 1359 ракет. Многие из них по разным техническим причинам не достигли цели. В Лондоне и его окрестностях взорвались только 517 ракет.

    О попадании ракет Фау-2 по отдельным районам и городам Англии дает представлении следующая таблица[10].

    Города и районы Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь Январь Февраль Март Всего
    1944 год 1945 год
    Лондон 16 32 82 47 114 114 112 517
    Эссекс 6 25 40 65 71 90 81 378
    Кент 1 6 16 4 11 14 12 64
    Хардворшир 3 2 3 18 6 2 34
    Норфолк 8 20 1 29
    Суффолк 1 4 1 2 2 3 13
    Суррей 1 2 3 2 8
    Суссекс 2 1 1 4
    Бедфордшир 1 1 1 3
    Букингемшир 2 2
    Кембриджшир 1 1
    Беркшир 1 1
    Всего 34 91 144 121 220 232 212 1054

    Отдельные разрывы Фау-2 причинили значительные потери гражданскому населению. Так, 25 ноября разрывом одной ракеты в Лондоне было убито 160 человек. Наиболее тяжелые потери от ракет Фау-2 Англия понесла в ноябре (более 1400 убитых и раненых). Общее число жертв от Фау-2 составило 2724 убитыми и 6467 тяжелоранеными.

    Британское правительство было серьезно обеспокоено таким положением. Самое трагическое заключалось в том, что с новым ракетным оружием не было никаких средств борьбы.

    В качестве контрмер против ракет Фау-2 англичане могли применить только бомбардировки стартовых позиций немцев. Однако надо признать, что результаты подобных акций были весьма скромными. Только продвижение англо-американских войск во Франции на северо-восток и захват районов стартовых позиций избавили англичан от дальнейших ракетных бомбардировок.

    Последняя ракета Фау-2 по Англии была запущена 27 марта 1945 года, после чего части Фау-2, дислоцировавшиеся в районе Гааги, вместе с остатками частей группы «Норд» перебазировались в Германию. Основная масса личного состава групп «Норд» и «Зюд» была позднее захвачена в плен 9-й армией США.

    В заключение следует сказать, что предпринятая немцами в период 1944–1945 годов ракетная бомбардировка Англии и других стран Европы не принесла успеха германскому командованию. Применением Фау-1 и Фау-2 немцам не удалось изменить военно-политическую обстановку в свою пользу. Шумиха, поднятая нацистами вокруг «секретного» оружия с целью поднять дух войск и населения Германии в обстановке тяжелых поражений вермахта, не достигла результатов.

    Основными объектами ракетных бомбардировок, как известно, являлись крупные города. Ракетное дальнобойное оружие использовалось не для поражения группировок войск, уничтожения промышленных предприятий и других военных объектов, а против гражданского населения как средство терроризма и шантажа. Известен факт, когда в ответ на ухудшение дипломатических отношений со Швецией германское командование планировало пригрозить шведам ракетной бомбардировкой Стокгольма, считая, что такое мероприятие подействует на них весьма запугивающим образом и заставит их занять более угодные для Германии позиции[11].

    Вряд ли немецкое командование не отдавало себе отчета в том, что ракетное оружие того времени в качественном и количественном отношении еще не созрело для того, чтобы играть роль серьезного фактора стратегического значения. Однако характерной чертой германского руководства являлся крайний авантюризм как в политике, так и в стратегии. Поэтому она решилась пустить в ход это оружие в надежде добиться хотя бы психологического эффекта.

    В условиях значительных помех для работы промышленных предприятий, вызванных интенсивными бомбардировками, в обстановке большой спешки при проектировании и подготовке к серийному производству ракетных снарядов Фау-1 и Фау-2 имели место крупные технические просчеты. Частые аварии двигательных установок, большие пределы вероятных отклонений от точек прицеливания исключали при существовавшей в то время мощности боевых зарядов целесообразность применения этого оружия по группировкам войск и отдельным предприятиям военной промышленности и вообще делали такие системы малоэффективными. В то же время производство дальнобойных ракет, особенно Фау-2, требовало больших затрат. Уинстон Черчилль отмечал по этому поводу: «Нам повезло, что немцы тратили так много усилий на производство ракетных снарядов вместо производства бомбардировщиков. Даже наши „Москито“, производство которых, вероятно, обходилось не дороже, чем производство Фау-2, сбрасывали за время своего существования в среднем 125 тонн бомб каждый с отклонением в пределах одной мили от цели, в то время как Фау-2 сбрасывал лишь одну тонну и то с отклонением от цели в среднем на 15 миль»[12].

