ЛЕКЦИЯ В ХАРЬКОВЕ


В каждой лекции есть своя прелесть. В Питере и Москве публика подготовленная. Здесь требуется полет мысли, новая информация. В других городах часто налетаешь на людей неподготовленных. Дайте мне здоровья — вот главный их девиз. «Халаф» в переводе с иврита означает «молоко». Молоко ребенок получает от матери бесплатно, но энергию и заботу, полученную от матери, ребенок потом должен вернуть уважением и заботой о родителях. Это извечный принцип природы, закон диалектики, если хотите.

Вселенная разжимается и сжимается, пульсирует, и чередование этих противоположностей создает движение и развитие. Есть разница потенциалов — движение будет. При низкой энергетике человек устремляется. сначала к одному потенциалу, а потом к другому. Возникает разность потенциалоз во времени. На высоком уровне развития два потенциала, как две противоположности, присутствуют рядом. Тот, кто пытается разделить весь мир на добро и зло, живет одним потенциалом. Но если человек хочет, чтобы его сердце только сжималось, он умрет. Если он ждет только расширения, он умрет тоже. Чтобы человек жил, сердце Должно работать в двух противоположных циклах — сжатия и расширения. Человек может получать сколь угодно много, но в том случае, когда он готов отдать не меньше. Когда мне еще в детстве и юности делали добро и я не мог в ответ отблагодарить, я говорил себе: у меня Должна быть хорошая память на добро, я когда-нибудь Потом постараюсь отдать больше, чем я получил.


От слова «халаф» произошло русское слово халява, означающее желание получить, не возвращая. Иметь высокую зарплату, не работая, получить здоровье, не меняясь при этом, не совершая мучительной работы над собой. Здоровье зарабатывается так же, как и деньги. Воспитывать свои эмоции — это тяжелый труд, только зарплату выдают не сразу.

Мошенник должен убедить человека в том, что за копейки он может получить то, что стоит гораздо больших денег, а иногда не надо и убеждать — таких людей много. Они сами ищут мошенников. И вот уже армия целителей, колдунов, экстрасенсов обещает любые блага: и здоровье, и благополучие, и исполнение желаний. Не надо меняться, не надо заботиться о душе — приходи и все получишь. Другие действуют изобретательней. Берут большие деньги, убеждая, что сделают человека здоровым и счастливым. Не сделают!

Наше здоровье, наша судьба — это наше мировоззрение, наш характер. Неправильное мировоззрение — это уже болезнь. Я вспоминаю вчерашнюю лекцию в Харькове. Передо мной проплывают лица людей, задающих вопросы. Вот во втором ряду поднимается мужчина.

— У моего сына рак, — говорит он, — ситуация критическая. Вы могли бы помочь? Можно ли продиагностировать сейчас моего сына?

Я понимаю этого человека. Когда болеет и умирает твой ребенок, это пытка, но одновременно вижу, что его душа переполнена осуждением людей, его душа поклоняется духовности, принципам, идеалам. Это для него важнее любви, это для него неприкосновенно. Говоря моим языком, зацепка за будущее, за идеалы бешеная. Может быть, он читал мои книги, может быть, попытался что-то изменить, но я сейчас вижу его подсознание, и там ничего не изменилось. Значит, либо не поверил, либо поленился, либо просто не читал книг. Ребенок многократно усиливает эмоции родителей. Интересно, если я сейчас скажу отцу, что его ребенок подсознательно убивает всех людей, поверит ли он мне? Ведь осуждение и обиды — это убийство. И глядя в глаза мужчине, я понимаю: вряд ли.

Когда меня просят смотреть больных детей, часто я ограничиваюсь родителями. Какой смысл оценивать состояние больного ребенка, если родители подсознательно ненавидят себя или других. Как они могут помочь своему ребенку, если сами не изменились?

— Вы не преодолели осуждение людей, — говорю я мужчине. — Вы не можете принять травмирующую ситуацию, вы не можете сохранить любовь при крахе идеалов и надежд. Сумеете измениться — поможете ребенку.

Я вижу, что мужчина меня не понимает. Оглушенный, он садится на свое место, от него идут флюиды непонимания.