    К этому надо добавить, что разработка Фау-1 и Фау-2 велась различными ведомствами при отсутствии координирующего органа. Зачастую она определялась не целесообразной технической политикой, учитывающей перспективы развития ракетного оружия, а личными взаимоотношениями ответственных руководителей работ в области ракетостроения с Гитлером и другими нацистскими главарями. Отрицательно отражалась на производстве и использовании Фау-1 и Фау-2 борьба между различными ведомствами, особенно между армейскими кругами и органами Гиммлера за руководство ракетными бомбардировками.

    Удельный вес дальнобойного ракетного оружия в вооруженной борьбе в период Второй мировой войны был незначительным. За все время операции против Лондона — главного объекта бомбардировок — взорвалось 2418 снарядов Фау-1 и 517 ракет Фау-2. Суммарный вес взрывчатых веществ (аммонала) в их боевых зарядах не превышал 3000 тонн. Общие потери гражданского населения Англии убитыми и ранеными от Фау-1 и Фау-2 достигли 42 380 человек, тогда как от авиационных бомбардировок эти потери составили около 146 тысяч человек[13].

    Организуя операцию по ракетным бомбардировкам Англии и других стран, германское командование допустило немало оперативных просчетов. Достаточно сказать, что бомбардировка не явилась для англичан неожиданной, то есть фактор внезапности применения новых средств борьбы был утрачен еще в период подготовки. Бомбардировка не носила характера массированных ударов и велась в отрыве от действий других видов вооруженных сил, в частности авиации. Даже между частями, вооруженными самолетами-снарядами Фау-1, и частями, вооруженными баллистическими ракетами Фау-2, не было согласованных действий.

    Очень отрицательно отразился на боевом использовании ракетного оружия неудачный выбор районов огневых позиций и тылового обеспечения частей Фау-1 и Фау-2. Развертывание боевых порядков этих частей на полуострове Котантен и в Северо-Восточной Франции перед лицом непосредственной угрозы вторжения союзных войск в Нормандию было крупной ошибкой немецкого командования. Это привело к тому, что с высадкой союзников во Франции германским ракетным частям пришлось неоднократно менять районы стартовых позиций, перенося их в общем северо-восточном направлении на территорию Бельгии, Голландии и Северной Германии. Кроме того, первоначальные районы стартовых позиций Фау-1 и Фау-2 находились на большом удалении от немецких центров производства и снабжения ракет, что создавало излишние трудности в подвозе и материально-техническом обеспечении ракетных частей в условиях массированных авиационных налетов союзников на немецкие коммуникации. Это затрудняло также сохранение в тайне мероприятий, связанных с организацией ракетной бомбардировки.

    Оперативное руководство подготовкой и особенно боевой деятельностью ракетных частей со стороны их командующего, ставленника Гиммлера генерала войск СС Каммлера, и его штаба осуществлялось из рук вон плохо. Все это не могло не сказаться отрицательно на общих результатах применения дальнобойных ракетных средств.

    Германское командование вскоре после начала бомбардировок Англии воочию убедилось в низкой эффективности своего «секретного» оружия и в бесцельности его дальнейшего применения, не оправдывавшегося ни политическими, ни военными соображениями. Однако охваченное страстью к разрушению, оно продолжало обстрел Англии до последней возможности. Когда же стартовые площадки на побережье Франции оказались в руках союзников, обстрелу с новых стартовых позиций подверглись Париж, Антверпен, Льеж и Брюссель.

    Расчеты руководителей нацистской Германии на то, что ракетными бомбардировками удастся подорвать моральный дух населения и войск противника, оказались полностью несостоятельными.

    Применение немцами Фау-1 и Фау-2 не привело ни в какой мере к стратегическому изменению обстановки в пользу нацистской Германии. Оно не оказало и не могло оказать влияния на ход вооруженной борьбы на Западном фронте и тем более на общий ход Второй мировой войны, поскольку в этот период ракетное оружие находилось еще в «младенческом возрасте».

    Несмотря на большие успехи в области создания средств доставки боевых зарядов до целей, немцы не располагали в то время взрывчатыми веществами большой силы. Это наряду с малой точностью попадания сводило эффективность первого в истории боевого применения ракет Фау-1 и Фау-2 до минимума. Лишь дальнейшее усовершенствование ракетных средств борьбы в послевоенный период в сочетании с использованием ядерных зарядов сделало ракетное оружие фактором решающего стратегического значения.

    Отсутствие у нацистов ядерных боеголовок спасло от ударов «возмездия» еще одну страну Антигитлеровской коалиции — Соединенные Штаты Америки. А ведь работы по ракетам, способным достать территорию США, велись германскими специалистами еще с конца 1941 года.

    Еще в начале войны в Пенемюнде началась проработка возможности нанесения ракетных ударов по США. Однако ракета А-4 по причине ограниченной дальности для этой цели не годилась. Поэтому для увеличения дальности полета было предложено на базе ракеты А-4 создать крылатую ракету с большей дальностью. Но расчетная дальность крылатой модификации ракеты, получившей обозначение А-4В, составляла 500–600 км, что также было недостаточно для достижения территории США. Поэтому в 1943 году была разработана методика запуска ракет из плавучих стартовых контейнеров.

    Такой контейнер с размещенной в нем ракетой должен был доставляться в заданный район на буксире за подводной лодкой. Во время буксировки контейнер находился в подводном положении, а перед пуском ракеты он путем перекачки балластной воды переводился в вертикальное положение (наподобие поплавка). Предполагалось, что подводная лодка класса XXI будет способна одновременно буксировать три контейнера с ракетами. Однако с усилением ПВО и ВМФ США от такой идеи немецкому командованию пришлось отказаться, тем не менее до конца войны на верфи в Эльблаге был построен один стартовый контейнер.

    Тогда конструкторы фон Брауна приступили к разработке двухступенчатой ракеты под обозначением А-9/А-10, которая должна была запускаться с территории Европы. Первую ступень составляла ракета-носитель А-10 высотой 20 м, диаметром 4,1 м и стартовым весом 69 т. ЖРД первоначального варианта А-10 имел 6 камер сгорания, аналогичных камере сгорания ракеты А-4, работавших на одно реактивное сопло. Затем этот вариант был заменен другим — с одной большой камерой сгорания.

    В качестве второй ступени предусматривалась крылатая ракета А-9. Длина ее составляла 14,2 м, диаметр 1,7 м, полный вес 16,3 т. В носовой части предполагалось разместить около тонны взрывчатого вещества. В средней части первоначально предусматривалось установить стреловидное крыло, в дальнейшем по результатам продувок в аэродинамических трубах его заменили дельтовидным крылом. Обеспечить необходимую точность наведения при дальности полета около 5 тыс. км в то время мог только летчик, поэтому А-9 была пилотируемой. За отсеком с боезарядом в носовой части ракеты предусматривалось установить герметичную кабину пилота. Для достижения расчетной дальности максимальная высота траектории полета превышала 80 км, то есть ракета должна была выходить в космическое пространство. При этом летчик, управляющий ракетой, мог бы формально считаться космонавтом. Необходимо напомнить читателю, что спустя почти двадцать лет за подобные суборбитальные полеты на кораблях «Меркурий» (без выхода на орбиту) американцы Шеппард и Гриссом получили звание астронавтов. Сценарий полета ракеты А-9/А-10 должен был выглядеть так. После запуска ракеты и отделения первой ступени А-10 вторая ступень А-9 с работающим ЖРД продолжала полет с увеличением высоты и скорости. После выработки топлива ракета переходила в режим планирования, а летчик брал управление на себя. Дальнейший полет он должен был осуществлять, используя для навигации радиосигналы с подводных лодок. Выведя машину на цель и стабилизировав ее траекторию, пилот должен был катапультироваться. Теоретически предполагалось, что спустившегося на парашюте летчика подберут немецкие подводные лодки или он попадет в плен к американцам. Специалисты же оценивали реальные шансы летчика приземлиться или приводниться живым как 1:100. Первый полет системы А-9/А-10 планировался на 1946 год.

    В 1943 году разработка проекта А-9/А-10 шла полным ходом, однако произошедшие вскоре события заставили немецкое руководство изменить планы. Дело в том, что еще в 1942 году разведка союзников заинтересовалась сверхсекретными немецкими объектами в районе Пенемюнде. Была разработана операция, целью которой являлась массированная бомбардировка электростанции, завода по производству жидкого кислорода, сборочных корпусов и т. д. Чтобы усыпить бдительность немцев, разведывательные самолеты союзников в течение нескольких месяцев до назначенной операции совершали регулярные полеты вдоль побережья от Киля до Ростока. Немецким же средствам ПВО было категорически приказано не открывать огонь по самолетам-разведчикам и не поднимать истребители-перехватчики во избежание демаскировки объектов в Пенемюнде. И вот поздно вечером 17 августа 1943 года союзная армада в составе почти 600 дальних бомбардировщиков вылетела на задание. Немцы восприняли эту операцию как намерение бомбить Берлин, по этой причине ПВО Берлина была приведена в состояние полной боевой готовности. Однако неожиданно для немцев союзная армада над островом Рюген изменила курс: вместо того чтобы повернуть на юг к Берлину, бомбардировщики повернули на юго-восток. В эту ночь на Пенемюнде было сброшено более 1500 тонн фугасных и зажигательных бомб, ракетному центру был нанесен огромный ущерб. Во время бомбежки погибли более 700 человек, среди которых было много специалистов, в том числе главный конструктор двигателей для ракет А-4 и Wasserfall доктор Тиль и главный инженер Вальтер.