Наши чувства — это поле, и мы ощущаем друг друга на любом расстоянии. Мне хочется еще что-то сказать этому мужчине, но я останавливаю себя. Я проходил это уже много раз: бесполезно и даже вредно помогать тому, кто не хочет помогать себе сам. Он просто по-другому представлял мою помощь. А что мне надо было сказать? Ваш сын здоров, идите домой? Не получается так.

Есть такое понятие — психологическая установка. Человек видит мир таким, каким он его ожидает увидеть, и даже если реальность отличается от ожидаемой картины, человек ведет себя в рамках своей модели. Когда мы считаем, что мы видим окружающий мир во всей реальности, мы наивно ошибаемся. Каждое живое существо создает эмоциональную модель окружающего мира. Это, можно сказать, его картина мира. На ее поддержание и развитие уходит очень много энергии. Но на самом деле мы не видим реального мира. Мы живем в мире, созданном нашими мыслями и эмоциями, и реагируем на мир в рамках нашей модели, безжалостно отбрасывая то, что ей не соответствует. И когда наша модель начинает слишком отличаться от реальности, мы все агрессивнее ее защищаем, потом впадаем в уныние, болеем и умираем. На изменение модели мира уходит очень много сил. Человека с узкой, ограниченной моделью мира называют дураком. Упорствующий дурак — это человек, не желающий развиваться. Этот человек обречен. И если о таком человеке будет заботиться государство, таким образом поддерживая процесс деградации, это государство тоже будет вырождаться и умирать.

Я вспоминаю умное изречение, которое я прочитал в одном из журналов — хочешь помочь новичку, работай рядом с ним; хочешь помочь старику — работай вместо него; хочешь помочь мастеру — не мешай; хочешь помочь дураку — сам дурак! В переводе это означает, что человек с суженной моделью мира не услышит правильных советов. Сначала его модель должна разрушиться — это могут сделать болезни, несчастья, неприятности. И только когда он чувствует, что его модель несостоятельна, он откроется для новой информации. Это его личный, часто мучительный выбор.

С четвертого ряда поднимается молодая женщина и рассказывает свою историю:

— Я давно читаю ваши книги, но испытание, наверное, не прошла и поэтому разошлась с мужем. Сейчас живу одна и воспитываю маленькую дочь, мне очень тяжело. Я хочу развивать свою духовность, но у меня совершенно нет времени. Я чувствую себя в безвыходном состоянии, у меня начинается депрессия. Я хочу оставить дочь и уйти в монастырь. Скажите, могу я это сделать?

Я понимаю, почему она разошлась с мужем. Женщина, которая поклоняется духовности, простить мужчину не может. Все, чему мы поклоняемся, должно быть вечным и незыблемым. Поклоняясь духовности, мы поклоняемся совершенству, и любое отклонение от идеала, любая несправедливость не оставляют нам шансов сохранить любовь и снисходительность.

Я в упор гляжу на женщину и понимаю, что говорить ей, что у нее зацепленность за идеалы, бесполезно, что у нее исковеркана картина мира, что в ее модели мира понятие любви заменено понятием духовности. Возникает пауза. Весь зал смотрит на меня, ожидая, что я скажу.

— А что такое духовность? — обращаюсь я к женщине.

Она недоуменно молчит. На самом деле, думаю я, она не стремится к духовности. Она просто хочет уйти от болевой ситуации. Ей тяжело жить, она создала себе красивую и удобную модель — справедливый и красивый мир духовности. Предположительно это монастырь, там будет легче. Ее внутреннее поклонение духовности — это жажда уйти в красивый, чистый, бесконфликтный мир; она просто хочет быть в раю и презирает мужа и этот мир за боль, которую они ей причиняют. Она хочет красивой и чистой любви без боли, страданий и изменений, она хочет, чтобы сердце только разжималось и никогда не сжималось.

Боль преодолевается устремлением к любви и Богу. Когда начинаешь видеть Божественное во всем и реагировать на любой дискомфорт вспышкой любви, тогда появляется энергия для преобразования, воспитания этого мира, управления им. Она не научилась любить и просто хочет убежать от боли. Что делают монахи в монастыре? Работают, отрешаются, ограничивая и сдерживая себя, молятся. Но она находится сейчас в таком же состоянии. Ей нужно работать, чтобы прокормить дочь. Ее возможности ограничены, и нужно сдерживать себя во многом, а время для молитвы всегда можно найти. Она уже в монастыре, но не понимает и не хочет понять этого.

Окружающий мир — это точка приложения нашей любви. Это возможность отдать энергию — люби, радуйся, молись! А духовность — это производная от любви. После лекции я задал вопрос своим слушателям: каковы признаки духовного человека? И никто толком не смог ответить. Я начал помогать:

— Может духовный человек быть жестким?

Может.

Может он быть жадным?

Не может.

Вот видите, одно качество мы уже нащупали. Может духовный человек ненавидеть?

Нет, конечно.

А обижаться?

Тоже нет, духовный человек легче прощает, чем другие.

— А осуждать других духовный человек может?

Возникает пауза.

— Настоящий духовный человек не должен осуждать Других, — с некоторой неуверенностью замечает один из них.

— А что такое настоящая духовность? Опять повисает пауза.

Духовный человек не только умный, но и мудрый, — подсказываю я. — А мудрость — это ум, соединенный с любовью. А может духовный человек переедать?

Нет, — хором отвечают все. — Наоборот, он ест меньше чем другие. Не зря говорят: святым духом питается.

А может духовный человек быть корыстным, привязчивым, завистливым?

Конечно, нет, — последовал незамедлительный ответ.

— Давайте обобщим наши выводы, — предложил я. — Как правило, духовный человек является мудрым, то есть он видит причинно-следственную связь событий в окружающем мире. Он понимает связь между поступком и его последствиями, то есть духовный человек является мудрым и дальновидным. У него развито стратегическое мышление, то есть он видит последствия наших поступков в отдаленном будущем. Духовный человек ощущает единство со всеми людьми, поэтому для него невозможно унизить, оскорбить, предать другого. Духовному человеку свойственно бескорыстие. Он умеет жертвовать, сдерживать свои желания, заботиться о других. Духовный человек может быть жестким и принципиальным, отстаивая свою любовь и нравственность, не идя на поводу у других. Попробуем обобщить все эти моменты.

Человек, преодолевший зависть, жадность, поклонение еде и сексу, — это человек, уменьшивший свою зависимость от окружающего мира и от своего тела. Как добиться уменьшения этой зависимости? Жертвуя и воздерживаясь. Чтобы абстрактно мыслить, нужно отрешиться от объекта; чтобы стать мудрым, нужно отрешиться от этого мира. Поэтому пост, воздержание, уединение, молчание способствуют духовности. Когда мы отрешаемся от материального мира, нам легче выйти на тонкие планы. Именно там уровень единства гораздо выше. Там лучше видны связи между явлениями, там видно будущее. Оттуда повышенные способности, с выходом на тонкие планы зависимость от материального мира резко падает.

Но это всего-навсего проникновение в тонкие планы. Не забывайте, что самое высокодуховное существо — это дьявол. Поэтому, если мы постимся, ограничиваем себя во внешних функциях, молчим и отрешаемся, это всего-навсего значит, что мы посылаем внешнюю энергию в тонкие планы. От одного потенциала переходим к другому. Но если мы начинаем поклоняться этой духовности, из нашей души так же будет ухолить любовь, как если бы мы поклонялись только материальному. Поэтому Христос и говорил: «Блаженны нищие духом».

Дьявол — это гений без любви. Нужно понимать, что духовность — это лишь один из аспектов познания Божественного. И духовное, и материальное должно быть согрето любовью. Тот, кто поклоняется деньгам, желаниям, благополучию, превращается в животное. Тот, кто поклоняется отрешенности, тонким планам, раскрытию способностей, превращается в дьявола. И лишь тот, кто поклоняется любви, может быть духовным и не чураться материального, периодически ограничивая себя и в том, и в другом. Ограничивать себя надо и в духовном.

Нельзя развивать способности у ребенка, которого не научили нравственности. Если ребенок не умеет любить, активное развитие его способностей быстрее превратит его в преступника, физического или духовного. Если цивилизация не научилась любить, и у нее начинают размываться нравственные нормы, нужно затормозить технический прогресс, иначе такая цивилизация будет плодить людей-дьяволов и в конце концов погибнет. Истинно духовный человек это не только тот, кто может ограничить себя в материальном ради духовности, это и тот, кто может себя ограничить в духовности ради любви. А если мы хотим понять, что такое чувство любви во всей его полноте, то мы неизбежно должны прийти к Богу, ибо высшее единство — в любви Божественной. В этой любви вся вселенная сжимается в точку и уходит за пределы времени.