    Сразу после налета на Пенемюнде были приняты меры по ускорению строительства в известковых горах Гарца вблизи Нордхаузена огромного подземного завода «Миттельверк». Этот завод предназначался для массового производства авиационных ТРД и ракет V1 и V2. Для работ на этом заводе немцы использовали 30 тыс. заключенных, размещенных в специально построенном для этой цели концлагере «Дора». Испытательный полигон для ракет срочно оборудовали в Польше. В Пенемюнде остались только конструкторское бюро и испытательные лаборатории.

    В этих условиях было приказано работы по А-9/А-10 заморозить, а все усилия сосредоточить на серийном выпуске баллистической ракеты А-4.

    В июне 1944 г. по приказу Гитлера работы возобновили под кодовым названием Projekt Amerika. Чтобы ускорить работы, решили за основу взять крылатую ракету А-4В, а разработку вести в беспилотном и пилотируемом вариантах. На пилотируемой крылатой ракете А-4В предполагалось установить самолетное шасси, а также дополнительный турбореактивный или прямоточный воздушно-реактивный двигатель в нижнем стабилизаторе, летчик располагался в герметичной кабине в носовой части ракеты.

    К концу 1944 года немцы успели построить только опытные образцы беспилотного варианта ракеты А-4В. Испытания первого опытного образца состоялись 27 декабря 1944 года. Пуск закончился аварией из-за отказавшей на высоте около 500 м системы управления ракетой. Успешно завершился только третий запуск беспилотной ракеты, действительно состоявшийся 24 января 1945 г. Ракета достигла скорости 1200 м/с и высоты 80 км, но после перехода в режим планирования у нее сломалось крыло, и ракета упала в море.

    Реализовать до окончания войны задуманные проекты пилотируемых крылатых ракет А-4В и А-9 немцам не удалось, все работы так и остались на стадии эскизных прорисовок. Что касается подготовки летчиков для полетов на ракетах — действительно, в составе 5-й эскадрильи 200-й бомбардировочной эскадры с 1943 года готовилась группа летчиков-самоубийц для полетов на самолетах-снарядах и крылатых ракетах. Однако ни одного случая боевого применения немецких летательных аппаратов с летчиками-самоубийцами до конца войны не было зафиксировано.

    5 мая 1945 года испытательный центр Пенемюнде был захвачен советскими войсками, но весь научно-технический персонал Ракетного центра успел еще в апреле эвакуироваться в Баварию. Вернер фон Браун укрылся на альпийском лыжном курорте, где после объявления о капитуляции Германии он сдался американцам. Его, как и тысячи других крупных нацистских ученых и инженеров, в рамках секретной операции «Скрепка» переправили в США. Там он продолжал работать по ракетной тематике Пентагона, находясь под пристальным наблюдением спецслужб. В 1951 году под руководством фон Брауна были разработаны баллистические ракеты «Редстоун» и «Атлас», которые могли нести ядерные заряды.


    Размещение ракетных частей нацистской Германии для бомбардировки Англии

    «Самолеты-убийцы»

    Эта глава книги посвящена германским серийно выпускавшимся пилотируемым аппаратам, предназначенным для поражения наземных объектов. Вопреки распространенному в последнее время мнению о многочисленных эффективных проектах немецких конструкторов, до реального применения «дошли» всего две разработки, а остальные так и остались экспериментальными.

    Несмотря на свою конструктивную простоту и малую стоимость самолеты-снаряды Фау-1 (Fi-103) не отличались особой точностью при поражении относительно небольших объектов. А уничтожать мосты, командные пункты, корабли и другие цели иногда было просто необходимо. Однако для создания эффективных систем наведения нужно время, а его-то как раз у ученых нацистского государства не было. Поэтому была выдвинута идея о замене дорогостоящего механизма наведения человеком. Несмотря на то, что практические шансы пилота покинуть кабину самолета-снаряда с парашютом (согласно инструкции) при высокой скорости пикирования и благополучно приземлиться (или приводниться) оценивались многими германскими специалистами как один из ста, а использование летчиков-смертников противоречит христианскому отношению к смерти, было решено разработать боевой пилотируемый вариант Фау-1. Сторонниками подобных идей были авторитетные в Третьем рейхе люди: известная летчица-испытатель Ханна Райч и «диверсант № 1» Германии гауптштурмфюрер СС Отто Скорцени.

    Осенью 1943 года офицер люфтваффе гауптман Хайнрих Лянге возглавил небольшую группу летчиков-добровольцев для отработки методики применения «нестандартных» атак наземных и надводных целей противника, включая и атаки с помощью пилотируемых самолетов-снарядов. В октябре 1943 года состоялась встреча X. Лянге с известной летчицей-испытателем Ханной Райч и доктором Бенцингером, руководителем Германского института авиационной медицины. Они разработали конкретные предложения по применению пилотируемых самолетов-снарядов, которые затем были обсуждены у Э. Мильха, заместителя Г. Геринга. Ханне Райч было поручено представить конечный вариант предложений лично А. Гитлеру, что и было сделано 28 февраля 1944 года. Результатом рассмотрения этих предложений стал приказ о развертывании работ по исследованию различных «нестандартных» методов атаки на базе 200-й бомбардировочной эскадры KG 200 (Kampfgeschwader 200).

    В составе KG 200 создали специальную экспериментальную 5-ю эскадрилью 5./KG 200, командиром которой назначили X. Лянге. Неофициально эскадрилья имела название «Леонидас штаффель» (Leonidasstaffel) по имени античного героя Фермопил спартанского царя Леонида, задержавшего вместе со своим отрядом из 300 человек до подхода основных сил многотысячное войско персидского царя Ксеркса, что ясно указывало на ее назначение. Летный состав 5./KG 200 насчитывал 90 человек: 60 человек из люфтваффе и 30 из эсэсовской команды О. Скорцени. Руководство всеми работами, связанными с формированием групп летчиков-самоубийц и отработкой ими методов атаки, было возложено на начальника Генерального штаба ВВС генерала Кортена. Авиационным фирмам было поручено разработать для этих целей пилотируемые летательные аппараты.

    Несмотря на то что было изготовлено несколько конструкций пилотируемого самолета-снаряда с реактивным двигателем, до серийного производства довели конструктивно схожий с беспилотной ракетой Фау-1 самолет-снаряд «Райхенберг». Всего было разработано четыре варианта подобного летательного аппарата:

    Fi-103A1 «Райхенберг I» — двухместный самолет без двигателя;

    Fi-103A1 «Райхенберг II» — двухместный самолет с двигателем;

    Fi-103A1 «Райхенберг III» — одноместный самолет с двигателем;

    Fi-103A1 «Райхенберг IV» — боевая модификация.

    Первые три модификации предназначались для испытаний и обучения летного состава, четвертый — для боевого применения. «Райхенберг» буксировался в воздухе самолетом «Хеншель» Hs-126, все остальные запускались в воздухе с бомбардировщика «Хейнкель» Не-111Н22.

    «Райхенберг» отличался от беспилотного Fi-103 только установкой кабины летчика перед воздухозаборником двигателя (вместо отсека с баллонами сжатого воздуха) и наличием элеронов на крыле. В кабине устанавливалось сиденье летчика, приборная доска с прицелом, высотомером, авиагоризонтом, указателем скорости и часами. Кроме того, в кабине располагались гирокомпас и электрическая батарея с преобразователем. Управление самолетом осуществлялось при помощи обычной ручки и педалей. Фонарь кабины открывался вправо, лобовое стекло было бронированным.

    Первые опытные образцы «Райхенберга» не имели системы спасения летчика. На серийных же машинах предполагалось установить простейшую систему аварийного покидания, аналогичную системе, применявшейся на самолете-снаряде DB P.F или на реактивном штурмовике фирмы «Хеншель» Hs-132. При воздействии на рычаг катапультирования открывался замок донного люка, освобождая его, после чего летчик выпадал вниз из кабины вместе с парашютом.