Что такое гордыня и ревность? Это разделившееся на два потока время, это появившееся во времени пространство. Если любимый объект выше вас, вы стремитесь к нему, боитесь его потерять, и это рождает ревность. Если любимый объект ниже вас, вы управляете им, контролируете его, и это рождает гордыню. И то, и другое — это признаки причастности к этому миру. Для того чтобы преодолеть ревность, нужно сдерживать желание и прощать боль любимому человеку. Для того чтобы преодолеть гордыню, нужно жертвовать и не сожалеть о прошлом. Один из главных признаков внутренней гордыни — это неприятие происшедшего. Инвалид постоянно, каждую секунду может сожалеть, что он таким родился или стал. Это очень серьезное испытание. Оно может превратиться в непрерывную волну самоуничтожения, а может, наоборот, стать благотворным инструментом развития души. И каждую секунду, когда в вашей душе рождается энергия и готовится превратиться в сожаление о прошлом и неприятие его, удержите себя от этого, превратите ее в любовь и устремление к Богу.

Поклоняться нельзя ни себе, ни другим. Если в одной жизни мы исповедуем поклонение левому, в следующей жизни мы будем поклоняться правому. Когда мало любви к Богу, мышление человека становится однополюсным. Чтобы быть счастливым, он должен кого-то подавлять: сначала он топчет других, потом топчет себя. Необходимо заботиться о себе, о своем благополучии, нельзя подавлять свои желания, пытаться их уничтожить. В каждом нашем желании есть Божественная искра, поэтому желания надо не подавлять, а воспитывать их, трансформировать.

Есть две крайности: одна — когда человек поклоняется себе и становится абсолютным эгоистом, тогда в нем все больше проявляется хамство, пренебрежение к другим, то есть такой человек становится все более агрессивным, а есть другая крайность — поклонение людям. В православии это называется человекоугодием. Абсолютный альтруизм также усиливает внутреннюю агрессию, потому что он усиливает зависимость от окружающего мира. Постоянное подавление себя в угоду другим рождает внутреннюю ненависть к окружающему миру, и это естественно. Рано или поздно мы начинаем ненавидеть то, чему поклоняемся. Поэтому призывы к абсолютному альтруизму уместны только для полных эгоистов.

Должна быть золотая середина во всем, но все-таки законы развития требуют, чтобы на отдачу человек был нацелен больше, чем на потребление, тогда он будет развиваться. Клетка думает о себе, но большую часть энергии отдает организму. Сравните две фразы. Человек убил себя ради спасения общества — в обычной жизни это называется героизмом. А теперь составьте другую фразу: человек убил общество ради спасения себя — и подыщите такому поступку соответственное название.

Привычные социалистические штампы учили нас безоговорочно жертвовать собой и забывать о себе ради общества, что закономерно привело к поклонению обществу, и это вполне естественно. В атеистическом государстве необходимо поклоняться либо языческому вождю, либо языческому обществу. Истинно же верующий человек будет заботиться и о себе, и о других, ко вовремя остановится в этой заботе, сдерживая свои потребности и останавливая заботу о других, если она начинает их развращать. Альтруизм не должен разрушать достоинство человека. Забота о другом человеке не должна быть возведена в ранг абсолюта.

Сейчас европейские страны начинают лихорадочно пересматривать свое отношение к эмигрантам. Односторонний подход к ним привел к серьезным демографическим проблемам. Мало заботиться о человеке, надо и требовать от него многого. Требовать повышения культуры, изучения языка, развития социального мышления, то есть превращения в полноценного гражданина общества. А вместо этого давали деньги, защиту, социальные гарантии, и это поставило приезжих в лучшее положение по сравнению с коренными жителями. И вдруг европейцы и американцы с ужасом увидели, что пришельцы не хотят учиться, соблюдать законы, работать на благо общества, а начинают активно паразитировать и жить за счет других. Оказывается, добро и забота должны быть адресными. Не каждому можно помогать и не каждого можно принимать. Как жестко, но точно сказала знаменитая певица: помогать нужно сильным, а деньги давать нужно богатым. Дать деньги нищему — значит развратить его. Нищему нужно дать кусок хлеба. Помочь слабому — это тоже развратить его. Людей нужно научить заботиться о себе.