    Опытный образец «Райхенберга» был изготовлен на заводе фирмы «Хеншель» в Берлин-Шонефельде. Летные испытания машины начались в Рехлине в сентябре 1944 года. Пилот во время первого полета получил серьезные повреждения спины из-за высокой скорости приземления на подфюзеляжную лыжу. Во время второго полета сорвало фонарь, и снова пилот получил серьезные повреждения во время посадки. После доработки конструкции машины испытания продолжились, несколько полетов выполнил Вилли Фидлер, летчик-испытатель фирмы «Физелер». Ханна Райч, испытывавшая третью опытную машину, завершила первый полет успешно, несмотря на полученные машиной при отцепке от самолета-носителя повреждения. Однако второй полет этой же машины из-за потери песочного балласта, который размещался в фюзеляже вместо боеголовки, завершился аварией: самолет разбился, но известная летчица осталась жива.

    Вскоре был построен двухместный тренировочный образец без двигателя «Райхенберг-I», а в ноябре — двухместный аппарат с двигателем «Райхенберг-II». Во время второго испытательного полета «Райхенберга-III» 5 ноября 1944 года обломилась законцовка левой консоли крыла из-за сильной вибрации от двигателя, но летчик-испытатель Хайнц Кенше сумел покинуть тесную кабину и спуститься на парашюте. Эта авария продемонстрировала огромную трудность покидания в полете аппарата даже для высококвалифицированного летчика-испытателя.

    В конце 1944 года началась подготовка инструкторов для обучения летного состава полетам на «Райхенберге-IV», а под Данненбургом были подготовлены производственные мощности для переделки Fi-103 в пилотируемые «Райхенберги». Как уже говорилось, «Райхенберги» предназначались для «Леонидас штаффель» эскадры KG 200. Из готовившихся пилотов-добровольцев приблизительно 35 человек прошли обучение до конца февраля 1945 года, но далее обучение было приостановлено из-за нехватки топлива. Во время испытательного полетав Рехлине 5 марта удача отвернулась от летчика-испытателя Кенше — он погиб после того, как при выполнении режима пикирования сорвало обшивку с крыла «Райхенберга».

    Эта катастрофа переполнила чашу терпения командира KG 200 подполковника Баумбаха, который был противником программы «Райхенберг». Баумбах обратился за помощью к министру вооружений и военной промышленности Альберту Шпееру. 15 марта Шпеер и Баумбах посетили Гитлера, и Шпеер смог убедить фюрера в том, что самоубийство не соответствует традициям немецких военных. В конце концов Гитлер с этими аргументами согласился, и в тот же день Баумбах приказал расформировать эскадрилью летчиков-самоубийц. К тому времени более 200 самолетов-снарядов «Райхенберг» уже находились на складах люфтваффе в Данненберге и Пулверхофе, но ни один из них так никогда и не был применен в боевых действиях.

    Завод в Данненберге несколько раз посетили японские офицеры с целью ознакомления с процессом постройки «Райхенберга». Немецкая технологическая помощь была оказана при разработке японского аналога «Райхенберга» — самолета-камикадзе фирмы «Каваниси» «Байка», которому тоже не посчастливилось принять участие в боевых действиях.

    Самолет-снаряд Fi-103R («Райхенберг-IV») имел следующие характеристики: экипаж — 1 человек, силовая установка — 1 ПуВРД As 014 тягой 300 кгс, размах крыла — 5,7 м, длина самолета — 8,0 м, взлетный вес — 2250 кг, вес боеголовки — 830 кг, максимальная скорость — 800 км/ч, дальность полета (при сбросе с высоты 2500 м) — 330 км, продолжительность полета — 32 мин.

    Другой реализуемой идеей по повышению точности поражения объектов стала разработка составных самолетов-снарядов — так называемых «Мистелей».

    Еще в предвоенные годы в Великобритании авиаконструктор Роберт Майо предложил схему составного почтового самолета для осуществления трансатлантических перелетов. Составной самолет представлял собой систему из двух гидросамолетов, установленных один на другом. Опытный экземпляр подобного летательного аппарата был собран по заказу министерства авиации. Слегка измененный четырехмоторный гидросамолет S.21, названный «Майа», был нижним самолетом-носителем. Сверху устанавливался четырехмоторный гидросамолет S.20 «Меркурий». Первый полет с разделением имел место 6 февраля 1938 года. После большого количества испытательных полетов «Меркурий» 21 июля 1938 года совершил беспосадочный перелет в Монреаль (команда) продолжительностью 20 часов 20 минут, покрыв расстояние в 4715 км, неся на борту 272 кг почты. 6 октября «Меркурий» совершил рекордный беспосадочный перелет до Южной Африки (9652 км). Начавшаяся война прервала эксплуатацию составного самолета — в мае 1941 года он был разрушен во время налета немецкой авиации.

    В Советском Союзе работы с составными самолетами-снарядами велись в конце 30-х годов. В качестве самолета-снаряда использовался бомбардировщик ТБ-3 с 3,5 т взрывчатки, на спине ТБ-3 крепился самолет управления КР-6. Радиус действия этой сцепки составлял около 1200 км.

    Советский авиаконструктор B. C. Вахмистров (автор знаменитого проекта «Звено») в 1944 году разработал проект составного самолета-снаряда, основой которого являлся планер с установленным на его спине самолетом управления. Планер был выполнен по схеме с двухбалочным хвостовым оперением, причем в каждой балке располагалась бомба весом 1000 кг. Самолет управления обеспечивал доставку планера в район расположения цели. Взлет сцепки осуществлялся при помощи сбрасываемой стартовой тележки. Доставив планер в заданный район, самолет осуществлял прицеливание и отцеплял его. После отцепки от самолета планер должен был лететь по направлению к цели, используя гироскопический автопилот. Однако проект не был реализован.

    В 1941 году Германия, используя опыт СССР и Англии, также начала разработку составных самолетов-снарядов. После первоначального изучения специалисты технического департамента RLM отклонили эту идею на том основании, что для нее нет практического применения. Однако уже с 1942 года по заданию министерства в планерном институте DFS началось изучение особенностей полета увязки из планера и установленного у него на спине самолета управления. Первоначально эксперименты проводились с планером DFS 230, а в качестве самолета управления использовались аппараты К-135, Fw-56 и Bf-109E. В итоге приняли решение о начале летных испытаний опытной связки из самолета-снаряда, в который переоборудовали бомбардировщик «Юнкерс» Ju-88A, и самолета управления, в качестве которого использовался истребитель «Мессершмитт» Bf-109F. После окончания испытаний была принята программа под кодовым названием «Бетховен». В рамках этой программы в июле 1943 года RLM выдало фирме «Юнкерс» задание на подготовку 15 экземпляров боевой системы «Мистель-1» (mistel— «упряжка с навозом»). Эта система состояла из бомбардировщика Ju-88А и истребителя Bf-109F и получила название «Мистель-1».

    Весной 1944 года в составе 4-й группы бомбардировочной эскадры KG 101 (IV/KG 101) сформировали специальную эскадрилью, на вооружение которой стали поступать «Мистели-1». Для обучения летного состава использовались Ju-88A4 без боевой части, из кабины самолета снималось почти все оборудование, такие учебные машины обозначались «Мистель» S1. Боевые же машины оборудовались следующим образом. Носовая часть Ju-88A4 легко отделялась при помощи быстросъемных болтов и заменялась боевой частью с кумулятивным зарядом весом 3800 кг. Истребитель устанавливался сверху на двух передних жестких стойках и одной задней подпружиненной стойке. Предусматривалось два варианта боевого применения связки. По первому варианту взлет и полет к цели осуществлялся только при работающих двигателях нижней машины. Запуск двигателей верхней машины осуществлялся при приближении к цели, после чего летчик переводил связку в пологое пикирование и отцеплялся. Механизм отстыковки в полете был следующим. Летчик самолета управления освобождал заднюю стойку, которая, откидываясь назад вдоль фюзеляжа бомбардировщика, нажимала концевой выключатель, раскрывавший замки основных стоек. Освободившийся бомбардировщик пикировал на цель, а самолет управления уходил на базу. Второй вариант предусматривал совместную работу двигателей обоих самолетов до момента расстыковки, при этом двигатель верхнего самолета питался топливом от носителя. Ночью 24 июня 1944 года эскадрилья «Мистелей-1» из состава IV/KG 101 впервые атаковала корабли союзников во Франции в устье реки Сены.

    Разрабатывались и другие варианты «Мистелей». Например, «Мистель-2» представлял собой связку Ju-88G1 с Fw-190A6 или Fw-190F8. В 1944 году было переоборудовано 75 стоявших на ремонте бомбардировщиков Ju-88G1 в «Мистели-2». Первый образец взлетел в ноябре того же года, планировалось поставить 125 экземпляров.

    «Мистель-3» представлял собой модернизацию «Мистеля-2», у которого под фюзеляжем нижнего самолета устанавливалась дополнительная стойка шасси, сбрасываемая после взлета. Усиление шасси было вызвано несколькими авариями «Мистелей-2» из-за поломок стоек при взлете с плохо подготовленных аэродромов.