Помогать можно тому, кто готов развиваться, изменяться, проходить мучительные этапы совершенствования. Помощь ребенку необходима, помощь юноше должна быть половинной, а помощь взрослому должна быть минимальной. Если человек не научился и не хочет отдавать энергию и любовь, помогать ему вредно и опасно, потому что помощь будет поощрением ему в его отказе от любви. Поэтому государство, помогая инвалидам, должно требовать от них нравственного совершенствования, как это ни странно звучит. То есть человек должен понимать, что деньги и помощь он получает не потому, что он инвалид, это аванс для его внутреннего развития. Если Бог ограничивает в одном, он всегда открывает возможности в другом.

Классический древнеиндийский взгляд на проблему болезни и инвалидности основан на том, что они считаются расплатой за грехи. Есть легенда, что в Древнем Израиле была книга, где было записано, за какой грех какая болезнь дается. И евреи зарыли ее, чтобы никто не знал, за какой грех дается болезнь. Я только недавно понял почему. Чтобы не было осуждения и презрения к больному человеку.

Христианство шагнуло на более высокий уровень понимания, потому что в нем был более высокий уровень любви к Богу. Здесь открылась уже другая истина: болезни — это не столько расплата за ошибки, сколько подготовка души к грядущим великим событиям. Хочешь или не хочешь, но болезнь заставляет устремляться к Богу. В этом ее предназначение. И чем сильнее мы устремляемся к Богу, тем меньше болеем.

На этой лекции я говорил залу: «Если дураку дать деньги, он не сумеет ими воспользоваться и их потеряет. Один человек з Америке выиграл огромные деньги в лотерею, тут же пошел, купил себе новый „феррари" и через полчаса разбился на нем. Поэтому дуракам свыше обычно денег не дают для их же пользы. То же самое с энергией. Если дать энергию человеку, который не умеет ее использовать, она его убьет. Тот, кто не умеет сдерживать своих желаний, переводить энергию своих инстинктов в энергию Божественную, того лишняя энергия сделает похотливым, жадным, амбициозным, жестоким и т. д. Поэтому человек с неправильным мировоззрением и привычками часто имеет минимум энергии — только для того, чтобы выжить. Или заболевает, чтобы прекратилось его неправильное поведение и образ жизни.

Я заканчиваю лекцию, а голова гудит. Нужно было закончить 20 минут назад. Я сам попал в ловушку чело-векоугодия, и сразу же изменилась реакция людей — дай, дай сейчас! Помоги немедленно! Спаси! Вот что появилось в глазах людей в последние минуты. Я ухожу со сцены, иду по коридору. Надо зайти в гримерную и прийти в себя.

Пытаюсь посмотреть, нарушил ли я что-то в конце лекции, и вижу двукратное пожелание смерти себе в плане благополучной судьбы. То есть помощь другим людям начала превращаться в саморазрушение, причем без особой надобности. Ничего, успокаиваю я себя. Не все сразу — научимся. Раньше я раздражался бы на людей, высосавших мою энергию, и говорил бы себе: все, больше не буду помогать таким! Сейчас уже мыслю по-другому: люди не виноваты, это мое неправильное отношение к миру подтолкнуло их на это. Помощь должна быть правильной! Нужно преодолеть поклонение не только привычным, но и высшим человеческим ценностям. Помощи другим людям тоже не надо поклоняться. Не надо забывать о воле Творца и не надо с ней конкурировать. Главная помощь идет от Него. И когда пациент забудет о целителе и устремится к любви и Богу, это будет началом выздоровления.

Я еду в машине и смотрю в окно на город, озаренный солнцем. Хороший летний день, хотя уже конец сентября. В душе появляется легкость, которая усиливается, несмотря на внешнюю усталость. «Значит, мировоззрение выравнивается, раз появилась энергия», — думаю я. И это ощущение полета ни от чего не зависит. Если ты правильно помогаешь другим, значит, ты помогаешь и себе. И становится не важно — льет ли сейчас на улице дождь с пронизывающим ветром или светит солнце. «Работа закончена, — думаю я, — результаты неплохие».