    В октябре 1944 года 4-я группа бомбардировочной эскадры KG 101 была передана в состав II/KG 200, на ее вооружении состояло 60 «Мистелей». В декабре предполагалось осуществить массированную атаку военно-морской базы англичан в Скапа-Флоу, однако из-за плохих погодных условий атака не состоялась. Тогда немецкое командование перенацелило «Мистели» на применение их в рамках операции «Eisenhammer» («Железный молот»), которую запланировали на март следующего года. Суть операции, техническую часть которой разработал профессор Штайнманн из RLM еще в 1943 году, заключалась в единовременном нанесении бомбовых ударов по электростанциям, расположенным в европейской части территории Советского Союза, с целью парализовать оборонную промышленность. Для этих ударов разрабатывались специальные авиационные мины «Sommerballon» («Летний баллон»), которые должны были сбрасываться в водохранилища электростанций. Оставаясь на плаву, мина течением воды должна была доставляться к гидроэлектрическим турбинам или системам забора воды для охлаждения тепловых турбин и выводить их из строя. Для выполнения операции «Железный молот» требовалось около 100 «Мистелей». Согласно сценарию планировавшейся операции «Мистели» должны были взлетать с аэродромов в Восточной Пруссии, однако в марте эти аэродромы были захвачены наступавшими советскими войсками. В связи с изменением обстановки II/KG 200 получила приказ перенацелить свои «Мистели» для ударов по мостам на реках Одере, Нейсе и Висле. С апреля к этим боевым действиям была подключена бомбардировочная эскадра KG 30, частично перевооружившаяся на «Мистели». Согласно советским данным, 16 апреля 1945 года, после начала берлинской стратегической наступательной операции, 16 самолетов-спарок «Мистель» пытались разрушить переправы через Одер, чтобы остановить наступление войск 1-го Белорусского фронта на столицу рейха, но потерпели неудачу.

    Разрабатывался вариант «Мистеля-3», который предназначался для многоразового использования в качестве сверхдальнего истребителя. При этом нижний самолет пилотировался своим экипажем, в носовой части фюзеляжа располагался радар, а в задней части кабины устанавливался пулемет MG-131, для достижения максимальной дальности подвешивались два сбрасываемых топливных бака емкостью по 900 л.

    «Мистель-4» представлял собой связку из Ju-88G7 и истребителя Та-152Н. До конца войны их построили около 250 экземпляров, до 50 экземпляров захватили союзные войска в районе Мерсербурга.


    Схема различных вариантов системы «Мистель» (сверху вниз): А — «Мистель» S1 (комбинация Jи-88А4 и Bf-109F4); Б — «Мистель» S2 (комбинация Ju-88G1 и Fw-190A8); В — «Мистель» S3s (комбинация Ju-88G10 и Fw-190A8)


    Примечания:



    1

    Dornberger W. V-2. London, 1954, pp. 37–38.



    2

    Dornberger W. Op. cit., pp. 66, 69.



    3

    Norman MacMillan. Royal Air Force in the World War. Vol. IV, p. 176.



    4

    Dornberger W. Op. cit., p. 112.



    5

    Ibid., p. 164.



    6

    Все намеченные 8 хранилищ так и не удалось соорудить до конца войны (См. В. Collier. The Defence of the United Kingdom. London, 1957, p. 361.).



    7

    Churchill W. The Second World War, vol. VI, p. 35.



    8

    По данным В. Collier. Op. cit., p.523.



    9

    «Army», April, 1956, p. 23.



    10

    Collier B. Op. cit., p.257.



    11

    В одном из документов оперативного руководства ОКВ (№ 8803/45 сс от 5 января 1945 года) в связи с этим говорилось: «В докладе военного атташе в Стокгольме с оценкой обстановки на 13 декабря 1944 года настойчиво, и по-видимому, обоснованно указывается, что опасность вступления Швеции в войну против Германии значительно возросла в течение 1944 года, особенно с момента замены генерала Тернеля генералом Юнгом. Эта обстановка позволяет вновь выдвинуть предложение, ранее внесенное квартирмейстерским отделом. Это предложение заключается в постройке небольшого числа стартовых площадок для самолетов-снарядов Фау-1 и ракет Фау-2, направленных против Стокгольма. Можно предположить, что такое мероприятие подействует на Швецию весьма запугивающим образом. Перед шведами возникает опасность грозных контрмер со стороны Германии… Можно рассчитывать на то, что сам факт сооружения стартовых площадок станет известным в Швеции в кратчайший срок».



    12

    Churchill W. Op. cit., p. 48.



    13

    Collier В. Op. cit., p. 528.